Текст книги "Нет у Бога слёз для нас"

Сказка о благом намерении
(ирония)

 
Иван Петрович много пил,
намеревался бросить вот-вот,
но Бог не дал на это сил,
а в магазине много водки.
 
 
И каждый раз, придя в себя,
давал божественные клятвы,
что алкогольная стезя
уже заманит его вряд ли.
 
 
Взрослели дети, шли года,
Петрович лёжа на диване,
глотал винишко из горла
и кончил жизнь, уснувши в ванне.
 
 
Очнулся, видит – Страшный Суд,
и Дядька в облачном сиянье
ему уже готовит кнут
и Чёрта наставляет в «няни».
 
 
Иван Петрович возопил —
я даже кошки не обидел!
и матом мало кого крыл..
мой Бог, ты сам всё это видел!
 
 
Ответил Бог.. – да, видел я —
семья твоя жила в страданье,
намеренье – лишь болтовня,
ты утонул, упившись, в ванне.
 
 
И дети видели отца
в грязи, слюнях, в угаре гневном,
и обещанья без конца —
ты предавал их каждодневно!
 
 
Одна тебе дорога – в ад —
намЕреньем мостил годами,
ты жил и умер словно гад
и в ад ползи вперёд ногами.
 
 
Сюжет простой, банальный как
мои разорванные лапти,
сменить их вроде бы пустяк..
на днях намереваюсь как бы…
 
 
Но тут Петрович в Первый круг
спустился.. хоть не добровольно,
нам с ним в аду не будет скук,
здесь может жарко, но прикольно.
 
 
И мне уже не до лаптей!
гори всё адовым огнём!
эх, погоняем мы чертей!
намереваемся.. вдвоём…
 

Врачеватель наших строк
(шуточное)

 
Чья голова к ногам скатилась?
Не важно – это всем урок!
Кому-то даже божья милость —
Прошёл литературный срок!
 
 
Я аккуратен, без изъянов.
Стерильность – это не игра!
Бездарностей и пошлых хамов
Стерилизую на ура!
 
 
Кто следущий? Живьем под скальпель! —
Я не использую наркоз!
Попрятались? Примите капель!
Я иссеку и ваш невроз!
 
 
Наполню драйвом ваши тексты.
Тариф? – Согласно прайс-листу.
Соавторство оформим честно! —
Мне гонорар – тебе звезду!
 
 
Что ж.. по рукам? по ним получишь,
Если замечу, что хитришь.
Нет.. пристегну.. на всякий случай…
Не вырывайся лучше… слышь…?!
 

Не за Царствие Небесное…

 
Не за Царствие Небесное
Человек поёт Хвалу —
Богу, Совести и Чести —
иль чего-то не пойму…
 
 
Не за сладкий пряник рая,
не от страха в ад пойти,
а затем, чтобы открыто,
гордо по Земле идти.
 
 
Чтоб уверенно и смело,
не идя по головам,
мир наполнить Добрым делом
и теплом – в подарок вам.
 
 
Чтоб не ползать на коленях,
чтобы Мир красивым стал,
чтобы Бог своим Твореньем
восхищаться не устал.
 

Антихолуёвское

(иронично-саркастичное)

 
Холуй – это почти что русским матом,
и чтоб исправить казус всех времён,
мы выпишем себе главу из Штатов —
иудой лучше слыть, чем холуём.
 
 
Приедет к нам высокий и могучий,
пусть даже негр с майамских берегов,
зато наверняка он знает лучше,
как отобрать ресурс наш у врагов.
 
 
Совбез ООН теряется в разгадках —
откуда от России ждать подвох?
ведь русские всегда готовы к схватке,
а тут как будто сдались что ли?.. ох.
 
 
И миру мы всему на удивленье,
сдадим вождей в Гаагскую тюрьму,
народ освободим от холуенья,
на лоскуты порвём свою страну.
 
 
Мы дураками были есть и будем,
холуйствуем и рушим до корней,
страна экстримов и жестоких судеб,
и по лбу вновь от тех же от граблей.
 

Прервать терпений череду…

 
Я слышу от тебя – Терпи! —
Послушным стал коварный рок,
И я не рыба на мели,
Меня ведёт за руку Бог.
 
 
И больше мне себя не жаль,
Не жаль отдать последний вздох,
Над мной не властвует печаль,
Не давит строгой рамкой срок.
 
 
Я будто в силах всё решить
Внутри фатального кольца,
Терплю.. и запрещаю ныть…
Терплю.. до самого Конца…
 
 
Терплю.. когда уже в аду..
Терплю.. когда мотор заглох,
Прервав терпений череду —
Спасибо, наконец-то, Бог.
 

Бился Правды ради

 
Пил я водку с Правдой..
с Совестью курил..
говорил о главном..
просто говорил…
 
 
обитали где вы,
когда ложь во след,
разливаясь гневом
добавляла бед
 
 
камни из наветов
хохот за спиной
без добра советы
и без Бога бой.
 
 
одиноко ждал я —
всё вернётся в срок…
вышибем мы с Правдой
почву из под ног..
 
 
ухмыляясь гордо
в грязь втоптал врага..
видел его морду
возле сапога…
 

 
бился Правды ради..
и за Совесть – месть…
побеждал я слабых..
лжи даруя Честь…
 
 
убивал и правил..
и как уж скользил..
вёл я бой без правил..
Совесть.. не грызи
 
 
наливаю, жалясь,
Правде вру опять..
зло с добром смешались,
лиц не разобрать…
 

Вирус Алигьери

 
..полезен вирус «Алигьери»…
 
 
От скуки прочитав главу,
во мне открылись ясно двери,
как будто вижу наяву
картину писанную страстью
не то в жару, не то в ненастье,
холодный пот и снова жар,
перо скрипит себя круша,
глаза наполнились слезами,
строка пронзительной стрелой
взрывает плоть.. и боже мой..
рождается во мне цунами
из новых строчек и поэм —
я пью моря и луны ем.
 
 
II
 
 
А этим временем голодным
вокруг сбирается толпа,
я им кажусь совсем не модным,
их грозные слова и па..
меня в реальность возвращают
они ругают-упрекают —
не так пишу, не там пою,
все лезут в голову мою.
убийственны порой советы,
но мне присуща глухота,
когда мелодия не та
звучит обманчивым куплетом
из уст не друга, а врага,
и отправляешься в бега.
 
 
III
 
 
Итак.. весенне-летним утром
под цвет небес и запах грёз,
туман поля росой напудрил,
а ветер шорохи принёс,
бурёнки вышли на прогулку,
ступая по дороге гулко,
за сочным кормом неспеша..
в такие времена душа
слагает новые сонеты,
с неё слетает пелена,
и невозвратность суждена
ни в пошлость зим,
ни в праздность лета,
я в резонанс такой попав,
сидел счастливый и кропал…
 
 
IV
 
 
Кропал стремительно и бойко
забросив быт и все дела,
не ел не пил, пером лишь только
из высших сфер ловил слова.
крутился возле люд забавный
а я, таинственно-нирванный,
в своем варился котелке
в безделье пьяном налегке,
презрев моральные устои
и рамки тесные сместив,
вбирал в себя природных сил
и наслаждался в веки кои
свободной беглостью пера
и пусть не кончится игра…
 
 
V
 
 
Не вечно благостное время,
в игре сменился фаворит,
а я и раньше не был первым,
а что теперь уж говорить…
нежданно вышла встреча с нею,
я вроде здрав, но всё ж болею,
ведь и Адам был искушён
в начале тягостных времён.
и возбуждает соки имя,
не узнаю своё нутро,
которое не знало про
такие страсти и в помине,
и ненормальностью своей
я удивляю всех друзей.
 
 
VI
 
 
С бытийностью смешались блики
томлений, страхов и обид,
и меланхолия на пике,
я принимаю чахлый вид..
вокруг зелёно-голубая
природа птицей запевая
не видит мой тоскливый взгляд…
негармонично, невпопад
существование тупое
меня изводит без конца,
я превращён тобой в слепца
и не хочу ничто другое..
мой бог.. не смейся надо мной,
я отдан ей.. и ей одной…
 
 
VII
 
 
Друзья твердят – несовершенна —
и муж, и дети, и семья,
и тащится всё это бренно,
и с сожаленьем день от дня,
глаза сапфирового цвета
не отражают красок лета,
ревнивец муж, да и свекров,
блюдут и бдят не хуже псов.
а я в сетях любовной неги,
забыл приличья и закон
и необузданно влюблен
душою сумрачной навеки..
быть может сплю?.. и наяву
начну беспечную главу…
 
 
VIII
 
 
Но это всё стряслось реально,
со мной остался брат-коньяк,
я безнадёгою печальной
грузился в долгий тесный мрак..
и застарелой паутиной,
и апатично (долей львиной),
зависли месяцы и дни…
друзей не видно и родни..
махнули на меня рукою..
да я и сам на всё плюю —
давно не в призрачном раю,
и думал я – вот-вот завою…
но тут случился поворот,
сменило русло жизни ход…
 
 
IX
 
 
В конюшне, что была напротив,
где развлекался высший свет,
нашли таинственный наркотик,
которого и в списках нет…
его на теле прятал конюх,
и ночью той он стал покойник,
при нем валялся мой стилет
пропавший в пятницу, в обед…
за мной пришли агенты в штатском,
и кончился запой и сон,
я этим всем был отрезвлён
и в странном положенье шатком
в очередной свой переплёт
попал не ведая исход…
 
 
X
 
 
потом была еще погоня..
и я оправдан, в тот же день…
потом была, конечно, воля..
но вспоминать мне просто лень..
моя любовь прошла внезапно..
друзья вернулись поэтапно..
я бросил пить, гулять, играть,
и так же бросил сочинять…
всё скука – видите вы сами..
я по течению плыву —
сейчас же завершу главу,
пойду вязать носки крючками,
пить перед сном зелёный чай..
прощай, читатель мой, прощай.
 

Мавроди
(шуточное)

 
Нас учит наставник – великий Мавроди —
несите дукаты и евро-рубли,
зароем (как водится в нашем народе)
на поле чудесном.. затем, только жди…
 
 
и вырастет дерево полное злата,
разделим по-честному – мне и тебе,
и станет смешной заводская зарплата,
мисс мира прильнёт к твоей сильной спине.
 
 
но если однажды проснёшься поУтру,
а дерева нету, срубили в ночИ…!
не делай со мной никакой камасутры,
то враг затаённый, его и мочи!
 
 
он жаден и рубит чужие деревья.
трудись-не трудись..– всё равно пролетишь.
Мавроди ж Сергею я снова поверю…
ведь он из народа и знает за жизть…
 

Лит. интеллигенты
(шуточн.)

 
Какие прекрасные двое —
Совсем не ругаются матом,
И я себя чувствую гадом,
На фоне культурного слоя.
 
 
Почти что не бьют кулаками,
Почти не стреляют в поэтов,
Ох, как я люблю их за это,
Что даже рождаюсь стихами.
 
 
И жёны у них молодые,
И тексты слагаются складно,
И лица тщеславно-парадны,
Как новые бэхи крутые.
 
 
Толпа с придыханием стонет,
Кричат гениальности – браво!
И не утомительна слава,
В кругу жёлто-прессных историй.
 
 
И с плесенью жизни сражаясь,
И наперекор тёмным бедам,
Себе примеряю их Кредо,
Примерами их вдохновляясь!
 

Ухожу

 
За шаг до грани всё меняет смысл,
Восходит к наивысшим Откровеньям,
Я не ищу уже ни в чём корысть
И больше не страдаю от сомненья…
 
 
Меня не трогают твои стихи,
Лишь музыка способствует волненью,
Спасает от грядущего тоски
И призывает к неповиновенью…
 
 
В ней было наше время.. целый пласт,
Где заменяли заблужденья чувства..
Но время вышло – отрекусь от вас,
Впуская неприкаянную пустошь…
 
 
За шаг до грани я уединюсь…
Гоню друзей и мысли, и проблемы…
Нет-нет… себя не жалко.. просто грусть…
Я больше не желаю перемены…
 
 
Уничтожаю фото и следы,
Оставленные мной на свете этом…
И не взойдут нигде мои плоды,
За них никто по счёту не ответит…
 
 
Наш бог не смог со мною совладать
И научить не мог меня смиренью…
И не накрыла божья благодать,
Я не воскресну светлым обновленьем.
 
 
Оплакан мир напрасно… не беда…
я ухожу.. а вы здесь.. как хотите…
жалею ли об этом.. – нет, и да…
но точка. и не плачьте.. не скорбите.
 

Без меня…

 
И я.. запивая колой пельмени,
усевшись в уютной, тёплой квартирке,
задумаюсь.. – от чего же гибнут империи,
как карточный домик в цирке…
 
 
Борясь за религии и за землю,
за право власть заиметь над слабым,
в стремлениях быть непременно первым,
про душу забудут как бы…
 
 
А я.. на экране смерть наблюдая,
куском подавившись от возмущенья,
и пагубный мир про себя проклиная,
собаку кормлю печеньем…
 
 
И кончилась ночь, и утро настало…
прошли революции и катастрофы…
а я по делам.. у меня их немало…
и мир обсудить за кофе…
 

На март…

 
Ржавые гвозди по крышкам гробов..
Всё повторяется в вечности этой.
Раны глубокие плетью из слов
Незаживаемы в душах поэтов.
 
 
Шлюхи природно предатели все…
Ставку не делай – опора гнилая.
Сладкоголосы по прошлой весне,
Нынешним мартом ничтожно облают.
 
 
Полузатяжка.. и щипет глаза..
Я.. как стихией разрушенный мрамор…
Это уроки! – Господь мне сказал —
– Выдержишь? Святость добавлю полграмма.
 
 
Песни неспетые хламом в углу..
Музыкой чуждой, неклипово мощной,
Песни.. я верю – они не умрут
Вслед за поэтом, растерзанным в клочья…
 
 
Мимо – надежды, друзья и враги..
Цвет изменившие свой на порочный..
Крикнуть мне хочется миру – Не лги!
Новью зачаться.. и вырваться строчкой…
 

Муха-карма

 
Карма издевается над нами..
и смеётся, путает причины,
в следствиях мы роемся как в хламе,
и напрасно гнём мы свои спины.
 
 
Карма веселится смеха ради,
ставит с ног на гОлову причину,
первым шёл герой – теперь он сзади,
тихо позабыт.. и тихо сгинул…
 
 
Не ходи за мною, карма-мука,
мне твоих последствий выше крыши,
не крути мне сердце, мозг и руки
в мясорубке жизни.. карма.. слышишь?
 
 
Нас преследует она как лихо,
губят без стыда ее сарказмы,
кто-то защищаясь, станет психом,
прикрываясь амулетами от сглаза…
 
 
Кончится от кармы бег в смиренье,
и в могилке мирно почевая —
безразлично разложенье-тленье —
кто-то ест тебя, а ты не знаешь —
 
 
Это счастье.. точно..
знанье – мука!
отчего нам надо всё на свете?
и какая укусила муха?
муха-карма – я себе ответил…
 

Овечка

 
Я нарушу заповедь – всуе вспомнив бога…
может быть накажет Он.. может даже строго…
 
 
я нарушу заповедь, сотворив кумира,
и за это, может быть – пустит он по миру…
 
 
без гроша и доблести, и без корки хлеба,
а потом откажет мне в райской жизни неба.
 
 
вдруг нарушу что-нибудь, полюбив всех сразу,
бог посмотрит на меня страшным божьим глазом.
 
 
а потом приду к нему каяться со свечкой,
он простит меня… ведь я – глупая овечка..
 

 
и как все, и стадом всем – я грехи отрину,
и полюбит он меня – божию тварину.
 
 
так полюбит горячо, что визжит всё стадо —
боже милый, так любить сильно нас не надо..
 
 
боже милый, мы ж твоё копия-подобье,
не понятно – почему – выросло отродье?
 
 
Не гневись на нас, Отец, в ходе эволюций
мы богами станем все.. может даже лучше…
 

Вас всё меньше…

 
Вас всё меньше, кому я звоню…
и кому отправляю открытки…
не успею сказать – «я люблю…»
а потом не исправить ошибки…
 
 
вас всё меньше, державших меня
на плаву.. без корысти, упрёков..
забирает к себе вас земля —
я лишаюсь корней и истоков…
 
 
я боюсь, уплывёт из под ног,
что фундаментом было, опорой…
и исчезнуть хочу в нужный срок —
не тянуть нить судьбы до упора…
 
 
не тянуть, не познать на ветру
одиночества хмурые будни,
кто остался.. скажу вам – «пойду…»
кто остался.. вы не обессудьте…
 

Вдребезги!

 
Жив Спаситель… а вот я едва ли…
Вера – вдребезги!.. – и лишь осколки
мне последнюю надежду дали
до тех пор, пока их звон не смолкнет…
 
 
Вера – просто так и без проверок —
шла сквозь строй коварной лжи босая,
и безумная (по нашей жизни) смелость
за руку вела, не раз спасая…
 
 
А сейчас – беспомощно осколки,
виновато, становясь всё тоньше,
отражают чей-то смех и тОлки..
стоя на краю.. не верю больше..
 

Попусти…

 
Бессмертных душ рождения, уходы,
прикосновенья в тихие погоды,
смятенье в шторм и противленье буре рваной,
и ливни-слёзы омывают раны…
 
 
*
Остановись круговорот Души в природе!
устали Души в вечном хороводе,
упали на колени пред Творцом,
их Рай не манит радужным дворцом,
и сад Эдема сладкими плодами!
Дай нам свободу выбирать! Мы сами!
Останови! Останови, Отец Небес,
Твой Замысел – Неотвратимый Пресс!
 
 
Не дай скитаться и забыть себя в пространстве,
вновь появляться в человеческом убранстве,
вновь познавать истерзанность и страх,
ютиться в маленьких беспомощных телах!
 
 
Подачку вечного существования отрину…
А сотни бестелесых душ смеются в спину,
за дерзости сулят мне внеземные муки.
О, Бог, о, Дьявол, не тяните руки!
 
 
Я восхищаюсь каждой каплей бытия,
и каяться за жизнь не стану я,
не стану смерти ожидать благоговейно
как приз божественно-елейный.
Прошу другое.. – Боже, попусти!…
Из Рая и из Ада отпусти!…
 

Круговорот…

 
Слабое над сильным
и наоборот —
это по природе
наш круговорот —
 
 
верх одержит сильный —
только не спеши,
хитростью своею
слабый согрешит
 
 
и растопчет тихо,
будто невзначай,
сильного как Будда,
славою кичась,
 
 
сильный не уступит,
ведь силён же он —
снова верх над слабым
как Наполеон…
 
 
так кружась в единой,
сладостной борьбе,
Инь и Ян рождают
Новое в себе.
 

Россия 90-е

 
Страна болеет не по-детски —
со всех сторон кирдык
тоталитарно не советский,
как мой пугливый стих.
 
 
Страна в конвульсиях последних,
прощайте, господа,
не позавидует наследник
престолу никогда.
 
 
Огнём искромсаны ресурсы
животных и лесов,
война Кавказа новым курсом
из зелени кустов…
 
 
Террор чиновника-партийца
со смежных бьёт фронтов,
масс-медиа – умов убийца —
рассадница глупцов.
 
 
Судья продажный с депутатом —
здесь наша Родина,
зальем проблемы суррогатом —
и щастье, вроде бы…
 

Уходим

 
Прощаемся, не держимся, табу,
выходим аккуратно по карнизу,
вычеркиваем пройденную мглу,
как недостойные судьбы капризы.
 
 
Уносим ноги, кто ещё застрял,
и души все в царапинах и ранах,
не скоро ещё отдых и привал,
насос качает кровь предельно рьяно…
 
 
Уже не будет проб на жизнь.. и тест
последний и его не перепишешь,
кто ошибётся – будет ему крест,
ну и конечно, ангел споёт свыше.
 
 
А кто пройдет ступени до конца
и не сорвётся в пропасть на обманках,
тому и полагается звезда,
ну.. и ещё одна повыше планка.
 
 
Держись и ты, ведь люди говорят,
кто удержался стал как бог всесильным,
и кто в бою не спрятал дерзкий взгляд,
имеет за спиною пару крыльев.
 
 
Уходим, и не спрашивай – зачем..
здесь больше потеряешь и заплатишь,
ещё шажок.. и ты уже не тлен,
как Тот из Назарета, на распятье…
 
 
Тебе не нравилась его судьба,
но он владеет душами и духом,
и даже мы с тобою.. боже пра…
здесь на карнизе с Ним втроем, братуха…
 
 
Держись, уходим, подними глаза,
ведь с нами тот, казнённый Проповедник,
и птичья литургия в небесах…
не оступись.. один шажок к Победе.
 

Слово

 
Пока молчит поэт
о грязном и высоком,
слова работают во вред,
являясь ядом, а не жизни-соком.
 
 
И было Слово – знают все – в Начале,
как Истину и Бога величали,
а после.. Слово это замолчали,
и мир погряз в разврате и печали…
 

Сжигаю карму
Толтеки, синтоисты, серьёзно, не серьёзно, иронично и тп. Чем дальше, тем более раннее…

 
Сжигаю карму.. что же впереди?
друзья другие, правила другие,
во мне играют новые стихии?
и выбираю верные шаги?
 
 
Весенний дождь потоками унёс
былое, настоящее, что будет,
и в новой карме мы уже без судеб…
и в новой нет ни горя и не слёз…
 
 
Стираю карму, просветленья жду,
хочу понять основы мирозданья,
и в остановке своего сознанья,
мысль превращу в сверхновую звезду.
 
 
Сожгу мосты и камни соберу,
забыт прошедший путь и выбран новый,
висит над входом новая подкова,
и новая жена является к утру…
 

Астрология

 
Я совсем не виноват! —
это Солнце и Луна
отправляют Землю в ад,
от того идёт война.
 
 
Это Марс восходит вспять,
и в безволии наш брат
«томагавками» стрелять
начинает наугад.
 
 
Это звёзды движут рок,
мы лишь пешки в их игре —
так сказал один пророк —
подчинись своей судьбе.
 

Критикане

 
Я не хочу, чтобы меня критиковали,
из кожи лезли, рвали плоть и душу,
хозяева верховных наковален,
бездарные дельцы, творцы потухшие.
 
 
Я знаю, их сегодня легионы,
желающих рубить под самый корень,
не отпуская страстные поклоны,
их презираю я.. простите.. сорри…
 
 
их участь такова (иначе им не выжить) —
топтать, пилить, рубить – пока у власти,
и вот очередной уже унижен,
и ненасытны они в этой страсти.
 
 
А мы хотели, чтобы получилось,
и чтобы всё наоборот и справедливо,
но не сегодня эта божья милость,
сегодня звёзды лишь теряют силу…
 
 
Посмертная награда будет щедрой,
да.. не сегодня и не завтра, так уж вышло,
их слава после жизни, как крещендо,
ну, а пока, им критика что дышло.
 

Пародия, шутка

 
я умерла в три ночи и в два счета,
и птица я не твоего полёта,
не в твой бульон я попаду,
и лучше потроха себе склюю.
 
 
нет.. это слишком подло и жестоко…
себя клевать без толка и без прока,
но на разделке моё тело,
душа без крыльев отлетела.
 
 
и кто ж теперь я без души?
без крыльев, перьев.. насмешить
могу лишь этим местных мух,
испущен мой последний дух…
 
 
да.. умерла, так умерла..
а видной птицею была…
сгожусь кому-нибудь я снова
теперь лишь только для жаркого…
 

Любим… (ирония)

 
Любим мы город, ушу и собачку,
любим попкорн в тёмном зале из пачки…
любим себя, прилепившись к экрану,
любим экстрим и покой, любим маму.
 
 
вот завизжала пила у соседа —
это не любим мы после обеда,
мячиком в стенку колотит малышка —
мы раздражаемся – наглая слишком.
 
 
книгу откроем – картина Ван Гога… —
с автопортрета оценит нас строго..
ухо замотано – нет, мы не любим —
членовредительство – лучше забудем…
 
 
утром бежать на работу – как плохо..
с вечера нужно об этом поохать…
через неделю нагрянет к нам тётка,
это событие что-то гнетёт нас…
 
 
я наломаю ромашек на поле —
любит-не любит диету без соли?
любит-не любит, когда я пою?
может не любит он маму мою?
 
 
так и года пробегут как секунды,
может быть скоро пред Богом – День Судный…
что мы расскажем Ему на пороге?…
Папа Небесный у нас очень строгий —
любит-не любит иль к чёрту пошлёт —
это узнаем у Судных ворот.
 
 
ну а пока эта жизнь нас выносит,
любим её выкрутасы и козни.
 

Запрещаю

 
Я завершаю хоровод
внезапной страсти и напрасной,
немой как рыба, слеп как крот,
и слаб, и нищ в любовной власти.
 
 
безумие, как летний снег,
гармоний ритмы нарушает,
а за спиной холодный смех,
меня толкает ближе к краю…
 
 
я запрещаю сон и явь,
все камни брошенные.. стрелы,
и наш с тобой капризный сплав
я разделяю неумело.
 
 
я запрещаю все мосты
и сладости плодов запретных,
я запрещаю нам на «ты»
и разрешаю неответы.
 
 
без слёз и мыслей о тебе
рисую будничной палитрой,
я зачеркну тебя в себе…
тогда с тобой мы будем квиты.
 
 
как мантра, как молитвы стон —
я повторяю… повторяю..!!! —
я не влюблен!.. я не влюблен!!!
себе – тебя я Запрещаю!
 

Приговорён и выпит
(чёрная магия)

 
через плечо три раза
плюну на судьбы наши,
вывалю в блюдце сразу
гущи кофейной кашу,
крепко смотаю скотчем
вуду – игрушку сглаза,
ты меня знаешь, впрочем,
я не совсем зараза,
так, погадать немного,
поворожить с луною,
я была недотрогой,
ты поманил с собою…
слепо, как под гипнозом
шла, исполняя прихоть,
непроходящий трепет
ауру комкал тихо…
 
 
утро.. чернее ночи..
вырвалось из покрова,
я пролежала трупом,
и без единого слова…
*
магии чёрной книги
стопками на диване,
в экстрасенсорном виде
располагаюсь в ванне —
коготь совы полночной,
капелька рыбьей крови,
мякоть папайи сочной,
правильность всех условий,
куколка вуду, свечи,
Дева Мария справа,
нервно вздохнули плечи,
пламя в руке дрожало,
с пятницы на субботу
приговорён и выпит,
будет любовь до рвоты
нас она не пресытит,
в вечность Сансары строгой
вместе со мною в паре
в гуне страстей пороком
приговорён и впаян!