Читать книгу "Сожги меня дотла"

Глава 26

А в холле повисло гнетущее молчание. Кажется, даже персонал обходил эту часть клиники десятой дорогой. И к Ильдару никто не приближался. Только Платон застыл рядом, не сводя взгляда с заветной двери, за которой медики боролись за жизнь Маши.

Ильдар и Машин отец стояли плечом к плечу, как будто мужчины делили сейчас свое горе на двоих. Словно так было легче надеяться на лучшее и не позволить панике взять верх над рассудком.

Веста отчаянно цеплялась за футболку Лера, загребая ткань в кулак. Сидела рядом, под боком Грека, пыталась спрятаться от всех и от всего и старалась не думать, что операция все еще идет. Неизвестность убивала. А чувство вины разъедало нежную и ранимую душу девушки.

А еще странное и пристальное внимание седого незнакомца дезориентировало Весту. Однако Лер будто отсек собой пространство, не позволив никому приблизиться к девушке. Исключение было сделано для тетушки Анны, которая заняла на диванчике место по другую сторону от Весты.

– Ты ни в чем не виновата, – в который раз проговорил Лер, когда заметил, что девчонка вновь беззвучно плачет.

Наплевав на свидетелей, Лер устроил Весту на своих коленях, обнял, припечатал широкой ладонью голову девчонки к своей груди, тем самым окружив ее собой. Да плевать, если они у всех на виду! Реально, плевать!

Но даже Вестник молчал, не влезал сейчас со своими разговорами о прошлом и будущем. За это Лер был благодарен деду.

А Веста, прикрыв глаза, уткнулась носом в широкую и надежную грудь. Так было не страшно. Так казалось, что она со всем справится. Словно сила и мощь Лера проникали к ней через кожу, вселяли уверенность.

Охранники, которые остались в доме, осторожно сообщили Константину, что пацан жив. Помощь ему оказали ровно столько, чтобы тот дотянул до встречи с Адамиди.

Казалось бы, ничто не способно было отвлечь внимание Ильдара от дверей, ведущих в операционную. Но нет. Как только стало известно, что Тай жив, Камул тут же взглянул на Константина.

Немой диалог произошел между двумя мужчинами. Костя признавал право за Ильдаром. Пусть Адамиди могли бы сохранить важный козырь в лице сыночка Филиппова. Ведь Фил не зря скрывал своего отпрыска. Такую информацию можно было бы повернуть как в пользу Фила, так и против него. Все зависело от самого Егора. Однако парень, навредив Маше, поставил крест на своей судьбе. Такое прощать ему никто не станет.

Костя кивнул, отвечая на немую просьбу Ильдара. И тот отвернулся, сжал руки в кулак до хруста.

Веста заметила этот короткий и беззвучный диалог. Стало даже немного страшно оттого, сколько агрессии и ярости скрывается в Камуле. Пожалуй, Таю можно только посочувствовать.

Но об этом позже, а пока что…

Мужчина в униформе, маске и очках вышел из операционной. Уставшим взглядом обвел всех собравшихся. Остановился перед Камулом. А Ильдар вытянулся, будто готовился к решающему прыжку.

– Вы муж? – уточнил доктор и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Операция прошла успешно. Но опасность не миновала. Остается только ждать. Организм у девушки молодой. Шансы есть.

Ильдар так и стоял, глядя через стекло на Машку. Веста не была уверена, что молодой мужчина расслышал слова доктора. Но тот кивнул.

А Веста прикрыла глаза. Усталость навалилась одним махом. Как будто внезапно иссякли все ресурсы, даже голову было трудно держать.

– Езжайте. Незачем всем здесь торчать, – глухо проговорил Ильдар.

К этому времени Машу уже перевели в реанимационную палату. Никого к ней пока не пропускали, но Ильдара сложно было прогнать. Да никто и не пытался. Самоубийц в клинике не оказалось.

Лер взглянул на Весту. Ведь устала девчонка. Вымоталась. Ей бы поспать и поесть нормально.

На том и порешили: Лер увез Весту и тетушку Анну домой, пусть Веста и не хотела покидать здание клиники. Но разве Грека переспоришь?

* * *

В доме было тихо. А ведь раньше Весте нравилась атмосфера уюта и тепла, которую ощущала девушка. Сейчас же как будто даже стены пропитались беспокойством.

– Я приготовлю что-нибудь, – негромко произнесла тетушка Анна.

– Мы спустимся через пятнадцать минут, – кивнул Лер и утащил Весту в комнату.

А там перед дверью их ждал охранник.

– Не можем пса вытащить. Думали, усыпить, но как-то жалко. А он никого не слушает, – сообщили парни Леру.

– Трезор! – воскликнула Веста, как только Лер аккуратно приоткрыл дверь.

И пес тут же приветливо заскулил, застучал обрубком хвоста, ткнулся носом в ноги девушке.

– Мой защитник! Малыш мой! – заговорила Веста с Трезором.

А Лер, кажется, немного приревновал. Да где это видано, чтобы в его, Лера, присутствии кого-то другого любимая девушка называла своим малышом?!

Но рука дрогнула прогнать Трезора. Лер смог только утащить Весту в ванную комнату и закрыть дверь перед самым носом блохастой псины.

– Лер! – укоризненно произнесла Веста, покачав головой.

– Ну а что? Тебе нужно искупаться. А ты уж прости, но голенькой тебя видеть могу только я! – невинно округлив глаза, откровенно заявил Адамиди.

– Вообще-то Трезор – пес, – вздохнула Веста, а силы так и не вернулись. Казалось, будто руки и ноги стали ватными, а в голове – пустота.

Лер увидел, что Веста еле держится на ногах. Подхватил. Устроил на бортике ванной.

– Посиди минутку, я воду настрою, – пробормотал Лер.

Спустя несколько минут, Веста уже стояла под струями теплой воды. Одежда, испачканная кровью, улетела в мусорную корзину. А Лер стоял по другую сторону стекла, чтобы в случае необходимости подхватить и помочь.

А Веста вдруг разрыдалась, запрокинув голову, крепко зажмурившись и позволив струям хлестать по лицу.

– Маленькая…, – выдохнул Лер и в один шаг оказался рядом.

Рыдания становились громче, а Лер не знал, какими словами утешить любимую девушку. Ведь разговоры – не его конек.

– Всем было бы проще, если бы меня не было, – расслышал Лер сбивчивый шепот сквозь гулкие удары сердца и шум воды.

Расслышал и разозлился. С трудом подавил яростное желание встряхнуть Весту, чтобы выбить из хорошенькой головки такие мысли.

– Всем? Это кому? Мне? Или псу этому? – все же не удержался и рявкнул Лер.

– Из-за меня Маша в больнице. С Егором проблемы у вас. И с отцом моим, – продолжала говорить Веста, но уже не с таким убивающим отчаянием, как минуту назад. – Трезор – собака. Он благодарен за то, что я спасла его. Как и…

– Меня? – словно не веря своим ушам, произнес Лер. – Ты и меня спасла. Так?

– Да, ты испытываешь ко мне всего лишь благодарность, – шмыгнула носом Веста. – Поэтому… Поэтому… Я думаю, что тебе нужно вернуть меня отцу. Тогда все станет, как и прежде. Знаешь, я все пойму. Правда. Ты… тебе без меня будет…безопаснее….

Последние слова Веста говорила все тише. Словно съежилась под тяжелым взглядом Лера.

А он стоял в одежде. Вода струилась по широким плечам, проникала под футболку и джинсы. А Лер будто и не замечал ничего вокруг.

Благодарность? Всего лишь благодарность?!

Это слово выжигало в душе Адамиди огромную, черную дыру. И Лер всеми силами пытался притормозить. Но, млять, кого хрена?!

Хорошо, что вода немного остужала его пыл. Иначе Лер сорвался бы. А так получалось хоть немного терпеть.

– Хорошо, представим, что ты вернулась домой. Дальше что? – прищурился Лер, титаническими усилиями контролируя голос.

– Это неважно. Главное, никто из семьи не пострадает больше, – упрямо заявила Веста.

– А ты? Сможешь жить, как прежде? Допустим, я смог. А ты? Сможешь без меня? – потребовал ответа Лер, перехватил голову Весты так, чтобы девчонка не могла отвернуться или спрятать взгляд.

А Веста будто решила доконать его. Вскинула на Лера глаза, похожие на колдовские ярко-зеленые омуты в обрамлении острых кинжалов-ресниц.

И прошептала:

– Какая разница, что станет со мной! А вдруг отец, или Егор доберутся и до тебя? Я ведь не переживу, если с тобой… из-за меня…, – голос окончательно осип и почти пропал.

– Господи, почему мне досталась такая глупая девушка, а?! – пробормотал Лер, подавшись вперед и уткнувшись своим лбом в лоб Весты. – Вот ты у меня совсем не дура. А такая глупая!

Веста замерла, как будто даже моргнуть боялась. Потому что пусть и хотелось верить в емкое и многозначительное «мы», но ведь никакого «мы» не существовало. Была Веста, и была семья Адамиди.

Однако глупое девичье сердечко неистово колотилось в груди, грозя разорваться на части. Потому что взгляд у Лера был таким….

– Ты стала моей еще там, в парке, в первую встречу, – голос Лера охрип, потому что приходилось тяжко, не хватало силы воли, чтобы контролировать эмоции и не наброситься на девчонку.

Уехать от него вздумала? Убежать? К отцу? Да вот уж хрен там! Его она! Ему принадлежит, Леру!

– Ты подарила мне себя, моя солнечная девочка, а я не приучен возвращать подарки, – склонившись к самым губам Весты, прошептал Лер.

Веста была голой. А Лер, пусть промокший насквозь, но был все еще одет. Однако в эту самую секунду все потеряло смысл, стерлись грани, забылись проблемы. Остались только он и она. Два сердца, отбивающие один ритм на двоих.

* * *

Глава 27

Веста потерялась в ощущениях. Еще минуту назад все было просто, понятно, пусть и больно. Ведь не хотела она расставаться с Лером и его семьей. Но лучше выхода придумать не могла. Потому что эти люди вдруг стали ей очень дороги. И не хотела Веста своим присутствием в их доме навлечь беду.

А сейчас – все вдруг запуталось. Девушка плохо соображала, что будет дальше. И пришло понимание, что Лер – тот самый мужчина, который способен решить все за нее. Но разве она не мечтала о свободе? О том, чтобы самой принимать все решения за себя. Чтобы ходить, куда хочется. И быть там, где хочет, а не где прикажут.

И что теперь?

А Лер смотрел на нее так, словно в самую душу глядел и все в ней видел и понимал.

Едва заметная улыбка, до безумия красивая, и взгляд горящий – все это нравилось Весте. «Нравилось» совсем не то слово.

Все это Веста полюбила настолько, что готова была поверить в чудо. А если верить в чудеса, то они определенно случаются. Если верить, то и с Машей все будет в порядке. Так ведь?

Мокрая одежда Грека прилипала к ее коже, будто цеплялась за нее. И Веста невольно сравнила себя с этой тканью. И она так же, взяла и влипла в Адамиди, как будто приросла. А отлипать совсем не хочется. Наверное, уже и не сможет отлипнуть.

Веста крепче обняла Лера, прижалась щекой к его груди, прикрыла глаза. Как будто ничего и никого не существовало за пределами душевой кабины. Как будто был только он – сильный и несгибаемый Грек, нежный и чуткий Лер, заносчивый и невыносимый Адамиди. Но все это – он.

– Я люблю тебя, – одними губами прошептала Веста.

Вода заглушала негромкий шепот. Но Лер услышал. Не поверил сначала. Ведь так легко выдать желаемое за действительное.

Лер подхватил пальцами подбородок Весты. Заставил поднять голову. Глаза Весты закрыты. И только веснушки по нежным щекам четко просматриваются.

Грек легко огладил изящные скулы, провел по нижней губе кончиком пальца.

– Не бойся ничего. Ты со мной, – пробормотал Лер.

Веста открыла глаза. Страх? Нет, страха не было. Уж Лера она точно не боялась, даже когда он впадал в дикое безумие. Но ведь всего однажды. А теперь у них все хорошо. Но…

– И я тебя люблю, – хрипло выдохнул Лер в самые губы, снимая капли воды ртом.

Лер видел, как глаза Весты вспыхнули ярко-зеленым блеском. Адамиди ощутил, как тепло заливает каждую клеточку его тела. Почувствовал, что он может совершить любые поступки, если эта девушка будет смотреть на него вот так: доверчиво, открыто, с любовью.

– Ну, ты чего? – хохотнул Лер, но было не смешно. Надо же, он ей в любви признается, а она рыдать надумала!

– Просто… просто… я ведь… а ты такой… – сбивчиво говорила Веста, но голос сорвался.

– Ты у меня самая замечательная! – яростно прошептал Лер прямо в губы Весте. – Все сделаю. Только не плачь!

– Я не плачу! – возмутилась Веста, но тут же всхлипнула. А Лер рассмеялся еще громче.

Пора бы уже выходить из ванной. Пес этот настойчиво скребется в дверь, да и тетушка ждет на обед. Но разве можно хоть на сантиметр отстраниться от любимой девушки? Не в этой жизни, точно!

И Лер не смог. Прижал к себе. Обнял так, что между ними даже струи воды не могли проникнуть. И поцеловал. Жарко, жадно.

А Веста привстала на цыпочки, приоткрыла рот, словно приглашая, соблазняя, отнимая любые мысли.

Страсть сменила нежность. Захватила их, закрутила в водовороте эмоций, заполнила собой каждый вдох, каждое прикосновение.

Лер едва успел раздеться. Веста нетерпеливо тянула за мокрую ткань футболки.

Потому что хотелось быстрее ощутить горячее тело любимого. Быстрее оказаться в его руках. Почувствовать его всего собой, и да, внутри тоже…

– А-а-а-х! – в голос застонала Веста, когда Лер толчком вошел в нее.

Кожа к коже, глаза в глаза, и дыхание одно на двоих.

* * *

А в голове пульсировала одна только мысль: Любит! Веста любит его!

И как будто крылья за спиной расправились. А под грудиной разливался жар, способный поглотить его без остатка.

И Веста не упрощала положения. Льнула к нему, обнимала так, что не выдохнуть, целовала нежно и в то же время жадно.

И протяжное, на выдохе «Ле-е-ер!» превратило его мозг в кашу. Никогда не был он так близок к безумию. Всего три слова, а перевернули его жизнь с ног на голову.

А хотя, кому он врет? Его жизнь уже давно изменилась. С первого взгляда на девчонку все стало иначе, по-другому. Сменились приоритеты. Как будто внутренний компас сдвинулся и ориентировался исключительно на Весту.

Веста обхватила ладонями лицо Лера. Нежные пальцы, не переставая, гладили щеки, скулы, виски. Девчонка бережно водила по коже, а как будто в своих руках держала сердце жестокого Грека. Убивала его своей нежностью и отзывчивостью, а на смену тому Греку рождался кто-то новый, другой, незнакомый Леру. И нет, от этого он не становился хуже или слабее, скорее, наоборот. Новый Адамиди был способен на многое.

Кроме одного. Никогда он не сможет отпустить Весту. Делить свою ведьму с кем-то, не видеть ее дольше десяти минут, не касаться ее, не целовать….

На это Лер Адамиди не способен. Такой подвиг ему не по силам.

Каждый толчок, скольжение по нежным складочкам отбрасывало Лера все дальше, за грань. Туда, где слышны были лишь тихие стоны и ощущались крепкие объятия.

Лер боялся, что банально рухнет, упадет на пол душевой кабинки. Но нет, нужно держаться, потому что в его руках – Веста.

Неминуемый взрыв окрасил все в яркие цвета. Заглушил иные звуки, кроме надсадного дыхания девчонки.

И Лер крепко прижал Весту к себе, зарылся ртом в мокрые волосы, прикрыл глаза. А сердце колотилось, словно готово было вырваться из груди.

И слух ласкало прерывистое, сказанное одно на двоих горячим шепотом:

– Люблю тебя!

А потом, когда яркие искры перед глазами исчезли, пульс вернулся в привычный ритм, а Веста, пусть нехотя, но отстранилась от Лера, молодые люди решили, что пора выбираться из ванной.

Трезор ждал их на ковре перед дверью. Взглянул обиженно на Лера.

– Наверное, он готов откусить от меня пару крупных кусочков, – хмыкнул Адамиди, но все-же серьезно взглянул на пса и жестко произнес: – Эта женщина – моя, парень. Понял?

Веста готова была рассмеяться. Но спорить – ни за что! Слишком счастлива она была слышать от любимого такие слова. Ведь и сама она именно так себя и чувствовала. Девушкой Лера Адамиди.

* * *

Глава 28

Веста с Лером условились, что сразу после обеда поедут в клинику.

Да, Лер принял это решение неохотно. Пусть и к Маше нужно было отвезти девушку, но и покидать пределы отлично охраняемой усадьбы пока рискованно.

Однако отказать Весте Лер не смог. Его ведьма с такой мольбой смотрела в его глаза, что Адамиди готов был на все, только бы Веста улыбнулась.

Вот и получилось так, что Лер усадил Весту в свою тачку. Две машины сопровождения с вооруженной до зубов охраной немного унимали беспокойство Адамиди. Но что-то настойчиво скреблось в затылке. Грека преследовало ощущение надвигающихся проблем.

Машины не успели далеко отъехать от усадьбы, как на трассе появился знакомый автомобиль Кривской.

Лер прищурился. И что нужно этой бабе? С чего вдруг решила заявиться к ним без предварительной договоренности?

Кортеж Адамиди и автомобиль Кривской остановились на одной стороне обочины. Водитель распахнул заднюю дверцу для хозяйки. Лер напряженно следил, как тетка выходит из салона.

И Кости ведь не было дома, а значит, говорить придется с Оксаной ему, Леру.

– Не выходи из машины, маленькая, – распорядился Адамиди.

Веста кивнула. Но гостья, из-за которой был ранен Трезор, ей ни капли не понравилась. К тому же девушка прекрасно помнила, каким взглядом та смотрела на Грека. Так обычно смотрят на конфетку, которую мечтают проглотить вместе с фантиком. А Веста была категорически против того, чтобы ее Лера глотали. Она, может быть, и сама не отказалась бы пару разочков покусать этого шикарного парня!

От этой мысли Веста вспыхнула. Прикрыла ладонями лицо, негромко рассмеялась. Надо же, какие у нее порочные фантазии! А всему виной – бессовестный Лер. Этот мужчина невероятно красив и притягателен для нее. Просто дух захватывает всякий раз, когда Лер улыбается ей, или просто смотрит на нее.

Разведя пальцы, Веста взглянула через лобовое стекло на то, как Лер движется навстречу дамочке в ярко-красном платье. Сердце Весты кольнуло ревностью. А ведь Адамиди никто не удержит, если он решит оказать другой женщине знаки внимания. Веста точно не станет умолять Лера не бросать ее.

И ведь грустно стало. Пусть она и слышала от Лера те самые слова, а все равно не верилось до конца. Как будто не с ней происходили все эти события: жадные поцелуи, жаркие признания, откровенные прикосновения.

Лер бросил короткий взгляд через плечо, будто проверив, на месте ли Веста.

Да куда она денется? Он велел сидеть, она и сидит.

Но вдруг взгляд Лера сверкнул беспокойством. А в руке появился пистолет. Молниеносно и неожиданно. И одновременно с этим кто-то дернул за ручку дверцы со стороны водителя.

Веста слышала звуки стрельбы, драки, разборок. Но смотрела на человека, севшего за руль.

– Какого черта ты здесь делаешь, Александр?! – максимально спокойно произнесла Веста.

– Думаешь, только Грек может нагло выкрасть бабу для себя? – оскалился Шакал, оправдывая данную ему кличку.

Машина рванула вперед. Оглянувшись, Веста увидела, как Лера и его людей окружают, как Лер пытается пробиться к ней, но не выходит, как по обочинам горят автомобили сопровождения, как на асфальте в неестественных позах лежат знакомые ей, Весте, парни.

Хотелось плакать. Ведь опять из-за нее пострадали невиновные люди. Люди, с которыми она сидела за одним столом.

И все равно Веста не хотела уезжать от Лера. Ведь там, в его руках, осталось ее глупое сердечко.

– Знаешь, твой папаша будет очень рад твоему возвращению. Он, кстати, пообещал сделать меня зятем. Так как, готова выйти замуж за настоящего мужика, а не за этого Лерочку? – расхохотался Шакал, еще и руку протянул к колену Весты, намереваясь сжать.

– Только рискни, и Адамиди тебе вырвет руки без наркоза! – отчеканила девушка, подтянула ноги и глубже завернулась в толстовку, которую натянула перед выходом.

– Нихрена себе! Да у кого-то прорезались зубки! – оскалился Шакал, но руку вернул на руль.

Веста отвернулась к окну. По идее, при первой же возможности можно выпрыгнуть из машины. Но Веста не хотела свернуть себе шею, рухнув на проезжую часть. Осталось дождаться, пока Шакал привезет ее в дом отца. И тогда Веста молчать не станет. В конце концов, она всю жизнь терпела! Пришло время, когда нужно пояснить отцу, какой именно жизнью она хочет жить. Не под колпаком и неусыпным контролем, а с любимым человеком.

* * *

– Говори! – рычал Лер во всю глотку.

Кривская смотрела на него с ехидной и высокомерной улыбкой. А Лер уже растерял контроль. Чертова баба! Помогла Шакалу? Вот и пожалеет об этом!

Очевидно, Оксана не воспринимала его всерьез. И отнеслась к угрозам без должного внимания.

Но Лер был слишком взбешен. Здесь, посреди дороги полегли его люди. А все из-за этой вот долбаной бабы!

Однако не смерть его людей вывела Лера из себя, а тот факт, что Весту выкрали. А он, как пацан, повелся. Сам же и оставил ее в машине одну. Сам вышел. Потерял бдительность. Сам виноват!

Лер впал в приступ неконтролируемой ярости. В руках мелькнул нож. А в глазах Кривской – страх.

– Десять секунд у тебя! – тихо и обманчиво спокойно прохрипел Адамиди.

Спустя две минуты, Лер выяснил все, что нужно. Пожалуй, ничего нового он не узнал. Шакал везет его девочку к Филу.

– Избавьтесь от следов, – скомандовал Лер своим людям, уцелевшим после стычки с людьми Шакала и Кривской.

Сама Оксана была заперта в машине. Она еще дышала, когда тачка слетела с обрыва. Стоит ли жизнь Кривской проблем, которые могут появиться у Адамиди в связи с исчезновением Оксаны? Всего на миг Лер подумал, что перегнул. Кривскую не жалко, баба гнилая. Но это ведь человеческая жизнь. А раньше Леру не пришло бы таких мыслей. Видать, Веста сделала его мягким, что ли. Но разве это плохо?

Отмахнувшись от тревожных мыслей, Лер набрал номер телефона.

Вестник не тянул с ответом.

– Вы хотели встретиться с Филом? Через час вас устроит? – коротко спросил Грек, а, получив положительный ответ, сбросил вызов.

Поморщился. В пылу драки не заметил, как кто-то из прихвостней Шакала «достал» его ножом. Но рана неглубокая. Заживет. Гораздо важнее успеть вытащить Весту до того, как Шакал решит, будто имеет права на Весту. Лер прекрасно помнил, каким именно взглядом урод пялился на его солнечную девочку.

Кулаки хрустнули, Лер выдохнул. Жаль, конечно, что Камул занят. Вдвоем они бы знатно разворошили осиное гнездо. Но и при поддержке своих ребят Адамиди справится.

– Ничего, ничего, малыш, скоро все закончится, – пробормотал Лер, обращаясь к Весте. Не услышит, конечно же. Но так было чуточку легче стерпеть неудачу и собственный «косяк». Упустил ведь ее именно он.

* * *