154 800 произведений, 42 000 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 10

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 18 декабря 2018, 11:40


Автор книги: Михаил Ланцов


Жанр: Попаданцы, Фантастика


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Глава 10

1915 год, 26 июня. Окрестности Франкфурта-на-Одере, и далее Берлин


Максим лежал под кустом и с немалым раздражением наблюдал за тем, как деловито немцы обустраивают позиции.

– Да сколько можно!

– Ваше высокоблагородие? – переспросил удивленный Буденный.

– Я устал. Начинаю быть предсказуемым. Франкфурт-на-Одере – слишком явная цель. Она закрывает парадигму.

Семен Михайлович промолчал. Он не знал, что означает слово «парадигма», а переспросить постеснялся. Между тем Максим продолжил:

– Здесь два полка ландвера. Примерно. С пулеметными ротами. Семь «Ланчестеров», притом пять пушечных. Батарея 7,7-см пушек и… что это там? Какие-то маленькие пушки на треногах[109]109
  Речь идет об Австро-Венгерских 3,7-см Infanteriegeschütz M.15.


[Закрыть]
. Мы можем это смять. Это будет непросто, но сможем. Этот бой займет много времени и вызовет новые потери в живой силе, технике и боеприпасах. Большие потери. Мы тут добрых часа два-три будем возиться. И ради чего? Ты можешь гарантировать, что эти люди, – кивнул Меншиков на германские позиции, – не жертва?

– Жертва?

– Да. Жертва. После всего того, что мы наворотили, наши боевые возможности им известны. Приблизительно, конечно. И нам сюда выставили наживку. Мы с трудом разбиваем этот отряд и обескровленные, почти без боеприпасов входим в город. Движемся к мосту. А там… с той стороны заслон. Сильный заслон. И мы оказываемся в окружении, так как уже не сможем вырваться из заблокированного города.

– Но почему?

– Потому что в противном случае этих людей здесь быть не должно. Если бы немцы хотели нас остановить, то поставили бы намного больше пушек. И не вот так, а эшелонированно. Этого 77-мм хлама у них вагон. Трех-четырех батарей с правильным размещением вполне хватило бы. И всё.

– Может, у них больше нет пушек, – пожал плечами Буденный.

– Больше дюжины дефицитных бронеавтомобилей, почти четыре десятка самолетов, австрийский бронепоезд и новейшие 37-мм австрийские пехотные пушки нашли. А своих серийных 77-мм нет? Нет. Этого быть просто не может.

– Не успели?

– Не успели? В этом случае у них тут просто не было бы двух полков. Поверь, в текущей ситуации и один собрать так далеко от фронта – большая проблема. Нет. Войск тут ровно столько, чтобы мы, спустив все боеприпасы, оказались обескровлены и не способны драться дальше. Нас хотят брать живьем.

– Ваше высокоблагородие, как-то мудрено у вас выходит, – покачал головой Буденный.

– А иначе нельзя. Потому что мы здесь и сейчас играем против Генерального штаба Германской Империи. Там сидят люди очень непростые. Не удивлюсь, если они подключили разведку. Фридриха Гемппа или даже самого Вальтера Николаи. Если допустить, что все это не случайность, то будь уверен – нас ждет ловушка. А люди, что спешно окапываются вон там, – не более чем наживка. Нас ловят на живца. И очень жирного живца. Знать бы еще, зачем мы им живыми понадобились. Возможно, из-за того, что у нас в плену Его Высочество. А может, и со мной грешным желают пообщаться с глазу на глаз. Или еще что. В любом случае – нам это на руку.

– Может, мне посмотреть, что там в городе? Может, с той стороны моста и нет заслона? – почесав затылок, спросил Семен Михайлович.

– Время, друг мой. Время. Если это – наживка для нас, то вокруг предполагаемого поля боя должны стягиваться войска. Вот, – Максим достал планшет с картой. – Смотри. Вот здесь, здесь и здесь, – начал он тыкать пальцем, указывая различные точки, – можно выгрузить войска. Оттуда идут дороги, по которым маршевые колонны подойдут и заблокируют нас. Каждый час, каждая минута сражается за них. Даже если мы просто встанем здесь лагерем, часов через пять-шесть нам уже отсюда не уйти. Разве что с боем и огромными потерями. Если немцы приготовили на закланье такую жертву, то боюсь представить, что они стянули в оцепление. Берлинский гарнизон уж точно здесь почти в полном составе. Возможно, с северных городов подтянули. Но дивизий пять-шесть, может семь, здесь вокруг уже точно вьются. И эти 37-мм пехотные пушки. Тебя они не смутили?

– Смутили, – честно признался Семен Михайлович. – Против наших машин – самое то. Если ставить в кустах – сразу и не приметишь.

– Вот-вот. Насколько я знаю, австрийцы их выпуск только наладили. Это – новинка. И если новинку нам скармливают в таком количестве, то будь уверен – в войсках блокирования их окажется более чем достаточно.

– И что делать? – растерянно спросил Буденный.

– Удивлять их, – усмехнулся Максим и каким-то безумным, лихорадочным взглядом посмотрел на своего визави.

В Ротенбурге отдельный лейб-гвардии эскадрон пополнил запасы топлива и стрелковых боеприпасов. Особенно ценно было восполнение запасов топлива. Пробежав за эти два дня около шестисот километров, они могли снова поддать газу…

Утром следующего дня Фридрих Гемпп вошел в кабинет своего начальника.

– Их взяли? – поведя бровью, поинтересовался Вальтер Николаи.

– Нет.

– Они все еще дерутся? Остались боеприпасы?

– Они дошли до заслона и, не вступая в бой, отошли.

– Куда?

– Полагаю, что в леса. Там много лесов и большое количество дорог. Время стоит жаркое, поэтому следы от прохождения полусотни автомобилей незаметны. Если бы мы заранее сделали съемки дорог, то да, стало бы ясно. А так – не угадать.

– Так они ушли?

– Скорее всего, они укрылись в лесу и выжидают. Как доложили пилоты, участвовавшие в операции «Зеленая вишня», завидев самолеты, автомобили Меншикова съехали под деревья и стали совершенно незаметны. Эксперты предполагают использование каких-то средств маскировки. Так что им не составит труда укрыться в лесу в нескольких километрах от шоссе для воздушных наблюдателей.

– Думаешь, они раскусили наш план?

– Да. И если засели в лесу, то просто ждут, когда мы будем вынуждены отвести задействованные соединения. Вполне очевидно, что долго мы их там держать не сможем.

Вальтер Николаи встал из-за стола и медленно прошелся по кабинету. Остановился возле большой карты Германской Империи и долгих десять минут ее рассматривал. Все это время его заместитель стоял молча и терпеливо ждал. Наконец начальник военной разведки Германии спросил:

– Что мы знаем о целях Меншикова?

– Уничтожение мостов через Одер ставят нашу группу войск в Позене в очень сложное положение. В случае начала русского наступления, мы будем вынуждены отойти. Если успеем. Удар по штабам обеих армий расстроил их управление, и на текущий момент мы не вполне владеем ситуацией.

– Но русские не наступают. Так?

– Так.

– Почему? Ведь условия самые благоприятные.

Фридрих задумался, так же как и его начальник, зависнув разглядывая карту. Но уже через пару минут он произнес:

– Очевидно, для ответа недостаточно информации.

– Вот то-то и оно, что недостаточно. Мои люди в окружении Великого князя подтвердили достоверность плана операции. Именно то, что легло нам на стол, Меншиков и подал Главнокомандующему. Ни больше ни меньше.

– И с первых шагов начал его нарушать?

– Да, – кивнул Вальтер, повернувшись и пристально взглянув в глаза Фридриха. – Словно он знал, что этот план у нас.

– Но тогда получается… – начал говорить Гемпп, но осекся не в силах подобрать слова.

– Да, получается, что Главнокомандующий не знал настоящего плана операции. И мы его не знаем. Более того, до конца не понимаем, что движет Меншиковым. Он для нас – человек-загадка. Из безвестных бастардов он вышел в элиту русского общества. Стал зятем Императора и добился определенного влияния на него. Кое-кто из Романовых отвернулся от Меншикова, но большинство или никак не отреагировали на этот морганатический брак, или одобрили его. Год-два-три. И все утряс-лось бы. Он нашел себя в коммерческой среде. Патенты, музыка, кое-какие хозяйственные мероприятия. Ему не было никакого резона лезть в этот рейд. Зачем?

– Операция в Пиллау, – напомнил Фридрих.

– Да. Операция в Пиллау, – кивнул Вальтер. – И в ней Максим показал себя умным и осторожным человеком. Блестяще спланированная операция была сделана чужими руками. Он сам голову под пули не совал. Более того, в результате очевидной реакции его недругов в среде Романовых, он их подставил под удар общественного мнения. Красиво. Изящно. Две-три такие атаки, и Главнокомандующий пошел бы ко дну как старое корыто. Совершенно безопасных, хочу отметить, для него атаки, – произнес Вальтер и после длительной паузы подытожил: – Не понимаю. Зачем ему все это?

– Патриотизм?

– Не думаю, – покачал головой Вальтер. – Он хотел уехать из России и остался только из-за Татьяны. А потом хотел уехать с ней. Нет. Патриотизма в нем нет. Только личный интерес. Но какой?

– Насколько я помню, наши источники докладывали про то, что Главнокомандующий явно пытался «утопить» Меншикова по неизвестной нам причине. В том числе и в глазах Императора.

– Хм, – усмехнулся Вальтер, – вы думаете, что он посчитал наши пули и снаряды менее опасными, чем придворные интриги?

– Не знаю… – покачал Фридрих головой после долгого раздумья. – Дайте мне неделю, полста самолетов и пяток дирижаблей. И я найду ответ на этот вопрос.

– И как вы его станете искать?

– Он должен же готовить пищу. У него три сотни солдат. Он не может держать их без горячей пищи.

– А люди? Или тебе нужны только летательные средства?

– Людей мне хватит и тех, что привлечены к операции. Леса у нас в тех краях довольно ухоженные. Видно все далеко. Такую армаду грузовиков там не спрятать. Даже с помощью маскировочных средств. С воздуха их может и незаметно, но с земли – вполне. Я хочу провести полномасштабную поисковую операцию.

Вальтер Николаи пожевал губы, смотря немигающим взглядом в глаза своего заместителя. И после минутного раздумья кивнул:

– Действуй. У тебя есть неделя. Самолеты и дирижабли ты получишь в течение суток.

Часть III

– Теперь у нас будут большие проблемы, Ави.

– На свете не существует проблем, мистер Грин. Есть лишь ситуации.

Художественный кинофильм «Револьвер»

Глава 1

1915 год, 28 июня. Потсдам – Берлин


Пытаясь вырваться из западни под Франкфуртом-на-Одере, Максим повел свой эскадрон в лес Маркендорфер, что раскинулся к западу от шоссе. Густой. Ухоженный. Но не очень большой. Всего каких-то дюжину километров в поперечнике. Поэтому, даже идя «тихой сапой» на десяти-пятнадцати километрах в час, он пересек его очень быстро.

Дальше перед эскадроном возникла очень непростая задача – форсировать железную дорогу. Идти к переезду было плохой идеей. Поэтому пришлось перебираться через не самую крутую насыпь в три приема. Пропуская поезда. А в конце еще и править насыпь, прикрывая следы от прохода более чем полусотни единиц транспортных средств. Это «сожрало» еще почти час.

Форсировал дорогу, чуть углубился в лес и остановился в паре километров от шоссе, давая людям возможность отдохнуть. Было еще слишком светло для того, чтобы выходить на трассу.

Три! Целых три часа отдыха! Огромное дело для уставших и немало измученных людей. Впрочем, никто не ложился спать. Все занимались подготовкой, проверяя и обслуживая технику. Заправляя ее, переливая бензин из канистр в баки. Подливали масло в двигатели и кипяченую, фильтрованную воду в радиаторы. Ну и сами кушали. Чего уж? Раз такое замечательное «окно» возникло.

Лишь когда шоссе окончательно опустело, уже в сумерках, эскадрон продолжил свой путь. Ничего особенного в этом не было. Ночью в те годы двигались только поезда, да и то не все и не везде. Вот Максим и выжидал темноты, чтобы решительным марш-броском вырваться из сжимающегося кольца окружения.

Да, возможно, немцы поставили заслоны, учтя опыт рывка из Лешно. Но вряд ли они прикрыли западное направление. Что там делать ротмистру? Он ведь заигрался. Ему ведь уже пора домой. А значит, и прорываться он станет на север или на восток. В крайнем случае – на юг, где еще остались подходящие для автомобилей мосты через Одер.

Меншиков же шел на запад. Самым решительным и радикальным образом. Вперед на два-три километра вышел разведывательный взвод, а за ним, врубив яркие фары, шла автоколонна. Да как шла! Двадцать пять – тридцать километров в час! Не меньше. Для тех лет – удивительная скорость ночного перехода. Но дороги к югу от Берлина были хороши. Поэтому Максим не так чтобы и рисковал, двигаясь по темноте с такой маршевой скоростью.

Так или иначе, но еще до рассвета эскадрон смог пройти свыше ста двадцати километров и остановиться в охотничьих угодьях к юго-западу от Потсдама. Густые. Ухоженные. Красивые. Они прекрасно подходили для отдыха. Конечно, «всю малину» могли испортить егеря и прочие гуляки. Но воинство Меншикова старательно замаскировалось, покрыв технику сетками и ветками. Ну и дозоры с секретами выставили от греха подальше.

Почему окрестности Потсдама? А кто их тут искать станет?

Отдохнули. Покушали. Выспались как следует. Побрились. Привели форму в порядок. Машины щетками почистили от пыли. И отправились хулиганить. Удивлять, так по-крупному.

Выехали еще затемно – в два часа ночи. Минут через пятнадцать эскадрон достиг развилки. По одной дороге, в сторону Потсдама, уехал разведывательный взвод под командованием Буденного. Его ждала банальная, но важная работа по уничтожению телефонного узла и телеграфа. Как можно тише и спокойнее. Зайти. Всех перебить, желательно холодным оружием. А здание поджечь, дабы местные ничего не заподозрили. Сам же Максим свернул налево и, миновав небольшой лесной массив, достиг западной оконечности парка Сан-Суси. Именно там величаво стоял Новый дворец – летняя резиденция Вильгельма II.

Особо времени на раздумья не было. Меншиков импровизировал.

И лишь подъезжая к Новому дворцу, начал лихорадочно соображать, понимая, что вляпался. Да – понты, да – кураж. Но на самом деле встреча с Кайзером могла закончиться либо плохо, либо очень плохо.

Плохо, потому что российский офицер, случайно встретивший монарха вражеской страны, обязан того пленить. Или, во всяком случае, попытаться это сделать. Технически в этом не было ничего сложного. А вот политически порождало катастрофу. Потому как Вильгельм в своей резиденции и Вильгельм в русском плену – две большие разницы. В первом случае он легитимный и, главное, договороспособный правитель. Во втором – всего лишь король Пруссии, вассал Кайзера Германии, коим немедленно будет избран его сын. И если Вильгельм II, при всех его закидонах, был самостоятельным человеком, умевшим принимать решения, идущие вразрез с общественным мнением. То будущий Вильгельм III в силу природной инфантильности и ветрености, усугубленной отсутствием общественного веса, мог стать только марионеткой в руках своего окружения. То есть переговоры пришлось бы вести не с пастухом, а с его баранами, полными противоречивых пожеланий и устремлений. Что кардинально усложняло бы очень многое.

Впрочем, это был не самый плохой выход. Намного хуже было бы, если офицер Русской Императорской армии вместо того, чтобы арестовать Кайзера, начал с ним «разговоры разговаривать», не имея на то никаких полномочий. Кто он после этого? Правильно – «вор, бунтовщик и предатель!» Именно так и будет представлена беседа с Вильгельмом, имей Максим неосторожность ее допустить. В лучшем случае. В худшем – позволит союзникам обвинить Петроград в ведении сепаратных переговоров.

Лихорадочно соображая в эти оставшиеся секунды, Максим решил разыграть карикатурную мизансцену. Импровизируя и спасая положение, сложившееся из-за его самоуверенности. Для начала он вошел в дворец и дал первому попавшемуся слуге по морде. Да так, что свалил его на пол. Обозвал свиньей. А потом пинками погнал показывать спальню Кайзера. Нет, ну а что такого? Не по всему же дворцу ему тут бегать? Сопровождая все это шумными и веселыми комментариями.

Для пущего колорита он взял целое отделение бойцов, которые громко топоча сапогами и гогоча, двинулись следом. Дошли до указанной двери. Максим, постучавшись сапогом, громко поинтересовался на немецком языке:

– Господин Кайзер, если вы у себя – отзовитесь. Русская армия желает нанести вам визит.

В ответ тишина. Поэтому Меншиков, посмотрев на своих людей и пожав плечами, дополнил свой пассаж:

– Господин Кайзер? Неужели вы так долго ищете свои кальсоны в голубой горошек? Как же так? Господин Кайзер и одет не по форме. Ай-ай-ай.

И вновь молчание. С той стороны. Тут-то солдаты, знавшие немецкий язык, имелись. Заржали. Перевели остальным. Те поддержали смех. О том, что эта шутка разойдется по всему эскадрону в кратчайшие сроки, ротмистр не сомневался.

– Господин Кайзер, если вы не откроете, мы будем вынуждены выломать эту дверь! Считаю до десяти.

И, окончив счет, скомандовал своим бойцам:

– Круши, ребята!

Солдаты пошли на штурм. Первый, разогнавшись, выбил дверь и сразу упал на пол. Мало ли? А второй и третий – вломились, контролируя помещение своими легкими самозарядными карабинами.

Тишина. Лишь дверь повисла на одной петле. Перестарались.

Максим медленно вошел в помещение и оглядел его. Тут явно кто-то спал. Причем были заметны неумелые попытки скрыть этот факт. Вроде бы и застелено, но как-то вкривь и вкось, да еще со складками. Явно без навыка и второпях.

«Сбежал засранец!» – улыбнулся про себя ротмистр.

И в этот момент скрипнула дверь, ведущая из соседнего помещения. Бойцы резко напряглись, взяв оружие на изготовку. Но выдохнули. Оттуда с мертвенно бледным лицом выступила женщина лет сорока – сорока пяти.

– Кто вы такие?! – вскинув подбородок, с напором поинтересовалась она. Разумеется, на немецком языке.

– Меншиков Максим Иванович, – произнес он. По тому, как выгнулись брови и округлились глаза собеседницы, он понял – женщина знает, кто он такой. Поэтому стал ломать комедию дальше. – Я проезжал мимо и захотел нанести дружеский визит.

– Дружеский? – усмехнулась женщина, не теряя самообладания. И, кивнув на выбитую дверь, уточнила: – Вы это называете дружеским визитом?

– Прошу прощения, – картинно поклонился Максим. – Мои люди слишком увлеклись. Я полагал, что дядя не пожелает общаться со мной. Вот и спешил.

– Дядя?

– Я правнук Императора Николая I. Кайзер Вильгельм является моим троюродным дядей. Понимаю, не родство, а седьмая вода на киселе, но я очень хотел бы с ним познакомиться. – Окинул взглядом спальню. Вздохнул. – Он, полагаю, отправился на рыбалку? Чтобы по утренней заре посидеть с удочкой?

– А вы наглец, – холодно усмехнувшись, отметила женщина.

– Гусар, – поправил ее Меншиков. – Нам быть скромными профессия не позволяет.

– И что желает гусар?

– Это спальня кайзера. Так? Вы вышли из соседнего помещения. Ведете себя уверенно. Я рискну предположить, что вы его супруга.

– Это так, – с достоинством произнесла женщина.

– Тогда гусар желает, чтобы вы составили мне компанию за завтраком. Не хочу вас больше смущать. Через двадцать минут в столовой. Вы не против?

– Хорошо, – неохотно кивнула женщина и удалилась в свою спальню.

За дверью уже имелся небольшой аншлаг – к солдатам добавились слуги. Одного из них Максим и отправил будить повара, дабы спешно готовил завтрак на две персоны. Кофе и прочее.

– И не смейте туда плевать, мерзавцы! – громко крикнул ротмистр. Достаточно для того, чтобы Августа-Виктория услышала. – Я этим кофе Ее Величество угощать буду!

Кайзерин задержалась. Вместо двадцати минут она приводила себя в порядок все сорок. Повар тоже не уложился в указанное ему время. И только-только принес легкий завтрак.

Дверь в столовую открылась, и вошла Августа-Виктория, застав сценку: Максим отчитывал ее повара за нерадивость и нерасторопность. Дескать, этот болван не держит керосиновой горелки для экстренных случаев. Ну и так далее, и тому подобное. Так, словно это был не ее слуга, а его.

Она прошла в комнату. Повар по кивку Максима помог ей со стулом, выполняя роль лакея. Потом разлил кофе, разложил яичницу с белым хлебом. Еще немного похлопотал. И удалился, отпущенный ротмистром. Да с напутствием держаться от двери подальше, ибо услышит шорох – выстрелит сквозь дверь. Дабы урок был – не подслушивать. Ну и своим людям велел выйти и не смущать даму.

– О чем вы хотели поговорить? – спросила Императрица, усмехнувшись тому, как шустро и покладисто шевелился ее обычно вальяжный повар под окриками этого офицера.

– Еще раз прошу простить меня за столь неожиданный визит, – произнес Максим, переходя на английский язык. Августа-Виктория была достаточно образованна, чтобы его знать. Но он не имел популярности в те годы, поэтому выступал дополнительной защитой от подслушивания. Ну и Меншиков его знал намного лучше. На немецком языке он уже неплохо говорил, так как приложил к тому немало усилий. Язык врага нужно знать. Да и жена – этнически чистокровная немка с прекрасным произношением, тоже немало способствовала. Но английский он знал все-таки лучше. – Обстоятельства выше меня. Мне право неловко, что пришлось загнать дядю прятаться в женскую спальню.

– Что?! – воскликнула, не сдержав испуга, Августа-Виктория. Также перейдя на английский язык. Судя по всему, это ей не составило никакого труда.

– Окно и дверь были закрыты. В галерею никто не выходил. Куда он мог деться? Но это и хорошо. Молодец, что догадался. Я и устраивал весь этот цирк под дверью в надежде, что он не станет глупо геройствовать. Потому что, встретившись лично, я буду обязан взять его в плен. Иначе меня не поймут. А его пленение ни России, ни Германии сейчас невыгодно. Но к делу. Вы знаете, что Великобритания готовит государственные перевороты в России, Германии, Австро-Венгрии и у османов?

– Простите? – переспросила, чуть не поперхнувшись кофе, императрица.

– У всех стран свои цели в этой войне. Россия хочет забрать Черноморские проливы. Германия – получить свою долю колоний. Франция – вернуть Эльзас и Лотарингию. А вот у Великобритании амбиции невероятны. Она жаждет ликвидировать слишком опасные для нее старые империи. На текущий момент Лондон заинтересован в падении там монархий и дроблении держав на обломки, безусловно, демократические. По примеру Франции. Чтобы была постоянная возня с выборами, популизм, демагогия, подкуп избирателей и, по факту, удобный Лондону правитель. А если он начнет зарываться, то скоро ведь новые выборы…

– И зачем вы мне это говорите?

– Мы сейчас воюем. Но это временно. Вся эта возня с пушками и винтовками через год-два закончится. И для России очень важно, чтобы в Германии все еще оставался Кайзер. Кайзер, а не свора продажных демократов. Кайзер, а не какой-нибудь безумный диктатор-популист, одержимый навязчивыми идеями. Собственно, ради этого я и заехал. К сожалению, я не могу раскрыть всех деталей той острой борьбы, которая имеет место в России. Но поверьте – там пахнет кровью. Августейшей кровью. И у вас дела обстоят не лучше.

– Вы думаете, жизни Вильгельма что-то угрожает?

– Если бы речь шла только о дяде. Монарх – он всегда под ударом. Но нет. Речь идет о вырезании династий, дабы горячие головы не думали о возрождении монархии. Такой мерзкой, жуткой и совершенно неудобной для манипуляций. Надо понимать, что мы все родственники. Если кто-то уцелеет, могут вновь прорасти ростки Империи тут или там. Нет, речь идет об уничтожении всех. Вообще всех. Боюсь, что даже чисто декоративный британский дом – и тот под ударом. А потому сидит тихо, как мышь под веником, и готов на все, лишь бы выжить. Или вы думаете, что Георг[110]110
  Речь идет о Георге V (1865–1936) – короле Великобритании и Ирландии в 1910–1936 годах.


[Закрыть]
контролирует Британскую империю? О нет! Ему приходится выверять каждый шаг, чтобы не повторить судьбу Карла Безголового[111]111
  Тут Максим пошутил, назвав Карла I Стюарта Безголовым. Ему отрубили голову, что стало апогеем Английской революции. Причиной же ее стала откровенно бестолковая внутренняя политика, проводимая Карлом бездумно. Так что шутка хоть и грубая, но многослойная, намекающая на то, что Карл «потерял голову» задолго до плахи.


[Закрыть]
. Ибо то, что творилось во время Великой Французской революции, – покажется детским лепетом.

– Нет… – покачала она головой… – Нет! Этого не может быть! Я отказываюсь верить!

– То, что я скажу, должно остаться между нами. Хорошо?

– Да, – растерянно кивнула она.

– В 1905 году за революцией в России стояла не Япония. Этот боевой хомячок Англии был лишь марионеткой в ее руках. Даже деньги, переданные японскими агентами, были не японского происхождения. По плану сорвавшегося заговора должен был погибнуть не только Император с супругой, но и все их дети. Все девочки и новорожденный наследник. И брат. И мать. Много кто. Готовилось что-то вроде Варфоломеевской ночи для Августейшей фамилии.

– О боже! – ахнула Виктория-Августа.

– Увы. Наступила эпоха большой крови и великих перемен. Россия заинтересована в сохранении монархии в Германии, поэтому и предупреждает вас. Будьте предельно внимательны, бдительны и осторожны. Не только для вас, но и для нас это вопрос жизненных интересов. Священный союз трех Императоров распался. Но идея никуда не делась.

– Я услышала вас, – серьезно произнесла Кайзерин.

– Хорошо. Я надеюсь, вы передадите мои слова вашему супругу. Хотя не уверен, что он захочет вас слушать. Николай Александрович тоже не верил… пока не стало слишком поздно и очевидно. Весь мой рейд. Это просто часть куда большей комбинации. Мой император не может просто взять и арестовать заговорщиков. Если, конечно, не желает закончить, как Павел I.

– Все зашло так далеко?

– Да. Очень далеко, – произнес Максим. Помолчал. Встал. – Благодарю за завтрак. И еще раз прошу извинить меня за вторжение. И за то, что я еще натворю. Поверьте, это все нужно для дела, хотя мои поступки и будут выглядеть не очень лицеприятно. Но на дворе война…

Выходя из столовой, он заметил двух молодых дам в богатых платьях, стоявших с раздраженным, уверенным видом. Подошел к ним и произнес:

– Доброе утро, кузины.

Кивнул, глядя на вытянувшиеся лица. И, щелкнув каблуками, удалился. Фотографии принцессы Виктории-Луизы и кронпринцессы Цецилии[112]112
  Речь идет о Виктории-Луизе Прусской, дочери Вильгельма II, и Цецилии Мекленбург-Шверинской, внучке Николая I и супруге кронпринца Вильгельма. Они обе были ему дальними родственницами 3–4 колена и практически ровесницы.


[Закрыть]
ему супруга показывала, заочно знакомя с родственниками. Он и Кайзерин вполне узнал в спальне, но не смог сдержать порыва выпендриться и продемонстрировать дедуктивный метод.

На улице уже рассвело.

Максим загрузил своих солдат в грузовики и спешно убыл на Берлин. На подходе к городу он остановился и потратил четверть часа на украшение техники запасенными флагами России. Вообще-то они были взяты на случай прорыва в зоне обороны русских войск. Чтобы те издалека поняли – свои идут. Но и тут пригодились. Ведь что может быть лучше, чем в разгар тяжелой войны войти в столицу противника под развернутыми знаменами и с веселыми песнями?

Тем временем в столовой Нового дворца в Потсдаме.

– Мама, кто это был? – поинтересовалась принцесса Виктория-Луиза.

– Правнук Николая I – Меншиков Максим, – ответила Кайзерин.

– Мне докладывали, что его ловят в лесах под Франкфуртом-на-Одере, – задумчиво заметил Вильгельм II.

– Плохо ловят, – усмехнулась Цецилия. А потом добавила: – Телефоны молчат. Он предусмотрительный.

– Нужно ехать в Берлин, – произнес, вскочив, Кайзер Вильгельм II.

– А куда поехал наш гусар? – вкрадчиво поинтересовалась Цецилия.

– Куда? – переспросила Кайзерин.

– В Берлин, – с мягкой улыбкой произнесла та. – Куда же ему еще ехать? Не во Франкфурт-на-Одере же?

– Почему ты так решила?

– Он слишком громко отдавал приказы своим солдатам[113]113
  Цецилия Мекленбург-Шверинская часто гостила у своих родственников под Санкт-Петербургом и неплохо владела русским языком.


[Закрыть]
, – ответила она и усмехнулась, только что осознав, что он специально так делал.

Кайзер Вильгельм II задумался. Встречаться с этим головорезом он не хотел ни в коем случае. А потом вздрогнул, повернулся к супруге и спросил:

– О чем вы с ним так долго беседовали?

Августа-Виктория жестом руки выпроводила слуг за дверь. Задумчиво посмотрела на девочек и, после нескольких секунд, утвердительно кивнула, вроде как что-то решая.

– Так что вы обсуждали? – вновь спросил Кайзер.

– Он прекрасно знал, что ты в моей комнате. Более того – он специально разыграл тот цирк у двери, чтобы ты смог убежать или спрятаться. В плен тебя брать он не желает. Цель его визита была другой. Максим приехал предупредить о том, что англичане задумали великую пакость.

– Против Германии? Ему-то какое дело? – фыркнул Кайзер.

– Против всех старых Империй, – произнесла Виктория-Августа и как можно более полно пересказала их диалог…

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 4.7 Оценок: 13
Популярные книги за неделю

Рекомендации