Читать книгу "Василиса Предерзкая"

Остановка вторая
Кот-по-шеям

Спрятанный в бухте за Гребенчатыми горами маленький приморский Древотяпск считался колыбелью человечества.

Мы, то есть человечество, не были рождены на этих землях, а попали сюда случайно в момент Схождения миров, редкого явления истончения граней между мирами. И ладно сами пришли, так мы ж еще и живность свою прихватили, в том числе и нечисть всякую.

Местные старшие расы, к которым относили себя дриады, эльфы, гномы, тролли, вампиры и лютолаки, на время позабыли о распрях. Подсуетились, объединились и начали отлавливать попаданцев.

Нечисть ловиться наотрез отказалась, так мастерски подстроившись, а после и встроившись в экосистему нового мира, что старшие расы психанули и решили не выкорчевывать тех из пищевой цепочки.

А вот перепуганные люди ни в какую систему встраиваться не пожелали, предпочтя взять в руки топоры с вилами и прогнуть изменчивый мир под себя.

Поняв, что с попаданцами проще договориться, чем сладить силой, старшие расы собрались на совет. Там они почесали затылки (эльфы и дриады), нахмурили брови (вампиры и лютолаки), поковыряли в носах (гномы и тролли), а потом синхронно посмотрели на кусочек земли, отделенный от материка с одной стороны непроходимой стеной Гребенчатых гор, а с другой – шумным и капризным морем.

На карте он значился как Древоград.

На деле был территорией недоразумений.

Эльфы и дриады и не отказались бы захватить себе густые леса, но с их невысокой рождаемостью заселять и обустраивать Древоград будут веков пять как минимум, и то для этого придется ослабить свои земли, а конкуренты никогда не дремлют. Вампиры предпочитали оставаться в своих долинах, лютолаки не были склонны к смене жительства, искренне полагая, что нет места лучше дома, а вездесущие тролли попросту не представляли, как штурмовать Гребенчатые горы.

Единственными, кто мог беспрепятственно пройти к заветным кущам, были гномы, но по иронии судьбы им тот живописный лесок с кусочком песчаного берега на фиг не был нужен.

Старшие расы решили отдать людишкам спорную территорию, ударили по рукам, и началось то, что позднее обзовут в учебниках истории как Великое переселение.

Поначалу дельная мысль оказалась провальной.

Схождение миров выдергивало иномирян не по одному, а целыми деревнями, которые те не желали оставлять и ехать к черту на кулички. Никто не хотел менять любимую хату на непролазный лес где-то на отшибе мира, куда поди еще доберись.

Старшие расы настаивали на массовом переезде, попаданцы огрызались, как бешеный пес в конуре.

Поняв, к чему дело идет, гномы пробили в Гребенчатых горах тоннель на ту сторону, получивший в дальнейшем название Кот-по-Шеям.

Дриады и эльфы начали пропаганду в виде красивых песен и баллад. Мол, от сердца вам тот лесочек отрываем, сами бы жили, но вам нужнее.

Вампиры собрали старост всех деревень, перенесенных Схождением, и внушили мысль, что в чужом мире людям надо бы держаться вместе.

Лютолаки и тролли пошли от противного. Они никого никуда не заманивали, а просто делали то, что умели лучше всего: отравляли людям существование.

Попаданцы подумали, плюнули, похватали детей, животных и плачущих баб, погрузили нехитрый скарб на телеги и двинули в сторону чудесного края, воспетого эльфийско-дриадской пропагандой.

Вот так и вышло, что колыбелью человечества стал Древоград, который вскорости переименовался в Древотяпск из-за постоянного стука топоров.

Люди очень быстро обжились на новом месте, вырубили леса, освоили мореходство и – о ужас! – открыли в себе магические источники. Первая и пока единственная магическая школа была построена на деньги эльфийского посла Трунбадира в качестве жеста доброй воли, дружбы и бескорыстного «убогим надо помогать».

Кто ж знал, что люди так быстро вникнут в новую для себя науку, после вспомнят покинутые деревни, ностальгически всплакнут и начнут расползаться из Древотяпска, захватывая все новые и новые территории. А через какую-то сотню лет и вовсе станут самой многочисленной расой чужого для себя мира.

Кто ж знал…

* * *

Кот-по-Шеям, легендарный тоннель гномов, предстал перед нами во всей своей красе уже ближе к вечеру.

По официальной версии, название переводилось с гномьего как «свободный путь», но что-то подсказывало, что с транскрипцией господа крючкотворцы напортачили.

Две величественные башни, встроенные в частокол горных пиков, обозначали вход в тоннель, пробитый подгорным народцем через некогда неприступные Гребенчатые горы. Время перехода по нему составляло минут семь. Но это только если не брать в расчет двух-, а то и трехчасовой затор из телег, который считался такой же визитной карточкой тоннеля, как и башенки на въезде.

– Пешком? – предложила я своему спутнику, первой спрыгивая с вставшей в очередь повозки.

– Пешком, – одобрительно кивнул мой внезапный наниматель.

Парня с подарком и странным предложением звали Лешкай. Жил он и работал на производстве мебели в Мокряках, поэтому частенько возил товары в Древотяпск и хорошо знал местные правила. Вот и теперь сразу двинулся к кассе, чтобы оплатить вход.

Закинув на плечо свою школьную сумку, я отошла в сторону, чтобы не мешать движению очереди, и облокотилась на заборчик, делящий поток пеших и конных.

Пригревшись на солнышке, я и сама не заметила, как загляделась на телегу, остановленную для досмотра.

– Господин начальник, да как же так? Я же из самых Рогатин ехал, – пытался если не пробудить в страже ворот совесть, то хотя бы напомнить о зачатках ее существования бородатый селянин.

– Не положено, – строго чеканил стражник, пока его напарник голодным взглядом обыскивал подводу, груженную бочками с пивом.

– Да как же? – растерянно хлопал глазами рогатинец. – Вот у меня и грамотка имеется, что за двадцать бочек нашего лучшего пива, ежегодно поставляемых ко двору, король прощает нам уплату налогов.

– Так то налог на прибыль, – лениво сочинял первый стражник. – А мы про транспортный налог.

– Вы вообще когда телегу на техосмотр возили? – подключился к беседе второй. – Где паспорт транспортного средства? Страховка?

– Здеся я. – Из-за бочек приподнялся и злобно зыркнул здоровенный тролль.

– Ладно, – приуныл стражник. – Страховку видим. Но почему у вас на телеге номера другого региона?

– Помилуйте, господин начальник! – взмолился селянин.

– Непорядок, – покачал головой первый страж.

– Придется разворачивать, – подвел черту разговора второй.

– А может… – Рогатинец сложил пальцы щепотью и выразительно потер друг о друга, намекая на извечное «Давайте договоримся».

Стражники переглянулись, после чего первый благосклонно кивнул и небрежно махнул в сторону домика пропускного пункта.

– Пройдемте. Посмотрим внимательно на вашу грамотку от короля.

Селянин слез с телеги, оставив добро под присмотром тролля. Второй страж ворот завистливо вздохнул, бросая еще один взгляд на бочки, и только тут заметил меня.

– Проходим, не стоим на входе, – нетерпеливо махнул он рукой и переключился на следующую в очереди телегу. – А ну-ка тр-р-р. Младший стражник Иванцов, ваши документики!

– Госпожа ведьма! – окликнул Лешкай, размахивая над головой купленными билетами.

Присоединившись к своему спутнику, я торопливо дошла до башенок на входе и окунулась в прохладу тоннеля.

Остановка третья
Древотяпск

Что-что, а мастерами гномы были отменными.

Кот-по-Шеям имел безупречно гладкие своды, лишь местами загаженные вандалами. Широкая дорога освещалась большими фонарями и делилась на две части – для пеших и телег, а еще имела удивительное свойство: в какую сторону ни шел по ней путник, всегда казалось, что горная порода идет под таким приятным уклоном, что ноги сами собой спешат вперед.

Древотяпск встретил нас с Лешкаем оживленным шумом, дымом и легким ветерком с запахом водорослей. Большая часть домов города теснилась ближе к горам, дабы уберечься от ветра и загребущих штормов капризного моря. С правой стороны раскинул свои щупальца-сходни порт, где мирно покачивались небольшие, но крепкие суденышки. С левой – над крышами возвышалась башня из красного кирпича.

Собственно, эта величественная башня и была Древотяпской магической школой имени самого Трунбадира, где я проучилась больше десяти лет.

– Куда теперь? – уточнил Лешкай.

Еще в телеге я честно предупредила своего нанимателя, что по приезде в Древотяпск должна заглянуть в пару мест, поэтому кивнула в сторону рынка.

Рынок начинался практически от самого выхода из тоннеля и заканчивался на единственной площади. По традиции здесь было три длинных ряда. В первом торговали одеждой, обувью и домашней утварью. Во втором можно было купить еды, специй и напитков. Третий ряд значился как сборная солянка.

Здесь вполне успешно соседствовали как магические книги, так и молодые поросята. И вот туда-то мне и надо было заглянуть в первую очередь.

Я уверенным шагом двинулась между прилавками. Заинтересованно посмотрела в сторону лавочки с амулетами, кивнула знакомой травнице, снабжавшей половину учеников магической школы зельями концентрации и пробуждающими отварами, а то и чем позабористее.

Мысленно пересчитала число монет и решительно прошла мимо прилавка с книгами. А то я себя знаю. Мне только волю дай…

– Так, ну и где же лавка с котятами? – вслух посетовала я, осматривая уходящие вдаль ряды с многочисленной живностью. – Неужели прошли?

Крик торговца и вопль осла слились воедино:

– Иа!

– Осторожно!

Дернув зазевавшегося Лешкая, я сама едва успела отскочить от просвистевших в воздухе копыт и плечом врезалась в другого покупателя. Чужие руки мягко придержали меня за плечи, а низкий мужской голос с чуть заметным акцентом поприветствовал:

– Ну, здравствуй, Василиса.

Я вскинула голову и встретилась взглядом с поразительно синими и невероятно серьезными глазами Володара.

* * *

Володар появился в магической школе в прошлом году.

Просто пришел, посмотрел на зачарованные врата и прошел внутрь, не потревожив ни одного охранного контура. Пока остальные маги чесали затылки и до хрипоты спорили, как такое вообще возможно, чужак поднялся в башню, заперся с учителем Оселковичем в его кабинете и долго о чем-то с ним говорил.

Заинтригованные ученики стояли под дверью и практиковались в подслушивающих заклинаниях. Будущие маги перепробовали всё: прижимались ушами к деревянной створке, прикладывали стаканы, применяли заклинания, посылали зачарованных голубков к окну и даже пробовали подчинить себе муху.

После десятка бесплотных попыток к любопытной толпе школьников присоединились не менее любопытные аспиранты, а потом в сплоченные ряды и вовсе затесался один из учителей, засланный на разведку более принципиальными коллегами.

Странный чужак вышел из кабинета час спустя, а на следующий день без подготовки сдал все экзамены на высший балл, после чего, ни с кем не заговаривая, уехал и больше не появлялся в стенах школы.

Естественно, что о Володаре ходило множество слухов. Кто-то считал его полукровкой, рожденным от эльфа (уж больно грациозные и плавные движения были у воина). Находились и те, кто с пеной у рта доказывал, что это вообще бастард его величества, тайно изучающий магическую науку.

Я изнывала от любопытства вместе со всеми. И вместе со всеми гадала о происхождении и поразительных способностях загадочного парня. Умолчала лишь об одном: мы уже виделись ранее.

И вот теперь Володар стоял напротив и разглядывал меня своими удивительными глазами.

– Привет, – сказала я, делая шаг назад, чтобы вернуть личные границы и лучше видеть собеседника.

Володар был старше меня на четыре года, выше на добрых полторы головы, а еще опытнее и сильнее как в магии, так и в истреблении кровожадно настроенной нечисти. Прошедший год не сильно изменил его.

Возможно, сделал чуточку серьезнее, и только.

– Ты в школу? Идем вместе? – неожиданно спросил Володар.

Я так опешила, что замешкалась с ответом, тем самым спровоцировав Лешкая вмешаться.

– Василиса уже пообещала провести этот вечер со мной, – сказал он, драчливым петухом выступая вперед. – Потерпите до завтра.

Володар медленно перевел взгляд и осмотрел Лешкая с головы до ног, уделив особое внимание коробке с корявой надписью.

– Хм… – так многозначительно обронил маг, что у моего нанимателя задрожали руки. Лешкай побледнел, судорожно сглотнул и покачнулся.

– А что? – спросила я, придерживая внезапно ослабевшего парня за локоть. – Ты хотел передать что-то учителю Оселковичу через меня?

Володар дернул головой, словно отогнал от себя уж очень настойчивую мысль, и посмотрел мне в глаза.

– Не важно. – Маг развернулся, чтобы уйти и затеряться в рыночной толпе, но внезапно задержался и сказал: – Удачи на экзамене, Василиса.

– Эм. С-спасибо, – ответила я, удивленная тем, что Володар вообще помнит мое имя.

* * *

– Жди меня здесь. Я быстро, – пообещала я все еще бледному после встречи с Володаром нанимателю, взбегая по ступенькам крыльца и распахивая дверь в здание почты.

Отделение состояло из просторного зала, перегороженного длинной стойкой из отполированного множеством прикосновений дерева, и парочки подсобных помещений для служебного пользования. По ту сторону стойки возвышались многочисленные ряды стеллажей, густо облепленные магическими вестниками всех форм и размеров.

И никого живого.

– Эй! Есть кто? – позвала я, облокотившись на стойку.

В глубине зала звякнула отставленная на стол чашка, заскрипел ножками стул, послышались торопливые шаги, и между стеллажей показался взлохмаченный молодой маг.

– Васька?! – первым узнал он меня.

– Олешка! Ты что здесь делаешь? – поразилась я.

– А-а-а… – разом поскучнел тот. – Попал под обязательное распределение.

– Как?! – искренне возмутилась я.

Олешка учился с нами в одном классе и, по уму, сейчас тоже должен был внутренне обмирать от страха перед выпускным экзаменом, но в начале года на молодого без пяти минут мага свалилась крайне выгодная перспектива разбогатеть и прославиться.

Маг в тихой деревеньке Обломец, что возле самой границы с эльфийским лесом, решил повысить свою квалификацию и написать трактат о жизненном укладе русалок. Мой одноклассник приходился магу то ли троюродным родственником, то ли просто сыном близких друзей, не суть. Однако на свое, прямо скажем, тепленькое место старый маг позвал именно его. Олешка не был дураком и шустро согласился.

Правда, для этого будущему магу пришлось вызубрить и сдать выпускной экзамен на несколько месяцев раньше остальных, что он с горем пополам, но сделал. И по итогу оставалось решить только вопрос с ОРом.

ОР – обязательное распределение – существовало для всех учеников Древотяпской магической школы. Так как на протяжении десяти лет будущие маги учились бесплатно, то каждый выпускник был обязан или отработать два года по распределению, или в течение трех недель выплатить школе пятьсот золотых.

Все считали это справедливой сделкой. Хочешь свободы – изволь расчехлить мешочек с заначкой. Нет? Вот тебе пост мага в деревеньке Канавы, где-то на задворках цивилизации и главного тракта.

У Олешки была нужная сумма, однако теплое местечко в деревеньке Обломец уплыло от молодого мага из-за «тупости и растяпства этих кур из секретариата».

– Как, Васька, ну как?! Как они умудрились потерять перевод о зачислении средств? Это ж во-о-от такая металлическая пластина, которой не страшны ни огонь, ни кислота, ни пролитая чашка с кофе! – патетически вопрошал Олешка у сеточки трещин на потолке, воздев к нему же руки.

Перевод-то, конечно, нашли (девочки из секретариата на нем просто колбасу порезали, потом вымыли и у раковины забыли), но к тому моменту Олешка не только лишился присмотренного места, но и угодил под ОР и получил место почтового мага в Древотяпске.

– Сочувствую, – искренне расстроилась за одноклассника я.

– Да чего уж… – отмахнулся Олешка и, вспомнив о своих прямых обязанностях, склонился над журналом регистрации магических посланий.

Бубня под нос: «Василиса Предерзкая… Предерзкая… так-так-так», он сверился с нужной страницей, кивнул и щелкнул пальцами.

С верхних стеллажей, облепленных бумажными птичками, спорхнуло сразу три послания. Письмо от Аленушки было сложено в изящную белоснежную голубку. Ее братец Иванушка остался верен себе и соорудил из бумаги черного ворона с непропорционально большой головой.

В полете письма толкали друг друга, щипали клювами и таранили, закладывая такие виртуозные петли и зигзаги, что кружилась голова.

Третий конверт – стандартная серая птичка из школьной канцелярии – чуть приотстал, пропуская драчунов, и опустился на стойку последним.

В своем письме Аленушка долго и подробно рассказывала, как и сколько готовилась к предстоящему экзамену. Сокрушалась, что у нее нет иллюстрированного издания «Анатомия нечисти» профессора Шмутко.

Иванушка оказался лаконично нахален, ограничившись одной короткой фразой: «Васька, дай списать!»

Не менее кратким было и послание из школьной канцелярии: «Ученица Василиса Предерзкая, просьба зайти».

– Удачи на экзамене. И передавай привет нашим, – успел пожелать на прощание Олешка, прежде чем я вышла на улицу.

А у крыльца уже нетерпеливо переминался пришедший в себя Лешкай.

– Ну что? Идем?

Я милостиво кивнула, спрятала письма в ученическую сумку и только тогда позволила нанимателю увести себя на праздник.

– Вот увидите, госпожа ведьма, – заметно повеселел наниматель, – будет незабываемо.

И надо признать, что не соврал.

Остановка четвертая
Свадебные выкрутасы

Не подумайте ничего такого, я без пяти минут профессионал в своем деле. В моей пусть и скудной, но все же практике мага случалось всякое. И переселение крайне неприятного домового из хаты, и облава на нежить, и дежурство на кладбище в полнолуние, и охота на привидение, и ночное бдение возле гроба покойницы.

Но праздник по случаю развода – это в первый и (очень бы хотелось надеяться) в последний раз!

– Дорогие муж и жена. Дорогие гости, – хорошо поставленным голосом вещала женщина, одетая свадебным регистратором, то есть никак. – Мы рады приветствовать вас на официальной церемонии бракорасторжения!

Тощий как спичка муж и точно в противовес ему здоровенная жена смущенно потупились и спрятали улыбки. Гости, окружившие их полукругом, засвистели и захлопали, выражая свой нешуточный восторг. Матери дружно всплакнули от счастья. Отцы гордо подкрутили усы. Свидетели приосанились.

– Сегодня, – торжественно продолжила ведущая, – мы собрались здесь, чтобы констатировать: лодка любви, что плыла по бурному течению жизни, натолкнусь на скалу из ссор и потерпела кораблекрушение в бухте Раздора.

Свидетельница глупо хихикнула.

Свадебный регистратор на секунду оторвала взгляд от папочки с текстом и сурово зыркнула в ее сторону, призывая к тишине. Свидетельница закрыла рот ладошкой и пообещала держать себя в руках.

Удовлетворенная ведущая повернулась к основным действующим лицам творящегося абсурда, то есть праздника.

– Перед тем как официально разорвать ваш брак и освободить от пудовых кандалов семейной жизни, я хотела бы услышать, является ли это желание искренним и взаимным… – Взгляд женщины пришпилил переминающегося мужчину, а голос стал вкрадчивым. – Согласен ли ты, Аркаша, стать бывшим мужем и гордо нести звание холостяка с разбросанными по комнате носками?

– А то ж! – тоненько крикнул тот.

И его охотно поддержал звериный рев мужской половины гостей. Брат невесты так вообще вскочил на стул и громко свистнул. Насилу всех утихомирили.

– Согласна ли ты, Ириша, стать разведенкой с прицепом и гордо вложить в свой кошелек скидочную карту в «Красное/Серое»?

– Аминь, сестра! – воскликнула та, салютуя бокалом.

Иришу, в свою очередь, поддержали представительницы слабого пола экзальтированным «Уи-и-и!» и жидкими аплодисментами.

– Властью, данной мне Древотяпским бюро регистрации браков и разводов, объявляю вас свободными людьми.

– Ура! – дружно грянули гости и выпили на радостях.

Я тоже не стала отбиваться от коллектива и пригубила из фужера, всунутого мне еще в начале церемонии бракорасторжения.

Жидкость огненным заклинанием обожгла нёбо, скользнула в пищевод и устроила пепелище на месте желудка. Я судорожно закашлялась, хватаясь за горло и в ужасе заглядывая в содержимое фужера.