Текст книги "Тени Радовара"
![](/books_files/covers/thumbs_240/teni-radovara-188009.jpg)
Автор книги: Марлус Морсхёйс
Жанр: Современная зарубежная литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 13
– Опять футбол? – спросил папа в тот вечер, когда Йона около восьми часов собралась выходить из дома с мячом под мышкой. Может быть, стоит придумать себе какое-нибудь другое оправдание. Например, что у нее появился мальчик.
Ключ лежит на своем месте – на косяке над дверью в мастерскую Залмана, а самого его, к счастью, нигде не видно. Йоне сейчас совсем не хочется отвечать на вопросы. «Йона, ты уверена? Подумай о своей семье!»
Она берет фонарик и отодвигает коробки. Черная дыра уже не кажется такой страшной теперь, когда она знает, что за ней. Воспоминание об ухмылке Веллы Муссер, когда та уничтожала ростки, прогоняет остатки страха.
Килиан ждет ее с фонариком в конце узкого коридора.
– Ты пришла! Идем?
– Да, – говорит Йона. Она идет за ним по темному тоннелю. Ее распирает от вопросов, но стоит такая тишина, что ее страшно нарушать. Тоннель то и дело заворачивает вправо, отчего кажется, что они идут по кругу. После очередного поворота кажется, что вот сейчас они уткнутся в бетонную стену Звездного Света.
– Пришли.
Килиан светит фонариком на тряпки, свисающие с потолка тоннеля в качестве импровизированных штор. Отводит в сторону одеяло в цветочек и говорит:
– Добро пожаловать в штаб Свободного Радовара. Можно просто Свора.
Йона отступает назад.
– Сколько вас человек?
– Шестеро. Кое-кого ты уже видела – тогда, на заднем дворе Звездного Света.
– Вот как. А они тоже из Нижних районов? Наверное, думают, что я избалованная курица.
– И вовсе не избалованная.
Килиан смеется. Йона – нет.
– Ты ведь их не боишься? Это мои друзья. Они не кусаются, хоть и лают иногда.
Йона не решается войти. Килиан делает шаг назад и опускает штору.
– Ты права. Тебе здесь не место. Легко можно пропасть, да еще и семью увести на самое дно. Я глупо поступил. Пойдем, я провожу тебя назад.
Йона проходит мимо Килиана внутрь. И чуть не спотыкается о кучу вещей на полу.
– Осторожно, это наша спальня.
– Я уже поняла по запаху.
Может, воздух в Звездном Свете и подержанный, но тут его «подержали» минимум раз семь.
– Вот теперь ты ведешь себя как избалованная.
– Неудивительно.
Кажется, этот резкий голос звучит ниоткуда. Килиан светит фонариком в угол. На спальнике лежит та девчонка, которая хотела отобрать у Йоны кроссовки. Йона узнала бы ее из тысячи по острым, торчащим вверх прядям светлых волос. Она потягивается и медленно встает.
– Добрый вечер, Минке. Как спалось? – спрашивает Килиан и включает тусклый свет.
Йона скользит взглядом вниз. Рядом со спальником стоят новехонькие голубые кроссовки. Откуда они у этой девчонки? Килиан тогда обещал достать ей новые. Неужели они всё-таки банда воров из Нижних районов?
Инстинктивно Йона делает шаг назад.
– Наверное, я всё-таки пойду, – заикаясь, произносит она. – Не хочу получить минус-баллы. Бабушка…
– Не хочу получить минус-баллы… – передразнивает ее девчонка. – Ну так и убирайся тогда отсюда.
– Минке, не надо так. Это Йона из Звездного Света. Йона, познакомься, это Минке, наш лучший хакер.
Если Минке и польстило это звание, она ничем себя не выдает. Она толкает Килиана в плечо.
– Ты что, Кил? Совсем сдурел? С каких это пор ты тащишь своих подружек в Свору? Хочешь поиграть – делай это в другом месте.
– Йона мне не подружка – она будет нам помогать. Мне показалось, нам не помешает еще один контакт в Звездном Свете.
Наверное, это правда, но Йона всё равно чувствует укол разочарования. Минке внимательно на нее смотрит.
– А вот Йоне, по-моему, так не кажется.
Слава богу, в тоннеле почти нет света, потому что щеки у Йоны горят.
– Неправда! – кричит она. – Я хочу бороться. Нам ничего не разрешают. Не пускают на улицу, уничтожили бабушкины цветы, а теперь и ее саму отправляют в дом-плюс. Я бы ушла, если бы могла, но тогда моей семье будет плохо.
Минке тихонько смеется.
– Цветы? Цветочки?
Йона смотрит на Килиана, но он не спешит ей на помощь.
Минке наклоняется к Йоне близко-близко и смотрит прямо ей в глаза. Йона пытается отвести взгляд, но такое ощущение, что глаза Минке – два магнита. Приходится зажмуриться, чтобы не ощущать ее обжигающего взгляда. Голос Минке тихо звучит у нее в ушах:
– Знаешь, каково жить в Нижних районах? Нам каждый день можно выходить на улицу! Просто роскошь, тебе такое и не снилось. Каждый день после школы дети старше двенадцати могут самостоятельно пойти на завод, чтобы заработать немного баллов для своей семьи. А после работы, в восемь вечера, мы садимся за уроки. Потому что – как говорят нам в правлении, – если очень постараться, можно попасть в Средние районы. А потом, вполне возможно, и в Верхние! В Радоваре все могут подняться выше, если только захотят. Правда, Йона?
Йона не знает, нужен ли Минке ее ответ. Она только бормочет что-то вроде:
– Думаю, да.
– И что, ты думаешь, мы делаем в своих Нижних районах? Устраиваем восстание? Нет. Было однажды восстание, через несколько лет после Большой Уборки, но дело закончилось тем, что полсотни семей бунтовщиков выслали в шахты. Про шахты-то хоть знаешь?
Йона смотрит на Килиана.
– Те шахты, о которых ты утром говорил?
– Боже мой, Кил, ты не мог кого-нибудь поумнее найти? Шахты Старкина, Йона! Золотые шахты в горах. Только они добывают там не золото, а редкие металлы для «КомВью». Или ты думала, эти дельцы выбрали Радовию за красивые пейзажи?
У Йоны пылают щеки. Вот уж действительно безмозглая курица, Килиан всё верно сказал.
– То есть мы там, милая Йона, не особо переживаем из-за цветочков. У нас других забот хватает. Представь себе, что Нижние районы – это тонущий корабль, а мы – крысы, которые пытаются спастись. Кто скатится с палубы – тому прямая дорога в шахты. Поэтому мы работаем до изнеможения и пытаемся перебраться на мачту, где безопасно, – к вам.
Йона осторожно смотрит сквозь ресницы. Глаза Минке уже не горят, они тускло смотрят вдаль. А это, может быть, еще страшнее.
– Но на мачте не так много места для крыс из Нижних районов. Знаешь, что странно? Когда у семьи из Нижних накапливается столько баллов, что им вот-вот можно будет переехать, почти всегда случается что-то такое, из-за чего они эти баллы теряют. Вот ведь совпадение, да? Но администраторы в Нижних районах не глупцы: они пропускают в Средние ровно столько людей, чтобы всем дать надежду, что и они когда-нибудь выберутся.
– А твоей семье разве не выписали кучу минус-баллов за то, что ты убежала?
Теперь смех Минке звучит гулко, и, когда она смотрит на Йону, огонь в глазах снова пылает.
– Эх. Пойду работать.
Минке накидывает кофту, еще раз ерошит волосы, отчего они еще больше лохматятся, и исчезает за стеной из тряпок.
Йона опускается на чей-то спальник и понуро смотрит в пол. Минке права. Она, Йона, годами дремала, убаюканная ритмом колебаний семейного счета. Но откуда ей было знать, как живется в Нижних? Обыщи хоть всю Звездную сеть, но информации о горах, сырьевых шахтах, восстании и бедных районах не найти.
– Не принимай близко к сердцу, – говорит подсевший к ней Килиан. – Минке очень жесткая.
– Но она же права. Я глупая курица. Я вообще не представляю, как устроен этот город.
– Ты в этом не виновата. – Он тихонько постукивает ее по плечу. – Зато ты теперь член Своры!
– Ну да, потому что я случайно тебя встретила.
– Это не просто случай. Ты смелая, потому что решила не мириться с правилами и вышла на улицу, чтобы помочь бабушке.
– Не знаю, хватило бы у меня смелости, если бы я сначала услышала рассказ Минке. В твоем районе тоже всё так плохо?
Килиан не смотрит на нее.
– Примерно. Тут у всех своя история.
– Расскажешь?
– Может быть, потом. А про Минке вот еще что. Помнишь, я говорил тебе о районе-минус? Для трудных подростков? Их часто отправляют туда их же родители, если из-за детей страдает семейный счет. А еще там оказываются те, кто в неурочный час попался на глаза Серой Бригаде. Брат Минке вот уже больше полутора лет сидит в таком доме-минус. Говорят, там ужасно. Если кто туда загремел, то это надолго. Мы со Сворой давно пытаемся взломать их систему, но пока безрезультатно. Там тройная защита, как и в домах-плюс. И физически туда не пробраться. Представь: высокая ограда, везде развешаны камеры, рядом шныряет Серая Бригада. Если замечают, что там крутится кто-то посторонний, его тут же забирают. Это слишком опасно. Надеюсь, теперь тебе понятно, почему Минке такая злая.
Килиан наклоняется к ней еще ближе.
– Постарайся ни в коем случае не попасть в дом-минус. Тебе не обязательно во всё это ввязываться, ты еще можешь уйти. Просто забудь, что мы с тобой познакомились. У тебя есть дом, есть бабушка, о которой надо заботиться, есть возможность подняться выше, быть счастливой. И еще у тебя есть Залман, лучший друг, какого только можно пожелать.
Йоне кажется, что она стоит на краю крыши Звездного Света. Стоит сделать только один шаг назад, и ты в безопасности. Но ноги не слушаются. «Эй, девчушка, смотри не „упади“», – словно слышит она от Залмана. Но в этот раз он не тянет ее за футболку назад. Йона набирает побольше воздуха и прыгает.
– Я с вами, – говорит она Килиану. – Что мы будем делать?
Даже в темноте она замечает, как у Килиана блеснули глаза. Он улыбается от уха до уха.
– Мы собираемся взломать базу данных по баллам Звездного Света.
Глава 14
Килиан отводит Йону в другое помещение чуть дальше по тоннелю. На простом столе на козлах стоят несколько ноутбуков. Комнату освещают две лампы на батарейках, подвешенные к потолку. В углу мигает диод аккумулятора, от которого к ноутбукам идет клубок проводов. Йона сразу узнает подружку Минке и мальчишку, которых она видела на заднем дворе; сейчас они уже не кажутся такими грозными. Есть еще одна девочка, которую Йона пока не видела. Эти ярко-рыжие косички она бы точно не забыла.
Килиан подталкивает ее вперед.
– Свора, это Йона. Наш второй контакт в Звездном Свете – и, кажется, она неплохо разбирается в компьютерах. Йона, это Рори, Гелия и Анук. Минке ты уже знаешь. Симон вышел.
– Симон? Тот самый Симон из Звездного Света?
– Тот самый. Взломал Звездную сеть три года назад, и его вместе с родителями отправили в Нижние районы. Он продержался два года, а потом сбежал. При нем об этом не говори, пожалуйста.
Махнув в знак приветствия, Гелия и Анук опять склоняются над своими ноутбуками. Рори смотрит на Йону с любопытством.
– Ты та самая девочка, которая любит дышать свежим воздухом по ночам.
– А ты тот самый мальчик, который любит пугать любителей дышать свежим воздухом.
Рори весело смеется.
– Да тебя и пугать-то не надо было. Ты, как нас увидела, чуть в штаны не наделала от страха. Ха-ха! Эти страшные бродяги из Нижних районов! Разве нет?
Он так заразительно улыбается, что обижаться на него невозможно.
– Кроме жильцов Звездного Света, я людей вообще не вижу. Только в парке по воскресеньям. А вы вели себя не слишком доброжелательно.
– А, это ты про нашу Минке. Она колючая, это точно. Но к ней можно привыкнуть.
– Мы распределили задачи, потому что хотим ударить по всем фронтам сразу, – говорит Килиан. – Минке с Анук готовят атаку на межсетевые экраны домов-минус, а Симон занимается взломом центральной городской базы данных по баллам – правда, это займет еще какое-то время. Рори и Гелия заканчивают приготовления к акции в Звездном Свете.
– А кто возьмет на себя дома-плюс? – спрашивает Йона. – Тебя ведь эта тема тоже волнует? Ты?
– Да. Но я много чем занимаюсь. Делаю что могу.
– Особенно хорошо он варит кофе и моет посуду! – кричит Рори.
– Очень смешно. Йона, подсаживайся к этому весельчаку, он введет тебя в курс дела. А мне пора. Дорогу назад сможешь найти? Пока!
Килиан закидывает за плечо рюкзак и, прежде чем Йона успевает ответить, удаляется.
Рори похлопывает по стулу рядом с собой, приглашая Йону сесть.
– Он всегда так. Еще привыкнешь.
– А что у него в рюкзаке?
– Не знаю. Но что-то важное, на улицу он без него никогда не выходит.
От безумного количества информации у Йоны скоро начинает кружиться голова. Рори рассказывает о технических деталях проникновения в Звездную сеть, о межсетевых экранах и о том, как их обходить, о маршрутизации к серверам, на которых хранится база данных по баллам.
– Мы уже на низком старте, – говорит он. – Если всё пойдет по плану, через две недели мы нанесем удар и выведем из строя систему семейных счетов. Проклятие Радовара, вот что это такое. Снимем проклятие – освободим людей.
– Извини, конечно, но как-то всё слишком просто.
– Это только начало. Пусть это всего лишь булавочный укол. Но такой укол, от которого все проснутся. Пока что в этом городе даже чихнуть нельзя, не получив минус-баллов, – конечно, так ничего не сдвинется с места. А представь себе, что можно будет просто выйти из дома и не получить за это штраф! Поверь, через две недели мы разожжем в Звездном Свете маленькое пламя свободы. И, когда оно разгорится, мэр Генриетта Хаверс уже не сможет его погасить.
Проклятие, баллы, Хаверс, свобода! Сердце у Йоны бьется сильнее, кровь бежит быстрее, она вскипает в венах! Прав был Залман, когда говорил о Спящей красавице. Она чувствует себя так, будто пробудилась от долгого сна в замке, полном шипов. Теперь она будет осторожнее и ни за что не поранится о веретено.
Очень скоро часы показывают девять. Йона встает со своего места с большой неохотой.
– Завтра придешь? – спрашивает Рори. – Будем писать кусочек кода.
– Уже не терпится.
– Не забудь свой мяч! – кричит Минке и запускает мяч прямо в Йону. Она ловит его уже у самой головы.
– Ну как, поиграла в футбол? И не вспотела даже, – говорит Джимми, когда Йона заходит в гостиную.
– Я надеюсь, ты не к этому своему Залману ходила? – спрашивает папа.
– Ты хоть знаешь, который час? Уроки сделала? – спрашивает мама.
Йона закрывает глаза, чтобы не видеть, как на нее наваливаются стены. «Я уже не та Йона, которую вы знаете! – ей хочется кричать. – Я проснулась!» Лучше всего было бы кинуть вещи в сумку, разрезать свой пропуск и навсегда исчезнуть в тоннелях. Но ее семья заплатит за это столько баллов, что бабушка сразу же отправится в дом-плюс. А что будет с родителями и братом? Если их выставят из Звездного Света, как это случилось с семьей Симона? И отправят в Нижние районы – из-за нее? Она молча идет в ванную, смывает с себя затхлый воздух тоннеля и забирается в постель. Она прожила здесь целых семь лет. Еще две недели уж как-нибудь продержится.
Жить как обычно не получается. Звездный Свет превратился в декорацию, ее жизнь – в затянутый фильм, а сама она – в актрису, исполняющую роль Йоны, девочки с двадцать восьмого этажа, дочери преуспевающих Роба и Марли Бергер. Для всех окружающих она должна оставаться прежней Йоной, той, кто хорошо учится в школе, не любит ходить в кино и часто ссорится с младшим братом. Только бабушка замечает, что Йона бродит по коридорам Звездного Света, как призрак. Однажды Йона начала извиняться, что опять придется надолго оставить ее одну, и бабушка ничего не сказала, только поцеловала ее в лоб. Теперь Йоне понятно, что говорит ее взгляд: «Иди. Живи».
Самое сложное – незаметно пройти к Своре. Истории с футболом надолго не хватило. На четвертый раз папа вдруг сказал, что пойдет вместе с ней, хочет познакомиться с ее друзьями по футболу. Когда их не обнаружилось, начался допрос. Тебе уже четырнадцать, нет ничего зазорного в том, что у тебя появился парень. И неважно, с какого этажа, ведь папа уверен, что у его дочери есть голова на плечах и она не поддастся мимолетному увлечению, если это может плохо отразиться на семейном счете.
С тех пор Йона спускается в тоннель днем. Родители приходят с работы не раньше шести часов, бабушка ничего никому не скажет, а Джимми слишком занят своими делами. Мысль о том, что теперь бабушке приходится сидеть одной до самого вечера, Йона отгоняет прочь. Ведь она делает всё это в том числе ради бабушки. Именно ради бабушки.
Первым делом после школы Йона заносит домой пропуск – приходится полагаться на авось и надеяться, что никто не будет проверять. Чтобы пройти на крышу, она его тоже «забывает». Если несколько раз застукают – будут проблемы. Но она чемпион по незаметности. Да и кому придет в голову, что у дочки Бергеров нет с собой пропуска?
Иногда по дороге в подземный лабиринт Йона встречает Залмана. В последнее время он смотрит на нее как-то по-особенному. В его взгляде читаются гордость и беспокойство – и на душе от этого становится тепло.
– Чаю попить не останешься? – спрашивает он иногда.
Она молча трясет головой и быстро пролезает в дыру, ведущую в лабиринт.
Когда она приходит к Своре, все обычно сидят, склонившись каждый над своим ноутбуком. Рори чаще всего первым замечает ее и говорит «привет». Когда Килиана нет или он спит, Йона с радостью садится работать с Рори. Однажды он сказал ей:
– Килиан по ночам часто куда-то уходит. Я как-то спросил, не лежит ли в его рюкзаке лом или отмычка. Потому что какие бы примочки для компов нам ни понадобились, он приносит их на следующий же день.
– А что он ответил? – спросила Йона. Неужели Килиан всё-таки вор?
– Ничего. Но мне всё равно. Он собрал Свору, он нашел нам место, нашел, ради чего бороться. Я ему полностью доверяю.
– А в Нижних районах действительно так плохо?
До акции в Звездном Свете остается еще неделя, Йона сидит рядом с Рори за компьютером. Этот вопрос ей не терпелось задать уже давно, а сейчас он просто сорвался с губ. Но, кажется, Рори не обиделся.
– Оглянись вокруг. Здесь мне лучше, чем дома, это уже о многом говорит.
– Я бы хотела тут жить.
Рори хохочет:
– Думаю, всё-таки Минке права.
– А что она говорит?
– Да так, ничего.
– Скажи мне. Она, наверное, думает, что я избалованная.
– Ты и правда избалованная, Йона. Ничего тут не поделаешь, просто так оно и есть. Когда ты в последний раз голодала?
В окно светит луна, у ручья перед домом квакают лягушки, в животе пусто и больно, снизу, из гостиной, волнами доносятся звуки ссоры.
– Давно. Но я знаю, как это.
– Понятно. Наверное, еще до переезда. Ты ведь приехала из деревни недалеко от города? Говорят, Старкин эти деревни специально сгноил, чтобы согнать народ в Радовар.
– Старкин?
– Да, а ты что думала? Вы тут в Средних районах вообще, что ли, ничего не знаете? Говорят, его люди втихую выводили из строя водонасосные станции, травили посевы и закрывали дороги под предлогом ремонта. Городу нужно было расти. И городу нужна была рабочая сила. Те, кто жил в Радоваре раньше, по мнению Старкина, профукали свой шанс, так что во время Большой Уборки он взял и отправил их всех в Нижние районы. Ну, не сам, конечно. Сам он никогда не пачкает рук – он этого не любит.
Йону начинает потряхивать.
– И вот тогда-то за дело взялась Хаверс. Неплохой дуэт.
Рори накрывает ее руки своими.
– Мы не просто так боремся, Йона. Давай-ка уже возвращаться к нашему коду. Через неделю всё должно быть готово, а я не люблю, когда что-то не доделано.
Глава 15
Йона никак не может сосредоточиться на математике. Считать получается только дни, оставшиеся до акции в Звездном Свете. Еще шесть. Когда учитель пишет на доске теорему Пифагора, в класс заходит директор гимназии. Она оглядывает класс.
– О нет, – тихо говорит Пат за одной партой с Йоной.
– Ты что-то натворил? – шепчет Йона.
– Йона Бергер? – произносит директор.
Йона вся сжимается под взглядами одноклассников. Свора. Ее вычислили?
Директор смотрит на нее.
– Это ты Йона?
Она кивает.
– Тебя вызывает к себе председатель правления Флис.
– Ого! – уже чуть громче говорит Пат. – А ты что натворила?
– Ничего, – отвечает Йона.
– А зачем меня вызывают? – спрашивает Йона в лифте по пути на первый этаж, где находятся офисы правления.
– Это не в моей компетенции. Но тебе не о чем беспокоиться, я только что просмотрела твое досье, ты примерная ученица. Ты слишком умна для того, чтобы совершать необдуманные поступки и подставлять под удар свою семью. Скорее всего, какое-то недоразумение.
Украденный цветок. Выход на улицу в поисках земли. Тоннели. Килиан. Свора! Йона чувствует тошноту. Кажется, пол в коридоре шевелится. Лицо горит.
У двери в кабинет Флиса они останавливаются. Директор внимательно смотрит на нее.
– Не переживай, Йона. Если ты ничего не делала, тебе не о чем беспокоиться.
Она стучится, заходит вместе с Йоной в кабинет, усаживает ее на стул и выходит.
Чарльз Флис, сложив руки за спиной, ходит туда-сюда перед окном.
– Йона Бергер. Дочь уважаемых людей Роба и Марли Бергер. Пятых по счету среди самых быстрых продвиженцев. Лучшие родители, каких только можно себе пожелать. Выигрыш в лотерею.
В приятных словах Флиса слышится холодный подтекст. У Йоны по спине бегут мурашки.
– Мы ждем от наших жильцов, что они будут вкладывать свою энергию в Звездный Свет, а не распылять ее за его пределами. Ты ведь должна знать почему?
Йона кивает, хотя за много лет здесь так и не смогла понять причину.
– Общий труд на благое дело! В этом – вся суть нашей системы! Когда ты это поймешь, почувствуешь всем сердцем – тогда перед тобой откроются все двери и в городе, и во всём мире. Понимаешь, Йона?
Она снова кивает, но Флис на нее даже не смотрит. Он так и ходит взад-вперед у окна. По улице проезжают два больших грузовика «КомВью». Флис показывает на них.
– Смотри, Йона. Это самая большая производственная компания в мире. Которая обеспечивает работой твоих родителей и сотни тысяч других жителей Радовара. Благодаря которой у тебя есть крыша над головой, еда, образование, вся эта роскошь. Мне кажется, такие вещи на дороге не валяются. И ради них можно немного постараться. Ладно. Перейдем к делу.
Наконец-то Флис останавливается. Он пододвигает стул и садится напротив Йоны.
– Я не буду ходить вокруг да около. Зачем ты так часто спускаешься на минус одиннадцатый этаж?
Теперь уже сквозь теплую пелену, в которую Флис укутывает свои слова, явно пробивается мертвенный холод. Йона застывает.
– И убери, пожалуйста, с лица это глупое выражение. Я знаю, ты круглая отличница, по информатике у тебя даже пять с плюсом, так что не притворяйся, что не понимаешь. Вопрос не такой уж и сложный. Что-то происходит. Судя по результатам сканирования твоего пропуска, ты образцовая домоседка. Но наши наблюдатели докладывают, что ты почти каждый день спускаешься вниз. Может показаться, что ты что-то скрываешь.
Наблюдатели? Кто? Компания подростков со скейтами? Велла Муссер возле лифта со своей неизменной теннисной ракеткой? Добродушный сапожник на лестничной площадке минус десятого этажа? Йона пытается выиграть время.
– Разве правление следит за жильцами?
Теперь в голосе Флиса слышится нетерпение:
– У нас есть дела поважнее. Тем более что внутри здания жильцы пользуются полной свободой. Но бывает, что к кому-то надо присмотреться повнимательнее. Например, после кражи цветка из парка. Тогда мы сначала проверяем, как этот человек учится в школе, каков его вклад в общее дело, замечен ли он еще в чём-то неприглядном. Так вот, ты кажешься вполне благовоспитанной девочкой. Достойной дочерью своих родителей. Так что если ты мне объяснишь, зачем тебе так часто ездить на минус одиннадцатый этаж, да еще без пропуска, то мы по-дружески разойдемся. Насколько мне известно, там нет ничего, кроме инженерных коммуникаций и квартиры Залмана. Или я что-то упускаю? Чем там можно заниматься?
– Я люблю быть одна, а там очень тихо и спокойно. Я просто не знала, можно туда ходить или нет, поэтому оставляла пропуск дома.
Неправильный ответ. В глазах у председателя промелькнул огонек.
– Ты сторонишься других жильцов Звездного Света? Они тебе не товарищи? Ты считаешь себя лучше остальных?
– Нет, это не так! Мне лучше думается в одиночестве.
– И о чём же ты так любишь думать, Йона?
– Просто. О школе. О городе. О будущем. О море.
На этих словах у нее задрожал голос, Флис это тоже заметил. Он поднимает нос по ветру, как гончий пес, почуявший зверя.
– И у себя в комнате ты об этом думать не можешь?
– У нас с братом одна комната на двоих.
– Джимми Бергер. Кто же его не знает? Один из наших лучших активистов. Не так уж часто он сидит дома, правда, Йона?
Она пожимает плечами. Флис наклоняется к ней поближе. Его колени почти касаются ее ног. В нос проникает смесь запахов: рыбы, лосьона после бритья и пота. К горлу подкатывает кислая волна, и Йона пытается ее сглотнуть.
– Хватит. Эта игра слишком затянулась. Что там, на минус одиннадцатом этаже? Я знаю, ты много общаешься с нашим прекрасным техником, но надеюсь, это не с ним у тебя ежедневные свидания.
Йона еще раз проглатывает слюну, судорожно пытаясь что-нибудь придумать.
Флис встает.
– Хорошо, я сам посмотрю.
Тоннель. Свора.
– Мипи.
Она произнесла это почти беззвучно. У нее в Звездном Свете всего один друг. А она взяла и выдала его самый большой секрет. Залман даже не рассердится. Только удивится. Волны тошноты подкатывают всё ближе. Йона со всей силы сжимает кулаки и пытается остановить взгляд на картине за спиной у Флиса. Пейзаж с подсолнухами тоже идет волнами.
– Кто?
– Мипи. Ручная крыса Залмана.
– У Залмана в квартире есть крыса?
Йона кивает.
– А ты что, любишь крыс? Этих грязных тварей, которые разносят инфекции?
– Я ненавижу крыс. Но Мипи не такая. – Йона едва не выплевывает эти слова.
Флис откидывается на стуле.
– Хорошо, что ты сказала правду. Звездный Свет не потерпит жильцов с домашними животными, не говоря уж о работнике с крысой. Залман сейчас же отправится в Нижние районы, где ему самое место. Крыс там сколько угодно. А тебе стоит задуматься о том, как поднять семейный счет. За всё то, что для тебя делают родители. Так уж и быть, я не буду ставить их в известность об этом прискорбном случае. Но, как ты понимаешь, без пропуска тебе теперь ходить нельзя. Никогда.
Йона уже подошла к двери, когда он обращается к ней еще раз:
– И вот что, Йона. Сначала цветок, теперь крыса… Two strikes. Three strikes out[1]1
Второе предупреждение. Третьего не будет (англ.).
[Закрыть]. Думаю, у тебя хорошо с английским и ты понимаешь, о чём я.
Она молча кивает, выбегает за дверь и несется к первому попавшемуся туалету. Наклоняется над унитазом, но, кроме рыданий, ничего не выходит. Она плещет себе в лицо водой из-под крана, но ничто не помогает смыть чувство вины. Залман уедет в Нижние районы. Почему ей в голову не пришло что-нибудь получше, чем Мипи? Глаза, наверное, покраснели, но в зеркало она смотреть не будет. И так от самой себя тошнит.
Когда Йона возвращается в класс, все сидят, склонившись над тетрадками, с транспортирами и калькуляторами в руках. Она быстренько проходит на свое место. Пат смотрит на нее испуганно, но она без слов принимается чертить прямые треугольники. Хорошо, что это последний урок. Когда звенит звонок, Йона всё еще не может принять решение. Хочется броситься вниз по лестнице и предупредить Залмана, но что делать с предательским пропуском? И как показаться Залману на глаза? Почему ей не пришло в голову сказать, что она любит помогать ему со всяким мелким ремонтом? Она могла придумать что угодно. Но вместо этого поторопилась сдать своего единственного друга. Чтобы защитить Свору? Или в основном ради Килиана? Или, что самое страшное, ради самой себя?
Бабушка хоть и удивлена тому, что Йона так рано вернулась из школы, но ничего не спрашивает. Йона ложится в кровать и с головой укрывается одеялом.
Вечером Йона возит по тарелке жареную картошку и сосиски. Под внимательным маминым взглядом она пару раз доносит вилку до рта, но каждый кусок камнем ложится в желудок. Под столом она незаметно для остальных прижимает к животу кулак, чтобы не чувствовать боли.
– А где бабушка? – спрашивает она.
– Ей нездоровится, она уже легла.
– Знаешь, Йона, что я сегодня услышал, пока ехал в лифте?
Папа не смотрит на нее, а продолжает яростно нарезать кусочками сосиски.
– Нет, меня же там не было.
У папы в уголках губ появляются пузырьки слюны, но он вытирает рот салфеткой и сохраняет спокойствие.
– Говорят, твоего Залмана отправили в Нижние районы. У него дома жила крыса.
– Да, сестричка, ну и друзья у тебя!
Камни в желудке превращаются в один большой булыжник. Если бы она могла, она бы плюнула Джимми прямо в лицо.
– Мне жаль тебя, – продолжает папа. – Кажется, он был тебе вместо друга. Может быть, теперь у тебя будет больше времени на дружбу с людьми своего возраста.
– Он же просто страшила. Скажи, пап? Вообще не понимаю, как ему дали здесь работу.
И Джимми начинает выковыривать ногтями застрявшие в зубах кусочки сосиски.
– Не преувеличивай. А если будешь так вести себя за столом, еще неизвестно, куда сам в конце концов попадешь. Йона, я очень тебе сочувствую, – говорит мама, – но это, наверное, к лучшему. Залману здесь не место. Страшно подумать, как он там теснился в темноте на минус одиннадцатом. Ну да ладно. Теперь, раз уж мы собрались вчетвером, давайте поговорим кое о чём важном. О бабушке.
Булыжник в желудке разрастается до размеров скалы.
– Нет! – кричит Йона.
– Дай маме договорить, – с раздражением говорит папа.
– Джимми, тебе я еще ничего не рассказывала. У нас в городе существуют специальные центры, где за бабушкой будут хорошо ухаживать. Они называются дома-плюс.
– Нет, они называются «дома-крест».
Папа закатывает глаза.
– Не знаю, от кого ты наслушалась этой ерунды, но, по-моему, стоит запретить тебе болтаться где попало.
Йона прикусывает язык. Надо научиться сдерживать эмоции, иначе посадят под домашний арест. Оставаться в своей роли: послушная дочь Бергеров. Когда мама снова начинает говорить, Йона сжимает кулак с такой силой, что ногти впиваются в кожу.
– Эти центры специализируются на уходе за людьми старше семидесяти пяти лет. И если родственники оставляют своих стариков дома, лишая их этого ухода, они каждый месяц платят штраф…
– Сто баллов в месяц, – говорит папа.
– Сколько? Как же мы сможем подняться на следующий этаж? – спрашивает Джимми.
– Мы сейчас о другом говорим. Важно понять, где бабушке будет лучше, – возражает мама.
– Дома, конечно. С нами, – говорит Йона.
– Кто бы говорил. Как будто ты проводишь с ней время. Тебя же вечно дома нет. Бабушка всё время спрашивает меня, когда ты вернешься.
Мама серьезно смотрит на свою дочь.
– Это правда, Йона?
– Не так уж часто я ухожу, – несмело оправдывается она. – Но нельзя же отправлять бабушку туда, где мы никогда не были?
– Как я погляжу, ты не особо имеешь право обсуждать, как будет лучше для бабушки, – говорит папа.
– Мы с папой попытаемся выяснить, действительно ли всё так страшно, как ты говоришь. И бабушка не прямо завтра переезжает. Мы решили, где-нибудь через месяц, чтобы успеть к этому морально подготовиться.
– И это обойдется нам в сто баллов. Пятая часть от того, сколько нам нужно для переезда на двадцать девятый, – говорит Джимми. – Просто супер.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?