Читать книгу "Кровавый рубин"

Глава 6

При свете дня дом уже не казался таким мрачным. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь морозные узоры на высоких окнах, высвечивали мириады пылинок, танцующих в холодном воздухе. Лина и Лу, кутаясь в свитера, медленно двинулись по большой гостиной, которую вчера едва успели рассмотреть. Здесь особенно ощущалось присутствие телевизионщиков: основную технику они увезли, но кое-какие мелочи, назначения которых Лу не знала, остались. Вдоль лепных карнизов тянулись черные змеи кабелей, небрежно прихваченные малярным скотчем, в углу валялись большие, кое-где поврежденные отражатели.

– О чем должно было быть это шоу? – задалась вопросом Лу, осматривая мягкий, сделанный под старину, но явно современный диван.

– Стефан говорил, шоу должно было называться «Наследники барона», – отозвалась Лина. – Смысл в том, чтобы запереть здесь шестерых добровольцев, каждый из которых якобы имеет отношение к роду Верховодиных или его приказчиков. Они должны были проходить квесты, искать подсказки в истории дома и в финале, конечно, найти рубин.

– Думаешь, они серьезно рассчитывали, что кто-то его найдет под камерами? – Лу подошла к тяжелому дубовому буфету, на котором рядом с антикварным фарфором стояла початая пачка одноразовых стаканчиков.

– Конечно же, нет. Это был бы муляж.

– А как мы в таком случае можем быть уверены, что на фотке – не тот самый муляж?

– Во-первых, тот рубин, что на фото, даже внешне отличается от заготовленного муляжа, – пояснила Лина, поднимаясь на второй этаж. – А во-вторых, эксперты определили, что это тот самый «Кровавый барон». По крайней мере, его точная копия. Сохранилась всего одна фотография оригинального рубина, и она полностью совпадает с той, что нашли в телефоне погибшей участницы.

В коридоре второго этажа вмешательство современности было минимальным, если не считать пластиковых датчиков дыма, которые нелепо смотрелись на фоне резных дверных проемов.

– Странно все это, – Лу поежилась, когда они остановились у двери с табличкой «Гримерная», наклеенной прямо на деревянное полотно. – Они вбухали сюда столько денег, привезли технику, котел, еду... и все бросили. Из-за одной смерти?

Лина пожала плечами.

– Для шоу было нанято много местных, они испугались. И, очевидно, заразили своим страхом и съемочную группу. Насколько я поняла, об этом поместье и в целом о Верховодине в этих краях ходили недобрые слухи. Да и потом, это не «одна смерть». Это насильственная смерть участника. Какие уж тут съемки, когда вокруг полиция и эксперты? А что насчет техники, то дорогое увезли. Осталось то, что дешевле бросить, чем платить за транспортировку.

Они остановились у еще одной лестницы. Поскольку в доме было всего два этажа, лестница, очевидно, вела на чердак.

– Пойдем? – с сомнением спросила Лина. – Или подождем Дэна?

– Пойдем, конечно! – решила Лу.

Лестница на чердак была гораздо круче и уже парадной. Каждая ступень отзывалась протяжным, ворчливым скрипом, который, казалось, уходил глубоко в перекрытия дома. Чем выше они поднимались, тем сильнее менялся запах: здесь уже не пахло ни современным пластиком, ни вчерашней едой, приготовленной Дэном. Осталась только вековая пыль, сухая древесина и что-то неуловимо терпкое, похожее на запах старых газет.

– По законам жанра в таком доме должна обитать целая толпа призраков, – проворчала Лу, цепляясь за стены. Перилами эту лестницу-убийцу по какой-то причине не оборудовали.

– Ты будешь смеяться, но в доме их нет, – отозвалась поднимающаяся впереди Лина. – А вот на улице – полно.

Лу остановилась, уставилась на спину подруги.

– В смысле?

– В прямом. – Лина тоже остановилась, обернулась. – Я увидела их еще вчера, когда мы с Дэном добирались до дома. И сегодня из окна тоже. Насчитала примерно пять, но не могу сказать наверняка, поскольку это было в разное время, я вполне могла принять одного за двух. Они смотрят на дом, мы явно побеспокоили их, но почему-то не заходят.

– Съемки шоу их спугнули? – предположила Лу.

– Или же они спугнули съемки. Быть может, смерть участника стала последней каплей.

Что ж, это было логично. Если съемочная группа постоянно что-то слышала или даже замечала краем глаза, то к моменту гибели девушки все могли быть уже на взводе. Плюс местные наверняка подливали масла в огонь. Поспешное бегство было легко объяснимо.

– Пока нам не о чем беспокоиться, – заверила Лина. – Мне они не кажутся агрессивными. Если что-то изменится, я предупрежу.

Лу передернула плечами.

– Как ты живешь с этим – пробормотала она.

– Ты же живешь со своим телекинезом.

– Да, но он не причиняет мне вреда.

– Призраки мне еще тоже не вредили. Идем, – поторопила Лина. – А то сейчас Денис закончит с котлом и достанет нас своими шуточками.

На чердаке царил полумрак. Свет пробивался лишь сквозь небольшие слуховые окна, затянутые густой паутиной, которая на морозе превратилась в хрупкое серое кружево. Крышу в нескольких местах отремонтировали, а вот телевизионщики сюда почти не заглядывали: на полу не было ни следов, ни брошенных проводов. Это была территория прошлого.

Девушки осторожно прошли вглубь, стараясь не задевать разбросанные вещи. Чего здесь только не было: сломанные венские стулья с вылезшей из сидений конской гривой, огромные кованые сундуки, которые сейчас выглядели как уснувшие звери, и целые штабеля пустых картинных рам. В углу даже сиротливо стоял облезлый манекен в остатках какого-то кружевного платья.

– Посмотри на это, – шепотом сказала Лу, указывая на старый граммофон с треснувшей трубой. – Ощущение, что в этом доме ничего не выбрасывали, все сюда сносили.

Лина остановилась у груды пожелтевших газет, датированных 1894 годом. Очень хотелось открыть хоть одну, но она понимала: стоит только коснуться старых страниц, как они рассыплются в труху.

Лу прошла чуть дальше, в самый дальний угол под скатом крыши. Там, среди нагромождения старых чемоданов, стояло нечто массивное и высокое. Предмет был полностью закрыт плотной, тяжелой тканью: старым бархатом, который от времени из темно-вишневого превратился в грязно-бурый. Ткань лежала неровно, складками, скрывая очертания предмета, но Лу почти не сомневалась: это либо напольное зеркало в полный рост, либо картина. Она подошла ближе, чувствуя, как от одного взгляда на этот занавешенный объект по спине пробегает неприятный холодок. Не давая себе передумать, сдернула покрывало и тут же в мутном, слабо различимом отражении увидела себя. Все же зеркало.

– А ты бесстрашная, – послышался позади голос Лины. – После того как тебя преследовало проклятое зеркало...

– Волков бояться – в лес не ходить, – хмыкнула Лу, разглядывая отражение.

Несмотря на общую обстановку, зеркало казалось самым обычным. Оно не отражало ничего ненужного за спиной, но Лина все равно не рисковала подходить к нему. И Лу ее понимала: даже в обычном зеркале Лина видела много всего такого, что не заметно невооруженным глазом. И пусть она говорит, что призраки в дом не заходят и вообще вреда ей не причиняют, а все равно боится.

Лу отошла от зеркала, направилась к сундукам в далеком углу.

– Может, найдем парочку приличных платьев и выйдем к ужину в них? – со смешком предложила она.

Лина, в этот момент все же рискнувшая осторожно дотронуться до старых газет, рассмеялась.

– Тогда придется заставить Дениса приготовить на ужин фаршированного фазана для антуража.

– А что? Ружье у него есть, пусть валит на охоту, а то только и горазд языком трепать Ай! – Увлекшись разговором, Лу не заметила балку и больно ударилась о нее плечом. На самом деле балку эту она видела, но почему-то думала, что та намного дальше. Но нет: деревянная перегородка оказалась куда ближе. Оставалось радоваться, что ударилась плечом, а не головой.

– Осторожнее, – шикнула Лина. – Не хватало обеим пораниться.

Лу не успела ничего ответить, потому что в этот момент где-то внизу, в глубине дома, раздался сильный грохот, похожий на взрыв, а затем мужской крик.

Глава 7

Если бы кто-то спросил у Дениса Кочетова, за каким чертом он уже во второй раз ввязывается в сомнительные приключения, организованные историком-неудачником, он бы не смог ответить, чтобы не раскрыть своих первоначальных мотивов.

Точнее, причин этих теперь было слишком много, чтобы выделить одну самую яркую. Они наслаивались друг на друга как снежный ком и заставляли бросать ресторан на заместителя, а кухню – на су-шефа, а самому собирать чемоданы и ехать в очередное интересное местечко.

Дэну никогда не сиделось дома. Еще в школе он был неизменным участником всех возможных экскурсий, выездов и путешествий. Поскольку с восьми лет его воспитывал только отец, любивший прикладываться к бутылке, и финансовое состояние семьи оставляло желать лучшего, Дэну приходилось хорошо учиться, участвовать в конкурсах и олимпиадах, чтобы за мероприятия платила школа и город. Таким образом он получал и знания, и опыт.

После школы Дэн не собирался тратить время на получение высшего образования, которое ему не сдалось. У него были две страсти в жизни: путешествия и готовка. Он закончил кулинарный колледж с отличием, уже во время учебы много где поработал, получил опыт и рекомендации и мог бы сказать, что сам заработал себе на ресторан, но это было не так. На первую половину ресторана он наскреб денег, продав родительскую квартиру и переселив отца в однушку. Алкоголику с собакой больше и не нужно. Сам же переехал в комнату в коммуналке, но на мечту – ресторан – все равно не хватало. Тогда он пришел к одному из бывших работодателей, крупному питерскому ресторатору, и попросил в долг. Тот в долг давать отказался, но предложил заработать. У ресторатора был сын, ровесник Дэна. И, в отличие от Дэна, ни умом, ни сообразительностью он не отличался, зато любил дорогие машины, красивых девочек и выпивку. А еще азартные игры. В одном подпольном казино он задолжал крупную сумму. У него отобрали машину, самого избили и поставили на счетчик. Обращаться в полицию ресторатор, конечно же, не собирался, услуги хорошего адвоката обошлись бы куда дороже той суммы, что нужна была Дэну. Да и светить имя сына и свое собственное в скандале он не хотел.

Дэн проблему решил за месяц. Активный, компанейский, он имел кучу нужных знакомых. Острый ум и привычка все анализировать позволили отыскать нужные законы и правильно воспользоваться ими. Законы недостаточные, чтобы засадить обидчиков золотого мальчика за решетку, но достаточные, чтобы припугнуть. А то, что не сделали законы, доделала парочка крепких приятелей. Сам паренек был помещен на лечение, а Дэн получил нужную для покупки небольшого ресторанчика в центре сумму. И понял, что может зарабатывать не только готовкой. С тех пор он периодически брал «заказы на решение чужих проблем» и успешно с ними справлялся.

Поехать на Крит три месяца назад Дэна сподвигла не только истинная причина, от которой он мог при желании отказаться, но и любопытство. Никогда раньше он не сталкивался ни с чем необъяснимым, и проклятое зеркало Ордынского возбудило в нем определенный интерес. А Стефан Яновский мог этот интерес немного удовлетворить.

А после Крита появилась еще одна причина – Ангелина. Лина была из тех девушек, которые всегда приковывали взгляд Дэна: длинноногая стройная брюнетка с ровной кожей и большими глазами. Когда он узнал ее немного получше, оценил и незаурядный ум, спокойную смелость и уверенность во всем, кроме собственной внешности. Это притягивало и интриговало. Дэн даже начал было собирать о ней сведения, но остановил себя. Лину почему-то хотелось узнавать самому, медленно, осторожно, а не искать о ней информацию в посторонних источниках. Ну а то, что она со Стефаном, – даже не препятствие вовсе, а так, досадное недоразумение. Вполне себе преодолимое при должном уровне интереса.

Вот так Дэн и оказался в старом доме среди заснеженной уральской тайги и спускался в подвал, придерживаясь рукой за холодную бетонную стену. Здесь, в отличие от жилых этажей, телевизионщики успели навести свой порядок, не маскируя его под старину: по углам висели яркие светодиодные лампы на временных креплениях, а вдоль пола тянулись оранжевые кабели удлинителей. Воздух внизу был еще холоднее и плотнее, с резким металлическим запахом.

Современный дизельный котел – громоздкий ярко-красный агрегат – стоял в центре огромного пустого помещения, выглядя на фоне старинной кирпичной кладки как деталь космического корабля, застрявшая в средневековье. Дэн подошел ближе, остановился, разглядывая котел.

– Так, давай-ка посмотрим, на чем ты споткнулся, – пробормотал он, доставая из бокового кармана налобный фонарь. – Только ты, приятель, сильно не капризничай, а то я, знаешь ли, небольшой специалист...

Цифровое табло котла было мертвым. Никакой индикации, ни одной светящейся точки. Дэн открыл боковую панель и первым делом проверил предохранители на плате управления. Один из них, тонкий стеклянный цилиндр, казался целым, но, когда Дэн коснулся его пальцем, буквально рассыпался в руках.

– Ну конечно...

Дэн вытащил из специального зажима замусоленную инструкцию на нескольких языках. Развернув огромный лист со схемами, принялся изучать раздел «Устранение неисправностей», водя пальцем по строчкам.

– «Ошибка E04: падение давления в контуре», – читал он вслух, поглядывая на аналоговый циферблат. – «Ошибка E01: отсутствие розжига» Нет, это все не то.

Дэн отбросил инструкцию и полез внутрь, проверяя форсунку и фильтр грубой очистки. Топливный шланг был ледяным. Он открутил гайку на топливном насосе, и на пол упало несколько тяжелых капель солярки. Она была подозрительно густой, больше похожей на кисель, чем на жидкость.

– Да вы издеваетесь?! – выругался Дэн. – Солярка летняя, что ли? Замерзла прямо в магистрали. Ну знали же, куда едете, ну е-мое!

Он решил попробовать перезапустить блок управления, несколько раз щелкнув тумблером питания, но котел лишь издавал натужный, прерывистый гул, словно старик, пытающийся сделать вдох. Затем раздался сухой щелчок реле, и агрегат снова затих. И в этой тишине Дэн вдруг различил чьи-то шаги. Интересно, кто решил ему помочь?

Лина вряд ли, она после того свидания избегала его, и Дэн принимал это за хороший знак. Значит, сомневается, но не в нем, а в себе. Боится, что может натворить глупостей.

Рыжая? Эта могла!

Историк?

– Если ты без бутерброда, можешь даже не заходить! – громко оповестил Дэн, продолжая возиться с котлом.

Ответом ему была тишина.

– Правильно, возвращайся за бутером, – усмехнулся он, но снова не получил никакого ответа.

Однако и шагов больше не было. Будто тот, кто шел, остановился.

Дэн выпрямился, медленно обернулся. Просторное помещение неплохо освещалось лампами телевизионщиков, и Дэн в нем был один. Но ему же не могло послышаться?

Оглядываясь по сторонам, Дэн осторожно направился к лестнице. Он был практически уверен, что это Лу. Ни Лине, ни Стефану не пришло бы в голову его пугать, а вот эта заноза в заднице вполне могла. Еще и на телефон наверняка снимает.

– Лу, если это ты, я тебя без ужина оставлю! – заявил Дэн. – А я на сегодня, между прочим, стейки планировал. Со спаржей. Ты такого в жизни не ела.

Он продолжал говорить, медленно приближаясь к лестнице и заглядывая в каждый угол. И чем ближе подходил, тем яснее понимал, что в подвале никого нет.

Сзади вдруг раздался смешок, заставивший его вздрогнуть. Если рыжая это реально снимает, повод поиздеваться он ей определенно дал! Дэн резко обернулся, однако за спиной снова никого не было. И только от него самого в глубину подвала, туда, куда не дотягивались лампы, протянулись красные следы на грязном полу. Следы явно принадлежали женским ножкам. Босым ножкам, испачканным в чем-то красном!

– Лу, ты ненормальная? – громко спросил Дэн, идя по этим следам. – Если на гвоздь наступишь, доктор не спасет!

На окраине сознания мельтешили вопросы, почему возле лестницы следов он не видел, как Лу умудрилась разуться прямо за его спиной, в чем испачкала ноги, почему он не услышал, как она подошла из какого-то темного угла? Однако Дэн был так раздражен, что не позволял этим вопросам оформиться.

Дойдя до границы света и тени, Дэн остановился. Не потому, что испугался, а потому, что не видел больше смысла участвовать в этом глупом представлении.

– Все, рыжая, ты будешь жрать салат, – пообещал он, возвращаясь к котлу.

За то время, что Дэн потратил на Лу и ее шуточки, он совершенно забыл, на чем остановился в диагностике неисправности, и сейчас раздраженно смотрел на переплетения проводов и трубочек, пытаясь вспомнить, что собирался сделать. Лу между тем тоже времени зря не тратила. На этот раз подошла сзади бесшумно и похлопала Дэна по плечу. Он не испугался, но обернулся резко, чтобы успеть схватить ее за руку. Обернулся – и тут же услышал взрыв рядом. Тот был таким громким, что на мгновение Дэна оглушило, а затем в лицо будто плеснули серной кислотой. Дэн почувствовал, как кожа мгновенно натянулась и запылала, но самым страшным оказался мрак. Вспышка, а затем абсолютная вязкая темнота. Боль была такой силы, что он закричал, прижал руки к лицу и повалился на холодный пол. Попытался открыть глаза, но веки казались залитыми свинцом и плотно склеенными. Малейшая попытка пошевелить глазными яблоками отзывалась резью, будто в глаза насыпали битого стекла.

Наверное, на какое-то время он потерял сознание, потому что, когда снова осознал себя, боль не стала меньше, зато издалека слышался топот нескольких пар ног и голоса, зовущие его:

– Денис!

– Что случилось?

– Дэн!

– Дэн!

– Я ничего не вижу, – прохрипел он, и собственный голос показался ему чужим. – Вашу мать, я ничего не вижу!

Он почувствовал чьи-то прохладные руки поверх своих ладоней, услышал знакомый голос:

– Денис, дай мне посмотреть. Дай мне посмотреть!

Лина с трудом оторвала его руки от лица, но глаза открыть он так и не смог. Перед ними плыли багровые пятна, они пульсировали, будто кто-то вырвал глазные яблоки с мясом. Зато услышал голос Стефана:

– Патрубок порвался. Похоже, обожгло раскаленным воздухом.

– Откуда там раскаленный воздух? – простонал Дэн. – Котел был мертв.

– Котел работает, – с легким удивлением заметила Лу.

– А ты вообще молчи, – пригрозил Дэн. По щекам текло что-то горячее, и Дэн с удивлением осознал, что это слезы. Но сейчас ему было плевать. – Если бы не ты, ничего бы не случилось.

– А я здесь при чем?

– Зачем ты меня пугала?

– Я?! Меня здесь не было!

– Денис, Лу была со мной, – заметила Лина и тут же добавила: – Но сейчас не об этом. Похоже, сильный ожог. Нужно отвести его наверх, я сделаю, что смогу.

У Дэна больше не было сил ничего говорить. Весь его мир сузился до невыносимой боли в глазах и запаха обожженной кожи. Стефан помог ему подняться, затем с другой стороны кто-то подставил ему еще одно плечо. Похоже, Лу, поскольку плечо было намного ниже. Лина впереди открывала и придерживала двери, и несколько томительно долгих минут спустя Дэн оказался в своей комнате. Вот как чувствовал, что надо занимать спальню на первом этаже!

Его уложили в кровать, и через несколько минут в плечо что-то кольнуло. У Дэна была маленькая слабость, которую он тщательно скрывал: он боялся уколов и избегал их до последнего – но сейчас даже не обратил внимания. Что такое несчастный укол, когда у него огнем горят глаза? Следом за уколом на лицо легла прохладная ткань, и стало чуточку легче.

– Подождем несколько минут, пока подействует лекарство, а потом я осмотрю твои глаза, – сказала Лина, и Дэн почувствовал, как матрас прогнулся – она села рядом.

– Может, его в больницу? – предложил Стефан. – Один рабочий снегоход у нас есть.

– Не надо меня в больницу, – отозвался Дэн.

– Сначала я осмотрю его сама, – поддержала Лина. – Снегоход – не лучшее транспортное средство для таких травм.

Дэну наконец стало немного легче, по крайней мере, уже не хотелось отключиться от боли, и к нему вернулось привычное чувство юмора.

– Вы тут что, все вокруг моей постели собрались? – уточнил он. – Я завещание не писал, извините.

Он услышал, как Лина тихо прыснула рядом.

– Да что ты нам можешь оставить? – фыркнула Лу. – Тупой нож? Лучше расскажи, кто там тебя пугал в подвале? Раз мы выяснили, что это не я, интересно узнать, ты испугался мыши или паука?

Дэн уже открыл было рот, чтобы ответить в привычной манере, но вдруг передумал. Ведь по сути, рыжая права: если ее в подвале не было, то кого он слышал? Чьи следы видел?

– Призраков? – предположила Лу, когда он обо всем рассказал. – Хотя нет, Лина, ты же говорила, что они в дом не входят.

– Те, что я видела, в дом не входят, – уточнила та. – Но тут могут быть и другие.

– Но ты говорила, что они не агрессивные.

– Так ведь и не они ранили Дениса.

– Напротив, – подтвердил тот. – Кто-то похлопал меня по плечу, и я обернулся, получил ожог по касательной. Если бы не отвернулся, точно без глаз остался бы.

– В любом случае нам всем следует быть осторожнее, – заключил Стефан. – То, что произошло на съемках, не могло быть случайностью. Теперь уже очевидно.

В этом Дэн был с ним согласен. Дом не рад гостям и едва ли был рад предыдущим. Потому что Дэн был уверен, что что-то слышал. Да и котел едва не убил его. Кстати, о котле

– Мне кажется или пахнет теплом?

Лу быстро подошла к навесному радиатору, коснулась его рукой.

– Теплый, – с легким удивлением отметила она. – Дэн, ты починил!

Однако Дэн был уверен, что он ничего не чинил. Он только разбирался в том, что сломалось, и то до конца причину не выяснил. Котел заработал сам.