Текст книги "Драконам здесь (не) место"

Глава 6

Мы все снова застыли в неопределенных позах,  Змиулан вытянул шею, готовый то ли бежать, то ли атаковать, Феодора вскинула ладони в жесте «сдаюсь», а согнула колени, не определив, читать слова чар или развернуться и бежать обратно.

Из зарослей вылез высокий, худощавый человек с волосами до груди и чуть тронутыми сединой. Серо-коричневый балахон на нем истрепался, но на груди бодро позвякивают обереги, а некоторые сверкают самоцветными камушками. Секунду он мрачно сшибал брови, глядя на нас, потом с неверием произнес:

– Ваше высочество?

– Волхв Кондратий? – не поверила я.

Отряхиваясь от листьев и веток, он окончательно выбрался из зарослей и спросил все так же изумленно:

– Царевна, вы что делаете в этих дебрях?

После чего его взгляд переполз на дракона, который все это время стоял неподвижно и прикидывался деревом, и глаза волхва стали медленно расширяться.

– Это что, это… Скажите мне, что вы видите то же, что и я, тогда я поверю, что не сошел с ума.

Выдохнув, я кивнула и проговорила торопливо:

– Я очень прошу, не сдавай нас страже.

Волхв Кондратий похлопал ресницами и протер кулаками глаза, когда дракон никуда не делся, он с ошеломлением произнес:

– Так вот почему они тут рыщут… Я столкнулся с одним отрядом близ дороги. Спросили, мол, не видал ли я где чудища, а с ним царевну и её гувернантку. Я-то не видал, потому так и сказал и пошел дальше.

– Они за нами, – уронив голову, подтвердила я. – Но ты понимаешь, что будет, когда они обнаружат дракона?

Оглядев Змиулана долгим взором, волхв Кондратий задумчиво покивал. Дракон тем временем отмер и хрустнул шеей, глухо зашуршав чешуйками. Солнечный свет, падающий сквозь листву, заиграл на его оранжево-зеленых щитках, как на старых золотых монетах.

– Боги пресветлые… – спустя несколько мгновений, произнес волхв. – Ум не верит, но глаза видят. Как же это так… Это же… Дракон…

– Именно, – согласилась я. – Возможно, единственный на свете. И никак нельзя позволить страже и моему пресветлому батюшке его уничтожить. А случится именно это, если они нас поймают. Поэтому мы бежим в…

Оглянувшись на Феодору, которая в драматическом молчании закатывает глаза на скорбном лице, я сделала глубокий вдох и закончила:

– … В Запретное тридцатое царство.

– Ого… – выдохнул волхв.

Повисло тягостное молчание, я вся напряглась, прикидывая, что делать, если Кондратий откажется сохранить тайну. Просить Змиулана его съесть – такое себе решение, потому что волхв один из немногих, кто относится ко мне правильно и открыто. Но что делать?

Волхв Кондратий Всемудрый в это время пошел вокруг дракона, разглядывая его пристально и иногда наклоняясь, будто собирается поковырять чешую, но не решается. Позади дракона в траве спрятан хвост, через него волхв благополучно споткнулся и полетел в траву. Но на ногах оказался сию же минуту.

– Я в порядке, – отрапортовал он четко. – В порядке.

Вернувшись на прежнее место, он ещё раз смерил взглядом рост Змиулана и протянул:

– Даааа....

– Что?

– Не думал я, что на своем веку воочию улицезрю натурального дракона.

– А я говорила, что они не могли просто так исчезнуть, – согласилась я. – Но, как ты знаешь, вокруг все твердили, что я занимаюсь ерундой и пора мне выкинуть из головы детские сказки о драконах и готовиться к свадьбе.

При этом я выразительно посмотрела на Феодору, которая все ещё молчит с гордо и скорбно поднятым подбородком. Волхв некоторое время разглядывал дракона, потом спросил:

– А он… ну… Не сожрет?

То, что последовало дальше, заставило волхва подскочить на месте с перепугу.

– Если потребуется, могу и сожрать, – мирно сообщил Змиулан.

На это волхв захлопал ртом, как выброшенная на берег рыбеха и стал тыкать на дракона, переводя обалдевший взгляд с меня на него и обратно.

– Он… Он… Что? Разговаривает?!

На это Змиулан поднял массивную лапу и придирчиво оглядел загнутые крючками когти, которые навскидку в состоянии пропороть металлический настил. От бега по лесу под ними набилась грязь и трава, дракон поморщился и стал выкусывать из-под них мусор.

– Конечно разговариваю, – спокойно сообщил он. – Я же дракон, а не какая-нибудь необразованная лягушка.

Впервые после остановки голос подала Феодора, которая теперь с выражением праведного ужаса наблюдает за выкусывание грязи из-под драконьих когтей.

– По поводу образования, уважаемый ящер, вы переборщили, – строго заметила она.

– Я разве не образован? – искренне удивился Змиулан, отгрызая большой комок земли. – Я ведь разговариваю, если что.

Она фыркнула.

– Торговки на базаре тоже разговаривают. Но это не делает их образованными.

Змиулан выплюнул комок земли в траву и проговорил, задумчиво продолжив выкусывание:

– Странно. Я считал, что речь это свойство разумности.

Всплеснув руками, Феодора выдохнула и решительно шагнула к ящеру:

– Да причем тут разумность. И немедленно прекратите заниматься этим непотребством! Дайте же сюда вашу лапу!

Изумившись, Змиулан нерешительно протянул ей громадную лапень, в которой она бы с легкостью уместилась. Гувернантка, бормоча что-то недовольно под нос, подхватила с земли большую палку и стала быстро орудовать ею на манер пилки, ловко отковыривая грязь с драконьих когтей.

– Нет, где это видано, чтобы грязь откусывали, не побоюсь этого слова, зубами.

– У меня клыки, – попытался запротестовать Змиулан.

– Это детали, – отмахнулась Феодора, от которой в стороны россыпью летят комья земли и травы. – Запомните, уважаемый дракон Змиулан, ни один приличный сударь… Эм… пускай даже если он – дракон, не должен делать маникюр зубами.

– Мани… что? – не понял ящер.

– Кюр! Маникюр! – повторила Феодора. – Для этого существуют специальные приборы, пилочки, палочки, и ножнички. В вашем случае, пожалуй подойдет, пила «дружба», лом и секаторные ножницы. Но ни в коем случае, запомните, нельзя этого делать зубами!

Дракон похлопал крупными щетинистыми веками и вопросительно покосился на меня, я пожала плечами, а он спросил:

– Гм… Почему?

Не прекращая выковыривать землю из-под когтей и складок между драконьих пальцев, Феодора вскинула на него голову, в глазах сверкнуло возмущение.

– Как почему? – воскликнула она. – Это опасно! Инфекции, бактериальные заражения, ротавирусы! А сколько в земле разных яиц червей, обожающих селиться в нежных организмах высших существ? Тем более вы, сударь дракон, ходите без сапог, у вас лапы втройне грязные!

– Так не бывает, наверное, драконьих сапог, – совсем застращавшись, отозвался Змиулан, который в своем смущении выглядит при своих габаритах очень забавно.

– А зря! Если уж вы соизволили выжить в этом сложном мире, где драконам, по утверждению царя-батюшки, не место, то могли бы обзавестись хотя бы парой… Гм, вернее четверкой сапог, – решительно заявила Феодора и отковыряла последний кусок грязи.

После чего отшвырнула в траву бревно и отряхнула ладони в видом выполненного долга.

– Вот так гораздо лучше, – продекламировала она. Мы с волхвом Кондратием наблюдали эту дивную картину молча. Сказать, что удивились – это ничего не сказать. Но я поняла одно: Феодора готова рискнуть чем угодно, даже жизнью, чтобы соблюсти правила этикета.

Змиулан поднял к носу очищенные когти, которые теперь блестят, разве что не сияют, и впечатлившись покивал.

– А и правда чистые.

– Пф! Вы ещё сомневались? – удовлетворенно поинтересовалась гувернантка. – Да будет вам известно, сударь дракон, я обучалась маникюру у самой Варвары Красы, а она лучшая во всем Третьем царстве в вопросе ухода за собой.

– А… – туповато протянул дракон, делая вид, что понял, кто такая Варвара Краса и что значит «сфера ухода».

В то, что Феодора поменяла свое отношение к дракону я пока не поверила, но то, что тяга к воспитанию и чувству прекрасного в ней куда сильнее страхов, это я знаю точно. Не знаю, сколько бы мы тут ещё разговаривали ни о чем, но шум вдалеке намекнул, что мы вообще-то не в безопасности и стража все ещё бродит по лесу.

– Вам надо бежать, – заключил волхв и у меня отлегло от души, потому что теперь я знаю – он на нашей стороне.

Феодора возмущенно заметила:

– Вам бы, сударь Всемудрый, следовало бы сперва попытаться отговорить нашу дивную царевну от своего сумасбродного плана.

Волхв Кондратий покачал головой.

– Я сам много читал о драконах, – произнес он. – И знаю, какую ценность являет этот экземпляр. Но ни меня, ни вас, ни царевну, царь-батюшка не послушает. Во всяком случае, не ныне. Здесь ему не будет покоя. Дарина тоже не жаждет становиться супружницей Риакрита, как мне помнится. Верно?

Я охотно закивала, он продолжил:

– Посему, будьте спокойны, я вас не выдам. Но до Запретного царства пешком дойти дюже морока. Не поспеете вы и не спасетесь.

От его слов у меня все упало.

– Но у нас нет другого выхода!

– Понимаю, – согласился волхв. – Но кое-что все-таки есть.

Подавшись вперед я вся превратилась в слух, а Кондратий продолжил:

– Мало кто знает, но тут, в Крутогорном лесу, имеется дирижаблевая станция. С неё раз в стуки отчаливают летучие корабли. Так вот, путь их лежит мимо земель Запретного Тридцатого царства. Я частенько бываю в этом лесу, хожу по лечебные травы, и хорошо знаю дорогу к станции. Оттуда мне иногда привозят нужные составы для зелий. Я вас проведу.

Радости моей не было предела, до тех пор пока шум вдалеке не приблизился и в нем не стали различаться голоса стражников и лязг металла.

– Нельзя более медлить, – проговорил волхв и, махнув к себе, нырнул в кусты, из которых совсем недавно вынырнул.

Мы ломанулись следом, я уже не обращала внимания на то, какие травяные тоннели остатся после Змиулана, хотя он и пытается бежать аккуратно и не ломать ветки. Тем не менее, волхв, вел нас какими-то жуткими буераками и непроходимыми зарослями, в которые ни один нормальный человек не полезет. Хотелось верить, что стражники – именно нормальные и в эти буреломы соваться у них мысли не возникнет. Не знаю, сколько прошло времени, пока мы неслись через лес, но к моменту, когда волхв Кондратий разрешил остановиться и немного отдохнуть, моя приспособленная для походов одежда немного поистрепалась, вернее, поистрепалась набрючная юбка. Что касается Феодоры, остановившись, она критичным взглядом оглядела свой ободранный подол и констатировала:

– Мне необходимо переодеться.

Я заметила:

– Как видишь, Бутика сударыни Цветаны поблизости нет.

– Понимаю, – отозвалась гувернантка. – Но при первой же возможности.

Мы снова побежали за волхвом, который для человека его лет бегает довольно прытко. Мне казалось, что от стражников мы должны были отдалиться очень прилично, но в какой-то момент я снова стала различать шум металла и голоса. Волхв оглянулся на бегу на меня и скомандовал:

– Я побегу туда и собью их с пути. Уведу в другую сторону.

– А мы?! – перепугалась я.

– Вы бегите вон туда, – сказал он, указывая влево на очередные заросли. – Вам по прямой. Не сворачивать.

После чего он резко взял правее и скрылся в кустах в стороне, откуда доносятся звуки. Феодора и дракон разом оглянулись на меня, я развела руками, кое-как приводя дыхание в порядок, и сказала:

– Ну а что вы смотрите? Волхв сказал «туда», значит – «туда».

Дракон охотно последовал за мной в кусты, а Феодора – со вздохами разочарования. Тем не менее, она нас не бросила и ни разу не воспользовалась возможностью подать страже сигнал. Значит она действительно определилась со стороной.

Если до этого заросли были просто густыми, теперь превратились в сплошной непролазный бурелом. Даже дракону стало трудно пробираться и только благодаря его мощной броне, его не царапают ветки. Нам же с гувернанткой повезло меньше, моя курточка изрезалась длинными черточками, а платье Феодоры приобрело такой поношенный вид, что она даже перестала об этом причитать.

Мы все бежали, а обещанной станции все не видно. В какой-то момент я стала сомневаться. А вдруг волхв специально нас сюда отправил, а сам пошел не уводить, а наоборот, привести стражников? Заманить нас и сдать. Но когда надежда уже почти исчезла, я услышала легкий гул.

– Туда! – скомандовала я, беря чуть левее.

Через несколько минут мы с Феодорой вывалились на небольшую полянку позади металло-деревянной башни, наверху которой широкая терраса, а рядом с ней с двух сторон посадочная площадка. У одной из террас в воздухе висит летучий корабль и его расписанное красно-желтым дно с земли прекрасно видно.

– Стой! – только и успела я скомандовать дракону, едва он собрался высунуться следом.

Он застыл, а я указала вперед:

– Вон, смотрите.

У подножья башни, где подъемный механизм с небольшой площадкой тянет вверх людей, ходят рабочие станции и пассажиры, которые ждут своей очереди. Народу немного, но достаточно даже одного, чтобы он, увидев Змиулана, поднял тревогу.

– Осторожненько, – проговорила я. – Теперь сделаем так.

Глава 7

Посмотрев на меня, Феодора и Змиулан замолчали, а я демонстративно подняла указательный палец и проговорила:

– Может я и не очень хороший чародей, но у меня есть октаниум, так что кое– что все-таки у меня получается.

После этого я сосредоточилась и, одновременно совершая пассы, прочитала чары морока невидимости. В груди, где спрятан камушек октаниума, немного потеплело. Массивная фигура дракона сперва замерцала мелкими искрами, после чего его чешуйки начали исходить небольшими волнами, тело стало прозрачным и в итоге полностью покрылось пологом невидимости.

Я гордо выпрямилась и подбоченилась.

– Ну как? Плохой я чародей или все-таки что-то умею?

Феодора одобрительно закивала.

– Очень здорово, ваше высочество. Гораздо лучше, чем под мостом.

– Угу, – пришлось согласиться мне, – там если что-то и получилось, то быстро спало. Наверное, все-таки на несколько секунд морок под мостом у меня все же получился. Иначе почему нас не заметил стражник?

Дракон, положение которого можно определить только по продавленной траве и подогнутым веткам, отозвался:

– Может под мостом было просто темно и стражник со свету не заметил?

– Может и так, – отмахнулась я. – Но нельзя исключать и мой роли. Так, ну что, все готовы?

– К чему? – не поняла Феодора.

Я вытаращилась.

– Как к чему? К полету!

Феодора воздела голову к небу и вскинула руки в молитвенном жесте со словами:

– Ох, богиня Лада, заступница, обереги нас…

– Спокойно, Феодора, – решительно успокоила её я. – Без паники.

– Кто бы знал, чем закончится наша поездка за платьем… – простонала гувернантка, последовав за мной, когда я бодрым шагом направилась в сторону башни.

По небольшому хрусту за спиной, я поняла, что Змиулан движется по пятам.

– Старайся быть тихим и незаметным, – попросила я.

– Да уж стараюсь, – отозвался он.

– Старайся лучше.

Когда подошли к башне, из небольшой деревянной будки вышел мужчина в коричневой рубахе из льна и таких же штанах, подпоясанных веревкой. Он перегородил нам путь и со строгим лицом, в середине которого красуется нос-картошка, пробасил:

– Билеты.

Мы с Феодорой переглянулись, та похлопала ресницами, а я вскинула подбородок и спросила:

– Где их брать?

Детина упер непомерно больший куклаки в бока и нахмурил лоб.

– Известно где, – снова пробасил он. – В билетной лавке! Вон она.

Он кивнул вправо, мы проследили за его взглядом. Там, по правую сторону от дирижаблевой башни стоит небольшой домик с окошком, возле него очередь из пяти человек.

– Хорошо, – кивая, отозвалась я. – Будут вам билеты. Феодора, подожди тут. Я скоро вернусь.

На всякий случай я окинула взглядом место, где по идее должен стоять Змиулан, намекая чтобы и он тоже оставался здесь. После чего быстренько подбежала к билетной лавке и хотела пролезть вперед, но чопорная сударыня в сверкающем кокошнике и очень большой корзиной мягкого плетения, что значит ужасно дорогая, недовольно и довольно громко произнесла:

– Сударышня, а вы куда без очереди? Вы что, не видите? Здесь очередь.

– Да я мне всего два билета, – попыталась оправдаться я.

– Ишь ты какая. Тут все за билетами стоят, – рассердилась сударыня. – Что за молодежь пошла? Лезут без очереди поперек знатных сударынь!

Мужчина в темно-зеленом кафтане, который стоит позади неё, отозвался:

– Да ладно вам, сударыня. Да пропустите девицу, ей всего пара билетов. Поди в одну сторону летит. Там и оформлять не надо.

На это сударыня в кокошнике вскинула подбородок с таким раздражением и важностью, что кокошник сполз на затылок. Она его торопливо поправила и произнесла:

– Да? Если мы начнем вот таких пропускать, то до ночи будем тут стоять. Вы как хотите, а я никого пропускать не буду.

– Какая вы недобрая сударыня, – сказал ей мужчина в зеленом кафтане.

– Это я-то не добрая? – выпучив глаза, изумилась сударыня.  – Да я, если хотите знать, всех котов бездомных по округе собрала и в приют определила.

– Ну вот котов любите, а людей нет, – не отступал мужчина.

Сударыня всплеснула руками, едва не выронив дорогущую корзинку.

– А за что их любит? То котов на улицу выбрасывают. То лезут без очереди!

– Так не все ж такие, – отозвался мужчина. – Да и вы тоже, поди, человек, а не индрик или волкодлак какой. Стало быть, вы и себя не любите?

– Да что вы заладили? Любит– не любит! – вспыхнула сударыня. – Речь совсем не об этом. Без очереди лезть не надо, вот о чем.

Пока они препирались, девушка перед недовольной сударыней, тихонько позвала меня и указала перед собой.

– Идите сюда, – негромко сказала она с улыбкой, – я вас пропущу.

Я благодарно улыбнулась в ответ.

– Спасибо большое вам.

– Да во благо, – отозвалась она. – Мне тоже один билет, да и в одну сторону. Летучий корабль отчаливает ещё минут через двадцать, все успеем.

Заняв очередь, я порылась в набедренной мошне под юбкой, где всегда храню на всякий случай некоторую сумму золотых кун. Пусть я и царевна и в бутиках и лавках расплачивается Феодора из запаса, который выделяет мне батюшка на различные нужды. Но мало ли где придется платить самостоятельно. Как, например, сейчас.

Передо мной ещё два человека, один из которых уже во всю покупает билет, так что ждать недолго. Я оглянулась на Феодору, которая вдалеке что-то усердно объясняет детине, тот мотает головой, но Феодора не отступает. Испугавшись, что моя сердобольная гувернантка испортит весь наш план, я с трудом дождалась своей очереди.

– Вам куда? – донесся бесстрастный голос из окошка билетной лавки.

Вопрос, конечно, хороший. Не могу же я сказать, что лечу в Запретное Тридцатое царство. Это если и законно, то крайне подозрительно. Быстро прикинув географию, я вспомнила, что чуть правее от него лежат земли великой и несокрушимой Бореи. Когда-то давно один из царей, кажется, царь восьмого царства, предложил с Бореей объединиться. Но остальные цари покрутили у виска и сказали, что это слишком необузданный мир и лучше держаться от него подальше. Хотя именно Борея во всю внедряет чародейство в бытовую жизнь и инфраструктуру городов. Сказать, что мы летим туда может и смело, зато никто не попытается преследовать. Никому не захочется без официальных подтверждений соваться в Борею.

– Сударыня? – позвал меня голос из окошка. – Очередь не задерживаем. Так куда вам?

– Эм… Борея, – ответила я. – Два билета, будьте добры.

– Хм. С какой целью? Разрешение есть?

У меня в груди ухнуло. Естественно, никакого разрешения у меня нет, я даже не знала о том, что оно бывает. Решение пришло неожиданно, я протянула нужную сумму за билет и быстро губами прошептала чары убеждения, мысленно проговорив: «Ты просто выдаешь нам два билета и больше не задаешь вопросов».

А вслух сказала:

– Туризм и отдых.

Никогда раньше я не накладывала чары убеждения эффективно, и когда в окошке повисла пауза, я вся обмерла. Если меня сейчас развернут, то придется очень постараться, чтобы скрыться от стражников, которых скорее всего в лесу стало ещё больше. Ведь батюшка меня ищет.

Сказать, как я обрадовалась руке с зажатыми в пальцах билетами, которая через несколько мгновений показалась из окошка, это ничего не сказать.

Я только и смогла выдохнуть:

– Спасибо.

После чего цапнула их и торопливо пошла к Феодоре. Когда подходила, то не сразу поняла, что происходит. Детина, который в момент моего ухода выглядел суровым и неумолимым, сейчас стоит, потупив взгляд, щеки красные, как помидоры. А Феодора вещает поучительным тоном:

– И запомните, уважаемый сударь смотритель, любой уважающий себя человек обязан принимать душ хотя бы раз в день. Имейте в виду, это не только полезно для здоровья, закаливает организм и очищает его от вредоносных слизей. Но и улучшает общение с другими людьми. Разве приятно вам разговаривать с человеком, от которого разит потом, а изо рта смердит чесноком и нечистотами? Конечно нет! И не надо верить разным глупостям о том, что вода смоет с вас божественную воду. Это все чушь и происки Заморского царства. Мыться – эт естественно и гигиенично. Стыдно вам, сударь смотритель, должно быть, что дожили до… Сколько вам лет?

Пристыженный и не знающий, куда деть взгляд смотритель, пробормотал:

– Тридцать годов…

Феодора всплеснула руками.

– Ба! Тридцать лет сударю, а он не знает, что нужно регулярно мыться и чистить зубы! Это позор и срам! Никуда не годится! Нет, это нельзя так оставлять. – Феодора повернулась ко мне и спросила так, будто я никуда не уходила: – Вы уверены, что нам нужно лететь сейчас? Может у нас есть возможность остаться? Я просто не представляю, как они здесь живут без элементарных правил гигиены. Я бы им все объяснила, как следует поступать.

Голова смотрителя поднялась, его взгляд устремился на меня с такой мольбой и ужасом, что я про себя засмеялась, но вслух проговорила:

– Феодора, я понимаю твою мотивацию всем помочь, но сейчас у нас нет времени.

Скорбно вздохнув, она произнесла:

– Какая жалость. Здесь столько работы, у меня просто душа замирает, когда думаю обо всех этих невоспитанных сударях, которым моя помощь просто необходима. Ну что ж. – Она снова обернулась к детине. – В таком случае, пообещайте мне, что с этого дня непременно будете каждый вечер греть себе воду в тазу и мыться. Непременно с мылом. А также чистить зубы специальной щеткой и зубным порошком.

Смотритель выпрямился и клятвенно заверил:

– Обещаю!

– Ну хоть так, – качая головой, отозвалась гувернантка. – Имейте в виду, я проверю, когда вернусь.

Смотритель сглотнул так шумно, что я услышала бульк в его желудке. Сдерживая смех и удивление, я протянула ему два билета. Тот мазнул по ним взглядом, даже не проверяя, видимо, хочет побыстрее избавиться от общества Феодоры. После чего указал на подъемный механизм.

– Вам вон туда.

Втроем, учитывая невидимого дракона, мы проследовали к подъемнику. Там уже собралась очередь, знакомая мне сударыня в кокошнике что-то недовольно говорит мужчине в кафтане, девушка, пропустившая меня вперед, улыбается. Остальные ожидают спокойно.

Феодора наклонилась ко мне и шепотом заметила:

– Вы, наверняка, все продумали. Но вам не кажется, что наш, гм… Незаметный пассажир не поместится на один подъемник с этой толпой.

– Хм.

Вопрос очень актуальный. Об этом я не подумала и теперь торопливо соображаю, что делать. Когда прямо над ухом прозвучал тихий и низкий шепото, я вздрогнула.

– С другой стороны башни есть подъемник для больших грузов, – тихо произнес дракон. – Я могу подняться на нем.

– Один? – не поняла я.

– Если красивая сударыня попытается подняться на техническом подъемнике, это будет выглядеть странно, – сообщил Змиулан. – Так что да. Один.

– А если что-то пойдет не так?

– Что может пойти не так? Это ведь просто подъемник.