Текст книги "Король Истван. Книга 5. Бессердечный правитель"

– Нэ нравытся мнэ это, – глядя на то, как с пола вверх по стенам тянутся черные змейки, проворчал одноглазый воин. – Кланусь, это болшы пахожи на плэсень! Паслушайтэ маего савэта, Вашы Вылычыство и падумайты, как паскарэе унэсты атсуда ногы?!

– Но что это?! – поразился Хилон. – Это место… Оно – под землей? Но Арциссианна – камень, внутри которого не может быть ничего! Это… Это известно всем!

– Похоже, вам пора пересмотреть свои взгляды на жизнь, – сухо отозвался король. – Тем более, что вы верите в то, что видите своими глазами. Если бы как-то оторваться от этой стены, – напряженно изучая стены, озадаченно проронил правитель волшебной Долины.

Словно по мановению волшебной палочки перед выступом возникло пульсирующее светом облако. Зависнув у самых ног странников, оно замерло, словно бы ожидая дальнейших указаний. Чуть поколебавшись, странствующий король сделал шаг и прощупал его ногой; сгусток казался плотным, и молодой человек смело ступил на его поверхность. Примеру товарища последовали и Туруман с Хилоном, и образование, не дожидаясь указаний, отлетело от выхода в тоннель и замерло в пустоте.

– О, не мучьте меня! – ученый рухнул на колени. – Это – решительно невозможно!

– Замолчите! – оборвал его правитель волшебной Долины. – Правее, – не сводя глаз с небосвода, скомандовал он облаку. – Ещё. Чуть ниже. Опускаемся. Так. Медленнее. Стоп! – облако остановилось как раз напротив одного из бесчисленных балконов.

– Где мы?

– Ваши вылычыство! Вы запомнылы, где наш карыдор?

– Мы – около планеты Кирррич, – внимательно рассматривая небосвод, отвечал юноша.

– Невозможно! Недоказуемо! Вздор! Путешествия на объекте, не взаимодействующим ни с какой из стихий. Нарушение закона сохранения энергии! Нет! – словно утопающий за соломинку, Хилон цеплялся за собственные догадки.

– Можыт, это выхадкы Зайфырта? Как в лабырынте?

– Так это или нет, мы узнаем очень скоро. А Зайферт… Хилон был прав: он не тот, как кого выдает себя, но, – он вдруг усмехнулся, – он предполагал, что вы явитесь миру Арциссианы на объекте, попирающем законы.

– Глядите! – воскликнул пораженный Хилон. – Я не верю своим глазам!

Пораженные товарищи увидели, что змееподобные ленты, приникнув к каменной породе, извиваясь, тянулись кверху. Нащупав прореху в виде выхода из коридора, зыбкое нечто цеплялось за него и медленно-медленно подтягивалось к отверстию, неотвратимо заполняя его собой. Всего минута, – и коридор оказывался наглухо закупоренным, словно бы его никогда и не было. А кверху тянулись и тянулись все новые змеи. И, хоть было их пока совсем немного, у Иствана дрогнуло сердце.

– Мне кажется, что все это – не случайность. Может, мои слова прозвучат пафосно, но миру вновь грозит смертельная опасность.

– Что могут эты чэрвякы?! Звёзды зажыгаются и гаснут. Гатов паклястся чэм угодно, здэс нэт нычего страшнага.

– Большая медведица… Она изменилась. Смотрите сами! – Истван указал вниз. Проследив за его рукой, Туруман лишь пораженно присвистнул! Ковш перестал быть таковым. Звезда у основания его рукояти погасла. – И не только она. Со звездами что-то происходит! – словно подтверждая беспокойство юноши, вторая звезда в рукояти ковша тревожно замерцала.

– Падаждыды! А как жы малая мыдвэдыца? Я нэ выжу её!

– Коридор! – бросив взгляд за спину, выкрикнул Истван. – Туда! Живо! Держитесь! – облако ринулось к отверстию уже на три четверти замурованному очередной змеёй. Мгновение, и мощный удар сбил странников с ног. Облако свернулось в воронку, сквозь горло которой искатели приключений один за другим проскользнули внутрь коридора за секунду до того, как выход в него окончательно закупорился.

– Ну ы дыла! – Туруман пораженно уставился на абсолютно гладкую стенку, возникшую там, где только что был выход на балкон.

– Идем! – коротко скомандовал Истван. – Живее! Я знаю, куда выведет этот коридор!

Ни говоря ни слова, все трое бросились вслед за юношей.

Глава седьмая. Наступление тьмы

Быстро добравшись до конца коридора, искатели приключений оказались перед желобообразной конструкцией, по форме очень напоминающей колодец, в который угодили товарищи из-за предательства Зайферта. С той лишь разницей, что этот зиял распахнутой пастью прохода, словно приглашая путников поскорее выбраться из катакомб. Товарищей ждали. Кто-то предусмотрительно сбросил вниз веревочную лестницу. Так, чтобы странники могли беспрепятственно подняться наверх. Едва управившись, товарищи услышали за спиной тяжелый хрип каменных блоков; это гранитная дверь встала на свое законное место, отрезая путешественникам пути к отступлению.

– Мы погибли! – прошептал бледный, как простыня, Хилон. – Если моя интуиция меня не подводит, мы окажемся в лагере плавящих металлы!

– Мы вообще – не на Арцисианне! – бросив взгляд наверх и убедившись, что путники в Пещере Великих на Кирричч, отрезал сын Маргариты Шестнадцатой.

– Невозможно! – запротестовал ученый. – Никаких иных Миров, кроме Арциссианны не существует!

– Рад приветствовать вас, молодой человек, – из тьмы возник шестирук-альбинос в боевых доспехах, точь-в-точь, как были на воинах Чанукча в День пробуждения Великих. Тяжело шагая, воин приблизился к визитерам.

– Н-нет… – попятился Хилон. – Существование трехруких гигантов – невозможно. Это противоречит законам науки!

– Замалчы! – прошипел на беспокойного соседа Туруман. – Ылы я тебя! – привычным движением он потянулся к рукояти клинка, однако, вспомнив, что тот остался на Арцисианне, просто пригрозил окончательно поникшему спутнику кулаком.

– Что с вами? – Истван бросился с гиганту. – Вы нездоровы?! Где все остальные?!!

– Тьма наступает, – шестирук, качнувшись, тяжело опустился на колени. – Все, кто могли, отправились на поиски спасения, но… Всё это – лишь для того, чтобы не быть безмолвными свидетелями гибели Мироздания… То самое, начало которого вы видели в пещере Великой Книги Мудрости…

– Пещера Великой Книги Истины?

– Вы видели, как что-то закупоривает коридоры и гасит звезды… Это – тьма равнодушия. Бесконечная и непобедимая. Она несет с собой Великий страх.

– Тьма? Но откуда?! – поразился правитель.

– Из опустевших сердец. Ваших сердец.

– Как? Это всё – из-за нас?! Из-за того, что мы по доброй воле стали бессердечными?!

– Гатов паклястя чэм угодна, дажы знай, чэм всэ эта абфрнётся, ныкто ыз нас нэ паступыл бы ыначы!

– В мире столько пустосердечных, которые зовут себя Творцами, – горько усмехнулся шестирук. – И – лишь горстка благородных храбрецов, с полыхающим огнём в груди, но… Но именно эти глупцы почему-то зовут себя бессердечными! Вы принесли величайшую жертву, там, в чертогах Владыки. Огонь Ваших сердец пусть ненадолго, но вдохнул жизнь в остывающую Вселенную. Но теперь и этого – мало.

– Какой Владыка? Наука отрицает такую возможность! Исключено! – встряхнул головой Хилон.

– Холодный разум, – как зеркало; лишает жизни, превращая мир в мертвую копию.

– Что?

– Глаза – зеркало души. Душа пуста, – и мир погружается во мрак. В душе полыхает огонь жизни, и мир вокруг оживает. А теперь, – ступайте! Бегите к реке. Там, где высадились ровно год назад. Вас ждет лодка и помощник.

– Нэ раншэ, чэм вы абъясныты, что здэсь праысходит!

– Ступайте. Я все сказал.

– Вы – в таких же доспехах, как и Чанукч! В погребальных доспехах! Что всё это значит?!

– Вы правы, молодой человек. Это – погребальный наряд воина. Вы пришли, а значит – все то, что начал Чанукч и его люди – не напрасно. Уходите и доверьтесь десятерым героям. Они приведут вас к цели.

– А вы?!

Вместо ответа шестирук поднялся на ноги и, вытащив из боевых ножен шесть холодно сияющих клинков, встал между жерлом колодца и странниками. Только сейчас друзья увидели, что из дыры с мертвецким шипением вздымаются черные нити; точно такие, как товарищи видели в пещере.

– Уходите! – прогремел воин, мощным движением разрубая бросившихся на него призрачных рептилий. – Я задержу их насколько это возможно! Но вы должны успеть покинуть Киррич! – не закончив, он яростно разбил еще несколько нитей, появившихся следом за первой группой.

– Уходим! – приказал Истван. – Живо!

– Туруман ыщё ныкагда ны пакидал поля боя!

– Уходите! – гремел шестирук, сражаясь с рептилиями. – Ваше время еще не пришло! Спасите Вселенную! У колонны – мечи!

Из колодца к потолку взлетел темный клубок и, мячиком отскочив от потолка, ринулся на воина. Молнией сверкнули клинки, и ком растворился в воздухе, словно его и не было. В эту же секунду черное жерло изрыгнуло еще несколько темных сгустков, которые также стали жертвой грозного воина.

– Это…, – побледнел Хилон.

– Да, да! – бесцеремонно схватив ученого за бороду, Туруман буквально поволок за собой обмякшего старика. – Сагласно тваей наукы эта – нывазможна! Так, что можишь щытат, что эта – кашмарный сон!

– Я – сам, – простонал ученый. – Сам… В конце концов, мы все – в этом кошмаре, – высвободившись от захвата Турумана, он выпрямился, ожидая дальнейших распоряжений юноши.

– Бежим!!! – приказал король Долины фей, и товарищи бросились прочь. Подлетев к колонне, они увидели неказистый сверток, в котором их поджидали шесть великолепнейших мечей: по два – каждому.

Три стремительные тени выскочили из вершины развороченной пирамиды и, на секунду задержавшись, направились к сверкнувшей вдали излучине реки. Стараясь не оборачиваться, летели они к спасительной лодке. Отчаянно защищая лица руками, они отбивались от цепких, как когти ветвей. То и дело спотыкаясь об ужами извивающиеся корни и останавливаясь только для того, чтобы поднять упавшего товарища, они бросались дальше. Вот уже заросли расступились, открывая перед беглецами дорогу к реке. Вот уже они увидели небольшую парусную лодку, рядом с которой беглецов уже поджидал невысокий шестирук. Заметив товарищей, он на секунду замер, затем, живо схватив три лука и колчан, запустил три стрелы в сторону Иствана и его друзей. Ещё толком не успев ни испугаться, ни удивиться, искатели приключений услышали за спиной леденящий душу свист. Шестирук не останавливаясь ни на секунду, пускал стрелу за стрелой, одну за другой поражая зыбкие тени. В этот миг во мраке мелькнул зыбкий силуэт, и огромная змея выросла между тремя героями и лодкой.

– Ах, ты! – взревел Туруман, бросаясь на рептилию и разрубая её мечом. – Нэ паявылся на свэт ыщё такой чырвяк, каторый пабыдыт Турумана!

За спиной коротышки вырос черный силуэт, однако воин необычайно ловко развернулся, вонзая клинок в зыбкую тень. Рядом с коротышкой просвистели три стрелы, поражая окруживших его змей.

– Туруман! – Истван бросился на помощь.

– Ухадыты, Ваши вылычество! – яростно орудуя горящими во тьме мечами, метался по поляне бесстрашный воин. – Ухадыты!

– А вы?!

– Я задыржу этых чырваков! Еслы всё так, как гаварыл тот старык, – плохы нашы дэла! Ухадыты! Рады Всэленной!!!

– Нет! Я не оставлю вас!

– Вазмыты, Ваши Вылычэство! – изловчившись, Туруман сорвал с шеи свой драгоценный кулон и бросил его молодому человеку. – Радавой Гэрб дынастыы Туруманав! Еслы давыдется встретыт в путы джынна, атдайты ему! Пусть знаыт, что Туруман с чэстью выпалныл свой долг! Палучы! – могучим движением разрубив еще несколько теней, бесновался воин.

– Уходим, – поймав талисман, вздрогнул молодой правитель.

– Скарей, Вашы вылычыство! – летая, словно мячик и безжалостно разя клинками все новые и новые тени, взвыл благородный воин.

– Идем! – Истван буквально схватил за шиворот оторопевшего Хилона и в несколько мощных прыжков достиг лодки. Рывок, и оба оказались внутри. Ещё один, – и лодка поднялась высоко над землей. Взглядам товарищей открылась потрясающая картина: отважный Туруман, крушащий окружающих его призрачных гадов.

– Ну чта, прызрэнные! – донесся до слуха беглецов торжествующий вопль одноглазого героя. – Праваронылы караля?! Кланус чэм угодно; нэ выдать вам власты над Всылэнной, как сваых ушей, какторых у вас ы нэт! Вашы Вылычыство! Вашы Вылычиства! В добрый пут! Вспамынайты ынагда Турумана!

Прозрачный парус раздулся, и лодка, подхваченная мощным потоком, поплыла над умирающей планетой. Едва последний очаг сопротивления угас, гибкие тени принялись жадно лизать поверхность Киррич. С каждой секундой их становилось все больше и больше. Так, что стоило лодке выйти за пределы атмосферы, как планета исчезла, растворившись в космической пустоте.

– Я не могу поверить своим глазам, – буквально повиснув на бору уходящей в космические просторы лодки, как завороженный, шептал Хилон. – Это – невозможно! Как!? Целая планета исчезает в несколько минут, а утлая скорлупа уходит в космос, которого, по всем законам Арциссианны не может существовать!

– Я прачичь не оскорблячь мой лоччка! – впервые подал голос спасший друзей шестирук. – Её имяч – «Лепесточчч».

– Лепесток, – тяжело выдохнул Истван. – А как твое имя?

– Я ещё не завоевачч себе имячч. Воинч долччечь заслучиччь право не бычь бечымяноч. Имя – величчч дар! Он заслучивачч велич отвагочч!

– Но как нам обращаться к тебе?

– Дарующий надежду, – не отрываясь от того места, где только что был диск планеты, задумчиво прошептал Хилон.

– Даруючч начечч?! Эточч – не имячч для начтоячч воиноч! Воиночч повергачеч врагоч!

– Иногда даже самый слабый проблеск надежды способен сотворить больше, чем целая армия, – тяжело вздохнул Хилон. – Я не верю, что сам произношу эти слова, но события последних часов…

– Мне эточ имячч не нравичч! Не хочуч такоеч!

– А какое хочешь? – поинтересовался Истван.

– Непобедимичч!

– Смею вас уверить, молодой человек, – продолжал Хилон, – что непобедимых сотни тысяч. А тех, кто по-настоящему дарит надежду… Вы – третий, кого я встретил за всю жизнь. Послушайте старика, Дарующий Надежду, – имя для вас… А первыми двумя были вы и ваш товарищ, – чуть подумав, добавил он, посмотрев на короля.

– Нечч! – гневно воскликнул шестирук.

– Ну, хорошо, – усмехнулся его оппонент. – Докажи мне свою непобедимость.

– Ни очинч соперниччнич не быч меня победичч в сваччках! – гордо отвечал тот.

– Но я не вижу ни одного из них здесь. Кто может подтвердить твои слова.

– Причельчч не веричч мнечч?! – насупился юнец.

– Поверю, как только ты докажешь, что ты и правда не знаешь поражений.

– Ты предлагачч поединочч?

– Я дам тебе задание. Справишься, – твое имя будет Непобедимый. Нет – мы будем звать тебя Дарующий Надежду. По крайней мере до тех пор, пока не найдется кто-то из твоего племени, кто наречет тебя иначе.

– Соглачеч! Твое заданичч!

– Кубический корень из 212?

– Чточч?

– Если ты и правда непобедимый, то задание для тебя не составит никакого труда.

– Нечечноч!

– Ты сам согласился.

Неизвестно, чем бы закончился этот спор, если бы не Истван. Все это время он наблюдал за небосводом, пытаясь вычислить маршрут, но дело ладилось с превеликим трудом. С небосвода с пугающей быстротой исчезали не только звезды, но уже целые скопления.

– У нас – совсем мало времени. И ещё меньше надежды. Исчезают целые галактики… И, если бы с нами не было Дарующего Надежду, я бы, пожалуй, впал в отчаяние.

– Но куда мы плывем… Летим… Идем… – тщетно подбирая слова, поинтересовался Хилон.

– К созвездию Десятерых, – объявил молодой человек.

– А что мы найдем там?

– Нам нужно судно и команда, и я, кажется, знаю одну планету не очень далеко отсюда, где можно получить и то, и другое – усмехнулся юноша.

– Но зачем?

– Мы уже несколько раз слышали про Галактического Императора. Сдается, он может нам подсказать, что происходит. Возможно, с его помощью нам удастся спасти этот мир.

– Галактичч Императорочч? – поразился шестирук. – А как вы собирачч найчич его чертогичч? Никто не значч, где они ечч.

– Я полагаю, знаю тех, кто может дать подсказку. Но для этого нам придется поближе познакомиться с отъявленнейшими жуликами порта Ктаркху.

– Кто-нибудь, скажите, что я сплю! – Хилон схватился за голову. – Пожалуйста! За последний день я повидал больше, чем за всю свою жизнь до этого! И всё это просто не оставляет даже камня на камне от всего того, что я знал раньше!

– Разве это плохо? – усмехнулся Истван. – По моему, – великолепно. Ещё немного, – и вы усомнитесь и в глубине собственных познаний, и еще – во многих вещах…

– Я и так не понимаю что происходит! Все мои знания оказались попранными! Я… Я не хочу, – тоскливо глядя в звездное пространство, жалобно простонал Хилон. – Я желаю вернуться домой. Туда, где все просто, ясно и понятно! Там, где есть удовольствия.

– Уверяю, вам понравится наше путешествие, – усмехнулся правитель волшебной Долины. – Все, кому довелось пережить подобное приключение, получили огромное удовольствие.

– А те, кому не довелось? – упавшим голосом поинтересовался старик.

– По крайней мере и они в итоге не высказывали никакого неудовольствия, чуть подумав, отвечал юноша.

– Куда мы идем? – оторвавшись от созерцания небосвода, прошептал Хилон.

– Как я уже говорил, – в логово отъявленных негодяев и жуликов. Только, – предупреждаю, – вам придется вести себя очень самоуверенно и заносчиво. А ещё, – следить за карманами.

– Можечч нам луччеч не иччичь туда где начч ждучч непорядочнычч негочаич?

– У нас нет выбора, мой друг. Контрабандисты знают космические маршруты, как никто иной. Стало быть, и лоцмана нам искать – там. Иного пути попасть в чертоги императора я пока не вижу.

Глава восьмая. Логово жуликов

С час потребовалось юноше, чтобы вычислить и проложить маршрут «Лепестка». Только теперь, углубившись в расчеты, юноша осознал масштабы бедствия. В каждом третьем из знакомых созвездий недоставало по звезде или даже более. В каждом втором одно из ночных светил тревожно мигало, готовясь навсегда исчезнуть.

Пока юноша занимался вычислениями, Хилон распахнул мешок, с которым не расставался даже во сне. И извлек из него музыкальный инструмент, похожий на скрипку, с той лишь разницей, что струн в нем было шесть и для того, чтобы вдохнуть в них жизнь, не требовался смычок. Ссутулившись на банке, старик поудобней устроил инструмент на бедрах и принялся напевать какую-то незатейливую мелодию. Хилон оказался обладателем на редкость приятного голоса. Чего никак нельзя было сказать о его музыкальных способностях. Инструмент жалобно гудел, бренчал, а струны недовольно дребезжали, да так, что Истван и с шестируком вскоре не выдержали и попросили его прекратить этот ужасный концерт.

– Вот, видите, – откладывая в сторону инструмент, вздохнул мудрец, – вам тоже не по вкусу мое творение.

– Это слишком… Необычно. Мы, наверное, пока просто не готовы к такому. Но голос у вас – просто великолепный! – король фей попытался подбодрить поникшего спутника.

– Дело не в вас, – бросив мрачный взгляд на инструмент, пробурчал Хилон. – Ещё там, на Арцессианне, я пытался примирить враждующих. Мне удалось найти общий язык с почитателями слова, и я подумал, что, изобретя музыкальный инструмент, я смогу объединить музыку с текстами. В итоге от меня отвернулись и те, и другие… Эх! – резко поднялся на ноги, он широко замахнулся, готовясь зашвырнуть инструмент подальше.

– Очтановичч! Дач егочч мне. Я до чих порчч не имеч имяч из-за того, что мне чкучны войчныч. Я веричч в ичкучч. Дай мне его, – попросил он. И, видя, что Хилон колеблется, добавил. – Я почволю начывачч меня Даручич Начечд.

– Возьми, – Хилон протянул свое творение шестируку. – Я назвал его гитарином. Давай я покажу тебе как с ним обращаться, тем более, что это – единственное, чему я могу тебя научить.

К общему удивлению, Дарующий Надежду оказался на редкость талантливым и способным учеником с хорошо развитым музыкальным слухом. Так, что уже через час он уже перенял все навыки Хилона, а ещё через два смог добиться того, чтобы непокорный гитарин по-настоящему запел. Да так, что Хилон, не удержавшись, принялся подпевать. Что же, из них получился славный дуэт, и оставшиеся несколько часов, сдобренные славными песнопениями, пролетели, как несколько минут. Впрочем, веселье прекратилось едва только навстречу «Лепестку» поплыли первые обломки; остатки некогда гордых парусников.

– Странно, – пробормотал Истван, проверяя свои вычисления. – По моим прикидкам, до Ктаркху осталось совсем немного. Но здесь – море обломков. Как будто потерпели крушение сразу несколько эскадр! Неужели порт уничтожен?

Перескочив на нос баркаса, Истван напряженно уставился вдаль, жадно выискивая в пространстве хоть что-то, что могло бы дать подсказку на эту загадку.

– Этого не может быть! – отвлек его пораженный возглас Хилона. – Наша лодка! Она лавирует сама по себе!

– Это не лодкачч! – раздраженно отозвался шестирук. – Это – мой кентуггуриччич! Я почтроичч его в точч деньч, когдач очечь маленч мечеоричч сбичч деревочч. С тех порчч мы не раччтаёмчич.

– Кентуггурийцы? А кто это?

– Живые парусники. Они покоряют просторы космоса.

– Живые парусники??? Покорять просторы космоса??? Нет! От моих прежних знаний не осталось и камня на камне! – простонал старик. – Но вам и этого мало! Вы желаете растоптать меня и все близкие моему разуму формулы!

– Относитесь проще к жизни и получайте удовольствие от этой простоты! – усмехнулся Истван. Словно в подтверждение его слов, суденышко неожиданно для всех сделало мертвую петлю. – И какой формулой вы собираетесь описать это? – рассмеялся Истван, а потом, склонившись над самым бортом, похлопал кентуггурийца по обшивке. – Ты – молодец, – прошептал он. – Только пока не показывай виду, что ты – живой. В прошлый раз все силы императора были брошены на поиски живого парусника. Кто знает; может охота на кентуггурийцев – в полном разгаре, – по корпусу пробежала легкая дрожь, и лодка чуть клюнула носом, словно бы в знак согласия. – А теперь, – вперед, – скомандовал правитель. – Нам предстоит не только побывать в логове жуликов, но и целыми и невредимыми выбраться из этой мышеловки.

«Лепесток», набирая ход и плавно обходя дрейфующие в невесомости обломки, двинулся к цели.

Уже через четверть часа путники поняли в чем дело. Орбита планеты буквально кишела парусниками. Их было такое множество, что, казалось, космическое тело обзавелось увесистой шапкой кучевых облаков, опоясавших её настолько плотно, что не было ни единой щелки, чтобы в неё могла прошмыгнуть даже самое маневренное суденышко. Неуклюжие баркасы и шхуны находились в постоянном движении, задевали друг друга и даже, не рассчитав орбит, выходили на встречный курс. Шум, крики и проклятья сыпались со всех сторон. Все это сдабривалось ужасающим треском разламывающихся в крушениях судов. От мест крушений, сохраняя инерцию, во все стороны разлетались мачты, фрагменты обшивки, сундуки и тюки. И, если столкновение с обломками грозило серьезными повреждениями всех судов, оказавшихся на их пути, то тюки несли ничуть не меньшую, а оттого и даже большую опасность. Налетая на борта судов, они, пусть незаметно, но меняли выверенные до миллиметров орбиты движения кораблей. Выбитые из колеи, они начинали неотвратимое и гибельное движение навстречу друг другу, неизменно оканчивавшееся очередным крушением. Только в этот раз, никто и не думал спасать скарб разорившихся купцов. Богатства были никому не нужны. Все был заняты лишь одним: спасением собственных шкур.

– Вот это да! – поразился Истван. – Интересно, что здесь происходит.

– Позвольте высказать предположение, что они просто потеряли ориентиры по причине гаснущих звезд, и поэтому решили вернуться в порт, – рассудительно предположил Хилон.

– Пожалуй, здесь вы – совершенно правы. Похоже, порт больше не принимает корабли, а раз так, то я пока не знаю, как нам попасть сюда! Мы рискуем застрять здесь! Но нам нельзя терять времени!

Корпус «Лепестка» вздрогнул, и товарищи, поняв задумку своего судна, покрепче ухватились за борта. Мгновение, и баркас ринулся сквозь гущу судов и обломков.

– Но они же узнают, что наш баркас – живой! – прокричал Хилон.

– Пока они болтаются на орбите, они могут знать все, что угодно. Сейчас это меня не заботит нисколько, тем более, что я не собираюсь здесь задерживаться более, чем на три часа! А теперь, – держитесь! И, помните: на суше вести себя надо уверенно и вызывающе!

Вопреки опасениям молодого человека, появление лодки не привлекло никакого внимания, и «Лепесток» беспрепятственно опустился до уровня мачт самых крупных судов. В любом другом случае его появление, скорее всего, подняло бы переполох, но не сейчас. По всему было видно, что исчезновение звезд на небосводе уже успело посеять панику и здесь. Многие матросы, стоя на коленях, молились. Между ними сновали бесноватые фанатики, сошедшие с ума от неизвестности и неопределенности. Кто-то катался по палубам и, подобно псам, выл на небо. Везде: на судах и на суше было много пьяных. Круша все подряд, они мыкались от дома к дому в поисках горячительного, и этому никто даже не пытался препятствовать; большинство гвардейцев были так же, как и мародеры, пьяны в хлам. Те же, у кого хватило стойкости, не поддаться общему безумию, собравшись в группы по дюжине человек, пытались хоть как-то урезонить оскотинившихся горожан и матросов. Впрочем, – тщетно. В результате, многие из людей в форме, махнув на все рукой, бросали свое занятие и присоединялись ко всеобщему безумию.

«Лепесток» резко поднырнул и занял пустующее место шлюпки на грациозном борту, пришвартованном ближе других к ратуше.

– Э! Кто здесь?! – рядом с пришельцами мигом возник крепкий матрос. – А, ну, – ни с места! – увидав путешественников, тот поспешил навести на свой мушкет.

– Если бы я отчитывался перед каждым встречным, – ударом клинка отбросив нацеленный на него ствол, Истван решительно подошел к охраннику, – я бы до сих пор болтался в доброй сотне световых лет отсюда! Где капитан?!

– Кто такие?!

– Ты не члылач?! – на разом струхнувшего вояку двинулся шестирук. – Капитаноч чуда! Живочч!

– Не могу… Права не имею… Капитана на судне нет…

– Я – старпом, любезнейшие. Тому, кто позволил посторонним проникнуть на борт имперского фрегата, встреча с госпожой девятихвоствой обеспечена! Клянусь париком, я лично прослежу, чтобы негодяй был наказан! – обернувшись, Истван замер; прямо на него насмешливо глядел не кто иной, как сам Милорд! Правда, сейчас он не выглядел обрюзгшим и высокомерным. Подтянутый, словно бы каким-то чудом сбросил добрую дюжину лет, он в упор глядел на нежданных гостей. Мгновенно сориентировавшись, юноша вновь принял напыщенный вид.

– Мне нужно попасть к коменданту крепости. Немедленно! И провести меня должен капитан этого судна.

– Позвольте полюбопытствовать, почему это он «должен»? Клянусь своим париком, никто не обязан выполнять приказы проходимцев, неведомо как оказавшихся на борту такого великолепного фрегата как «Первый», – при упоминании о названии фрегата Командора, юноша покрылся испариной, однако, все ещё продолжая храбриться, не показал виду.

– Позвольте полюбопытствовать, – копируя манеры и интонации собеседника, поинтересовался молодой человек, – почему это человек галактического императора должен тратить свое драгоценное время в препирательствах с простым, – брезгливо осмотрел собеседника, бросил Истван, – старпомом? Или того, что мы «неведомо как» оказались на борту «великолепного фрегата» для вас не является достаточным доказательством моих слов?!! – не давая оппоненту опомниться, напирал король фей. – Либо вы, – ткнув пальцем в грудь остолбеневшего от такого поворота Милорда, прорычал юноша, – настолько скверно исполняете свои обязанности, что вверенное вам судно превратилось в проходной двор, – оторопевший от собственной наглости сын Маргариты Шестнадцатой усмехнулся, – либо нам доступны знания и умения, доступные лишь особо приближенным к его императорскому величеству.

– Смею предположить, – теперь уже испариной покрылся Милорд, – что вы все-таки имеете отношение к людям… Императора, – выдавил вельможа.

– Вот, и славно, – уже куда более миролюбиво резюмировал молодой человек. – Надеюсь, вам не составит труда представить меня капитану этого великолепного судна?

– Милейший, капитан не изволил отчитываться мне о своих планах! – может, от того, что неприятный инцидент замялся настолько легко, а, может – от комплимента в адрес «Первого» на щеках собеседника короля проступил румянец. – Клянусь своим париком, на судне его нет!

– Вот, и хорошо, что клянешься. Если вздумаешь шутить, Милорд, твоя конская грива попадет под топор этого молодого человека, – король ткнул пальцем в Дарующего Надежду. – Но, опасаюсь, что по чистой случайности под этой тряпкой окажется чья-то пустая голова. Веди к коменданту! Живо! Что-то мне подсказывает, что досточтимый капитан коротает время у старого жулика зовущего себя комендантом!

– Откуда… – дыхание франта перехватило, и тот, уставился на дерзкого искателя приключений.

– Я же сказал: я – от императора! – поняв, что нащупал слабину, нажал сын Маргариты Шестнадцатой.

– Но я не имею права оставить фрегат без старшего!

– Ты хочешь, чтобы я принял на себя командование?

– Нет-нет, милейший. Ну, что вы, – теперь уже напудренная физиономия наглеца приобрела пунцовый окрас. – Клянусь своим париком, я мигом все улажу!

Вызвав к себе одного из матросов, он, отчаянно жестикулируя, сделал все необходимые распоряжения.

– Все готово, – вытянувшись в струнку, с нескрываемой ненавистью отрапортовал он. – Мы можем идти!

– Надеюсь, вы любезно объяснили команде, что судно должно дождаться нашего возвращения?

– Клянусь своим париком, – да, – выдохнул старпом.

– Вот и славно. Идем.

– Глядите под ноги, – как бы ненароком бросил Хилон.

– Да, сударь, – ухмыльнулся Истван, глядя на трясущегося не то от страха, не от ярости помощника капитана, – только – после вас.

Как ни пытался Милорд скрыть свое презрение к человеку императора, это ему слабо удалось. Впрочем, Иствана с товарищами это вообще не беспокоило. Важнее было то, что старший помощник повел их к коменданту. Более того, он взял с собой несколько самых крепких матросов, вооруженных плетьми. Яростно орудуя своими грозными орудиями, те разгоняли прочь разгулявшихся забулдыг. Благодаря этому, товарищи достигли цели в считанные минуты.

– Комендант с Капитаном – здесь, – холодно отрапортовал Милорд, указывая на массивную дубовую дверь, обитую железом. – Прикажете доложить?

– Сделайте милость, милейший, – сделав ударение на последнем слове, оскалился король Долины фей.

Старший помощник подошёл к двери и отвесил несколько мощных ударов.

– Господин Комендант! С вами желает говорить очень дерзкий человек императора! – отчеканил он.

– Да будет его царствие долгим во имя процветания Империи! – испуганно отозвались изнутри.

За дверью послышались торопливые звуки; словно бы кто-то судорожно наводил порядок. Шелест карт, побрякивание сыплющихся в мешки монет, звон упавшей на пол бутыли.