Читать книгу "Избранница темного короля"

– Отец, – произнесла я, подходя к столу и бросая на него вопросительный взгляд.

– Это я хотела с тобой увидеться, – усмехнулась Изора, рассматривая меня.

Ее голос звучал как лезвие, прикрытое шелком. Она явно провоцировала меня.

– Кова говорит, что ты хочешь отправиться со мной в королевскую резиденцию.

Она никогда не называла отца братом. Наедине – по имени, при чужих – господин. И это несмотря на то, что она явно женщина гордая и умная. Ее характер напоминал закаленную сталь, а язык… язык был острее любого кинжала.

Возможно, с ней будет даже интересно.

– Это так, – спокойно ответила я на ее провокацию.

– Зачем?

В глазах тетушки читался не интерес, а вызов. Она явно испытывала меня.

– Выбора особого нет, – ответила я и, повернувшись к отцу, добавила с легкой насмешкой: – Она унаследовала дар шаманки?

– Нет.

Глава семьи сидел за массивным дубовым столом, пальцы сложены в спокойную пирамиду. Его лицо, как всегда, было непроницаемо, но в глубине взгляда я уловила насмешку. Он не вмешивался, наблюдал, изучал…

– А она и правда изменилась, – заметила Изора, слегка склонив голову.

В ее голосе прозвучало что-то между удивлением и недоверием.

Отец, посчитав, что наша перепалка окончена, молча достал из ящика серебристое блюдце и положил его передо мной. Присмотревшись, я поняла – это было зеркало. Я осторожно взяла его в руки. Поверхность была идеально гладкой, холодной, отражала свет мягким серебристым сиянием.

Не такое, как на Земле, просто отполированная пластинка.

Но здесь… Редкое. Дорогое. Очень дорогое. Такое могло стоить целое состояние.

– Я приготовил подарок тебе в дорогу.

Зачем?

В голове тут же пронеслись догадки: следить за внешностью? Использовать как артефакт? Для шамана зеркало – мощный инструмент, но…

Посмотрела на отца, попыталась прочесть в его взгляде хоть что-то, но выражение оставалось бесстрастным. С другой стороны, он тоже знал о моих делах с Аузом и семьей Айсир, но не задавал вопросов.

И я не стала спрашивать.

Взяла со стола нож, чуть поморщилась от укола в палец и прижала каплю крови к зеркальной поверхности.

Яркая вспышка. Теперь оно связано со мной.

– Спасибо, отец.

– И ее дар очень возрос. Ты уверен, что тебе не подменили дочь? – прищурилась Изора, ее тонкая бровь насмешливо изогнулась.

Мне едва удалось сохранить невозмутимое выражение лица. Губы сжались в тугую ниточку, но я не дрогнула.

– Шаманы всегда чувствуют свою кровь, – отрезал глава семейства, и в его голосе прозвучала сталь.

Он дал понять, чтобы сестра не переходила границы.

– В чем будут функции тетушки? – уточнила я, мило улыбнувшись.

Зачем-то же девушек везут в компании родственниц.

– Чтобы я следила, чтобы ты вела себя прилично, – язвительно заметила Изора, отходя от окна и опускаясь в одно из кресел. – Помогала, если нужно.

– То есть хоть какой-то толк от тебя будет, – тихо, но отчетливо пробормотала я. – Это хорошо.

– Не хами мне, – резко сказала Изора, опасно прищурившись.

– Ничего не могу обещать. Ты же знаешь, какой у меня характер, – сладко улыбнулась я тетушке.

– Юсиль… – устало, почти обреченно вздохнул отец, будто уже видел, к чему приведет наше совместное путешествие.

Это он зря. Трудности людей сближают, а у нас их будет предостаточно.

– Пойду, нужно проконтролировать сборы. Выбрать платья. Интересно, как мы вообще их повезем? – скривилась я, уже разворачиваясь к двери.

– Благодаря нарядам собираешься пленить короля? – донеслось мне в спину, и в голосе Изоры звенела насмешка.

– Не смеши меня, – фыркнула я, даже не оборачиваясь, и шагнула в коридор, где тени уже сгущались, предвещая ночь.

Сегодня надо лечь пораньше. Завтра – долгий путь. Каким он будет?

* * *

Это не поездка – это настоящий кошмар! К концу этого путешествия я ненавидела всех вокруг. Да что там людей – я возненавидела весь этот проклятый мир, каждую его песчинку, каждую каплю дождя, упавшую на землю. Две недели ада. Две недели, которые едва не свели меня с ума, оставив после себя лишь желание забыть все, как страшный сон.

А начиналось все с этих нелепых, невыносимо неловких проводов. Отец лишь скупо приобнял меня, и я инстинктивно сжалась – мысль о том, что можно было обойтись и без этого, не давала покоя. Для меня он все же чужой, почти посторонний человек, который вдруг лезет в личное пространство. И в то же время – это мой отец. Мысли об этом лишь усиливали внутренний разлад.

Потом до меня добралась мачеха. Она протянула мне тот самый защитный амулет на длинной веревке, который обещала, и разрыдалась, уткнувшись в плечо. Что делать с расстроенной беременной женщиной, я не представляла.

– Ты стала мне как родная дочь! – ее голос дрожал, прерываясь от всхлипов. – Я так переживаю…

Я застыла, не зная, как реагировать. Даже отцу не сразу удалось оторвать от меня дражайшую супругу. Лишь когда на помощь подоспела тетушка. Вот так и началось наше «прекрасное» путешествие.

Крытую повозку со мной, Изорой и Айсир сопровождала вооруженная стража – два десятка всадников в латах с гербами отца. Их копья сверкали на солнце, а взгляды зорко скользили по окрестностям.

Но, как ни странно, за все время путешествия на нас никто не напал. То ли мой отец так хорошо заботился о своих землях, то ли его величество – о королевстве, но порядок здесь царил железный, будто сама земля боялась шелохнуться без дозволения.

По пути нам встретились несколько поселений – небольших, но вполне ухоженных, где мы могли остановиться и передохнуть, привести себя в порядок: смыть дорожную пыль теплой водой, постирать запачканную одежду. Однако эти часы комфорта были редкими оазисами в бесконечной дороге. Все остальное время приходилось ютиться в повозке – хоть и просторной, но душной, несмотря на откидные пологи. Деревянные стенки нагревались за день так, что к вечеру к ним невозможно было прикоснуться.

Мягкие тюфяки, казавшиеся поначалу удобными, к концу путешествия я возненавидела. На них мы проводили почти все время. Нам разрешали лишь пару раз в день выходить, чтобы размять ноги и справить нужду – и все.

Как отец мог думать о том, чтобы отправить со мной мачеху? Беременную женщину! Немыслимо!

Судя по продолжительности нашего путешествия и тому, что отцовский дом располагался в самом центре его владений, материк, на котором находилось королевство, должен был быть поистине огромным – примерно с европейскую часть России. Вряд ли таких материков могло быть много: уж слишком они обширные. Не более пяти, а остальные, скорее всего, значительно уступали в размерах.

Возможно, эта планета была больше Земли. Однако, судя по телосложению местных жителей, если и превосходила нашу, то ненамного – люди здесь не выглядели гигантами, разве что на голову выше обычного.

И все же, несмотря на то, что здешние лошади отличались невероятной выносливостью, путь до столицы королевства занял у нас мучительно много времени. Конечно, гонцы, наверное, добирались быстрее… Но для нас это путешествие стало настоящим испытанием. И когда наконец объявили, что мы прибыли, я едва сдержала порыв броситься обнимать своих попутчиц.

Мы уже почти въехали в город, когда меня начали переодевать и причесывать. Не могла же я показаться в королевской резиденции вся помятая и растрепанная. А мне уже было все равно, лишь бы побыстрее вылезти из этой тюрьмы на колесах.

Айсир ловко управлялась со шнуровкой платья – ее пальцы скользили по ткани с привычной точностью, а Изора с гребнем в руках осторожно распутывала мои волосы, пахнущие дорожной пылью и сухими травами, а затем укладывала их в сложную прическу. В тесном пространстве было душно, и каждое движение повозки грозило испортить уже почти законченный образ.

Потом принарядились Айсир и Изора. Их наряды были скромнее, да и идеальности их образам уделялось меньше внимания. Смотреть сегодня в первую очередь будут на меня. Но сейчас мне не было до этого никакого дела: уставшая, я разглядывала столицу в небольшую дырочку в закрытом пологе и молилась, чтобы мы побыстрее остановились.

Поселение мало чем отличалось от того, что я видела на землях отца – те же покатые крыши, те же мощеные улицы, по которым сновали торговцы и горожане. Но здесь синего цвета (домов высокородных) было больше, что и логично – многие высокопоставленные люди служили при дворе.

Дома огибали огромную королевскую резиденцию, окруженную каменным забором, будто драгоценность в ладони. Внутри возвышался прекрасный дворец. Сады, парки и множество других строений окружали его, образуя небольшой город внутри города. Красные камни, из которых были сложены королевские здания, горели на солнце, как тлеющие угли, а разноцветная роспись вилась по ним узорами, напоминающими то ли древние письмена, то ли радужные ручейки.

Где-то в глубине дворцового комплекса располагалось озеро – его гладь сверкала, как полированный сапфир, отражая небо и окружающие беседки с изогнутыми крышами. Все было очень красиво и чисто: ни соринки на мостовой, ни пятна на стенах, ни одного неухоженного уголка. Не было сомнений – его величество любил радовать свои глаза. И, судя по всему, требовал того же от подданных.

Повозка остановилась с тихим скрипом, колеса перестали стучать по мощеной дороге, и наступила внезапная тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев в придворном саду. Охрана, закованная в латы с гербом моего дома, быстро откинула полог, и я наконец смогла спуститься на землю.

Воздух здесь был другим – пропитанным ароматом цветущих магнолий и легкой прохладой, идущей от озера. Я едва успела оглядеться, как ко мне шагнул мужчина в темно-серых одеждах, расшитых золотой нитью. Так здесь выглядели чиновники – привилегированные слуги, чьи лица всегда хранили учтивую невозмутимость, а глаза – расчетливую внимательность.

– Госпожа Юсиль Интару, я Орзор Так, – его голос звучал почтительно, но без подобострастия, – от имени его величества рад приветствовать вас в резиденции короля.

Я слегка наклонила голову в ответ, и мужчина продолжил:

– Вы – дочь второго вассала и можете выбрать любой из домов, расположенных около дворца.

Его рука плавно описала дугу, указывая на ряд изящных строений, утопающих в зелени. Значит, мы не будем жить в самой резиденции? Мысль обрадовала – здесь, в гостевых домиках, куда больше свободы.

Я медленно обвела взглядом предложенные варианты, остановившись на самом дальнем – небольшом, но изящном здании у самой кромки озера.

– Мне нравится тот, что у озера, – сказала я, чуть кокетливо покосившись на чиновника.

Тот едва заметно приподнял бровь – мой выбор удивил его, но он промолчал.

– Повозку с вашими вещами разгрузят в течение часа, а вы можете уже отправляться в дом, он готов для заселения. Слуги принесут все, что необходимо госпоже.

Я кивнула, но тут же нахмурилась, делая вид, будто только сейчас вспомнила о чем-то важном.

– А моя охрана? – бросила я взгляд на мужчин, стоящих поодаль.

– Им предоставят возможность переночевать в казармах стражи, а завтра они отправятся обратно.

Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки, но лицо осталось безмятежным.

– Вы можете оставить рядом лишь одного охранника, – добавил он. – Хотя и в нем нет необходимости, у нас очень безопасно.

Угу, угу, рассказывайте.

– Ох, ну вы понимаете… – мой голос стал слаще меда, и я заметила, как напряглись мои люди – они-то знали, что это значит. – У моей служанки здесь есть жених. Это так романтично!

Чиновник оживился – сплетни для высшего света были как глоток свежего воздуха.

– Тиз. Останешься со мной, – повелела я, указывая на самого молодого из охранников.

– Да, госпожа, – он склонился в поклоне, и я отметила про себя его выдержку – ни тени удивления, ни лишних вопросов.

– Что же они не соединили свои судьбы перед отъездом? – спросил Орзор с искренним любопытством.

Я притворно задумалась, опустив глаза, будто делилась большой тайной.

– Я все еще сомневаюсь… – прошептала я. – У меня про Айсир спрашивал и другой молодой человек. А она, знаете ли, очень милая и исполнительная девушка. Личная служанка, с приданым… ну, вы понимаете.

Глаза чиновника загорелись, он понимал. И я чуть не рассмеялась – как же легко вельможи ведутся на светские пересуды!

Айсир, стоявшая чуть позади, прикрыла лицо ладошкой, изображая девичье смущение. Но я знала – ради меня она бы и крокодила назвала своим возлюбленным.

Тиз же стоял, как каменный, не выдавая ни единой эмоции. Отлично.

Орзор был в восторге – теперь у него будет, что перетереть со знакомыми. А у меня – еще один верный человек рядом. И предлог хороший.

– Дайте им шанс, госпожа. Парень молодой, еще покажет себя.

Голос Орзора звучал мягко, почти отечески, а в его карих глазах читалась уверенность.

– Да? – засомневалась я, чувствуя, как в груди шевельнулось что-то похожее на любопытство.

Мой взгляд скользнул к Тизу – тот стоял чуть поодаль, сжимая в руках копье так крепко, что пальцы побелели.

– Конечно, я сразу вижу способных. Глаз наметан, столько лет при дворе.

Орзор улыбнулся, и в этой улыбке было столько самоуверенности, что я едва сдержала смешок. Как же просто люди верят в собственную значимость!

– Тогда доверюсь вашему слову, – наконец сказала я и по-новому посмотрела на Тиза.

Может, и правда способный? Вдруг за этой молчаливой угрюмости скрывается что-то большее?

Орзор заулыбался, и его морщинистое лицо осветилось искренней радостью. Ему явно было приятно, что я положилась на его опыт. Как же легко льстить в этом мире! На Земле скажешь комплимент – из тебя всю душу вытрясут, прежде чем поверят, если поверят вообще. А тут – один взгляд, легкая улыбка, и человек уже тает от удовольствия.

– Тогда не смею больше задерживать госпожу. Желаю вам хорошо погостить у его величества.

– Благодарю, – мурлыкнула я, слегка склонив голову, и направилась прочь, чувствуя, как шелковое платье шелестит вокруг ног.

Никого более из свиты я не представляла – им было не по чину. Все же, какой толк от Изоры, оставалось загадкой.

– Каждый раз, когда ты начинаешь говорить, у меня от страха сердце в пятки уходит, – не смогла смолчать тетушка, оправляя складки своего платья.

Я повернулась к ней, ощущая, как уголки губ сами собой поднимаются в холодной усмешке.

– Держись. Чем ты можешь быть мне полезна? – уточнила я, сверля ее взглядом.

Изора глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Права, дорогая, показывать сейчас характер не время.

– Так хочется тебя бросить… Но я обещала брату, – прошептала она обреченно.

Ее пальцы сжались в кулаки, но тем не менее она ответила на мой вопрос.

– Обычно старшие родственницы должны следить за тем, чтобы никто не обманул юную девушку, не втянул в сомнительное дело, не соблазнил… В общем, ограждают от внешнего мира.

Она замолчала, и в ее глазах мелькнула усмешка.

– А тут, скорее, внешний мир нужно ограждать от тебя.

Я усмехнулась.

– Ты не ответила на мой вопрос, – напомнила я, приподняв бровь.

Примерно то же самое она говорила мне еще дома. Не это я ждала от нее услышать. Немного помолчав, она добавила:

– Буду добывать информацию. Слухи при дворе цветут пышным цветом. В конце концов, я здесь провела молодость.

Я оценивающе посмотрела на нее. Вспомнила ту историю…

– А он ничего, – заметила между прочем.

Она резко замерла, мгновенно поняв мой намек. За спиной послышались шипение и сдавленные ругательства.

Когда-то Изора приехала в королевскую резиденцию во служение – юная, наивная полная надежд. Она была словно хрупкий цветок, выросший меж камней. И там, среди холодных стен и придворных интриг, завела роман с мужчиной, который, как и она, был незаконнорожденным. Их связывало не только чувство, но и общая боль – будто два изгоя нашли друг друга в этом жестоком мире.

Но судьба оказалась безжалостна. Вспыхнуло восстание, пламя мятежа опалило их будущее. Два любящих сердца разлучили – не по их воле, а по воле рока. Тетю решили выдать замуж за другого, и она, находясь на птичьих правах в семье, даже не посмела возразить. Горечь бесправия, гнет долга – все это почти сломало ее.

Жених погиб во время восстания. Мой дед тоже – пал, защищая то, во что верил. Отец поддержал нынешнего короля и возвысился, но за власть необходимо платить. И на него были покушения, особенно в первое время, когда отлавливали недовольных. Одно из них помогла предотвратить Изора и, рискуя жизнью, спасла его. В награду она попросила лишь одно – ссылку без принуждения к замужеству.

И вот теперь, впервые за долгие годы, она вылезла из своего захолустья и прибыла во дворец.

Я покосилась на нее – все еще молодую, привлекательную. Харизматичную, где-то даже обаятельную – несмотря на все пережитые невзгоды, в ней оставалась искра жизни. И я подумала, что она еще сможет составить чье-то счастье. Может быть, не так, как мечтала когда-то. Может быть, не с тем, кого любила. Но судьба – дама капризная, и кто знает, какие двери откроются перед ней теперь?

Войдя в выбранный дом, я вышла на террасу, и пока слуги суетились, расставляя вещи, я замерла у резных перил, впитывая вид, открывавшийся передо мной. Воздух был напоен ароматом цветущего жасмина, а легкий ветерок шевелил пряди волос, выбившиеся из прически.

Дворец короля отсюда был виден лишь частично – широкие красные крыши таились за кронами деревьев. Но зато передо мной раскинулся великолепный сад – буйство зелени, алые, лиловые и золотые пятна цветов, аккуратные дорожки, убегающие вглубь. А чуть дальше, под лучами заходящего солнца, сверкало озеро, его гладь переливалась, как расплавленное серебро.

Идеально.

Можно было бы совсем расслабиться, особенно после тяжелого пути, но мысль о библиотеке не давала покоя. В книге все было четко расписано: представление девушек королю – на третьи сутки. А значит у меня завтра есть время, чтобы осмотреться и попробовать пробраться в святилище знаний.

Однако было ощущение, что что-то не так.

Уже все прибыли? Мне позволили выбрать любой дом, но я – дочь второго вассала. А где же первая девушка? Что, если нам понравится одно и тот же?

Нужно, чтобы Изора разузнала, что здесь происходит, раз уж обещала помочь. А я… я не должна лишний раз попадаться никому на глаза.

Свитки. Библиотека. Возвращение домой. Только это сейчас важно.

– Юсиль…

Голос Изоры вырвал меня из раздумий. Я обернулась и увидела ее хмурое лицо.

– Что такое?

– Представление гостей королю будет завтра в полдень.

– Что? – голос дрогнул, хотя я старалась держать себя в руках. – Почему? Все уже здесь?

– Еще нет. Но должны прибыть до завтра. По крайней мере, таков приказ.

– А если не успеют?

Изора лишь покачала головой.

– Ничего не поделаешь. Решения его величества не оспаривают.

Я подняла взгляд к небу. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая все в багряные тона. Что это за неожиданный поворот сюжета? И чем он мне грозит?

* * *

Роус Кардар

– Значит, приехала только дочь второго вассала? – уточнил я, постукивая пальцем по деревянному столу.

– Первый вассал прислал послание, что у него нет ни сестры, ни дочери. Только два сына, – напомнил Лорк, завершая свой доклад.

– Да, он сирота. Но с него мы спросим подтверждение его верности иначе, – задумчиво заметил я, глядя на красивый сад за окном. Немногое в этом мире могло сравниться с такой простой, чистой красотой.

– Ты сообщил о переносе церемонии представления гостей?

– Да. Но особо некому было сообщать.

Голос Лорка дрогнул. Я скосил на него взгляд, уловив едва заметное напряжение в скулах – уголки губ опустились от досады. По мимике моего друга и верного соратника редко что можно понять, это сильно помогает ему в работе, но я слишком давно его знал.

– Юсиль Интару привезла с собой Изору Рар. У тебя все еще остались чувства к ней?

– От вашего величества ничего не скроется, – не стал отпираться Лорк.

Еще одна черта, за которую я его ценю, – это честность.

– Поэтому до сих пор не женился, хотя я и предлагал. – Я прищурился, наблюдая, как по лицу Лорка пробежала тень давней боли. – А что же она?

– Она тоже не замужем.

– Желаешь жениться на ней?

Тишина затянулась, наполненная невысказанным. Лорк стоял неподвижно, но в его глазах бушевала буря: муки, любви, надежды. Конечно, он желал. Но если в браке по расчету можно было хотя бы быть уверенным в выгоде, то в союзе, рожденном из чувств, все зыбко, как утренний туман.

А еще – без взаимности ритуал не совершить. Впрочем, Лорк согласился бы и на светский союз.

Я вздохнул, отводя взгляд в сторону.

– Оставим пока эту тему, – сжалился я над другом.

Догар был предан мне, как тень, но даже тени иногда устают.

– Что скажешь про Юсиль Интару? У нее такой плохой характер, как и говорят?

Лорк помялся, и я встрепенулся, почувствовав что-то неладное.

– Что, есть что-то интересное? Занимательное?

– За всеми, кто должен был прибыть сюда, была установлена слежка, – начал он, тщательно подбирая слова. – Юсиль Интару была категорически против посещения резиденции, даже устроила побег. Но потом… резко изменила свое мнение. И еще…

– Ну, не томи, – поторопил я. Уголки губ сами потянулись вверх – я уже чувствовал, что будет весело!

– Ваше величество… – укоризненно вздохнул собеседник, и в его глазах мелькнуло что-то тревожное. – У девушки открылся сильный дар шамана.

Я замер, впившись взглядом в Лорка, будто пытаясь прочесть между строк больше, чем он готов был сказать.

– У девушки… Такой молодой? Обычно дар шамана открывается у мужчин. Нужна сила духа, характер… Женщины – лишь носители крови. А тут… шаманка. И сильная.

Это очень интересно.

– А что же характер?

– Он ужасен, – вынужденно признал глава моей разведывательной сети.

Лорк, обычно невозмутимый, сейчас тушевался. Он редко так реагировал – значит, девушка и правда стоящая.

– Шаманка с ужасным характером, которая не хочет замуж за короля… – Я рассмеялся, и звук этот отозвался эхом в высоких сводах кабинета. Сердце гулко забилось – давно ничего не волновало меня так сильно. – Я хочу ее видеть!

– Ваше величество, уже поздно… – попробовал достучаться до меня Догар. – Завтра вы увидите всех.

Но его голос потерялся где-то на периферии сознания. Мысли уже мчались вперед, рисуя образ этой девушки – строптивой, неудобной… и невероятно ценной.

Интересно будет познакомиться лично.

Солнце уже почти село за горизонт, окрашивая небо в кроваво-багровые тона. Длинные тени тянулись по деревянному полу, словно пытаясь утащить за собой последние лучи света. Решив, что пришло время ужина, я позвал слугу.

– Ты ел? – спросил я Догара.

Друг мотнул головой.

– Тогда присаживайся, – пригласил я и добавил слуге: – Ужин на двоих.

Тот кивнул и бесшумно удалился.

Общаться с другом я любил в своих личных покоях, где не было этих вечных лизоблюдов, готовых пресмыкаться за милость, где не слышался шепот интриг, не чувствовался ядовитый привкус лести. Здесь, за тяжелыми шелковыми занавесями, в полумраке, освещенном лишь мягким светом магических кристалов, можно было дышать свободно.

Жадность людей не знала границ. Она разъедала все, как ржавчина, превращая даже самых верных в предателей. Сколько раз я видел, как вчерашние союзники готовы были продать друг друга за место поближе к трону?

Королевская резиденция раскинулась за моим окном – величественная, ослепительная, фальшивая. Дворец, гостевые дома, вместилище знаний… Все здания – ярко-красные, с позолотой, с разноцветными росписями, говорившие о «близости» короля к народу. Будто эти стены могли скрыть правду: что за каждой аркой, за каждой дверью когда-то лилась кровь.

Я ненавидел это место.

Здесь моя мать предала отца. Здесь не в одном поколении лились реки крови.

После восстания, когда я взошел на трон, я провел месяцы в архивах, изучая историю нашей династии. И понял одну простую истину: король, который не может защитить свою семью, не удержит и королевство.

Но семья – это не просто кровные узы. Это те, кто любит тебя не за власть, не за титул. Те, кому ты важен просто потому, что ты – это ты.

И в первую очередь – это жена.

Я сжал кулаки, вспоминая, как отец заключил не союз любви, а женился по расчету – и как потом его жена вонзила ему нож в спину. Я не желал подобной судьбы. Не хотел жить в вечном страхе, подозревая даже самых близких.

Между супругами должно быть нерушимое доверие. Без него – нет семьи. А без семьи – нет короля.

– Ваше величество? – Голос Догара вырвал меня из лабиринта собственных мыслей.

Я медленно поднял взгляд.

– Все в порядке?

Я лишь отмахнулся.

– Присаживайся. Не будешь же ты есть стоя. – Я махнул рукой в сторону второго кресла у массивного стола.

Лорк слегка склонил голову.

– Как пожелаете.

Он уже понял, о чем я думаю. Всегда понимал, когда я был в таком настроении.

– Возможно, эта затея с выбором невесты окажется не такой уж скучной, как мне показалось вначале.

Лорк замер. Его пальцы, лежавшие на ручках кресла, слегка сжались.

– Ваше величество, прошу вас, будьте благоразумны, – голос друга был ровным, но в нем прозвучало предостережение. – Во дворце зреет заговор при вашем полном попустительстве. Сейчас сложное время…

Я усмехнулся.

– Не вижу ничего сложного.

За окном шелестел ветер, играя легкими шелковыми шторами.

– Недовольные поднимали голову постоянно, даже после попытки переворота. Просто я пресекал.

Лорк молчал. Он знал, что я прав.

– Но за это время я понял, что это одни и те же люди. – Мои губы растянулись в улыбке, лишенной тепла. – И теперь я решил дать их планам окрепнуть. Проще снять головы сразу, чем выкорчевывать их по одной.

В воздухе повисло молчание. Догар смотрел на меня напряженно – он всегда переживал, когда я что-то затевал.

– Раньше они меня развлекали и развеивали скуку, но теперь у меня будут другие заботы.

– Какие? – спросил он с удивлением.

Значит, не разгадал меня. Это дорогого стоило. Я улыбнулся.

– Жена и дети.

В этот момент дверь отворилась, и в комнату вошли слуги с подносами. Аромат жареного мяса и пряностей наполнил кабинет. Мы молчали, пока они расставляли блюда, разливали чай и так же бесшумно удалялись. Я не терпел алкоголя. До сих пор помню его запах, когда зашел в спальню к убитому отцу.

Только когда дверь захлопнулась, я продолжил:

– К тому же этот заговор подоспел очень вовремя. Например, можно проверить, какая из женщин поведется на посулы.

Лорк нахмурился. Он не одобрял. А я объяснял дальше:

– Ты же понимаешь, они непременно постараются переманить одну из претенденток на свою сторону, женить меня на своей кандидатке и посадить ее на трон. – Я отломил кусок хлеба, и крошки посыпались на скатерть. – Они надеются, что из-за чувств или положения девушки я захочу разделить с ней не только постель, но и власть. После чего меня можно будет устранить.

Лорк побледнел.

– А если вы выберете не ту женщину, которую они хотят?

Я рассмеялся.

– Значит, устроят переворот. Попытаются убить меня как можно быстрее.

В глазах Догара вспыхнуло что-то почти паническое, но он тут же взял себя в руки. Он всегда был параноиком. Прекрасное качество для его должности.

– Не переживай. Им не удастся задуманное, и они будут казнены на площади.

Я пригубил горячий чай и блаженно прикрыл глаза.

– А я женюсь. Нужно будет заниматься женой и детьми, возиться с заговорщиками времени уже не останется. Да и мне уже это наскучило.

Догар тяжело вздохнул.

– Вы очень рискуете, ваше величество.

Я улыбнулся, глядя на магический светильник.

– Жизнь – это вообще риск, разве нет? И жить нужно так, чтобы, когда придет момент умереть, ни о чем не жалеть.

Лорк вдруг… улыбнулся. Слабо, едва заметно, но для него это было почти подвиг.

– Вы становитесь философом, ваше величество.

– Это возраст, – отмахнулся я, но внутри уже кипело лихорадочное возбуждение.

Завтра. Завтра начнется игра.

И я не мог дождаться.

* * *

Юсиль Интару

Король пожелал нас видеть в полдень. Всю ночь я ворочалась в постели, словно спала на колючей соломе, а когда настало утро, встретила его раздражением. Настроение было хуже грозовой тучи – тяжелое, готовое обрушиться в любой момент.

Снаружи светило солнце, ласковое и золотистое, но ветер гулял без удержу, яростно трепля ветви деревьев, будто пытаясь вырвать их с корнем. В доме сквозило, и легкие шторы вздымались, словно паруса корабля, уносимого неведомым течением.

Мое жилище было роскошным – высокие потолки, резная мебель, ковры, смягчающие каждый шаг. Для этого мира – верх комфорта. Еду приносили аккуратно, почтительно, но только мне и Изоре. Тиз и Айсир ютились в дальних покоях, там, где обычно селили слуг. Они молча ходили на кухню и брали еду сами. Во дворце существовало четкое разделение: кто здесь – гость короля, а кто – лишь временная прислуга.

Айсир и Изора уже который час обсуждали, в какое платье меня облачить, пока я не рявкнула на них, не в силах сдержать накопившееся напряжение.

– Ты должна выглядеть безупречно, – тетушка протянула мне белоснежный наряд, красивый, искусно расшитый, сделанный из легкой шелковой ткани, колышущейся, казалось, от каждого дуновения ветра.

– Зачем? – голос прозвучал резче, чем я планировала. – Я не собираюсь очаровывать короля.

Изора схватила меня за запястье, ее пальцы впились в кожу, а глаза вспыхнули предостерегающим огнем.

– Думай, что говоришь, – прошипела она так тихо, что мурашки побежали по спине. – Здесь даже стены слышат. Явиться перед его величеством небрежно одетой – значит нанести серьезное оскорбление.

– Этого не было в правилах, которые я изучала, – бросила я через плечо, но внутри уже сжимался холодный ком сомнения.

– Есть вещи, которые нигде не записаны. Так что держи язык за зубами и не выставляй напоказ свой скверный нрав, очень тебя прошу!

– Госпожа очень добрая, – мягко вставила Айсир, помогая мне облачиться и поправляя складки на моем платье.

– Угу, особенно когда молчит, – проворчала Изора, придирчиво осматривая меня, пока служанка зашнуровывала платье. – Нужны украшения. Уверена, Кова положил что-то подходящее.

– Зачем?! – вновь спросила я, и голос дрогнул, выдавая мою нервозность.

– Ты дочь второго вассала. Твой внешний вид должен напоминать всем, кто ты. – Взгляд тетушки был твердым, как сталь.

«Когда же я наконец смогу выбраться в библиотеку?» – с тоской подумала я, чувствуя, как стены этой проклятой комнаты медленно, но верно смыкаются вокруг.

– Надолго затянется эта… аудиенция? – спросила я, уже зная, что ответ не обрадует.

– Она будет длиться столько, сколько пожелает его величество.

Конечно, как же иначе. Только приехала вчера, а я уже ненавижу это место всем сердцем.

– Поторопись, – Изора застегнула на мне выбранное ожерелье из серебряных нитей и подтолкнула в спину. – Сегодня во дворец не пускают никого, кроме личной охраны короля и приглашенных девушек.

– Кто-то еще приехал? – я нахмурилась.