Читать книгу "Бывшие. Останемся врагами"

Оксана Алексаева
Бывшие. Останемся врагами

Пролог

Юлия

Рука медленно скользит по экрану телефона, пальцы судорожно сжимают устройство. Перед глазами встаёт надпись крупными буквами:

«Александр Королев официально объявил о помолвке своего сына Константина Королева с Василисой Даровской».

Сердце гулко бьётся в груди, дыхание перехватывает, словно холодная волна окатила изнутри. Это невозможно!

Ведь Костя – мой парень. Мы встречаемся почти полгода.

И… Я – не Василиса. Я – Юля. Любимая девушка Кости, в чем я была уверена до нынешнего момента.

Руки начинают предательски дрожать сильнее, пока глаза снова начинают перечитывать строчку за строчкой. Эти фотографии – они настоящие. Он улыбается девушке сияющей улыбкой, целует в губы, держит крепко за талию. У меня внутри всё разрывается, словно раскалённый нож прошил грудь.

– Я же говорила! – раздается язвительный голос Ленки, моей соседки по общежитию. – Говорила, что поиграется и бросит! Таким, как он, нет дела до простушек вроде нас. Богатые всегда ищут себе подобных. А Даровская, сама знаешь, тоже не из бедных. Завидная невеста. Все логично.

Отмахиваюсь от нее, как от надоедливой мухи. Не верю. Не хочу верить. Это все слухи. Грязные слухи.

Но…

Костя не отвечает на мои звонки. Не читает сообщения.

Поэтому слова Ленки, будто острый нож, вонзаются прямо в самое больное место. Голова кружится, мысли мечутся хаотично, пытаясь сложиться в единую картину.

Как Костя мог так со мной поступить?

Страшные сомнения, словно ядовитые змеи, заползают в мое сердце, сжимая его ледяными кольцами.

Наконец, вылавливаю его у дверей университета. Ему некуда деваться. Вот он идёт навстречу, уверенно ступая длинными ногами, лицо закрыто чёрными очками, взгляд холодный и отстранённый.

Костя понимает, что невозможно избежать разговора, нельзя притворяться дальше.

Отходим в сторону.

– Костя, что происходит? – спрашиваю я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. – Почему в новостях пишут, что ты женишься? На Василисе?

Он смотрит на меня с каким-то неподдельным презрением.

Затем усмехается слегка раздражённо, будто я достала его своим нытьём.

– Всё честно, дорогая, – протягивает Королёв ледяным тоном. – Было весело провести время с тобой, между нами был классный секс, но наша история подошла к концу. Теперь мне предстоит другое будущее.

– Но… Мы же… – начинаю я, но Костя перебивает.

– Наши пути расходятся, Юль. Ты была для меня лишь игрушкой. Прими это как данность.

В его глазах нет ни капли сожаления. Ни капли раскаяния. Словно все это время… Он просто играл.

Игрушка. Вот кем я для него была.

– Понятно, – шепчу я, чувствуя, как слезы подступают к горлу. Разворачиваюсь и ухожу.

Его равнодушие обжигает хуже любого удара. Ни сочувствия, ни жалости, ничего, кроме холодной отчуждённости. Словно бы и вовсе не было наших ночей, объятий, поцелуев…

Теперь понимаю окончательно – моё сердце разбилось на мелкие осколки, которые никак не собрать обратно. Слезы катятся по щекам горячими каплями, оставляя мокрые следы на коже. Осталась одна надежда – забыть, стереть воспоминания о нём, оставить прошлое позади… Но больно настолько сильно, что кажется, никогда не смогу отпустить этот кошмар.

Плевать на пары, решаю, что имею весомый повод прогулять их. Тем более, что в таком состоянии все равно не смогу полноценно усваивать информацию. Да и не хочется ощущать на себе косые взгляды студентов, ведь наверняка наше расставание с Костей уже у всех на слуху. Ведь мы были завидной парой…

Нахожу укромный уголок за университетом, подальше от любопытных глаз. Сажусь на лавочку, пряча лицо в ладонях. Слезы одна за другой текут по щекам.

Костя женится. Не на мне. На другой.

Сколько раз я представляла себя его невестой. Примеряла его фамилию…

Вспоминаю его слова, его холодный, равнодушный взгляд. И острая боль вновь пронзает меня насквозь.

Как я могла быть такой глупой? Как могла поверить в его лживые обещания?

Всхлипываю, кусая губы, чтобы не закричать. Сердце разрывается на части.

Вдруг слышу шаги. Резко поднимаю голову.

Колька Митрофанов. Парень с параллельной группы. Тот самый, который уже третий год пытается завоевать мое сердце, но все его попытки до сих пор так и не обвенчались успехом. Колька парень неплохой, добрый, открытый, непутевый, правда, вечно в передрягу какую-то попадет. Но сейчас он смотрит на меня с искренним сочувствием, будто понимает все без слов. Может, уже читал новости.

– Юль, что случилось? – спрашивает он тихо, осторожно двигаясь мне навстречу, словно боится спугнуть.

Не отвечаю. Не могу. Слезы душат меня.

– Он… – шепчу я, с трудом выговаривая слова. – Он женится… На другой…

Колька садится рядом, обнимает меня за плечи.

– Ну и хер с ним. Ты знаешь, мое сердце для тебя всегда открыто, – произносит Коля, смотря на меня так, будто бы в самом деле уверен, что я брошусь в его объятия.

Не хочу никого видеть. Хочу остаться одна со своей болью. Но…

Понимаю, что если останусь совсем одна, то… Наверное, сойду с ума.

Не выдерживаю.

Прижимаюсь к Кольке, уткнувшись лицом в его плечо. И плачу. Выплакиваю всю боль, всю обиду, все отчаяние. Колька молча гладит меня по волосам, шепчет слова утешения.

Не знаю, сколько времени мы так просидели.

Но постепенно… Боль понемногу начинает отступать, слезы высыхают.

Поднимаю голову, смотрю на Кольку. В его глазах столько нежности. Вот и нужна я ему такая? С разбитым сердцем и разрушенными планами на будущее.

– Спасибо, Коль, – выдыхаю я, вытирая глаза. – Ты настоящий друг.

Он грустно улыбается. Ведь слышал от меня эти слова уже не раз.

– Я всегда рядом, Юль, – отвечает Митрофанов. – Помни об этом.

Встаю, отряхиваю одежду.

– Мне пора, – заключаю я, взглянув на часы. Время пролетело незаметно. Скоро закончатся пары, а мне надо проскользнуть отсюда незаметно, желательно избегая лишних глаз.

– Пойдем провожу, – предлагает Колька. И я соглашаюсь. Идем молча, каждый думает о своем.

Я… Все еще о Косте.

О том, как я могла быть такой слепой и не понимать, что он лишь игрался со мной.

Еще о том, как теперь жить дальше. А Колька…

Наверное, о том, что у него появился шанс. Шанс завоевать мое разбитое сердце.

Глава 1

Юлия

Семнадцать лет спустя

– Да как же так?! – кричу я в трубку, но в ответ слышу только короткие гудки. – Да чтоб тебя!..

Бросаю телефон на стол. Руки дрожат. Сердце колотится, как бешеное.

Только этого не хватало!

В руках сжимаю злосчастное постановление суда, где черным по белому написано: «В связи с отсутствием у ответчика официального дохода, взыскание алиментов на содержание несовершеннолетнего сына прекращается».

Прекращается?! Да как они могут?!

В голове так и стучит страшная мысль: «Чем я буду кормить Диму? Чем?!»

Мой бывший муж, этот… (даже подобрать подходящее слово не могу!), объявил себя банкротом. Хотя прекрасно знаю, что это ложь! Он просто не хочет платить.

И суд, к сожалению, ему поверил!

С бывшим мужем мы в разводе уже давно, разошлись, когда Диме было три года. Просто потому что я поняла, что никогда его не любила, да ещё и вдобавок сам Коля был непутевым мужем. Грешил выпивкой и загулами в компании под стать ему дружков, порой длиною в несколько дней. Деньги тратил непонятно куда, оставляя мне сущие гроши, и плевать ему было, что Диме надо было новые ботинки покупать, потому что со старых он уже вырос.

И вот, когда мы развелись, муженек скрипя зубами отстегивал мне свои копеечки, считая, что этого хватит, чтобы прокормить маленького ребёнка. Тяжело тогда пришлось. Меня не особо хотели брать на работу, неопытную девицу с так и неоконченным высшим, да ещё и с маленьким ребенком на руках, ведь Дима только пошел в сад и часто болел. Никто не хотел закрывать глаза на мои постоянные больничные. В общем, все эти годы Коля пытался отклониться от уплаты алиментов, постоянно скрывая свой настоящий доход. И вот теперь он решил пойти на крайние меры. Ну и мерзавец!

Горячие слезы жгут глаза. Смаргиваю их, не давая им скатиться по щекам. Сейчас не время раскисать! Нужно думать, что делать дальше.

Димке через месяц исполнится шестнадцать. Подросток, ест за троих. Одежда, обувь. Репетиторы… Он хочет поступать в университет. А это все деньги. Большие деньги.

А моя зарплата… Оставляет желать лучшего.

Я работаю секретарем в небольшой фирме, которая занимается поставками зерна и кормов. Зарплата средняя. Кое-как хватает концы с концами свести. А теперь еще и алименты…

Да уж. Ситуация незавидная.

Внутри все кипит от злости и отчаяния. Хочется кричать, бить посуду, крушить все вокруг.

И тут вдруг на мой телефон раздается звонок. Я уж подумала, что это Коля объявился, решил объясниться передо мной, может, предложить альтернативное решение… Дима ведь его родной сын! Разве так можно?

Но…

Удивляюсь, когда вижу на экране мобильного номер классного руководителя сына. Обычно она не звонит просто так.

Сердце ёкает. Точно что-то случилось.

– Алло, Юлия Сергеевна? – слышу в трубке строгий голос классного руководителя моего сына, Валентины Владимировны.

– Да, Валентина Владимировна, слушаю вас, – отвечаю я, чувствуя, как неприятное предчувствие сжимает сердце.

– Вы можете срочно приехать в школу? – спрашивает она, и в ее голосе слышу странную напряженность.

– Что-то случилось? – проглатываю колючий ком, застрявший в горле, чувствуя, как тревога нарастает.

– Вам предстоит серьезный разговор, – уклончиво отвечает Валентина Владимировна. – В кабинете директора.

Сердце пропускает удар. Ладони начинают дрожать.

– Что случилось с Димой? – настаиваю я. – Он что-то натворил?

– Юлия Сергеевна, давайте вы с директором обсудите все это лично, – сухо выдает учительница, и в ее голосе слышу нотки раздражения. – Вам нужно приехать как можно скорее.

– Хорошо, – отвечаю я, с трудом сдерживая дрожь в голосе. – Я скоро буду.

Кладу трубку и чувствую, как паника подступает к горлу. Что мог натворить Дима? Он ведь у меня такой спокойный, рассудительный. Никогда никаких проблем с ним не было. За все школьные годы меня ни разу к директору не вызывали. А тут…

Срываюсь с места и несусь в школу. Благо, что она находится недалеко от дома, можно добраться пешком.

По дороге лихорадочно пытаюсь понять, что могло произойти. Может, с кем-то повздорил? Подрался? Но Дима никогда не был драчуном.

В последнее время, правда, он стал каким-то замкнутым. Мало разговаривал, не особо делился новостями из своей жизни. Может, в плохую компанию попал?

От этой мысли сердце сжимается еще сильнее.

Господи, только этого не хватало! Мало того, что сегодня пришел отказ по алиментам, так еще и эта история в школе…

Да уж, паршивый денек, ничего не скажешь.

Добегаю до школы, распахиваю знакомую дверь. Сердце колотится где-то в горле, перехватывая дыхание. В коридоре ни души. Тишина, какая-то неестественная, давящая, словно перед грозой. Стены кажутся чужими, холодными.

Поднимаюсь на второй этаж, ноги словно ватные. Каждый шаг дается с трудом. Иду к кабинету директора, чувствуя, как тревога ледяными пальцами сжимает желудок. В голове роятся самые мрачные мысли. Что же случилось? Что натворил мой Дима?

Останавливаюсь перед дверью.

Взгляд цепляется за золотистую табличку, где аккуратными черными буквами красуется фамилия. До боли знакомая.

«Королёв К.А.»

Меня словно током прошибает. Королёв? Не может быть.

Да нет, бред какой-то. Наверное, просто совпадение. Фамилия ведь довольно распространенная. Мало ли Королёвых на свете.

Но…

Но почему-то эта мысль не успокаивает. Тревога, затихшая было на мгновение, снова поднимается, захлестывая меня с головой.

Внутри все сжимается в тугой комок.

Делаю глубокий, прерывистый вдох, пытаясь унять дрожь в руках. Еще один. И еще.

Медленно поднимаю руку и… Стучу.

Глава 2

Юлия

Вхожу в кабинет директора, сердце от волнения бешено колотится в груди. Предчувствие чего-то плохого, словно темная туча, нависло надо мной. И все мои самые страшные опасения сбываются.

Сердце сжимается болезненной судорогой, когда мои глаза упираются в фигуру сидящего за столом человека. Это действительно он. Костя Королёв. Мой бывший. Да-да, тот самый Костя, с которым я встречалась семнадцать лет назад. Тот самый, который жестоко меня бросил, плюнув в душу, оставив в ней след, который, казалось, никогда не исчезнет. Назло которому я вышла замуж за Кольку Митрофанова, и ни хрена не была с ним счастлива.

Человек, которого я хотела бы забыть раз и навсегда, но чьи черты врезались в память настолько глубоко, что даже спустя столько лет этот человек вызывают бурю эмоций внутри меня.

И теперь он здесь. Передо мной. Призрак из прошлого. Мой личный кошмар, который настиг меня так внезапно, в тот самый момент, когда я больше всего уязвима.

Не понимаю, как так могло произойти. Почему Костя оказался здесь? В этой школе? Директором? Каким образом?

Затем вспоминаю, как Дима рассказывал мне о том, что несколько месяцев назад в школе поменялся директор, на смену старушке Алле Степановне пришел более молодой мужчина, и что он примерно моего возраста. Тогда я, конечно же, совершенно не придала этому значения. Откуда ж я могла знать, что бывшего занесет в директоры?!

Как-то краем уха я слышала о том, что семейная империя Королева с грохотом развалилась, и, видимо, Косте больше ничего не оставалось, кроме как податься в школьные директора. Иронично, не правда ли? Из бизнес-воротилы в… Педагоги.

А также и их громкий развод с Василисой не смог пройти мимо меня.

Случилось это буквально пару лет назад, в то же самое время, когда бизнес Королева претерпевал крах. Хм, связаны ли эти события между собой? Возможно. Ведь Даровская недавно очень удачно вышла замуж, поймала, так скажем, крупную рыбку. Выхватила своими зубами богатенького папика, и вместе с ним укатила жить за границу. Злорадствую ли я? Нет, я конечно знаю, что это очень нехорошо…

Но, черт возьми, так тебе и надо, козел!

Прилетел бумеранг спустя столько лет! Я всегда верила, что рано или поздно карма настигнет каждого.

Было бы еще лучше, если бы я сейчас не стояла перед ним, чувствуя себя как кролик перед удавом. Потому что тяжелый взгляд бывшего не вселяет в меня надежд на то, что Димка совершил маленькую шалость. Эта шалость, судя по всему, очень большая и серьезная. И отвечать за неё, судя по всему, придется мне.

Костя ничуть не изменился. Тот же самый самоуверенный взгляд, хитрая улыбка, которая когда-то сводила меня с ума… Только теперь в его глазах читается что-то еще. Что-то тяжелое. Усталость? Разочарование в жизни? Или в себе самом?

Отмечаю про себя, что спустя годы Костя возмужал. Стал еще привлекательнее. Как вино, которое с годами становится только лучше. Его волосы слегка посеребрились на висках, придавая ему ещё больший шарм. Лицо приобрело мужественную резкость, подчеркивая всю глубину прожитых лет. Теперь он выглядит настоящим мужчиной, а не самодовольным мальчишкой, каким я знала его раньше. Даже костюм сидит идеально, подчёркивая стройность фигуры и широкие плечи. Этот образ напоминает мне о тех временах, когда я была так молода и наивна, когда верила каждому слову, сказанному Костей. Верила, что мы с ним будем вместе навсегда. До тех пор, пока он собственными словами не разрушил меня. До самого основания.

Его глаза… Темно-зеленые, глубокие, словно бездонные озера. В них можно утонуть. Я помню… До сих пор помню, как тонула в них когда-то. А эти чувственные губы. Я помню их вкус. Помню, как…

Нет! Стоп! О чем я думаю?!

Невольно зависаю на нем, словно загипнотизированная. Лишь затем прихожу в себя. Вспоминаю, зачем я здесь. Я попала сюда из-за сына. Из-за Димы и должна выяснить, что произошло.

Вот только мозг из-за шока отказывается соображать.

Сглатываю, пытаясь справиться с волнением. Мой голос дрожит, когда я произношу:

– Здравствуйте, Константин Александрович.

Он смотрит на меня. Долго. Пронизывающе. Словно видит меня насквозь. В его глазах мелькает что-то непонятное.

Такое скрытное и мутное, что просто так и не разберешь.

– Добрый день, Юлия Сергеевна. Благодарю за оперативность, – произносит он, и его голос тоже изменился. Стал ниже. Хриплее.

Киваю, не в силах произнести ни слова. Горло сжимается от волнения. Чувствую себя так, словно мне снова двадцать. Словно я снова та наивная девчонка, которая без памяти влюбилась в этого… Подонка. Который разбил мне сердце.

А теперь… Теперь он делает вид, что не помнит меня. Не знает. Что ж, дорогой, так даже лучше. Принимаю твои правила. Прочищаю горло и выдаю твердым тоном, скрывая дрожь в

голосе:

– Объясните мне, что случилось?

На лице Королева играет ехидная ухмылка, словно он уже предвкушает, как сейчас медленно, но верно будет поедать мои и без того хрупкие нервы.

– О-о-о, да, – с едва заметной издевкой в голосе протягивает Королёв. – С превеликим удовольствием расскажу очень интересные подробности о том, как ваш сын проводит своё время.

Глава 3

Юлия

Стою перед ним, как оплеванная. И все никак не могу поверить, что судьба столкнула нас лбами спустя столько лет.

Как такое возможно?!

Костя. Мой бывший. С которым мы встречались… Боже, целых семнадцать лет назад! И вот он здесь, передо мной. Директор школы, в которой учится мой сын. И, судя по его грозному виду, разговор будет не очень приятным.

– Юлия Сергеевна, дело в том, что ваш сын… – начинает он, и его голос, такой знакомый, такой… Ненавистный, что заставляет меня внутренне сжаться. Гад.– Ваш сын исцарапал мою машину.

Что?!

Что он, мать его, несет?!

Сердце подпрыгивает к горлу, бьется где-то в висках, отбивая бешеный ритм. Кровь отливает от лица, оставляя после себя ледяной след, тело замирает в ступоре, словно парализованное невидимой силой. Перед глазами все плывет, расплывается в туманную дымку. Не верю своим ушам. Каждое слово Кости, словно удар молота, разбивает мой хрупкий мир на осколки.

Мой Дима? Искалечил машину? Ведь он и мухи не обидит! Да, Дима не идеальный ребенок, да и кто из нас идеален? Такого не бывает. Но я точно уверена, что он у меня добрый и отзывчивый, всегда готов помочь, не позволяет грубостей… Он умный, воспитанный, ответственный! Он…

Он явно не способен на такое! И мне, как матери, любящего своего ребенка, абсолютно не хочется верить в эту чушь. Это какая-то чудовищная, нелепая ошибка! И я буду до последнего защищать своего ребенка!

Внутри все переворачивается, бурлит, клокочет, как раскаленная лава. Чувство нереальности происходящего смешивается с паническим ужасом. Честно говоря, хочется подойти к Косте и хорошенько так его стукнуть. Несколько раз причем.

– И не просто исцарапал, – продолжает бывший, ехидная усмешка трогает его губы. А мне хочется плюнуть ему в лицо. – Он еще и написал на ней нецензурное слово. Из трех букв. На букву «х». Думаю, вы понимаете, что это за слово.

Тело дрожит, как осиновый лист. Нет, это не может быть правдой! Мой сын вовсе не из тех, кто способен на такую дикость!

Дыхание перехватывает, в горле застревает ком, мешая произнести хоть слово. Мысли вихрем проносятся в голове, то и дело цепляясь друг за друга.

Что случилось? Что могло подтолкнуть сына на такой поступок? Может, его кто-то спровоцировал? Подставил? Точно, его наверняка подставили!

– Нет, мой сын не мог этого сделать, – отвечаю я уверенно, гордо вскинув подбородок. Пытаюсь держаться достойно, несмотря на то, что внутри все переворачивается от ужаса. – Вы ошибаетесь!

Костя лишь едко усмехается.

– Ваш сын очень удачно попал под камеры видеонаблюдения, – хмыкает Королёв, доставая телефон. – Хотите посмотреть?

Он подходит ближе, а я машинально пячусь, не желая находиться с этим подонком в такой тесной близости. Шлейф от его терпкого парфюма щекочет ноздри. Бывший передает мне в руки свой телефон, на экране которого включается запись с камеры.

И там… В самом деле там мой Дима. Царапает большой черный внедорожник… Очень дорогой черный внедорожник…

Горлышком от разбитой, мать его, бутылки! И, кажется, пишет то самое слово…

– Думаю, это видео рассеяло все ваши сомнения, – язвительным тоном подначивает бывший, наблюдая за моим шоком.

Мир рушится на глазах. Слезы непроизвольно брызгают из глаз. Как Дима мог?! Что на него нашло?!

Я тут, значит, стою его защищаю, а мой ребенок и в самом деле сотворил такую глупость, не подумав о последствиях?!

– Думаю, вы догадываетесь, что стоимость ремонта обойдется вам в копеечку, – продолжает Костя, его голос, холодный и безжалостный, режет, как лезвие.

Даже представить себе боюсь, сколько это будет стоить. А у меня сейчас и так каждый рубль на счету…

– Заявление уже лежит в полиции, – добивает меня Королёв. – И если сумма ущерба не будет выплачена вовремя… – делает паузу, бросая на меня хищный взгляд. – То… Думаю, что будущее вашего сына будет не очень радужным, Юлия Сергеевна.

Сердце сжимается от страха. Полиция… Нет! Только не это! Наступаю на горло собственной гордости.

– Костя, пожалуйста… – умоляю я, голос дрожит. – Я все выплачу. Обещаю.

– Константин Александрович, – поправляет он меня сухим тоном.

«Мудак Александрович, вот ты кто!» – так и хочется прорычать в ответ, но я молчу. Держусь. Итак моё положение оставляет желать лучшего. Если сорвусь, то этому мерзавцу ничего не будет стоить сделать мне назло.

Королев смотрит на меня, и в его глазах читаю… Торжество. Он наслаждается моей беспомощностью. Пользуется ситуацией. Чувствует свое преимущество. Бывший… Гад!

Бесит! Бесит до дрожи! Но ничего не могу поделать. Я в его власти. Королев держит меня за горло. И он это знает.

– Константин Александрович, – голос предательски сипит. – Я выплачу сумму ущерба. Обещаю.

Сама же понятия не имею, где мне взять деньги. Из-за плохой кредитной моего бывшего муженька, который является злостным неплательщиком, боюсь, и мне могут отказать в выдаче кредита. Просить у знакомых и друзей взаймы… Да не у кого особо-то и попросить.

Черт, что же делать-то?!

– Конечно, Юлия Сергеевна. Я и не сомневаюсь. Теперь вы никуда от меня не денетесь, – в глазах Королёва сверкнул огонек. Нехороший такой, словно его слова имеют двойной смысл.

Глава 4

Юлия

– И… Сколько я должна? – спрашиваю я, с трудом сдерживая нервную вибрацию в голосе.

Костя, ой, точнее, Константин Александрович, издевательски хмыкает.

– На этот вопрос вам ответят специалисты автосервиса, когда оценят ущерб, – отвечает он, не сводя с меня прямого взгляда, и у меня снова темнеет в глазах. То ли от того, что бывший так победно смотрит на меня, то ли от того, что я влипла по самые помидоры.

Покраска машины… Сколько это стоит? Я плохо разбираюсь в машинах, но понимаю, что… Дорого. Очень дорого.

Чувствую себя беспомощной и растерянной. Всё произошло настолько быстро и неожиданно, что кажется нереальным. Моего сына обвиняют в повреждении автомобиля директора школы, и теперь мы оказались втянуты в абсурдную ситуацию, которую трудно назвать иначе, кроме как фарсом.

Лицо Королева выражает удовольствие от моей неловкости. Внутри всё кипит от возмущения и стыда одновременно. Меня охватывает паника и злость, ведь ситуация разворачивается против меня и моего ребёнка.

– Я буду держать с вами связь, – продолжает он, растягивая слова. – Как только я получу нужную сумму и мой автомобиль приобретет прежний вид, то… Так уж и быть, я заберу заявление из полиции и мы с вами замнем этот инцидент, не придавая его огласке. Надеюсь, вы понимаете, какой серьезный проступок совершил ваш сын? Я настоятельно рекомендую вам провести с ним воспитательные меры.

Гнев вспыхивает внутри меня яркой вспышкой, заполняя грудь жарким пламенем.

– У меня воспитанный сын! – невольно огрызаюсь я, но тут же одергиваю себя. Не хватало еще вывести Королева из себя. Сейчас я точно не в том положении, чтобы грубить. Если этот гад передумает и не заберет заявление, то на будущем Димы можно ставить крест. Пометка об учете в детской комнате полиции – это клеймо. Военное училище? Можно забыть. Все его мечты рухнут. С другой стороны… Я так зла на Диму сейчас! Может, это и будет ему уроком? Хорошим таким, на всю жизнь. Но… Нет. Материнское сердце… Оно все равно любит. Холит и лелеет. Желает лучшего. И сейчас оно сжимается от боли. От одной мысли о том, что все мечты моего Димы могут разбиться о жестокую реальность.

– Причины такого поступка я обязательно узнаю, – говорю я, понизив голос и прочищая горло. – И проведу беседу с сыном беседу.

Королев удовлетворенно кивает. А я…

Я устрою Диме такую взбучку… Мало не покажется! На всю жизнь запомнит, как чужие машины царапать. И врать своей матери. Врать! Это вообще отдельный разговор. Но сначала… Сначала я должна разобраться во всем. Выяснить, что произошло на самом деле. И почему мой Дима на такое пошел.

И да, не видать ему новых кроссовок! Будет у меня теперь весь год в старых ходить.

Хотя… В глубине души понимаю, что-то я упустила. Что-то пошло не так.

Конечно же, и моя вина здесь тоже есть. Ведь я мать, а значит… Несу ответственность за поступки своего несовершеннолетнего сына.

Я старалась. Честно. Любила его, берегла, заменяла Диме обоих родителей, создавала иллюзию счастливой семьи. Теперь осознаю, что мои попытки обернулись провалом.

Но…

Если бы у Димы был нормальный отец… Этого можно было бы избежать.

С горечью сглатываю ком в горле.

Что ж, надо для начала поговорить с сыном. Вдруг у него свое виденье на эту ситуацию, хотя сейчас я вообще с трудом понимаю, что его могло сподвигнуть на такой поступок.

Константин Александрович многозначительно кивает.

– Рекомендую вам придумать для него существенное наказание, – строгим тоном выдает он.

– Я сама разберусь, – цежу сквозь зубы.

– Как знаете, – пожимает он плечами, а взгляд такой острый, что режет как бритва.

– Спасибо за понимание, – выдавливаю я из себя эти слова и, наконец, выхожу из кабинета.

Хочется скорее оказаться подальше отсюда, избавиться от ощущения давления и гнёта.

На улице…

Слезы, которые я сдерживала все это время, наконец, прорываются наружу. Стою на тротуаре, рыдаю, не стесняясь прохожих.

Чувства вины, разочарования и боли смешиваются вместе, превращаясь в бесконечный водопад горя и отчаяния. Сердце разрывается на части, понимая всю серьезность данной ситуации.

Что теперь делать? Где взять деньги? Как объяснить все Диме? Я, конечно, против рукоприкладства и считала этой мерой недопустимой в воспитании детей, но, черт возьми, как же мне хочется настучать Диме по башке!

В голове – туман.

Хочется… Просто исчезнуть. Раствориться в воздухе.

Но… Я должна быть сильной. Ради сына, кого ж ещё. Королев прав, мне нужно придумать ему наказание, чтобы сын понял цену своего поступка. Мне теперь на тачку бывшего несколько месяцев точно пахать придется, чтоб его!

Вытираю слезы.

Иду вперед. Придумаю что-нибудь, где наша не пропадала.

Глава 5

Юлия

Только закрываю за собой дверь, как телефон взрывается настойчивым звонком. На экране высвечивается незнакомый номер, и мое сердце невольно екает.

– Алло? – отвечаю на вызов, уже предчувствуя неладное.

– Юлия Сергеевна? – на том конце провода раздается мужской голос, официальный и сухой. – Вас беспокоит участковый Вересаев Максим Андреевич. Прошу явиться завтра вместе с вашим сыном в отделение полиции…

Дальше я его не слушаю. Кажется, мой мир заново рушится. Внутри все холодеет.

– Думаю, вы уже в курсе, по какому вопросу.

Ещё бы! Дима. Машина директора. И по совместительству моего бывшего. Королева. Которого я презираю всей душой, а где-то глубоко внутри… Черт! Будто бы что-то еще теплится. Тлеющие угольки былых чувств, которые я так старательно пыталась похоронить.

Хотя нет. Мне кажется, что единственное, что осталось во мне – это ненависть к нему. Глубокая, всепоглощающая. Досадно, что даже спустя столько лет я никак не могу отпустить его поступок. Будто бы та обида так прочно засела внутри, что её невозможно ничем выкорчевать.

Словно сама судьба решила посмеяться надо мной, возвращая Королеву бумеранг. Вместо моих глубоких царапин на душе – царапины на его драгоценном автомобиле. Иронично, не правда ли?

Никогда не думала, что окажусь в полиции из-за своего ребенка. Слезы подступают к горлу, душат, не дают дышать. Хочется кричать, бить посуду, выть на луну – хоть что-нибудь, чтобы выплеснуть эту обжигающую смесь отчаяния, злости и… Да, признаюсь, страха. Мне очень страшно. Я боюсь за сына. Боюсь, что ничем не смогу ему помочь, что эта ситуация наложит неизгладимый след на его будущем.

Предполагаю, что мне, скорее всего, придется продать свою скромную машину и впредь какое-то время ездить на автобусе. Но все же, это меньшее из зол. Как бы я не злилась на Диму, я все равно желаю ему лучшего.

– Да, конечно. Я все понимаю, – возвращаюсь к разговору с участковым, голос дрожит, но я стараюсь говорить ровно. – Завтра в какое время?

Записываю время, адрес. Механически сбрасываю вызов.

Да уж, вот это отпуск у меня выдался. Думала хоть немного отдохнуть, а на деле вышло так, что я будто бы в адском котле варюсь.

Отчаяние тяжелой волной накрывает меня. Усталость, накопленная за день, добивает окончательно. Будто чей-то невидимый кулак сдавливает грудь. Всё сжимается, кружится голова, дыхание перехватило. Хочется рыдать навзрыд, громко и отчаянно. Потому что это невозможно представить – стоять лицом к лицу с суровыми полицейскими и выслушивать обвинения против собственного ребёнка! Даже думать не хочу о том, какое тяжелое испытание мне завтра предстоит.

Коля. Нужно позвонить Коле. Он отец, он должен… Принять хоть какое-то участие в нашей жизни! Ведь это наша общая проблема, и решать нужно её вместе. Хотя, что-то мне подсказывает, что это дохлый номер.

Набираю его в очередной раз. Гудки. Долгие, томительные гудки. И… Нет ответа. Пфф, я даже не сомневалась.

Засранец!

Злость вспыхивает, отгоняя оцепенение. Пишу сообщение:

«У ТВОЕГО сына огромные проблемы! Если не ответишь сейчас же, то у Димы будут серьезные неприятности!»

Тишина. Ни ответа, ни привета.

Наверное, опять ушел в запой, мерзавец! Или просто ему наплевать на сына. Вывод напрашивается сам собой: надеяться на поддержку бывшего мужа бесполезно. Осталось полагаться лишь на собственные силы.

Сползаю по стене, обхватываю голову руками. Слезы, наконец, прорываются наружу.

Отчаяние сдавливает горло. Что делать? Как быть?

Кажется, что весь мир повернулся против меня и я осталась абсолютно одна с этой проблемой.

Мысли хаотично мечутся в голове. И… Королев.

Который так внезапно появился в моей жизни спустя столько лет. Словно гром среди ясного неба.

Мысли, словно назойливые насекомые, роятся в голове. Костя… Костя Королев…

Это имя невозможно вычеркнуть из памяти, особенно, когда наши с ним пути неминуемо столкнулись.