Читать книгу "Змея в норе"

– Кстати, о деньгах, – вспомнил агент Ллойд. – Вот, возьмите молочный коктейль. Константин говорит, что на такой жаре местное молоко оседает сразу в творог, но я и не прошу вас пить. Просто возьмите.

Кира осторожно приняла протянутый бокал, ощутив, как в ладонь ей тотчас скользнула хрустящая бумажка.

– Компенсация, – пояснил агент Ллойд. – Мы ведь договорились, мисс Каррера?

– Внедриться в школу, на склад и в клуб, – мрачно припомнила Кира, незаметно перекладывая приятную бумажку в косметичку. – Звучит несложно…

– Приступаете завтра.

– Работа по выходным – это уже переработки, – тут же встрепенулась мисс Каррера.

– Именно поэтому я и заплатил вам пятьдесят долларов вместо оговоренных двадцати пяти, – согласился Джон Ллойд. – Оплата на неделю вперёд.

Кира недоверчиво расстегнула косметичку, убедилась в цифре и тут же подобрела.

– Что ж, – важно кивнула мисс Каррера, – чего выведать-то надо?

– Обрисую картину целиком, – помолчав, отозвался агент Ллойд. – Я в Лос-Анджелесе – человек новый. Меня приняли в управление Сан-Франциско в феврале, и я успел поучаствовать всего в одном деле, пока меня не бросили на лос-анджелесские амбразуры. Сюда, на юг, меня перевели только в начале мая. Всего три недели назад.

– Это связано с убийствами? – догадалась Кира.

– Три агента – это уже аргумент, чтобы взяться за лос-анджелесское управление всерьёз, – сдержанно подтвердил Джон. – А четвёртый – это уже дуло у виска. Нужно понять, кому так мешает целый отдел. Пока я копаю с одной стороны, неплохо бы пойти и по горячим следам, отыскав убийцу. Через него будет легче вычислить, кто за этим стоит.

– Но доктор Вольф, – не выдержала Кира, – с ним-то вы знакомы! Значит, вы здесь – не совсем новичок, агент… Джон!

– Вольф здесь такой же чужак, как и я, – вздохнул Джон. – Он прибыл сюда из Нью-Йорка, как только услышал про новое дело. Во-первых, Мэй надавила: ей, видите ли, захотелось искупаться в Тихом океане до того, как начнутся схватки. Во-вторых, Вольф считает, что меня забросили в местный серпентарий лишь затем, чтобы повесить всех собак, и поэтому согласился на позицию штатного магэксперта в управлении. Я бы порадовался, но Константин утверждает, что сделал это только ради меня: мол, грязные дела затеваются, и одного он меня не бросит. Хотя бросает периодически, сбегая на врачебную практику в местную больницу для бедных…

– А почему бы и нет, – мигом оценила мисс Каррера. – В клубе тоже кидают новичков на самые грязные дела, за которые никто из старожилов и браться-то не хочет. А потом ещё и виноватыми делают. Обычная практика!

Агент Ллойд невесело усмехнулся.

– Думаю, здесь всё сложнее, мисс Каррера, да и грязи выльется побольше. Но я рад, что вы не теряете нить разговора.

– Теряю, – призналась Кира. – Почему я? Почему бы не взяться за расследование кому-то из самого управления?

– Расследуют, – дёрнул щекой Джон Ллойд, вновь прикрывая глаза под тёмными очками, – но кто станет откровенничать с федеральными агентами?

– А эти… которые… ну, под прикрытием? Таких у вас нету?

– Видите ли, Кира, – впервые обратился к ней по имени агент, – здесь мы и подошли вплотную к вопросу «почему вы». Мне нужен человек, не связанный с бюро, чтобы я мог присмотреться к собственным сотрудникам.

Кира ахнула и тотчас поспешно хлебнула «колы», скрывая возбуждение. Интереснее, чем в вестернах!

– Вы подозреваете агентов бюро? – страшным шёпотом поинтересовалась мисс Каррера.

– Я не доверяю новым местам, – вежливо подтвердил агент Ллойд. – Поэтому сразу подумал о независимом помощнике в деле. А вас я заочно знаю, вы не значитесь в управлении, вполне подходите на роль, и я бы хотел, чтобы наше маленькое соглашение так и осталось между нами. Мы поняли друг друга, мисс Каррера?

– Всё тайное рано или поздно становится явным, – вздохнула Кира. – С моей удачей, агент… в смысле, Джон…

– «Поздно» меня устраивает, – покладисто согласился агент Ллойд. – Постарайтесь не испортить всё в первый же день.

– Ну, уж один день я продержусь, – прикинула мисс Каррера, отхлёбывая молочный коктейль. И тут же выплюнула обратно в бокал, торопливо запивая «колой». – А пойло и впрямь прокисшее! – возмутилась Кира. – Где вы это брали? Требуйте деньги назад! И компенсацию!

Агент Ллойд улыбнулся и развёл руками.

– Не умеете скандалить? – догадалась мисс Каррера. – Мужчины!..

– Меня воспитывали иначе, – сдержанно пояснил Джон, всё ещё улыбаясь. – Вместо публичного скандала я просто никогда больше не вернусь в это место. И дам не лучшие рекомендации.

– Санта Мадонна! – горестно вздохнула Кира, поднимаясь с шезлонга. – Таким воспитателям плюнуть в лицо, обозвать самозванцами и пинками гнать из дому! Спустишь раз – придут и второй, мистер… Джон! Не все вокруг просвещены настолько, чтобы не воспринять благородство за слабость! Ну-ка…

«Ну-ка» вылилось в громкие разбирательства, бледных официантов того самого кафе, где агент Ллойд заказывал коктейли, и комплименты от бармена, на которого Кира пригрозила спустить инспекторов санитарной станции. Спустя минуту их столик уставили свежайшими коктейлями за счёт заведения, так что вернувшиеся с пляжа родственники агента Ллойда приятно удивились.

– Беру свои слова назад, Джон, – присаживаясь на шезлонг, заметил доктор Вольф. – Твои инвестиции уже оправдывают себя.

Кира хмыкнула, довольная похвалой: инвестицией её ещё не называли. Вот дармоедкой и бездонной бочкой, в которую что ни вливай – то выльется, так это постоянно. Родители с тётушкой Марией наперегонки старались, как могли, вбить в голову юной Киры хоть какие-то представления о благодарности и отдаче. В конце концов махнули рукой, умоляя лишь о том, чтобы дочь не посрамила их уж слишком сильно.

– Я – купаться, – предупредила мисс Каррера. – Вроде всё обсудили?

– Пока – да, – подтвердил агент Ллойд. – А завтра за вами заедет Виктор и объяснит в деталях.

О’Рид при этих словах встрепенулся, а Кира уныло кивнула, сбегая по песку к воде. Интересно, ирландский шурин тоже на крючке у агента Ллойда? Наверняка, раз с такой готовностью помогает родственнику – да ещё и англичанину!

Но какое ей до того дело? Пусть агент Ллойд ищет своего предателя в лос-анджелесском федеральном бюро, пусть само бюро ищет крысу руками заезжего англичанина, чтобы повесить на него всех собак в случае неудачи, а её дело маленькое – сыграть три роли, задать нужные вопросы, поделиться результатами и положить денежки в карман!

А не податься ли ей, и в самом деле, в Голливуд? С таким-то резюме!..

– В Голливуд поедем завтра, детка, – жарко шепнули на ухо, когда Кира вошла в воду по пояс. – Клуб, в котором грохнули предыдущего агента, находится в элитном райончике…

Мисс Каррера вздрогнула, но обернуться не успела: её подхватили на руки и, прижав к мощной волосатой груди, моментально внесли в прохладные океанские воды.

– Пусти, неандерталец! – взвизгнула Кира, выворачиваясь из крепких объятий. Эдак полиция повяжет обоих за непристойное поведение!

– Джон мне всё рассказал, – ухмыльнулся над головой рыжий искуситель, – мы теперь встречаемся, детка! Прям всё честь по чести…

– Не про тебя сказано, здоровяк, – фыркнула мисс Каррера. – Где ты – и где честь?

– На разных берегах, – согласился Виктор, всё ещё не выпуская добычу из рук. – Но знаешь, что, детка? Мне нравится эта идея! Даже не помню, когда я в последний раз был на свидании…

– Вчера, – напомнила Кира. – В клубе мисс Флаффи. Кого ты там дожидался в номерах?

– Я неприхотлив, – ухмыльнулся О’Рид. – Женщины, по большей части, существа забавные. Главное в этом деле – найти изюминку, подобрать ключик…

– Тоже мне, взломщик, – фыркнула Кира, выворачиваясь из рук ирландца.

Плавала мисс Каррера, пожалуй, получше своего неожиданного ухажёра. Виктора спасал гигантский рост, пока Кира нарезала круги вокруг.

– Всё не то, – вздохнул О’Рид, следя за Кирой янтарными глазищами. – Вот чтобы так, с цветами да конфетами, походами в кино и первым поцелуем…

– Тебе это быстро надоест, здоровяк, – прикинула мисс Каррера, жмурясь от удовольствия. Водичка и впрямь освежала, как и отрекомендовал агент Ллойд. – Затащишь девушку в постель и сразу же сольешься.

Виктор удивился.

– По себе судишь, детка? О’Рид, может, новую жизнь начинает…

– Я тоже, – отрезала Кира. – И от таких, как ты, держусь теперь подальше! Вот только где найти хорошего мужчину? – вздохнула в никуда мисс Каррера. – Весь качественный товар расхватывают ещё на складе!

– Иногда кое-что остаётся, – выразительно поиграл бровями Виктор.

Кира фыркнула и взяла курс на берег.

– Я сказала – хорошего мужчину, – отплевываясь от воды, напомнила Кира. – Как агент Ллойд или доктор Вольф, но чтобы высокий, красивый…

– Я хороший! – возмутился О’Рид. – Уж ничем не хуже этих доходяг на берегу!

– Что-то я не видела, чтобы агент Ллойд или доктор Вольф шастали по номерам с девочками! – отрезала мисс Каррера, ставя точку в планах на будущее.

На берег оба выбрались мокрые и довольные. По мнению Киры, выходной уже удался – прекрасная погода, пляж, не самая дурная компания, дармовые коктейли и пятьдесят баксов в кармане. Да она поймала удачу за хвост, вляпавшись вчера в федерального агента с тугим кошельком!..

– …они тащат змею из управления твоими руками, Джон. А ты даже не в перчатках.

– Ты на редкость скептичен для верующего человека, Вольф.

– Я на редкость верующий для скептика.

Ирландские сёстры оказались в этот раз более приветливы, щедро поделившись с Кирой орешками и закусками, выставленными на столике.

– Угощайтесь, – предложила Эвелин, подставляя бледное лицо яркому солнцу.

Киру дважды упрашивать не приходилось.

– Агент… в смысле… Джон, – с трудом проглотив официальное обращение, заговорила она, придвинувшись ближе, – простите, но как же агент Лайт? Ну, тот ваш напарник…

Агент Ллойд скосил на неё глаза под тёмными очками и коротко качнул головой.

– Я не посвящал Эдварда в свои планы. Пока что нет. И вас попрошу не раскрывать легенду раньше времени.

– Лайт не идиот, догадается сам, – спокойно предсказал Константин. – И тогда претензии предъявят уже тебе: почему не предупредил? Кто разрешил привлекать постороннее лицо к расследованию?

– Не нравится, как я работаю – работайте сами, – задумчиво ответил агент Ллойд невидимым обвинителям. – Налицо подрывная работа в отделении, потому и привлекли, кого получилось. Кто знал, что агент Филмор предпочитает виски из личной фляги напиткам из бара? Никто, кроме своих. Подливали, зная, что Филмор страдает паранойей. Также остальные агенты – кто-то слишком хорошо знал их привычки и подловил в самый уязвимый момент… Убивают профессионально, без спешки, но и без промедления. Ни один из агентов даже записки после себя не оставил.

– Я здесь лишний, – помолчав, вынужденно признал судмагэксперт. – Наш убийца, или убийцы, едва ли маги, так что по ауре мы их не отследим. Ещё и это солнце…

– Что не так с солнцем? – не сдержалась Кира.

Надо признать, новая работа ей внезапно нравилась. Щекотала нервы, заставляя едва ли не подпрыгивать на месте; будоражила кровь, требуя докопаться до разгадки…

А ведь она ни одного детективного романа в жизни не прочла!

Чтение вообще не входило в перечень сильных сторон мисс Карреры.

– Доктор Вольф – менталист, – с улыбкой пояснила Эвелин, подсев к мужу на шезлонг. Прохладная ладонь легла агенту Ллойду на лоб, и Джон прерывисто выдохнул, мигом расслабляясь. – Видит чужие магические ауры. В таком столпотворении, как на пляже, да ещё и при слепящем солнце, подозреваю, Константину приходится весьма непросто.

– Да я практически ослеп, – внезапно со вздохом подтвердил судмагэксперт. – Тут столько… ярких пятен. Ещё и вы все отсвечиваете…

– Могу тоже погладить тебя по голове, – беззаботно предложила Мэйовин.

– Я тебе ещё нужен, – напомнил Константин. – Рано становиться вдовой.

Эвелин рассмеялась, поймав непонимающий взгляд Киры, и с готовностью пояснила:

– Мэй – маг огня. Она может спалить или расплавить что угодно, но менталистам это как раз противопоказано. Их мозги и так работают на повышенных оборотах! Слишком яркие изображения, громкие звуки, острые ощущения… Джону со мной повезло, – ласково улыбнулась мужу миссис Ллойд. – Я – маг льда. Остужать горячие головы – по моей части. Только, боюсь, на такой жаре у меня совсем нет сил. Я сейчас только и способна, что подарить немного прохлады. Не мой климат, – пожаловалась Эвелин, пересаживаясь на свой шезлонг.

– А мне хорошо, – с вызовом заявила беременная красавица. – Если бы ещё не живот, я бы!..

– …наломала дров! – хохотнул О’Рид. – Только беременность тебя и стреножила, стрекоза!

– Я ещё отыграюсь, – хмуро пообещала миссис Вольф.

– Лучше подумала бы о ребёнке, – урезонила сестру Эвелин. – Как назовёшь?

– Не придумала, – отмахнулась ответственная мать.

– Кого возьмёшь в крёстные? – не отставала старшая сестра.

– Кто согласится.

Эвелин обвела закипающим взглядом всю компанию, словно призывая в свидетели, и сдержанно уточнила:

– И всё же? Нам с Джоном готовиться?

– А Медичи не сможет? – вдруг встрепенулась Мэйовин. – Он такой интересный мужчина! Константин! Может, он станет крёстным отцом нашему первенцу?

Доктор Вольф поперхнулся воздухом и сдержанно согласился:

– Уверен, он с удовольствием. Джанфранко – опытный крёстный отец.

Хохот, грянувший в компании, убедил Киру в том, что она попала в какую-то совершенно невероятную семейку.

ГЛАВА 4. Первое дело

«Голливуд – это место, где вам всадят нож в спину, а потом арестуют за незаконное ношение оружия».

Рэймонд Чандлер

Если родители хотели устроить Кире ад на земле, они не прогадали с выбором котла и главного черта. Котлом служил бедный домик в не лучшем районе Южного Централа, в котором количество населения на квадратный метр измерялось двухзначным числом, а чертом – приставленная к Кире тётушка Мария, которая по состоянию здоровья не могла уже работать в разделочном цехе в Нью Йорке, а потому с радостью согласилась приглядеть за племянницей в Лос-Анджелесе.

Кира бы добавила – с садистской радостью, но опасалась, что тётка подслушает.

– Ну наконец-то! – возликовала Мария Каррера, узнав, что Кира нашла работу секретаря в богатом доме – легенда, предложенная агентом Ллойдом для оправдания частых отлучек из дому. – Мы сможем пожертвовать церкви на новые скамьи! Отец Пабло будет счастлив!

– Уверена, и без нас найдётся, кому порадовать отца Пабло, – учуяв, куда ветер дует, отрезала Кира. – Разве мы не жертвуем на каждой мессе, тётя?

Мисс Мария Каррера пугливо оглянулась на храм, словно Господь мог услышать и обидеться, и сверкнула темными глазами на племянницу:

– Если Господь послал хорошую работу, то следует возблагодарить за помощь и отдать в храм десятину, чтобы мы могли сидеть на новых скамьях и не опасаться, что те под нами развалятся!

– Если бы ты так не налегала на чимичангу и буррито, тётя, скамьи прослужили бы дольше, – вежливо предложила Кира.

Мария Каррера побагровела и решительно сдвинула густые брови.

– Сколько тебе платит мистер О’Рид?

О’Рид ей вообще ничего не платил, но агент Ллойд запретил Кире сверкать своим именем.

– Десять долларов в неделю, – быстро прикинула Кира.

– Как-то маловато, – нахмурилась пожилая испанка. – В школе тебе платят больше!

– Это в учебный период, тётя, – напомнила мисс Каррера. – А последние занятия заканчиваются на следующей неделе, и летом нам урежут ставку.

– Ну что ж, – вздохнула родственница, – десять долларов всё же лучше, чем ничего. Отец Пабло нас простит. По крайней мере, ты не выбрасываешь деньги на пошлые платья и краски для лица, как эта девица Лопез!

– Что ты, тётя, – успокоила Кира. – Как можно, я ведь учительница!

Все «пошлые платья» и косметику мисс Каррера прятала как раз у соседки, мисс Лопез, и переодевалась там же, прежде чем выходить в приличный квартал.

Сегодня Кире предстояло отработать две смены: на тётушку и на агента Ллойда. Неизменный фермерский рынок по воскресеньям; готовка на тесной кухоньке, где бегали разновозрастные дети и ругались их матери; духота, уныние и беспросветность. Спасала только мысль о скором побеге.

Сразу после душеспасительных бесед мисс Марии Карреры.

– Альфонсо такой вежливый молодой человек, – откинувшись в плетёном кресле после обеда, завела привычную песнь тётя. – Мы с его матушкой, сеньорой Крус, так мило побеседовали после мессы…

Кира закатила глаза, в нетерпении поглядывая на часы. Виктор должен был заехать в то самое кафе на углу, так что следовало поторопиться. Ещё же к мисс Лопез заскочить, переодеться в приличное…

– …чудесная мысль – поженить наших детей, – сделала многозначительную паузу Мария Каррера, обмахиваясь газеткой.

Кира встрепенулась, вынырнув из омута тревожных мыслей. А ведь почти отошла от воскресного угара и кухонной баталии! У них с тёткой имелся свой вход в тесную пристройку и собственный крохотный дворик, так что с дальними родственниками пересекались они редко. Более частых встреч Кира попросту не вынесла бы. Главное – носу из комнаты не казать. И подышать свежим воздухом после неизбежных столкновений.

– Это ты о ком, тётя? – тщательно маскируя насмешку, вежливо уточнила мисс Каррера. – У тебя есть внебрачная дочь? Как же ты скрыла такой позор?

Мария Каррера без предупреждения хлопнула Киру по голове газетой и мечтательно вздохнула в облака. Больше смотреть в крохотном дворике было некуда – их окружал старый дощатый забор.

– Ты для меня как дочь, Кира! – сурово отрезала старая дева. – И если с родительскими наставлениями не считаешься, то с моими будешь! Куда это ты намылилась?! – мигом подобралась мисс Мария, выпрямляясь в кресле. – Ты у меня дослушаешь, юная сеньорита! Я тебе как мать!..

– Я опоздаю, тётушка! – возразила Кира. – И меня уволят в первый же день!

– Подождут! – решительно нахмурилась Мария Каррера. – Их тоже не собака рожала! Замужество важнее десяти долларов! Сходила бы с ним на свидание, – постукивая газеткой о ладонь, утвердительно предложила тётушка. – Я договорюсь с сеньорой Крус.

Кира вылетела из дворика пулей, едва прихватив сумочку, но остановилась тут же: на противоположной стороне улицы, сверкая отполированным металлом, стоял новенький «Додж».

И водитель за рулём, не скрываясь, приветственно махал ей рукой из открытого окна.

Чертыхаясь и пугливо оглядываясь, мисс Каррера буквально перелетела через проезжую часть, шипя ещё на подлёте:

– Что ты здесь делаешь?! Нас же могут увидеть! И как ты меня вычислил?!

– А-а, – отмахнулся О’Рид, как только Кира, пригибаясь, влетела на соседнее сидение, – у меня здесь врагов нет, пусть смотрят. А вычислить такую фигуристую мисси труда не составило: в кафе справки навёл. Ты девушка приметная, детка, чему удивляться? И райончик миленький! Часто грабят?

– Да кому ты нужен?! – возмутилась мисс Каррера, съезжая на сидении так, чтобы её не увидели из окон. – Езжай уже! Если тебя заметит тётушка…

– Ну, я-то тебя уже с семьёй познакомил, – упрекнул рыжий ирландец, включая зажигание. – Твоя очередь, детка!

– Мои вещи! – встрепенулась Кира, как только «Додж» тронулся с места. – Я не забрала! Не могу же я поехать… в этом!

О’Рид покровительственно похлопал её по коленке, вовремя отдёрнув руку: Кира приложила подшитой сумочкой себя по бедру и злобно нахохлилась.

– Виктор всё решил, детка, – ласково успокоил здоровяк, скосив на неё янтарные глаза. – Мы едем к главной путане семьи, она тебя приоденет! В голливудский клуб в твоём рубище и впрямь лезть не следует, да и губки подкрасить бы, совсем завяли. Могу освежить, – вскользь предложил свои услуги О’Рид, пряча ухмылку в бакенбардах.

Кира возмущённо задохнулась, но не нашлась, чем крыть: выбежала она и впрямь в жутком коричневом платье. В другом тётка её из дому не выпустила бы.

– Кабриолет уже разбил? – хмуро огрызнулась мисс Каррера, только чтобы не молчать.

– Продал, – довольно поделился ирландец, выруливая на соседнюю улицу. – Видишь ли, детка, денежки в Калифорнии сами в руки текут, только успевай ладони подставлять! Если знать, конечно, кого и где подставлять, – тут же хмыкнул бывший революционер. – Не верю я в эту американскую мечту, детка! Чтобы ко мне притекло, нужно, чтобы из кого-то вытекло, правильно понимаю?

Кира честно задумалась. По всему выходило, что так. Хотя вот мисс Флаффи говорила, что если обе стороны от сделки выигрывают, то никто не в проигрыше.

– «Додж» тоже на продажу? – спросила она, нежно поглаживая гладкую кожу дверцы.

Роскошный автомобиль! Ей в таких прежде кататься точно не доводилось. Столько интересного всего за пару дней!

Субботний вечер завершился чудесно, мисс Каррера здорово провела время в компании агента Ллойда и его семьи. Особенно они сдружились с миссис Вольф: всё время на пляже обе девушки горячо обсуждали проходивших мимо молодых парней, хохотали, как гиены, с удовольствием уплетали мороженое и молочные коктейли, а под конец попросту распластались на шезлонгах, довольные собой и друг другом.

Мэйовин недолго лежала без дела: завистливо покосившись на смуглую Киру, которая то и дело переворачивалась с боку на бок, подставляя солнцу то спину, то живот, миссис Вольф сдвинула медные брови и, выразительно глянув на флегматичного супруга, заявила, что тоже хочет загорать на животе.

Все доводы старшей сестры и ёмкие выражения брата пропали втуне: Мэйовин надулась и демонстративно направилась прочь от компании, освежиться в тёплых водах залива. К моменту, когда миссис Вольф, мокрая и всё ещё обиженная, вернулась, рядом с шезлонгом обнаружилась гигантская яма, выкопанная руками доктора Вольфа. Просиявшая Мэйовин тотчас погрузила в неё огромный живот, наконец-то подставив солнцу спину.

– Как ты её терпишь, Константин, – только и вздохнула тогда Эвелин Ллойд.

– Поступись в малом, – так же флегматично, как и копал яму, отозвался доктор Вольф. – И возьмёшь сторицей.

– Да что с неё брать, – отмахнулась Эвелин. – Одни убытки…

Доктор Вольф только надвинул шляпу поглубже, вновь прикрывая глаза. Видимо, маг-менталист страдал от человеческого столпотворения больше, чем от собственной супруги, а потому не считал проблемой то, что легко решалось. Пустые разговоры и долгие препирания тоже явно не входили в перечень добродетелей доктора Вольфа. Похоже, магэксперт принадлежал той благословенной категории людей, которым легче сделать и забыть, чем спорить и доказывать. Кира наблюдала за ним с живым интересом, всё ещё мучаясь вопросом о том, что же свело столь разных людей вместе.

– «Додж» для меня особенный, – отвечал тем временем Виктор, любовно поглаживая толстое колесо руля. – Даже продавать не хочется! И всё-таки… придётся, – вздохнул ирландец. – Такие машинки долго держать на руках нельзя, надо поскорее перегонять. Не ровен час, хватятся…

Кира мигом вынырнула из омута приятных воспоминаний и подозрительно покосилась на О’Рида.

– В каком смысле – хватятся? Ты что же их… – мисс Каррера прикинула варианты и похолодела, – к мексиканской границе гонишь? Автомобиль… краденый?!

Виктор поморщился.

– Тише, детка! Что за выражения? Я его честно купил, да… ну, не из магазина, конечно, с третьих рук, практически за бесценок, но тут никто не в накладе! Ребята опасный товар сбыли, я приобрёл, причесал, да обратно на рынок. А в Мексике такого красавца с руками оторвут – у меня канал сбыта налажен!

– Высади немедленно, – выпрямившись, потребовала Кира. – Бизнесмен липовый! Если канал сбыта приведёт тебя за решётку, то не хватало ещё, чтобы меня с тобой повязали! Да чтобы я ещё хоть раз!..

– И ещё не раз, детка, – ласково напомнил О’Рид, вновь потрепав её по коленке. – Мы же с тобой встречаемся, помнишь? И для сохранения легенды мы встретимся ещё много, много раз, к обоюдному удовольствию… У нашего доброго знакомого, агента Ллойда, уж больно глазастые сотрудники. Не удивлюсь, если за нами уже следят. Джон, как ни крути, засланный человечек, а таких никогда не любят… Будут копать, будут выталкивать с тёплого места… Особенно, если змея засела в самом управлении.

– Много их, сотрудников? – хмуро уточнила мисс Каррера, угрюмо поглядывая за окно. Южный Централ давно остался позади, за стеклом мелькали всё более респектабельные улицы и райончики явно побогаче родных трущоб.

– Я только двух видел, – тотчас отозвался О’Рид. – Тот симпатяга Лайт и ещё более смазливый Томпсон. С Томпсоном у Джона не заладилось: американец считает, что британский менталист пришёл, чтобы выпихнуть его с места любимчика шефа. Ну, у Джона на то все шансы, если он раскроет дело, так что переживает Томпсон не зря.

– А как выглядит агент Томпсон? – заинтересовалась Кира.

Неужели все агенты лос-анджелесского отделения ФБР – красавчики с модельной внешностью? В таком случае, не остаться ли ей работать в бюро и после неожиданной подработки?..

– Смазливый, – угрюмо повторил Виктор, мельком глянув на Киру. – Блондинчик в костюмчике. Дамочки от таких прямо тают, так что поосторожнее с ним, детка.

– Ловелас? – понятливо усмехнулась мисс Каррера.

– Не похож, – вынужденно признал О’Рид. – Зато точно – карьерист, а это куда хуже, детка!

Кира не встречалась ещё ни с одним карьеристом, поэтому не могла ни подтвердить, ни опровергнуть.

– А что же агент Лайт? – полюбопытствовала она. – Ему Джон доверяет?

О’Рид пожал плечами.

– Откуда мне знать, что творится у нашего Джона в голове? Я ж не менталист. Я только вижу, что наш доктор Вольф ревнует, – хмыкнул Виктор. – Лайт – парень приятный, они с Джоном явно сработались, и место лучшего друга рядом с нашим лордом Ллойдом пошатнулось. На месте Лайта я бы держал ухо востро, – хмыкнул О’Рид. – Константин у нас человек тихий: если надумает подлить яду, пикнуть не успеешь.

– Да ладно, – удивилась Кира. – Доктор Вольф и ревнует? Он даже Мэйовин ничего не сказал, хот миссис Вольф, ну… она вела себя весьма откровенно на пляже…

– Мэй от него никуда не деться, – решительно сдвинул брови О’Рид. – Вздумает удрать – догоню и вразумлю по-свойски… Такого человека, как док, ещё поискать! Да проживи эта бестия тысячу лет, она его всё равно не заслужит! Хотя, думается мне, и Константин не так прост… Встречал я таких, обманчиво-терпеливых! И Мэй это тоже чувствует… Кстати, о Мэй, – подвёл черту в откровениях О’Рид, – мы уже рядом, детка! Эта девка из кого угодно сделает звезду сцены!

Кира не возмутилась только потому, что задумалась. Так они ехали к Мэйовин? «Главной путане» семьи?

Клубок чужих отношений становился всё запутаннее и интереснее.

Тихий район Вествуда поражал обилием зелёных красок, белых домов и идеальных газонов. Здесь неспешно прогуливались молодые мамы с колясками, а дети постарше то и дело выбегали на дорогу за улетевшими мячами, фрисби, сбежавшими щенками и солнечными зайчиками. Виктор сбавил ход, беззлобно поругиваясь на малышню, и Кира даже прислушалась: похоже, ценитель женского общества О’Рид неплохо ладил с детьми.

– Люблю мелких, – подтвердил её догадки Виктор, притормаживая перед одним из тихих домиков. – Смотришь и вроде как оттаиваешь… У нас на родине большие семьи! – мечтательно вздохнул рыжий ирландец. – Нас у папки всего трое вылупилось, да и то от разных мам.

– Да ладно?! – поразилась Кира.

– Ну а в кого я такой… большой любитель женщин? – хохотнул Виктор, выбираясь из «Доджа». – Ты посмотри на ледышку Эвелин, и сравни со мной или Мэй, – посоветовал О’Рид, огибая капот. – Да у нас магов льда в роду ни одного не встречалось! Это чужая кровь. Папка с годовалой Эвой на руках вернулся в родные места и тут же женился на нашей мамке. Ну, мы с Мэй не задерживались с выходом, один за другим повыпрыгивали…

О’Рид распахнул дверцу со стороны Киры, предлагая последовать примеру.

– Так о чём это я? – призадумался здоровяк, как только Кира выскользнула из салона «Доджа». – А, точно! Мы живём в новом мире, детка! И в нём неважно, кем ты был рождён, важно, кого ты из себя слепишь! Если уж незаконнорожденная девица из ирландской глуши захомутала английского лорда, то и у тебя получится сегодня просочиться в голливудский клуб!

Мэйовин встречала их на крыльце, удобно устроившись на диванчике с модным журналом. Увидев гостей, миссис Вольф отбросила непосильное чтение и, придерживая живот, соскользнула с дивана, поднимаясь навстречу.

– Ну наконец-то! – воскликнула она, нетерпеливо притоптывая на месте. – Почему так долго? Мне же скучно! Я уже столько платьев приготовила! Недаром я захватила свои лучшие вечерние наряды! Тебе понравится, – сияя от удовольствия, поставила Киру в известность миссис Вольф. – У нас, кажется, одинаковый размер? – поглаживая необъятный живот, прикинула Мэйовин.

– Ну, э-э-э, – вежливо замялась Кира.

– Я тоже так подумала! – энергично кивнула Мэй. – Идём, идём скорее, время не ждёт! Константин укатил на срочную магэкспертизу, Эвелин увлеклась семейной жизнью и супругом, а мне-то что делать?!

– Наряжать мою невесту, – подсказал О’Рид, подталкивая Киру в спину. – И поживее, через два часа мы должны быть в Голливуде!

– О, Голливуд! – мечтательно зажмурилась Мэйовин. – Мистер Би, мой покойный работодатель, говорил, что Голливуд – это прогулка по сточной канаве в лодке со стеклянным дном… Не знаю, что это значит, но звучит ух, как здорово! Идём же!

И, развернувшись, миссис Вольф с неожиданной для беременной девушки прытью припустила в дом.

Ровно через два часа Кира выбралась наружу причесанная, накрашенная и в довольно легкомысленном жёлтом платье со струящейся юбкой, тугим корсетом и декольте чуть более откровенным, чем мисс Каррера считала приемлемым. Ну то есть, в обычной жизни, конечно же. Но ведь сейчас она почти агент бюро! С важной миссией внедриться и выведать, кто мог убить пришлого федерала, да ещё и в столь респектабельном месте, как голливудский клуб.

– Живее, красавица, – поторопил Виктор, когда Кира, поправляя жёлтый цветок-заколку в волосах, сбегала с крыльца, – мне ещё в Тихуану гнать!

Мексиканский городок на границе с Калифорнией обладал не лучшей репутацией, а потому не рекомендовался к посещению благополучными американскими гражданами, но то – благополучными. Иностранец О’Рид вписывался в местный контингент вполне гармонично.

– Ты что же, оставишь меня в клубе? – подозрительно покосилась мисс Каррера, запрыгивая в «Додж». – А сам помчишь краденый автомобиль сдавать?

– Честно купленный, – машинально поправил О’Рид, махнув на прощание Мэйовин и включая зажигание. – Договор у меня, детка. Отсюда гоню – оттуда забираю. Бизнес! Да ты не переживай, – мельком глянув на «невесту», подбодрил Виктор. – Если не выйдешь на связь – Джон весь город вверх дном перевернёт!

Кира фыркнула, покачав головой. Не сильно-то такое напутствие успокаивало. Отрадно, если твой труп отыщут и похоронят по-человечески, но умирать за пятьдесят долларов всё равно не хотелось.