Текст книги "Властное желание"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vlastnoe-zhelanie-21493.jpg)
Автор книги: Мишель Маркос
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 4
– Тебе нельзя это надевать, – в ужасе воскликнула Лолли с полным еды ртом.
Минна продолжала повязывать фартук вокруг талии.
– Я никуда не пойду.
– Что?
– Ты слышала, – сказала она, заправляя свои мягкие волосы под чепец. – Я не хочу, чтобы меня заставляли это делать. Мадам Финч может послать к нему кого-нибудь другого. – Минна все утро и весь день думала о визите к лорду Прескотту. Глупо было надеяться, что ей удастся при этом узнать что-либо от него. Этот мужчина знал ее слабости и имел определенную власть над ней.
– Не будь такой пугливой дурочкой. Он всего лишь клиент.
Минна выдвинула стул и села напротив Лолли за обеденный стол.
– В таком случае займись им сама.
– Он же меня не хочет. Ему нужна ты.
Это было выше понимания Минны. Она не могла понять, почему при наличии в услужении мадам стольких красивых женщин лорд Прескотт выбрал именно ее.
– Я отказываюсь принимать в этом участие.
– Минна, если ты не подчинишься желанию лорда Прескотта, тебя уволят. Во всяком случае, мне казалось, что ты хотела поговорить с ним о его деловых отношениях с твоим отцом.
– Да, хотела. Но не представляю, как это сделать. Я не… способна.
– Ерунда. Ты вполне можешь заставить клиента делать то, что тебе надо. Ведь он всего лишь мужчина.
– Я не умею соблазнять мужчин, Лолли.
В комнату вошла Эви, и за ней последовали остальные девушки, чтобы принять участие в пятичасовом чаепитии. Эви услышала последнее высказывание Минны.
– Ха! Нет ничего проще, – сказала она.
– Не будь смешной, Минна, – укорила ее Шарлотта, платье которой казалось воздушным. – Разве ты не читала все эти твои книги? Вероятно, ты больше нас знаешь о соблазнении мужчин.
– Эти книги не годятся для практики. Мужчины в них слишком легко поддаются соблазну. Им достаточно взглянуть на женщину, чтобы воспылать страстью. Там все происходит довольно просто. Например, старый викарий шепчет несколько непристойных слов на ухо доярке, и они начинают весело бегать вокруг дуба, а потом заваливаются под куст. Им не требуется много времени для соблазнения.
– Если бы ты не знала, как соблазнить мужчину, – продолжила Эви, – у нас не было бы столько постоянных клиентов.
Остальные девушки поддержали ее.
– Писать письма – другое дело.
– В чем же разница? – спросила Эви.
– Писать проще. – Минна попыталась найти нужные слова для объяснения. – Когда я сижу за письменным столом, у меня возникают фантазии и я сочиняю любовные истории, в которых клиент может принять участие.
– Это и есть соблазнение, – сказала Шарлотта, отламывая кусочек хлеба.
Эви покачала головой, кладя салфетку на колени:
– Для того чтобы воплотить в жизнь любовную историю, требуется нечто большее, чем воображение, Шарлотта.
– Она права, – вмешалась Минна. – Легко вызвать начальный интерес у мужчины, но гораздо труднее сделать так, чтобы история имела реальное продолжение. Мужчина – непостижимое и изменчивое создание. Неизвестно, что он сделает или скажет в следующий момент или какова будет его реакция.
Шарлотта наклонилась вперед, и темные соски ее грудей явственно выступили сквозь прозрачную одежду.
– Но ты должна управлять им. Помни, что мужчина хочет участвовать в приключении и наслаждаться, воплощая в жизнь различные фантазии.
Минна покачала головой:
– Я не думаю, что это применимо к данному человеку. Мне кажется, лорд Прескотт предпочитает сам управлять событиями.
Шарлотта улыбнулась:
– Это потому, что ты позволила ему вообразить, будто он может командовать тобой. Тебе следует внушить ему нечто такое, что заставило бы его забыть об этой своей роли.
– Например?
– Что, если ты перестанешь ходить вокруг да около и перейдешь сразу к делу? Если мужчина ушел от тебя просто так, нет необходимости предаваться фантазиям. Возможно, он не захочет больше даже взглянуть на тебя.
– Я не могу этого допустить, – с ужасом сказала Минна. – Лолли, ты говорила, что есть момент, когда можно заставить клиента делать то, что захочется. Что это за момент?
– Надо дождаться, когда он будет готов войти в тебя, – ответили девушки в унисон.
– Да, – подтвердила Лолли. – Я называю это моментом уступки. Когда мужчина возбудится до предела, а ты продолжаешь сопротивляться, он приходит в отчаяние и готов сделать для тебя все, что угодно, лишь бы ты поскорее раздвинула ноги.
– Возбудить его до предела… – задумчиво повторила Минна. – Но как это сделать?
Глаза Лолли округлились.
– О Боже. Достаточно появиться перед ним!
– Тебе легко сказать, – ответила Минна. – Ты потрясающе выглядишь и способна возбудить мужчину одним лишь взглядом.
– В таком случае, – сказала Лолли, снимая с Минны чепец, – мы сделаем тебя тоже потрясающей, правда, девочки?
Не в силах противиться женскому энтузиазму, Минна позволила Эви, Шарлотте и Лолли увлечь ее в ванную комнату, где они приступили к ее преобразованию. Они весело болтали между собой, обращаясь с Минной как с живой куклой. Три грации забавлялись с простой смертной.
Минна должна была признаться, что испытывала удивительно приятное чувство при таком обхождении. Искупав в душистой воде, девушки препроводили ее в комнату Лолли, где начали хлопотать вокруг нее, накладывая крем на руки и ноги, припудривая лицо и грудь и покрывая румянами щеки. Минна надела надушенные чулки и совершенно новую сорочку. Ее прежний корсет был поношенным и выцветшим, поэтому Эви, имевшая такую же худощавую фигуру, как у Минны, дала ей один из своих красивых корсетов, а также платье и головной убор в греческом стиле. После завивки щипцами безжизненных волос Минны они стали выглядеть более пышными, их закрепили заколками с янтарем.
Последний штрих нанесла Лолли, подкрасив губы Минны свекольным соком.
– Моя мама говорила: женщина без макияжа – что еда без соли.
Девушки подвели Минну к большому зеркалу, и она от удивления раскрыла рот. На нее смотрела совсем другая женщина, такая не похожая на прежнюю Минну, что у нее перехватило дыхание. Ее кожа сияла белизной, резко контрастируя с прелестными карими глазами. Губы сделались более полными, а темные волосы уже не выглядели тусклыми; в элегантной прическе поблескивали драгоценные заколки. Ее груди возвышались в разрезе платья, и на грациозной шее красовалась цепочка. Облегающая нижняя одежда подчеркивала ее бедра и попку, а прозрачное развевающееся платье не скрывало ее фигуры.
– Ты прекрасно выглядишь, Минна, – с чувством сказала Лолли.
Минна робко улыбнулась, глядя на свое отражение. Она, конечно, не превратилась в прекрасного лебедя, но по крайней мере гадкий утенок приобрел красивые перышки. Три грации вселили в нее уверенность, временно сделав красавицей, чтобы заставить мужчину преклонить колени. Она сомневалась, что сможет сделать это, но теперь по крайней мере была готова попытаться.
* * *
– Я стараюсь, сэр, – сказал Чейз Олкотт из-за кипы бумаг, которые извлек из письменного стола. – Я перевернул весь дом вверх дном в поисках ключа. Его нигде нет.
– Продолжай искать. – Солтер испытывал раздражение в связи с тем, что не мог напасть на след убийцы. Время шло, и след становился все холоднее и холоднее. Солтер обнаружил сейф лорда Прескотта, спрятанный в основании витиеватой деревянной колонны, который, по его мнению, должен дать ключ к раскрытию убийства. Содержимое сейфа могло бы объяснить, почему Прескотт был убит. А зная причину, можно установить, кто убийца.
– Я думаю, – сказал Олкотт, почесывая свою голову с растрепанными светлыми волосами, – нам следует пригласить сюда медвежатника по кличке Мастер Джек, который быстро вскроет этот сейф.
Солтер потер лицо. Он неохотно пользовался услугами уголовников для раскрытия преступлений. С другой стороны, преступник являлся зеркальным отображением человека, работающего в правоохранительных органах. Каждый смотрел на предмет с противоположных точек зрения: один – с точки зрения нарушения закона, другой – с точки зрения его защиты. Но если человек достаточно умен, он может использовать знание противника против него самого. «Надо хорошо знать своего врага, – любил говаривать один старый фельдмаршал. Если знаешь свои возможности и возможности врага, любая битва завершится твоей победой».
Вот почему Солтер взял на службу Чейза Олкотта. Чейз был раньше вором, очищавшим карманы зевак и таскавшим товары с полок магазинов. Его мать и сестры бедствовали, и он обеспечивал их как мог, выбрав воровскую жизнь, вместо того чтобы зарабатывать честно. Так продолжалось до тех пор, пока Солтер не спас его от безжалостного избиения взбешенным хозяином магазина. После этого Чейз решил изменить образ жизни. Солтер почувствовал, что парень, в общем, не склонен к преступлениям, и решил перевоспитать его.
В настоящее время двадцати однолетний Чейз являлся лучшим молодым констеблем в полиции. Мужество и выдержка сочетались в нем со здравомыслием и душевностью. Он хорошо знал город и людей. Кроме того, он был довольно симпатичным парнем с взъерошенными светлыми волосами и прямым подбородком, покрытым небольшой порослью. Он никогда не позволял себе одеваться стильно, полагая, что модно одетый он не сможет ощущать пульс лондонского андеграунда. Кроме того, шутил он, бывшие товарищи назовут его фраером и дадут под зад.
– Нет, – ответил Солтер. – Давай оставим Мастера Джека сегодня в покое. – Мне предстоит другое свидание.
– Свидание, сэр?
– Да. Так что прекращай работу и уходи. Мне надо еще успеть поговорить со слугами. Она будет здесь с минуты на минуту.
– Она, сэр? – Губы Чейза тронула озорная улыбка.
Солтер слегка смутился:
– Я не обязан отчитываться перед тобой, однако скажу – эта девушка играет важную роль в нашем деле. Вероятно, она знает о Прескотте то, что может быть полезным для меня.
– Конечно, сэр. Как скажете. – Чейз аккуратно уложил бумаги обратно в пустые ящики письменного стола.
Солтер озлобленно взглянул на серый, холодный, молчаливый сейф. Он так хотел его открыть и, если потребуется, прибегнет к грубой силе для вскрытия. Однако он не мог применить силу к девушке из борделя. Доступ к ней казался гораздо сложнее, чем к этому запертому ящику. Она была очень необычным созданием. У нее такие ясные умные глаза и губы, зовущие к поцелую… и все же в ее облике чувствовалась печаль, наводящая на мысль о скрытой душевной боли.
– Олкотт, у тебя ведь есть сестры?
– И не одна, сэр. Сколько вам надо?
Солтер улыбнулся.
– Тогда скажи мне кое-что. Как они… – Он покачал головой. – Не знаю, как правильней сказать. Как они чувствуют уверенность в себе? Является ли это чувство врожденным или приобретается с опытом?
Олкотт удивленно приподнял брови.
– Я не знаток женщин, однако, полагаю, большинство из них чувствуют уверенность в себе. Женщины вообще самоуверенные создания. Даже слишком самоуверенные. Некоторые приобретают самоуверенность с детства благодаря воспитанию, а другие стараются с годами внушить ее себе. Все зависит от обстоятельств. Но мы, мужчины, так или иначе, нуждаемся в них, и часто игра оканчивается не в нашу пользу.
Солтер задумчиво кивнул. Он чувствовал, что эта девушка заинтересовала его. Непонятно, что за тяжелые обстоятельства подавили в ней чувство гордости. Это, конечно, не его дело – менять ее внутренний мир. Возможно, даже лучше, если она будет оставаться такой, какая есть. Если бы все женщины были такими, как эта девушка, то, вероятно, многие из них не имели бы склонности к случайным связям. Он потер лоб. По крайней мере ему была известна та, которая своей скромностью выгодно отличалась от остальных.
И все же удивительно, что среди распутства, царящего в «Империи страсти», она оставалась такой невинной. Впрочем, у него не было оснований вникать в это. Затем он вспомнил, что это его цель – как можно больше узнать о ней.
Но не таким способом, каким хотелось бы.
Карета Минны остановилась около вытянутого городского дома на Хай-Оук-драйв. Минна дала кучеру монету, после того как тот помог ей выйти из экипажа, и посмотрела ему вслед, когда он отъехал. Она стояла перед входом в дом лорда Прескотта, с трудом сдерживая желание убежать отсюда. Однако, представив лицо отца и суровые условия, в которых он оказался, находясь в австралийской тюрьме, Минна взяла себя в руки. Она должна постараться получить информацию от лорда Прескотта ради своего отца. Даже если ей придется пожертвовать своей девственностью, это будет лишь малая цена за обнаружение того, кто способствовал аресту отца. Затем она позаботится, чтобы отец благополучно вернулся домой. Мысль о возможном насилии заставила ее похолодеть.
Тем не менее она будет вынуждена подчиниться желанию лорда Прескотта. Но существовал и другой страх, тот, который мучил ее сильнее, чем она могла предположить. Она боялась, что он может отвергнуть ее, сочтя непривлекательной или, еще хуже, вызывающей отвращение. Правда, он нежно прикоснулся к ней при первой встрече, и это доставило ей неземное удовольствие. Она не осмеливалась признаться себе, какое огромное значение имела для нее эта простая ласка.
Минна издала стон. Она боялась проявления его страсти и в то же время боялась, что он останется равнодушным к ней. Все это сводило ее с ума. Она раздраженно топнула ногой, чтобы освободиться от страхов, и постучала кольцом в дверь.
Дверь открыл пожилой дворецкий:
– Добрый вечер, мисс. Проходите. Хозяин в своем кабинете. Он вскоре присоединится к вам в гостиной.
Минна огляделась. Интерьер был изысканным, но лишенным чувственности, отчего казался претенциозным и стерильным. Оказавшись в гостиной, она сняла шляпу и положила ее рядом с собой на диван. Она ждала в тишине, нарушаемой лишь тиканьем часов на каминной полке. Через несколько минут из коридора донеслись звуки тяжелых шагов. Минна встала и напряглась.
Дверь открылась, и лорд Прескотт застыл на пороге.
На нем была темно-зеленая, с желтоватым отливом, куртка, под стать его карим глазам. Белый галстук резко контрастировал со смуглым лицом и черными, как вороново крыло, волосами. Бежевые бриджи плотно облегали его мускулистые бедра, заканчиваясь высокими сапогами. Минна в прошлый раз не обратила внимания, как хорошо он сложен.
Ее надежды на комплимент угасли, когда он окинул взглядом ее лицо и фигуру с выражением скорее удивления, чем удовольствия.
– Вы выглядите как куртизанка.
Она обрадовалась, но затем ее радость быстро исчезла. Смысл его высказывания был не ясен. Куртизанки мадам Финч были довольно красивыми, но в его устах это слово, казалось, выражало разочарование.
– А вы выглядите как мужчина, готовый воспользоваться услугами последней. Теперь, когда мы разобрались, кто есть кто, может быть, присядем? – Не дожидаясь его согласия, она села на диван и сняла перчатки.
Он снисходительно вздохнул:
– Да, конечно. Что будете пить? Херес?
– Портвейн.
Он взглянул на нее, озадаченный ее нелепой просьбой. Обычно портвейном наслаждаются после обеда мужчины, но не женщины.
– Хорошо.
Минна почувствовала себя лучше. Страх ослабел, и начал проявляться гнев. Этот вечер должен пройти по ее плану, и не иначе.
– Мадам не следовало наряжать вас так для меня. Или в вашем заведении так принято?
– У вас прекрасный дом.
Он повернулся к ней от стола с напитками:
– Это довольно уклончивый ответ.
Она с вызовом посмотрела на него:
– А вопрос слишком нескромный.
– Извините, – сказал он и протянул ей бокал.
Принимая его, Минна взглянула на руку лорда Прескотта:
– Какое у вас впечатляющее кольцо. Кажется, оно с рубином. Вам известно, что рубины и сапфиры фактически одной природы? Разница только в цвете.
– Нет, я не знал этого, – сказал он, садясь напротив нее. – Я знаю только, что рубины высоко ценятся.
– В таком случае, вероятно, вы не знаете, что некоторые рубины на самом деле являются фальшивыми. Это просто шпинели, имеющие вид рубинов. Может быть, вас обманули и вы купили именно такой фальшивый рубин?
Он посмотрел на нее поверх бокала:
– Надеюсь, что нет. Я заплатил как за настоящий камень.
– Можно взглянуть?
Глаза его весело блестели, когда он снял кольцо и протянул его ей.
Минна внимательно изучила его:
– Вас не обманули. Скажите, где вы приобрели это великолепное ювелирное изделие?
– Я не помню.
– Жаль. Я любительница драгоценностей и редко встречала камень с таким ярким красным блеском. Вы приобрели его здесь, в Лондоне?
– Несомненно.
– Тогда я попрошу вас вспомнить, где вы купили его. Может быть, в магазине Холлидея на Фулсом-стрит?
– Вполне возможно.
Минна поднесла кольцо ближе к стоявшей на столе свече, стараясь заглянуть за лицевую сторону камня.
– Любопытно. Холлидей, как правило, делал гравировку на своих драгоценных камнях. Вы знакомы с его работами?
Лорд Прескотт ухмыльнулся:
– По-моему, любопытно то, что вы интересуетесь моим кольцом.
Минна напряглась:
– Я не собираюсь украсть его, если вас это беспокоит.
– Меня удивляет также, что вы знаете лондонских ювелиров.
Она фыркнула и вернула ему кольцо.
– Мне непонятно, почему вас тревожит такой пустяк. Я только спросила, посещали ли вы когда-нибудь магазин мистера Холлидея.
– Странно, что с заработной платой служанки вы являетесь знатоком драгоценных камней.
– Быть служанкой не означает быть тупицей. И то, что я не могу купить драгоценности, не означает, что я не могу оценить их.
– Ваше замечание принято.
– Кроме того, даже слуги могут чем-то увлекаться и быть знатоками во многих областях, так что вас не должны удивлять мои познания.
– Включая эротику.
Это высказывание прервало предыдущую тему.
– Я случайно узнал, что книги, которые вы так бережно храните в ящике своего письменного стола, запрещенные. В нашей стране они объявлены вне закона и их нельзя продавать леди… и даже служанкам. Та книга, что находится у меня, «Воспоминания французского любовника», поступила к нам контрабандным путем. Полагаю, вы, должно быть, единственный крупный специалист в области эротики во всей Англии.
– Вы надо мной смеетесь.
– Нисколько. Секс начинается в голове, а не между ног. В таком случае, – продолжал он, – полагаю, я нахожусь в обществе самой очаровательной женщины во всей стране.
Минна рассмеялась бы, если бы не была так польщена. Однако все это ей на руку. Если он думает, что она хорошо информирована, ей будет легче довести его до «момента уступки».
– Благодарю, – сказала она.
– Поэтому я хотел бы узнать ваше искреннее мнение о том, что описано на странице двадцать семь.
Минна удивленно заморгала:
– Прошу прощения?
– В вашей книге есть пометки. Откровенно говоря, я дошел до страницы сорок девять, но меня заинтересовало, почему вы сделали пометку на странице двадцать семь.
Сердце Минны гулко забилось. Она не помнила точно, что было на двадцать седьмой странице, но в любом случае там должно быть что-то очень порочное.
– Думаю, с вашей стороны непристойно читать такую книгу.
Он запрокинул голову и рассмеялся от всей души:
– Это я-то веду себя непристойно? Похоже, штопор упрекает меня в изогнутости.
– Я имела в виду, – сказала Минна, с трудом сдерживая негодование, – вы поступили не по-джентльменски, взяв эту книгу вопреки моему желанию.
Он улыбнулся:
– Значит, я поступил не по-джентльменски? Странно слышать такое обвинение от девушки, читающей неподобающие для леди книги. Хорошо, если бы была одна или две книги, но целая коллекция эротических романов говорит о безнравственной, развращенной натуре. Вы очень порочная девушка и потому не должны упрекать других.
Она опустила голову:
– Могу я теперь получить мою книгу?
Свет от свечи отражался в его глазах, когда он пристально посмотрел на нее.
– Конечно. – Он встал, подошел к полке, взял книгу и протянул Минне: – Почитайте для меня.
– Простите?
– Я сказал: «Почитайте для меня». Мне нравятся непристойные книги… и письма, так что развлеките меня еще раз безнравственными словами. – Он сел на диван и положил ноги на чайный столик, скрестив их. Затем закинул руки за голову и вытянулся во всю длину.
Минна посмотрела на книгу без обложки, которую она держала. Лорд Прескотт взял бразды правления в свои руки. Он хотел унизить ее, и это ему удалось. Необходимо вернуть себе контроль над ситуацией и направить разговор в нужное русло. Иначе она ничего от него не добьется.
– У меня есть идея получше. Почему бы нам самим не сочинить любовную историю?
Он широко улыбнулся:
– Каким же образом?
Она села рядом с ним.
– Страница первая. – Минна провела рукой по его широкой груди, от чего он резко втянул воздух. Веселье исчезло с его лица, и он сел поудобнее. Минна проникла рукой под отворот его куртки и скользнула по жилету, согретому теплом мужского тела. – Страница вторая.
Ее рука поднялась к его плечу, и пальцы ощутили напряженные мышцы. Под его одеждой было невероятно тепло и, казалось, жар нарастал с каждым мгновением. Минне вдруг захотелось проникнуть всем телом под его одежду.
Он склонил голову, намереваясь поцеловать ее, но она остановила его.
– Еще не время. Я только начала историю. – Ее пальцы пытались протестовать, покидая тепло его груди, но она утешила их, погрузив в его волосы. Пальцы заскользили по мягким темным волнам от виска до темени. Минна видела, как куртизанки доводили мужчин почти до безумия простым поглаживанием волос на затылке. Она тоже решила действовать подобным образом. – Страница третья.
Прескотт закрыл глаза, и мышцы на его скулах напряглись. Удовольствие Минны, как и ее уверенность, нарастали по мере того, как он возбуждался. Ее собственное желание тоже стремительно росло, но она старалась подавить его. Даже если она не имела целью довести дело до конца, ей было приятно наблюдать, как склонный к садизму лорд Прескотт таял под ее ласками.
– Теперь моя очередь, – сказал он и провел ладонью по ее предплечью. Движение его пальцев по ее обнаженной коже немедленно пробудило в ней желание.
– Нет, в этой истории все делать буду я.
Он нахмурился:
– Не думаю, что мне вообще это нравится.
– Понравится, – пообещала Минна. Она взяла его неподатливую руку и поднесла к своим губам. Нелегко справляться с мужчиной таких габаритов. – Страница четвертая. – Она поцеловала кончик его мизинца. Затем проделала то же самое с безымянным и средним пальцами. Казалось странным, что его руки были такими грубыми и мозолистыми, а не гладкими, как она ожидала. Впрочем, это не важно, потому что ее ласки, по-видимому, произвели желаемый эффект, так как он заерзал на своем месте.
Следующим был указательный палец, кончик которого она нежно поцеловала. Он застонал от ощущения влажной теплоты, и она усилила поцелуй. На этот раз Минна коснулась пальца кончиком языка.
– Переходи к пятой странице, – со стоном произнес Прескотт.
Минна внутренне улыбнулась, торжествуя.
– Не надо заглядывать вперед.
Однако она посмотрела… вниз, на его бриджи. Ткань между его ног сильно выступала. Возбудить Прескотта оказалось проще, чем она думала. Лолли права – мужчин легко соблазнить. Возможно, ей даже не придется спать с ним. Как только она получит нужный ответ, она разденет его прямо здесь, в гостиной, а потом исчезнет из дома, сев в первый попавшийся кеб.
Минна положила руку на его колено и раздвинула пальцы. Затем робко погладила напряженное мускулистое бедро и остановилась между его ног. При этом любопытство возобладало над застенчивостью, и Минна провела ладонью по вздувшемуся бугру, испытав чувство гордости от того, что сумела возбудить этого мужчину.
Его дыхание участилось.
– Достань его.
– Если я сделаю это, вы купите мне рубин?
– Да.
– А если я поцелую его, – сказала она, поглаживая вздувшуюся ткань, – вы купите мне тот, на котором есть гравировка ювелира?
– Да.
– Вы купите рубин в магазине Холлидея?
Он застонал.
– Этого я не могу сделать. Магазин Холлидея закрыт. Но куплю в любом другом, где захочешь.
Теперь дыхание Минны сделалось прерывистым. Значит, Прескотт знал, что магазин отца больше не работает! Прошло всего три месяца с того дня, когда магазин был закрыт и продан. Тот, кто не является постоянным покупателем, не мог знать этого. Однако лорд Прескотт знал. Должно быть, он знает и нечто большее.
– О нет! Как обидно. А что стало с владельцем?
В его голосе почувствовалось раздражение.
– Может быть, поговорим об этом позже?
– Нет, – капризно ответила она, лаская пальцами кончик возбужденной плоти сквозь ткань. – Я хочу знать сейчас. Что случилось с мистером Холлидеем?
– Его… арестовали.
Минна побледнела. Он знал и это!
– Почему?
Прескотт тяжело вздохнул:
– Я… не могу вспомнить.
– Постарайтесь.
Он сжал ее запястье своей большой мозолистой рукой:
– Я понимаю, что ты ужасно неопытна в таких делах, однако знай – мужчина в подобном состоянии меньше всего хочет говорить о другом мужчине. Ты не думаешь, что мы могли бы продолжить этот разговор позже?
Нет, воспротивился внутренний голос. Потом будет поздно. Получив удовольствие, он ничего не расскажет об ее отце. Надо, чтобы он заговорил сейчас.
– Конечно, – покорно сказала Минна. – Как скажете. Перейдем к шестой странице?
Однако Минна заметила изменение в его поведении. Казалось, он испытывал нетерпение, раздражение и даже… гнев. Не из-за нее, она была уверена в этом. Его беспокоило что-то другое, от чего он явно расстроился.
– Не могу поверить, что позволил себе потерять контроль над собой, – сказал он.
Минна удвоила свои усилия. Она оттянула ворот его рубашки и поцеловала его в мочку уха, ощутив ее мягкость и податливость. Его скулы напряглись.
– У меня сложилось впечатление, что ты просто играешь со мной. Ты не пытаешься соблазнить меня. Ты пытаешься манипулировать мной.
Минна отклонилась, чтобы заглянуть ему в лицо. Его пыл явно угас.
– Что вы имеете в виду?
– И мне хотелось бы знать… зачем?
– Не говорите глупости. Я пришла сюда по вашему приглашению.
– Это верно. Я пригласил тебя, а не эту… эту…
– Куртизанку?
– Вот именно.
– Вы заплатили за куртизанку и получаете то, за что платили.
– В таком случае, возможно, я заплатил слишком много.
Минна ужасно разозлилась, но не подала виду. Она должна опять довести его до «момента уступки». Минна прижалась губами к его губам, медленно двигая головой из стороны в сторону, как это делали Лолли и остальные девушки. Это вызывало приятные ощущения, и она обнаружила, что ей нравится запах его одеколона. Она даже начала слегка постанывать.
Он положил руки ей на плечи и отодвинул ее. Затем покачал головой и улыбнулся:
– Я так и думал. Ты выглядишь как куртизанка, а целуешься как маленькая девочка.
Ну, это уж слишком. Минна не смогла больше сдержать гнев и с силой ударила его по лицу.
Его глаза, которые минуту назад смотрели на нее с веселым удивлением, теперь сузились, и в их глубине промелькнул затаенный гнев.
– Кажется, мы дошли до конца твоей истории. Теперь начнем с первой главы моей книги. – Он схватил Минну за предплечье и потянул в направлении двери.
– Куда вы меня тащите? – крикнула она.
– Куда надо.
– Прошу прощения.
– Пока рано просить прощения, но скоро придется. – Он открыл дверь и потащил Минну за собой по коридору мимо лестницы, в другую комнату. Затем резко распахнул дверь кабинета и толкнул ее вперед.
Минна вскрикнула, едва не налетев на массивный письменный стол, и повернулась лицом к Прескотту.
– А теперь, – сказал он, снимая сюртук, – я задам тебе несколько вопросов, и ты ответишь на них. Честные ответы позволят сократить боль.
– Боль? – с ужасом переспросила она. – Какую боль?
– Я буду задавать вопросы, – глухо повторил он. – Сейчас я пойду в гостиную за плетью, а когда вернусь, надеюсь застать тебя склоненной над столом, с юбками, поднятыми до талии, и с искренним извинением на губах. Понятно?
Сердце Минны так гулко колотилось, что она едва слышала Прескотта. Она посмотрела в его суровое лицо.
– Я сказал: «Тебе понятно?»
Она инстинктивно хотела отрицательно покачать головой, протестуя против унижения быть битой плетью. Однако страх заставил ее сказать то, что он хотел услышать.
– Д… да.
Он поджал губы.
– То есть «да, сэр»!
Ее горло сжалось от негодования.
– Я ни одного мужчину не называю «сэром».
На лице Прескотта появилась удовлетворенная улыбка.
– В таком случае это будет твой первый урок. – Он повернулся и вышел, закрыв за собой дверь.
«О нет!» Минна почувствовала себя так, словно ее должны сейчас казнить. Что теперь делать? Она бросилась к двери и ухватилась за ручку. Однако неожиданное озарение заставило ее остановиться. Этот человек знал, что случилось с ее отцом. Ясно, что именно он способствовал его аресту. Если она сбежит сейчас, то никогда не узнает, как отомстить. Она должна во что бы то ни стало остаться.
Мысль о том, что она будет избита плетью, угнетала ее. Но будет еще хуже, если она лишится возможности отомстить за отца. К сожалению, чтобы наказать Прескотта, она должна сама пострадать.
А может быть, если она будет послушной и понятливой и будет делать все, что он скажет, ей удастся избежать побоев. Минна оглядела комнату. Повсюду были разбросаны бумаги и книги, сброшенные с полок. Ковер был усеян корреспонденцией. Казалось, кто-то перевернул всю комнату в поисках чего-то. Свечи на столе уже почти догорели, но Минна смогла разглядеть валявшиеся на нем газеты.
Она с беспокойством посмотрела на стол, где предстояла порка, и тяжело вздохнула. Затем положила локти на стол, испытывая невероятное унижение, и склонилась над сегодняшней газетой «Таймс».
Перед ее глазами оказалось объявление:
«Похороны лорда Прескотта состоятся завтра.
Помощнику мэра будут оказаны необходимые почести.
Лорд Родерик Прескотт будет предан земле завтра в три часа дня после соответствующей церемонии, на которой должны присутствовать многие члены парламента, включая лорд-мэра Александра Бенсонхерста».
Над этим объявлением был помещен портрет мужчины лет пятидесяти, с большими усами и лысой головой. Этот человек вовсе не был похож на мужчину, которого она пыталась соблазнить несколько минут назад.
В голове ее возник вихрь вопросов, вызванных этим объявлением в газете. Но одно она знала определенно: мужчина, чьи приближающиеся шаги были слышны за дверью, должен был кое-что объяснить.
Она стояла возле стола, скрестив перед собой руки и держа в одной из них сложенную газету.
Он стремительно вошел в кабинет и был ошеломлен ее вызывающим видом. Она получила большое удовольствие, прочитав такую реакцию в его взгляде.
Без куртки он казался еще более грозным. Облегающий жилет подчеркивал выступающие мускулы его торса, а рукава сорочки делали его руки еще крупнее. Кожаная плеть в его руке должна была заставить слабую женщину просить пощады. Но она была теперь вооружена знанием.
– Прежде чем начнете меня наказывать, разрешите мне высказать свои сожаления.
– Ты поплатишься за свое ужасное непослушание. Не думай разжалобить меня теперь своими извинениями.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?