Текст книги "С отцом по всем океанам"
![](/books_files/covers/thumbs_240/s-otcom-po-vsem-okeanam-265284.jpg)
Автор книги: Оскар Конюхов
Жанр: Документальная литература, Публицистика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
![](i_017.jpg)
ЧЛЕНЫ ЯХТ-КЛУБА GLADESVILLE BRIDGE MARINA В СИДНЕЕ ГОТОВЯТСЯ ВСТРЕЧАТЬ ФЁДОРА КОНЮХОВА ПОСЛЕ ЗАВЕРШЕНИЯ КРУГОСВЕТНОГО ПЛАВАНИЯ. ВЫВЕШЕНЫ ФЛАГИ АВСТРАЛИИ И СССР. ИЮНЬ 1991 ГОДА
![](i_018.jpg)
СИДНЕЙ, АВСТРАЛИЯ. 8 ИЮНЯ 1991 ГОДА. ФЁДОР КОНЮХОВ ЗАВЕРШАЕТ СВОЕ ПЕРВОЕ КРУГОСВЕТНОЕ ПЛАВАНИЕ НА ЯХТЕ «КАРААНА»
С учетом новых обстоятельств отца назначили капитаном кеча и официальным представителем ДВМП. Как известно, двух капитанов на одной яхте быть не может. Поэтому Леонид Лысенко отправился в кругосветку на яхте «Адмирал Невельской». А Фёдор завершил подготовительный этап на Тайване и отправился в кругосветку с востока на запад: через Индийский океан, Красное море, Суэцкий канал, Средиземное море и далее в Атлантику.
Несмотря на то что пути Фёдора Конюхова и Леонида Лысенко разошлись в 1994 году, я всегда слышал только добрые слова от отца в адрес своего учителя и капитана из Владивостока.
Альпинисты из Тольятти не приехали. Завод ВАЗ не смог выделить денежные средства, но предоставил автомобили. На словах сказали следующее: «Продайте эти машины и отправляйтесь в свое путешествие». В итоге на Тайвань, где проходила подготовка яхты «Формоза», позвонил один человек из всей команды: «Фёдор, нам уже дали машины. Зачем нам еще куда-то ехать? А на горы мы сходим и без кругосветного плавания». Как говорится, без комментариев.
Из всей альпинистской команды за свой счет прилетел только Евгений Виноградский (Екатеринбург). Он прошел под парусом с Фёдором весь Индийский океан и Средиземное море. Но после прибытия в Марокко улетел домой готовиться к очередному восхождению в любимых Гималаях. Тогда-то Фёдор понял, что дальние походы под парусом для горовосходителей не подходят. В альпинизме есть динамика и разнообразие неповторимых пиков и горных хребтов перед глазами. А яхта идет день и ночь по 6–8 узлов в монотонном ритме. Ровный горизонт, качка, ярких цветов нет, вертикальных линий (кроме собственной мачты) нет… Такая жизнь наскучила Евгению, и он, поблагодарив Фёдора, вышел из проекта. Через Атлантический океан из Марокко в сторону Карибских островов отец пошел в одиночку.
ИЩЕМ НОВУЮ ЯХТУ
Но вернемся к гонке Around Alone. К началу лета 1998 года, после нескольких месяцев поиска, мы смогли найти только одну яхту класса Open 60. Ее спроектировал венгерский яхтсмен Нандор Фа (Nandor Fa), а владельцем на тот момент являлся француз Эрик Дюмон (Eric Dumont). Само судно находилось в порту Гавр, на севере Франции.
У Эрика на тот момент в собственности находилось две яхты. Ту, что постарше, он был готов продать нам и инвестировать полученные средства в другую лодку, на которой собирался участвовать в гонке Vendee Globe 2000. Заявленный ценник в 150 тысяч долларов нас в целом устраивал.
На первоначальном этапе мы рассматривали яхты, спроектированные такими мэтрами парусного судостроения, как Фино, Ломбар, Овен и Кларк. Но эти лодки стоили минимум в два раза больше бюджета, согласованного с руководством СГУ. Мы как-то рискнули намекнуть ректору, что 150 тысяч – это стартовая цена на рынке океанских гоночных яхт. Михаил Петрович посмотрел на нас с прищуром, и нам стало понятно, что разговоры на тему увеличения бюджета ни к чему хорошему не приведут. Больше мы к этой теме не возвращались. Спасибо, как говорится, и на этом.
Яхта Нандора Фа оказалась нашей синицей в руках. Ведь глава СГУ мог в любой момент передумать под давлением ближнего окружения и обстоятельств того турбулентного времени. «Ректор СГУ покупает яхту Конюхову», – такой слушок быстро разнесся по ректорату в Москве и филиалам СГУ в 50 регионах России. Коллеги Карпенко смотрели на нашу затею косо, всем видом, а многие и словами демонстрируя неодобрение. Наши договоренности держались исключительно на волевых качествах ректора.
Отец согласился с покупкой лодки у Эрика Дюмона практически сразу. А меня яхта сильно смущала своим возрастом и общим состоянием. Я сравнивал ее с той красавицей, которая была у команды Russian Team на европейских этапах Grand Mistral, и не находил логики в достаточно скоропалительном решении Фёдора. А он с улыбкой поглядывал на меня и нежно поглаживал венгерскую ладью, называя ее «ласточкой».
![](i_019.jpg)
ДВА ШКИПЕРА – ФЁДОР КОНЮХОВ И ЭРИК ДЮМОН В ПОРТУ ГАВРА. НА ЗАДНЕМ ПЛАНЕ ЯХТА «СГУ», СПРОЕКТИРОВАННАЯ ВЕНГЕРСКИМ ЯХТСМЕНОМ НАНДОРОМ ФА. МАЙ 1998 ГОДА
Отец оказался прав. Как и в случае с Grand Mistral Round the World Yacht Race, излишняя медлительность могла загубить все начинания – сделку мы оформили в июне 1998-го, а в августе наша страна провалилась в жесточайший экономический кризис. Если помните, тогда был объявлен дефолт по государственным краткосрочным обязательствам (ГКО). Затем случилось падение цен на нефть до уровня 10 долларов за баррель. Курс доллара вырос с 6 до 20 рублей… Страна жила на пороховой бочке. Общий объем годового государственного бюджета России тогда составлял около 20 млрд долларов, при этом накопленный долг по зарплатам – около 70 млрд долларов, а совокупный внешний долг – около 170 млрд долларов.
Я, выпускник экономического факультета, внимательно следил за всеми событиями и понимал: еще пара месяцев поисков яхты, и нам пришлось бы расстаться с мечтой об участии в гонке Around Alone, старт которой состоялся 26 сентября 1998 года. В мае 1998 года, подписывая договор на покупку яхты за 150 000 долларов по курсу 6 рублей, мы получали сумму в 900 тысяч рублей, а со всеми административными расходами она обошлась бы в 1 млн рублей. Через два месяца, с учетом втрое выросшего курса доллара, наша «ласточка» стоила бы около 2,7 млн рублей. Не уверен, что ректор СГУ сохранил бы оптимизм по отношению к нашему морскому проекту с учетом новых обстоятельств.
За происходящим на родине мы следили из Франции. К тому времени, когда молодой премьер-министр Сергей Кириенко взял на себя ответственность за девальвацию национальной валюты и подал в отставку, мы успели установить на яхту ходовой двигатель, покрасить днище, оплатить в North Sail France новый комплект парусов и втроем – отец, я и Эрик Дюмон – испытать яхту в переходе до Ле-Сабль-д’Олона. Из этого французского порта Фёдор вышел в направлении порта Чарльстон (США), намереваясь прибыть к месту старта Around Alone в конце августа.
ИЗ ДНЕВНИКА ФЁДОРА КОНЮХОВА
7 июля 1998 года. ПЕРЕХОД ГАВР – ЧАРЛЬСТОН.
20:00. Эрик Дюмон спит, Оскар стоит на вахте. Мы пересекаем Ла-Манш. Сегодня первый день в море на яхте «Современный Гуманитарный Университет». Мы идем из порта Гавра в Ле-Сабль-д’Олон. Погода плохая, встречный ветер из Атлантики. Небо затянуто тучами. Я отвык от моря и яхты. С 1994 года не был в океане под парусом.
8 июля 1998 года. ЛА-МАНШ.
7:00. Ночь прошла напряженно. Ветер был встречный, туман, мелкий дождь. Спать хотелось, еще не привык.
12:00. Ветра мало, но пока – попутный. Скорость 5 узлов. Очень большое течение у берегов Бретани.
9 июля 1998 года.
Вышли из Ла-Манша в Атлантический океан.
Идем на юг курсом 181°. Скорость 7 узлов. Ветер 14 узлов.
Все спокойно, а до этого нас понесло течением на рифы. Очень большое течение, а ветра мало, и яхта со своей скоростью в 4 узла не справлялась с 4-узловым течением под берегом. Эрик Дюмон прижал нас близко к берегу, но он не учел приливное течение. В слабый ветер опасно подходить к берегам Бретани, лучше держаться мористее.
10 июля 1998 года. БИСКАЙСКИЙ ЗАЛИВ.
Яхта «Современный Гуманитарный Университет» подходит к Ле-Сабль-д’Олон, столице яхтсменов-одиночек (одиночных гонок). 9 часов утра. Ветер попутный, слабый. Эрик очень переживает, что мы не успеем зайти до отлива, а отливы в этом регионе Франции – феноменальные.
Скорость 5 узлов. Глубина под килем 6 метров.
В 17:00 зашли в Ле-Сабль-д’Олон. Все хорошо, я счастлив. В первый этап прошел 600 миль. Эрик и Оскар мне очень помогли, что пошли со мной, дальше я иду один, через Атлантический океан в Америку, к месту старта кругосветной гонки Around Alone.
14 июля 1998 года. ПОРТ ЛЕ-САБЛЬ-Д’ОЛОН.
8 часов утра. Готовлюсь к старту через Атлантику.
10:52. Я один в Океане. Все позади. За кормой остался Ле-Сабль-д’Олон. Ветер встречный, солнце. Скорость яхты 8 узлов. Вернусь ли я еще раз в этот легендарный яхт-клуб?
22:00. Солнце зашло в тучи, значит, ночь будет плохая. Господи, что мне принесет эта первая ночь в Океане?
Ветер не меняется, яхта идет с большим креном на левый борт.
Солнце ушло, стало грустно. Я на старости лет стал меланхоличным, много думаю о жизни, много копаюсь в себе.
15 июля 1998 года. БИСКАЙСКИЙ ЗАЛИВ.
4:00. Нет ветра, яхту болтает. Скорость 2 узла, небо чистое. Луна идет на убыль, холодно.
![](i_020.jpg)
![](i_021.jpg)
ПОДХОДИМ К ПОРТУ ЛЕ-САБЛЬ-Д’ОЛОН. НАШ ПЕРВЫЙ С ОТЦОМ СОВМЕСТНЫЙ ПЕРЕХОД НА ЯХТЕ
![](i_022.jpg)
ШТУРВАЛ ЗАФИКСИРОВАН ВЕРЕВКОЙ. АВТОПИЛОТ ОТДЫХАЕТ
9:00. За сутки прошел 170 миль. Сейчас яхта лежит в дрейфе. Нет ветра. Я сготовил себе суп. Три картошки, один сладкий перец, одна морковь, один зубок чеснока, немного капусты и кусочек колбасы. Залил одну кружку воды забортной и две кружки пресной. Начал кушать и вспомнил по вкусу, как четыре года назад я ел такой суп на яхте «Формоза» (второе кругосветное плавание 1993–1994).
Океан красивый. Я счастлив, что здесь вдали от суеты людской. Начал читать книгу Джека Лондона и радовался, что здесь я смогу немного наверстать упущенное в чтении книг. Дома, в Москве, это сделать было невозможно, слишком много ненужных забот.
11:20. Ветра нет. Океан весь блестит, штиль полный. Тишина такая, что в ушах звенит. Я давно не слышал такой тишины. Это было у меня, только когда я шел на Северный полюс и на Южный, а вот на Эвересте – там нет такой тишины звенящей.
Красиво, хотя и нет скорости, все равно красиво.
13:30. Ветер начал работать. Поставил парус генуя.
17:30. Ветер задул. Убрал геную, поставил солинг. Немного поспал. Снился сон. Снился Оскар. Скорость 8 узлов.
16 июля 1998 года.
Шторм. Убрал грот. Иду под штормовым стакселем.
Ветер встречный – 30–35 узлов.
10:00. Лежу в дрейфе. Небо все затянуто, и нет нигде просвета.
В яхту поступает вода, где и откуда, не знаю. Вычерпываю ведром. Холодно, весь мокрый. Ночью убирал грот, весь промок.
11:00. Сделал поворот. Встречный ветер и большая волна.
14:00. Ветер не стихает, солнца нет, голова болит. Замерз, есть хочется. Яхту тяжело вести.
16:40. Над мачтой яхты пролетел низко самолет. Ветер понемногу стихает, но большая зыбь, и он не меняет своего направления. Небо все затянуто, в тучах. Идет морось. Неуютно в океане. Яхту бросает с борта на борт, с кормы на нос.
19:00. Вечер. Я решил первый раз поставить чайник (попытаться поставить) и вскипятить воду для кофе. Голова разваливается, может, после кофе полегчает. Ветер чуть стих, но зыбь большая, я не хочу поднимать полный грот в ночь. Да и спешить некуда. Надо выждать попутного ветра.
22:00. Ветер встречный. Сильная зыбь. Стоит один грот. Зарифлен. Ночь. Что она принесет? Господи, помоги и помилуй!
17 июля 1998 года. БИСКАЙСКИЙ ЗАЛИВ.
00:30. Идет дождь. Работает генератор. Стоят штормовые паруса. Ветер встречный, северо-западный.
02:00. Лег в дрейф. Стаксель перебросил на левый борт, а грот – на правый. Надо отдохнуть, да и автопилот пусть тоже отдохнет. Не надо тратить электроэнергию.
7:00. Утро. Ветер не меняется, чуть стих. Небо затянуто облаками, все черное. Море серое. Жизнь серая.
8:20. Погода не меняется. Небо все грязное. Затянуто тучами. Вода вся маслянистая, и большая зыбь. Яхту бросает, хода нет. На одну милю отнесло назад, к востоку. Пойду на палубу, что-то надо делать. Может, сменю галс.
11:00. Слева по борту идет грузовое судно курсом на Ла-Манш, я пытаюсь с ним связаться.
Вызывал, но судно не отвечало, может, у меня радиостанция не в порядке.
12:30. Океан клокочет, как будто вода в котле кипит. Течение одно встретилось с другим. Паруса не работают, ветер упал до 7 узлов. Вокруг по горизонту темные тучи, как туман, а над головой просветлело и светит тусклое солнце. Сварил суп, поел за два дня. Вчера почти ничего не ел, очень тяжелый день был.
16:00. Порезал палец на ноге о кромку кастрюли. Поел суп, поставил ее на палубе и тут же начал поднимать грот до первого рифа и пальцем на правой ноге ударил о кастрюлю, а она нержавеющая, и кромки ее острые. В море будет долго заживать.
Ветра нет, большая зыбь, паруса хлопают. Идет морось, небо затянуто тучами сплошными.
![](i_023.jpg)
18:30. Ветер крутит слабый, зыбь большая, паруса хлопают, яхта дрожит.
23:00. Поставил один стаксель. Погоду не понять. Ветер крутит. Грот боюсь ставить. Не знаю, на какой ветер. Небо все в тучах, только над мачтой звезды.
19 июля 1998 года. АТЛАНТИЧЕСКИЙ ОКЕАН.
Скорость яхты 8–9 узлов. Ветер юго-западный, курс 282°. Небо затянуто тучами. Яхта идет с большим креном, балласт не работает. Скорость ветра 15 узлов.
5:30. Ночь прошла. Очень холодно, я мерз сильно. Надел все, что есть, и все равно зуб на зуб не попадает.
Ночью повесил, а вернее, скотчем приклеил три фотографии. Моей Иринушки – одна. Вторая – Оскар на берегу бухты Врангель с сыном Филиппом, и третья – Филипп, мой внук, стоит у березки. Он весь в нашу породу Конюховых. Оскар был в детстве точно такой. Я сейчас смотрю на этих самых близких мне людей. Плохо, что не взял фото моей дочки Тани. Я по ней очень скучаю.
Яхта несется, как бешеная лошадь, на большой скорости. Немного не выдержал курс, так как ветер зашел прямо на юго-запад и прямо в нос, иду на северо-запад.
9:30. Зарифил грот. Убрал большой стаксель. Иду под штормовым. Барометр резко падает вниз, к шторму.
Океан подымает волну крутую. По носу прошел большой кит, я на него выругался. Яхта несется с большой скоростью, а он медленно идет на пересечение курса, как будто у него нет другого пути.
11:00. Барометр резко падает, ветер усиливается. Надо брать еще один риф. Пока не поздно, так легче убрать парусину, не доводя до большой сложности.
12:00. Взял последний риф, все равно мало. Яхта как сумасшедшая несется. Стоит грохот. Такое ощущение, что она разломается. Сложная конструкция яхты. Очень тяжело управляться с ней. Когда нет ветра, она стоит, ее болтает и приходится все время с ней работать, а чуть задул ветер, она как будто срывается с цепи и несется без оглядки. Была бы моя воля, я бы ее назвал не «Современный Гуманитарный Университет», а «Неукротимая». Я не представляю, как она будет себя вести в «ревущих сороковых». Для меня это будет новый опыт. На яхте 60 футов в одиночку никто не ходил в нашей стране.
16:00. Шторм вырос. Я стоял за рулем час, чтобы немного отдохнул автопилот. Волны по метра 2–2,5. Небо без просвета. Барометр продолжает падать. Здесь, в океане, время так сгущается, что то, что делал вчера, кажется прожитым за несколько дней. В один час столько событий.
![](i_024.jpg)
20 июля 1998 года. АТЛАНТИКА (СЕВЕРНАЯ).
8:40. Погода налаживается, но ветер продолжает дуть со своего румба юго-запада. Точно с нашего курса. Сейчас мы идем курсом 207°, а надо идти 270°. Скорость лодки 8 узлов. Скорость ветра 18 узлов.
Запустил дизель-генератор. Как плохо, что нет ветрогенератора. Это не дело, что через каждые четыре часа запускаю дизель. Вот уже идем 6-й день, а я ни разу не взял камеру (видео), чтобы что-то снимать. Все время болтанка и работа, нет времени. Да, эта яхта не дает расслабиться и пофилософствовать. Здесь надо только работать, иначе ничего не получишь, то есть мили (скорость). Она, как капризная женщина, требует к себе полного внимания, без остатка, только для нее.
Что у меня за характер? Что у меня за натура? Что у меня за порода? Кто я такой и что мне надо в этой жизни? На земле с людьми я устаю от всех и вся, и хочется в море, в одиночество, а в море скучаю по обществу, по земле, по суете городской.
21 июля 1998 года. АТЛАНТИКА.
4 часа утра. Спать хочется. Ночь темная, нет луны, она сейчас уже старая, скоро будет новая. Да и небо затянуто тучами. Ветер встречный, тяжело выдержать курс, чувствую, что к утру он чуть-чуть изменится на юго-западный и придется сделать поворот и снова идти галсом на север, и так я прочесываю океан вдоль и поперек.
15:00. Чего я боялся, то и случилось. Отказал дизель-генератор. Я остался без света, без питания на авторулевой. Это серьезно. Если не исправлю, то придется возвращаться, думаю – в Лиссабон. До него 500 миль. Вот если бы солнечные батареи работали.
19:30. Да, я потерпел небольшое поражение. В главный двигатель прорвало воду. Дизель-генератор не работает. Остался полностью без питания электрического.
Думаю идти в Лиссабон, Португалия. Без автопилота, если будет много встречного ветра, не смогу дойти до Америки вовремя, не успею на старт. До нее – 3000 миль, а до Лиссабона – 500 миль. Курс 120° по компасу. Надо поворачивать.
![](i_025.jpg)
22 июля 1998 года. АТЛАНТИКА.
00:30. Возвращаюсь в Европу. Все остановилось. Ночь темная, иду без ходовых огней.
7:30. Ночь прошла более-менее спокойно. Не было пароходов. Ветер был устойчив. Иду курсом на Лиссабон. 149°.
15:30. Попытался сделать поворот, но ветер не дал, снова лег на юго-восток. Ветер дует чистый западный, а я иду без автопилота, только настройка парусами, а такую яхту очень сложно настроить.
Океан, конечно, куда более беспокойное место, чем суша, и во многом яхтсмен должен положиться только на свою интуицию. И, как и во всяком другом деле, необходимы везение и оптимизм. Пессимизм равносилен самоубийству в море. Неприятности случаются каждый день, и если перестанешь сопротивляться, накатит апатия, начнется хандра. А хандра изнуряет человека – и он начинает «сдаваться». Если хочешь уцелеть, нужно справиться с тревожными симптомами.
Хоть одна радость. Господь послал одну туну. Я забросил крючок так, наугад, и через час поймал хорошего тунца. Я с жадностью сразу сделал сашими. Соевым соусом поливается сырое мясо рыбы. Вот уже девять дней в море, и все дни были без радости. А сейчас чуть солнце вышло, да и рыбка. Это все-таки разнообразие.
17:00. Сегодня день отличный. Встретил российское судно из Архангельска. Передал по ручной рации, что следую в Лиссабон. Они должны дозвониться в Москву и сообщить Оскару мои координаты и информацию о заходе в Лиссабон. (Прим. Капитан российского судна дозвонился в Москву, в штаб проекта в СГУ, и Оскар через 3 дня вылетел в Лиссабон.)
21:00. Зашло солнце в чистый горизонт. Дай Бог, завтра будет хорошая погода. Нам с яхтой это необходимо.
24 июля 1998 года. АТЛАНТИКА.
9:30. Вот только сейчас выпил кружку кофе. Некогда было. Все возился с парусами. Настраивал их по ветру, а ветер зашел ровно на север. Сейчас есть возможность для пересечения океана. Но это соблазн. Надо все-таки сделать двигатель или купить ветрогенератор. Без него идти на 3500 миль небезопасно.
Только тот, кто много времени провел в одиночестве, может понять силу, заключенную в этом восстановлении душевной близости с людьми.
10:30. Все никак не могу настроить паруса по ветру без автопилота. Яхта широкая, ее разворачивает на полном курсе. Скорость 8 узлов, курс надо 150°, а мы идем 170°.
14:30. Скорость хорошая. Лодка идет по курсу. Сейчас надо следить за пароходами и точно знать скорость, чтобы рассчитать и завтра подойти утром к Лиссабону. Что меня ждет? Как я буду входить, не зная его фарватера? Нет двигателя, нет карты Лиссабона.
Подходим к мысу Рока (Cabo da Roco). Иду без навигационных огней. Вокруг плотное движение пароходов из Ла-Манша на Гибралтар.
19:00. Ты очень добр ко мне, о мой Господь Иисус Христос. Позволь еще раз созерцать восход солнца.
23:30. Ночь без луны. Ветер, кажется, чуть-чуть уменьшается. Закат был чистый. Слева идет пароход. Впереди по курсу уже зарево Лиссабона. Как далеко видать, до него еще 70 миль. Планирую утром зайти в устье реки Тежу.
![](i_026.jpg)
25 июля 1998 года.
14:00. Слава Богу! Пришвартовался у причала центрального яхт-клуба Лиссабона. Полиция приняла меня хорошо. Никаких проволочек, все отлично. Город Лиссабон красивый и в очень уютном месте расположен. Я снял гостиницу за 40 долларов. Переночевал, помылся, сходил в маленький ресторан, заказал себе стейк и не доел. Устал от такого дня, лег спать.
26 июля 1998 года.
Сейчас утро. 8 часов. Звонил Григорию Травушкину в СГУ. Он сказал, что завтра, то есть 27 июля 1998 года, Оскар вылетает в Лиссабон. Это хорошо.
…В Москве июль 1998 года, лето в самом разгаре. В СГУ полно студентов, абитуриентов. Я захожу к себе в кабинет на четвертом этаже. В кабинете Флориан Шесточенко и Григорий Травушкин. Сообщают, что был звонок с борта российского лесовоза. Фёдор передал, что сломался дизель-генератор, яхта идет без электроэнергии, под парусами и с ручным GPS в порт Лиссабон. Там Фёдор планирует провести ремонт и продолжит переход в США. Надо лететь в Лиссабон. Звоню Константину Зайцеву, помощнику Артура Чилингарова, заместителя Председателя Государственной Думы. Нужна срочная помощь в организации поездки в Португалию.
За многие годы нашего знакомства Артур Чилингаров никогда не отказывал в поддержке нашей семье. В любых вопросах. Португальской визы у меня нет, только французская (тогда еще не существовало Шенгенского соглашения). Артур Николаевич пишет письмо в Посольство РФ в Португалии с просьбой организовать мне въездные документы. Мне повезло: в то время в Лиссабоне проходила международная выставка ЭКСПО-98. Тема выставки «Океаны – наследие будущего» была выбрана в честь 500-летия открытия Васко да Гамой морского пути из Европы в Индию. На этом форуме Россия была представлена большим павильоном и множеством компаний. Меня включили в список официальной делегации, а Фёдора Конюхова и яхту СГА сделали официальными участниками (экспонатом) EXPO-98. Вот такое удачное стечение обстоятельств. Быстро готовим письма, и через несколько дней вылетаю в Португалию. В аэропорту, в зоне прилета, меня встречает консул РФ в Португалии. Через 15 минут я еду в автомобиле с дипломатическими номерами по Португалии в сторону яхт-клуба.
![](i_027.jpg)
ФЁДОР КОНЮХОВ С ДИРЕКТОРОМ РОССИЙСКОГО ПАВИЛЬОНА И ДИРЕКТОРОМ ВСЕЙ ВЫСТАВКИ EXPO-98
В ПЛЕНУ УРАГАНА
Португалия – гостеприимная страна, но мы не могли оставаться здесь надолго: Фёдору надо за август пересечь Атлантику и успеть подготовиться к старту гонки. Поэтому все работы в Лиссабоне мы постарались сделать максимально оперативно, за одну неделю. Провели сервис дизель-генератора (Nanni Diesel), установили ветрогенератор на тот случай, если дизель опять выйдет из строя; у Фёдора будет резервный источник выработки энергии для автопилота, спутниковой связи и навигации.
Напоследок мы приняли участие в нескольких официальных мероприятиях на российской площадке на EXPO. Вскоре после этого отец вышел в море.
Переход через Атлантику получился очень непростым. Поэтому в данном случае лучше привести личные воспоминания отца, на долю которого и выпали тяжелейшие испытания.
ИЗ ДНЕВНИКА ФЁДОРА КОНЮХОВА
15 августа 1998 года. АТЛАНТИКА.
9:30. Прошло больше двух недель после выхода из Лиссабона. Никакого настроения нет, никакого удовольствия нет от плавания и созерцания Океана. За эти годы, что я не был в море, с 1994 года, я так соскучился по яхте, океану, одиночеству и думал, что получу удовольствие, когда выйду в плавание. Но нет. Все ломается, проблема за проблемой. Сейчас не работают GPS и ветрогенератор – что-то в Лиссабоне мне устанавливал французский яхтсмен Бернард и неправильно установил.
19:30. Как плохо без координат, иду вслепую. Сколько сейчас и каким курсом идти, не знаю. Только ориентируюсь по солнцу и по компасу.
«Ложусь я, сплю и встаю, ибо Господь защищает меня» (Псалтырь).
17 августа 1998 года. АТЛАНТИЧЕСКИЙ ОКЕАН.
9:30. Солнце взошло. Под утро, на рассвете, очень хотелось спать, и я уснул. Спал хорошо. Снился сон. Я часто думаю о дочке Танюше и все за нее переживаю.
Прохожу в 120 милях южнее того места, где я встречал в 1993 году свой день рождения – 12 декабря. Мне тогда исполнилось 42 года. Я шел из Касабланки (Марокко) на остров Сент-Люсия (Карибское море) на яхте «Формоза».
21:30. Погода стоит хорошая. Яхта идет со скоростью 7–9 узлов. Паруса стоят на бабочку. По правому борту растянута генуя на спинакер-гике, а слева стоит спинакер. На борту комфортная обстановка. Я доволен.
18 августа 1998 года. АТЛАНТИКА.
10:00. Оскару сказать, чтобы в Чарльстоне нашел судоверфь, где делают композитные яхты, и заказать входной люк для яхты. Мне не нравится, как устроен вход в яхту, по старинке и прикрыт брандер-щитом. Надо ставить полноценный водонепроницаемый люк Лювмар.
Ветер немного усилился. По океану идут белые барашки. Я поставил два бакштага, набил и правый, и левый борт. Грот убран и положен на рубку. Иду только под передними парусами на бабочку.
Любой человек умирает, но не каждый живет по-настоящему.
Море издавна влекло человека. А я один из таких людей. В море, как и на суше, все живое движется, в том числе и мы с яхтой движемся к своей цели, к порту Чарльстон. В море ты ощущаешь, что ты живешь.
19 августа 1998 года. АТЛАНТИКА.
5:40. Но это еще не утро. Сейчас здесь полная ночь. Это примерно 3:40. Ночь темная. Все небо затянуто тучами. Да и сейчас уже нет луны, она состарилась. Вода Океана фосфоресцирует, все вокруг горит. Гребешки волн светятся и меня пугают. Я все думаю, что это огни пароходов. Что-то не идет сон. Что-то много думаю. Лежал и весь день думал о моем младшем брате Павлике. Я всегда за него переживаю, когда он в экспедициях. Здесь один на один не только с Океаном, но и со своей совестью. Плохо, что нет света, хочется читать книги.
![](i_028.jpg)
РИСУНОК Ф. КОНЮХОВА. ДЖОВАННИ СОЛЬДИНИ, ПОБЕДИТЕЛЬ КРУГОСВЕТНОЙ ГОНКИ ОДИНОЧЕК 1998–1999
20 августа 1998 года. АТЛАНТИКА.
10:00. Небо затянуто сплошными тучами. Температура в каюте 28 °С. Большая влажность.
11:15. Из-за туч чуть-чуть начало тускло выглядывать солнышко. Как оно мне нужно! Я сразу включил солнечные батареи. Человеческая жизнь полностью, без остатка зависит от солнца!
14:30. Ветер усилился, по океану идут барашки.
Оскар передал, что идет тропический шторм. К югу от меня. Координаты центра шторма 17° N и 55° W. Площадь 500 квадратных миль. Скорость движения 35 миль в сутки. Идет на Пуэрто-Рико и Багамы.
Через пару дней он превратится в ураган. Траектория такая:
21 августа 1998 года.
18° 00’ N и 58° 00’ W. Ветер 60 узлов – 75 узлов.
22 августа 1998 года.
20° 00’ N и 63° 00’ W. 80 узлов – 100 узлов.
«Меж рождением и смертью из десятерых —
Трое стремятся к жизни,
Трое к вечности,
Трое просто живут и умирают».
Отчего так?
Прочитав это у Лао Цзы, подумал: к кому я отношусь из этих десятерых? Какой я выбрал путь в этом мире на Земле? Хотя вернее назвать не Земля нашу планету, а Вода (Океан), так как [на ней] больше воды, чем суши.
18:15. Снова подключил эхо-ответчик, или еще его называют антирадар. Этот прибор мне предоставил мой друг Володя Зайцев из Зеленограда. Прибор хорош тем, что дает звуковой сигнал, если его облучит радар проходящего судна. А это значит – недалеко судно. Я его активно использовал на этапе Ле-Сабль-д’Олон – Лиссабон. Он хорошо мне ночью помогал, предупреждал об идущих судах.
Как только сейчас узнаю свои координаты, так после этого пойду мыться на палубу в ящике пластмассовом из-под продуктов. Я их выложил в другой ящик, а в этот налил четыре ведра морской воды и поставил в кокпите греться на солнышке. После записи координат пойду мыться, а затем потрачу один литр пресной воды, чтобы сполоснуть голову после морской.
18:30. Курс 279°, скорость 6–7 узлов.
20:00. Пеку блины из французской муки. Оскар мне еще в Ле-Сабль-д’Олон купил пакет муки. Я его долго не открывал, думал, будет рыба, буду жарить. Но вот сейчас чего-то захотелось постряпать, и решил печь блины, замешал тесто. Сухое молоко, сахар, соль, немного сгущенного молока, мука и вода. Вот сейчас испеку, затем поставлю чай, а после запишу, как они – удались или нет.
![](i_029.jpg)
![](i_030.jpg)
ТРАНСАТЛАНТИКА-1998. ИЗ ЛИССАБОНА В ЧАРЛЬСТОН
22 августа 1998 года. АТЛАНТИЧЕСКИЙ ОКЕАН.
4:30 по Гринвичу. Справа прошел пароход. Мне дал сигнал прибор – эхо-ответчик. Ночь полная, старая. Нет луны. Ветер заходит на юго-восток.
10:30. Ветра нет. Идет все к штилю. Ночью выпало много росы на палубу, значит, день будет жаркий.
Что я испытал в жизни, и чего только не было в мои 47 лет.
Я испытал холод, ужасный холод на Северном и Южном полюсах.
Я испытал нехватку кислорода. А это страшно, когда ты хватаешь воздух всей грудью, а его нет. Грудь расширяется, а там нет воздуха. А это было у меня на Эвересте.
![](i_031.jpg)
ТРАНСАТЛАНТИКА-1998. В ПРАВОМ ВЕРХНЕМ УГЛУ – РОССИЙСКИЙ ЭХО-ОТВЕТЧИК
Я испытал тошнотворную высоту, от которой голова кружится и начинает тошнить. Это в моих восхождениях на высочайшие вершины континентов.
Я испытал голод на пути к Северному полюсу в 1989 году, когда парни умирали с голода, когда я ел снег и вмерзшие водоросли отковыривал лыжной палкой со льда. Это было страшно.
Я испытал одиночество, когда семь месяцев на яхте «КАРААНА» шел вокруг света. Я был тогда такой одинокий, что мне показалось, как мир приостановился или, вернее, вернулся в эпоху Всемирного потопа.
Я испытал любовь. Не знаю, долго ли она будет со мной, но вот уже несколько лет я люблю мою Иринушку, и от этого я счастлив, что есть у меня любовь, что это чувство тоже я испытал.
Я испытал, как у меня родился сын Оскар. Это было счастье.
Я испытал счастье, когда появилась моя Танюшка, дочка, которую я люблю.
Я испытал счастье и благодарен Господу Богу, что я дожил до того времени, когда у меня появился внук Филипп. Я благодарен Богу, что он сохранил мою жизнь и дал возможность увидеть своими глазами внука, а он похож на Оскара в детстве.
20:30. Хорошо, что я нахожусь в этом плавании. Здесь есть время подумать о жизни, о ее смысле на этой Земле. Я отлично понимаю французского яхтсмена Муатесье, который сказал, что в путешествии искал спасение для своей души. Я хочу быть похожим на него, но не на тех, которые судят о жизни иначе. Им я отвечу: «Идите к своим женам, идите в свои офисы, а вечером – в ресторан, к сплетням, скандалам, политике». Таким людям никогда не понять всей прелести жизни в Океане одному на тысячи миль.
24 августа 1998 года. АТЛАНТИКА. САРГАССОВО МОРЕ.
10:40. Солнце вышло на востоке из-за туч, включил солнечные батареи. Ветерок чуть-чуть начал дуть (дышать). Дай бы Бог, чтобы он хотя бы такой был.
11:00. Маловато я прошел, но и то слава Богу, что идем, что живой.
Еще рановато так на север подыматься. Надо все-таки выдержать прямой курс, идти от 25° до 26° N.
13:00. Убрал на палубе и в кокпите, то есть навел порядок. Уже как будто готовлюсь к приходу в Чарльстон. Это как репетиция. Я не хочу прийти в порт в неряшливом виде. Думаю, какую рубашку надеть, когда буду заходить в порт.
Я уже целую вечность не мылся пресной водой. У меня есть в канистрах пресная вода, но я боюсь ее расходовать, это как аварийный запас. В море неизвестно, когда придешь в порт, может, завтра, а может, и через год. Все может случиться. Лучше и спокойнее, когда есть в запасе пресная вода.
25 августа 1998 года. АТЛАНТИЧЕСКИЙ ОКЕАН. САРГАССОВО МОРЕ.
Я вспоминаю этот день. 25 августа я закрыл круг на яхте «Формоза». Я пришел в порт Килунг (Тайвань) 25 августа 1994 года. Завершил свою вторую кругосветку. Ровно четыре года прошло.
Сейчас немного поспал. Снился сон. Отец мне снился. Как будто он один дома в деревне лежит, а я прихожу домой, смотрю, все закрыто. Захожу в хату, а там отец лежит. Я его спрашиваю: «Вы, наверное, ничего не ели?» – а он отвечает: «Да мне ничего не хочется». У меня с собой было две булки хлеба и две коробки конфет-леденцов. Возле меня прыгала и крутилась собака, как будто Бобик. Что за сон?
Надо будет из Америки написать письмо родителям.
10:20. Вот и слава Богу, ночь прошла благополучно. Скоро взойдет солнце. Я поставил воду кипятить на печку для утреннего кофе, это самые блаженные минуты. Я пью кофе, затем лежу и что-нибудь читаю. И так минут 30–40, а потом уже берусь за работу. Но это, конечно, если погода позволяет и яхта идет по курсу. Сегодня, кажется, все идет пока так, как я хочу. Скорость яхты от 5 до 7 узлов. Это неплохо.
11:30. Результат за вчерашний день прохода яхты неплохой. Меня это устраивает – чуть больше двух градусов при слабом ветре.
Телефон не может уже брать. Я зашел в Западную Атлантику, и надо перейти на другой код для звонков по спутниковому телефону Инмарсат.
26 августа 1998 года. АТЛАНТИКА. САРГАССОВО МОРЕ.
3:00. Ночь. Идет мелкий дождь. Темно. Месяц уже скрылся. Очень темно. Сегодня даже океан не светится. Надо обязательно в Чарльстоне сделать входной люк, чтобы ветер и дождь не залетали в каюту. Скорость яхты 7–8 узлов. Скорость ветра 10–15 узлов.
4:00. Да, ночка достается! Идут шквалы с дождем. Я все время на палубе. Надо очень внимательно следить за парусами.
9:00 по Гринвичу, а по-местному – 4 утра. Еще темно. Прошел справа по борту на восток пароход. Подо мной глубина 6226 метров. Господь мне дал награду – подарок. На палубе утром, при восходе солнца, нашел четыре небольшие летающие рыбки. Я их помыл, почистил, залил соевым соусом и через пять минут съел. Очень вкусно, давно ничего свежего не ел.
![](i_032.jpg)
27 августа 1998 года. АТЛАНТИЧЕСКИЙ ОКЕАН. САРГАССОВО МОРЕ.
11:15. Солнышко только что показалось из-за горизонта. Восточный горизонт немного затянут рваными тучами, а западная часть неба чистая. Океан покрыт частой зыбью. Чувствуется, что где-то прошел шторм. Как спать хочется на рассвете. Ночь была неспокойная. Яхта не хотела слушаться руля и идти по курсу. Приходилось стоять у штурвала подолгу. Я, чтобы не было скучно и чтобы как-то разогнать сон, командовал и представлял, что в моей команде мой внук Филипп. Я ему говорю: «Ну что, внучок, пойдем пасти барашек?» – это значит, по океану идут белые гребни, а мы с ним чабаны (пастухи). Так веселее.
11:30. Закон подлости всегда преследует. Я не могу поговорить по телефону. Показывает, что спутник за горизонтом. А там, в Москве, в офисе СГУ, все собрались: Иринушка, Таня – дочь моя, Оскар, а тут, как назло, – нет связи.
Бывает, так распсихуешься – на всю жизнь. Но хорошо, что под руками в журнале записана молитва последних Оптинских старцев:
«Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день».
Прочитаю эту молитву, становится немного легче и спокойнее. Значит, на все воля Божья, что нет связи, что что-то ломается, что нет ветра или, наоборот, идет шторм. Главное, что Господь еще сохраняет меня и я жив.
28 августа 1998 года. АТЛАНТИЧЕСКИЙ ОКЕАН.
00:30. Все небо в тучах, чувствуется, что рядом идет ураган. Яхта вся содрогается.
11:30. Прошел за сутки неплохо, спасибо Господу Богу.
Сейчас пойду пить кофе. Я утром пью кофе, а днем и вечером – чай.
Плохо, что нет моего с узлом спинакера. Сейчас ветер как раз для него. С ним было бы легче идти. Он вел яхту мягко.
![](i_033.jpg)
29 августа 1998 года. АТЛАНТИКА.
На горизонте на северо-востоке показалась черная туча. Я знал, что там шквалы, взял чуть северо-западнее, думаю, может, мы с ней разминемся. Я хотел проскочить из-под нее, вынырнуть, но не тут-то было, она шла быстрее, чем яхта. В последние минуты я понял, что нам не избежать этой встречи. Быстро смайнал грот. Шторм. Ветер восточный, все усиливается. 40 узлов.
15:30. Идет дождь. Яхту бросает. Все мокрое.
16:00. Ветер 80 узлов.
[30 августа 1998 года. ] Нет записей
1 сентября 1998 года. АТЛАНТИКА.
12:30. После урагана, слава Богу, я живой. Этот ураган дал мне выбор изменить свою жизнь. Я 47 лет прожил как путешественник, а остальные хочу прожить другой жизнью: или священником, или художником.
22:30. Целый день убираю внутри яхты и навожу порядок с такелажем. Большая зыбь. Ветер западный. Иду на север.
В те времена я мало что знал про сезонные ураганы в Атлантике. Это сейчас каждое лето и осень мы смотрим в прямом эфире, как стихии терзают Карибские острова и восточное побережье США. Интернет в те годы только проникал в Россию. Помню, что всю переписку по участию в гонке Around Alone я провел при помощи факса.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?