Текст книги "Воин"
![](/books_files/covers/thumbs_240/voin-6349.jpg)
Автор книги: Николь Джордан
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 3
Высокая ночная свеча трещала, ее мерцающий свет проникал за отодвинутый прикроватный полог, отбрасывая слабые тени, плясавшие по светловолосой красавице в постели. Ранульф, затаив дыхание, смотрел на мирно спавшую женщину.
Ее светлые волосы с медным оттенком, сверкающие и блестящие, разметались по обнаженным плечам, лаская мягкий холмик груди, выглянувшей из-под края шерстяного покрывала. Ранульф уловил тонкий аромат разгоряченного во сне женского тела – притягательный запах, задевавший его первобытные мужские инстинкты и вызывавший в нем желание, какого он никогда раньше не испытывал. На щеках Ранульфа заиграли мышцы от усилия сдержаться и не прикоснуться к Ариане.
Он видел жилку, слабо бьющуюся на ее белом горле. Он стоял там и упивался красотой Арианы. Светлая и совершенная. Изящная, как роза. Невинная и уязвимая, как дитя… Да только она не дитя, уже давно не ребенок…
Ранульфу хотелось дотронуться до нее.
Если она проснется, презрение в этих серебристо-серых глазах хлестнет его без всякой жалости.
И все же он не мог устоять перед искушением. Пересиливая себя, Ранульф провел пальцем по изгибу щеки, обвел хрупкую скулу и нежную впадину под ней. Она пошевелилась, и ее негромкий, едва слышный вздох прозвучал как мольба возлюбленной.
Перед глазами Ранульфа пронеслись эротические образы, и он сильно напрягся… Ариана содрогается и вытягивается под ним… Ариана хочет и вожделеет, приглашает его в свою постель, в свое лоно…
Губы Ранульфа скривились в горькой усмешке. Она никогда не пожелает, чтобы он прикоснулся к ней.
«Он не настоящий рыцарь. Он алчный притворщик низкого происхождения».
Он должен чувствовать облегчение оттого, что она считает их помолвку столь отвратительной. Должен радоваться, что ее неповиновение освободило его от любых обязательств перед ней.
И все же… в груди Ранульфа поселилась ноющая боль и еще какое-то более смутное ощущение путаницы.
«Хотела бы я никогда не слышать его имени!»
– Но ты уже услышала мое имя, демуазель, – сурово прошептал Ранульф.
С приглушенным вздохом он присел боком на высокую кровать, рядом со спящей нареченной. Осторожно отвел светлый густой локон от ее уха и прижал ладонь к изящному овалу лица, приготовившись разбудить ее.
Ее сон казался таким реальным. Нежное прикосновение к щеке… соблазнительное тепло ладони… блаженное, чувственное наслаждение лаской…
Нежная рука возлюбленного?
«Мой любимый, неужели ты все-таки приехал за мной?»
В сонном забытьи Ариана выгнулась, стремясь к чему-то безымянному. Ее тело словно запылало от желания. Веки стали такими тяжелыми… и все-таки она почти разглядела его… своего возлюбленного из снов… высокого и сильного, с божественным лицом и осанкой. Его пылкость была именно такой, какую она себе всегда представляла: неистовая… нежная… непреодолимая. Не открывая глаз, она попыталась прикоснуться к нему, но руки были словно прижаты к бокам.
Она буквально ощущала его тяжесть рядом с собой, слышала негромкое бормотание, а его рука медленно поглаживала ее щеку, нежно прикасаясь к губам…
Легкое давление становилось все настойчивее. Ариана в недоумении с усилием открыла глаза и заморгала, ослепленная пламенем свечи. Ночь еще не кончилась, однако парчовые занавеси кровати были раздернуты, впуская внутрь свет огромной свечи, горевшей всю ночь. А над самой Арианой нависала темная фигура с затененным лицом. Чужие теплые пальцы прижимались к ее губам.
– Не вздумайте кричать, демуазель, понятно?
Сон мгновенно прошел, вытесненный острым ощущением опасности. Ариана широко распахнула глаза и уставилась на незваного гостя. Это не возлюбленный из ее снов. И не одна из камеристок, пришедших разбудить ее. Это мужчина из плоти и крови, и его широкие плечи и могучее телосложение показались ей очень знакомыми.
– Понятно? – повторил он более настойчиво, ласково проводя большим пальцем по ее нижней губе.
Низкий хрипловатый голос тоже был знаком. Кажется, она совсем недавно слышала эти резкие интонации. В памяти всплыла темная фигура в капюшоне – но ему не хватало тонзуры, положенной духовному лицу.
– Сэр монах? – прошептала Ариана дрогнувшим неуверенным голосом.
– Не монах, леди. Черный Дракон Верней к вашим услугам.
– Нет… – Сердце Арианы, уже отчаянно колотившееся в груди, тревожно подскочило. Она лежала под одеялом нагая, уязвимая и безоружная, а ее мстительный жених бесстыдно сидел на ее собственной кровати.
Едва понимая, что делает, Ариана отчаянно метнулась на другую сторону кровати, стремясь ускользнуть от него, но запуталась в одеялах, а Ранульф быстро, как молния, схватил ее за голое плечо и удержал на месте, закрыв ей рот своей загрубевшей ладонью.
– Не кричите, – негромко приказал он. – Я не причиню вам вреда, если не будете сопротивляться. Вы понимаете меня?
Она скованно кивнула, и он убрал руку от ее рта. Пытаясь совладать с паникой, Ариана прерывисто вздохнула. Его испытующий взгляд был насторожен.
– Вы прекратите сопротивление, демуазель?
– А у меня… у меня разве есть выбор?
Жесткие черты его лица слегка смягчились в тусклом свете – Ранульф коротко усмехнулся:
– Никакого.
Его уверенность в собственном превосходстве была столь же пугающей, сколь и обоснованной. Ариана прекрасно понимала, что он с легкостью одолеет ее – как дракон, напавший на котенка. Если она решит сражаться, то лишь пострадает сильнее. И все-таки она не могла вот так смиренно сдаться…
Правая рука, кажется, свободна, смутно сообразила Ариана. Не раздумывая, она вслепую зашарила в поисках кинжала, висевшего у него на поясе, и, как по волшебству, наткнулась на него. Пальцы сомкнулись на рукоятке. Ариана резко отвела назад руку для удара.
Полированная сталь сверкнула в тусклом свете в нескольких дюймах от его лица, ко Ранульф был рыцарем, закаленным в боях, с инстинктами, отточенными, как лезвие бритвы. Его рука метнулась вперед, схватила Ариану за запястье и остановила удар. Он с легкостью вывернул смертоносное оружие из ее кулака и швырнул его за кровать.
Негромко ругаясь, Ранульф закинул обе руки Арианы ей за голову и навалился на нее всем телом, зажав ее, беспомощную, под собой. Ощутив на себе его вес, она потрясенно ахнула, и этот звук в тихой комнате показался особенно громким.
Ее сердце колотилось больше от гнева, чем от страха, но она не могла сопротивляться, не могла шевельнуться.
Их взгляды встретились, и между ними возникло странное понимание. Время словно остановилось… сменившись долгими, чувственными, трепетными чарами. Все наполнилось напряжением, опасностью… и еще чем-то.
Ариане показалось, что она тонет в мерцании глаз Ранульфа. Они враги, а не любовники. Он не будет целовать ее… Или поцелует?
Его взгляд опустился на ее губы, и он заколебался, словно раздумывая. Его глаза сузились, взгляд медленно пополз ниже, вдоль стройной шеи, ключиц, на обнаженную грудь… Ариана застыла и затаила дыхание. Выражение лица Ранульфа едва заметно изменилось.
Никогда раньше Ариану не смущал обычай спать без одежды – так поступали и аристократы и слуги, но сейчас она отчаянно желала, чтобы на ней была хотя бы сорочка, прикрывавшая наготу.
Она нервно попыталась опуститься чуть пониже в бесплодной попытке спрятать наготу под одеялами, но Ранульф не дал ей этого сделать, прижав сильнее своим телом.
Он снова поднял глаза, и слабая усмешка тронула его губы.
– Должен признать, демуазель, это со мной впервые. Никогда раньше девица, лежащая подо мной в моей постели, не пыталась заколоть меня… или похитить мой кинжал. Обычно женщины интересуются только наслаждением, которое я им дарю.
Не осмеливаясь дышать, Ариана посмотрела в его затененное лицо, изучая суровые черты. Его иссиня-черные волосы, густые и блестящие, упали вперед, на лицо, прикрывая его рельефные скулы.
– З-зачем вы пришли? – дрожащим голосом спросила Ариана, натягивая на себя одеяла, чтобы спрятаться от его глаз. – Что… чего вы от меня хотите?
Жаркий блеск его глаз помрачнел.
– Ваши владения, демуазель, всего лишь. Я прибыл сюда, чтобы заявить свои права на собственность вашего отца, которая теперь стала моей.
– Вашей?
– Да, моей. Отданной мне по декрету короля Генриха.
– Вы хотите сказать «украденной»?! – Бессилие вынудило ее неблагоразумно наброситься на него. – Отнятой хитростью! Вы прокрались в Кларедон как вор, прикинувшись ни много, ни мало слугой Божьим! Это богохульство!
Он встретил ее гневные обвинения холодной усмешкой.
– Возможно. Я не беру силой то, что могу взять разумом.
– Или вероломством.
– Если бы вы сдались моему вассалу, Фицосберну, мне не пришлось бы прибегать к таким ухищрениям.
– И как вы намерены поступить?
– Для начала потребовать сдачи гарнизона замка. Сомневаюсь, что ваши люди захотят рисковать вашей жизнью. Как только они поймут, что их леди у меня в руках, они быстро сложат оружие…
– Вы настолько трусливы, что готовы воевать, прикрываясь женщиной?
– Остерегитесь, демуазель. – Жесткий голос внезапно зазвучал угрожающе. – Вы обвиняетесь в измене. Вы можете быть повешены, и никто слова против не скажет.
Ариана молчала. Ранульф протянул руку и мягко сомкнул пальцы у нее на горле, заставив ее поднять подбородок. Эти длинные, затвердевшие в битвах пальцы с легкостью могут отнять у нее жизнь, с вновь нахлынувшим ужасом поняла Ариана. Она слышала, как безумно колотится ее сердце, пока золотистые глаза Ранульфа всматривались в ее глаза.
– Не сопротивляйтесь, демуазель. Вы не сможете победить.
Аркана до боли закусила губу. Она знала, что это вовсе не праздное хвастовство. В этом закаленном мускулистом теле скрывалась мощь двоих обычных мужчин.
Он отпустил ее горло и откинулся назад, опершись на руку.
– Одевайтесь.
– Зачем? – дрожащим голосом спросила она.
– Потому что я так приказал. И потому, что вам наверняка не захочется маршировать в голом виде перед своими слугами, чтобы они на вас пялились. – Он вскинул темную бровь. – Подобное отношение вполне подходит изменнику, но я готов пощадить ваше достоинство, если вы с подобающим смирением примете свое поражение.
Ариана попыталась взять шерстяное покрывало, чтобы прикрыть наготу, но Ранульф накрыл ее руки своей ладонью. Глядя в ее испуганные глаза, он выдернул покрывало из ее рук.
– Между нами не требуется подобная скромность.
Ее глаза расширились.
– Вы собираетесь смотреть? – недоверчиво спросила она.
– Конечно. Я должен. Я не доверяю вам и не выпущу из виду. – Снова вспыхнула эта раздражавшая ее улыбка. – Правда, я не считаю это такой уж трудной обязанностью. Мне всегда доставляло огромное удовольствие смотреть, как привлекательная женщина покидает свою постель, разрумянившись ото сна – или от более интересного занятия. – Ариана не двинулась с места, и Ранульф добавил: – Я что, должен одеть вас сам, демуазель? Заверяю вас, вам не понравятся мои услуги.
Ариана стиснула зубы и заставила себя отбросить в сторону остальные одеяла – сложная задача, поскольку Ранульф на них сидел, – и выскользнуть с постели, откинув полог с другой стороны кровати. Однако надежды на уединение мгновенно завяли: Ранульф лениво наклонился и раздвинул занавеси.
Прикладывая отчаянные усилия, чтобы сдержаться, Ариана потянулась за шерстяным блио, не утруждая себя надеванием нижней туники. Натянув блио через голову, она разгладила юбку и попыталась затянуть шнуровку по бокам. Потом надела чулки, всунула ноги в башмаки и вызывающе повернулась к Ранульфу.
Когда Ариана заговорила, голос ее почти не дрожал.
– Что теперь?
– Вы будете моей заложницей, – ответил Ранульф, поднимая кинжал, который она попыталась у него похитить, и вставая с кровати с грацией, удивительной для такого крупного мужчины. – Поручителем хорошего поведения рыцарей вашего отца.
Несколько мгновений Ранульф постоял, глядя на нее сверху вниз, в раздумье нахмурившись. Потом медленно поднял руку, очень нежно погладил Ариану по скуле, словно пытался приободрить ее, и ласково пробормотал:
– Когда ты хорошенько подумаешь, то поймешь, что это лучший выход.
– Лучший для кого? – с горечью отозвалась Ариана.
– Для тебя… для твоих людей. Для моих людей. Иначе здесь начнется кровопролитие. А я смогу лучше служить моему королю, если не буду терять людей в ненужных сражениях. А теперь скажи, где спит командир вашего гарнизона. Рыцарь по имени Саймон.
– Вы… не причините ему вреда?
– Нет, если он не захочет сразиться со мной. Он человек разумный, и с ним можно решить вопрос о сдаче замка. Если он поведет, остальные последуют за ним. Отведи меня к нему, демуазель, и чтобы ни звука! Я не хочу всполошить весь замок.
Покои Арианы находились на четвертом этаже массивной каменной башни. Сразу под ними, на третьем этаже, были покои лорда и большое помещение, служившее мастерской женщинам Кларедона. В основном там пряли, ткали и шили. Второй, основной этаж почти весь занимал большой зал, центр деятельности любого замка, а на первом этаже, в который нельзя было попасть со двора, располагались кухня и кладовые. На стенах в кольцах висели факелы, освещавшие им путь вниз по винтовой каменной лестнице башни. Ни один часовой не встретился им по дороге, чтобы освободить ее. Ариана думала об этом со все возрастающим гневом, пока не вспомнила, что все, кто не спит, охраняют крепостные стены на случай нападения Черного Дракона.
В большом зале тоже царила тишина, разочарованно заметила Ариана. После волнений дня прислуга и невольники спали на тюфяках, положенных вдоль стен. И когда из-под каменной арки вынырнула тень, Ариана едва не вскрикнула.
Это просто юноша, сообразила она тут же, но в руках, у него сверкал меч.
– Милорд, – заговорщически прошептал юноша. – Я нашел оружие, как вы и приказали.
Ранульф засунул кинжал обратно в ножны, взял меч и взвесил его на руке.
– Отлично, Берк. Можешь сопровождать меня. Ты мне нужен.
– Да, милорд. – В голосе юноши слышалось рвение.
– Где спит рыцарь Саймон? – обратился Ранульф к Ариане.
– Я точно не знаю, – уклончиво ответила она.
Его пальцы слегка сжались.
– Предупреждаю только один раз, демуазель. Никогда, никогда не лги мне. – Лицо снова сделалось суровым, глаза – ледяными.
Внутренне содрогаясь, Ариана посмотрела ему в глаза:
– Ищите сами. Я показывать не буду.
Ранульф смотрел на нее с возрастающим гневом и невольным уважением. Она выводит его из себя, но при этом он вынужден восхищаться ее отвагой.
– Милорд, – взволнованно вмешался Берк, – человек по имени Саймон не входил в зал. Но внизу, во дворе, находится склад оружия и бараки для воинов. Может быть, он спит там, с ними?
Ранульф стиснул зубы и коротко кивнул. Спустив Ариане с рук неповиновение, он приказал Берку принести факел.
Она медленно облегченно выдохнула. Когда Ранульф повел ее в холл, ведущий к главному выходу, она попыталась упереться, но он крепче сжал ее руку, вынудив Ариану подлаживаться под его большие шаги.
Они спустились по внешней лестнице башни во двор, и ночной ветер охладил ее лицо, но задрожала она не из-за этого, а от страха. Слишком быстро они пересекли большой внутренний двор, и подошли к нескольким деревянным строениям, в которых располагались конюшни и бараки для войска.
Ариана подошла к баракам со все возрастающим страхом, молясь про себя, чтобы Саймон патрулировал крепостные стены. Когда Ранульф заколотил по деревянной двери рукояткой меча, Ариана набрала полную грудь воздуха. Дверь распахнулась. Ариана пронзительно закричала:
– Саймон, беги, умоляю! Это ловушка!
Она услышала громкую брань Ранульфа, а сразу следом клацанье оружия и топот обутых ног. Почти мгновенно их окружила толпа мужчин, ощетинившихся оружием, в соотношении двадцать к одному.
Дюжина лучников подняли натянутые луки, нацелившись в спину Ранульфа, и тот прижал лезвие меча к горлу Арианы.
– Если вы думаете о своей леди, то сейчас же бросите оружие. – приказал он.
Старший рыцарь ее отца, без шлема, но в кольчуге, медленно прошел в дверь, опустив меч.
Его взгляд метнулся с Арианы на Ранульфа. Поняв его смертельное намерение, Саймон спросил:
– Каковы твои условия?
– Я пощажу ее в обмен на полную капитуляцию замка.
– У наших ворот стоит войско. С какой стати я должен сдавать замок тебе?
– Потому что это мое войско. Я лорд Верней.
В толпе забормотали и стали слышны удивленные шепотки:
– Черный Дракон!
Саймон уставился на него, начиная понимать:
– Монах?
– Умный вывод. Но к несчастью для Кларедона, твоя проницательность запоздала.
Ариана стиснула зубы. Она знала, что бессильное разочарование, которое сейчас испытывал Саймон, отражалось и на ее лице. И видела, как он колеблется.
– Ты прикажешь своим рыцарям сдаться, – более настойчиво повторил Ранульф.
– Ты пощадишь их жизни? – спросил Саймон.
– Я предлагаю великодушные условия. Подчинившиеся смогут выкупить свою свободу. Те, кто откажется… – Он не договорил.
– А миледи? – настаивал рыцарь. – Что будет с ней?
– Если она полностью подчинится мне и признает меня как лорда, ей не будет причинен вред.
Ариана сильно закусила губу. Она не могла просто так, по требованию Ранульфа, изменить свои взгляды; она была верна отцу.
– Саймон, не обращай внимания на его угрозы, – с тихим отчаянием сказала Ариана. – Их всего двое. Вы их одолеете.
Рыцарь покачал головой:
– Простите, миледи. Я не смогу жить, если допущу, чтобы с вами что-то случилось.
Едва он произнес эти слова, оруженосец Ранульфа предупреждающе крикнул:
– Милорд, сзади!
Быстро как молния Ранульф обернулся назад, отняв меч от горла Арианы, и поднял его, чтобы отразить удар, направленный ему в голову. Клацнула сталь, он сумел удержать подобравшегося к нему сзади рыцаря в доспехах и нанес удар сам.
Теперь Ранульф повернулся к своему противнику полностью, опасно балансируя на пятках. Защитить себя от внезапного нападения было проще, чем одновременно удерживать Ариану и ограждать ее от опасности.
Его мастерство в очередной раз сослужило ему хорошую службу. Своевременный выпад, рубящая защита, и он уже перешел в наступление. Еще один разящий удар, и Ранульф проткнул рукав кольчуги рыцаря. Закричав от боли, тот выронил меч и зажал кровоточащую рану.
Даже не запыхавшись, Ранульф вновь приставил меч к горлу леди Кларедон и свирепо посмотрел на ее старшего вассала:
– Спрашиваю в последний раз – вы сдаетесь?
Саймон, кинув на Ариану печальный взгляд, кивнул. Он приказал своим людям сложить оружие, и Ариана в тоске опустила голову, не в силах выдержать мучительный позор своего поражения.
В оцепенении, ощущая нереальность происходящего, она слышала, как Ранульф отдает приказы, касающиеся расположения войска. Очень скоро его помощник, Берк, собрал вместе всех воинов Кларедона и загнал их в пустой склад, закрыв снаружи дверь на засов.
– Теперь мост, – потребовал Ранульф у Саймона. – Ты велишь опустить его для моего войска.
Не споря, Саймон пошел впереди через внутренний двор с факелом в руке. Ранульф с Арианой шли следом, оруженосец Берк замыкал шествие. Часовой у ворот заартачился, но быстро сдался, после того как Саймон кратко сообщил ему об угрозе для жизни леди.
Пройдя сквозь ворота, небольшая группа медленно двигалась через переполненный внешний двор, и с пути Черного Дракона поспешно убирались и невольники, и животные.
В воздухе повис густой страх: слухи о том, что происходит, распространились по замку, как лесной пожар.
Ариана в темноте споткнулась, но Ранульф, обнимавший ее за талию, с легкостью удержал ее. Она беспомощно смотрела, как Саймон приказывает часовым спуститься с крепостных стен и опустить мост, резко обрывая тех, кто начал протестовать. Ее последняя надежда умерла, когда по распоряжению Ранульфа они с Саймоном поднялись по каменным ступеням вверх на стену, откуда открывался вид на ворота. Вдалеке мерцали огни походных костров войска Ранульфа.
Цепи моста громко заскрежетали в ночи. Видимо, это был сигнал для людей Ранульфа, потому что на темной линии горизонта почти мгновенно появился отряд рыцарей и воинов, похожих на тени. Колонна на гарцующих конях приближалась, в отблесках пламени факелов Ариана уже могла разглядеть алое знамя лорда Вернея, развевающееся в воздухе, словно насмехаясь над ней. Мысленным взором она даже видела на нем грозный герб – черное тело дракона, стоявшего на задних лапах.
Колонна остановилась. Ранульф громко приветствовал своего старшего вассала, услышав в ответ триумфальные крики.
– Тебе все удалось! – воскликнул Пейн Фицосберн.
– А ты сомневался?
– Нет, лорд. Я знал, что все получится.
Продолжая удерживать Ариану, Ранульф мечом указал вниз, на ворота:
– Можете войти в мои новые владения. И поспешите. Прежде чем мы объявим о новой победе, нужно многое сделать.
Лошадиные копыта прогрохотали по деревянному мосту, следом послышался топот пеших ног – войско входило в замок. Когда зашел последний человек, Ранульф ощутил, что женщина в его руках обмякла, опустила голову и жизнь как будто покинула ее.
И только тогда Ранульф отпустил свою добычу – леди Кларедон выполнила свою задачу, послужив его целям. Он отлично видел, что по ее щекам струятся слезы, но намеренно игнорировал как их, так и собственный непостижимый порыв утешить ее. Женские рыдания не должны поколебать его решимости.
– Что вы теперь намерены делать? – услышал он ее тихий вопрос.
– Обеспечить безопасность замка.
– А потом? Вы сдержите свое слово и сохраните жизни наших воинов?
Ранульф кинул взгляд на Саймона, с угрюмым лицом прислушивавшегося к их разговору.
– Мое слово – это моя честь. А ты сдержишь свое и поклянешься мне в верности, демуазель?
Ариана молчала. Она не обещала Ранульфу, что принесет такую клятву, и не собиралась этого делать. И все же ей казалось, что сейчас не самый подходящий момент сообщать ему об этом. Лорд Верней пристально наблюдал за ней, его янтарные глаза были жестки и непреклонны.
– Теперь я здесь лорд, – напомнил он. – Кларедон мой. Ну же, – добавил он нетерпеливо. – Мои люди устали. Сегодня они прошли больше двадцати миль и заслужили отдых.
Угрожая мечом, он заставил Ариану и Саймона спуститься вниз по ступеням во двор и приставил к ним часового. Его рыцари уже разошлись по замку. Ранульф подозвал к себе Пейна Фицосберна, чтобы посовещаться насчет содержания под стражей всех пленных воинов и здоровых, крепких невольников.
– Только обращайся с ними мягко, Пейн, – предупредил его Ранульф достаточно громко, чтобы Ариана услышала. – Я не хочу неприятностей.
Ариана медленно подняла голову. Приставленный к ним часовой обращал больше внимания на суету во дворе, а не на своих пленников.
Осторожно поглядывая на часового и на лорда, Ариана приблизилась к Саймону. Низко склонив голову, словно всхлипывая, она сделала вид, что ищет у него утешения, и настойчиво прошептала:
– Саймон!
– Да, миледи? – шепнул он в ответ.
– Ты должен как-то бежать отсюда… мчись на север, предупреди отца, зови его на помощь.
Его ответ ей не понравился.
– Нет… я не могу оставить вас здесь… ни в коем случае, да еще на милость лорда Вернея.
– Ты должен, и быстро. У нас не так много времени. Ты слышал, что сказал лорд Ранульф. Мы будем его пленниками, под строгой охраной. Это наш единственный шанс. Отправляйся, сообщи отцу, что произошло. Может быть, он сумеет собрать достаточно сил и вернется, чтобы спасти нас.
– Но, миледи!..
– Прошу тебя, Саймон! Смотри, тут есть пятьдесят оседланных коней. Ты можешь вскочить на одного и моментально промчаться по мосту. Люди Ранульфа и опомниться не успеют.
Он все еще колебался. Ариана подняла голову и умоляюще посмотрела на него:
– Пожалуйста, Саймон! Я умоляю тебя. Это наш единственный шанс. Я отвлеку их как сумею.
Саймон протянул еще несколько драгоценных секунд Ариана ждала затаив дыхание. Он медленно попятился назад, к воротам замка.
С сильно бьющимся сердцем Ариана пошла вслед за ним, на ходу пытаясь расстегнуть драгоценную брошку, которой обычно скрепляла края накидки.
Краем глаза она увидела, что Саймон остановился около боевых коней, за которыми приглядывал скучающий паж. Она осторожно придвинулась еще ближе. Саймон незаметно взялся за гриву крепкого гнедого и приготовился оседлать его. По его кивку Ариана вонзила булавку от брошки в круп ближайшего коня и произнесла короткую, но страстную молитву.
Словно в ответ на ее молитву, начался хаос. Пронзительно заржав от боли, животное рванулось в гущу сородичей, вынудив еще одного жеребца подняться на дыбы и начать молотить воздух передними ногами. Встревоженный грум закричал.
В этот момент Саймон прыгнул в седло, повернул коня, свирепо пришпорил его и, низко пригнувшись, перемахнул через ворота.
Ариана, уворачиваясь от молотивших воздух копыт, с ужасом обернулась, чтобы взглянуть на Ранульфа. И как раз вовремя – один из лучников уже наложил стрелу и натянул тетиву. С отчаянным криком Ариана бросилась вперед и подняла вверх руки, подставляя себя под выстрел, с единственной мыслью – защитить отцовского вассала и дать ему возможность скрыться.
Она услышала гневное ругательство Ранульфа, перекрывшее весь шум и гам, и увидела, как он метнулся вперед и выбил лук из рук воина. Тетива зазвенела, и стрела, подрагивая, косо вонзилась в землю в каком-то ярде от Арианы.
С бьющимся в самом горле сердцем Ариана, дрожа, ждала, когда лорд Верней подойдет к ней. Он отдавал приказы полудюжине своих людей – погнаться за беглецом и поймать его.
Они оседлали коней и поскакали выполнять его приказ.
– Пейн! – внезапно рявкнул Ранульф, заставив Ариану подскочить на месте.
– Да, милорд?
– Держи ее крепче.
Новая волна ужаса подкатила к горлу, когда вассал послушно зашел Ариане за спину и схватил ее за руки. Боже милостивый, неужели Ранульф решил в наказание запороть ее до смерти?
Он все стоял, сжимая кулаки, словно мог сдержаться только мощным усилием воли.
– Отведешь эту женщину в башню и запрешь в ее комнате.
– В ее комнате, Ранульф? Не в подземелье?
– Она женщина, – хмуро бросил он, словно это все объясняло. – И я не хочу без необходимости волновать ее людей. Поставь у дверей часового и убедись, что она не сможет бежать. Ей ни на йоту нельзя доверять.
Пейн вскинул бровь, но согласно кивнул. Поманив за собой двоих воинов, он несильным толчком заставил Ариану шагать перед собой. Она с трудом удержалась, чтобы не вздрогнуть, проходя мимо лорда Вернея, и гордо вздернула подбородок, прекрасно понимая, что не одурачила его своей бравадой.
Заметив в толпе своего сводного брата Гилберта, а также священника Кларедона, отца Джона, беспомощно стоявших среди зевак, Ариана слабо улыбнулась им, желая подбодрить. Однако к тому времени как они добрались до четвертого этажа башни, где столпились все ее перепуганные женщины, Ариана уже заметно дрожала. Все же она сумела сказать им несколько успокаивающих слов, посоветовав сохранять спокойствие и подчиняться захватчикам, но напряжение и страх последних часов уже сыграли свою изматывающую роль. Она почти с благодарностью восприняла заключение в своей комнате.
– Признаюсь, я поражен снисходительностью Ранульфа, демуазель, – произнес Пейн таким загадочным тоном, что Ариана не поняла, то ли он удивлен, то ли сильно недоволен.
– Снисходительностью?
– Да. Считайте, что вам крупно повезло. Будь вы мужчиной, навряд ли вы остались бы живы после того, что натворили. По меньшей мере, Ранульф велел бы вас высечь.
– Будь я мужчиной, – с горечью парировала Ариана, – Кларедон не пал бы так легко.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?