Читать книгу "Сожги меня дотла"

Глава 29

Дом, в котором выросла Веста, показался вдруг невероятно чужим и зловещим. И ведь не изменилось ничего с тех пор, как Лер увез ее к себе. А дом – пугал.

Шакал не очень вежливо вытащил ее из машины. Сильные руки мужчины фиксировали ее шею и плечо.

Мелькнула мысль, что именно так и ведут смертников на эшафот. Но ведь отец не станет поступать с ней слишком сурово? Не убьет ведь? Да и за что? За то, что она была пленницей в доме Адамиди? Но ведь не по своей воле сбежала. Потом – да, никто не принуждал. Да и сейчас, признаться, Весте больше хотелось оказаться в доме Лера, нежели здесь, где она выросла.

Александр вел ее через холл, всего на секунду будто замешкался перед лестницей. Комната Весты находилась на втором этаже. Но Шакал повел ее вниз, в подвал.

– Сиди здесь и не рыпайся! – рявкнул Шакал, сильнее надавил на шею, отчего все тело прострелило глухой болью.

Веста вскрикнула. Но Шакал словно и не заметил ее состояния, толкнул вперед, а Веста упала. В полумраке тускло освещенного лабиринта подвала девушка поняла, что Александр планирует запереть ее здесь. Веста не боялась ни темноты, ни замкнутых пространств. Наоборот, чем меньше комната, тем меньше опасности она в себе несет. А потому Веста, прижавшись спиной к стене, осела на пол.

Нет, отец скоро должен прийти и встретиться с ней. Иначе, зачем Шакал притащил ее сюда?

* * *

Александр чувствовал внутренний подъем, будто кто-то влил в него чистую энергию. Адреналин мчался по венам. И хорошо так! Охренительно!

Привалившись плечом к стене, Шакал широко ухмыльнулся. Что ж, девчонка здесь. Осталось разобраться со стариком. И на этом все, можно праздновать победу.

Поднимаясь по лестнице, Шакал принял решение. Да, все верно. Все идет правильно. Сначала – старик, а после – мелкая шлюшка. Никуда она не денется от него.

Пришлось руки сильнее сжать в кулаки. И Саша остановился, так и не преодолев лестницу.

Долбаная девка! Совсем свела его с ума. Рыжая ведьма. Приворожила к себе. Нарочно ведь измывалась над ним все эти годы. Строила из себя недотрогу. А сама….

Сама трахалась с гребаным Греком.

Шакал понял, что настроение стремительно падает.

Нет, старик подождет. Девка важнее. И потом, никуда Фил не денется, признает его преемником, как только Шакал сделает его дочку своей подстилкой.

Саша был готов даже на законную регистрацию брака с этой девкой. Главное, чтобы Фил сделал свое дело. А с Адамиди он разберется потом.

Кивнув своим мыслям, Шакал начал спускаться вниз по лестнице. Дошел до двери, за которой запер Весту. Распахнул тяжелую преграду, а за ней – девка сжалась в углу на полу.

– Знаешь, я тут чего решил-то, – с ленцой в голосе произнес Шакал. – Не в том месте я тебя запер. Выходи.

А Веста вскинула голову. Не понравился ей взгляд Александра. Пять минут назад Веста чувствовала себя в безопасности, а сейчас – все изменилось, стало слишком непредсказуемым.

– Если даже пальцем тронешь меня, Грек тебя убьет! – прищурилась девушка, а в глазах – страха нет. Только презрение.

– Зря на него надеешься, Веста, – протянул Шакал, – вставай!

Веста медленно поднялась на ноги. Понимала, что силы не равны. И сейчас злить Александра не нужно. Лучше – тянуть время. Ведь Лер не бросит ее. Он же сам говорил, что любит.

Веста на миг прикрыла глаза. Любит, да. Все кругом твердили, что она для Лера – особенная. И сам он так говорил. Значит, не бросит он ее.

Другая проблема остро встала перед Вестой выбором и грядущими последствиями этого выбора.

Если Лер появится на территории Филиппова, то окажется в меньшинстве. Именно этого и добивается Шакал. Разве нет? Хочет выслужиться перед отцом Весты. Уничтожить Адамиди.

Да только Веста была категорически не согласна с таким раскладом.

– Возможно и зря, – осторожно начала Веста. – Но я ведь боюсь отца. Ты же знаешь, какой он в гневе. А пока что никто не рискнул пойти против него. Только Адамиди.

Шакал на секунду задумался. А потом оскалился, сальная ухмылочка мелькнула на лице мужчины.

– Хочешь, я стану твоим защитником? – предложил он.

Веста с трудом выдавила ответную улыбку из себя. Хотелось ударить по смазливой физиономии Шакала. Но нельзя пока. Иначе Александр может уничтожить ее прямо здесь и сейчас. А Веста до смерти хотела еще хотя бы разочек увидеть Лера. Увидеть его, обнять, громко и четко произнести три заветных слова, а не едва слышно прошептать их.

* * *

Ждать до темноты Лер не мог. Каждая минута была на счету. Тянуть нельзя.

Нутром Лер чувствовал, что Весту нужно вытаскивать. Сейчас, или будет поздно.

Хваленая охрана Филиппова упустила тот момент, когда Лер оказался на территории. Незаметно проник в сам особняк. Старался бесшумно передвигаться по владениям Фила.

Было несложно. Ведь парни уже побывали здесь, еще когда вытаскивали самого Лера. Поделились планом, передвижением охраны. Грубо говоря, Лер знал все о сопровождении Филиппова. Осталось найти Весту.

А позже, через полчаса появится и Вестник. Отвлечет на себя Фила и его головорезов, пока Лер и Веста будут выбираться из дома.

И план работал. Примерно до тех пор, пока Лер не увидел Весту.

Девчонка выглядела спокойной. Кажется, даже едва заметно улыбалась. Да, была немного бледной. Но в целом – держалась хорошо.

Затаившись, Лер вслушивался в каждое слово. Подметил, что охрана покинула первый этаж, оставив Шакала и Весту без прикрытия. Но зато вдвое больше людей охраняли особняк снаружи.

В принципе, ожидаемый ход. Шакал убрал свидетелей. А в дом никто не сунется без его команды.

– Так каково было трахаться с Греком? – расслышал Лер вопрос Шакала.

Адамиди убрал пистолет. Нет, он хотел, чтобы долбаный Шакал мучился, умирая. А потому быстрая смерть ему не светит.

Ответ Весты заставил Лера сцепить челюсть. Умом понимал, что сейчас его солнечная девочка будет говорить все, только бы остаться в живых. Но черт раздери, слова его ведьмы прозвучали обидно!

– Скучно, – проговорила Веста и рассмеялась совсем чужим смехом. Как будто заставляла себя смеяться.

– Не переживай, крошка, со мной скука тебе не грозит. Всех своих баб я трахаю основательно, – хвастливо заржал Шакал.

А Лер выглянул из своего укрытия. И вышло так, что взглядом наткнулся на Весту.

Всего на долю секунды их взгляды встретились, сцепились, будто сплавились.

И одними губами, на выдохе, бесшумно:

– Уходи! Спасайся!

Лер мотнул головой, давая понять, что никуда он не уйдет. Без нее – никуда!

И заметил, как одинокая слезинка скатилась по щеке. А губы вновь пришли в движение: «Люблю тебя!». И рукой яростно смахнула слезу.

Именно в этот момент Шакал плотнее приблизился к девчонке. Лер уже готов был ринуться вперед, чтобы вырвать глотку ублюдку. Никто не смеет касаться его девочки! Никто!

Но Веста одним взглядом притормозила его. А сама вскинула руки и провела ладонями по плечам Шакала. А Лер видел, как этот мудак потянулся за ней. И волна ярости прошлась по нутру, затопила разум, всколыхнула все темное, что Лер старательно прятал в душе.

– Мне бы выпить сейчас, – мило улыбнулась Веста ублюдку. – В горле пересохло.

Лер не знал, на сколько хватит его выдержки. Но Веста умоляла его взглядом. И если уж начистоту, то все она правильно делала. Отвлекала противника. Давала Греку шанс напасть внезапно.

Но, провались все в ад! Не было у Лера столько выдержки, чтобы смириться с тем, как тупой ублюдок лапает его женщину! Его ведьму! Его!

– Сука! – хрипло обронил Шакал, а потом повторил, ехидно ухмыляясь: – Думаешь, я совсем лох? Думаешь, тупой идиот и повелся на девку?

А Веста замерла. Попыталась отскочить от Шакала. Поздно, Александр успел перехватить ее за длинные пряди, намотать их на кулак и перетянуть Весту так, что девушка оказалась перед ним.

– Выходи, Грек, будем говорить, раз пришел, – выкрикнул Шакал.

А Лер уже вышел из своего укрытия.

– Лер, нет, уходи! – шептала Веста, и тут же вскрикнула от боли. Попыталась перехватить ладонями руку Шакала. Но застыла, когда у ее горла мелькнул складной нож. Лезвие прижалось к коже, и словно ледяные волны пошли по всему телу.

– Спокойно, Шакал, не делай глупостей, – примирительно и равнодушно проговорил Лер и поднял руки вверх, демонстрируя отсутствие оружия.

– Послушал бы шлюшку, – усмехнулся Шакал. – Иногда даже бабы дело говорят.

Лер молчал, а Шакал еще крепче стянул волосы Весты в кулак. И подался вперед, ближе к девичьей шеи, беззащитной и открытой. Прошелся языком по тонкой коже, заставив Весту внутренне вздрогнуть от отвращения. Но девушка не пошевелилась. Чувствовала, как острое лезвие вонзается в тонкую кожу. Было страшно. Но не за себя. За любимого. Ведь глаза Лера вспыхнули яростным безумием. И Веста понимала, что ее Грек готов сорваться с места и начать крушить все вокруг.

– Отпусти ее. Давно же хотел поквитаться со мной. Вот он – твой шанс, – прищурился Лер.

– Какого черта здесь происходит?! – раздался рокочущий, старческий, возмущенный голос. – Саша, мать твою! Ты совсем берегов не видишь?!

Появление Фила мало кто ждал. Но именно благодаря ему рука Шакала дрогнула. А Веста быстро сориентировалась. Перехватила мужскую ладонь с зажатым в ней ножом, оттолкнула от себя. Однако силы были неравны. Куда ей тягаться с Шакалом?

И острое лезвие вошло в беззащитную плоть. Кровавая струйка появилась на нежной коже. Веста протяжно застонала, на миг смежив веки. Острая боль пронзила плечо. «Хорошо, что не попал в шею» – мелькнула последняя мысль. А дальше все превратилось в смазанное пятно.

Лер дернулся вперед, набросился на Шакала, как грозный хищник на свою жертву. Кажется, Веста прикрыла глаза всего на миг, а открыв их, увидела упавшего замертво Шакала, Лера со следами крови на одежде, отца с зажатым в руках пистолетом.

– Не трогай его! – закричала Веста во все горло. – Не трогай, пожалуйста!

Ни Фил, ни Лер не поняли, к кому именно обращена фраза. Кого просила Веста? Не понятно.

У Лера в руках был нож. Он мог бы в одну секунду лишить старика жизни. Один точный бросок – и нет давнего врага.

Но и у Фила в руках было оружие. Пусть стар он уже, однако стрелял метко. Одна пуля отняла бы у гребаного главаря Адамиди самого близкого кровного родственника. Ведь ни жены, ни детей у Константина нет. Только младший брат есть. И если Адамиди лишить брата, то, выходит, почти квиты.

А Веста встала между двух мужчин. Вскинула руки, словно пыталась остановить две лавины, грозящие снести все на своем пути.

Встала и бросила взгляд сначала на отца.

– Отец, я люблю его! Люблю Адамиди! – твердо проговорила Веста.

А потом повернулась к Леру.

– Люблю, – повторила она. – Пожалуйста, пообещай, что не навредишь моему отцу! Он ведь мой отец. Пожалуйста!

И Лер кивнул. Он готов был пообещать все и намерен был сдержать слово. Главное, что видел отражение своих чувств в глазах этой храброй девочки. Убедился, что любит его. Не боится. Пусть он только что и убил человека собственными руками. А она не боится его. И любит.

Фил молчал. «Люблю Адамиди». Эта фраза когда-то разрушила все в его жизни. Втоптала в грязь его самолюбие. И будто он вернулся на много лет назад. В то время, когда он был молод и горяч, а его угораздило влюбиться в девушку по имени Афина – самое замечательное и прекрасное создание, которое когда-либо встречалось Филу. Это была любовь с первого взгляда. Страсть кипела в нем. Заставляла летать.

Но любовь не была взаимной. Потому что его избранница уже сделала свой выбор. «Люблю Адамиди» – так сказала она. Всего два слова, а именно они стали началом вражды.

Потом, спустя время, Фил женился, у него родилась дочь. Но все годы он прокручивал в мыслях те два слова.

Пока не подвернулся случай. Ненавистный Макс Адамиди и юная и хрупкая девушка Афина навечно ушли из этого мира. Мало кто знает, но та авария была подстроена Филом и его людьми, и в ней погибли не только Макс и Афина. Тогда умерла и частичка души Фила. Что-то щелкнуло в его голове. И на смену желанию обладать Афиной пришла мания уничтожить всех отпрысков Адамиди, до единого.

А теперь что? Теперь его дочь предала его самого!

«Люблю Адамиди»…. Ненавистная фраза.

Пусть катятся в ад! Пусть корчатся в муках! Пусть ненавидят весь мир! А он, Филипп, станет их палачом.

А Лер уже обнимал девчонку. Та доверчиво льнула к нему. Рукой Лер зажал рану. Не смертельная. Просто глубокая и малоприятная. Но не беда. Сейчас в больницу, и там все исправят.

Лер уже шептал что-то на ухо своей малышке. Но вдруг заметил, что Фил не торопится убирать пистолет. Наоборот, снял с предохранителя и вскинул оружие.

Всего один удар сердца был у Лера, чтобы просчитать все варианты. И ледяной пот скатился по виску, когда Адамиди понял, что целится Фил не в него.

В Весту.

Хватило мгновения, чтобы метнуть тот самый нож, которым Шакал ранил Весту.

– Блядская тварь! – прохрипел старик и смотрел он на дочь.

Веста торопливо обернулась.

– Нет! – громкий, надрывный возглас на секунду оглушил Лера.

Ведь не было иного выхода. Не было. Он не мог позволить Филу выстрелить. Не в Весту. Только не в нее!

– Ты обещал! Я ведь просила! Ты обещал мне! – тараторила Веста, сделала шаг, второй, рухнула к телу бездыханного отца. А стеклянный взгляд старика подсказал, что жизнь Фила оборвалась. А у Весты будто затмение случилось. – Ты обманул! Как ты мог? Обещал ведь! Как так?! Предатель!

А в дом ворвалась целая толпа. Люди Вестника. Люди Адамиди. Костя.

Но никого Лер не замечал. Веста вырывалась из его рук, повторяя одно лишь слово «Предатель!», то громко, то тихим, срывающимся шепотом. И это слово ранило похлеще любого оружия.

– Я заберу ее, – решительно заявил Вестник.

А Лера пришлось держать. Не собирался он отдавать свою ведьму никому. Пусть кричит на него, скандалит, пусть ругается, дерется, но будет рядом.

Его остановил только взгляд Весты, направленный на него. Пришлось сжать зубы, столько боли было в этом взгляде. Да, он убил ее отца. Но ведь так нужно было. Нужно…

Лер плохо помнил, как увезли Весту. Совсем не помнил, как парни грузили в тачку его самого. Потому что перед выходом из дома Фила Лер смахнул бутылку вискаря и залпом выпил почти все, что было внутри. Облегчения не наступило. Даже на миг. Но разум помутился.

А перед глазами – плачущая Веста.

* * *

Глава 30

Открыв глаза, Маша тут же уперлась взглядом в темноволосую макушку. Улыбнуться бы, но сил почти не было. Будто тело чужое, ватное.

Машка сразу же все поняла. Она в больнице. Операция прошла успешно, иначе она бы не проснулась.

А так – все почти в норме. И главное, ее буйный псих рядом, а не мстит всем подряд и каждому в отдельности.

Взгляд скользнул с темных волос Ильдара на его ладонь. Смуглые пальцы будто намертво вплелись в ее бледные.

Мелькнула мысль, что нужно бы дать Камулу поспать еще немного. Интуиция подсказывала Маше, что ее муж в последнее время мало отдыхал. Но жутко хотелось заглянуть в любимые глаза, утонуть в их тепле и убедить любимого, что все в порядке, что она жива и почти здорова.

А Ильдар и сам уже понял, что Маша проснулась. По ощущениям понял. По колючим иголкам в затылок. И по легкому поглаживанию нежными пальцами по его руке.

– Привет, – хмуро шепнул и не позволил ответить, подался ближе, придвинулся почти вплотную, – Совсем совести нет, Камалова? Не любишь меня, да? Я ж так загнусь раньше, чем у нас сын родится. Машка-а-а…

А последнее слово уже на выдохе, прямо в губы.

Маша не противилась. И сама соскучилась будто сто лет не видела любимого, не дышала им, не прикасалась к обжигающей коже пальцами.

– Пока все не набежали, что случилось за это время? – сипло спросила Маша, когда Ильдар отстранился, пусть и на несколько сантиметров всего.

Однако Ильдар молчал, не сводя с девушки пронзительного взгляда. Будто ждал от нее чего-то.

Маша выдохнула, удивляясь собственной глупости. Ну или можно списать все на состояние здоровье? Просто не привыкла к тому, что не нужно больше прятать чувства к этому сильному человеку? И женаты ведь уже. Пусть тайком и оформили все. Однако Маша отчетливо помнила то чувство эйфории, когда Ильдар надевал на ее руку кольцо.

А Ильдар упрямо молчал, не сводил своих глаз с ее лица, поглаживал щеку кончиками пальцев, даже не моргал, кажется.

– Люблю тебя, – тихо шепнула Маша.

Камул выдохнул, прижался ртом к ее руке, будто не мог надышаться. А Маша с трудом приподняла свободную ладонь и зарылась в темную макушку пальцами.

– Если ты еще когда-нибудь полезешь… Машка… Лучше сначала убей маня, ладно? – бормотал Ильдар, не отрывая губ от тонкой кожи девичьей ладони, а уже потом, взяв себя в руки, продолжил: – Лер убил Фила и Шакала. Весту забрал Вестник, дед ее по матери. Куда увез – пока не знаем, но скоро вычислим.

– Лер отпустил ее? – казалось, именно эта новость больше всего удивила Машу.

Ильдар пожал плечом, словно говоря, что об этом нужно спрашивать самого Лера.

– Теперь заперся у себя. Вроде бы бухает, – ответил Камул. – Я здесь все время. Толком не в курсе.

– А, ясно, – кивнула Маша, вздохнула, пусть и не хотелось никого впускать в их с мужем уютный мирок, но девушка понимала, что вот-вот появятся врачи, да и Леру нужно помочь. – Зови коновалов, что ли? Будем выписываться.

– Ну ты и шустрая, – негромко рассмеялся Ильдар. – Пока не поправишься, никуда не выйдешь отсюда.

Машка фыркнула.

А дальше тишина и покой в палате сменились суетой. Обследования, анализы, консультации.

Молодой организм Машки давал знать о себе. Ранение, пусть и глубокое, а жизненно-важные органы не пострадали.

Однако Маша сильно уставала, но старалась держаться. Выполняла все рекомендации докторов. А как иначе? Ведь ее личным надсмотрщиком был любимый мужчина.

И вскоре, спустя пару дней, Маше разрешили пользоваться ноутбуком. Чудо техники Маша буквально вытребовала у мужа, не гнушаясь шантажом и уговорами.

А от Лера вестей не было. Исчез с радаров. Костя знал, где носит его младшего братца, а не торопился делиться такими сведениями. Ильдар тоже.

И Маша решила: пора что-то делать. Ведь не согласна она была обрывать дружбу с Вестой. Девушка ей нравилась. Да и видела Маша, что подруга Лера любит, пусть и знакомство этих двоих упрямцев вышло таким странным.

Когда Машу выписали из клиники под честное слово Камула привозить жену на перевязки, девушка ликовала от счастья. И потом, у нее была супер-важная миссия, которая не терпела промедлений.

Потому что Маша, вопреки запретам мужа, все-таки отыскала координаты Весты. И, что самое удивительное, подруга согласилась на короткий разговор, пусть и по телефону.

* * *

Глава 31

Минувшая неделя далась Весте тяжело. На похоронах отца ее, конечно же, не было. И не просто по той причине, что дед не пустил бы, или ехать пришлось бы через всю страну. А потому, что Веста боялась.

Нет, не врагов отца, или его друзей. Не тех, кому смерть Фила была не выгодной, или, наоборот, выгодной. Просто боялась встретиться с Лером.

Адамиди…. Ее Грек… Ее Лер…

Он будто въелся под кожу и каждую ночь терзал ее душу, то жестким взглядом, то нежными прикосновениями. И чувство вины крепло с каждым днем.

Все началось со знакомства с дедушкой. Оказалось, что у нее действительно имелся дед. Родной отец матери, с которым Фил враждовал и о существовании которого Веста даже не подозревала.

А теперь все вдруг изменилось. Теперь она жила в небольшом, но уютном домике с огромными окнами с видом на горы и заснеженные вершины. Невероятно чистый воздух пропитал, казалось, каждый сантиметр тела девушки. А вот душе и разуму было тяжело.

Дедушка поведал о многом. Первые сутки они говорили обо всем. У Весты никогда еще не было такого душевного единения с человеком, казалось, что дед читал ее мысли, угадывал желания и намерения. Тонко чувствовал ее. А стены всех комнат были завешаны рамками с фотографиями мамы и самой Весты: снимки из детства, Весты-школьницы и уже взрослой Весты. Видно было, что фото сделаны на расстоянии. Многие – в том самом парке, где любила петь Веста. Имелся даже снимок, где она была вместе с Лером.

Странно было видеть ту первую встречу, будто со стороны. Грек в своей кепке. Веста, сидящая на лавочке в обнимку с гитарой. А рядом куча охраны. Но фотограф четко уловил момент, когда взгляды Лера и Весты встретились.

Казалось, будто прошла сотня лет с того самого дня. Словно в прошлой жизни все случилось, потому что событий произошло невероятно много за такой короткий период.

И ровно семь долгих дней она не видела Лера.

– О чем задумалась, внучка? – негромко поинтересовался дедушка.

Веста покачала головой. Хотелось бы ей отмотать время назад и кое-что изменить в своей жизни. Совсем немного. Капельку. Но сделать так, чтобы те слова не срывались с ее губ. А теперь поздно сожалеть. И потому Веста боялась посмотреть в глаза любимого человека. Что она увидит в них? Обиду на нее? Злость? Он ведь рисковал ради нее жизнью, а что взамен?

«Предатель»… Так кричала она ему.

Теперь было стыдно за свои слова.

Веста покачала головой, а дед перехватил ее взгляд, направленный на то самое фото в парке.

– Думаешь, он простит меня? Я обидела его, – вздохнула Веста.

– А куда он денется? – хмыкнул дед.

Веста невесело рассмеялась. Это теперь ей все понятно. Дед рассказал, как все случилось. Рассказал о том, чего не смогла увидеть Веста в тот день. Простила ли она Грека за такое предательство? А было ли оно? Он защищал ее. Спас. А она… Она все испортила.

– Знаешь, почему я увез тебя сразу? – хитро подмигнул дед, но в глазах у старика мелькнула грусть. – Думал, что не всерьез у тебя с ним. Мало ли. Всякое бывает. Вот и маму твою не уберег. В том моя вина. Увез бы ее, спрятал, она бы жива была, а не превратилась в жертву изверга.

– Мой Лер не такой! – в сердцах воскликнула Веста с обидой в голосе.

– Не такой, – хохотнул дедушка. – Мальчишка упрямый. Окружил меня со всех сторон. Обложил. Думаю, не сегодня, так завтра вычислит, где живем.

Веста закрыла лицо ладонями. Не верила пока, что Лер действительно ее ищет.

Выходит, ошиблась. И рада была от этого понимания.

– Вижу, как ты чахнешь. Себя изводишь. А не дело это, – настойчиво произнес дедушка, вздохнул: – Через два дня нас пригласили на торжество. Подруга твоя замуж выходит. Можем не поехать, если не захочешь. Но девушка была настойчива.

Дед уже улыбался скупой старческой улыбкой.

А Веста вспыхнула в ответ ярким румянцем на веснушчатых щеках.

– Маша? Тебя нашла Маша? Как она? Она же в больнице! – тараторила Веста.

– Маша твоя мой телефон оборвала. Поговорить с тобой хочет, – скривился дед, а потом серьезно произнес, требовательно и строго: – Поступим так, как ты скажешь. Но учти, внучка, если увижу, что тебя обижают, или узнаю, что пацан даже пальцем тебя… или беседами расстроит, увезу и спрячу! Ни одна Маша не найдет!

– Дедуля! – Веста торопливо обняла дедушку, в щеку поцеловала и не знала, плакать или смеяться. – Адамиди хорошие! Честно-честно!

– Угу, много ты видела хороших бандитов? – хмыкнул дед, но от внимания внучки растаял.

А телефон уже разрывался входящим вызовом, на экране высветился неизвестный номер. Вестник ворчливо заметил, что это для Весты звонок и тактично вышел из комнаты.

Веста секунду смотрела на экран, будто он мог заранее изложить всю беседу наперед. Вздохнула, выдохнула и ответила на вызов.

* * *