Текст книги "Маг-козёл, осёл и ведьма"

Глава 7

Лана

Я так на него разозлилась, что катастрофически не хватило слов, даже бранных! Вот лечи потом таких уродов, чтобы тебе же твое добро злом вернулось.

От злости потемнело в глазах. Голова закружилась, защекотало под носом, я коснулась верхней губы и увидела на пальцах кровь.

Поднялся ветер, в воздухе заискрила магия. Я на миг закрыла глаза, а когда вернула взгляд на мага, то на его месте стоял большой черный козел и смотрел на меня, как на врага народа.

– И-а-а-а! – Нуддик аж на спину упал, заливаясь своим ослиным смехом, когда понял, что новое животное в нашем кругу – это тот самый маг.

– Ме-е! Лана! Не-ме-е-едленно верни все как бы-ло! – проблеял Люциус.

Ого! Это в самом деле сделала я?

Повертела головой по сторонам в надежде найти какую-нибудь другую ведьму, которая могла сотворить подобное, но никого не заметила и плюхнулась на большое бревно, что было притащено мной и использовано вместо скамейки.

Козел наставил на меня длинные рога, перебрал копытами и сделал несколько крайне неуклюжих шагов в мою сторону.

– Лана! Не-е сме-ей!

– А вот будешь знать, как ведьмам хамить! И как руки свои распускать… – Поджала губы, едва сдерживая слезы. Я вообще-то уйти хотела, а никак не обращать ненастоящего козла в настоящего.

– Верни все как было! – наконец выговорился он и перестал блеять.

– И-а-а-а, нет уж, померла так померла! Оставляй его козлом, Ланка! – продолжил ухохатываться Нуддик, но тут же притих, когда рога направились в его сторону.

Я прикрыла глаза и попыталась сосредоточиться, но магия отказывалась слушаться. Мол, пока козлить не перестанет, так пусть и ходит на четырех ногах.

– Лана! – Люциус требовательно качнул головой и подошел совсем близко, запутался в лишних конечностях и грохнулся на землю.

У меня кружилась голова, руки дрожали от напряжения. Я пыталась из последних сил, но сейчас все было бесполезно.

– Я… не могу! – призналась ему со вздохом.

– Что значит не можешь?! Мне что, теперь траву жевать?

– И-а-и-а! – Нуддик снова рассмеялся, хоть и пытался держать себя в узде.

– Скотина бесполезная! Замолчи сейчас же, а то я тебя… – злился Люциус.

– Что ты мне сделаешь? Вот что? Ты хоть ходить сперва научись! – глумился осел над козлом.

– Вот верну себе прежний вид и пущу тебя на колбасу!

– Если тебя в этом лесу раньше на закуску не сожрут!

– Меня сейчас Лана расколдует, а ты так ослом и сдохнешь!

– Ой, вы посмотрите на этого козла! – не унимался Нуддик – Гонору много, а толку мало!

– Да я тебя…

– Прекратите! – выкрикнула, прервав поток обещаний от мага.

Голова и без них шла кругом, а эти двое никак замолкнуть не могли.

– Лана, чтобы мы прекратили, будь так любезна, немедленно верни мне нормальный вид! – рявкнул на последних словах Люциус.

– Не смей повышать на нее голос! – Зануддий пошел в наступление, защищая меня.

И тут их образы начали расплываться перед глазами, звуки их ссоры стали похожи на далекий колокольный перезвон.

Я лишь почувствовала, как упала в густую траву и провалилась в темноту.

Последним желанием было вернуть козлу нормальный вид, но…

Мне снился лес. Родной, привычный лес. Я брела меж высоких деревьев, вдыхала ароматы собранных трав и ягод, любовалась чистым, безоблачным небом.

Легкий ветерок шелестел листвой, где-то неподалеку журчал ручеек, щебетали птицы. Вдруг мне послышался тихий стон. Может, ветка о ветку притерлась и скрипнула так?

Спустя еще несколько шагов звук повторился. Едва слышный, он возникал снова и снова.

– Эй, кто здесь? Отзовись! – выкрикнула, но голос был словно не мой. Чужой, более взрослый и другой тональности, но вроде бы знакомый.

– Помоги мне… – донеслось жалобно.

Я кинулась туда, но за небольшим холмом меня ждал отнюдь не раненый человек – огромный монстр с длинными щупальцами и оскалом зубастой пасти, способный проглотить меня целиком. И нет, не подавился бы.

Резкая боль пронзила бок, когда меня снесло порывом ветра и откинуло в густой валежник.

В поле зрения попался мужчина, очень похожий на Люциуса. Видимо, это он меня оттолкнул, не позволив жуткому существу обвить мою ногу. Незнакомец уже начал раскручивать в руках огромный огненный шар, легко и непринужденно уворачиваясь от любых атак монстра.

Поняв, что его не достать, тварь снова обратила внимание на меня, длинное щупальце схватило за ногу и потянуло к разинутой пасти. Я вскинула руку, пытаясь хоть за что-нибудь ухватиться, и заметила на своем пальце смутно знакомое кольцо. Оно вроде бы принадлежало…

Открытая пасть приближалась. Я видела многочисленные ряды зубов, уже чувствовала жуткое зловоние. Правда, огненный шар влетел в черную глотку за пару мгновений до того, как тварь заглотила бы меня.

Вместе со щупальцем я полетела в яму, забрызганная бурой слизью и прочими продуктами жизнедеятельности взорвавшейся гадины.

– Не ушиблась, ведьма? – со смешком поинтересовался мужчина. – Тебе ли не знать, что некоторые твари способны скулить жалобней раненого дитяти?

Вскочила на ноги, принялась отряхиваться. Вот помогай потом кому-то!

– Да пошел ты! – отозвалась, бросив на него гневный взгляд.

– Будешь должна, ведьма. Спасение жизни взамен на спасение жизни, – хмыкнул мужчина, протянув руку, чтобы помочь мне выбраться из ямы.

Такой же козел, как Люциус! И ухмылка похожая…

– Лана… – донесся до меня какой-то знакомый голос, такой далекий, словно кто-то кричал с другого конца деревни.

– Лана! – Голос стал ближе.

– Если ты сейчас же не очнешься, я выдам тебя замуж за этого козла прямо в том облике, в котором он есть! Родишь ему потом наполовину козлят, и жаловаться будет поздно! – нудил Нуддик, склонив надо мной свою наглую морду.

Люциус

Нет, это никуда не годилось! Помимо того, что ноги заплетались, так еще язык с трудом слушался. Так и тянуло блеять вместо внятной речи.

Я не мог найти себе места от гнева, так еще эта ведьма вдруг потеряла сознание. Из ее носа потекла кровь. Ресницы начали подрагивать, а на лице отразился ужас.

Снова раздался плач-вой совсем близко. Звал, манил свою жертву. Неужели я не разорвал нить? Нет, точно полоснул по ней, освободил ведьму.

Посмотрел на девушку, потом поднял голову, вычисляя, откуда доносился звук. Отчетливый, сильный. Хоть ты беги, уничтожай монстра… рогами!

Миг, и все прекратилось. Я даже не поверил своим ушам, подумал было, что слух подвел меня, но нет, осел начал прыгать вокруг неподвижной ведьмы, нудеть на разный лад.

Оборвался плач… почему? А нет, снова появился, но уже с другими интонациями, и даже шерсть от этого звука встала дыбом. Наверное, это уже другой монстр, потому как слишком близко. Он неспособен быстро передвигаться, особенно если больной, недавно насытившийся.

Предпочитает звать и заманивать жертв к себе, а потом их съедать. И теперь вот заманивал!

Лана открыла глаза. Нуддик на радостях лизнул ее лицо, оставив мокрую дорожку. Я же от нетерпения притопнул… передними копытами. Бездна, я козел! Она превратила меня в козла!

«Ме-е… то есть у-у, несносная ведьма!»

– Что произошло? – боднув осла, чтобы пододвинулся, приблизился я к Лане.

Ишаку мое поведение не понравилось, он начал боком оттеснять меня от девушки. Я что, с ослом должен бороться? Он больше, он…

«Ме-е… тьфу ты, осел несчастный, я тебе сейчас покажу!»

Отступил, с разгона ударил его рогами в заднее бедро. Он взвыл, попытался пнуть меня копытами.

– Хватит, прекратите! – взялась за голову Лана.

Посмотрела на нас осуждающе, осел толкнул меня боком, я отступил, снова задействовал рога, но так, для легкого ответа. Делать мне больше нечего, как с фамильяром драться!

– Я его где-то видела… – непонятно пробормотала девушка и кое-как поднялась.

Подошла к моей походной сумке. Вывалила все на землю.

– Эй, тебя ничего не смущает, ведьма?

– Только если твой внешний вид, рогатый, – не смолчал осел.

– Точно видела, – продолжала приговаривать она, перебирая мои пожитки.

Я подошел к ней, наступил копытом на перевернутый котелок, чтобы на меня обратили внимание. Не помогло. Она продолжила перебирать мое добро, а потом подхватила перстень и подняла к своим глазам.

– Вот он!

– Положи обратно, это кольцо моего отца!

– Не-е-ет, – замотала она головой и протянула его мне. – Оно принадлежало моей матери, я точно знаю. И сейчас в видении оно было на моей руке, будто… – Тряхнула волосами, пораженно посмотрела на меня.

– Ме-е, – нервно выдал я.

– Я видела, как твой отец спас мою мать. Только во сне.

Раздался плач-вой. Девушка вжала голову в плечи, испуганно заозиралась.

– Звук такой же. Там, во сне, был жуткий монстр, и твой отец убил его, не позволил съесть мою маму. А потом сказал, что она должна ему за спасенную жизнь. Откуда этот звук? Мне он не нравится.

– Мне тоже не нравится. Лана, расколдуй меня немедленно.

– Не надо, Ланка, мне он таким больше нравится. – Снова задействовал свой бок ишак, и я пнул его задними копытами. – И-а. И-и-иа, – взвыло животное. – Ах так, козел? Сейчас я тебе покажу!

– Не ме-ешайся под ногами, ишак. Не видишь, тут…

Он встал на задние копыта, собрался ударить меня передними. Пришлось отскочить. Началась возня, беготня вокруг ведьмы. Она пыталась нас успокоить, быстро собирала вещи, осел не слышал внятной речи, гнался за мной. Мне ничего не оставалось, как блеять, кричать что-то невпопад и уносить ноги, ибо быть придавленным более крупной особью не хотелось.

– Да угомонитесь вы! – закричала Лана, и совсем близко послышался плач-вой.

– Нам лучше уходить отсюда, – благоразумно предложил я.

– Правильно, козел, беги! – мотнул головой осел. – Трус рогатый! Нам с Ланкой такие не нужны. Я передумал, не женю тебя на ней, найду кого получше.

Ведьма подхватила сразу две сумки, обернулась на треск ломающихся веток, словно к нам приближался кто-то огромный и неповоротливый. Точно плакса. Видимо, недостаточно упитанный, раз уже двигаться мог.

– Давай одну мне на спину, – предложил я, и девушка сгрузила часть своей ноши.

Мои ноги подкосились. Я рухнул под этой тяжестью на землю.

– Ик-а, – засмеялся осел.

И тут я заметил сразу двух монстров.

– Помогите встать, бежим!

Глава 8

Лана

Вой становился все сильнее, хрустели ветки… А ведь пока я лечила Люциуса, все было тихо. Откуда только взялся этот проклятый монстр?

Вспомнила видение и вздрогнула, коснулась запекшейся крови под носом. Нужно было как можно быстрее вернуть козлу нормальный вид, но где на это взять силы?

Ситуация получилась куда хуже, чем можно было представить. С одной стороны, к нам приближался монстр, с другой стороны – меня мучила совесть за то, что засунула козла в его истинный облик. В человеческом виде он был бы сейчас куда полезнее, чем блеющим и рогатым гадом.

– Быстрее, бежим отсюда! – поторапливал нас осел, хотя мы и без того быстро переставляли ноги.

– Тьфу на тебя, Нуддик! – воскликнула я и сгрузила на него вторую сумку.

– Эй, Лана! За что ты со мной так? Вон козел пусть свою сумку несет!

– Он не может, а у тебя, я смотрю, слишком много энергии! – произнесла, в очередной раз почувствовав желание стукнуть этого вредного фамильяра.

Мага мне, конечно, тоже хотелось приласкать чем-нибудь потяжелее, но с Нуддиком это было регулярным явлением. Слишком часто мой осел вел себя как последняя скотина. Чего стоит только с завидным постоянством испорченная капустная грядка…

– А-у-а-а-а! – донеслось еще и с другой стороны.

– А-а-а-а! – Осел резко свернул в сторону, козел подтолкнул меня мордой вслед за ним. Дорога вильнула вниз по склону.

Мы спускались по холму, а за нашими спинами уже показались два огромных монстра, похожих на слизней с щупальцами и огромными пастями.

– Нужно что-то придумать! Лана, ты должна что-то сделать, срочно! – голосил осел, скачущий на изрядном расстоянии перед нами.

– Снимать штаны и бегать, – проворчал маг.

– С бегать проблем нет, а вот штанов у нас не осталось! Ланка-то в юбке, а у тебя задница шерстью покрылась. Разве что только шкуру спустить осталось, – не остался в долгу Нуддик.

– С тебя? Запросто! – огрызнулся Люциус и вовремя пригнулся, как раз щупальце пролетело аккурат над его острыми рогами.

– Ай! – вскрикнула я, споткнувшись и кубарем покатившись вниз.

– Расколдуй меня, ведьма! Сейчас же, пока нас не сожрали! – вопил козел, которого я умудрилась снести. И снова мы катились практически в обнимку.

– Не могу-у! Ай! – приложилась спиной о неудачно попавший камень. Кажется, даже что-то себе сломала, судя по донесшемуся хрусту.

Мы врезались в большой куст ежевики, Люциус еще и приложился о небольшую, буйно цветущую липу.

– А-а-а-а! – завопил маг. На его голове теперь вместо двух рогов красовался всего один.

Даже вообразить не могла себе, насколько ему сейчас было больно. От жалости сердце сжалось, захотелось во что бы то ни стало помочь ему, но перед глазами поплыло, контуры козла размылись, но, кажется, мне удалось-таки вернуть Люциусу привычный облик. Вот только у самой сознание поплыло в знакомый сон.

– Стой, маг! – услышала я голос мамы и увидела, как она выбирается из ямы.

Дантер-старший остановился и медленно обернулся.

– Чего тебе, ведьма? – поинтересовался с пренебрежением в голосе.

– Что значит «буду должна»?

– Все просто, жизнь в обмен на жизнь. Я спас твою, а ты или твои потомки должны будете спасти жизнь кого-то из моего рода, даже ценой своей.

– Нет, я на такое не согласна. Я не просила тебя спасать меня, – возразила мама.

– Поздно, ведьма, дело уже сделано! – покачал головой маг, развернулся и пошел дальше.

На несколько мгновений я открыла глаза, пребывая словно в каком-то бреду, и увидела, как Люциус вытаскивает меч из туши твари. Откуда он у него взялся? Что происходит?! Вот только сознание снова утонуло в серой дымке, и меня вернуло в странные видения.

– Я пришел за тобой, ведьма!

Я, уже настоящая, сидела на полу кухни и своими маленькими ручками перекладывала вырезанные из белого древа игрушки. Мама уронила нож и взглянула на вошедшего мужчину.

– Уходи, Дантер. Я не принадлежу тебе! – нахмурилась она и, быстро сократив разделяющее их расстояние, попыталась оттеснить его на улицу, чтобы я ничего не слышала.

– Так не пойдет. Помнишь, жизнь в обмен на жизнь? – различила я.

– Мой муж погиб, защищая деревню. У моего ребенка нет никого, кроме меня. Что тебе нужно?

– Мне нужен стебель пустоцвета.

– Нет, ищи кого-то другого! Я не могу уйти так далеко и надолго. Я не могу оставить Лану… – зло шептала мама.

– Тогда я заберу ее! – Голос мага стал твердым, колючим, словно куст ежевики, и холодным, как кусок льда.

Мама заглянула в комнату, вздохнула, посмотрев на меня, и кивнула.

– Будет тебе стебель пустоцвета, только не смей прикасаться к моему ребенку!

Перед глазами снова поплыло, в ушах звенело. Я видела то, что не должна была видеть. Это были странные воспоминания из детства, о которых я давным-давно позабыла. Получалось, именно из-за Дантера-старшего она ушла из дома и больше не вернулась. Ушла, защищая меня!

– Лана. – Люциус присел передо мной и приподнял лицо за подбородок, чтобы заглянуть в глаза. – Ты как?

– Отстань! – Слезы покатились по щекам, говорить с ним не было никакого желания. Мама погибла из-за его отца, а значит, наш долг выплачен, и я ничего ему не должна!

Люциус

Из-за чего я ненавидел Зловонный холм, так это из-за его монстров. Они умели вселять панику, затуманивать разум, брать живых существ под контроль и изматывать до полуобморочного состояния. Вселяли видения. Разные! Верить им или нет? Я бы этого не делал. После случая возле храма, где меня в последний раз бросила Анелия, я редко во что верил. Даже увиденное собственными глазами привык подвергать сомнению. Лишь чутье было со мной честным.

И сейчас вопило об опасности!

Мы с Ланой заскользили вниз по склону. Сумка била по спине, копыта путались. В какой-то момент девушка вскрикнула, нас закрутило, а после я ударился с такой силой, что вокруг все поплыло от звенящей боли.

– Ме-е-е, – выдал я, не в силах даже просто перевернуться на бок.

Что-то менялось, крутилось, а ощущение, что у меня напрочь снесло затылок, не уходило.

– Какие вы краси-и-ивые, – протянул вдалеке осел, и мне на живот скатилась сумка Ланы.

Я охнул, вдруг понял, что перестал быть козлом, дотронулся до затылка и почувствовал нечто теплое.

Кровь.

Только этого не хватало!

Сходил, называется, в храм, женился! Чтобы все так женились, как я!

Заметил лежавшую рядом девушку, встрепенулся. Проверил пульс, дыхание. Жива.

– Я иду-у-у к вам, – горланил осел на весь лес.

Я поднял голову. Ишак стоял на месте и пританцовывал, задрав уши. Завороженно смотрел, как к нему приближается «маленький» плакса, в то время как второй двигался к нам с ведьмой.

– Я сейчас вернусь. – Почему-то погладил Лану по голове и быстро достал из-за пояса второй зачарованный нож. Первый-то остался в грибе, будь этот осел неладен, так бы пригодился.

Прошептал слова заклинания, превращая холодное оружие в призрачный меч. Ринулся на ближайшего плаксу и достаточно быстро с ним расправился, ведь навыки были отточены долгими тренировками.

– Моя прелесть, – вилял задом осел, в то время как монстр уже раскрыл пасть, чтобы проглотить его. – Ты хочешь целовашки? Я люблю целовашки. Теперь мы будем парой! – выпятил он вперед губы.

Я бежал, кричал фамильяру, чтобы тот отступил, потому что из-за него не мог бросить в монстра подходящим заклинанием – оно поразило бы ишака. Тем более голова сильно болела, не удавалось нормально сосредоточиться.

Пасть почти сомкнулась над головой осла, когда у меня получилось выпустить призрачный огонь. Он полетел в глаз плаксы. Монстр взвился, вытянулся. Я выпустил еще одно заклинание.

– Дорогая, у тебя изо рта немного несет, но я потерплю, целуй меня, – снова завилял задом фамильяр ведьмы. – Целуй же, пока я весь не извелся. Пусть Ланка посмотрит и поучится.

Стоило снова ударить плаксу, как осел повернул ко мне голову и закричал не своим голосом:

– Не трожь! Я сейчас тебя откушу, козел несчастный! Она моя красавица-а-а! – Понесся на меня, будто баран на стену.

Я вовремя ушел от удара, махнул в осла подавляющим волю заклинанием, тем самым перебивая чужое воздействие. Теперь уже ничто не мешало мне расправиться с монстром, чем я, собственно, и занялся.

Только через десять минут смог восстановить дыхание. Голова по-прежнему болела. Силы таяли. Я чувствовал, что долго не выдержу, но не имел права потерять сознание, потому что плаксы – это не единственные и не самые опасные существа, что можно найти в этом лесу. Есть звери пострашнее.

Кое-как добрался до Ланы. Быстро отыскал в своей сумке лечебное зелье, нанес на звенящее болью место, дополнив его восстанавливающим заклинанием. Сел.

Ведьма, казалось, мирно спала. Осел лежал чуть выше на холме и не подавал признаков жизни.

Я откинулся на широкий ствол дерева и тоже прикрыл глаза. В бездну такие приключения.

Раздался стон. Девушка поморщилась, разлепила веки и пару мгновений смотрела в ясное небо. Повернула голову.

– Лана. Ты как?

– Я тебе ничего не должна.

– Если ты о том, что станешь моей женой, то ты ею станешь. Это не обсуждается.

– Нет, – покачала она головой и заметила лежавшего неподвижно осла. – Нуддик!

Попыталась сеть, охнула и обессиленно легла обратно. Я сразу же оказался возле нее.

– Что случилось?

– Не знаю, больно вот здесь, – потрогала второй рукой свой бок и поморщилась.

– Сейчас, – потянулся я к своей сумке. Выудил то же зелье. – Нужно снять с тебя корсет и рубашку.

– Вот еще, – замотала она головой.

– Я не буду приставать, обещаю. Сейчас мне нужно добраться до поврежденного места, чтобы его обработать. Могу, конечно, порвать рубашку, но… Извини за те слова, это было слишком грубо с моей стороны.

– О-о, – удивилась девушка и хохотнула. – Наглый маг умеет просить прощения? Ничего себе, как мне повезло!

– А теперь нужно оголить бок. Раздевайся, ведьма, – произнес я и взялся за завязки на ее корсете.

Глава 9

Лана

Сопротивляться не было никаких сил. Нужно было понять, что этот гад сделал с моим ослом. Или не он?

Невдалеке дымилось несколько сгустков слизи. Точно такие же были в видении, когда отец Люциуса спас мою мать.

Получается, маг справился с монстрами, но не уберег моего фамильяра?

Ком подступил к горлу, и я не могла ничего сказать, было трудно дышать от слез, что рвались наружу. Какая разница, разденет меня маг или оденет? Надо как можно скорее прийти в себя и проверить Нуддика. Может быть, он еще жив?

С трудом пошевелившись, помогла Люциусу стащить с себя одежду.

– Правильно, Лана. Позволь помочь тебе, – приговаривал он, осторожно касаясь пальцами в том месте, где болело.

– Почему ты такой гад? – поинтересовалась, едва сумев проронить хоть слово. От его близости я чувствовала себя странно.

– Потому что жизнь такая. Уж не обессудь, что выросло, то выросло, – серьезно ответил он, и мне вдруг стало совсем не по себе.

Я ведь совершенно не знала этого мужчину. Не знала о нем ничего. Как он рос? Где учился? Почему стал таким козлом? Ведь просто так люди не черствеют настолько, чтобы вломиться в чужой дом и нагло распоряжаться чужой судьбой. А это значит, что кто-то сделал ему нестерпимо больно.

Выходит, что, каждый раз огрызаясь, я давила ему на болевую точку? Может быть, какая-нибудь другая ведьма успела сильно обидеть его? Или та самая Анелия…

Увы, нельзя залезть в чужие мысли. Я бы с удовольствием посмотрела, о чем он сейчас думал.

Закончив с обработкой раны, Люциус достал из моей сумки чистую рубашку и помог надеть. Даже сам с завязками на моем корсете справился.

– Извини, мое кольцо разрядилось, так что придется довольствоваться магией и лечебным зельем. Приляг и не переживай за своего фамильяра. Этому придур… ничего не будет, – маг все-таки остановился и не стал произносить вслух оскорбления, просто закончив фразу.

– Спасибо, – прошептала смущенно. До меня только сейчас начало доходить, что я оказалась перед ним без одежды и даже не почувствовала стыда.

– Один один, ведьма, – хмыкнул мужчина, правда, в этот раз у него получилось совсем беззлобно. – Так почему ты мне ничего не должна?

– Я вспомнила.

– Что именно?

– Тот день, когда моя мама ушла… К нам приходил мужчина. Я уверена, это был твой отец. И выходит, что мама отдала долг, раз не вернулась. Жизнь в обмен на жизнь. Я ничего не должна тебе, Люциус.

Он нахмурился, смерил меня долгим, испытующим взглядом, потом криво ухмыльнулся и сказал:

– Ничего, пока выберемся отсюда, снова будешь должна!

– Вот какой же ты все-таки гад! – произнесла в сердцах и стукнула его кулаком в плечо. – Из-за тебя мы здесь оказались, так что это еще с какой стороны посмотреть, кто кому теперь должен! Приперся, вытащил меня из дома, повел неизвестно куда…

– Вообще-то, я вел известно куда: в храм. А вот куда ты нас завела…

– Я?! Так оставался бы на болотах со своей воблой недомаринованной! Зачем пошел за мной?

– Потому что мне нужна ведьма, чтобы снять проклятие.

– Договариваться не пробовал? Без угроз и каких-то призрачных долгов с обещаниями.

– С ведьмами разве можно иначе? – Он изогнул бровь и взглянул мне в лицо, в глазах на мгновение загорелся озорной огонек, но мужчина качнул головой и отвернулся.

А я вдруг вспомнила вкус его губ и тут же почувствовала, как к щекам приливает кровь, раскрашивая их ярким румянцем.

– Представь себе, можно.

– Ну хорошо. Давай попробуем по-твоему. Лана, одна гадкая стерва навесила на меня смертельное проклятие. Не могла бы ты выйти за меня замуж, чтобы избавить от него? – поинтересовался маг.

Пока он говорил, я наблюдала за ним. Мужчина был настолько уверен в себе, что у меня создалось впечатление, будто он сейчас надо мной насмехался. Точно знал, что никуда не денусь и обязательно помогу ему, и от того играл, словно кот с измученной мышью, которая уже не в силах убежать, но все еще надеется выжить.

– Я бы, может, и помогла, но один наглый маг, ворвавшийся в мой дом и предъявивший какие-то несуществующие долги, отбил желание связываться с вашей братией!

– Вот видишь, с ведьмами по-хорошему невозможно договориться! – тут же вернул он.

– Просто не нужно обижать ведьм… – пробурчала себе под нос и осмотрела безнадежно испорченную рубашку.

Во-первых, разорванную о ветки, а во-вторых, перепачканную моей же кровью. Вздохнула, призвала силу и сожгла ее. Сейчас уж точно не до стирки…

– А что, если я скажу тебе, что твоя мать до сих пор жива? – поинтересовался маг, бросив на меня хитрый взгляд. Так смотрят те, у кого в рукаве еще не один козырь.

– Тогда тем более, это ее долг и отдавать его ей, а не мне.

– Неужели тебе не будет стыдно, если я женюсь на женщине настолько меня старше? – Он склонил голову набок, в голосе звучала все та же насмешка.

– С чего мне должно быть стыдно?

– Потому что… Ай, и ладно. Выберемся из леса, и проваливай домой! – сказал он, резко встал и медленно пошел вперед, предварительно щелкнув пальцами.

Нуддик тут же поднялся на ноги.

Почему Люциус вдруг передумал? Неужели у мага проснулась совесть?!

Люциус

Как только выберемся, найду другую ведьму. Эта мне категорически не подходила! С ней было все сложнее оставаться беспристрастным и просто гнуть необходимую мне линию поведения.

Едва Лана поднакопила сил, сразу нагнала меня вместе со своим ослом. Теперь обошлось без приключений.

Мне удалось найти прямую тропу, осел снова помалкивал и тем самым заставлял волноваться свою ведьму. Девушка то и дело оборачивалась на него, но сойти с проторенной мною дорожки не смела, потому что при неосторожном движении могла оказаться в месте, откуда крайне сложно выбраться. Лес здесь особенно неприветливый.

– Люциус, – позвала Лана, когда впереди показался просвет.

– Не сейчас.

– Люциус, у меня нехорошее предчувствие!

Я остановился. Она едва не врезалась мне в спину. Осел так вообще не удосужился замедлиться и толкнул девушку на меня, благо удалось устоять, иначе снова покатились бы по очередному склону.

– Чего встал, чернявенький?

– Нуддик, ты снова разговариваешь, – обрадовалась ведьма, пытаясь отодвинуться, но ее фамильяр даже не подумал отступать, так и упирался ей между лопаток своей мордой.

– Ведьма, что за предчувствие? Мне дальше идти или нет?

– Шагай, чернявенький, – ответил за нее осел.

– Нуддик, отойди! – завозилась за моей спиной девушка, явно пытаясь выбраться.

И можно ведь было самому отступить, но меня будто парализовало от коротких прикосновений ее пальцев. Вроде ничего особенного, но…

Перед внутренним взором сразу появился дивный образ ведьмы, сидевшей на поваленном дереве над рекой. Я не мог никак от него избавиться. Да еще эта податливость во время обработки ее раны сделала свое дело. Я ведь прикасался к оголенному боку ведьмы, накладывая лечебное зелье, и понимал, что специально тяну время, не могу остановиться. Мне мало!

Казалось бы, обычная реакция взрослого мужчины на красивую девушку, но слишком неправильная какая-то. Мне хотелось ею… любоваться!

И вот сейчас она возилась сзади, упиралась маленькими ладошками мне в спину, старалась увеличить расстояние, а у меня на лице уже играла шальная улыбка. Смотрел перед собой и, словно последний дурак, просто стоял.

– Нуддик! – снова воскликнула ведьма.

– Что, Ланка? Когда еще с мужчиной позажимаешься? Спасибо должна сказать.

– Сейчас я такое спасибо скажу, что тебе надолго запомнится эта благодарность. Люциус, ты чего встал-то, поспособствовать не хочешь?

– Я не могу дальше идти.

– Почему, что там?

– Твое нехорошее предчувствие.

– И что, ты готов ему верить? – хохотнула она и громко вздохнула.

Начала бочком двигаться в сторону, вскоре оказалась справа от меня и, нервно улыбнувшись, обвила мою руку своими.

Да-да, тропа узкая, места мало, вокруг высокая трава и колючие кусты.

Я глянул сверху вниз на девушку и отчетливо понял, что нужно от нее избавляться. Срочно!

Найду другую ведьму и отведу ее в храм, чтобы перекинуть на нее свое проклятье. А эта пусть живет свое преспокойной жизнью, не выходит дальше деревни, травы собирает и со своим ослом спорит. Лана слишком…

Сглотнул. Мотнул головой, пытаясь сбросить с себя очарование и вспомнить, что с представительницами женского пола зарекся поступать только так, как они этого заслуживали. Нагло и решительно!

Вот только с этой девушкой удавалось плохо. Она так заразительно улыбалась, выглядела настолько прекрасно, что дух захватывало и не оставалось другого выхода, как развернуться и… поцеловать.

Один раз! Просто попробовать, поддаться слабости, потому что через пару шагов будет тракт, где мы разойдемся в разные стороны. Забудется это короткое приключение. Я отправлюсь на поиски другой ведьмы, отведу ее в храм, обменяюсь кровью, уйду, не позволив совести даже слова пискнуть. Зато запомню эти губы.

Робкую податливость, сладость поцелуя, ее стон на грани слышимости. Цветочный запах, мягкость волос. Звук притопывающего рядом осла, который шепотом выдавал:

– Да, Ланка, ура! Покажи ему, какая ты красотка, сделайте мне коз… дитят!

Я не мог остановиться. Все это происходило на грани реальности. Не мальчик ведь, но словно стал совсем зеленым юнцом, которого едва не трясло от близости прекрасной ведьмы. И не помогало внушение. Я увлекался. Пробовал, завоевывал, напирал. Прижимал ее к себе, упивался мнимой вседозволенностью, гладил спину, с трудом сдерживался, чтобы не опустить руки значительно ниже. Понимал, что нужно прекратить, сделать шаг назад и выйти на тракт. А там конец, там наши пути разойдутся.

Кое-как смог оторваться от мягких губ, сглотнул. Ресницы девушки затрепетали, словно помогая ей прийти в себя.

И ведь хотелось еще. Меня тянуло к ней. Я с трудом сдержался, чтобы вновь не наклониться.

Взял за руку, повел за собой. Перед нами появился злосчастный тракт.

– Полагаю, сама найдешь дорогу домой?

– А ты?

– Я пойду снимать проклятье. Прощай, ведьма. – Усмехнулся и, выпустив руку, вложил в нее перстень матери девушки.

Вот и все.

Я пошел прочь.

Лана

– Подожди, ты сказал, что моя мать жива. Где мне искать ее? – спросила у удаляющегося мага.

– Я солгал! – бросил он не оборачиваясь и пошел дальше.

А я еще долго стояла в нерешительности, все смотрела в спину уходящего Люциуса и никак не могла сдвинуться с места. Даже осел притих, проникнувшись моментом.

Да, горячие губы этого напыщенного козла запомнятся мне надолго. Еще никогда в жизни ни к одному мужчине я не испытывала подобных чувств. Может, всему виной долг моей матери, может, что-то еще, но теперь я была уверена, что нас обоих неумолимо тянуло друг к другу. Или как еще объяснить этот поцелуй на прощание?

– Лана, он на тебя заклинание остолбенения бросил? – проворчал Нуддик, наконец переступив с ноги на ногу.

– Идем домой. – Надела мамин перстень на палец, вздохнула и покачала головой. Это изначально не было похоже на сказку и никогда ею бы не стало. Не бывает союзов из ведьм и магов! Взаимная, врожденная неприязнь. Все попытки вообразить подобное – лишь моя разыгравшаяся фантазия.