Текст книги "Маджериум. Инициация тьмой"
![](/books_files/covers/thumbs_240/madzherium-iniciaciya-tmoy-290922.jpg)
Автор книги: Ольга Кандела
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)
Шейн улыбнулся.
– Хорошо, как скажешь. Но если вдруг передумаешь, ты всегда можешь на меня рассчитывать.
На этих словах Астон оставил меня и отправился на занятия. Я положила в рот еще пару вилок жаркого и, оставив почти полтарелки несъеденной, последовала примеру Шейна.
Глава 3
Вечер опустился на академию как-то быстро. Не успела я оглянуться, как на улице стемнело. За окном вновь поднялся ветер, он клонил макушки деревьев к земле и бросал в окно колючие капли дождя.
Любой другой от этого монотонного шума уже уснул бы. Но у меня, хоть я и чувствовала себя измотанной, сна не было ни в одном глазу.
Слишком много эмоций, слишком много мыслей, разрывающих голову, не дающих расслабиться.
И сильнее всего пульсировало буквально осязаемое беспокойство за Ская. Все ли с ним в порядке после сегодняшнего считывания? Дошел ли он до магистра Орфиуса? Я вновь мысленно отругала себя за то, что не узнала номер его комнаты. Сейчас во мне было достаточно желания и решимости, чтобы сходить и проверить, как он там. Но вот куда идти?
Впрочем, один вариант был…
Я слезла с постели и быстро оделась. Решила, что, если где-то в это время суток и можно отыскать неспящих студентов, так это в общей гостиной.
Я оказалась права. Еще на подходе я услышала приглушенные голоса, доносящиеся из-за приоткрытых дверей.
– О таком стыдно говорить, но я знатно перетрухнул. Думал, ищейка полезет мне в голову. Он так смотрел, будто видит насквозь, – коснулся слуха басистый рокот Джона Фалкона.
– За это и не люблю менталистов, – вставил женский голос, в котором я узнала старшекурсницу Габриэль.
– Да половина из нас менталисты! Пусть и со скромными способностями.
Я приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Разговоры тут же стихли, ребята напряглись, будто их застали врасплох. Но сразу расслабились, увидев меня.
– О, Легран. Тоже не спится? – ехидно поинтересовалась Сирена.
Я кивнула и проскользнула внутрь, плотно закрывая за собой дверь. Быстро оглядела собравшихся. В гостиной собрались почти все, кто играл тогда в «поцелуй в темноте». Не хватало только Ская. Да Астон Шейн, как всегда, отбился от компании. Но сейчас лорд заботил меня меньше всего.
– А где Скай? – вопросительно посмотрела на Питера, надеясь, что хотя бы он в курсе.
– Где-где? Дрыхнет без задних ног! Мы как отдали дверь, так он сразу завалился спать. Его сейчас и колоколом не добудишься.
Мне хотелось узнать подробности: как он себя чувствует, успел ли сходить в корпус к менталистам. Но было неловко расспрашивать Питера при всех. Особенно в присутствии Сирены, которая по-прежнему с придыханием смотрела на Ская.
Поэтому я лишь сдержанно кивнула и прошла вглубь комнаты, устроившись на свободном уголке дивана.
– Твоя была идея? – тут же набросилась на меня Сирена. – Рассказать про дверь и про игру? Ищейка сегодня по всем прошелся! И разговаривал с нами так, будто мы в чем-то виноваты. Да еще штраф впаяли! Довольна?
Я лишь только открыла рот от удивления. Но ответить девушке не успела.
– Ты совсем дура? – опередил меня сидящий напротив Эштон Доусли. – Эбби погибла, а тебя волнует допрос и несчастные двадцать штрафных баллов?
– Меня волнует, что нас в чем-то подозревают! И что, не ровен час, дознаватель полезет мне в голову!
– Не беспокойся, Скай уже отчитался за нас всех. Никто к тебе в голову не полезет, – теперь Сирену осадил еще и Питер.
Та возмущенно запыхтела и, скрестив руки на груди, откинулась на мягкую спинку дивана.
– Я вообще не понимаю, почему нас подозревают? – уже спокойнее произнесла девушка. – Может, она сама сунулась среди ночи в лес и ее задрал дикий зверь.
– Никто ее не задрал! – вновь слишком эмоционально отреагировал Эштон.
Было видно, что парень на пределе. Случившееся с Эбигейл ударило по нему так же сильно, как по мне… А может, и хуже, ведь я ничего не знала об их отношениях с Эбби. Ладили ли они, когда Эш был ее куратором? Или они так же собачились, как мы со Скаем? Соседка ничего не рассказывала, а я и не спрашивала. Была слишком занята собой и своими проблемами.
А теперь подруги не стало. И это давило тяжким грузом, заставляя не только желать наказания для убийцы, но и непрерывно копаться в себе.
– Ее убили, – тихо добавила я, не в силах молчать. – Это был человек. Маг. И сейчас он находится где-то в академии.
Сидящая рядом рыженькая Рита зябко передернула плечами.
– Меня от одной мысли бросает в дрожь.
– Зачем кому-то убивать Эбби? Кому она могла мешать? – Джон Фалкон озадаченно почесал затылок.
– Не знаю… Но сомневаюсь, что дело в самой Эбби. Я думаю, это все дверь. А точнее, куда эта дверь ее привела, – озвучила я свою версию, на что Рита, которая секунду назад ежилась от страха, легкомысленно рассмеялась.
– Да ну, глупости! Еще скажи, что артефакт ее убил. Мы столько лет играем – никогда ничего не случалось! Слушайте, может, это все-таки Шейн? – Рита наклонилась вперед и перешла на шепот: – Ну все ведь сходится. Он играл с нами в первый раз. И остался без пары. У него нет алиби.
– Ага, а еще его нет сейчас здесь! Интересно, его ищейка хоть допрашивал? – фыркнула Сирена. – Или его светлейшество неприкосновенный?
И красноречиво посмотрела на меня. Словно я была подружкой Шейна и знала обо всем, что с ним происходит.
– Понятия не имею, – сказала я, отвечая Сирене не менее неприятным взглядом.
Бездна, кажется, я уже начинаю жалеть, что вообще пришла сюда. Я ждала, что ребята выдвинут хоть какие-то разумные версии, выскажут свои подозрения, а все вновь сводится к перемыванию костей. Хотя, казалось бы, на фоне общей опасности мы должны сплотиться и оставить взаимную неприязнь и обиды.
– Ты, кстати, тоже осталась без пары, да, Легран? Может, ты свою подружку сама и порешала? – накручивая кудрявый локон на палец, задумчиво произнесла рыженькая.
– Рита! – тут же осадил ее Фалкон, но я уже успела вскочить с дивана.
– Да идите вы…
Глаза защипало от слез. Внутри все переворачивалось от смеси злости, обиды и ужасного чувства несправедливости.
Как она вообще может говорить такое? Я так переживала из-за Эбби. Подняла на уши чуть ли не всю академию, а они… Мало того что смеялись надо мной тогда, так и теперь лишь дурачатся. Словно не понимают, насколько все серьезно.
– Ну ладно-ладно. Я всего лишь пошутила. Подумаешь… Чего так реагировать-то?
– Следи за языком, Рита!
– Эй, Изабель, постой!
Питер поймал меня в дверях, мягко придержав за локоть.
– Не обижайся. Рита вечно мелет что попало. Никто на тебя не думает.
Я быстро вытерла выступившую в уголке глаза слезу и лишь после повернулась к Рэнксу.
– Я все равно пойду… Смысл сидеть тут и страдать… ерундой.
Я кинула быстрый взгляд на Риту. Та сидела, нахохлившись и скрестив руки на груди. А Фалкон что-то недовольно шептал ей на ухо. Никак пытался пристыдить.
– Ладно, – не стал настаивать Питер и отпустил мою руку. – Тебя проводить?
Я уже хотела ответить, что не стоит. Мне всего-то и надо подняться на этаж выше и дойти до своей комнаты. Но тут взгляд зацепился за знакомую кожаную куртку, висящую на спинке кресла. На рукаве красовалась знакомая нашивка ловца.
– Это куртка Ская? – Я схватила вещь и сразу ощутила знакомый запах хвои и древесной смолы.
– Да, оставил, когда провожали ищеек. Надо ему занести.
Питер протянул руку, чтобы забрать куртку, но я не дала. Мысли живо перескочили к другому вопросу, и я озадаченно уставилась на ребят.
– А кто-то ходил вечером кормить Драга?
Загонщики непонимающе переглянулись.
– Ну драггаста!
– Похоже, что мы выжили из ума? – Габриэль хмыкнула и остальные поддержали ее согласными возгласами.
– А кто-то из смотрителей загонов?
– Вряд ли, – покачал головой Питер. – Зверь подпускает только Монтего. А Монтего…
– Спит в своей комнате… – хором произнесли мы.
Не знаю, возможно, я задумала полную глупость. Но решение пришло в голову молниеносно, и, ни секунды не колеблясь, я натянула на плечи куртку Ская и направилась к выходу.
– Эй, ты куда собралась? Да ты спятила! – Питер кинулся следом, намереваясь остановить меня. – Ничего с этим кошаком не случится. Подумаешь, поголодает денек. Стройнее будет!
Но я упрямо застегивала пуговицы. Во мне горела какая-то странная решимость и уверенность, что все получится. К тому же я все равно не смогла бы уснуть. Сна не было ни в одном глазу, а желание помочь хоть чем-то, сделать хоть что-то полезное, пусть и немного безумное, горело в груди. Словно жизненная потребность.
– Я все равно пойду.
– Ой, дурная!
Не прощаясь, я решительно направилась к двери и лишь краем глаза успела заметить, как Питер метнулся куда-то в сторону.
Уже в коридоре парень нагнал меня, впопыхах натягивая куртку.
– Одна ты точно не пойдешь!
– Не стоит. Я справлюсь, – сказала я, больше из вежливости. На самом деле я была рада, что кто-то пошел со мной. Шастать по ночной академии, в глубинах которой разгуливает убийца, а уж тем более выходить на улицу, было тревожно.
– Справится она… А Монтего мне потом за тебя голову открутит!
– Прям так и открутит? – хмыкнула я и почувствовала, как что-то теплое толкнулось в груди.
– А то! – в том же тоне усмехнулся Рэнкс. – Или думаешь, я такой дурак, и не вижу ваших переглядываний?
– Каких переглядываний? – опешила я, сбившись с шага, но быстро взяла себя в руки. – Не было никаких переглядываний!
– О, принцесса, да ты покраснела!
Уж не знаю, как Рэнкс это заметил, учитывая, что мы шли полутемными коридорами, где ночники горели через раз. Но мне стало вдвойне неловко. Щеки и правда пылали, как раскаленные угли. Казалось, брызни воды, и зашипят.
Я приложила прохладные ладони к лицу и прибавила шага, стараясь укрыться от пытивого взгляда Рэнкса. Но тот словно видел меня насквозь.
Питер рассмеялся, заметив мое смятение.
– Папочка Рэнкс в таких делах шарит. Не удивлюсь, если вы с Монтего еще и в «поцелуй в темноте» вляпались. Да? Да? Я прав? Признавайся!
Рэнкс обогнал меня и резко развернулся, продолжая шагать по коридору спиной вперед. А я поняла, что краска залила не только мои щеки, но и уши, и шею. Я не знала, куда себя деть, и была в ужасе от того, что кто-то посторонний мог заметить, что между мной и Монтего что-то есть.
– Что? Но как ты?..
– О да! Я прав! – победно воскликнул Питер, глядя в мое растерянное лицо. – Я ж говорил, мы в эту игру не первый год играем. И никогда не бывало такого, чтобы кто-то остался без пары.
Рэнкс вновь развернулся и теперь уже шел нормально, пристроившись по правую руку от меня. Мне стало спокойнее и волнительнее одновременно. Ведь я не собиралась никому рассказывать про поцелуй. Это была наша со Скаем тайна. И то, что Рэнкс смог так легко нас раскусить, означало, что и остальные могут сложить два и два.
– Знаешь, дверь ведь… она, как бы это сказать, подыгрывает нам. В тот вечер я загадал попасть к тебе. Так надеялся на поцелуй. Но… видимо, кто-то хотел этого больше. – Питер хмыкнул и озорно подмигнул мне. Я же почувствовала, как сердце ускорило свой бег, мощно толкаясь о клетку ребер.
Мысль о том, что Скай мог желать поцелуя еще тогда, в самом начале нашего знакомства, когда мы толком не знали друг друга – да что там, мы терпеть друг друга не могли, – жаркой волной прокатилась по телу. Это было так странно, непонятно, но в то же время приятно, что я окончательно запуталась. Как ни крути, но понять его логики и мотивов мне было не суждено. Или не было там никакой логики?
– Монтего в этом плане всегда был везунчиком, – продолжал Рэнкс, и в его голосе проскользнула напускная обида. – Вот скажи, почему все самые классные девчонки всегда достаются ему, а? Ну чем я хуже?
– Ты просто очень много болтаешь, Рэнкс! – не удержалась я, в глубине души очень надеясь, что он не разболтает нашу тайну каждому встречному загонщику. Тогда я его точно убью. Своими же руками.
– Да, серьезно? Стоит напустить на себя таинственности? – заговорщическим тоном прошептал парень и поиграл бровями.
– Стоит подрезать тебе язык.
– Фу, какая ты недальновидная. С отрезанным языком я не смогу целоваться. Уж в чем в чем, а в этом я мастер. Хочешь, докажу?
Питер вновь попытался повернуться ко мне, перегородив дорогу. И хоть я понимала, что все это шутка, на которую не стоит обращать внимания, но решила, что лучше сразу пресечь любые поползновения. Поэтому нарочно толкнула его плечом, освобождая проход, и выскользнула в двери, для весомости добавив:
– Вот за это Монтего тебе точно голову открутит!
В итоге на улицу я вышла с горящими щеками и глупой улыбкой на губах. Но тут же обо всем забыла, стоило почувствовать прохладу ночи. И без того мерзкая погода к ночи только ухудшилась. Промозглый ветер бросал в лицо мелкие колючие брызги. А темнота стояла такая, что хоть глаз выколи. Единственным источником света был фонарь над входными дверями, а дальше полигон буквально утопал в темноте. Кромки леса – и той было не видать в густом мраке ночи.
– У тебя есть магический светлячок? – обратилась я к Питеру, понадеявшись, что парень оказался дальновиднее меня и прихватил что-то для освещения.
– Нет, – вопреки ожиданиям, расстроил Питер. – Но у меня есть кое-что другое.
Загонщик полез в карман куртки и достал оттуда что-то мелкое. Лишь когда он стал надевать это что-то на пальцы, я поняла, что это кольца. По одному на каждую руку.
– А сейчас будет магия! – предупредил Рэнкс и по касательной ударил ладонь о ладонь.
Я услышала металлический звон столкновения колец, а между мужских ладоней проскользнула вполне заметная искра. Еще одно такое же движение по касательной – и высеченная искра вспыхнула огоньком в руке парня.
– Видела? – самодовольно улыбнулся Питер, демонстрируя огонек. И, словно в насмешку, крохотное пламя погасло, а парень ругнулся сквозь зубы.
Видимо, огненная стихия была отнюдь не близка загонщику. Но покрасоваться, бесспорно, хотелось. Впрочем, через пару попыток Рэнкс все-таки справился с непокорной стихией, и мы двинулись вдоль полигона с крохотным огоньком, освещающим путь.
Спустя пару минут мы, пронизываемые всеми ветрами, дошли до ангара с полночниками. Ровно, как и над входом в корпус, над широкими двустворчатыми воротами мерно мерцал фонарь.
– Наверное, надо захватить что-то из дичи, – предложил Питер и дернул на себя кольцо, проверяя не заперт ли ангар. Дверь с тихим скрипом поддалась, и парень шагнул внутрь.
Из ангара веяло теплом и сухостью. Запахом сушеного сена и трав. И мне так хотелось последовать за Рэнксом. Но я задержалась снаружи.
– Ты иди. А я проверю, как там Драг.
– Опять собралась геройствовать? – цыкнул парень.
– Нет. Просто хочу убедится, что все в порядке, и он не агрессивен. Если явимся вдвоем, зверь точно станет нервничать. – И на осуждающий взгляд парня добавила: – Не беспокойся, близко подходить не буду. Даже в загон не войду.
Питер лишь покачал головой, тяжело вздыхая, но все же сдался.
– Ладно. Жди меня у загона. И смотри не заблудись.
Ну, заблудиться у меня вряд ли бы получилось – стоило обогнуть ангар, как я оказалась у заветного загона. Повыше подняв воротник и закутавшись в куртку с чужого плеча, я бесшумно двинулась к ограде. Свет от ворот сюда почти не проникал, но я все равно смогла различить очертания навеса, сооруженного Скаем. А потом, не дойдя десятка шагов до ограды, услышала звериный рык.
Неужели драггаст почуял меня на таком расстоянии? Но если почуял, должен был узнать. Даже я отчетливо различала, как от воротника куртки тянуло знакомым мужским ароматом. Терпким, приятным, призывающим прикрыть глаза и представить, что Монтего рядом. Сжимает в своих объятиях.
Но Драг рычал. И я не понимала причины его агрессии. В тишине ночи звякнула металлическая цепь аркана.
– Эй, дружок, не бойся, это я, – ласково позвала зверя. Хотя называть подобного хищника «дружком» было весьма опрометчиво, если не сказать смешно.
Но стоило мне подать голос, как в глубине загона что-то шевельнулось.
Я несколько раз моргнула.
– Драг…
От невысокого навеса отделилась тень и метнулась куда-то в сторону. Я различила быстрые удаляющиеся шаги, звук глухого прыжка, словно кто-то перемахнул через ограду, и испуганно отпрянула.
– Кто здесь?
Сердце тут же подскочило к самому горлу. Я изо всех сил всматривалась в темноту, но это было бесполезно.
Драггаст недовольно ворчал, шуршал сеном под навесом, словно пытался копать. Я уже хотела бросится наутек, как различила шаги за спиной.
Резко обернулась и увидела знакомый огонек, плывущий в темноте.
– И чего ты сюда поперлась, не видно же ни зги! – прокомментировал Питер.
– Рэнкс, там кто-то есть!
– Что?
– Там, в загоне! Там кто-то был! Я видела чей-то силуэт, слышала шаги! – Я схватила парня за куртку, потрясла, не в силах совладать с эмоциями.
– Что за бред, зачем кому-то среди ночи лезть в загон к драггасту?
– Я не знаю! Но там точно кто-то был!
– Эй! – громко крикнул парень и поднял огонек чуть выше над головой. – Есть кто?
Но ответом ему была тишина и завывание ветра под козырьком крыши. Драггаст вновь заворчал, недовольный присутствием людей.
– Вроде все тихо. Наверное, тебе показалось.
– Я еще не совсем из ума выжила, – рассердилась я на парня.
Даже если мелькнувшую тень я могла с чем-то спутать, то быстрые шаги точно принадлежали человеку. И этот кто-то явно приходил не кормить бестиаллию. Иначе зачем бы ему было сбегать?
– Даже не знаю, что на это сказать… Не пойдем?
– Нет. Пойдем, – уверенно ответила я, тем не менее край мужской куртки не отпустила.
Я обязательно должна была узнать, кто ошивался у загона. Плохое предчувствие сковало грудную клетку железными тисками, мешая вздохнуть полной грудью. Казалось, вокруг творится что-то недоброе, злое… Словно на Маджериум опустилась вязкая завеса тьмы. И кто бы знал, как сильно я желала, чтобы сейчас рядом оказался Скай. Он бы смог подойти к драггасту и убедиться, что все в порядке.
Но сейчас здесь были только мы с Питером. И нам не оставалось ничего, кроме как проверить мои опасения.
– Достал дичь?
– Да, конечно! – Питер протянул мне тушку какого-то пушистого грызуна, подвешенную за задние лапки.
Я взяла дичь и распахнула калитку загона. С гулко колотящимся сердцем вошла внутрь. Драггаст вновь забеспокоился. Не рычал, но я слышала, как длинный чешуйчатый хвост отбивает нервный ритм по деревянному настилу.
– Можешь посветить ярче? – попросила я Рэнкса и аккуратно, потихоньку, стараясь не спугнуть зверя, двинулась к навесу.
Огонек выхватывал из темноты очертания крупного хищника. Лоснящуюся шкуру, топорщащиеся вдоль хребта острые иглы шипов, крупные загнутые рога, клыки, выставленные вперед в устрашающем оскале. Звериные глаза неотрывно следили за нами. И если по мне драггаст лишь мазнул мимолетным взглядом, то с Рэнкса он глаз не спускал, и вновь тихо утробно зарычал, предупреждая об опасности.
– Стой тут. Дальше я сама, – дала команду парню.
– Уверена? Может, мне спеленать его обездвиживающим заклинанием? – предложил загонщик.
– Нет, пока не надо, но будь наготове.
Я сделала еще несколько шагов вперед, с замиранием сердца наблюдая, как приближается драггаст. Протянула вперед руку с угощением, пытаясь показать, что пришла с хорошими намерениями. И когда до бестиаллии оставалось расстояние броска, я швырнула дичь на мокрый песок загона.
Драг припал мордой к земле. Обнюхал угощение, все так же не спуская напряженного взгляда с Рэнкса. Потом аккуратно сомкнул клыки на тушке и, не разрывая зрительного контакта, пятясь спиной, двинулся под навес со своей добычей в зубах. Я проводила его взглядом и, лишь когда хищник поравнялся с навесом, заметила кое-что странное.
– Эй, Рэнкс, мне нужно больше света. Там что-то…
– Я что, по-твоему, стихийник? – фыркнул парень, тем не менее огонек пламени переместился чуть ближе, освещая то, что находилось под низким навесом.
Прямо на импровизированной лежанке, средь сухой соломы и выцветших желтых стеблей ярко выделялось несколько насыщенно-зеленых стеблей алдука.
* * *
Первым делом с утра нас ждало объявление. Оно прогремело в каждом коридоре общежития и в каждой учебной аудитории. В холле первого этажа и студенческой столовой. На открытом полигоне и во внутреннем дворике между корпусами. И уже через минуту все до единого адепты Маджериума обсуждали главную новость сегодняшнего дня – введенный в академии комендантский час. Если до этого момента кто-то еще был не в курсе несвоевременной кончины Эбигейл Нортон, то теперь таковых не осталось.
Казалось, атмосфера в Маджериуме стала еще более мрачной. От былых шуточек и веселых разговоров не осталось и следа. И я вдруг остро как никогда осознала, что хочу сбежать. Хочу спрятаться от действительности, забыться и хоть ненадолго выкинуть все мрачные мысли из головы.
Но, как назло, все вокруг только и делали, что обсуждали убийство Эбби. Уж не знаю как, но слухи об истинной причине смерти девушки очень быстро просочились в студенческие ряды. Ребята то и дело опасливо озирались, сбивались в группы, боясь ходить поодиночке. Ощущение, что угроза нависла над всеми нами, неминуемо проникало в сознание. В каждую клеточку тела. Не давало шанса расслабиться ни на мгновение.
А тот факт, что Монтего не явился сегодня на завтрак, заставлял меня нервничать еще больше. Благо еще с вечера я все-таки набралась храбрости и узнала у Рэнкса номер его комнаты. Парни оказались соседями. И хоть Питер предложил занести Скаю куртку, я оставила ее себе. Решила, что это будет отличным поводом проведать парня и удостовериться, что с ним все в порядке.
Так что, быстро проглотив свой завтрак, я направилась обратно к жилым комнатам, надеясь, что успею проведать Ская до начала занятий. Нашла нужную дверь и замерла перед створкой. Оглянулась по сторонам, убеждаясь, что рядом никого нет. Отчего-то не хотелось, чтобы кто-то видел, как я стучусь в мужскую спальню. Это казалось жутко неприличным. Тем не менее я занесла ладонь и постучала.
Ответом мне была лишь тишина. И я на мгновение усомнилась в правильности своего решения.
Возможно, я поспешила? Может, Скай давно проснулся и отправился в столовую или на занятия, и мы попросту разминулись с ним где-то по дороге? Уже хотела развернуться и трусливо сбежать. Но вдруг с той стороны раздались тихие шаги и звук отодвигаемого засова. В дверном проеме появилась взлохмаченная голова Монтего, а весь его вид от заспанного лица до помятой рубашки говорил о том, что я своим стуком вырвала парня из объятий сна.
– Привет.
– Привет. – Скай натянуто улыбнулся и провел рукой по волосам, создавая еще больший беспорядок на голове.
– Прости, что разбудила.
– Уже утро? Вот бездна, сколько я проспал?
– Да. Уже утро. Но занятия еще не начались. И я… вот… – Мне стало немного неловко, и я протянула Монтего куртку, прикрываясь ей, словно щитом. – Ты оставил вчера в гостиной. А еще вот! Я захватила тебе завтрак.
Следом за курткой протянула два завернутых в бумажную салфетку пирожка, которые догадалась прихватить из столовой. Как знала, что Монтего ничего не ел со вчерашнего дня.
Скай улыбнулся. Теперь уже не натянуто, а тепло и мягко. Но вместо того чтобы забрать подношение, шире распахнул створку, приглашая меня войти.
– Проходи. У меня, правда, не убрано…
Кажется, я впервые увидела, как Монтего смутился. И в этот миг моя собственная неловкость испарилась, словно ее и не было.
Я крепче прижала к себе куртку, пряча улыбку за меховым воротником, и, вложив в руку Монтего пирожки, шагнула внутрь.
В комнате, и правда, было не убрано. Постель смята. Ботинки со спутанными шнурками валялись в разных углах. Книги были разбросаны где попало. Один корешок торчал из-под подушки, вот-вот грозя свалиться с кровати. На полу какой-то мусор, то ли шелуха, то ли… древесная стружка?
Я перевела взгляд на письменный стол, где полагалось лежать учебникам и письменным принадлежностям, но там обнаружилось нечто совсем иное.
– Ох, Скай! Это ты сделал?
Я свалила куртку на ближайший стул и подошла к столу. Тот был буквально завален деревянными статуэтками разной степени готовности. Вырезанные фигурки полночников, нюхачей, гарпий. Голова драггаста с загнутыми кручеными рогами. Тонкая изящная кельпи, к которой даже прикоснуться было страшно, такой хрупкой она казалась. В дальнем углу притаился иглогрив, свирепо ощерившийся десятком острых шипов. А чуть ближе долгохвост обернулся длиннющим хвостом, словно шарфом.
Какие-то заготовки были совсем грубые, черновые. Вырезанные резкими угловатыми фигурами и плоскостями. Другие более детальные, гладкие, доведенные до совершенства. Но в каждой из этих поделок непременно чувствовалась душа. В каждой словно была своя история, пусть то был даже кусок деревяшки со слегка обозначенной формой.
И теперь, глядя на этот стол, заваленный стружкой, ножами и изогнутыми лезвиями, я наконец поняла, почему, когда Скай рядом, я всегда чувствую этот запах. Запах сосновой смолы и нагретого дерева. Этой самой стружки, свернутой тугими кольцами и разбросанной по полу. Этот запах прочно въелся в его руки, кожу. Наполнял комнату, делая ее невероятно уютной.
И даже беспорядок перестал смущать, став частью естественного творческого процесса.
– Да так. Мастерю иногда, когда хочется чем-то занять руки.
Скай пожал плечами, словно он тут был ни при чем, и флегматично сунул в рот принесенный пирожок.
Я же осмелилась взять со стола одну из фигурок. Это был еще не оконченный чернокрыл. Голова, длинная шея и пара передних крыльев были полностью выточены и отшлифованы. А остальная часть так и осталась внутри грубо срезанного деревянного бруска, отчего казалось, будто полночник вылетает, вырывается из тесного заточения, чтобы в следующее мгновение взмыть в небеса.
– Она еще не готова, – сообщил Скай и так очевидную вещь.
– А мне нравится, – ответила ему, крутя перед глазами фигурку. – Что-то в этом есть…
– Ну, если нравится, то забирай.
Я тотчас смутилась и поставила статуэтку на место.
– Нет, я не могу…
– Почему? – искренне удивился парень. – Можешь выбрать любую. Пускай это будет подарком.
Я вновь скользнула взглядом по столу. Они все были прекрасны. Стало даже немного обидно, что никто больше не видит этой красоты. Что деревянные поделки в беспорядке свалены на столе, вместо того, чтобы красоваться где-нибудь на полке рядом с книгами и декоративными свечами.
– Ну? Выбрала?
Пока я в нерешительности рассматривала статуэтки, Скай отряхнул руки от крошек, подошел сзади и положил подбородок мне на макушку. Невесомо обнял за талию, притягивая к себе.
– Пускай будет эта! – Взяла самую первую понравившуюся фигурку полночника, заточенного в дерево, и развернулась в мужских объятиях.
– Ладно, но если захочешь, я доделаю…
Я лишь отрицательно качнула головой, прижимая к груди статуэтку.
– И вообще, что-то их слишком много, – произнес Скай, обводя взглядом заваленный стол. – Места ни на что не хватает.
И вдруг одним резким движением смахнул со стола половину фигурок, обхватил меня за талию и усадил на очищенный кусочек столешницы. Я только и успела, что сдавленно охнуть, не зная, за что волноваться больше: за упавшие на пол фигурки, часть которых могла попросту сломаться, или за себя, совершенно возмутительным образом сидящую на столе, напротив победно улыбающегося парня.
Наши лица оказались на одном уровне. И сколь сильно я ни была смущена, не могла избежать его взгляда. Мягкого, нежного и вместе с тем горящего жарким пламенем. Опаляющего не хуже живого огня, выпущенного из прозрачной колбы.
– Скай, что ты де…
Я даже возмутиться не успела, как он шагнул ближе и поцеловал меня, не давая возможности договорить. Деревянная статуэтка выскользнула из рук, мягко упала на колени, а я вцепилась в мужские плечи, сама еще не до конца понимая, чего хочу больше: оттолкнуть его или теснее прижать к себе.
Впрочем, второе желание очень быстро взяло вверх. Я и сама не подозревала, как сильно соскучилась по его поцелуям. За всей этой суматохой, сумасшествием, творящимся вокруг, у нас совершенно не было времени побыть вместе. Поговорить. Понять, что все-таки происходит между нами. Всерьез ли это, или лишь жалкая попытка уйти от действительности. Забыться в объятиях друг друга.
Как ни странно, но это и правда работало. Его поцелуи заставляли забыть обо всем на свете. Погружали в какую-то иную реальность, где была лишь теплота его губ и рук. Его прикосновения, то совсем невесомые, то откровенно жадные, голодные.
Я почувствовала, как Скай положил ладонь на мое колено и попытался развести ноги, чтобы подойти еще ближе, прижаться еще теснее.
И мне тоже хотелось этого, но упрямый разум буквально кричал, что это слишком. Что нельзя заходить так далеко, потому что вслед за поцелуями ему непременно захочется большего. А к большему я пока точно была не готова.
– Скай. Погоди, Скай. – Я лишь сильнее стиснула ноги, не давая ему нарушить незримую границу. – Погоди. Мы… Я… Я так на занятие опоздаю! – наконец нашла весомую причину прекратить это безобразие.
Скай нехотя оторвался от моих губ, но отступать не спешил, словно был уверен, что я передумаю.
– Не хочу опять прогуливать. У меня и так с учебой не ладится. Да и тебе… не мешало бы освежиться, – улыбнулась я, взъерошив его и так торчащие во все стороны волосы.
Скай огорченно выдохнул и глянул на свою измятую рубашку.
– Да, это точно… Освежиться мне не помешает, – хмыкнул он и через силу отпустил меня. Поставил на ноги, сняв со стола.
Я обвела взглядом учиненный беспорядок. Не наступить бы ненароком на какую-нибудь поделку…
– И Драг наверняка голодный. Проклятье, я его и вчера толком не кормил!
Ловко лавируя меж разбросанных статуэток, Скай подошел к шкафу и скрылся за одной из распахнутых створок, видимо, намереваясь переодеться.
И мне бы уйти, пока не поздно, но я очень вовремя вспомнила о том, зачем еще рано поутру заявилась к Монтего в спальню.
– Ну, вообще Драг не очень-то и голодный…
Скай выглянул из-за створки, вопросительно приподняв одну бровь.
– Я ходила кормить его вчера вечером, так что…
– Ты… Что? – Теперь Монтего полностью вышел из-за створки шкафа и, коли он успел стянуть рубашку, стоял передо мной в одних брюках, сверкая голым торсом. – Совсем умом тронулась?
– Ну… Я была в твоей куртке, как ты и учил. И со мной был Рэнкс! – тут же начала оправдываться, почувствовав недовольство парня.
Хотя в этот момент я мало смотрела на выражение его лица, взгляд так и норовил сползти ниже. К четкому рельефу мышц и ярко выделяющейся черной татуировке на груди.
– Ненормальные! Выпороть бы… обоих! – рыкнул Монтего.
– Но все же хорошо, – улыбнулась примирительно, но потом вспомнила о главном. – Точнее, не все. Я кое-что видела. Ночью у загона.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?