Текст книги "Придумано в СССР"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pridumano-v-sssr-107692.jpg)
Автор книги: Михаил Задорнов
Жанр: Юмористическая проза, Юмор
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Благодарность
Уважаемый товарищ Генеральный секретарь!
Пишут Вам благодарные жители города, в котором Вы побывали с деловым визитом. Правда, Вы только за три дня сообщили нашим городским властям о своём приезде, но даже за эти три дня они успели сделать для нашего города больше, чем за все годы Советской власти.
Во-первых, были покрашены все дома со стороны улиц, по которым предполагался Ваш проезд. Но потом кто-то сказал, что Вы любите отклоняться от намеченного маршрута. И наши власти были вынуждены покрасить и остальные дома. Причём так старались, что некоторые дома закрасили вместе с окнами.
Во-вторых, все улицы к Вашему приезду были освещены, заасфальтированы, озеленены. В ночь перед Вашим приездом в городе было вырыто 365 подземных переходов. В магазинах появились продукты, которые мы в последний раз видели лет двадцать назад, когда неподалёку от нашего города, в нейтральных водах, затонул английский рефрижератор, вёзший эти продукты голодающим Африки.
В-третьих, строителями наконец был достроен мост, о торжественной сдаче которого Вам рапортовали ещё в прошлой пятилетке, но который, когда грянул оркестр и комиссия обрезала ленточку, осел и отчалил от берега вместе с комиссией.
Наконец, дорогу из аэропорта комсомольские работники пропылесосили собственными пылесосами. А профсоюзные – подмели лес в окрестностях этой дороги, покрасили в свежий зелёный цвет листья на всех дорогах и помыли югославским шампунем все памятники в городе. Причём памятник Менделееву был отмыт настолько, что оказался памятником Ломоносову.
Более того, боясь Вашего гнева, многие руководители сдали государству свои личные дачи. В некоторых из них открылись за эти дни ясли и детские сады. Их всегда так не хватало нашему городу! А дача управляющего делами обкома была переоборудована под новое здание аэровокзала. И грядка из-под огурцов на его огороде забетонирована под взлётную полосу для Ил-86.
Встряхнулись и изменились в лучшую сторону и остальные наши руководители. Поскольку все знают, что прежде всего Вы цените в руководителе его личное мнение, наши руководители три дня заседали в горкоме, вырабатывая личное мнение каждого, после чего утверждали его на обкоме.
Все также знают, насколько хорошо Вы разбираетесь в животноводстве. Поэтому был собран консилиум научных работников по вопросу: «Сколько дойных сосков у коровы?» Оказалось, четыре, а не семь, на которые давался план раньше, с тех самых пор, как пролетариат был послан в деревню проводить коллективизацию.
Конечно, не обошлось без перегибов. Например, в ночь перед Вашим приездом зачем-то были проведены учения по гражданской обороне. Однако поскольку сигнал тревоги испортился, а все противогазы, как оказалось, работают только на выдох (на вдох их надо каждый раз снимать), то в три часа ночи после истошного крика начальника гражданской обороны города: «Внимание, ядерный взрыв! Ложись!» – все выбежали из домов и попадали на землю, от излучения тщательно прикрыв ладонями лица, а от радиации плотненько застегнувшись на все пуговицы. В результате половина населения на следующий день опоздала на работу, ожидая отбоя.
Ещё была выпущена подарочная книга о нашем городе с четырьмя фотографиями новостроек нашего города, а точнее – единственного нового дома, снятого с четырёх сторон. А вдоль пути Вашего следования по улицам всё время перевозился один и тот же ларёк с овощами.
Наконец, прошёл слух, что во всех городах Вы любите посещать музеи и смотреть, как они содержатся. Тут же по приказу заведующего отделом культуры, который занял этот пост сразу после окончания ПТУ при кирпичном заводе, экскаватором был снесён старый ветхий домик, в котором жил Антон Павлович Чехов, а на его месте построен новый дом, в котором он жил. А в скверике перед музеем был поставлен памятник Антону Павловичу. Он сидит на скамеечке с газетой в руках и с одобрением в глазах читает Ваш доклад на последнем Пленуме.
Но мы за эти перегибы на наших руководителей не обижаемся. Мы же понимаем, как им нелегко сейчас. Вы им сказали: надо быть личностями – а инструкций и памяток, как ими стать, не дали. Сказали, что надо перестраиваться, а сроков не указали. И они, наши руководители, никак не могут понять, когда им докладывать Вам о том, что они перестроились досрочно. Более того. Вы всё время говорите, что надо идти вперёд, а где перёд, не объясняете. А сами они этого не знают. Поймите это.
У нас в городе как всегда было? Те, у кого были способности к искусству, пошли работать в искусство. У кого к науке – в науку. У кого к производству – в производство. А кто в молодости ленился и у кого никаких способностей так и не обнаружилось, пошли работать в комсомол, в профсоюз и в партийные организации. И стали руководить теми, у кого эти способности были, пока они у них тоже не исчезли благодаря их руководству.
Одним словом, спасибо Вам за Ваш визит! Наш город стал красивым, зелёным, благоустроенным! В соседние колхозы стали летать самолёты. И наконец была восстановлена телефонная связь с другими городами, которую ещё немцы обрезали при отступлении.
Конечно, после того, как Вы уехали, из наших магазинов снова исчезли все продукты. Но за то время, что Вы у нас были, мы набрали их на три года вперёд. Поэтому очень просим Вас – через три года приезжайте к нам ещё!
Уже облупится краска на наших домах, загрязнятся памятники, снова отчалит от берега мост, народятся новые дети, которым понадобятся новые ясли. Конечно, мы понимаем, что Вы очень заняты. У Вас ещё много таких городов, как наш. И все к Вам в очередь стоят. Но если сможете приехать, сообщите заранее нашим властям, что приезжаете. Тогда они снова будут вынуждены сделать что-то и для собственного народа.
Уважаемый товарищ Генеральный секретарь! Очень просим Вас: если не трудно, пускай кто-нибудь из Ваших людей перед Вашим следующим приездом пустит слух, будто Вы лично очень любите ходить по всем домам и проверять, есть ли горячая вода. Очень хочется помыться!!!
Тайный смысл
В последнее время среди нашего народа стало распространяться порочное мнение, будто мы отстали от всех стран по всем видам производства. Это не совсем правильно.
Например, мы значительно опережаем все страны по производству лозунгов и плакатов. Возьмём лозунг «Слава великому советскому народу!». Разве увидишь его ещё хоть в одной стране мира? Даже представить себе невозможно, чтобы в Париже вдоль Елисейских Полей раскинулось «Слава великому французскому народу – строителю капитализма!». Да и за что им себя хвалить? Живут спокойно, в достатке. То ли дело мы! Сами себе создали такие условия, что, выживая в них, имеем полное право сами себе писать «Слава!». Более того. Давно пора было пойти дальше и каждому у себя в квартире прямо в прихожей вывесить плакат «Слава мне! Любимому!». Прочитал такой плакат с утра, и можно уже весь день – да что там день – всю жизнь можно не работать. Выпивать под этим лозунгом и гордиться собой. Потому что и так уже «Слава!», зачем ещё и работать?
А лозунг «Жить и работать с ускорением!»? Разве встретишь его, допустим, в Германии? Нет. Не доросли там до его понимания. И если хоть как-то можно им объяснить, что означает «работать с ускорением», то слова «жить с ускорением» наверняка будут восприняты ими превратно, скажем, как призыв к увеличению численности населения.
Говорят, у восточных иероглифов есть тайный смысл, понятный только на Востоке. Наши лозунги тоже понятны только нашим людям. Это наши иероглифы.
«Товарищи! Отработаем коммунистический субботник все, как один». Ни одному иностранцу не объяснишь тайный смысл этого иероглифа. Во-первых, потому, что только у нас люди, собравшись все вместе, могут принести такую же пользу, как один. А во-вторых, очень долго придётся объяснять, что такое субботник. Мол, субботники – это семидесятилетняя традиция борьбы с разрухой. И если в 1918 году борьба с разрухой проводилась на станции Москва-Сортировочная, то теперь проводится уже по всей стране.
Тайный смысл, доступный только нашему человеку, есть и у других наших лозунгов.
«Ткачи! Сэкономим в этом году 40 тысяч тонн хлопка!» Не наш человек, прочитав это, удивился бы. И логично рассудил: «Если ваши ткачи сэкономят 40 тысяч тонн хлопка, то, извините за выражение, в каких трусах будут ходить ваши люди?» Потому что не наш человек не видел наших трусов. А видел бы – предложил ещё больше сэкономить.
Конечно, если постараться, то кое-какие лозунги можно расшифровать. Например, «В труде, как в бою!». Надо просто объяснить не нашему человеку, что у нас каждый воюет со своим начальством, поэтому на работу идёт, как на фронт, и чувствует себя на своём рабочем месте, как в окопе!
Правда, есть лозунги, тайный смысл которых объяснить чрезвычайно трудно. Допустим, «Пусть процветает наша Родина!». Этот иероглиф непереводим ни на один язык мира. Поскольку во всех странах люди и так согласны с тем, чтобы их Родина процветала. Их не надо на это уговаривать.
Зато в последнее время у нас появились такие плакаты, которые не надо ни переводить, ни объяснять. И так всё понятно, поскольку они точно отражают действительность. Например, «Советский народ – вечный строитель коммунизма!».
Бесспорных успехов мы достигли и в отраслевых плакатах, таких как «Больше удобрений нашего завода – богаче стол советского народа!». Очень верно подмечено. Ведь если так пойдут дела в сельском хозяйстве и далее, то мы уже в недалёком будущем будем снимать с наших полей осенью только то, что положим на них весной.
Не менее точен лозунг «Принимай, Родина, серную кислоту!». В связи с антиалкогольным законом наш человек готов принять что угодно.
![](i_009.jpg)
Приятно, что за долгие годы авторы наших лозунгов научились выбирать достойные места для своих произведений. Славно смотрится, к примеру, напротив любого гастронома «Трезвость – норма жизни!». Особенно если на двери гастронома висит объявление «Норма – две бутылки на человека!».
В любом городе над инвалидными заборами и избами ободряюще выглядит «Народ и партия едины!».
В тундре хорошо пустить вдоль горизонта «Своим трудом Отчизну возвеличив, народам Африки мы облегчаем путь!».
Напротив тюрьмы лучше всего повесить «Верной дорогой идёте, товарищи!».
В танковой дивизии конечно же «Ответим ударной стрельбой на решения съезда!».
А лозунг «Сохраним окружающую среду!» можно вешать в любой точке страны «от Москвы до самых до окраин». Потому что хоть и «широка страна моя родная», но окружающая среда в ней такова, что никто из нас «другой такой страны не знает, где так… дышит человек».
Правда, если быть по-современному честным, то, надо сознаться, встречаются ещё некоторые недостатки кое в каких наших областях, даже в этой области производства.
К примеру, лозунг «Октябрьская революция – главное событие века!» не закончен. Надо хотя бы в скобочках ещё приписать: «Остальное – ерунда!» Чтобы ни у кого не оставалось сомнений, что победа в Великой Отечественной войне, завоевания в космосе – события так себе.
Недоработан и лозунг «Решения XXVII съезда – в жизнь». Вскоре к истрепавшемуся плакату придётся добавить свежую палочку, чтобы получилось: XXVIII. Нехорошо. Надо сразу писать: «Решения последнего съезда – в жизнь!» Кстати, такой лозунг уже можно будет изваять в мраморе!
И уж конечно, надо бы продолжить главный шедевр плакатного искусства «КПСС – верный помощник партии!»… Вариантов для продолжения масса: «ВЛКСМ – ближайший соратник комсомола», «ВЦСПС – закадычный друг профсоюзов!».
Впрочем, все эти недостатки – мелочи. А в целом по производству плакатов мы можем с гордостью сказать, что обогнали все страны мира навсегда!
Народ умельцев
Многие сетуют на то, что наши товары ни на что не годятся. Это не совсем верно.
Например, мы выпускаем лучшие в мире деревянные перьевые ручки! Лучшие в мире, потому что никто в мире их больше не выпускает. Правда, у нас ими тоже никто не пишет. Но всё равно люди их покупают. Оказывается, эти ручки очень хорошо использовать как пробки для стенных дырок. В них шурупы мягко входят. Так что наши товары тоже кое на что годятся. Только надо точно знать: какие и на что.
Например, подсвечник подарочный годится для самообороны. Одеколон «Гвоздика» отбивает у комаров охоту жить.
У них там за границей гораздо всё примитивнее. Написано на ценнике «пылесос» – значит, это пылесос и есть. Лопата – это лопата. Средство от головной боли помогает только от головной боли. У нас же: принял таблетку от головной боли – началась чесотка. Стал втирать каждый день в голову жидкость для волос – развились мускулы, волосы стёрлись.
Кстати, поэтому у них за границей и нет такого полёта мысли! Там никогда не увидишь американца, заклеивающего окна медицинским пластырем. Немца – под «мерседесом», из которого искра ушла навсегда. Итальянку, которая поверх лака для ногтей наносит еще слой клея «БФ-6», чтобы этот лак не сразу облупился. Ни одна француженка не додумается отложить порванные колготки, чтобы потом надеть их под брюки на субботник!
А какой Карден или Диор догадается, что можно разрезать пополам женский лифчик и сделать из него модные накладные плечи?!
Ни одна нация в мире такой сообразительностью не обладает. Попробуйте нашему командированному не дать в гостинице утюг. Он положит брюки под матрац и будет всю ночь спать не шевелясь
Именно это сочетание приобретённой находчивости с врождённой неприхотливостью делает наш народ практически неуязвимым в любой ситуации Прокладки для окон промышленность не выпускает – не беда! Поролоновые матрацы раскупили, разрезали и проложили. Пуха для подушек не достать – тоже не страшно: ветоши полно, стеклотары. Наконец, дублёнки – дефицит? Пограничные тулупы научились оторачивать мехом. «Антимоль» не достать – догадались класть в шкаф свежие газеты. Моль исчезает! Не знаю, в чём дело. Видимо, со смеху дохнет, когда читает, что в них написано.
Между прочим, на Западе кое-кто уже понял, насколько они отстали от нас в смекалке. Первыми сообразили международные террористы, закупив у нас партию наших цветных телевизоров. Они своим врагам их дарят. Телевизоры взрываются и разносят вдребезги всё, что надо…
Американцы умоляют продать для магазина «Розыгрыш» наши надувные матрацы, которые, как только на них за буёк заплываешь, сразу сдуваются.
А племя таратайцев с тихоокеанских островов закупает уже вторую партию мужских трусов в цветочек: для ритуальных танцев… и отпугивания по ночам злых духов. Оказалось, когда духи их видят – уходят в горы навсегда. Им очень страшно видеть трусы, которые могут вытираться на коленках.
Так что это кощунство – заявлять, будто наши товары ни на что не годятся. Мало того что они уже начали экспортироваться, они ещё делают наш народ смекалистым, как ни один другой народ в мире!
У нас любой ребёнок понимает, что значит «поставить жучок»
Вся страна знает, что орехи лучше всего колоть дверью.
Наконец, любая женщина, если испортится фен, сможет высушить голову в духовке газовой плиты. Француженка, к примеру, в этой духовке задохнётся. А наша женщина подрумянится – и в гости. Румяная, с халой на голове, живая и счастливая, как и все мы, – несмотря ни на что!
Глава вторая
Как молоды мы были…
…А такими мы были дома. Влюблялись, женились, разводились, ездили в отпуск, ходили в театр, стояли в очередях, отмечали праздники, воспитывали детей… Как и положено, жили по три поколения в одной квартире, только, к сожалению, очень маленькой, и редко когда разъезжались. Пытались вырваться из этого замкнутого круга, иногда останавливаясь и не понимая – зачем?..
Предложение
Витьку я знал, когда мы были мальчишками. Потом мы долго не виделись. Я встретил его уже в студенческие годы. Он торопился на свидание. Я тоже. Я сказал ему, что собираюсь жениться. Он спросил, давно ли мы знакомы с ней. Я ответил: месяц. Витька покачал головой и сказал:
– Это необдуманно. Женитьба – шаг серьёзный. Прежде чем жениться, надо как следует узнать друг друга. Иначе нарваться можно! Женишься – окажутся разные интересы, вкусы. Разводиться придётся – травма на всю жизнь. Вот мы с Любой уже полгода встречаемся и хотя любим друг друга, но я всё равно пока ещё вкусы её проверяю: в кино ходим, в театр, разговариваем о прочитанных книгах.
Мы расстались и не виделись года три. Однажды, когда жена заболела, я пошёл в магазин и там в очереди встретил Витьку. Он почти не изменился. Только чуть-чуть пополнели щёки и начали намечаться контуры живота, как обычно бывает у стройных молодых людей в первые годы после свадьбы. Мы разговорились: кто, кем, сколько? Я спросил его: женился ли он на той девушке, которую любил будучи студентом? Он сказал, что нет, не женился. Я сказал:
– Жаль, что вы расстались. Ты так любил её.
– А кто тебе сказал, что мы расстались? – удивился Витька.
– А что, до сих пор вкусы её проверяешь? – в свою очередь удивился я.
– Нет. Вкусы у нас сошлись. Это я уже выяснил. Но, понимаешь, – начал объяснять Витька, – женитьба – это всё-таки шаг серьёзный! Когда люди начинают жить вместе, они совсем по-другому ведут себя. Совместная жизнь – это не кино и не театр. Нарваться можно! А вдруг она готовить не умеет, квартиру неаккуратно убирает или по телефону сплетничает. А я этого терпеть не могу. В общем, мы решили испытать наши чувства самым страшным – бытом. Она два года назад ко мне переехала. И ты знаешь, ничего! Мы до сих пор любим друг друга. Поэтому, если и дальше так пойдёт, непременно на ней женюсь!
После этой встречи мы не виделись лет десять. На этот раз я встретил Витьку в городском парке в песочнице, куда привёл своего трёхлетнего сынишку. Витька с двумя хорошенькими, как амурчики, одетыми в импортные комбинезончики близнецами играл в кораблики. Он очень изменился за эти десять лет. С трудом поворачивался в песочнице, а от его головы густо пахло кармазином.
– Твои? – спросил я про близнецов.
– Обижаешь! – сказал Витька.
– Поздравляю! – сказал я.
– С чем? – не понял он.
![](i_010.jpg)
– Ну как с чем? Наконец-то женился.
– Кто тебе сказал? – возмутился Витька. – Ничего я не женился!
– А как же… – Я не договорил.
– Понимаешь… – Витька вылез из песочницы, отряхнул костюм от песка, после чего разогнулся, перевёл дыхание и начал объяснять. – Женитьба – это дело очень серьёзное! И хотя в быту мы подходим друг другу, но ведь женишься – дети пойдут. А вдруг она не умеет их воспитывать, за ними ухаживать? Знаешь, как нарваться можно! Жена – это прежде всего мать! Вот я и решил проверить: какой она матерью будет? Двойняшки получились! И ты знаешь, ничего! Справляемся! Собираюсь жениться.
Судьба сложилась так, что мы не виделись с Витькой ещё двадцать лет. Мы даже не сразу узнали друг друга, несмотря на то что долго сидели в сквере на одной лавке. Он был с палочкой, в соломенной шляпе и читал в «Вечёрке» «Погоду и самочувствие». Я узнал его по голосу, когда он сказал подбежавшему мальчику:
– Пойдём домой, внучок. А то баба Люба заругает.
Мы обнялись. Его внук оказался на год старше моего.
– Близнецов помнишь? Вот, от одного из них! – гордо сказал он. – Такой сорванец растёт!
– Проверяешь? – спросил я.
– Что проверяю? – не сразу догадался он, о чём я его спрашиваю.
– Ну как – что? Женитьба ведь – дело серьёзное. Нарваться можно… Когда-нибудь внуки пойдут. А вдруг жена не сможет для них быть достойной бабушкой? Тем более в наше время, когда всё хозяйство лежит на бабушках. Так что, прежде чем жениться, надо проверить, может ли твоя жена быть достойной бабушкой! Верно?
– Верно! – обрадовался Витька. – А ты умнеешь на глазах. И ты знаешь, она отличной бабушкой оказалась. На днях буду делать предложение!
Через несколько дней я встретил его на том же месте.
– Ну как, сделал предложение? – спросил я.
– Нет, ты знаешь, решил немного подождать. Видишь ли, я на днях на пенсию ухожу. Хочу проверить, сможет ли она вести хозяйство на наши с ней две пенсии. Тем более мне за то, что я на пенсию ухожу, от работы участок за городом дают. Как она со всем этим справится? Надо посмотреть. А то так нарваться можно! А я уже не в том возрасте, чтобы делать необдуманные предложения…
Так случилось, что мне дали участок в том же месте, что и Витьке. Подходя к его маленькому дощатому, словно игрушечному домику, я увидел, как они вдвоём дружно копаются в огороде. Витька подошёл ко мне и на ухо через забор шёпотом сказал:
– Работаем! Клубнику сажаем. Если вырастет, точно на ней женюсь.
С этих пор мы часто встречались, ходили друг к другу в гости. А однажды утром он пришёл к нам с женой грустный и сказал, что она от него ушла. Я спросил: почему? Он сказал:
– Оказывается, она меня всё это время проверяла на решительность! И я оказался нерешительным.
Витька очень сокрушался.
– Это же надо! Сорок пять лет ей понадобилось на то, чтобы выяснить, что я нерешительный. Не могла раньше понять. У нас же дети, внуки, скоро правнуки пойдут. Да и я её люблю. Столько лет вместе прожили. Почти ни разу не ссорились И вдруг на тебе! Оказывается, я ей не подхожу!
Витька долго возмущался, потом решительно сказал:
– Всё. Поехал.
– Куда? – спросил я.
– На рынок. Цветы покупать. Буду делать ей предложение. Я ей покажу – нерешительный!
Мы с женой одобрили его решение. Он очень обрадовался нашему одобрению, принял валидол и почти побежал к выходу. У самой двери вдруг обернулся и сказал:
– Одного боюсь. Если вдруг со мной что-то случится… всё-таки сердечко сдавать начало. Как она со всей нашей большой семьёй одна справится и как память обо мне хранить будет? Надо бы проверить! Как вы думаете? А то так нарваться можно!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?