Текст книги "Агата Кристи. Мир без тайн. Маленькие рассказы о большом успехе"

30. Арчи

Как трудно порой отличить влюблённость от настоящей любви…

Шёл 1914 год. Приближалась война, хотя об этом ещё никто не знал. Регги служил в Гонконге и писал Агате страстные письма. Агата аккуратно ему отвечала, думая о будущем замужестве, как о чём-то очень далёком.

Она по-прежнему посещала танцевальные вечеринки. Однажды друзья сообщи ей – на ближайшую вечеринку придут молодые офицеры местного гарнизона. Будет очень интересно. И Агата не стала упускать такую возможность.

Её пригласил на танец красивый самоуверенный блондин по имени Арчибальд Кристи. В отличие от других офицеров он был в армии без году неделя, а потому сохранил все привычки гражданского человека – то есть не хвастался военными подвигами и поговорить мог о чём угодно. К тому же он был лётчиком, в те времена – небывалая редкость.

Арчи тут же взял Агату в оборот. Во-первых, он признался, что она необыкновенно красива, и он не может отвести от неё глаз. Во-вторых, сообщил, что ему абсолютно наплевать на её помолвку с Регги – если мужчина хочет удержать любимую, он должен, как минимум, её удерживать. В-третьих, он признался, что Агата танцует лучше, чем он, а потому просит девушку дать ему урок танца.

Они встретились на следующий день. А через день Арчи признался Агате в любви. А она – ему.

И это была уже не влюблённость. Это была – любовь.

31. Отставка

– Мама, я должна с тобой поговорить…

– В чём дело, Агата? Что случилось.

– Я больше не люблю Регги.

– О, господи… Как это – не любишь? Вы поссорились?

– Нет, мы не поссорились. Просто я полюбила другого.

– Агата, девочка моя… Когда ты успела полюбить? И – кого?

– Успела, – Агата засмеялась и обняла мать. – Это Арчибальд Кристи, лётчик. Мы с ним познакомились три дня назад.

– И что? – Кларисса обмерла, страшась услышать то, чего никак не хотела услышать.

– Не беспокойся, мама, всё в рамках приличий. Просто мы любим друг друга. И я хочу стать его женой.

Кларисса опустилась в кресло. Теребя платок, она растерянным взглядом металась по комнате, не в силах сосредоточиться.

– Подожди, Агата, давай всё по порядку… Кто он?

– Лётчик. Очень интересный человек, – ответила Агата.

– Он хотя бы состоятельный человек? У него есть деньги?

– Одиннадцать фунтов и двадцать пенсов. Он показывал мне сам, – засмеялась Агата.

– Час от часу не легче, – вздохнула Кларисса. – Что же теперь будет?

– Ничего. Мы дождёмся, когда Арчи закончит службу и поженимся.

– А как же Регги?

– Регги получает полную отставку. Я расторгаю помолвку.

– Ох, Агата… Надеюсь, ты уверенна в том, что ты делаешь, – ответила мать.

Она привыкла доверять дочери. Агата же была её… повторением.

32. Писатели Мак Миллер, Натаниэль Миллер и Сидни Уэст

В те годы Агата уже вовсю писала рассказы, соревнуясь… с кем бы вы думали? С собственной матерью! Да, Кларисса Миллер и стала той «лакмусовой бумажкой», что проявила литературный талант дочери. Они обе писали мистические рассказы и обе не могли их толком нигде напечатать, кроме провинциальной периодики.

Свои ранние (написанные, заметим, до 1920 года, когда Агата издала первый детективный роман, принёсший ей успех – «Таинственное происшествие в Стайлз») работы Агата подписывала разными псевдонимами, неизменно мужскими. Так на свет появились, а потом безвозвратно исчезли Мак Миллер, Натаниэль Миллер и Сидни Уэст.

Почему псевдонимы были мужскими? Потому что литература дело мужское – в этом были уверены издатели любой страны мира, в том числе и Англии. Редкие исключения лишь утверждали общее правило. У работы, подписанной женщиной, шансы на публикацию были ничтожны.

Впрочем, Агата серьёзно к своему увлечению литературой не относилась. Арчи вовсе не замечал её писательства, даже тогда, когда книги Агаты стали приносить ощутимые деньги, а сама она вошла в список наиболее перспективных английских авторов.

Для Агаты эти рассказы были лишь литературной игрой – общей для неё самой, матушки Клэр и сестры Мэйдж (которая тоже писала рассказы). И псевдонимы Агаты были скорее, шуткой. Иначе мы бы сейчас говорили не о писательнице Агате Кристи, а о каком-нибудь Сидни Уэсте, который на самом деле был… женщиной.

33. Агату никто не печатает

Первый рассказ Агаты «Дом красоты», написанный в 1908 году, долгие годы оставался её единственным опубликованным произведением. И не в «большой» литературной прессе, а в маленьком провинциальном журнале «Поэтри ревью». Остальные пять или шесть рассказов, как и первый роман «Снег в пустыне», были опубликованы лишь десятилетия спустя, когда Агата Кристи уже была всемирно известной писательницей (она сама включила ранние рассказы в свои сборники).

Вторым рассказом стал «Пёс смерти», в котором описывается феномен воздействия на человеческую психику только что изобретённого и набирающего популярность радио. Это был, скорее, фантастический рассказ, чем мистический. Агата искала себя в различных жанрах, не удаляясь, впрочем, слишком далеко от того, что писали её старшая сестра Мэйдж и матушка Кларисса.

Третий рассказ – «Загадка Ситтафорда». Первоначальное название было иным, Кристи изменила его при подготовке к публикации, состоявшейся спустя годы. В нём описывались ужасы спиритического сеанса.

Четвёртый рассказ без названия. Он опубликован так и не был, оставшись в черновиках. В нём Агата описывала некий диалог между «глухой дамой и нервным мужчиной».

Пятый рассказ «Маленький одинокий бог» тоже остался в черновиках.

Наконец, первый роман…

Всё это Агата аккуратно перепечатывала, упаковывала в почтовые конверты и рассылала по издательствам. И отовсюду получала решительные отказы.

34. Старый аптекарь

Летом 1914 года Агата вдруг приняла неожиданное решение – она захотела заняться фармакопеей. И поступила на службу помощником старого аптекаря, слывшего большим специалистом по ядам. Это было странное решение и странное время. Но Агате нравился старый аптекарь и его таинственное искусство.

Старик был, конечно, профессионалом высшего класса, но внимательная Агата однажды обнаружила, что аптекарь страдает рассеянностью. Смешивая ингредиенты, он частенько путал пропорции. И вместо лекарства у него получалось смертельно опасное снадобье.

Читая учебники фармакологии и тщательно записывая все наставления старого аптекаря, Агата знала, какое лекарство в каком случае может представлять опасность. И, заметив, что аптекарь всё перепутал, решила исправить его оплошность. Как это сделать, не обижая учителя? Агата сделала вид, что нечаянно смыла этикетки с нескольких пузырьков с готовыми снадобьями. Затем она написала новые этикетки и наклеила их на пузырьки уже сообразно назначению лекарств.

В другой раз аптекарь показал Агате пузырёк с тёмной жидкостью. Это был яд кураре, с которым старик не расставался. Он говорил, что с этим пузырьком чувствует себя сильным.

Занятия фармакологией пригодились Агате и в реальной жизни (причём, очень скоро), и в её литературной работе. Впрочем, ни о том, ни о другом она пока не подозревала.

35. Война

Началась мировая война…

Беспечное мирное время с вечерними танцами и встречами с офицерами гарнизона, расквартированного в Торки, закончилось. Закончились и регулярные встречи Агаты с Арчи. К тому времени он получил удостоверение пилота и тут же был мобилизован в Королевские военно-воздушные силы. Агата устроилась в лондонский госпиталь, куда из-за Ла-Манша уже везли первых раненных.

Изменилось всё. Агата бывала дома всё реже и реже, целыми днями пропадая в больнице. Арчи наведывался к ней крайне редко – в военное время выбить увольнение было очень непросто. К тому же Арчи ждал со дня на день отправки на прифронтовой аэродром.

Агате поручили больничную аптеку. Попутно она помогала врачам проводить операции, ухаживала за раненными, делала перевязки. Вид крови её уже не пугал. Привыкла она и виду искалеченных молодых тел – насколько к этому, вообще, можно было привыкнуть.

Когда она возвращалась домой, матушка спрашивала её:

– Ну как твои дела, Агата?

– Всё хорошо, мама, всё хорошо, – отвечала Агата.

Она прекрасно представляла, в какой ужас пришла бы матушка, узнав, что сегодня Агата присутствовала на тяжёлой полостной операции, убирая за хирургами тазы с окровавленными внутренностями.

Война не щадит никого. В эти тяжкие дни Агата окончательно повзрослела. Это была уже не та болезненно стеснительная девочка, едва ни падавшая в обморок, стоило с ней кому-то заговорить. Она превратилась в молодую сильную женщину.

36. Лётчик

Если Агата, наблюдая страдания раненных и слёзы вдов, потерявших своих мужей, воспринимала войну как беду, то Арчи рвался в бой, как мальчишка, и к войне относился, как к смертельно опасному, но всё же приключению.

Летчик из него получился великолепный. В те годы пилоты немногочисленных истребителей были аристократами войны, бойцами высшего класса. Принадлежать к этой касте избранных было и почётно, и опасно – фанерный самолёт, летающий на небольшой высоте и с небольшой скоростью можно было сбить выстрелом винтовки. Судьба берегла Арчи от подобных неприятностей. Он выходил победителем из всех воздушных дуэлей с ведущими асами Германии, которые считались лучшими в годы Первой мировой войны.

Отдавая должное Арчи Кристи, заметим, что он не расписывал в письмах невесте свои подвиги – реальные или мнимые. И об опасностях, которые грозили её любимому во время воздушных боёв, Агата узнала случайно от других людей и спустя много лет после окончания войны. О героизме Арчи говорили лишь ордена и медали, которые он получал от командования. Когда молодой офицер вернулся в Торки, получив краткосрочный отпуск, его грудь была увешана военными наградами.

Однажды Агата спросила жениха:

– Арчи, тебе не страшно летать?

Он посмотрел на неё долгим внимательным взглядом и серьёзно ответил:

– Бывает, Агата. Но это же война…

37. Специалист по ядам

В зрелые годы писательница Агата Кристи много раз возвращалась к профессии, которой посвятила молодые годы – фармацевта. Дело в том, что в своих детективных романах она «любила» умерщвлять своих персонажей именно ядами. Огнестрельных и прочих ранений в её романах заметно меньше. Кристи даже говорила, что не любит вида крови. А яд – относительно «чистый» способ убийства.

Конечно, всё это условности. В романах Кристи, ни в одном и них, убийство не представляет самостоятельной ценности, не смакуется и не расписывается с натуралистичными подробностями. Убийство – повод к расследованию, один из незаменимых атрибутов жанра. Нет убийства, нет детектива…

Так вот, уже в семидесятые-восьмидесятые годы прошлого столетия двое немецких врачей Фолькмар Шнайдер и Бенно Риссельман проанализировали романы Агаты Кристи с целью выявить её профессиональный уровень, как фармаколога. Они установили, что наряду с мышьяком и цианистым калием в романах писательницы фигурируют стрихнин, соляная кислота и талий, редкий металл, выделенный в 1896 году и впервые использованный в качестве яда в 1897 году. Талий использован Кристи в «Вилле Белый Конь», написанной в 1961 году. В 1997 году этот роман помог диагностировать заболевание девочки, поступившей в больницу Лондона с таинственным заболеванием.

Вывод немецких врачей однозначен – английская писательница была великим специалистом в области ядов.

38. Свадьба

Шла война, и влюблённые никак не могли увидеться. Они засыпали друг друга пачками писем, признавались в любви и мечтали о том дне, когда Арчи дадут отпуск и он приедет из воюющей Франции в родную Англию… Этот день настал. В декабре 1915 года Арчи Кристи получил долгожданный отпуск.

Они провели вместе три волшебных дня. И успели трижды смертельно разругаться и помириться. Агату обидел подарок жениха – изящный дамский несессер.

– Куда я его буду брать? В госпиталь, чтобы пользоваться этой безделицей среди окровавленных бинтов? – возмущалась она.

– Ну, тогда выброси его, – отвечал Арчи.

– Выбросить? – в ужасе восклицала Агата.

И ссора разгоралась с новой силой.

Наконец, они не выдержали. Всё, что они хотели в эту минуту – побыстрей стать мужем и женой. Они и ругались лишь от того, что без ума любили друг друга.

Свадьбу сыграли ещё до рождества, уговорив сельского священника. Две положенные для такого события недели, необходимые для оформления документов, они ждать не могли.

На свадебной церемонии невеста была одета в плащ и фетровую шляпу, а жених – в воинский мундир. На второй день после венчания, состоявшемся в родном городке Арчи, молодые приехали в Торки. Матушка Кларисса едва ни упала в обморок, узнав о поспешном замужестве дочери.

А ещё через день Агата уехала в Лондон в свой госпиталь, а Арчи вернулся во Францию. В следующий раз молодые супруги увиделись только через полгода.

39. Рождение дочери

Закончилась война. Вернулся с фронта Арчи. И молодые зажили, как настоящие муж и жена…

Арчи получил выгодное назначение в Министерство авиации в Лондон. Вместе с ним поехала конечно же и Агата – теперь уже не Миллер, а Кристи. Жили по различным углам, снимали дешёвые квартиры, нигде надолго не задерживаясь. И скоро Агата поняла – она беременна. Эта новость стала для Арчи неожиданностью, хотя Агата давно говорила, что хочет ребёнка. Во время отпусков Арчи она всякий раз ждала, что вот-вот забеременеет, да всё как-то не получалось. А когда это случилось, оказалось, что муж Агаты ещё не так хорошо зарабатывает, чтобы содержать семью.

Рожать Агата отправилась к матери в Эшфилд. Всё обошлось благополучно – 5 августа 1919 года на свет появилась девочка, которую назвали Росалинд Маргарет Кларисса.

Арчи оказался хорошим отцом. Он с удовольствием нянчился с малышкой, искренне её любил, заваливал подарками. И вообще, Агата считала, что ей несказанно повезло – она очень любила мужа и считала, что у него попросту нет серьёзных недостатков. На его болячки (после фронта у Арчи развилось желудочное заболевание) она не обращала внимания. Всё утрясётся – главное, что они уже вместе…

Спустя две недели после родов Агата собралась в Лондон подыскивать новую квартиру, которая должна была стать первым семейным гнездом молодых супругов.

40. Эддисон Мэншен 96

Они поселились в небольшой квартире на Эддисон Мэншен в доме под номером 96. Это была скромная по размерам и небогато обставленная квартира под номером 25. Тех 500 фунтов в год, что зарабатывал Арчи, 100 фунтов наградных, да 100 фунтов вклада Агаты (наследства, полученного ею от дедушки) хватило лишь на самое основное и на то, чтобы нанять няню и прислугу. Автомобиль, о котором мечтал молодой отставник, был семейству Кристи не по карману.

Привязанная к Эшфилду, Агата Кристи чувствовала себя на новом месте одинокой. У неё не было друзей. А Арчи подолгу засиживался на работе, стараясь побольше заработать и продвинуться по службе.

В Эшфильде она могла позволить себе самые невероятные проделки. Однажды, будучи уже замужней дамой, Агата устроила в фамильном имении «бал пуделей». Это был маскарад, на который пригласили всех родственников и друзей. При этом все должны были одеться собаками. Исключение было сделано только для матушки Клариссы, которая нарядилась бабочкой. Агата же изуродовала шапку из каракуля и надела смокинг Арчи, приспособив к нему длинный красный хвост… В Лондоне подобные проказы были попросту невозможны.

Они обживались на новом месте. Агата возилась с отделкой и обстановкой квартиры с огромным удовольствием. Сама (с помощью Арчи и нанятого мастера) выложила плиткой ванную комнату, отделала комнаты дочери и супружескую спальню (тоже не без помощи Арчи и его друзей). На собственные деньги Агата купила матрац и мясорубку, а Арчи на свои деньги установил телефон.

41. Первый успех

Чего Агате на новом месте не хватало, так это пианино. Увы, купить инструмент Кристи ещё не могли. И Агата время от времени наезжала к матушке в Эшфилд – поболтать о том, о сём, да поиграть вволю на любимом инструменте.

Но это был единственный недостаток в её супружеской жизни. Во всём остальном она чувствовала себя абсолютно счастливой. У её был заботливый любящий муж. Росла дочка – здоровенькая жизнерадостная девочка. Агата сразу же сошлась с прислугой, к которой ещё в детстве привыкла относиться, как к членам семьи. Наконец, все они, включая матушку, были здоровы и с оптимизмом смотрели в будущее…

1919 год Кристи вспоминала, как очень счастливый год. Именно в этом году на свет всплыл её старый проект – большой рассказ, ставший впоследствии романом под названием «Таинственное происшествие в Стайлз». Машинописный текст романа она отправила в издательство «Бодли Хед» ещё два года назад. И… забыла о нем.

И вот, во время переезда на новую квартиру и возни с её обустройством, на Эддисон Мэншен 96 в 25-ю квартиру постучал человек, представившийся издателем Джоном Лэйном. Он предложил Агате обсудить условия издания её произведения, пообещав десять процентов авторского гонорара с тиража сверх двух тысяч в Англии и свыше тысячи в Америке – если книга разойдётся таким тиражом.

И Агата Кристи согласилась. Так она стала настоящей писательницей, получила первые 25 фунтов гонорара. А на свет явился никто иной как сам Эркюль Пуаро – герой её первого детективного романа.

42. Кругосветное путешествие

И потекли первые денежки. Арчи, относившийся к увлечению жены литературой с иронией, стал посерьёзней – деньги Агаты были как нельзя кстати…

Тут Арчи предложили новое место – в Специальной миссии надзора над колониями. Успев поработать в военном министерстве, попробовать свои силы в бизнесе и нигде толком не преуспев, Арчи дал согласие, но с условием, что в поездку по колониям он сможет взять и жену. Речь, между тем, шла о самом настоящем путешествии вокруг света.

В конце 1919 года супруги, передав малышку Росалинд на попечение новоиспечённой бабушки Клариссы в Эшфилд, собрали вещи, взошли на борт парохода и отправились в Соединённые Штаты, чтобы оттуда, проехав весь континент с востока на запад, из Калифорнии отбыть на Гавайи. Затем через Тихий океан пароходом в Новую Зеландию, потом в Австралию, Индию и – домой в Лондон.

После поездок в Египет это была самое дальнее и самое долгое путешествие Агаты Кристи. Оно же запало в душу настолько, что отныне подобные путешествия станут её любимейшим занятием.

Она не очень хорошо переносила морскую качку, поэтому путешествия по морю недолюбливала. Но как же она любила дальние поездки по железной дороге… И любимым её поездом был тот самый «Восточный экспресс», который она знала не понаслышке и в котором сама много раз путешествовала.

В вагоне поезда она чувствовала себя, как дома. И очень любила под стук колёс поработать над очередной книгой.

43. Эркюль Пуаро

В первом же романе Агаты Кристи появился герой, который будет сопровождать писательницу на протяжение всей её творческой жизни. Речь об Эркюле Пуаро, частном сыщике с туманным прошлым. Более того, Пуаро проживёт лишь на год меньше самой Агаты Кристи. Он скончается в последнем романе «Занавес», который выйдет в свет в 1975 году, за несколько месяцев до кончины самой Агаты Кристи.

Столь долгая жизнь, переходящая из романа в роман, должна иметь своё объяснение. Чем дорог был Пуаро Агате Кристи? Чем заслужил такую долгую литературную жизнь?

Ответ совершенно неожиданный – ничем. Это придумка писательницы, прихоть её воображения. Реального прототипа у Эркюля Пуаро нет, хотя многие исследователи творчества Кристи пытались его отыскать.

О прошлом Пуаро известно лишь то, что он отставной офицер бельгийской полиции, переселившийся в Англию. Почему у Пуаро полицейское прошлое – понятно, это объясняет его высокий профессиональный уровень, которого от частного сыщика ожидать трудно. Но почему бельгиец? Потому что в момент создания образа (1917—1918 годы) в окрестностях Торки жило множество эмигрантов-бельгийцев, которые переселись сюда, спасаясь от войны.

Обычный, в общем-то, человек, который, тем не менее, продолжает частным образом то дело, которому отдал лучшие годы жизни. Вопрос – зачем он это делает?

44. Эксцентричный бельгиец

Главная причина деятельности Пуаро – необычайно развитое самомнение. Он уверен, что способен расследовать любое преступление лучше всех. И оказывается прав! Этот самолюбивый человек постоянно самоутверждается и ищет славы, но… только в собственных глазах. На похвалу он реагирует моментально и однозначно. Однако, ему гораздо важней похвалить себя самому. То есть почувствовать себя победителем в интеллектуальной схватке с преступником.

А ещё Пуаро необыкновенно артистичен. В реальности вряд ли найдёшь сыщика, который бы перед арестом преступника подробно изложил бы ему весь ход собственных рассуждений. Но Пуаро должен победить вчистую и с максимальным эффектом. Ему мало ареста преступника. Ему необходимо, чтобы тот признал поражение по всем статьям.

Вроде бы недостаток – люди с раздутым самомнением обычно вызывают совсем не те чувства, какие мы, читатели, испытываем к Пуаро. А это не просто уважение и не просто любовь. Это душевная приязнь, любование и даже восхищение. Он же ещё и трогателен в своих попытках возвысится, отличиться. И забавен в своих привычках. И очень симпатичен – как человек, не как частный сыщик.

В том-то и дело, что Кристи наделила своего героя самыми человеческими недостатками. Это постаревший мальчик, которому хочется, чтобы его заметили и похвалили. При этом он ещё и похож на обычного английского обывателя – своей смешной чопорностью, вниманием к деталям и эксцентричностью, в которой высшей точкой является затыкание салфетки за воротник во время завтрака.