Читать книгу "Змея в норе"

– Агент Лайт в зале, – подсказала мисс Флаффи. – Полицейских велено туда не пускать. Мы их в номера проводили…

– Полиция уже тут? – безрадостно осведомился агент Ллойд.

– Ещё один из ваших добрался, – припомнила мисс Флаффи. – Консультант, что ли? Агент Лайт его признал и представил доктором Вольфом. Сказал, судмагэксперт…

– Вольф здесь? – тут же обрадовался Джон. – Прекрасно! Пусть работает. А мы послушаем Виктора.

Кира сунулась следом за агентом Ллойдом, но мисс Флаффи дёрнула её за локоть, удерживая на месте.

– Что ты ему наплела, душечка? – сузив глаза, осведомилась хозяйка. – Мистер агент оборвал нам уши, отключив телефон! И из-за двери ни слова не доносилось…

– Ого! – поразилась Кира. – А как вы слушали через телефон?

Мисс Флаффи досадливо отмахнулась и подтолкнула Киру к залу.

– Узнаю, что про нас что-то ляпнула – пеняй на себя, душечка!

Мисс Каррера сделала в уме пометку рвать когти сразу же, как агенты позволят им разойтись, и с любопытством выглянула в зал. Там, за одним концом стола, восседал угрюмый и нервозный Виктор О’Рид, а за другим – спокойный, что удав, агент Эдвард Лайт.

Агент Джон Ллойд остановился на пороге, не желая мешать допросу, а за его спиной столпились сгорающие от любопытства Кира, мисс Флаффи и её верный вышибала.

Очевидно, Виктор одумался, смекнув, что сболтнул лишнего в кабинете, и теперь сочинял что-то о планах на жизнь в Лос-Анджелесе, куда входили, конечно же, поиски стабильной работы, аренда дома в хорошем районе, и в недалеком будущем – кто знает? – семья и всё прочее, что нужно честному человеку для счастья.

Агент Лайт слушал внимательно, не перебивая, ни мускулом не выказывая того, что не верит болтливому ирландцу ни на грош. Глаза, тёмно-серые, стальные, ни разу не мигнули, не отвели взгляд; тёмно-русые волосы были коротко острижены и небрежно уложены, придавая его лицу, спокойному, ещё молодому, весьма располагающий вид. Верно, роль агента обыкновенно сводилась к «доброму полицейскому» – уж по крайней мере, Кире агент Эдвард Лайт показался весьма симпатичным молодым человеком.

Уже прогресс, с учётом, что её всегда тянуло на откровенных бандитов.

– …а зачем вам мой прошлый четверг? – подозрительно сощурился О’Рид. – Ну, будь по-вашему, занят я был весь день, да! Аккурат в полдень, я сгонял в Тарзану по делам, потом мотнулся в Хайленд Парк, хорошо, что на своей тачке – и к шести был дома, в Централ-Сити! Какой Голливуд, о чем вы, агент? Некогда мне на красоты любоваться!

– Насыщенный день, – доброжелательно согласился агент Лайт. Даже голос, мягкий, ненавязчивый, будто служил фоном для языков болтливых преступников. Человеку с таким голосом верилось. С ним хотелось… поделиться. Сам агент казался тенью: мол, нет меня, говори свободно, тебе ничто не угрожает. – А вы весенний парад в Хайленд Парк застали?

– Конечно! Такой… шумный! Шары, плакаты!..

– Парад завершился в два часа дня, – подсказал агент Лайт.

– Точно! – мигом сориентировался Виктор. – Даже жаль стало, всё пропустил!

– Разумеется, пропустили, – вздохнул агент Лайт. – Потому что даже если бы вы выехали из Тарзаны ровно в полдень, два часа не хватило бы, чтобы добраться в Хайленд Парк. Перекрыли две магистрали, несколько крупных аварий, самоубийца, и стрельба в Глассел Парк. Встало пол-города, и люди добирались из одного района в другой почти пять часов.

– Так я тачку бросил, и на трамвае, – быстро скорректировал показания Виктор.

Агент Лайт грустно улыбнулся.

– Это ещё одна беда нашего города, мистер О’Рид. Основную ветвь в сторону Хайленд Парк закрыли на ремонт. В тот день случился настоящий транспортный коллапс.

Кира не выдержала и фыркнула, сдержав нервный смешок, в то время как Виктор шумно и невнятно выдохнул, явно подавив ругательство. Ловко загнал его в ловушку опытный агент! Вот так, со стороны, мисс Каррера и сама могла бы сказать, когда и где завирается заезжий ирландец. При прямом контакте, глаза в глаза, многое можно упустить, ведь глаза лгут.

К несчастью для Виктора, агент Эдвард Лайт прекрасно видел вблизи.

– Зачем вы лжёте, мистер О’Рид? – спокойно поинтересовался агент Лайт. – У меня нет цели засадить вас за решётку. Хотя сделать это настолько просто, что я бы отдал ваше дело какому-нибудь интерну, для набивания руки. С предъявленными обвинениями вам светит лет двадцать, и только что вы себе наговорили ещё на семь. Если бы мне это было интересно, мы бы с вами распрощались, не повстречавшись.

Ирландец сощурился.

– Тогда…

– …зачем я трачу своё и ваше время?

Эдвард вздохнул, поднимаясь. Обернулся, встречаясь взглядом с Джоном, и отрицательно покачал головой.

– Проверяю, не причастны ли вы к ещё одному делу, раз у нас выдалась минутка. Сдаётся мне, точку в вашей причастности к убийству агента Филмора поставит наш судмагэксперт.

– Поставлю, – согласились из коридора.

Кира обернулась, пропуская невысокого мужчину в зал. Тот оказался такой же невыразительной внешности, что и агент Лайт, только немного светлее и без подкупающего атлетического телосложения. С таким, как Эдвард Лайт, Кира не отказалась бы прогуляться по набережной Санта Моники, а вот объявившемуся судмагэксперту ничего подобного не светило – даже в случае взаимной заинтересованности. Такими женихами не хвастаются и на людях к сильному плечу не прижимаются. К чему там прижиматься?..

– Как здесь людно, – невыразительно заметил магэксперт, проходя в зал.

Словно по команде, из коридора объявился полицейский и позвал недовольную мисс Флаффи; вместе с ней ушёл и верный телохранитель. Киру из зала никто не гнал, так что мисс Каррера предпочла оставаться на месте: в коридоре толпились копы, в номерах громыхала раздосадованная хозяйка…

Пожалуй, компания симпатичных агентов, рыжего гиганта и спокойного магэксперта импонировала ей куда больше. Приличное мужское общество, как ни крути, всегда приятнее женского. В отсутствие конкуренции – такой простор для манёвров!

– Вольф! – обрадовался Виктор. – Ну хоть ты им скажи! Не убивал я никого! На этой неделе – никого, – тут же поправился О’Рид. – И вообще, с конца ирландской кампании ни капли крови не пролил!

– Виктор, – без воодушевления откликнулся судмагэксперт, присаживаясь за соседний столик и бросая на столешницу тряпичный пакет. – И почему я совсем не удивлён?

– Потому что О’Рид у нас мастер влипать в грязные дела, – не сдержался агент Ллойд. – Если потерял Виктора – ищи в борделе! Какой позор…

Рыжий гигант ухмыльнулся, откинувшись на жалобно скрипнувшем стуле.

– Завидуешь, англичанин? – развязно бросил ирландский революционер, окидывая агента насмешливым взглядом. – Тебя-то Эвелин на коротком поводке держит! Да ты не переживай, агент: Виктор всё уладил. Ты не уйдёшь в вечность скучным пуританином, дорогой родственничек! Я по борделям твоим именем представляюсь.

Джон Ллойд побледнел, и Кира поспешила его утешить:

– Лжёт, агент Ллойд! Мне он сразу представился Виктором.

О’Рид стрельнул в её сторону заинтересованным взглядом – словно притаившийся гепард из сумрака танцевального зала.

– Просто ты для меня особенная, детка! – ласково пояснил рыжий гигант.

Джон Ллойд прерывисто выдохнул и обернулся к магэксперту.

– Рассказывай, Константин.

Кира вклинилась в разговор до того, как доктор Вольф успел бы вставить хоть слово.

– Так вы все… знакомы, что ли? – не сдержалась она, разглядывая то агента Джона Ллойда, то Виктора О’Рида, то спокойного, что Тихий океан, судмагэксперта Константина Вольфа.

– Позже, мисс Каррера, – попросил агент Ллойд вроде бы вежливо, но Кира тут же заткнулась.

Зато заговорил доктор Вольф.

– Я не спрашиваю, почему в зале посторонние, Джон, – предупредил Константин, раскрывая тряпичный пакет. Тускло блеснула металлическая фляга. – Раз девушка здесь, значит, она ещё нужна. И всё-таки буду краток. Агент Филмор умер не от удара нашего дорогого Виктора. Могу также добавить, что, по всей вероятности, убийца не был магом, хотя это неточно…

– Что значит – неточно? – тут же перебил агент Ллойд. – Вольф, не говори мне, что ты, лучший магэксперт в западных Штатах, разучился видеть чужую магическую ауру!

– Видишь ли, – скучающе пояснил Константин, – даже я не поручусь, что человек, подливший яд во флягу агента Филмора, являлся магом. Интуиция подсказывает, что тут, как и в предыдущих случаях, действовали просто и скучно. Магия здесь ни при чём.

Агент Ллойд не глядя опустился на ближайший стул, не отрывая взгляда от фляги. Доктор Вольф убедился, чтобы друг не промахнулся мимо сидения, и коротко подтвердил:

– Агент Филмор был отравлен.

ГЛАВА 3. Необычная семейка

«Случайных совпадений не бывает».

Аль Капоне

Лос-анджелесское солнце палило нещадно. Конец мая выдался на редкость душным, так что пляжи оказались забиты с самого утра, а на улицах толпились лишь неудачники, которым не нашлось места на горячем песке.

Агент Ллойд предлагал за ней заехать; Кира мудро отказалась. Ещё в прошлый вечер мисс Каррера оценила неброский, но явно дорогой автомобиль агента Ллойда, когда он садился за руль. Местные умельцы разобрали бы красавец «Астон Мартин» на запчасти, как только мистер агент заглушил бы мотор, так что Кира не рисковала и назначила встречу в кафе на углу. Оттуда они отправятся на пляж Санта Моники, так что Кира явилась во всеоружии.

Пляжные принадлежности мисс Каррера уложила на дно летней сумки, а из дому пришлось выйти в скромном выходном платье – если бы тётка Мария вычислила, что племянница идёт на пляж, легла бы всеми нажитыми килограммами праведного гнева на пороге, чтобы не допустить позора. Светить голыми ногами на публике! Святотатство и десять «Отче наш» с коленопреклонениями.

– Содовой, а? – развязно подмигнул ей бармен, как только Кира, нетерпеливо постукивая туфелькой по полу, сделала заказ. – Вы такая горячая, мисс… насыплю-ка я вам побольше льда!

– И себе не забудь – остудить пыл, – фыркнула мисс Каррера, взбираясь на высокий стул.

Бармен с интересом оглядел посетительницу, жадно приложившуюся к холодной газировке, и оперся локтем о стойку, ухмыляясь от уха до уха.

– А мне не надо, мисс! – похвастался он мимоходом, щёлкая пальцами. Повеяло слабым холодом, собрался над ладонью пока ещё призрачный кубик льда.

Кира покивала без всякого интереса, с наслаждением допивая вкусную газировку, и закинула ногу на ногу, не спеша одёргивая юбку.

– Ты смотри, не перенапрягись, – серьёзно посоветовала мисс Каррера, поглядывая в окно. – Холодильник справится лучше, а ты сейчас, того и гляди, сам газу пустишь.

Бармен покраснел; так и не сформировавшийся кубик льда пыхнул холодным паром, растворяясь в воздухе, а пристыженный маг льда поджал губы, отворачиваясь от бойкой посетительницы.

– О, нет! – простонала Кира, как только за окном припарковался красный кабриолет. Шикарный автомобиль, конечно, ни в чём не провинился, а вот водитель напрочь отбил у мисс Карреры тягу к вынужденному сотрудничеству с федералами.

– Кира, детка! – громыхнул с порога Виктор, расплываясь в ухмылке от уха до уха. Люди врут, будто улыбка красит людей; жуткий оскал О’Рида явно служил иной цели. Видимо, предки рыжего гиганта ухмылялись так же, чтобы загнанная добыча леденела от ужаса и сдавалась без боя. – Заждалась? Не переживай, домчим с ветерком!

– Куда домчим? – нахмурилась мисс Каррера, чувствуя на себе взгляды всех немногочисленных посетителей местного кафе.

– Туда, где ты сорвёшь с себя лишние тряпки и порадуешь старину О’Рида тем, что он уже раз видел! – подмигнул Виктор, пробежавшись пальцами по коленке мисс Карреры.

Летняя сумка прицельно приложила Виктора по уху под бурные аплодисменты зрителей. Предсказуемо, победило ухо: сумка не выдержала превосходящих сил противника и лопнула по шву, щедро усыпав пол купальником, полотенцем, косметичкой, расчёской и кошельком.

О’Рид присвистнул, поднимая с пола купальник, который Кира тотчас выхватила из лап ирландца, вскакивая со стула.

– Красный тебе идёт, детка, – одобрил рыжий гигант, пока мисс Каррера, чертыхаясь, собирала вещи с пола. – Жду не дождусь!..

– Не дождёшься! – отрезала Кира, выпрямляясь наконец во весь рост и прижимая к груди порванную сумку. – Губу закати, мистер не-расист! У меня встреча с Ллойдом!

– А вот тут ты ошибаешься, детка, – осклабился О’Рид. – Слыхала о групповых… свиданиях?

Проклятый ирландец! Против такого не с сумочкой – с кувалдой идти нужно! Кира обернулась, оглядывая притихших посетителей кафе, и пригрозила:

– Вы давайте… ешьте-пейте, а то и вам прилетит!

В зале торопливо зазвенели столовыми приборами.

– Остынь, детка, – примирительно предложил О’Рид. – Ну, хочешь, мороженым угощу?

– «Колой», – тут же сориентировалась мисс Каррера. – И расплатись за содовую, раз уж у меня руки заняты по твоей милости!

Рыжий гигант только расхохотался, пока Кира гордо дефилировала к выходу. Сгрузив вещи на сидение кабриолета, мисс Каррера забралась следом, сердито хлопнув дверцей. И почему агент Ллойд прислал именно Виктора? С рыжего смутьяна только вчера обвинения сняли!

– Я сам напросился, – пояснил О’Рид, не дожидаясь расспросов. Красный кабриолет протестующе скрипнул и накренился, когда здоровяк втиснулся на водительское место, а саму Киру вжало в дверцу. – Джон у нас человек занятой, да и светиться в этом райончике ему не с руки, а Константин лишней работы на себя никогда не взвалит. Кроме того, оба женаты, и бойкие супруги ни за что не выпустят мужей из цепких коготков в выходной день! Уж я-то этих девиц знаю и не завидую ни одному из них! В конце концов, я с ними вырос.

Рыжий ирландец перебросил ей «колу», которую Кира едва успела поймать, и кабриолет тотчас без предупреждения рванул с места. Кира невольно ухватилась за локоть водителя одной рукой, съёжившись на сидении и судорожно цепляясь за холодное стекло второй.

– Как – вырос? – перекрикивая ветер, повернулась к Виктору она. – Они что…

– Мои сёстры, – ухмыльнулся О’Рид, и на жутком лице впервые отобразилось нечто вроде нежности. – Эвелин старшая, Мэйовин младшая. Чистые занозы в заднице, детка! Даже не знаю, кому из дорогих зятьев повезло меньше! Обе с придурью…

Кира лихорадочно соображала. Выходит, О’Рид приходился шурином и агенту Джону Ллойду, и судмагэксперту Константину Вольфу? Неудивительно, что с такими родственниками ирландскому революционеру многое сходило с рук! Славно устроился, ничего не скажешь! А ещё лучше – вообще лишнего не говорить, потому что Виктор наверняка передаст их разговоры уважаемым зятьям почти дословно.

– А почему агент Лайт не приехал? – осторожно пробила почву Кира. – Ну, Эдвард который…

Виктор скосил на неё янтарные глаза и усмехнулся, выворачивая на боковую улицу. Движение постепенно замедлялось; они въезжали в неизбежные, как калифорнийские налоги, лос-анджелесские пробки.

– Приглянулся, детка? – проницательно заметил опытный сердцеед. – Рожа смазливая, чего уж там… А уж как он на чистую воду меня вывел! Дознаватель экстра-класса, чтоб его! Вот что мне не понравилось, так это его хватка. Грязные американские приёмчики!..

Кира фыркнула, отлипая наконец от рыжего ирландца и усаживаясь на сидении ровно. Поправила растрепавшиеся от ветра пряди и с наслаждением подставила лицо яркому лос-анджелесскому солнцу.

– Я думала, ты только цветных не любишь, – подметила мисс Каррера, пропуская встречный воздух через пальцы.

Сходить бы на маникюр!.. Но тётка в обморок хлопнется, увидев на её ногтях лак, и избавится от него, пожалуй, вместе с пальцами: всё-таки всю жизнь в разделочном цехе.

– С чего бы такие привилегии? – удивился Виктор. – Я не только цветных не люблю.

– Удиви меня, мистер не-расист, – хмыкнула Кира.

– Мексиканцы – дикари, французики раздражают, немцев не перевариваю, америкосы много о себе думают, про англичан даже не заикайся, детка, – мрачно пригрозил ирландец, стискивая руль.

– Коротковат список, – прикинула мисс Каррера. – Что так, здоровяк? Мало путешествовал по миру? Не во всех странах побывал?

– Не умничай, – нахмурился О’Рид. – Ты-то дальше Штатов носу не казала!

– Мало, что ли? – удивилась Кира. – Да каждый штат тут как отдельная страна, мистер невежда! Сравни Висконсин и Калифорнию – это же разные планеты!

– Висконсин – это гризли, фермеры, коровы и снег? – уточнил Виктор. – Нет уж, лучше жара, пляжи, Голливуд и глупые законы, которые так и тянет нарушить!

Судя по вчерашнему, рыжий ирландец не отказывал себе в удовольствии и нарушал регулярно.

– Как же ты мучаешься, здоровяк, – вздохнула мисс Каррера, ловко вскрывая «колу» застежкой от порванной сумочки. – Повсюду надоедливые людишки!

– Я держусь, – похвалился О’Рид, выпрямившись на сидении.

Кабриолет жалобно скрипнул.

Пляж Санта Моники считался лучшим в Лос-Анджелесе, а потому, ожидаемо, оказался забит под завязку. Народ победнее стелил полотенца прямо на песке, начиная от самого асфальта, а те, кто мог позволить себе шезлонги и официантов, собирались под белоснежными зонтами неподалёку от кафе.

Именно туда и повёл Киру решительный, как крейсер, Виктор, прокладывая дорогу среди полураздетых тел с целеустремлённостью ледокола, ворвавшегося на стоянку частных катеров. Народ предусмотрительно отшатывался в стороны, не рискуя пойти на дно после столкновения, так что Кире оставалось лишь не терять широкую спину проводника из виду.

Под такой непробиваемой защитой они беспрепятственно вышли к пляжной зоне, где обитали гости с толстыми кошельками. Кира частенько сбегала к набережной Санта Моники, но это не стоило ей ни цента; в этот райский уголок общественного пляжа она прежде не заглядывала.

– Почему на пляже? – в очередной раз поразилась мисс Каррера, стягивая туфельки на ходу. – Агент Ллойд не боится публичности?

– Агент Ллойд боится супруги больше, чем убийц и шпионов, – хмыкнул человек-гора, ласково потрепав Киру по шее. Мисс Каррера не замедлила с ответным хуком в рёбра, но потерпела неудачу, едва не переломав тонкую кисть. – Видишь ли, детка, дорогая сестрица видит мужа только по выходным и дико скучает. Эва у нас, как бы это сказать… жуткая собственница, вот! Так что ты уж поменьше сверкай своими потрясающими ножками перед её ревнивым носом. Если подумает, будто ты флиртуешь с Джоном – похоронят в закрытом гробу. Так что наш дорогой агент Ллойд совмещает приятное с полезным – проводит время с семьёй и вербует тебя для федеральных нужд. Ловко, а?

Кира так не считала, но агенту Ллойду видней. Если ему так удобней…

– Вик! Вик! Сюда!

От небольшой компании, расположившейся под двумя раскидистыми пальмами, отделилась высокая, очень красивая и очень беременная девушка. Рыжие волосы оказались длинными не по моде, едва ли не по пояс будущей матери, волнистыми и яркими настолько, что слепили глаза.

– Сестра, – хмыкнула Кира, мигом оценив сходство.

К счастью, девушке повезло: в отличие от брата, она обладала довольно приятными чертами лица, прекрасной кожей и изумрудными глазами, явно сводившими мужчин с ума. Ну, до замужества, разумеется, потому что кто ж прельстится беременными формами?

Сама рыжая так не считала.

За те десять шагов, что девушка сделала по набережной в их направлении, она сладко улыбнулась сидевшим у барной стойки молодым парням, бросила кокетливый взгляд на проходившего мимо импозантного мужчину, не стесняясь его спутницы, и наконец остановилась в самой соблазнительной позе, которую позволяли огромный живот, купальный костюм и общественный порядок.

– Эвелин? – рискнула предположить Кира, обращаясь к Виктору.

Рыжий гигант не успел ни подтвердить, ни опровергнуть.

– Как можно нас перепутать! – возмутилась беременная, всплеснув руками. – Я же молодая и красивая!

– Мэйовин, детка, – расплылся в ухмылке О’Рид, распахивая объятия, – ты ещё и самая габаритная! И с каждым днём становишься всё больше!

Младшая сестрица вспыхнула, почти залепила братцу пощечину, выдернула ладонь из предусмотрительных пальцев Виктора, и гордо удалилась обратно к шезлонгам.

Судя по взглядам, которыми её проводили парни у стойки, беременность девице и впрямь не мешала.

А вот невозмутимый, как воды Тихого океана, супруг – вполне.

– Что значит – прикройся? – вслух возмущалась Мэйовин, когда Кира с Виктором подошли к зонтам. – Ещё надень на меня паранджу! Что? Солнце? Вредно? Что значит – голову напечёт?

– Не переживай, Константин, – хмыкнула белокурая женщина в соседнем шезлонге, ставя пустой стакан на столик, – чтобы Мэй напекло голову, нужно, чтобы имелся, так сказать, предмет выпечки. И чтобы внутри не пусто, а хоть что-то варилось… А, Вик, – заметила новоприбывших она, легко вскакивая с шезлонга, – вы вовремя!

Кира с любопытством оглядела небольшую компанию. Доктор Константин Вольф без одежды выглядел, на удивление, менее щуплым, чем казался в костюме. Судмагэксперт, конечно, не мог похвастать ни ростом, ни массой, но сложен был атлетически, Кира даже сказала бы – гармонично. Из таких, верно, и получаются легкоатлеты. Сухие мышцы так и ходили под пляжной майкой, когда доктор Вольф приподнялся и молча потянул супругу вниз. Мэйовин, не удержавшись, неуклюже хлопнулась на тряпичное сидение, но возмутиться не успела: Константин так же, не говоря ни слова, сунул ей в руки мороженое.

Кира едва не фыркнула, глядя, как Мэйовин тут же меняет гнев на милость и набрасывается на тающий рожок с жадностью охотника, загнавшего дичь.

– Эвелин Ллойд, – представилась тем временем белокурая женщина, протягивая руку. – Джон предупреждал, что вы подойдёте.

Рукопожатие у миссис Ллойд оказалось крепким и уверенным, а ладонь – сухой и прохладной. Удивительно прохладной для человека, загорающего на пляже Санта Моники в полдень, но Кира легко проглотила губительное любопытство: при взгляде на миссис Эвелин Ллойд лишние вопросы сами замерзали на языке.

Супруга агента Ллойда оказалась ухоженной женщиной с прекрасной фигурой и, пожалуй, слишком умным лицом, которое не спасал даже искусный макияж. Тётушка Мария часто наставляла любимую племянницу с тем, чтобы Кира забывала интеллект на работе, потому что приличные женихи смышлёных невест не любят. Мисс Каррера лишь отмахивалась: на приличных её никогда и не тянуло.

– А, все в сборе! – поприветствовал Киру сам виновник семейного собрания, подходя к шезлонгам со стороны океана. – Мисс Каррера, вы присоединитесь к нам? Платье вам необыкновенно идёт, но на пляже вы в нём очень выделяетесь.

Кира ответила не сразу, скользнув взглядом вверх и вниз по подтянутой фигуре агента Ллойда. Вот уж кого природа не обделила! Джон Ллойд без строгого костюма оказался красив, как греческий бог, только что вышедший из пены морской. Или кого там вынесло на берег, согласно мифологии? Мисс Каррера числилась не лучшей студенткой педагогического колледжа и наверняка не ручалась. Но от того, как мокрая ткань облегала рельефные мышцы и широкие плечи, у Киры буквально дух захватило. А уж когда агент Ллойд поднял руки, чтобы убрать влагу и волосы с лица, и тонкая ткань майки натянулась… Нет, разумеется, мисс Каррера предпочитала мужчин повнушительнее, чтобы пройтись по родному криминальному району и не нарваться на любителей лёгкой добычи, но мистер агент, кажется, тоже мог за себя постоять. И за любимую женщину…

Кстати, о женщине.

– Детка, – ненатурально закашлялся Виктор, пихая Киру локтем и выразительно указывая глазами на Эвелин. – Я ж предупреждал…

– Как поплавал, дорогой? – оторвав ледяной взгляд от Киры, спросила миссис Ллойд. Протянула полотенце агенту, приняла благодарный поцелуй, не забыв уколоть Киру предупреждающим взглядом. – Вода уже тёплая?

– Для тебя – так даже кипяток, – рассмеялся агент Ллойд, не заметив тайной битвы перед носом. – А для обычных смертных – скорее, освежающая. Покажешь мисс Каррере, где здесь женская уборная? Я пока сделаю заказ на компанию.

– Ну разумеется, дорогой, – тут же согласилась Эвелин, протягивая мужу солнцезащитные очки, которые тот надел с благодарным кивком. – Мисс Каррера, у вас случилась неприятность с сумочкой? Погодите, у меня есть сувенирный пакет, если удобно…

Пакет на деле оказался удобной тряпичной сумкой, в которую Кира погрузила всё нехитрое имущество, так что путь к ближайшему кафе она проделала, не опасаясь потерять по дороге предметы туалета.

– Миссис Ллойд, – обратилась к спутнице Кира, перед тем, как войти, – вы ведь знаете, чего хочет от меня агент Ллойд?

– О, прошу вас, просто Эвелин, – тут же отозвалась строгая супруга. – Разумеется, знаю. И ничуть не поддерживаю! Но Джон, он… упрямый, когда речь заходит о работе. Остановить его я не могу, а вот быть рядом, чтобы разгрести последствия – это запросто. Я бы даже сказала, рутинно…

Кира ничего не поняла, но кивнула с важным видом и скрылась в кабинке, пока миссис Ллойд ждала снаружи. Когда Кира показалась вновь, Эвелин оглядела её с ног до головы, и по тому особенному, оценивающе-завистливому взгляду, какой бросают друг на друга женщины, мисс Каррера поняла, что выглядит превосходно.

– Красный – ваш цвет, дорогая, – сдержанно похвалила миссис Ллойд, первой покидая уборную.

Сама Эвелин предпочла нежно-голубой купальный костюм, который удивительно шёл белоснежной коже и серым глазам, и выглядела, по мнению Киры, ничуть не хуже. Но красный… ах, красный – это ведь цвет победы, не так ли?

Кого Кира собралась побеждать, она пока не определилась. Двое из трёх мужчин в дружной компании уже были надёжно заняты ирландскими сестрицами, третьего и соблазнять не требовалось – О’Рид принадлежал к той особенной категории мужчин, от которых следовало отбиваться, а не очаровывать.

Вот если бы к ним присоединился агент Эдвард Лайт…

Виктор неприлично присвистнул, когда они вновь показались на пляже, Мэйовин завистливо выдохнула, поглаживая необъятный живот, а агент Ллойд с доктором Вольфом лишь бегло глянули в их сторону, не прерывая разговора.

– Федеральные агенты пиво не пьют даже по выходным? – полюбопытствовала Кира, разглядывая царство бутылок с газированной водой на столике.

– Джон с Константином не пьют вообще, мы с Мэй тоже, а Виктор за рулём, – вежливо проинформировала Эвелин, присаживаясь первой и приглашающе указав на свободный шезлонг. – Но если желаете, Виктор всегда к вашим услугам. Предпочитаете светлое или темное?

– Никакое, – отмахнулась мисс Каррера, без смущения вытягиваясь на шезлонге. – От пива живот растёт и мозги плавятся. А на такой жаре – ещё быстрее!

Погода была чудной, мороженого оказалось в избытке, компания подобралась сносной, так что Кира ни секунды не пожалела о том, что согласилась на самую странную деловую встречу в своей жизни. Сработаются они или нет, а от прекрасного выходного дня она отказываться не собиралась!

О’Рид, к слову, разделся тоже и теперь пугал отдыхающих горой мышц и рыжих волос на груди, которые даже не потрудился упаковать в купальный костюм.

– Вик, – упрекнула его Эвелин, – тебе влепят штраф за неподобающий внешний вид!

– Оплачу, – пообещал рыжий гигант, усаживаясь прямо на песок рядом с шезлонгом Киры.

– Могут и арестовать, – подал сонный голос доктор Вольф. – На Лонг-Айленде в прошлом году упаковали целую компанию парней, решивших похвастать голым торсом.

– Я слышал, они там не только торсом хвастали, – хохотнул О’Рид, и Эвелин тотчас запустила в братца пустой бутылкой из-под газировки.

– Вик, – вдруг обратился к шурину агент Ллойд, – а не прогуляться ли тебе к водичке? С дамами?

– С дамами – это всегда с удовольствием! – тут же вскочил с места здоровяк, вздёргивая Эвелин на ноги. Мэйовин поднялась, опираясь на доктора Вольфа, с неудовольствием меряя взглядом расстояние от шезлонгов до воды. – Твою ручку, мисс Каррера!..

– Мисс Каррера останется здесь, – негромко поставил точку агент Ллойд.

Что-то в голосе агента заставило шумного О’Рида заткнуться и кивнуть, без разговоров удаляясь в обнимку с Эвелин. Доктор Вольф окинул оставшихся задумчивым взглядом, надел солнцезащитные очки и удалился тоже, под руку с беременной женой.

И что только нашла в неприметном докторе такая роскошная девушка, как Мэйовин?..

Кира проводила шумную компанию взглядом и обернулась к агенту Ллойду.

– Почему на виду у всех? – поинтересовалась мисс Каррера без обиняков. – Мне отчего-то кажется, что вы не желаете афишировать наши деловые отношения, агент Ллойд, так почему на пляже? Мы же тут как на витрине – любой увидит, каждый составит мнение!

– Во-первых, просто Джон, – коротко улыбнулся агент. – Давайте без официоза, мисс Каррера. В конце концов, вы ведь девушка моего шурина, мистера О’Рида. И нет ничего подозрительного в том, что Виктор ненадолго оставил свою спутницу одну, под присмотром близкого родственника. Тем более, что Вик скоро вернётся, и вы ещё пройдётесь под ручку по набережной.

Кира выпрямилась на шезлонге так, что тот едва не сложился пополам.

– Да-да, мисс Каррера, – так же мягко подтвердил агент Ллойд. – Это и есть ваша легенда. А заодно и ответ на вопросы всех шпионов и любопытствующих. Не переживайте, я прослежу, чтобы Виктор не распускал рук, хотя некоторых его притязаний, я боюсь, вам избежать не удастся. Да и в легенду впишется идеально… Впрочем, если О’Рид позволит себе слишком многое, жалуйтесь: Виктор меня побаивается.

Кира с сомнением покосилась на агента-менталиста, но подвергать сомнению его мужественность вслух не стала. Таких, как Джон Ллойд, в Викторе О’Риде поместилось бы штуки три; на что рассчитывает мистер агент?

– И когда это мы успели снюхаться? – проглотив всё нецензурное, выдавила Кира. – Мы же с ним только вчера познакомились!

– Вы понравились друг другу с первого взгляда, – охотно поделился агент Ллойд. – А после героического спасения вы почувствовали непреодолимое влечение к защитнику и с удовольствием приняли его невинное приглашение на первое свидание. Виктор же влюбился без памяти и потому притащил вас на знакомство с семьёй, тем самым обозначив серьёзные намерения.

Кира медленно опустилась обратно на шезлонг.

– Именно поэтому я попросил именно Виктора заехать за вами, мисс Каррера, – вежливо пояснил агент Ллойд. – Если за нами и наблюдают, вопросов не возникнет. Да улыбайтесь вы! Мы же на пляже.

– Вы прям как мисс Флаффи, – подметила Кира, потянувшись за «колой». – Та тоже требует, чтобы мы не только пахали, но и изображали при этом неземную радость.

– К мисс Флаффи вы больше не вернётесь, – с улыбкой проинструктировал Джон Ллойд, прикрывая глаза под тёмными очками. – Не прошли испытательный срок.

– Я в курсе, – мигом ощерилась мисс Каррера, – хозяйка вчера прогнала, даже денег не выплатив! А что? Бумаг мы с ней не подписывали, иди и доказывай, если жить надоело! А там долларов семь, не меньше!..