Читать книгу "Предатели за спиной"

– Минут десять, – охотно поделился Джон, оглядываясь. – Как вы там, мисс Морган?

Маргарет глянула на Зборовского, убедилась, что с профессором всё в порядке, и вскочила на ноги, перебираясь ближе к кабине. К слову, работать с агентом Ллойдом в экстремальных ситуациях оказалось на удивление легко: такие, как телекинетик, от стресса закаляются, а не расклеиваются, и действуют слаженнее и быстрее, чем обычно.

Ну должен же он был за что-то собрать свои звания и награды в прошлых кампаниях. Титул в военных условиях никак не помогает, это Маргарет знала точно.

– Баррикада, – остро глянув на командира, сообщила Валери. – Не прорвёмся!

Агент Ллойд тут же обернулся, напряжённо вглядываясь в нагромождение ящиков и бетонных блоков. Скрывшийся за уличным блиндажом отряд заработал слаженно, открыв огонь сразу из всех стволов. Хлопнула пуля, пустив ажурную сетку по лобовому стеклу, взорвалось колесо, пуская фургон боком, чертыхнулась Валери, удерживая в руках непослушный руль.

– На прорыв, мисс Стоун! Газу!

– Не пройдём!

– Газу, я сказал!!!

Маргарет должна была вернуться обратно, к профессору, но не смогла. Потому что вокруг чёрных глаз Джона Ллойда расцвела паутина лопнувших сосудов, страшно выделились покрасневшие жилы на абсолютно белом лице…

Валери сдавленно выругалась, когда ближайший к ним бетонный блок снесло в сторону, накрыв закричавших немецких солдат. Фургон, отчаянно скрипя сбитыми покрышками, прорвался на шоссе, а Джон Ллойд оглянулся, провожая блокпост страшным взглядом. Погони не последовало: единственный автомобиль заглох, выплюнув разъярённых солдат наружу. Снова пули – далёкие, злые.

Телекинетик медленно откинулся обратно на сидение и прикрыл ладонями лицо. За разбитым окном мелькали последние дома варшавских улиц. Маргарет переглянулась с Валери и с каменным лицом вернулась в салон, к профессору. Выходит, агент Ллойд может и так? На расстоянии, в движущемся объекте… предмет, намного превосходящий размерами и весом его физические возможности…

Шеф Кеннингем будет рад, прочитав отчёт.

– Это хорошо, – прошептал Зборовский, едва Маргарет присела рядом, – что такая мощь досталась человеку… который никогда не даст ей волю…

– Что? – поразилась агент Морган.

– Только представьте… если бы его возможности… упали в руки… плохие руки…

Маргарет только покачала головой, бережно протирая вспотевший лоб Зборовского носовым платком. Гениальный профессор мог себе позволить некий идеализм. В конце концов, для защиты его иллюзий и существовали такие, как она.

– Вырвемся через главный блокпост у выезда, и свободны, – устало проронил агент Ллойд, роняя руки на колени. – Я только надеюсь… их там не очень много…

Маргарет переживала о том же, а вот хмурую и сосредоточенную Валери, отвечающую за техническую часть их отчаянного вояжа, волновал, по-видимому, только оставленный в пригороде автомобиль. Доедут или нет, с пробитыми шинами и разбитыми окнами? Ещё же сменить паспорта, одежду…

– Странно, даже баррикаду не выставили, – подобрался агент Ллойд, как только показался блокпост на выезде. – Что за…

Фургон резко дёрнулся, как только Валери ударила по тормозам, и Маргарет, не удержавшись, отлетела к кабине, больно ударившись плечом. Куда снесло профессора, Мэгги не сразу увидела. Ах да, вот же, у её ног…

Хотела бы мисс Морган приписать это собственной неотразимости, но увы.

– Что с вами, мисс Стоун? – резко окрикнул агент Ллойд, меняясь в лице. – По газам, на прорыв! Я разберусь с погоней! В чём дело?..

Странный звон в голове. Дикая, болезненная пульсация в глазах… Будто все сосуды лопнули, заливая кипящей кровью оголённые нервы…

Пусть прекратится!.. Что угодно сделаю…

– Мисс Морган! Какого дьявола вы творите?!

Слушать… слушать внимательно… открыть двери…

Маргарет распахнула двери замершего фургона настежь, бездумно разглядывая окруживших их немецких солдат.

– Nicht schießen!*

(*Не стрелять. – нем.)

Маргарет спрыгнула наземь, повинуясь звенящей тишине в голове. Один из солдат тотчас приставил ей револьвер к голове, но она и не подумала схватиться за верный кольт.

Слушать… слушать внимательно…

Хлопнула водительская дверь, и к ней на деревянных ногах подошла Валери. Маргарет отметила пустые, неподвижные глаза подруги, как только та остановилась рядом. Лицо Валери, и без того невыразительное, стало буквально мраморным. Живая статуя с чужим голосом в голове…

– Выходите, агент, – насмешливо позвал всё тот же голос. – Вы окружены. Приказать вам я не могу, поэтому предлагаю сделку: вы сдаётесь, а я дарю жизнь вашим спутницам. Слово немецкого офицера, я даже отпущу их на все четыре стороны.

Маргарет видела, как в растерзанном фургоне усаживается, опираясь нетвердой рукой о пол, профессор Зборовский. И как тень узнавания и гадливости скользит по уставшему, но ещё молодому лицу.

– Рихтер…

– А-а, профессор! Мы встретились вновь! – неприятно рассмеялись у Маргарет за спиной. – Куда же вы? Мы не закончили нашу дискуссию! Как вы там говорили? Идея арийской расы – величайшая глупость? Я бы спустил вам эту вольность, но ведь вы поставили под сомнение даже аксиому – превосходство магов-менталистов над низшими формами жизни! Полагаю, теперь вы изменили своё мнение? Моё превосходство над этими примитивными созданиями неоспоримо…

Маргарет равнодушно провернула голову. «Примитивные создания» – это, по-видимому, они с Валери. Увы, ни капли высшей крови… ни шанса против мага-менталиста…

Прикажи сейчас невидимый Рихтер сжечь фургон в пепел, используя собственную магию стихий – она бы сделала, не задумываясь. И неважно, на каком языке говорил маг-менталист. Убить своих же коллег и затем пустить себе пулю в лоб? Нет ничего проще…

Вот, значит, почему в войнах прошлого достаточно было одного сильного менталиста на стороне противника, чтобы проиграть сражение…

      Слушать… слушать внимательно…

Неприятный зуд… пустота… мельтешение образов, имён, действий…

– Предлагаю ответную сделку, майор, – жёстко ответили из фургона. – Ты пропускаешь нас, а я оставляю тебя в живых.

Взведённый курок.

– Unglaublich*, – ахнул за спиной немецкий менталист, шагая ближе. – Да это же сам лорд Джон Ллойд!

(**Невероятно, – нем.)

Маргарет скосила глаза, разглядывая немецкого офицера. Это оказался высокий широкоплечий мужчина с красивым волевым лицом и пронзительно-голубыми глазами. Мэгги сказала бы, что майор Рихтер весьма привлекателен, если бы не брезгливо изогнутая линия губ. Создавалось ощущение, будто вражеский менталист морщится от сильной вони. И источником вони, разумеется, служили «примитивные создания».

Трудно, видимо, жить среди животных, даже будучи высшим существом.

– Мы знакомы?

Трое солдат сразу взяли фургон под прицел, повинуясь короткому жесту майора. Даже скованная чужим приказом, с затекшим телом и застывшим взором, Маргарет равнодушно отметила, что таинственный Рихтер блефует. Он не рискнёт жизнью Зборовского, даже если сочтёт Джона Ллойда угрозой.

Впрочем… судя по тому, что майор признал британского менталиста – он как минимум заинтригован. Как там, про любопытство и кошек?..

Слушать… слушать внимательно…

– Заочно, – растянул губы в брезгливой улыбке Рихтер, переходя на английский. – Видите ли, ваша милость, я внимательно изучил личные дела всех зарегистрированных магов-менталистов Великобритании. В конце концов, в этом моя величайшая миссия – лишить противника их главных козырей в грядущей игре… Разумеется, я вас знаю. Вас – и всю вашу удивительную семью. Включая юного мастера Джона-младшего, унаследовавшего ментальный дар Ллойдов. Сколько ему, ваша милость? В январе грядущего года, если не ошибаюсь, исполнится три? Ах, простите, совершенно забыл про второго отпрыска. Стихийник, верно? Прискорбно… Однако же и в лучших семьях встречаются вырожденцы. Вам следовало осторожнее выбирать мать для своих детей…

– Mach deine klappe zu!..*

(**Закрой варежку, захлопни пасть, – нем.)

Агент Ллойд выпрыгнул из фургона, вскидывая кольт. Словно не замечал, что вокруг с десяток чужих солдат, что минимум трое держат его на прицеле, ещё двое плотно прижимают дула к вискам Валери и Маргарет, а за спиной насмешливого офицера стоят телохранители с ружьями наизготовку…

Сам Рихтер, к слову, даже не пошевелился, заложив руки за спину, только осклабился ещё шире, не сводя немигающих глаз с британского менталиста.

– Я и не знал, что вы владеете немецким, ваша милость, – похвалил майор. – Это верное решение: скоро на языке арийской расы заговорит вся Европа, а за ней – весь мир…

Слушать… слушать внимательно…

– Вы безумны, Рихтер, – подал слабый голос из фургона Ян. – Всё ваше пустословие… не приблизит вас к разгадке ментального дара… Вы и сейчас… только и можете, что отстреливать чужих магов… Но подчинить… не сумеете…

Рихтер переменился в лице, и Маргарет запоздало дёрнулась, на миг ощутив, как бетонная тяжесть отваливается от сознания. Вот сейчас!.. Выхватить кольт, вражеский майор так близко!..

Слушать… слушать внимательно…

Мэгги бессильно опустила уже поднявшуюся руку.

Напротив в неудобной позе застыла Валери Стоун.

– Мы близки к разгадке, – вскинул подбородок Рихтер, выпрямившись ещё сильнее. Эта его показная беспечность!.. Продемонстрировать, что ему не нужно оружие, чтобы разобраться с врагом. По его мысленному приказу враг уничтожит себя сам… – К слову, лорд Ллойд, до нас дошли слухи, будто ваша сестра – талантливейшая мисс Эвергрин – нашла решение. К несчастью, она слишком далеко… Однако какая удача! – сделав знак рукой, почти счастливо вздохнул немецкий офицер. – На ловца и зверь бежит! Повстречаться с вами здесь, на этой проклятой земле, где остались лишь маги-стихийники! Остальных мы отстреляли ещё до войны… Но вы, лорд Ллойд! Я так мечтал о нашей встрече! Встретить достойного соперника – это ли не истинное наслаждение? Увидеть равного… Вырубить всё ваше семейное древо под корень – это же задача, на которую не жаль жизни! Вы согласны?..

Маргарет взглянула на агента Ллойда. Джон не отвечал ни на один вопрос, вытянувшись в струну. Пистолет как продолжение руки, дуло смотрит насмешливому майору в лоб…

А у чёрных глаз расцветает жутким кружевом паутина сине-красных жил…

– Вы правы, профессор, – обратился уже к Яну майор Рихтер. – Разгадать тайну менталистов не в моей власти. Моя задача – избавиться от всех, кто не на нашей стороне. И когда вы будете гадать, кто же истребляет вашу элиту одного за другим, вспомните меня, профессор… Ведь вас я уничтожу последним… А лорд Ллойд?.. Считайте, уже покойник. Лишь потому, что не воспользовался шансом и не перешёл на нашу сторону, когда мы предоставили ему уникальную возможность…

Дуло, вжимавшееся Маргарет в висок, вдруг отнялось, а державший пистолет солдат захрипел и повалился на землю. Мэгги обвела взглядом окруживший их отряд и ощутила, как через чужой голос в голове, через ватную тяжесть и мучительную боль прорывается леденящий ужас.

Чужие солдаты умирали. Один за другим, не успевая понять, что с ними происходит. Давились пошедшей горлом кровью и падали на мёрзлую землю чужой страны…

Последними упали телохранители майора, так и не сделав ни единого выстрела.

– Scheize*, – посерьёзнел Рихтер, не сводя глаз с британского менталиста. – Я и не подозревал, насколько вы уникальны, лорд Ллойд. Даже жаль пускать вас в расход! Такой потенциал! Может, договоримся? Ещё не поздно перейти на нашу сторону…

(*Дерьмо – нем.)

Слушать!.. Слушать внимательно!!!..

Маргарет послушно выхватила кольт из кобуры, направляя его на агента Ллойда. Всё равно он никогда ей не нравился…

Напротив потянулась к своему оружию Валери.

– Невозможно говорить с тем… кто желает твоей смерти, – подал слабый голос из фургона Ян. – Прости меня, Джон… столько крови…

Слушать! Слушать внимательно…

– Так каков ваш ответ, лорд Ллойд? – напряжённо поинтересовался Рихтер, медленно расцепляя руки.

Маргарет отстраненно подумала, что именно в этот момент самонадеянный немецкий менталист сильно пожалел о том, что пистолет его оставался в кобуре. А может, и нет, потому что в следующий миг Мэгги и Валери одновременно нажали на курки, целясь в собственного командира.

Два глухих, бесполезных щелчка в предрассветной тишине. Осечка? Заклинившие стволы? Сразу оба? Для кольта 1911 – редкость… небывалая, практически невозможная редкость.

Майор Рихтер переменился в лице.

Это выражение – ярости, ненависти, и почему-то – неуместного торжества – так и застыло на красивом лице, когда агент Ллойд нажал на курок.

В предрассветной тишине глухой хлопок кольта показался оглушающим.

– Вот тебе… мой ответ…

Глядя на неуклюже хлопнувшегося в пыль поверженного майора с простреленной головой, Маргарет равнодушно подумала, что шеф Джерри действительно не ошибался: свинец в мозгах успокаивает даже самых сильных менталистов. А верный кольт бьёт быстрее магии стихий и, как оказалось, быстрее ментальной магии тоже.

Агент Джон Ллойд медленно опустил пистолет.

Маргарет всё ещё держала свой на изготовке, краем глаза отметив, что Валери также не выпускает оружие из рук. Так трудно очнуться… так тяжело вернуть контроль… и так приятно сдаться…

– Довольно, – слабо позвал из фургона профессор Зборовский. – Мисс Морган, прошу вас… опустите оружие.

Не приказ – просьба. И всё-таки в голове начало наконец проясняться – медленно, но неотвратимо. Ведь Ян Зборовский тоже был менталистом, и, хотя таланты его лежали в другой сфере, не подчиниться его словам Маргарет не могла. Не сейчас, подкошенная чужим вмешательством и липкой паутиной в голове. Впрочем… если верить личному делу… талант Зборовского лежал не только в гениальных изобретениях, но и в обыкновенном исцелении.

Избавление от вражеского воздействия – тоже исцеление, разве нет?

– Проклятье, – первой выдохнула Валери, пряча оружие в кобуру. – Ненавижу менталистов!.. Простите, капитан, – тут же поправилась агент Стоун, обращаясь к командиру отряда. – И вы, профессор. Просто… неприятно это всё. Мы же вас едва не прихлопнули!

Агент Ллойд не отозвался. Как застыл после выстрела, так и остался в той же напряжённой позе, только руку опустил. Будто, сцепившись взглядами с немецким менталистом, Джон по-прежнему оставался там, внутри их невидимой битвы. И теперь словно не Рихтер, а он сам лежал с простреленной головой на трассе у чужого блокпоста. В окружении ещё тёплых, но уже бездыханных тел…

– Нужно уходить, – первым позвал Ян. – Джон…

Маргарет сделала нетвёрдый шаг к агенту Ллойду, пряча бесполезный кольт. Неуверенно коснулась его плеча, легонько сжала.

– Лорд Ллойд, – впервые официально обратилась к нему Мэгги. – Позвольте, я помогу.

Взгляд неподвижных чёрных глаз медленно скользнул по ней. Так же медленно, словно просыпаясь, агент Ллойд сморгнул, вытирая пошедшую носом кровь.

– Возможно, когда-нибудь и поможете, – едва слышно отозвался он. – Кто-нибудь должен. Потому что я не обещаю, что… остановлюсь вовремя в следующий раз. Я знаю о ваших полномочиях, мисс Морган. Когда придёт время – жмите на курок, не задумываясь.

ГЛАВА 2. Особые полномочия

«Государство всегда именуют отечеством, когда готовятся к убийству людей».

Фридрих Дюрренматт

За бортом плескались холодные воды Северного моря. Шведское торговое судно уверенно двигалось в сторону Ньюкасла, и Валери рискнула вслух выразить надежду на то, что их не потопят немецкие подводные лодки, как это случилось с «Атенией».

– Не должны, – успокоила Маргарет подругу, с наслаждением подставляя лицо ледяному ветру. – «Атения» шла под британским флагом. А мы…

– Фальшивые шведы, – угрюмо вставила Валери. – Молись, чтобы нас не задержали и не проверили документы, как следует. И ведь здесь кругом море – далеко не сбежишь!

– Могу заморозить волны, – подумав, предложила Мэгги. – Далеко, может, и не убежим, но хоть без боя не сдадимся.

Валери приподняла светлую бровь, вперив в неё скептический взгляд, и Маргарет коротко рассмеялась, похлопав подругу по плечу.

– Проверю нашего профессора, – обронила Мэгги, отворачиваясь от бортика.

– Скорее, твоего, – педантично уточнила Валери, вглядываясь в темные воды. – Не думай, будто я не заметила взаимного интереса. Спорим, он пригласит тебя на свидание? Ну, в благодарность за спасение и всё такое.

– Да ты с ума сошла, – поразилась Маргарет, даже обернувшись. – С тем же успехом я могу обвинить тебя в любовной связи с капитаном Ллойдом!

Валери пожала обманчиво-хрупкими плечами, пряча руки в меховую муфту.

– А что? Я вполне в его вкусе, – задумчиво подметила подруга. – Недаром именно я выступаю в роли его супруги. А тебе, дорогая, досталось почётное место сводной сестры.

– Я читала, что с сёстрами у лорда Ллойда сложные отношения, – припомнила Маргарет. – А по поводу вкусов не обольщайся! Леди Ллойд, по слухам, патологически ревнива. Заморозит – даже я не растоплю. И вообще, Вэл! Что за мысли о служебных романах?!

Валери тонко ухмыльнулась, не удостаивая подругу объяснениями, а Мэгги, покачав головой, направилась к каютам. Не то чтобы Валери ошибалась: внешне хрупкая блондинка, мисс Стоун была атлетически сложена, умна, знала три языка и владела боевыми искусствами. Чем не типаж миссис Ллойд? Вот только, в отличие от ледяной супруги Джона, Валери отличалась исключительным актёрским талантом. Целый год служить прислугой в доме Ллойдов – так, что даже старый лис Энтони не заподозрил в шпионаже! Что и говорить, Валери менялась разительно, если того требовала ситуация. От хорошенькой дурочки до занудной учёной дамы, от роковой женщины до приветливой простушки – Валери Стоун умела жить в чужой шкуре, а не просто играть роль.

Наедине с подругой мисс Стоун сбрасывала фальшивую шелуху, превращаясь в немногословную и даже замкнутую особу, которую интересовала лишь поставленная задача и базовые потребности. И ещё, разумеется, технические новинки и новое оружие – тема, на которой они с агентом Ллойдом и впрямь нашли общий язык.

Мэгги и Валери сдружились сразу после того дела об исчезновении, которое подняла мисс Фрейя Эванс, детская подруга Валери. В день, когда агенту Стоун пришлось исчезнуть из Лондона и отправиться в Штаты, она также потеряла и подругу детства: МИ-6 не одобрило продолжения отношений.

Но против рабочей дружбы шеф Джерри не возражал, так что они с Маргарет сошлись быстро. Обеим не хватало дружеского общения, обе могли не скрывать то, чем занимаются, да и делить арендную плату за комнату в женском пансионе оказалось выгодно.

– Войдите, – разрешили изнутри в ответ на её стук.

Маргарет толкнула тяжёлую дверь и вошла в мужскую каюту, отметив, что агент Ллойд так и не ложился. Койка Джона оставалось заправленной, а сам командир их отряда сидел прямо на грубом покрывале, опершись спиной о стену, и бездумно перебирал чётки. Подарок друга, бывшего викария, а ныне доктора Константина Вольфа. К слову, наполовину немца.

Даже друзья агента Ллойда не заслуживали доверия.

– Как вы себя чувствуете, профессор? – обратилась Маргарет к Зборовскому, присаживаясь на единственный стул в скромной каюте. – Уже лучше?

– Я счастлив, что меня не пытают, – слабо улыбнулся тот, не делая попыток выбраться из-под одеяла. Только присел осторожно, тут же откидываясь на подушки. – Но крайне измучен морским путешествием.

– Я вижу, – подтвердила Маргарет, отметив нездоровый цвет лица профессора. И не удержалась, – если бы вы не ринулись через несколько стран в опасную поездку, терпеть сейчас неудобства не пришлось бы!

Зборовский посерьёзнел и почему-то виновато глянул на безучастного агента Ллойда.

– Я не мог иначе.

– Ну что ж, – пожала плечами Маргарет, – морская болезнь – не худшая расплата за необдуманный поступок. Отдыхайте, профессор.

– Ян, – поправил Зборовский, как только она поднялась. – Зовите меня по имени, мисс Морган. В конце концов, вы спасли мне жизнь.

– Это моя работа, – дежурно откликнулась Маргарет, а Зборовский грустно усмехнулся.

– Отто тоже так говорил. Рихтер, – уточнил Ян, видя, что его не понимают. – Он долго со мной… общался.

Маргарет села обратно и скользнула внимательным взглядом по измученному лицу профессора. К счастью, за время двухдневного путешествия синяки и ссадины немного зажили, а пудра помогала немного скрыть живописные следы, но до полного выздоровления Зборовскому было ещё далеко. Как и все менталисты, гениальный профессор медицины мог воздействовать на других, но не на себя. Что прискорбно, разумеется, однако Ян всё равно выглядел уже гораздо лучше, чем когда они выбирались из Варшавы.

Светлые волосы, чистые и отросшие, были небрежно уложены, как на фотографиях, которые видела Маргарет; лицо, слишком молодое для его возраста, сейчас казалось задумчивым и печальным, и только руки выдавали напряжение. Ян держал книгу, до побелевших костяшек вцепившись в корешок, и судя по закладке, не продвинулся дальше нескольких страниц.

– Общительность его и сгубила, – вдруг подал голос агент Ллойд. – Пока он болтал, я работал. Я слушал его трёп, только чтобы нажать на курок. И убедиться, что никто больше его не спустит.

Маргарет невольно поёжилась, припомнив неприятную сцену. Когда у варшавского блокпоста они пересаживались на служебный автомобиль немецкого командования, под ногами лежали бездыханные тела чужих солдат и груда плоти и костей, бывших телохранителями Рихтера.

Сам майор, как и обещал, не пожалел жизни ради поставленной цели.

Как он там сказал? Вырубить семейное древо Ллойдов под корень? А с ними, видимо, и остатки британских менталистов – тех, кто попроще…

Вот только у Рихтера так и не получилось выполнить свою задачу, разве нет? Видимо, надменный офицер рейха забыл, что против пули бессилен даже менталист. Если, разумеется, он не телекинетик. После бойни у блокпоста Маргарет убедилась, что застрелить, к примеру, агента Ллойда будет не так уж и просто.

– Отто Рихтер – один из сильнейших менталистов рейха, – негромко проронил Ян, прикрывая глаза. – У него особые полномочия на покорённых землях. Он лично уничтожил большинство польских магов перед вторжением немецких войск. Отто работал также и в других странах – за годы до войны… Теперь, видимо, наш черёд.

– Он связывался с вами, – вдруг припомнила Маргарет, оборачиваясь к агенту Ллойду. – Пенял, будто вы не воспользовались шансом и не перешли на их сторону. Когда это было?

Командир глянул отсутствующим взглядом сквозь Маргарет.

– Год назад. Я счёл дурной шуткой.

– Отчего вы не сообщили МИ-6? – поразилась Мэгги, даже приподнимаясь со стула.

Ну точно – ненадёжный!..

– Зачем? – вопросом на вопрос ответил агент Ллойд. – Они не оставляли координат в послании, так что на связного я бы не вышел. Мне предлагали перебраться в Германию с семьёй в ближайшее время и получить протекции, полномочия и солидные дивиденды. А мне как раз нечем было растопить камин.

– Вы сожгли письмо? – ахнула Маргарет. – Да ведь это улика! Это доказательство! И как нам теперь убедиться, что вам не написали там чего-то ещё? Как нам знать, что вы не ответили на письмо? Как…

– Кому «нам», мисс Морган? – щёлкнув чётками, коротко уточнил Джон.

Маргарет выдохнула, беря себя в руки. Их отношения, почти враждебные в начале сотрудничества, перешли в вынужденный нейтралитет и значительно потеплели два дня назад, когда агент Ллойд в одиночку уничтожил целый отряд на блокпосте и тем самым не только выполнил задание, но и спас им жизни.

Агент Морган была не настолько безнадёжна, чтобы не признавать чужие заслуги. Даже если благодарность за подаренную жизнь изрядно отравлялась досадой на собственный промах.

– Я не подозреваю вас в предательстве, – вежливо оговорилась Маргарет, – но МИ-6 могли заинтересовать условия…

– Рейх не мог предложить ничего, что заставило бы меня ступить на путь измены, мисс Морган, – слегка удивился Джон. – Я давно переболел патриотизмом, это верно, но подозревать меня в предательстве? Или, упаси Господь, алчности? Право, дела нашей семьи не столь безнадёжны, чтобы я всерьёз задумывался о подработке на рейх.

Кажется, её предположение командира позабавило – агент Ллойд даже расслабился, впервые перестав бездумно перебирать чётки. Вот так, с этой почти мальчишеской полуулыбкой на губах, он и в самом деле казался неотразимо привлекательным. Да что там – Валери с него глаз не сводила, а подруга, насколько знала Мэгги, была равнодушна к мужчинам. «Дивный образец прекрасной породы», – так, кажется, выразилась Вэл.

Маргарет сделала короткий вдох и повинилась:

– Я никогда не подозревала вас в коррупции, лорд Ллойд.

– Потому что это последнее, в чём я виноват, мисс Морган, – даже возмутился Джон, сбрасывая наконец потустороннюю маску безразличия и отрешённости, которую не снимал с того самого происшествия на блокпосту. – Я накопил много грехов, как и каждый из нас, но коррупция – точно не один из них! Не стану отрицать, что у меня попросту не было причины удариться в сребролюбие, но окажите же мне долю уважения, мисс Морган! Я провёл большую часть сознательной жизни, пытаясь отвергнуть привилегии, которые прилагались к титулу и имени, так что неудивительно, что я не искал также и скрытых преимуществ за оказание определённых услуг. Это было бы крайне нелогично, вы не находите? Отказаться от неограниченных возможностей, которые предлагали мой статус и таланты, только чтобы воровать пенни из карманов простых граждан, одним из которых я так отчаянно пытался стать.

Мэгги не выдержала и улыбнулась, а профессор Зборовский откровенно рассмеялся в ответ на неожиданную тираду.

– Ты так искренне возмущён, – только и сказал Ян, покачав головой.

– Вам удалось меня пристыдить, лорд Ллойд, – всё ещё улыбаясь, признала Маргарет.

– Так и намеревался, – даже раскраснелся командир, выпрямляясь на койке. – Из всех грехов, в которые вы имели полное право меня макнуть, вы выцепили тот, в котором мне даже оскорбительно оправдываться!

Ян не выдержал и рассмеялся уже в голос, а Мэгги наконец расслабилась. Как только Джон Ллойд переставал быть агентом и становился собой, он менялся разительно. В этот момент покоя – ничто не выдавало в нём опытного убийцу и опасного мага-менталиста. Ему хотелось верить. С ним хотелось… говорить. Смотреть в глаза. И, если повезёт, стать… другом? Словно два разных человека…

Может ли это быть признаком ментальной болезни?

– Простите, – снова повинилась Мэгги. – Я ничего такого не имела в виду. И всё-таки следовало передать письмо МИ-6.

– Уверен, Джерри мне ещё не раз об этом напомнит, – поскучнел напарник, вновь принимаясь за чётки. – После вашего отчёта.

Маргарет ощутила, как кровь приливает к щекам, и резко выпрямилась. Лорд Ллойд что же, намекает на доносы? Это её работа, в конце концов! Хотя откуда взяться пониманию у человека, который всеми силами противился возвращению в ряды спецслужб? Который уже раз их оставил, и оставит ещё раз, при любом удобном случае, невзирая на войну и обязательства перед страной!

Ненадёжный.

– Все мы чем-то жертвуем, – ровно произнесла Маргарет, медленно разжимая кулаки. – Нотации шефа Кеннингема – не худшее из зол, в свете происходящих событий.

За спиной закашлялся профессор Зборовский, прикрываясь одеялом.

– Да ну, – неискренне усмехнулся агент Ллойд, разглядывая напарницу. – И чем же вам довелось пожертвовать, мисс Морган?

Мэгги не дрогнула под пронзительным взглядом менталиста. Джерри упоминал, что, невзирая на особенный дар телекинетика, лорд Ллойд вполне может надавить на собеседника при эмоциональной беседе. Выход один – не поддаваться эмоциям.

– Ничем, – вскинула подбородок Маргарет, глядя в глаза Джону. – Я в МИ-6 по собственному желанию, капитан.

Агент Ллойд помолчал с полминуты, не сводя с неё глаз, затем медленно кивнул.

– Похоже, что вы не лжёте, мисс Морган. Или думаете, что не лжёте.

– Оставьте свои подозрения, – резче, чем собиралась, отозвалась Маргарет. – Если вы намекаете на то, что мне промыли мозги, то глубоко ошибаетесь! Шефу Кеннингему не пришлось меня уговаривать – я пришла в ряды МИ-6 сама. Я с детства знала, что способна на большее, и что такой талант просто грех закапывать в землю. Что может быть лучше, чем применить его на благо страны?

Судя по эмоциям, исказившим лицо агента Ллойда, он наверняка считал, будто что угодно лучше, чем служба на МИ-6. Как шеф Кеннингем вообще допустил его к боевым заданиям?! Почему верил на слово и даже назначал командиром каждой рисковой операции?..

– Мисс Стоун упоминала, что вы обучались в военной академии, – негромко произнёс Зборовский, мягко вклиниваясь в разговор. – Вас с шестнадцати лет готовили…

– К единственной работе, ради которой не стыдно жить и умереть, – отчеканила Маргарет, лишь мельком глянув на профессора. – Жаль, что не все так считают. И жаль, что столь редкие таланты оказываются в руках… людей, которые и пальцем не пошевелят без просьб и уговоров!

– Скорее, угроз и шантажа, – тут же отозвался агент Ллойд, резко поднимаясь с кровати. – Мне жаль лишь одного: что не всем повезло так, как вам, мисс Морган. Ведь вы сами выбрали свою судьбу. Роскошь, которой многие из нас лишены.

Мэгги не стала подниматься следом, хотя смотреть на лорда Ллойда снизу вверх оказалось крайне неудобно. Джон был высоким мужчиной, но всё ещё по-юношески стройным, невзирая на годы. Вот только в этот момент он казался отчего-то больше и страшнее. Снова эти менталистские штучки?

– Имеете в виду себя, лорд Ллойд?

– Я слаб и эгоистичен, – сухо подтвердил командир, накидывая пальто. – Да, порой я намекаю на себя.

– Не драматизируйте, – коротко усмехнулась Маргарет. – Я тоже шесть лет в спецслужбах.

– И скольких убили?

Будничный вопрос, заданный в лоб. Снова горячая кровь, прилившая к щекам. Вот как с ним оставаться безэмоциональной, шеф Кеннингем? Все психологические приемы летят к дьяволу, когда ставят под сомнение всю твою жизнь.

Солгать менталисту она не могла, зато могла промолчать. Что тут скажешь? Убивать ей действительно пока не приходилось. Первые годы она провела при штабе, потом – на спасательных операциях, затем – в шпионаже. Но ведь её готовили, разве нет? Маргарет была уверена, что сможет без проблем нажать на курок. Или заморозить. Или сжечь. Или похоронить заживо, накрыв землёй.

В конце концов, она знала, куда шла.

– Можно готовиться тысячу лет и оказаться неготовым, – глядя ей в глаза, усмехнулся командир. – Ваша жизнь разделится надвое, мисс Морган: до убийства и после него. Вы никогда не станете прежней. Не вернёте той чистоты, что…

Не договорив, лорд Ллойд резко отвернулся, сорвав шляпу с вешалки. Надел на голову, не глядя в крошечное мутное зеркало у входа, провёл пальцами по полям, стирая невидимую пыль. Обернулся, меряя Мэгги уже спокойным, чуть задумчивым взглядом.