Текст книги "Нет у Бога слёз для нас"

Колесо Сансары. продолжение

 
Не так уж грустно в мире,
уж если – пробужденье,
и новое рожденье
сулит тебе пророк,
проснувшись, обнаружишь —
иное воплощенье,
и новую дорогу,
ступени и порог.
 
 
И вот в седле ты жизни,
катана наготове,
добро и зло, и ветер,
шторма и штиль – в лицо,
но ты не помнишь это —
и всё это по-новой,
и всё это впервые —
Cансарное Кольцо.
 
 
Буддизмы или синто..
ислам, католик, майя…,
и сотни Правд различных,
но цель у них Одна —
достигнуть Просветленья,
найдя Дорогу к Раю,
поймать свою Жар-Птицу,
не достигая Дна.
 
 
Идёшь по тропам сложным,
вершин не счесть при этом,
падений и вставаний —
несметно на Пути,
и вот уже охвачен
божественным ты Светом,
и Колесо Сансары
ты больше не крути.
 

Путь Хатори синтоиста

 
У нас, у синтоистов, всё не просто —
имеют душу камни и вода…
и всё у нас не так, и не по ГОСТу,
и мы не собираемся туда —
 
 
туда, где, вроде, Сад Эдема вечный,
где кущи райские и Бог-Отец при них,
а галактический путь Млечный,
стройнее, чем у Блока стих.
 
 
У нас, у синтоистов, всё под боком,
и хлеб и соль, земля, роса, песок,
и каждый радуется своим срокам,
побывши человеком хоть часок,
 
 
часок… не важно.. в бездну ты не канешь,
ты только подожди лет сотни две,
ты только не спеши и станешь кАми —
Он воплощенье бога на земле.
 
 
Да.. если повезёт.. не суетись ты,
ты не католик, не какой-то «белый брат»,
мы – лучшие! Мы братья синтоисты! —
уходим здесь, но возвращаемся назад.
 
 
Таков круговорот в природе нашей,
и в философиях единство и покой,
Япония – страна – России краше,
там Солнце раньше, меч острей, чем твой.
 
 
Там я родился в синто гармонично,
очистился у камидана много раз,
стал отраженьем мира я приличным,
и обнаружил как-то третий Глаз…
 
 
Теперь ничто не скрыто перед Глазом,
и тяжко видеть это всё насквозь —
я вижу что светлО, что тЁмно – сразу,
что мягкотело, а что твёрдое как кость…
 
 
Подняться вверх и вновь по тропам узким
катиться вниз – такой у синто Путь,
пригубим же сакэ.. да хоть по-русски…
у синто всё едино – в этом Суть!
 

Японские страдания

 
очень жарко, и по лицу
бесстыдно капля пота сползла,
может это слеза…
 
 
помню наши слова восторженные,
а потом мою тихую грусть —
и мы оба встревожены…
 
 
именно сейчас мне хочется,
чтобы слова – «время лечит»
были правдой и были пророческими…
 
 
мой разговор с тобой был прерван,
разрывался дверной звонок —
соседи пришли с проблемами…
 
 
кто же тогда сказать мне посмел бы,
что ты навсегда уедешь,
оставив записку на двери мелом…
 
 
плакать я разучилась… и любить тоже…
одиноко на лавке в сквере
кто-то протягивал мне мороженное…
 
 
день и ночь без вкуса и пресные…
пожирает огонь бумагу —
больше нет наших фото совместных…
 

Не смиренна…
(безразмерное)

 
Сама по себе она пО свету ходит,
играет, молчит.. и дружбу не водит..
не то чтоб ей нравилось это всегда,
но лучше свободы не знала она.
 
 
ей ближе, комфортнее мир одиночеств,
где ясно всё чуть ли не до…
до пророчеств…
не страшно ей быть у корыта разбитого,
где чистая суть и никем не размыта.
 
 
ей сложно с людьми находить точки общие,
и смыслов не видит важных воочию…
без общего плохо, она понимает,
но чуждые души она отвергает…
 
 
а страсти… нет… этого точно не будет,
достаточно было ударов ей судеб…
страстям она скажет своё – «не хочу» —
безумная жизнь больше не по плечу…
 
 
она уже столько прошла всяких бед,
что страшного более, может, и нет,
и если опять…, если снова беда… —
она уходить собралась навсегда..
 
 
но верит, что всё не напрасно в пути —
и встреча, и смех, и слеза,..но.. прости,
она не такая, как дОлжно бы было,
и есть у неё и своя Божья Сила.
 
 
её эта сила по жизни ведёт,
где нужно – и на руки даже берёт…
где нужно – она её в бой посылает,
и всё это душу с лихвой закаляет.
 
 
она не бежит от себя..ей не горько,
ей ближе вселенские думы.. и только..
и уединенья ей сладость приятна,
душа там закрыта и всем не понятна…
 
 
сказал ты, что свет её разум затмил…
но здесь ты не прав..даже.. не справедлив…
иначе бы не было больше уж сил
по жизни идти, становясь чем-то Новым.
все эти слова неспроста, не с пустого..
 
 
иначе бы духом упасть ей пришлось,
сбежать от судьбы в монастырскую келью,
но Бог не дает ей другого Пути,
она ж не страшится стоять перед смертью.
 
 
сказал ты про Бога..остаться с ним только?..
и жизни мятежной безумная полька
лишь в памяти дальней место найдёт…
а с Богом – спокойствие Дух обретет?
 
 
она – дитя мира, природы и Бога,
и Бог не оставил её у порога
стоять, дожидаясь подачки святой,
он дал ей немало.. а может, с лихвой…
 
 
ты, может, не сразу заметишь тот свет,
но есть он, поверь, и, наверно, обет
ей хочется дать – не нарушить Закон —
божественный Свет посылает ей Он.
 
 
она ж не сияет… а просто живёт…
и много не знает.. как все… и умрёт…
больна ли душа?… да.. страдала она…
достоин учитель?.. достойна ль она..?
 
 
ты видишь одно.. а она же другое…
как неукротимые волны прибоя,
и бьётесь за что-то попеременно…
и ты не смиришься, она не смиренна…
 

Не зря

 
Не пылинка и не роса,
Ни одна в этом мире слеза,
Ни молитва, ни бой звонаря… —
Не бывают на свете зря.
 
 
Ты пройдешь через сотни преград,
Получив и ран, и наград,
А в конце, в небеса воспаря,
Ты подумаешь – Было не зря.
 

Мне бы
(ироничное)

 
Я смотрю в ноосферу с презрением,
будь ты проклято миропознание,
мне бы секса и вдоволь питания,
обойдусь как-нибудь без прозрения.
 
 
мне бы травку щипать на пригорке,
быть бы кроликом в мире светлом,
и с крольчихой своей при этом
обитать в нашей славной норке.
 
 
но судьба неизбежно злая,
на меня вид другой имела,
человеком меня посмела
сделать, выгнав из вечного рая.
 
 
вот он я, Я – вершина Творений,
ну, спасибо тебе, Создатель —
мою жизнь превратил, Воспитатель,
в вечный грех и поток искуплений.
 
 
я в ответе за чахлость планеты,
я не вижу бытийного смысла,
я напичкан суровыми мыслями —
и за Разум плачу всем этим.
 
 
здесь вопрос возникает печальный
почему? и за что такое?
и душа растёт не в покое,
а в страданиях тайных и явных.
 
 
Почему?…не найду я ответа…
и смирюсь с положением тяжким,
в человеческую упряжку
вновь впрягусь, пока песня не спета.
 

Макулатура

 
Самомненье и тщеславие —
как без этого поэт?!
Ждёт, чтоб люди его славили,
даже если это бред.
 
 
На бумаге графомания
выйдет в первые ряды,
и весомее, чем ранее
в переплетах те плоды.
 
 
Килограммами и тоннами
сей макулатурный вклад
будет ценен для потомков…
ну.. хоть этому я рад…
 

Я не сужу

 
Я не сужу – а только наблюдаю
за красотой и мерзостью людской…
да – я пока ещё не знаю,
когда Тропа для них становится судьбой.
 
 
Один пошёл налево.. третий прямо…
второй – направо – за своей мечтой,
а если жизнь столкнёт их, то упрямо —
за это всё они вступают в бой.
 
 
Один, чтобы украсть попроще,
второй – чтоб наслаждаться красотой,
а третий постарается пожёстче
поставить на колени пред собой.
 
 
И я уже никак не разделяю
утопию Христову в этот миг,
Она не для животных – ЭТО знаю —
НЕ каждому везёт —
Христа услышать крик.
 

Мыслишки

 
Мыслишки, мыслишки, мыслишки,
не рвитесь на волю вы слишком,
там вовсе не воля, а лишь имитация,
Цензура в вас будет грязно копаться,
вы ей непривычны, вы ей непонятны,
а вдруг вы опасны, а вдруг неопрятны —
не вышло бы что, и на случай такой,
она своей твёрдой и сильной рукой —
в сундук, самый дальний,
под крепкий засов,
но ей не убить ни мыслей, ни слов,
они на свободе, витают вокруг,
но снова в кутузке окажется друг —
ученый, писатель, художник, поэт…
От глупого ценза покоя нам нет.
 

Избавь

 
Избавь, Господь, меня от лжи —
от той, что «во спасение».
Обманом сладким не спеши
залить мои сомнения.
Туманом не закрой мне Свет,
Не дай с Пути свернуть!
Пусть даже мне…
Пусть даже быть у Истины в Плену.
зато…
стекляшка – не указ…
И Путь прочертит мне Алмаз!
 

К Свету

 
Игра теней таинственна, забавна,
Но где же место здесь моей, бесславной?
В величии чужих я поглощаюсь,
Теряюсь, незаметно растворяюсь,
Мечтаю вырваться я к свету,
и сквозь сорняк пробить дорогу эту,
И не зависеть от чужих теней —
Увидеть очертания своей.
 

Я хочу сказать – оставьте!

 
Я хочу сказать – Оставьте!
Дайте воздуха и света,
Придержите ваши ставки!… —
– но останусь без ответа…
 
 
Мне хотелось бы пространства
с нерушимою границей,
ваша жадность, ваше чванство
не должны там поселиться.
 
 
Вопрошаю я у Бога,
если б только Бог услышал —
Почему темна Дорога
предначертанная свыше?
 
 
Почему холодный ветер
то и дело с ног сбивает?
Ничего Он не ответил… —
нет Его… иль Он не знает…
 
 
И тогда прошу я снова —
расступитесь, не толкайте..
ваши ржавые подковы
не спасут вас – так и знайте.
 
 
Я не вижу пониманья,
бескорыстных чувств престижа,
страшно липкое вниманье
душит, опускает ниже.
 
 
В мире грязи и занудства
мне несут покой и радость
одиночества минутки —
как недолга эта сладость.
 

В страдании растёт душа
(символы)

 
«Одиночества стылая вечность» —
не дружила Душа там с покоем —
по соседству жила бессердечность,
память билась в висках прибоем.
 
 
Переполнившись болью и каясь,
отвергая сочувствия слово,
в ипостасях других возрождаясь,
вопреки становилась Новой.
 
 
И сойдясь с пустотой воедино,
получила Безбрежность в подарок.
Помнил боль, не прошедшую мимо,
лишь свечи той забытый огарок.
 

Солнца луч

 
Солнца луч растворился в ресницах,
как в далеком-далеком детстве,
а кафтанчики на синицах,
ярко-жёлтыми пятнами светятся.
 
 
я влюблен в каждый миг, который
дарит радость тебе и мне,
вдруг, заметил прекрасное снова
и влюбился на этой волне.
 
 
я любуюсь будто впервые,
будто раньше не видел такого,
жил в другом нераскрашенном мире,
может быть, я родился снова?
 
 
может быть, я нашёл дорогу,
где рождаются ясные мысли?
я возьму их себе немного,
и раздам тем, кто ищет смыслы.
 
 
я раздам укрытым печалью,
кто хоронит надежду поспешно,
кто за горькой плотной вуалью,
спрятал душу от мира грешного.
 
 
я влюбился и знаю что-то,
от чего вырастают крылья,
что забыли люди в заботах,
пусть для вас это станет былью,
и не даст разбиться в полетах.
 

Чукча поёт…

 
рыба, ягода, зверь бить, шкура,
чум, яранга, как увертюра…
бог Аллах и Исус – чужие,
мой – всех любит, хоть мы босые
по сравнению с вашим миром,
где телец золотой кумиром
захватил ваши души в рабство…
(здесь ругается чукча – гадство)
 
 
вот «ползёт злой чечен на берег»
чукча в это, конечно, не верит,
так поётся в песнях у них,
но сегодня наш чукча сник —
приползли, прибежали ночью,
чукча плачет и плачет очень,
завывает под песнь пурги…
в сапожищах грязных враги
истоптали, украли, убили,
чукча жил себе в славном мире…
 
 
бам-бам-бам, бум-бум-бум, бам-бам
мой шаманский поёт барабан
хУа -хУа, хуА-аххУт
чайка в небе, а чукча тут.
рыба ягода зверь яранга
чукча с ветром танцует танго,
солнце-бог, море-бог, бог-земля —
я счастливый, что чукча – Я.
 

Минор на букву М
(экспериментальная поэзия)

 
Мертвецки муторный мираж
манил меня, меняя маски,
мозги метались мыслями-мурашками,
мутились многомерным маревом…
 
 
Массовка материлась мягко,
маячила метафизически,
меня морфинами медбратья
миксеровали методически…
 
 
мечты морились моветоном медленным,
мотались мерно мысли многотомные,
могучий мир молчал молитвенно
морозными мазками монотонными…
 
 
мигрень моя – максималистка —
мычала мнимой музыкой морали —
мы медленно, меланхолично,
магически мариновались…
 
 
мозайка мозговая многослойная
мистерию мостила многословную… —
мой мир, мой миг – мятежный мой мешок-
маячу, маюсь, мучаюсь.. мудрю…
малюю монолог…
 

Поперёк батьки в пекло

 
Если вздумал ты родиться
как-то раз на этот свет,
то обдумать не забудь
поучительный совет —
в пекло нос не суй пред батькой,
а почтительно уйди…
пусть он сам своей сопаткой
разгребает все угли.
Пусть, как чёрт на сковородке,
терпит этот весь кошмар,
подожди смиренно, кротко..
пусть остынет печки жар.
 

Я не хочу поэтом быть

 
я не хочу поэтом быть
и рифмовать – любить, забыть,
курить, убить, страдать, стрелять,
но я в душе, не дать, не взять,
поэт немного и романтик..
немного воин.. математик..
немного лень вставать с утра
и говорить себе – пора,
пора туда, пора сюда,
а на дворе не то зима,
не то война,
не то печаль,
и снова в бой… —
кто в ад, кто в рай..
Воюет племя на Земле,
поэт хорош, когда в земле,
а сверху крест, плита, цветок.
их первых пустят под каток.
Не нужен так же и пророк,
уже не нужен даже бог.
В чести высокой кровопийца,
на пьедесталах – зверь-убийца —
им поклоняется народ..
здесь рифма.. только матом.. вот.
 

Ушедшим от нас

 
И вот уж скоро год..
но время не излечит..
и мало, что живут,
ушедшие в душе,
не верю, что потом
и где-то – будет встреча..
а приговор судьбы —
стандартное клише —
боль, пустота,
разорван, искалечен…
 

Кому-то убивать легко

 
Кому-то убивать легко,
подбросив яду в молоко —
– отдать стакан и выйти вон
с надеждой – друг приговорён.
 
 
А кто-то просто на скале
верёвку режет -«трудно мне»
– он говорит – «не жить вдвоём…
лети, мой друг… а я.. потом.»
 
 
Ещё один, припомнив зло,
стреляет в спину – повезло
– кого обидел, кто в него —
друг не увидел…
 
 
А кто-то «слово» приберёг,
которым друга подстерёг,
а тот… не выдержав удар
– упал – не встал…
 

Я червь
(иронии)

 
я червь, я слизень, я пияв,
простите, люди!
я нищий духом и без прав,
гудит мой бубен.
 
 
растоптан я, как мухомор,
иль как поганка,
и взгляд мой дикий всем укор,
.. когда же пьянка..?
 
 
придётся выпить одному,
себе во славу…
ведь я червяк..противно..тьфу..
о боже правый!
 
 
но кто на самом деле я?
скажите люди?
а то я прямо в полымя
и без прелюдий…
 
 
вопросов много и как быть?
послать всё к чёрту?
кого ж любить, кого судить?..
обрыдли морды…
 
 
я вот у нищего спрошу —
смысл жизни в муках?
он рассказал про жизнь в раю —
но после… скука..
 

Стёпа идёт на выборы

 
Стёпа Разин как русский, наверное, парень
выбирает того – кого мы и не знаем.
это может быть даже Геннадий Зюганов
ведь страна ЭсЭсЭра не знала хулиганов.
А еще с ней дружили югославы, болгары..
и по всей Земле шла великая слава…
 
 
А может быть Стёпа Миронова хочет?
Ведь Миронов о народе хлопочет и хлопочет,
И зарплаты повысит в три раза и выше.
Выходи к избирательной урне! – Слышишь!
За Миронова кинь бюллетеней побольше —
При Миронове станешь здоровее и толще!
 
 
Жириновский Степану тоже мог приглянуться,
Он король политшоу, и все разом прогнутся,
Когда станет Владимир, который на «Жэ»
Президентом державы… – что? – дрожите уже?
А Степан мог бы выбрать того короля —
Жириновского слово не просто ля-ля.
 
 
Но вот Прохоров.. дюже красив высотой,
Да и парень не прост… и карман не пустой.
Если Стёпа влюблен в баскетбольный азарт,
То и с Мишей ему по пути… – нужен старт!
Голосует Степан с норильчанами вместе
за любимого Мишу, хоть богат, но ведь честен!
 
 
Только Путину Стёпа не даст никогда
Ни полголоса даже… – вот это беда…
Дядя Путин кормил, охранял много лет,
Но Степан не дурак – не продастся за хлеб.
Стёпа хочет побольше кусок Пирога,
Чтоб беречь тот кусок от чужого врага.
 
 
Стёпа даст своему президенту наказ —
Взять контрольный пакет на якутский алмаз
И на никель, и нефть, и конечно на газ…
За кого же ты Стёпа? Скажи хоть сейчас.
 

Шутки
(для неслабонервных)

 
Бог.. конечно, не потеет..
не смеётся.. не поёт…
Бог и бороду не бреет,
Он не дворник, не пилот..
 
 
И ему плевать на нищих…
налепил он здесь сполна..
справедливости не ищет..
его дело – сторона.
 
 
он, конечно, Вездесущий,
он в тебе, во мне, и в нём…
с рук, поэтому, всё спустит
и гори оно огнём.
 

Ворона
чероновики (басня)

 
Вороны рыщут в поиске светил,
подачку ждут —
вдруг сыра кто подбросит..
и тут герой – красив, умён и мил..
ворона преданно глазами кОсит.
 
 
вот он зашёл.. и стАтью поманил..
ворона аж.. ну да.. «в зобу подпёрло»
– смотри герой.. мой хвост..
и в блёстках крыл —
как смотримся с тобою?! – мачо с гёрлой!
 
 
И тут герой растаял.. вот она! —
та настоящая!..– искал.. аж, жарко..
пусть репутация её – черна,
зато как искренне умеет каркать!
 
 
***
где брызжет лесть и льётся сладкой трелью,
я буду выглядеть как беспробудный хам,
жестоко обнажая лицемерье.
 

Снова война

 
Значит – мы молодыми
смерть избежать успели…
нас на полях ковыли
не обглодали звери.
 
 
значит, живём упрямо,
и, вознося молитвы,
благословила мама
на продолженье битвы…
 
 
не захлебнусь слезами
я от потерь и скорби,
правду клинком решали,
жертвуя друга кровью..
 
 
стоном землицу полнит
конницы топот гордый…
колокол монотонно
счёт продолжает мёртвым…
 

Змея
(ирония)

 
Из кожи лезу хищною змеёй…
уж ночь близка, а муторно поныне..
хлебнула жидкость, заходясь тоской —
бутыль последняя была.. Martini..
 
 
не чай, не сок, не вОды родника
мне не кружили голову и разум,
сейчас и стихотворная строка
плывёт перед моим туманным глазом…
 
 
зову весну в ноябрьский хмурый день,
мартини греет, но не светит солнце,
ты мне сказал, что я змея из змей
и проклинаешь наше ты знакомство…
 
 
все фота сжёг за прожитый апрель,
но это многоточье, а не точка…! —
четвёртый год стучусь в твою я дверь
и ядовито изрыгаю строчки…
 

Змей большая…
(шутки)

 
Змей большая, рот как рупор,
ядовитый зуб торчит,
пять.. а может восемь трупов
в животе его набит.
 
 
малый мышка, глупый птичка,
в ненасытный брюх попал…
я не помню его кличка,
но и мой собак пропал.
 
 
змей большая трёхголовый,
хвост стучит о парапет,
не сказать мне больше слова —
сёдня я его обед.
 

Оставлю стих

 
приходите, доктор,
приносите шприц…
мне немножко плохо..
может это криз..
может это ломка,
может мне кирдык..
вы не плачьте громко..
я оставлю стих.
 

Скорлупею

 
Посмеяться… но нет.. сначала
вот примите сто двадцать капель..
не до обморока и мало…
для смягченья души царапин…
 
 
чтобы осень не захватила
в лапы пасмурные депрессий..
чтоб веревка, сучок и мыло
не последними стали в песне…
 
 
год за годом.. итоги.. вехи..
отпускаем.. ступая с миром..
и залатывая прорехи,
набираемся будто силы…
 
 
замыкаемся скорлупея…
но каким-то внезапным летом..
вновь от глаз твоих оробею..
не имея иммунитетов…
 

Сны

 
ты ванильным мармеладом
проскользни в тревожный сон,
пеньем утренней цикады
и туманностью времён…
 
 
замани очарованьем
нежной призрачной любви,
и отдамся на закланье
снам, в которых вместе мы…
 
 
проскользни как будто вечность,
оставаясь навсегда,
только в снах тебя я встречу..
только там.. и никогда..
 
 
никогда нигде не будем..
жизни две в одну не слить..
только сны печальных буден
свяжет тоненькая нить…
 
 
две вселенные в пространстве —
параллельные черты…
а во снах несметно шансов —
я скольжу туда, где ты…
 

Эх.. зачем
(трагедии)

 
Снова решка.. и еще.. и две..
что хочу я от монеты звонкой..
чтобы не узнать, что там на дне..
где без воздуха.. и жизни кромка…
 
 
Книга Перемен – И-Цин.. Таро..
всё расскажут – было что и будет —
слышу заново.. и всё старо…
но спрошу ещё шаманский бубен…
 
 
где тот мальчик, что смотрел в глаза
будто бы на ангела, не смея
прикоснуться и сказать слова..
не бывало больше чувств острее..
 
 
капелька на кончике иглы
разделила мир на до и после…
он – где героиновые сны..
запретил мне быть там даже гостем…
 
 
вот и церковь.. где-то здесь и бог..
на иконах те, кто всех спасают…
только не меня и не его..
я безвыходно за ним бросаюсь…
 

Ада с Раей
(снова шутки)

 
Ада с Раей – две подружки
были в юности своей,
поглощали вместе плюшки..
неразлучно.. не разлей..
 
 
подрастали.. узнавали —
что за мир.. и как в нём быть..
на совместном на портале
научилися любить..
 
 
Ада Лёшу полюбила
виртуально.. просто жесть..
и бурлила в Аде сила,
как торнадовая смесь.
 
 
Рая тоже строит глазки,
и подумайте кому..
тот же Лёша.. те же сказки…
я нисколечко не вру.
 
 
и столкнулись Ада с Раей..
будто Ад пошёл на Рай…
и забыли, как играли
и делили каравай..
 
 
но делить Алёшу? – дудки!
не уступят ни ногтя!…
дрались долго, дрались круто..
а Алёша.. у меня.
 

В радугу

 
Серый день наряжаю в радугу,
вижу всех в золотом и розовом,
обнимаю поляны радостью,
удивляясь весенней поросли.
 
 
Раздвигает тучи луч солнечный,
согревая на веточках почки,
я закрою глаза и вспомнятся
из романса любимые строчки.
 
 
И покажется, что за оградкой
по дороге из облачной ваты
ты идешь босиком и загадкой,
исполняет природа кантаты…
 
 
И покажется, будто на свете
всё любовью окрашено вечной,
не бывает как будто бы смерти,
без надежды не плавятся свечи…
 
 
Так покажется в радужном цвете,
затмевающем боль и страданья,
и на время проснутся в нас дети
без забот и в восторге пред тайной.
 

Не бывает…

 
Где раздобыть нам остров
где раздобыть нам солнце,
чтобы любить там просто
в мир распахнув оконца.
 
 
Где разыскать планету,
чтобы как рай сияла,
не превращалась в пепел
в битвах левых и правых.
 
 
Нет во вселенной места,
где без забот и в счастье
весело и не тесно
люди живут без страсти,
 
 
люди корысть не знают,
и эгоизма цепи —
в мире так не бывает —
каждый нам так ответит.
 

До первого выстрела…

 
Забудутся войны, и враг усмирится,
усядется в позе молитвы пред небом,
на время желанный покой воцарится..
займётся делами насущными, хлебом…
 
 
Пусть раны залечит, найдёт милосердье,
пусть больше не рубит с плеча как попало…
об этом же Бога пусть молит усердно…
мечи переплавит свои на орала.
 
 
Не станем врага мы преследовать местью,
таиться в углах, поджидая в засаде
до первого выстрела и до бесчестья
врагу всепрощенье спокойствия ради!
 

Злодеи

 
Эх, проехались Словом поэты
по злодеям и ихней прислуге
танком резво крутя пируэты,
а затем и на тракторе плугом.
 
 
Закопались злодеи глубОко
в катакомбах дрожат и рыдают,
но не жалко злодеев нисколько,
пусть поэты теперь отдыхают.
 
 
Да не долго гулять на свободах,
точат зубья стальные злодеи,
умыкнули туза из колоды
и готовятся к вылазке, змеи.
 
 
Снова в масках и рожи кривые
в предвкушении смерти поэтов,
не любили их в детстве родные
и кормили из сои котлетой…
 
 
Так судьба издевалась на ними,
а они подросли для отмщенья,
и теперь отыграют злодеи
на поэтах свои преступленья.