Читать книгу "Принуждение и власть"
– Этого мало, – пробормотал Павел, пытаясь найти в сотне идей, роившихся в его голове, самую дельную.
Он поднял взгляд на охранника и сказал:
– Игорь, мне нужен один из твоих людей. Пусть он вотрется в доверие этой девке, вступит с ней в отношения, а потом… я еще подумаю. Эта Ирина сейчас явно страдает и жаждет потрахаться, чтобы выбить свои страдания из головы. Пусть один из твоих парней пообхаживает ее с недельку, а потом я придумаю, как ее наказать за дерзость.
Эта мысль приободрила Павла. Из охранников Игорь выделил одного из своих любимчиков, который был чертовски исполнителен и хорош во всем. Также природа не обделила его привлекательной внешностью.
Виктор был идеален во всем, этакий главный герой из фильма-боевика, с голливудской внешностью, и при этом довольно начитанный и воспитанный. Он и стал охмурять бедную брошенную администраторшу.
Все шло по плану, и Павел уже потирал руки в ожидании, когда птичка попадет в клетку. Трахаться ему не хотелось, и Павел переключился на работу, стараясь максимально вникнуть в процесс разработки и внедрения чипа для массового использования.
Он целыми днями торчал в лаборатории, стараясь включиться в работу, но профессор Вяземский старательно избегал личного общения с ним, а подробности всех опытов и адаптации чипа в новых подопытных, вообще держал при себе.
Павла это начало все больше и больше раздражать, он периодически вспоминал об Ирине и думал о том, как самолично вживит ей чип, чтобы эта девчонка начала ему подчиняться наперекор своему нежеланию.
Иногда он выезжал на места свиданий Ирины и Виктора. С великим наслаждением он наблюдал за парочкой, особое внимание уделяя эмоциям девушки. Она словно расцвела за последний месяц, а мысль о том, что его «Наташа» трахается и кончает под мускулистым Виктором, заставляла Павла испытывать яркие эмоции, чем-то напоминавшие ревность.
Он представлял себе, как Ирина раздвигает ноги, как в нее входит член Виктора, как она стонет и выгибается, как ее тело дрожит от волн оргазма.
Павел потирал руки, представляя себе эти картины, а потом приказал Виктору установить в ее квартире скрытую камеру, чтобы Павел самолично мог наблюдать за их связью.
Поначалу Павел пропадал перед экраном почти круглые сутки, наблюдая за тем, как его будущая жертва гуляет по квартире обнаженной, как она мастурбирует в отсутствие Виктора, как по вечерам он трахает ее, специально организуя процесс перед камерой.
Павел ощущал легкую эрекцию, накатывающую на него при просмотре онлайн видео, но это было не то. Стандартный секс казался ему таким пресным и серым, что уже давно перестал по-настоящему его возбуждать. Павлу нужна была кровь, боль, слезы, неповиновение, которые он сломит, используя только свою силу и умения.
Когда ему позвонил охранник и сообщил о том, что завтра прибудет с Ириной в лабораторию, Павел воспрял духом. Мысль о том, что завтра он уже сможет взять в руки это милое личико, насладиться его красотой, а потом сделать его еще красивей, привела Павла в неописуемый восторг.
Он почти не спал ночью, нон-стоп трогая свой член и старательно представляя в своих фантазиях, каково будет удивление Ирины, когда она снова увидит его, только уже не в роли случайного прохожего, а в роли своего повелителя. Павел даже беззвучно рассмеялся в темноту и внезапно почувствовал легкое напряжение в пенисе. Мысль о скорой встрече с наглой девчонкой вызывала в нем желание.
Вечером Ирина была уже в подпольной хирургии Павла.
– Что за дерьмо? – раздраженно спросил Павел у Виктора, который сгрузил спящую Ирину у входа в хирургический кабинет. – Почему эта девка спит?
– Иначе мне было невозможно ее доставить к вам, – жалостливым тоном ответил Виктор и собрался ретироваться.
Все планы Павла рухнули, как неумело построенный карточный домик. Зачем ему нужна была эта пленница, если она в отключке? Павел выгнал Виктора и, подхватив обездвиженное тело Ирины, внес его в кабинет. Он положил ее на столе и медленно раздел, любуясь белоснежной кожей и яркими сосками на белом фоне.
Он немного поразмыслил, а потом подошел к шкафчику, в котором хранились инструменты. Достав большой скальпель, Павел приблизился к спящей Ирине и поднял руку со сжатым в руке инструментом.
Сейчас он начнет творить волшебство, это будет началом их настоящего знакомства, репетиция которого прошла так себе. Павел наклонился к Ирине, и в этот момент она приоткрыла глаза и несколько секунд смотрела на мужчину ничего непонимающим взглядом. Через некоторое время взгляд стал осмысленным, и тогда Павел, широко улыбаясь своей жуткой кровожадной улыбкой спросил у нее:
– Помнишь меня?
Зрачки Ирины снова сузились, и она покачала головой. Павел так и не смог разобрать, вспомнила ли его новая игрушка или нет. Когда она снова закрыла глаза, проваливаясь в сон, Павел ощутил прилив злости и желания расправиться с этой непокорной тварью женского пола. Он ощутил дрожь в руках, сжимавших скальпель, и это не была нервная дрожь, это был порыв немедленно разделать, расчленить, получив полную власть над этой сучкой.
Павел посмотрел на скальпель, который поблескивал в его руке при свете хирургической лампы. Потом он медленно склонился над девушкой и, приподняв одну из ее белоснежных грудей, слегка коснулся ее кожи острием ножа. Надавив на него, он услышал характерный звук – треск лопающейся под острым скальпелем кожи, из которой тут же потекла струйка алой крови.
Мужчина провел скальпелем чуть вниз, а потом увидел, как дрожит его рука, делавшая надрез, и тут же резко отодвинул руку. Со скальпеля закапала кровь, а Павел смотрел на свои трясущиеся пальцы, удивленно и слегка отстраненно. Он передумал разрезать неподвижное тело, ему почему-то стало совершенно неинтересно делать это.
Он подошел к зеркалу и взглянул на себя: что за чертовщина с ним творилась? Раньше он довольно уверенно резал все, не сомневаясь в своих силах и способностях. А теперь такое! Он швырнул скальпель в раковину и вернулся к обнаженной девушке, лежавшей на столе, и снова склонился над ней.
Она была такой умиротворенной и такой красивой, что руки Павла просто зачесались сделать с ней что-нибудь эдакое, чего он раньше ни с кем не делал. Или просто трахнуть ее прямо здесь, на столе?
Он опустил руку к ширинке и понял, то никакого отклика от своего члена он не ощущает, как будто все его сексуальное желание ветром сдуло. Взяв со стола с инструментами лейкопластырь, он отрезал маленький кусочек и заклеил рану под грудью Ирины.
И в тот момент, когда его руки аккуратно приклеивали пластырь, глаза девушки неожиданно открылись, и она непонимающим взглядом уставилась на Павла.
– Кто вы? – слабым голосом выдавила она.
Павел наклонился ниже к ее лицу и внимательно посмотрел в ее глаза:
– Ты не помнишь меня? Я тебя еще раз спрашиваю, неужели ты не помнишь меня?
– Я вас… не помню…
Слова давались Ирине с трудом, было видно, что она еще не до конца вернулась к реальности после действия снотворного, которым ее накачал Виктор.
– Сука! – заорал Павел, снова осознав, что весь его план разрушился, лопнув как мыльный пузырь.
Девушка вздрогнула и испуганно уставилась на Павла, а потом перевела взгляд на окружающие ее предметы, находящиеся в комнате. По ней было видно, что она находится в ступоре и ужасе от увиденного вокруг нее.
– Кто вы? – снова спросила она, окончательно выведя из себя Павла.
Он схватил Ирину за шею и направил ее лицо к себе:
– Вспоминай, тварь! Ты должна меня вспомнить!
Губы девушки затряслись, а глаза стали ее шире от окутавшего ее испуга.
– Я…я… пустите меня.
Она опустила глаза вниз и увидела кровь, стекающую по коже. Павел схватил Ирину за волосы и затряс голову, отчего перед ее глазами залетали мушки. Потом он размахнулся и ударил девушку кулаком по лицу. Из ее носа тут же брызнула кровь, которая попала на его белый халат. С остервенением сорвав его, Павел швырнул испачканную вещь в лицо своей гостьи. Она приложила халат к брызжущей из носа крови, пытаясь одновременно прикрыть обнаженную грудь. Ее руки тряслись, но по ее лицу сложно было понять, помнит ли она Павла. Казалось, что она что-то почти вспомнила, потому что была чересчур удивлена его появлению перед ней. Но в тот же момент, она не могла до конца осознать, при каких обстоятельствах у них было первое знакомство.
Именно это и раздражало Павла, который крушил все вокруг, попеременно швыряя в девушку все предметы, попадающиеся на его пути. Схватив в руки хирургический молоток, он размахнулся и снова ударил девушку по лицу, попав в висок.
Взгляд девушки затуманился, и она снова отключилась, а Павел именно в тот момент ощутил прилив жутчайшего сексуального возбуждения. Но только на секунду, а едва он коснулся своего стоящего члена, возбуждение тут же улетучилось.
Павел оттолкнул бесчувственное тело Ирины и судорожно начал расстегивать штаны. Достав из них вяло висящий член, он начал дрочить его, пытаясь поймать то самое ускользнувшее от него возбуждение.
Ирина истекала кровью, обездвижено лежа на столе, а ее руки, словно плети свисали с него. Взяв одну из ее рук, Павел вложил в нее свой член и попытался имитировать движения ее пальцев. Но все было тщетно. Он не смог ни возбудиться, ни кончить. Эта девка просто выбила его из колеи своим непослушанием и своим равнодушием.
Как бы он не старался держать себя в руках, и как бы не стремился рассуждать рационально, Павел сорвался. Давно он себе не позволял такого поведения. Он бесился как одержимый, швырял замершее хрупкое тело из стороны в сторону, пытаясь совладать с досадой, которая обрушилась на него.
А если он больше никогда не сможет заниматься сексом? Если он на всю оставшуюся жизнь потерял возможность испытывать эрекцию?
Павел вдруг остановился и посмотрел на бесчувственную Ирину. Потом он накинул на нее окровавленный халат и резко зашагал в сторону выхода. Завтра он вернется к ней, но перед этим он посоветуется с Вяземским и попробует его препарат для эрекции, который, как ему казалось ранее, был для него никчемным.
Сев за стол в своем кабинете и глядя на свои окровавленные трясущиеся руки, Павел думал о том, что теперь его ждет. Он хотел понять реакцию своего организма на все происходившее, ему важно было понять, что не так с его членом, и почему в этот раз его совершенно не возбудило все, что он творил с жертвой. Девушка не сопротивлялась, но и не была безропотной и послушной. Она была собой, она была простым человеком, который его не знал.
В этом и была проблема. Павел знал о ней все, он изучил ее до кончиков ногтей, а для нее оставался никем, просто каким-то прохожим, который пытался навязать ей свое знакомство. И Ирина пока не знает ни про его заслуги, ни про его способности. Она даже не в курсе, что он – возможно будущий президент страны или даже глава мирового правительства!
Павел окончательно решил, что вживит ей чип, чтобы Ирина относилась к нему именно так, как он и хотел: он – главный, он – самый лучший и единственный мужчина, который будет ею управлять. Только когда она окончательно придет в себя, он обязательно покажет ей, кто он есть на самом деле. Она еще будет умолять его трахнуть ее, а еще лучше – отрезать ей что-нибудь. Будет молить, ползая на коленях и целуя его ботинки.
Она сделает все, что он ей прикажет, а он будет видеть, как в ее глазах угасает надежда на сопротивление.
От этой мысли Павел усмехнулся и только тогда почувствовал прилив крови в паху. Да, теперь все понятно: ему нужна другая Ирина, та, которая будет точно знать, с кем имеет дело. Он потер руки, предвкушая первый секс с этой красоткой, которая пока лежит в отключке, но скоро почувствует его член. Член, который станет последним в ее жизни.
Разочарование
Утро Павла началось с неприятной новости. Звонил Вяземский и сообщил, что есть проблема с адаптацией чипа и что нужна новая партия девушек для опытов. Но все вопросы Павла, тот уклончиво отвечал, что нет времени рассказывать, ссылаясь на большую загруженность.
Новость серьезно испортила Павлу настроение, и дело здесь было не только в том, что Вяземский израсходовал довольно большой запас живого товара, этого добра Павел мог теперь позволить себе в любом количестве. Из скудного разговора он понял, что реализация его задумки теперь отбрасывается назад на неопределенное время.
Вяземский разочаровывал, а его попытка скрывать информацию начинала раздражать. В этот момент Павлу пришла разумная идея завести дополнительную лабораторию, на случай, если придётся срочно избавиться от Вяземского. Нужны были люди, способные продолжить его дело.
Личная независимая от профессора лаборатории, будет дублировать исследования и наработки профессора для реализации программы чипирования. Сложность этой затеи была в том, что профессор тщательно следил, чтобы не было утечки информации. Это значит, Павлу потребуется внедрить своего человека в свою же собственную лабораторию, чтобы тот смог выкрасть все наработки завравшегося учёного и передать Павлу. Второй и более глобальной проблемой было то, что второго такого профессора будет сложно отыскать. Вяземский был уникален в своем роде, мегамозг, способный творить великие дела. Без него, реализация затеи с чипированием могла затянуться.
Сев в машину, Павел долго раздумывал, смакуя каждое слово профессора из последнего разговора. Вяземский был хорошим игроком и прекрасным мошенникам, но Павел слишком хорошо знал психологию и чувствовал, когда от него пытаются что-то скрыть. Действовать нужно было быстро, иначе великий план Павла мог бы так остаться всего лишь не реализованной идеей.
Нужно было срочно приступать к осуществлению плана Б, но Павел снова ощутил, что не может работать, пока не сбросит сексуальное напряжение. Каждый раз, вспоминая Катю, его член начинал буквально выпрыгивать из штанов и бунтовать, а фантазия моментально рисовала картины всего того, что он еще мог сделать с этой малышкой.
Выругавшись, Павел свернул с дороги на обочину. Ехать к Вяземскому не хотелось. Он повернул обратно. Нужно было сперва освободить мозги от сексуальных фантазий, потому он первым делом сразу же отправился к своей новой пленнице, с которой накануне ему удалось неплохо позабавиться.
Ирина лежала в кровати, и как только Павел вошел в комнату, попыталась спрятаться под простыней, притворившись спящей. Это насмешило мужчину и он на миг замер, наблюдая за этой милой картиной.
Навалившись сверху, он попытался отодвинуть простынь, чтобы по-быстрому спустить в эту крошку сперму, но на его удивление, девушка внезапно начала активно отбиваться, колотя руками по его телу, при этом ее лицо, продолжало находиться под простыней. Она так нелепо била его слабыми руками, вслепую отбиваясь, что Павел мог бы рассмеяться, но у него абсолютно не было времени на эти игры.
– Если ты не успокоишься, будет хуже, – предупредил он.
Ирина его не слушала, она продолжала всячески пытаться скинуть его, и в конце-концов, Павел не выдержал и ударил ее по голове, затем откинул простынь, схватил пленницу за волосы и бросил на пол, продолжая наносить удары. Ирина почти сразу же отключилась, а Павел застегнув молнию на брюках, вышел из помещения, чтобы немного пройтись и освежиться. Сегодня его раздражало абсолютно все. И если раньше его только порадовало бы сопротивление новой жертвы, то сейчас это почему-то вызывало злость. Он пока не мог понять, что с ним происходит, но решил, что будет лучше немного побыть одному.
После оглушительного удара, Ирина очнулась, лежа на полу и не в силах встать. Каждый раз, когда она пыталась вспомнить, что с ней произошло, её голову разрывало от жуткой боли. Казалось, её мозг пытается защититься от жутких воспоминаний. Дикий страх сковал все тело, заставляя сердце пропускать удары.
Услышав чье-то дыхание рядом, она снова попыталась встать. Но безуспешно, тело просто не желало её слушаться.
Комнату кто-то вошёл и остановился, она не могла видеть вошедшего, но прекрасно понимала, что этот человек явно не планирует ей помогать. После того, что сотворили с её телом, она прекрасно осознавала, что не может никому доверять в этом страшном месте. Но избежать она не может, она находится в полной власти каких-то жутких извращенцев, и неведении нагоняет страха.
– Вижу, что тебе уже лучше, – с улыбкой сказал мужчина, смотря сверху вниз на лежащую калачиком Ирину.
– Что вы хотите со мной делать? – еле тихо прошептала девушка пересохшими губами.
– Хм, хороший вопрос, – Павел снова улыбнулся. – Сперва я хотел просто развлечься с тобой, а потом отдать одному из клиентов, чтобы тот помог тебе соединиться с создателем, но сейчас у меня планы резко изменились. Ты будешь участвовать в тестировании уникальной разработки, твое тело послужит науке!
Ирина не разделяла восторга садиста, от его слов у нее перехватило дыхание. Воцарилось длительное молчание. Павел продолжал стоять над ней, словно ожидая ответа. Жертва молчала, продолжая лежать оцепенев от ужаса.
Сглотнуть слюну, накопившуюся за несколько мгновений, не было сил – ей казалось, будто каждый глоток разносится по округе грохотом и оглушает любого, случайно оказавшегося неподалёку. Даже открыть глаза было немыслимо трудно.
Ирина пыталась собрать мысли в кучу, чтобы попытаться найти хоть какую-то зацепку для спасения. Нельзя расслабляться в такую минуту, но проклятое тело не слушалось ее, а состояние страха еще больше усугубляло ситуацию. Она понимала, что нужно успокоиться…
Несмотря на обилие слюны во рту, очень хотелось пить. Нужно было срочно нужно успокоиться. Она вздохнула. На это потребовалось немало усилий. И вздох тут же разнёсся по всему телу волной ноющей боли, словно внутри все кости были переломаны. Ей понадобилось время, чтобы успокоить разогнавшееся сердце и заглушить боль.
Следующий вздох дался намного легче, хотя боль не утихала. Может, у неё и правда что-то сломано. Она до сих пор так и не смогла вспомнить, что произошло. Все конечности как будто онемели. Невозможно понять, есть ли они вообще. Открыть глаза и узнать было страшно. Что-то будто подсказывало ей, что делать этого не стоит.
Павел продолжал стоять над лежащей девушкой в нерешительности. Для Ирины это время показалось вечностью. Затем мужчина резкими движениями расстегнул ремень на брюках и навалился на пленницу.
У Ирины не было сил сопротивляться. Она даже не могла плакать. Мужчина трахал ее жестко и безжалостно. Каждый толчок члена отражался жуткой болью во всем теле, поэтому боль в анусе не казалась чересчур жуткой.
Кончив достаточно быстро, Павел подхватил воющую девушку и бросил ее на кровать.
– Я вернусь чуть позже, приведи себя в порядок. Не разочаровывай меня.
Павел смотрел на нее с каким-то разочарованием. Он сам не мог понять, что было не так, но после Кати, ему почему-то не хотелось секса с другими девушками. Удовольствие было уже не тем. Пытать Ирину он тоже больше не хотел. Все его мысли были только о его новой Наташе, которая после последних пыток лежала в медицинском отсеке без сознания и набиралась сил.
И пока его возлюбленная была не в состоянии удовлетворять его, Павел пользовался услугами суррогата. Времени на охоту сейчас почти не оставалось, а новая партия девушек, поступивших в гарем не привлекала.
Пришло то время, когда Павел перестал получать удовольствие от постоянного насилия, ему хотелось чего-то большего, но он не мог понять, чего ему не хватает.
При этом сексуальная активность в последнее время начинала напрягать. Раньше Павел не обращал внимание, что его член постоянно просит внимания. Сейчас же, когда ему нужно было уделять время политической арене, чрезмерная озабоченность мешала сосредоточиться на делах.
Вспоминая препарат Вяземского для супер-потенции, он невольно улыбался. Знал бы профессор, что действительно нужно Павлу, то изобрел бы еще раз крысиный яд. Сексуальная активность порой раздражала и Павел пытался в некоторые дни сбросить напряжение, как можно скорее, чтобы не отвлекаться от дел.
Несколько последующих дней, Павел трудился над созданием новой лаборатории. На этот раз он все предусмотрел. Приглашенные ученые по контракту не должны были иметь внешние связи и выходить из подземной лаборатории в течении всего времени. Строгая секретность должна быть во всем. Павел в этом вопросе был настоящим параноиком и понимал, что утечка информации может стоить ему жизни.
Следить за сотрудниками лаборатории было приказано самому Игорю. Никаких внешних контактов, звонков, социальных сетей – Павел собирался использовать этих людей, а затем избавиться от них.
Ирина стала его временной наложницей, которую он использовал, чтобы сбросить сексуальное напряжение. Ему не очень нравилась эта девушка, но среди всех прочих пленниц, она больше всех подходила для него на данный момент.
И только по особых дням он позволял себе расслабиться и устраивал свидания с Катей. После этих свиданий девочка долго лежала в медицинском отсеке, восстанавливая силы. Сегодня Павел закончил приготовления и в ближайшее время его новая секретная лаборатория должна была заработать в полную силу.
Теперь можно было расслабиться. Павел улыбнулся и направился к Ирине, чтобы хоть немного переключиться от своих наполеоновских планов по захвату мира.
Ирина лежала на кровати, прикованная наручниками к торчащей из стены батарее и смотрела в потолок. За несколько дней пребывания в этом месте, она поняла, что не сможет сбежать отсюда. Страшный человек приходит ежедневно, чтобы бить и насиловать ее. Она полагала, что в скором времени привыкнет к этому и уже не будет так больно, но больно было всегда. Казалось, что к этому просто невозможно было привыкнуть.
Павел всегда был разным. Сложно было представить, что он сделает в следующий момент. Порой он просто приходил, быстро трахал ее и уходил. А иногда мог долго бить и издеваться перед тем, как оттрахать.
Услышав его шаги, она замерла, ожидая очередной экзекуции и молясь, чтобы сегодня все быстро закончилось.
– Заждалась, шлюшка? – весело проворковал он.
Ирина не отреагировала, продолжая смотреть в потолок. Павел подошел к ней, освободил руки от наручников и грубыми движениями вынудил встать перед ним.
– Смотри мне в глаза, тварь, когда я приказываю! – вскипел Павел.
Девушка испуганно подняла глаза, пытаясь понять, что он задумал.
– Сегодня у меня хорошее настроение, да и ты скоро сможешь послужить науке. – Павел улыбнулся, представляя, как эта малышка будет выполнять все его приказы, когда в нее вживят чип. Теперь ему не нужно будет трахаться с подопытными под присмотром большого брата, теперь он сам будет проверять действие чипа на подопечных.
Ирина уловила веселое настроение хозяина, но его заявление о ее пользе для будущего науке не радовали, а только еще больше угнетали.
– Ты не против, если мы с тобой потанцуем? – внезапно спросил он, начиная быстро раздеваться. Ирина снова промолчала, опустив глаза. Ей было тяжело стоять на ногах, и танцевать с этим маньяком вовсе не хотелось, но что она могла сделать? Желание этого садиста – здесь закон.
Он приказал ей подойти к стене, где он вновь приковал ее руки.
– Жди! Мне нужно приготовиться.
Ирина с ужасом смотрела на Павла, и он действительно вел себя сегодня очень странно. В нем не было привычной ему агрессии, но даже его игривое настроение вызывало недоверие и предчувствие чего-то ужасного.
Она тяжело вздохнула, смиряясь со своей участью. В комнате негромко заиграла музыка, какой-то хип-хоп с противным голосом исполнителя песни. Павел был в 3 метрах от нее и ритмично пританцовывал в такт музыке. Он двигался как на танцполе, только голый и со стоячим членом, выделывая хаотичные движения.
Член его, не успевая закончить движения хозяина, бился по его бокам, при резких поворотах корпуса. Он немного отвлекся от Ирины, погрузившись с головой в музыку. Девушке показалось, что ее хозяин либо пьян, либо находится под кайфом.
У пленницы нестерпимо заболело запястье, прикованное наручниками к торчащему из бетонной стены анкеру, дугообразной формы, из толстого прутка железа. Она не раз сидела здесь на привязи, когда ее хозяин находил повод придраться к какой-либо мелочи. Сидя на бетоном полу, вернее на резиновом коврике, она уже начала дрожать от холода, а нервный срыв прямо сотрясал ее тело изнутри.
Но кричать было не безопасно, Ирина не безосновательно боялась привлечь малейшее внимание своего мучителя. Она просто сидела обнаженная, поджав под себя ноги и ждала продолжения. Вернее надеялась, желала, чтобы Павел отвлекся от нее, и исчез из подземелья по какому-нибудь срочному делу.
Песня подошла к концу, долбанные редакторы вставили рекламную паузу в эфир, и бодрый мужской голос из радиоприемника начал рассказывать о пользе елового меда, как панацеи от всех болячек. Приблизившись в это время к Ирине, Павел остановился напротив нее и пристально всматривался на результат своей работы. Ее сердце сжалось от страха, и она сама тоже как будто уменьшилась в размерах.
Она не любила смотреть ему в глаза, потому что взгляд у Павла был безумный, по другому она не могла найти более емкое слово. Даже когда он обращался к ней, то словно смотрел сквозь нее, как будто она не имела оболочки. И еще с таким равнодушием, что казалось, будто холодом веяло от такого взгляда.
Сколько Ирина не всматривалась пристально в его глаза, не увидела ни одной эмоции – ничего, как у мертвеца, которому уже нет дела до мирских дел. Глаза его загорались лишь в предвкушении истязания очередной жертвы, он впитывал их стоны от боли и крики для него были слаще любой музыки. Его истинное лицо проступало в эти моменты, и человеческая маска сползала с его лица. Но сегодня он был не в настроении истязать по полной свою очередную жертву, и Ирине достались только два удара в живот и один она пропустила в голову.
Он молча приподнял ей подбородок одной рукой, заставив пленницу чуть приподняться на месте, потом засунул ей 2 пальца в рот. Она без слов понимала его желания и начала обсасывать пальцы, свободой рукой зафиксировав его руку, сжимая в ладони его запястье.
Павел охватил правой рукой свой член и начал дрочить. Его обхват члена был такой силы, что красная головка поменяла цвет на бурый и значительно увеличилась в размерах.
Каждый делал свое дело, и цель у них была одна, но положение Ирины усугублялось отсутствием сексуального возбуждения, ее положением рабыни в унизительной форме и полной беспомощностью перед здоровым быком Павлом. Она кусала слегка его пальцы выше фаланги, обсасывала с усердием их кончики, причмокивая. Как в первый раз, когда в школе ее уговорил ее одноклассник сделать ему минет.
Тут Павел приблизил вплотную свой эрогенный член и его движения рукой приобрело сумасшедшую скорость, желая быстрее достичь оргазма. Он не заставил себя долго ждать и на Ирину сгустками, выплевывая ей прямо на лицо, полилась сперма.
Он быстренько засунул член в ее рот и закрыл глаза от наслаждения, приказал ей не двигаться. Она чувствовала, как силы покидают его боевого друга, и тот уменьшается в размерах, выскальзывая из ее рта.
Член Павла пытался съежиться до размеров, которые на очной ставке среди других подобных членов, смог бы выглядеть на одно лицо. Павел прервал размышления Ирины, хлопнув одобрительно ее по щеке и ушел наверх, оставив ее одну на сыром, бетонном полу, совершенно забыв, что приковал ее к стене.
–
Добавлена глава “Новая охота”
