Текст книги "Сила Трех"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sila-treh-52514.jpg)
Автор книги: Нора Робертс
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
3
Остров Трех Сестер был тихим, белым и идеально круглым, как искусственный снежок, лежавший на полке местного магазина сувениров. Во всяком случае, так казалось Рипли. Буря, пронесшаяся над островом ночью, чисто вымела берег, газоны и улицы. Деревья в горностаевых мантиях застыли, словно нарисованные; воздух был неподвижным, как в церкви.
Ей очень не хотелось портить эту картину.
Однако Зак уже позвонил Дику Стьюбенсу и попросил его вывести на улицы снегоочиститель. Вскоре мир снова придет в движение. Но пока что он тих и безмолвен. Безукоризнен.
Несколько футов выпавшего снега были одной из немногих причин, которые мешали ей совершить утреннюю пробежку вдоль берега. Рипли надела на плечо спортивную сумку, в последний раз принюхалась, определяя, что сегодня печет ее невестка, и выскользнула из дома.
По пути к гостинице и клубу здоровья остров будет принадлежать только ей.
Из каминных труб поднимался дым. Окна кухонь были освещены. На плитах кипела овсянка и шипел бекон. А внутри этих аккуратных домиков плясали от радости дети. Никаких занятий. Сегодняшний день был создан для игры в снежки, строительства снежных крепостей, катания на санках и кружек с горячим шоколадом, стоящих на кухонном столе.
Когда-то ее жизнь была такой же незамысловатой.
Она шла к поселку, оставляя за собой следы. Небо было пасмурным; казалось, оно раздумывало, не добавить ли к выпавшему снегу еще несколько сантиметров для ровного счета. «Проведу часок в спортивном зале, – думала Рипли, – а потом вернусь и помогу Заку откопать патрульную машину и автомобиль Нелл».
Свернув к поселку, она нахмурилась. Здесь снег уже не был безукоризненно белым, как она надеялась. Кто-то тоже вышел ни свет ни заря и оставил после себя узкую тропинку.
Она с досадой пнула снег ногой и пошла дальше.
Чужая тропа, как и ее собственная, тянулась к готическому каменному зданию гостиницы «Мэджик-Инн», то есть «Волшебная».
Видно, какой-то гость с материка вышел из своего номера, чтобы полюбоваться настоящей новоанглийской деревней, занесенной снегом. Конечно, осуждать этого человека не за что, но, ей-богу, он мог бы подождать еще часок… Рипли поднялась на несколько ступенек, потопала ногами, сбивая с ботинок снег, и вошла внутрь.
Она махнула рукой портье, сняла с плеча сумку и поднялась на второй этаж. Рипли была членом местного клуба здоровья, регулярно платила взносы и пользовалась положенными привилегиями. Вообще-то она предпочитала заниматься физическими упражнениями на свежем воздухе, летом плавала в море, а не в бассейне, и услугами гостиницы не злоупотребляла.
Она свернула налево и направилась в женскую раздевалку. Если она не ошибалась, постояльцев на этой неделе кот наплакал. Так что, скорее всего, зал и бассейн будут в ее полном распоряжении.
Она сняла верхнюю одежду, повесила ее в шкафчик, разделась, оставшись в черном спортивном лифчике и велосипедных трусах, натянула носки и кроссовки.
При мысли о возможности как следует поработать с тренажерами и отягощениями у нее поднялось настроение. Аэробику Рипли презирала и обычно заменяла ее хорошим заплывом в гостиничном бассейне.
Она подошла к двери в спортивный зал и услышала лязг металла раньше, чем увидела того, кто производил этот шум. Настроение у нее снова испортилось. Этот человек включил телевизор, настроив его на какое-то утреннее шоу, полное дурацкой болтовни и хихиканья.
Лично она предпочитала заниматься физическими упражнениями под громкую музыку.
Но стоило Рипли посмотреть на скамью для выжимания штанги в положении лежа, как ее мрачность бесследно исчезла. Видно отсюда было немного, но то, что она видела, заслуживало одобрения.
Длинные ноги, загорелые, мускулистые и покрытые капельками пота. Длинные руки с гладкими мускулами, равномерно поднимавшие и опускавшие штангу. И кроссовки хорошей марки, стильные, но не новые.
Он без усилий выжимал пятидесятикилограммовую штангу. Все лучше и лучше…
Если уж делить с кем-то спортивный зал и тренажеры, то пусть это будет сильный, потный и сексуальный мужчина.
«Как раз того типа, который мне по душе», – с удовольствием подумала Рипли. Она соскучилась по мужчинам – точнее, по сексу. Можно будет полюбоваться на мистера Спортсмена и проверить, насколько содержание соответствует форме.
Она схватила полотенце, накинула его на плечи и вошла в зал.
– Свидетель не нужен?.. – начала она, но при виде Мака потеряла дар речи и уставилась на него сверху вниз.
Бук хмыкнул и опустил штангу на рогульки.
– Как дела? Похоже, ночью был сильный снегопад.
– Да, снега хватает. – Она недовольно отвернулась и приступила к разминке. Ну вот, вечно одно и то же… Стоит только пошире раскрыть глаза, как мистер Спортсмен превращается в доктора Заклинателя Змей.
– Хороший клуб, – заметил он и снова начал с придыханием выжимать штангу. – Меня удивило, что он пустует.
– В это время года в гостинице народу немного. – Рипли покосилась на Бука.
Он был небрит, и темная щетина добавляла его лицу сексуальности. Надо же, книжный червь со штангой.
Черт побери, он действительно был сексуален.
– Вы внесли членский взнос? – спросила она.
– Да… Проклятие, я сбился со счета. Ну и ладно. – Он опустил штангу на рогульки и сел. – Вы ходите сюда регулярно?
– Нет. Предпочитаю заниматься на свежем воздухе. У меня есть своя штанга. Марки «Боуфлекс». Но когда погода препятствует, я с удовольствием пользуюсь местными тренажерами и бассейном… Вы смотрите эту чушь?
Мак, набиравший на другом тренажере нагрузку и время, посмотрел на экран телевизора.
– Вообще-то нет.
Восприняв это как знак согласия, она выключила телевизор и включила громкую музыку, исключавшую возможность беседы.
Ничуть не смутившийся Мак занимался своим делом, а она своим. И все же он следил за Рипли краем глаза. Пялиться на женщин в клубах здоровья не следует. Это невежливо. Но человек есть человек. Их здесь всего двое, а тело у нее превосходное. Сильное и стройное.
Что естественно, то не стыдно.
Бук думал о том, что увидел на берегу два вечера назад. На мгновение ему показалось, что это Рипли, но он тут же опомнился. Конечно, нет. Глаза были почти такими же. Мрачными и ярко-зелеными. Но у той женщины на берегу не было такого крепкого, накачанного тела. А ее волосы, темные и длинные, вились кольцами, в то время как волосы Рипли были прямыми, словно струи дождя.
Лицо этой женщины или видения имело сходство с лицом Рипли, но было более круглым, нежным и печальным.
Кроме того, Рипли Тодд едва ли стала бы стоять в темноте на берегу и плакать. Да и исчезнуть в воздухе столь земной женщине, пожалуй, затруднительно.
Мак, пристально изучивший местную легенду, был уверен, что видел одну из сестер. И готов был держать пари, что зовут ее Земля.
И все же помощник шерифа Тодд имела к этому какое-то отношение. Тут он тоже готов держать пари.
Не было уверенности в другом. Удастся ли преодолеть стойкое сопротивление Рипли, найти общий язык и поработать с ней? Поскольку он твердо решил настоять на своем, их одновременный приход в клуб не был совпадением.
Когда Рипли перешла на другой тренажер, Бук занял соседний.
Они оказались рядом. На таком расстоянии можно было разговаривать, не напрягая голос и не рискуя показаться идиотом.
– Как кормят в здешнем ресторане?
– Прилично. Вообще-то тут два ресторана. Один подешевле, другой подороже.
– Не позавтракаете со мной? Я угощаю.
Рипли покосилась на него.
– Спасибо, но мне пора возвращаться.
Мак видел, что Рипли посмотрела на его гантели. Он работал с десятикилограммовыми, Рипли – с пятикилограммовыми, но их движения, выполнявшиеся под музыку, совпадали как в зеркале.
– Я подключил оборудование, – не снижая темпа, небрежно сказал он. – Вам следовало бы прийти и посмотреть.
– С какой стати?
– Из любопытства. Если вы испытываете неловкость из-за того, что произошло в прошлый раз, то я могу пообещать, что не прикоснусь к вам.
– Никакой неловкости я не испытываю.
Сварливая нотка, прозвучавшая в голосе Рипли, подсказала ему нужный подход. Одни женщины гордятся своей внешностью, другие – умом. Мисс Тодд гордилась своим бесстрашием.
– Я не удивляюсь тому, что вы не хотите прийти. Другая на вашем месте даже разговаривать со мной не стала бы. – Его улыбка была добродушной и бесхитростной. – Я вечно забываю, что обычные люди не привыкли к паранормальным событиям. Это их пугает.
– По-вашему, я испугалась? – Рипли заскрежетала зубами, но продолжила упражнение. – Бук, я не боюсь ни вас, ни ваших дурацких игрушек!
– Рад слышать, – довольным тоном сказал он, встал и перешел к другому тренажеру. – А то я слегка встревожился, когда вы убежали.
– Я не убежала, а ушла! – огрызнулась Рипли, разминая трицепсы.
– Пусть будет так, – мирно согласился Мак.
– Я была на работе, – Рипли даже слегка повысила голос.
– Конечно, конечно.
Она со свистом втянула в себя воздух и представила себе, что бьет гантелей по этой издевательски улыбающейся физиономии.
– Это вы из богатеньких, а я сама зарабатываю себе на жизнь!
– Совершенно верно. Если вас не пугает тот выброс энергии, то я хотел бы, чтобы вы вернулись. Теперь я буду во всеоружии, и мы проверим, не удастся ли повторить событие.
– Меня это не интересует.
– Я заплачу вам за потраченное время.
– Мне не нужны ваши деньги.
– И все же они не помешают. Подумайте как следует. – Мак решил закончить занятия и дать ей время прийти в себя. – Кстати, примите мои поздравления. У вас великолепный пресс, – добавил он, уходя.
В ответ Рипли оскалила зубы в подобии улыбки.
Надо же, этот болван решил, что я испугалась, подумала она, завершая упражнение. Просто смешно. А его предложение заплатить мне за участие в каких-то дурацких научных экспериментах, или как они там называются, – настоящее оскорбление.
И как обидно, как чертовски обидно, что этот мужчина – самый симпатичный и хорошо сложенный из всех, кого она видела за последние несколько месяцев. Если бы он не был таким отчаянным занудой, они могли бы заняться физическими упражнениями совсем другого рода.
А теперь придется избегать его всеми способами. Конечно, это будет нелегко, но она что-нибудь придумает.
Ощущая приятную усталость, Рипли вернулась в раздевалку, приняла душ, надела купальник и отправилась в бассейн.
И тут же поняла, что этого следовало ждать. Он уже был в бассейне и, не торопясь, если не сказать лениво, плавал взад и вперед. Ее удивило, что каждый квадратный сантиметр тела Мака покрыт загаром. Точнее, каждый квадратный сантиметр того, что она видела. Впрочем, черные плавки марки «Спидо» скрывали не так уж много.
Рипли не отказалась от заплыва, хотя это означало, что они будут плавать рядом. Она бросила чистое полотенце на бортик и прыгнула в воду.
Когда она вынырнула, Бук оказался на расстоянии вытянутой руки.
– У меня возникла идея, – небрежно сказал он.
– Держу пари, что у вас их полным-полно. – Рипли отвела в сторону мокрые волосы. – Послушайте, я хочу поплавать и уйти. Бассейн большой. Оставайтесь на этой стороне, а я поплыву на другую.
– Точнее, это не идея, а предложение.
– Бук, не выводите меня из себя!
– Я не имел в виду…
Румянец, вспыхнувший на его небритых щеках, был обворожителен. У Рипли заныло все тело, намекая на неосуществленные желания.
– Я не собирался… – Он сделал два глубоких вдоха, понимая, что иначе начнет заикаться. – Я имел в виду соревнование.
Он понял, что задел ее за живое. Глаза Рипли вспыхнули, однако она отвернулась и поплыла в другую сторону.
– Совершенно ни к чему. Глупая затея.
– Я дам вам фору в четверть дистанции.
– Нет, я вижу, что вы и в самом деле решили вывести меня из себя.
– Четыре круга, – продолжил он, вцепившись в эту мысль, как собака вцепляется в кость. – Если выиграете вы, я больше не буду вас беспокоить. Если выиграю я, вы посвятите мне час своего времени. Один час против трех месяцев. По-моему, это очень выгодные для вас условия.
Рипли открыла рот, чтобы отшить его. Он и так не будет ее беспокоить. Просто она ему этого не позволит. Но существовало одно маленькое препятствие. Она не умела противостоять искушению.
– Четыре круга, без всякой форы. – Она надела очки для плавания и поправила их. – Если я выиграю, вы будете держаться как можно дальше, не упоминать при мне о своих проектах, или как вы их там называете, и бросите попытки ухаживать за мной.
– Помощник шерифа, последнее требование совершенно ужасно, но я согласен. Если выиграю я, то вы придете в коттедж и поможете мне провести несколько тестов. Если вы согласитесь сотрудничать, на это уйдет не больше часа.
– Договорились. – Бук протянул руку, но Рипли смерила его ледяным взглядом.
– Никаких рукопожатий, – сурово произнесла она.
Они вместе подплыли к стенке бассейна, и Рипли сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться.
– Вольный стиль?
– О'кей. По счету «три»?
Она кивнула.
– Раз, два…
Когда прозвучало слово «три», они оттолкнулись от стенки и начали буравить воду. Рипли не собиралась проигрывать. У нее не было даже мысли об этом. Зря, что ли, она плавала почти каждый день и считалась чемпионкой острова!
На первом круге она все время видела его рядом. Бук плыл неплохо, но она лучше.
Они коснулись стенки и пошли на второй круг.
Наблюдать за ней было одно удовольствие, и Мак надеялся, что ему еще представится такая возможность в менее обязывающих обстоятельствах. Тело у нее не только сильное, заметил Бук, но тренированное и грациозное, как у настоящего спортсмена.
Он не питал иллюзий и никогда не считал себя настоящим спортсменом. Но плавание давалось ему легко. Поэтому Мак не ожидал, что они окажутся ровней. Он был выше на добрых восемнадцать сантиметров и имел более длинный гребок, но у этой женщины был очень мощный толчок ногами.
На третьем круге он попробовал взвинтить темп. Рипли приняла его. Мак ощущал азарт и умиление одновременно. Уступать она не собиралась. Он еще раз увеличил скорость и подумал: «Черт побери, как хорошо, что она отказалась от форы».
«Этот сукин сын плавает как угорь», – думала Рипли.
Когда они голова в голову плыли последний круг, она поняла, что серьезно недооценила его возможности. Собрав все силы, она поднажала и обогнала Мака на четверть корпуса, чувствуя, что в крови бушует адреналин.
И с изумлением и невольным восхищением увидела, как он проскользнул мимо и опередил ее на два гребка.
Тяжело дыша, она вынырнула из воды и сорвала с себя очки. Никто, даже Зак, не мог обогнать ее на четырех кругах. От этого можно было прийти в отчаяние.
– Ну вот… – Мак отдышался и пригладил волосы. – Сегодня. Какое время вас устраивает?
Этот ублюдок даже не торжествовал, что делало поражение еще более обидным. Бук был так любезен, словно наглотался успокоительного. Разве человек может совладать со своими эмоциями без помощи химии?
Она слегка успокоилась, расчистив снег и утешив раненое самолюбие фирменным изделием Нелл – булочками с корицей. И все же досада грызла Рипли весь день.
Вызовов хватало, и она все время была занята: машины сползали в кюветы; кто-то случайно разбил снежком окно; дети, освобожденные от занятий в школе, озорничали, как бывает всегда после обильного снегопада.
Но на душе у Рипли скребли кошки.
Сидя в участке, Зак прислушивался к ее сдавленным проклятиям, глядя, как она наливает себе очередную чашку кофе. Он был терпеливым человеком и знал свою сестру. В тот день их дороги пересекались несколько раз, и Зак видел, что в ней кипит гнев.
Поскольку Рипли продолжала отмалчиваться, требовалось ее слегка поддразнить.
Похоже, время для этого наступило.
Зак тоже налил себе чашечку и положил ноги на письменный стол.
– Ну что, будешь переживать в одиночку или все-таки расколешься? Кто задел тебя за живое?
– Никто, – буркнула Рипли, сделала глоток, обожгла язык и выругалась.
– Ты надулась, как мышь на крупу, еще утром, когда вернулась из спортивного зала.
– Я не дуюсь. Это ты дуешься.
– Я размышляю, – поправил он. – Иными словами, уединяюсь и пытаюсь найти решение конфликта или выход из сложной ситуации. А человек, который дуется, напоминает кипящий котелок, который вот-вот взорвется и с ног до головы забрызгает того, кто окажется рядом. Поскольку в данный момент такая опасность угрожает именно мне, я испытываю вполне естественный интерес к тому, что кипит в этом котелке.
Рипли повернулась к нему и возмущенно фыркнула:
– В жизни не слышала большей глупости!
– Ага… – Зак погрозил ей пальцем. – Начинается. Ты хочешь сорвать зло на мне. Скажи, кто тебя разозлил, и мы вместе надерем ему задницу.
Следовало отдать брату должное, он всегда умел рассмешить ее, даже в худшие времена. Рипли подошла к письменному столу и села на угол.
– Ты знаком с этим занудой Буком?
– Яйцеголовым из Нью-Йорка? Да. Мы познакомились вчера, когда он шел по поселку пешком и тащил свое барахло. По-моему, симпатичный малый.
– Симпатичный! – Рипли фыркнула. – Ты знаешь, зачем он приехал?
Зак только хмыкнул в ответ. Достаточно было одного упоминания имени Макаллистера Бука, чтобы он понял причину гнева сестры.
– Рип, мы сталкиваемся с такими вещами на каждом шагу. Нельзя жить на острове Трех Сестер и ничего не замечать.
– Это совсем другое дело.
– Может быть. – Зак нахмурился, встал и вновь наполнил чашку. – От того, что случилось с Нелл прошлой осенью, у человека могут полезть глаза на лоб. Дело не в том, что она, образно выражаясь, воскресла из мертвых, не в том, что этот чокнутый ублюдок Ремингтон избивал ее, когда они были женаты, и даже не в том, что он напал на ее след и хотел убить.
– Он ударил тебя ножом, – вполголоса сказала Рипли, вспомнив окровавленную рубашку брата, которая в тени деревьев казалась черной.
– Это вызвало шумиху в прессе, – продолжил Зак. – Скандал был грандиозный. Но все как-то утихомирилось.
– Мы замяли дело.
– Да, мы старались. Старались изо всех сил, – подтвердил Зак.
Тодд остановился рядом и погладил сестру по щеке. Он знал, что в ту ночь Рипли нарушила данную себе клятву. Она взялась за руки с Майей и использовала скрывавшуюся в ней силу, чтобы спасти его и Нелл.
– И все же многое вышло наружу, – тихо сказал он. – Слухи, выдумки, лепет сумасшедшего. Этого было достаточно, чтобы привлечь интерес. Тебе следовало ждать продолжения.
– Я и ждала, – кивнула она. – Чего-то вроде наплыва любопытных туристов. Но этот Бук – человек серьезный. Ему верят. Конечно, многие назовут его чокнутым, но многие прислушаются. Кроме того, Майе может прийти в голову поговорить с ним и принять участие в его опытах.
– Да, может. – Он не стал делиться с сестрой уверенностью в том, что Нелл тоже согласится на предложение Бука. У них уже был разговор на эту тему. – Рип, это ее право. А ты имеешь право поступить по-другому.
Рипли хмуро уставилась в свою чашку.
– Он выиграл у меня час.
– Что?
– Этот хитрый сукин сын заставил меня утром заключить пари. Я проиграла и теперь должна потратить час на участие в его дурацких экспериментах.
– Ничего себе… Как тебя угораздило?
– Не хочу говорить об этом, – пробормотала она.
Но Зак уже и сам все понял.
– Сегодня утром ты ходила только в спортивный зал, верно? Я слышал, что он стал членом клуба здоровья. Значит, вы столкнулись там?
– Да, да, да! – Рипли слезла со стола и начала расхаживать взад и вперед. – Кто же знал, что он плавает как рыба? Ну ладно, если бы речь шла о спринте. Там у него было бы преимущество за счет роста. Но мы плыли двести метров вольным стилем…
– Заплыв? – изумился Зак. – Ты проиграла ему заплыв?
– Я сказала, что не хочу говорить об этом. Я сбилась с ритма, только и всего. – Она резко повернулась и посмотрела на брата исподлобья. – Смеешься?
– Еще бы. Теперь ясно, почему ты дуешься.
– Лучше помолчи. Не знаю, что он хочет доказать за час. Со всеми его дурацкими регистраторами энергии и датчиками поля. Это напрасная трата времени.
– Тогда тебе не о чем беспокоиться. И на сколько он тебя обогнал?
– Замолчи, черт побери!
* * *
Она решила покончить с этим как можно скорее, как с пломбированием зуба. Но все же пошла пешком, оставив патрульную машину Заку, потому что это могло немного отсрочить ее появление на сцене.
Когда она свернула к желтому коттеджу, было уже совсем темно. Свет новой, только что родившейся луны был бессилен рассеять тьму. Ее тоненький серпик едва виднелся. С утра выпало еще восемь сантиметров снега, но к вечеру облака рассеялись. Небо было ясным, звездным и высасывало из воздуха последние остатки тепла. Мороз, острый как бритва, безжалостно резал неприкрытую кожу.
Рипли шла быстро, освещая путь фонариком.
Увидев в луче «Ровер» Мака, она покачала головой. Даже не удосужился откопать машину. Типичное поведение чокнутого профессора, рассеянного и непрактичного.
Она, топая, поднялась по ступенькам и постучала в дверь кулаком, обтянутым шерстяной перчаткой.
Мак тут же открыл. На нем был серый свитер, знавший лучшие дни, и сильно поношенные джинсы. Рипли ощутила безошибочно узнаваемый аромат сваренного Нелл ячменного супа с говядиной. Этого было достаточно, чтобы у нее потекли слюнки.
– Привет. О господи, какой мороз! Градусов тридцать с лишним. – Он сделал шаг в сторону, пропуская Рипли, и выглянул наружу. – Как, без машины? Пешком? Вы с ума сошли!
Она обвела взглядом оборудование, которым была забита маленькая гостиная.
– Вы сами сошли с ума, если живете в такой тесноте.
– Для вечерней прогулки слишком холодно. – Он взял в ладони ее руки в перчатках и начал растирать.
– Вы даром тратите время, – буркнула изумленная Рипли.
– Нужно проверить. – Его тон больше не был непринужденным и добродушным, но разил как пуля. Это заставило Рипли внимательно присмотреться к собеседнику.
– Вы когда-нибудь видели обморожение?
– Честно говоря… Эй! – Бук стащил с нее перчатки и начал осматривать пальцы, заставив Рипли отпрянуть.
– Несколько лет назад я был с группой в Непале. Один из студентов проявил беспечность. – Он согнул ее пальцы, не обращая внимания на сопротивление. – И остался без двух пальцев.
– Я не беспечна.
– Отлично. Давайте пальто.
Рипли снимала пальто, шарф, шерстяную шапочку, стеганую куртку и по очереди передавала ему.
– Теперь я убедился, что вы действительно не беспечны. – Он осмотрелся по сторонам, пытаясь понять, куда все это положить.
Рипли волей-неволей улыбнулась.
– Можно на пол.
– Нет, лучше все же на кровать, – решил Мак и по узкому проходу между своими чудовищными аппаратами понес ее вещи в спальню.
– Вы боитесь темноты? – крикнула она вдогонку.
– Что?
– У вас горят все лампочки.
– Серьезно? – Он вернулся. – Я всегда забываю их выключать. Сегодня я купил пол-литра супа Нелл, но едва притронулся к нему. Не хотите? – Он секунду подождал и все понял. – Время на еду в обещанный час не входит.
– Я не голодна, – быстро ответила Рипли, но тут же пожалела о своих словах.
– Ну что ж, тогда я поем позже. А сейчас к делу. Где я его оставил? – Он похлопал себя по карманам и осмотрелся. – Ах да. – Его диктофон лежал рядом с монитором. – Сначала я хочу зафиксировать основные сведения о вас, а потом…
Мак снова прервался и нахмурил брови. Диван был завален старыми папками, вырезками, книгами, фотографиями и приборами. Два человека не могли бы сесть в гостиной даже на полу.
– Знаете что? Пойдемте на кухню.
Рипли равнодушно пожала плечами, сунула руки в карманы и пошла за ним.
– Раз уж мы здесь, заодно можно и поесть. – Он взял тарелку и вдруг застеснялся. – Может быть, передумаете? Мне неловко есть у вас на глазах.
– Ладно, давайте. А пиво имеется?
– Увы, нет. Зато есть бутылка вполне приличного «Мерло».
– Сойдет. – Она стояла и ждала; тем временем Мак налил в тарелки суп и наполнил бокалы.
– Садитесь.
Он устроился напротив, но тут же вскочил.
– Черт побери, еще минутку. Не ждите меня, принимайтесь за еду.
Рипли взялась за ложку, а Мак быстро вернулся в гостиную. Она слышала бормотание, шелест бумаг и короткий стук: что-то упало на пол.
Он вернулся с блокнотом, двумя карандашами и очками в металлической оправе. Как только Мак надел очки, у Рипли свело низ живота.
«О боже, – в который раз подумала она, – у этого зануды невероятно сексуальная внешность».
– Я буду делать заметки, – объяснил он. – Обойдемся без диктофона. Как суп?
– Нелл есть Нелл, – просто ответила она.
– Да. – Он начал есть. – Нелл спасла мне жизнь в тот вечер, когда я забыл о времени. Нашел в холодильнике банку с похлебкой из моллюсков и чуть не заплакал. Ваш брат – счастливчик. Я познакомился с ним вчера.
– Да, он рассказывал. – Рипли начинала понемногу успокаиваться. Они беседуют, а время идет… – Эти двое без ума друг от друга.
– Да, мне тоже так кажется… Сколько вам лет?
– Что?
– Ваш возраст. Я хочу записать.
– Черт побери, не понимаю, какое это имеет значение. В прошлом месяце мне исполнилось тридцать.
– Какого числа?
– Четырнадцатого.
– Стрелец. Вы знаете, в какой час родились?
– Никогда не интересовалась. – Она подняла бокал. – Кажется, мать говорила, что это случилось в восемь вечера, после того как она шестнадцать часов парилась в Долине Теней или что-то в этом духе. Зачем вам это?
– Введу данные в компьютер и составлю ваш гороскоп. Если хотите, дам вам копию.
– Вот чушь-то!
– Думаю, вас ждет сюрприз. Вы родились на острове?
– Да. В нашем доме. При этом присутствовали врач и акушерка.
– Когда-нибудь сталкивались с паранормальными явлениями?
Рипли терпеть не могла лгать. От этого у нее всегда сжималось горло.
– С какой стати?
– Вы помните свои сны?
– Конечно. Не далее как вчера мне приснился Гаррисон Форд[3]3
Знаменитый американский киноартист.
[Закрыть] с павлиньим пером в волосах и бутылкой тростникового масла в руке. Как по-вашему, что это значит?
– Сигара иногда бывает просто сигарой, что бы там ни говорили психоаналитики, а сексуальные фантазии иногда означают просто неудовлетворенное желание. Сны у вас цветные?
– Да, конечно.
– Всегда?
Она пожала плечами.
– Черно-белое – для фильмов Богарта и художественной фотографии.
– Когда-нибудь видели пророческие сны?
Она чуть не ответила утвердительно, но вовремя прикусила язык.
– До сих пор не видела, но не теряю надежды.
Он сменил тактику:
– У вас есть хобби?
– Хобби? Что-то вроде стегания одеял или наблюдения за птицами? Нет.
– Что вы делаете в свободное время?
– Не знаю. – Она чуть не закорчилась, но сумела взять себя в руки. – Занимаюсь всякой ерундой. Смотрю телевизор. Хожу в кино. Иногда плаваю под парусом.
– Фильмы Хэмфри Богарта… Какой из них ваш самый любимый?
– «Мальтийский сокол».
– На чем плаваете под парусом?
– На маленькой яхте Зака. – Она постучала пальцами по столу и задумалась. – Впрочем, я собираюсь купить собственную.
– Собственная яхта – это огромное удовольствие. Когда вы поняли, что обладаете силой?
– Никогда. – Она выпрямилась и постаралась придать лицу бесстрастное выражение. – Я не знаю, о чем вы говорите.
– Нет, знаете, но если вы испытываете неловкость, на время оставим эту тему.
– Я не испытываю неловкости. Просто не понимаю вопроса.
Он положил карандаш, отодвинул тарелку и посмотрел Рипли в глаза.
– Раз так, поставим его по-другому. Когда вы поняли, что вы ведьма?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?