Текст книги "Змеи в костюмах. Как вовремя распознать токсичных коллег и не пострадать от их деструктивных действий"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zmei-v-kostyumah-kak-vovremya-raspoznat-toksichnyh-kolleg-i-ne-postradat-ot-ih-destruktivnyh-deystviy-212351.jpg)
Автор книги: Павел Бабяк
Жанр: Социальная психология, Книги по психологии
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Репутация
И третий объект для «нападения» – это то, как нас воспринимают и описывают окружающие, то есть наша репутация, которая складывается из взаимодействия людей с нами. К сожалению, как бы мы ни старались произвести наилучшее впечатление, у окружающих формируется собственное мнение (как правильное, так и ошибочное) на основании того, как мы выглядим, что делаем, во что одеты, каких ценностей и взглядов придерживаемся. Все это люди пропускают через фильтры предвзятости, стереотипов, симпатий и антипатий.
К сожалению, получаемая картинка, «пропущенная» через фильтры, может не иметь с нами ничего общего. Проблема в том, что первое впечатление о человеке, как правило, складывается очень быстро, буквально в течение нескольких секунд после знакомства. А затем мы неосознанно закрепляем его, отсеивая все, что ему противоречит, и принимая то, что подтверждает. Так, люди, понравившиеся нам с самого начала, со временем внушают еще большую симпатию, а те, кто пришелся не по душе, и в дальнейшем не заслуживают одобрения. Например, разделяя чьи-то политические или религиозные взгляды, вы переносите одобрительное отношение и на иные стороны его или ее личности. Чувство единения с кем-то делает нас восприимчивее к достоинствам и снисходительнее к недостаткам этого человека. Согласие между словом и делом также играет важную роль в формировании репутации. Последовательность создает образ честного человека (даже если мы не разделяем его взглядов), а любые несоответствия наводят на негативные мысли. Такое тщательно отфильтрованное восприятие личности приводит к проблемам, если у нас сложилось ложное первое впечатление.
В совершенном мире все три грани личности должны были бы совпадать. Нас все устраивало бы в нашем внутреннем «я», и было бы приятно показывать его миру. Ведь мы были бы уверены, что люди без труда поймут, что за человек перед ними. Но мир несовершенен, а люди неидеальны. В большинстве социальных ситуаций остается уповать на то, что персона отражает черты, которыми мы хотим поделиться с окружающими, и что наблюдатели не будут предвзяты, приписывая нам качества, на основании которых складывается репутация.
Обман разума
При взаимодействии психопат тщательно анализирует внешнюю часть вашей личности и делает вывод, какие качества и особенности вы в себе цените. Кроме того, проницательному наблюдателю персона расскажет о том, какие комплексы или недостатки вы хотите преуменьшить или скрыть. Будучи знатоком человеческого поведения, психопат осторожно изучает сильные стороны и уязвимые места, которые являются частью внутреннего «я», и в итоге строит с вами отношения, подавая посредством слов и дел четыре важных сигнала.
ПЕРВЫЙ СИГНАЛ
Прежде всего психопат подает вам сигнал, что любит и высоко ценит таланты, представленные вашей публичной личностью. Другими словами, он обеспечивает положительное подкрепление самопрезентации, по существу, заявляя человеку: ты нравишься мне таким, как есть.
Усиление значимости чьей-либо личности – простая, но эффективная техника влияния, особенно если информация подается убедительно, то есть очаровательно. К сожалению, многие люди, с которыми мы сталкиваемся в личной и профессиональной жизни, настолько погружены в себя и самовлюблённы, что редко замечают наши достоинства, поскольку озабочены собственными. Поиск кого-то, кто обращает на нас внимание, ценит или действительно «видит» нас, оживляет; это подтверждает, кто мы есть, и заставляет нас чувствовать себя особенными. Психопат виртуозно удовлетворяет эту потребность, и мы теряем бдительность.
ВТОРОЙ СИГНАЛ
Взаимодействуя с окружающими, мы вкладываем много умственной энергии, представляя им свое внешнее «я». Однако за персоной маячат, а иногда и появляются вместе с ней светлые и темные стороны нашего внутреннего «я», которое мы хотим сохранить в тайне. У нас редко возникает желание поделиться им с деловыми партнерами и знакомыми: оно предназначено для близких, друзей и серьезных отношений. Между тем психопат, будучи мотивированным исследователем человеческой природы, после первой же встречи способен догадаться о некоторых страхах и проблемах, скрытых в вашем внутреннем «я». На основании такой информации он создает персону (маску), которая отражает и дополняет ваши тревоги. Ненавязчиво в ходе добродушного общения психопат делится личной информацией, словно снимая защиту перед вами. Эти беседы находят отклик в вашей душе, ведь он доверяет вам сокровенное и демонстрирует схожие ценности, убеждения и проблемы. Кажется, он доверяет вам, вы ведь надежный человек, правда? Тем самым психопат подает второй мощный сигнал: я такой же, как ты.
ТРЕТИЙ СИГНАЛ
Не так уж часто можно встретить того, кто разделяет наши ценности, убеждения и жизненный опыт, и мы радуемся, когда это происходит. Нам кажется, что такому собеседнику легко открыться, и вскоре мы все охотнее делимся с ним сокровенными мыслями и чувствами. Мы готовы верить, что этот человек понимает нас гораздо лучше других. А если кто-то понимает и принимает часть нашего внутреннего «я», значит, можно расслабиться, снять защиту и начать думать, что такой человек отличается от остальных. Ему нравится тот, кто вы есть на самом деле, под вашей маской, или персоной. С радостью и облегчением вы приходите к выводу, что этот человек не представляет для вас психологической угрозы. Итак, третий сигнал психопата таков: ты можешь доверить мне свои секреты. Безопасность или защищенность – одна из базовых психологических потребностей, которую психопат охотно удовлетворяет.
ЧЕТВЕРТЫЙ СИГНАЛ
Когда психопату удается убедить вас в том, что он понимает и принимает ваши слабости и недостатки, вы начинаете верить в возможность развития с ним отношений, полагая, что нашли настоящего друга, а истинные друзья, конечно же, делятся информацией – во многих случаях глубоко личной. Чем больше люди раскрываются перед партнерами, рассказывая им о сокровенных желаниях, надеждах и мечтах, тем глубже связь. Одни темы могут быть очень личными, другие повседневными, но все вертится вокруг формирования картины, отвечающей нашим глубинным психологическим потребностям и ожиданиям, которые психопат всегда готов удовлетворить. Поскольку «новый настоящий друг» прекрасно владеет навыками коммуникации, он без труда выбирает важные для нас темы и выражает созвучную точку зрения, порой подкрепляя слова воодушевлением или «эмоциями».
Психопат, свободно владеющий вербальными и социальными навыками, использует их для того, чтобы сформировать в вашем сознании устойчивую репутацию, включающую как достоинства, которые вы хотели бы иметь, так и недостатки, которые способны простить. Эта психологическая связь захватывает вашу внутреннюю личность, обещая больше глубины и близости, а также особые, неповторимые, равноправные отношения на всю жизнь. Выполнить такое обещание нелегко, но психопат прилагает много усилий, чтобы донести до вас эту мысль: именно он и есть тот самый человек, которого вы ищете на роль друга, партнера или нового сотрудника. Четвертый сигнал психопата звучит так: я твой идеальный друг (возлюбленный, партнер).
С достижением этой цели образуется психопатическая связь, и ваша участь предрешена. Последующее взаимодействие лишь укрепляет фундамент, заложенный на раннем этапе манипулирования.
Чем отличаются отношения между психопатом и жертвой от истинной связи между людьми, которые, встретившись, обнаруживают, что у них много общего? Во-первых, персоны психопата («личность», с которой человек устанавливает связь) на самом деле не существует. Она основана на паутине лжи, тщательно сотканной для того, чтобы заманить вас в ловушку. Это маска (одна из многих), сконструированная таким образом, чтобы соответствовать вашим психологическим потребностям и ожиданиям. Персона не отражает скрытой под ней истинной (психопатической) личности – это всего лишь удобная подделка.
Во-вторых, в отношениях с психопатом отсутствует осознанный выбор: психопат выбирает вас, а затем начинает игру. Друзья нередко видят со стороны, что происходит, но мы, как правило, отвергаем их соображения и изо всех сил стараемся убедить, что этот человек – особенный.
В-третьих, поскольку отношения фальшивые, они окажутся гораздо короче подлинных. Хотя настоящие связи со временем преображаются – например, любовь может перерасти в ненависть, а брак закончиться разводом, – их исходная точка базируется на реальной информации, известной на момент их начала. Конечно, с течением времени люди меняются и порой отдаляются друг от друга. Однако психопат будет вкладывать в поддержание отношений минимум энергии, если только вы не предложите ему нечто особенное, чего, как правило, не происходит. Таким образом, после разрыва вам останется только догадываться, что же произошло.
В-четвертых, такие отношения обычно односторонние, поскольку психопат руководствуется скрытыми (кто-то может даже сказать низкими) и как минимум эгоистическими мотивами. Психопат, словно хищник, преследует жертву, нередко причиняя человеку серьезный финансовый, психический или эмоциональный ущерб. Здоровые, подлинные отношения строятся на взаимном уважении и доверии, готовности делиться истинными мыслями и чувствами. Ошибочная убежденность в том, что при связи с психопатом выполняется хоть одно из перечисленных условий, и есть причина эффективности его манипуляций.
Подобная связь может образоваться очень быстро, даже за время перелета из одного конца страны в другой. Это влечет за собой два последствия: психопат выигрывает этот раунд, добиваясь доверия жертвы, а та, оказавшись во власти психопата, вскоре отдаст ему все, что он пожелает или потребует.
Мы проанализировали множество случаев взаимодействия обычных людей с психопатами. Чем длительнее были отношения, тем больше человек очаровывался психопатом. Многие называли своих партнеров-психопатов родственными душами и удивлялись тому, как много у них общего. Еще сильнее нас беспокоит то, что после расставания некоторые жертвы признавались, что им не хватает этой связи и они хотели бы вернуть этого человека в свою жизнь. Большинству трудно поверить, что на самом деле отношений не было и они просто угодили в ловушку односторонней, дисфункциональной, разрушительной психопатической связи.
Вопросы для размышления
• Оцените свое внутреннее «я», персону и репутацию. Чем бы вы хотели поделиться с близким другом или партнером?
• Что бы вы предпочли скрыть?
• Приходилось ли вам делиться чем-то таким, о чем вы потом жалели?
Акт 2, сцена 2. Срывание яблока
Солнце давно зашло, и техперсонал покинул здание. Дороти любила свою работу, и ее вовсе не беспокоило, что она проводит в офисе много времени. Склонившись над ноутбуком, она изучала отчет о проведении фокус-групп для нового проекта. Дороти понравилось то, что она прочитала, и она улыбнулась. Джек Гарридеб всегда поддерживал самостоятельную работу лучших специалистов, а недавнее повышение наделило Дороти полномочиями для такой деятельности. Она сумела показать, что после выполнения обычных заданий у нее остаются силы для работы над собственными идеями. Погрузившись в свои мысли, она не заметила, что уже поздно.
– Снова трудишься по ночам, – послышался голос у двери.
– Ах, – подскочила Дороти, обернувшись. – Дейв, ты меня напугал!
– Извини, я просто проходил мимо и увидел, что горит свет, – сказал он, приближаясь. – Судя по твоей сосредоточенности, это должно быть что-то хорошее.
– Просто одна вещь, над которой я размышляю, – сказала Дороти, нервно перемешав бумаги на столе.
– Личные дела? В рабочее время? – пошутил Дейв.
– Едва ли. Скорее рабочие дела в личное время, – ответила она, игриво улыбнувшись.
– Мне казалось, здесь только я перегружен работой, – пробормотал Дейв, наклоняясь над столом Дороти, чтобы взглянуть на экран ее компьютера.
– Извини, смотреть нельзя, – произнесла она, поднимаясь, чтобы закрыть Дейву обзор.
– Прошу прощения, – проговорил Дейв, притворяясь обиженным и отодвигаясь от нее. – Я думал, ты мне доверяешь! Мы знакомы уже целый месяц, и я всегда покупаю тебе кофе по утрам.
– Кофе бесплатный, Дейв. Тебе придется придумать что-нибудь получше, – колко заметила Дороти.
С того момента, как Дейв впервые подошел к Дороти в кафе, они узнали друг друга довольно хорошо и, помимо встреч за утренним кофе, время от времени обедали вместе, а после одного из корпоративных мероприятий отправились выпить. Они делились друг с другом историями о компании и смеялись над некоторыми наиболее колоритными коллегами, но между ними не происходило ничего необычного или неуместного. Дороти всегда была сосредоточена на работе и карьере, к тому же она хорошо запомнила совет отца не смешивать бизнес и удовольствие. Дело было не в том, что Дейв не нравился Дороти, – он нравился всем женщинам. Просто она почти ничего не знала о его личной жизни и чувствовала, что ей не следует переходить эту черту.
– Ты в самом деле думаешь, что тебя в этом поддержат? – спросил Дейв, пытаясь прощупать почву.
– Ну, Джерри обещал рассмотреть все мои идеи, если у меня будут данные.
– Да, но не Джерри принимает здесь решения, – возразил Дейв.
– А кто принимает, ты? – засмеялась Дороти.
– На самом деле тебе нужно убедить Фрэнка. Видишь ли, он может стать препятствием. Ему нравятся только те идеи, которые предлагает он сам, и, что бы ни сказали в отделе маркетинга, если идею не одобрит отдел разработок, о ней можно забыть. Мнение Джерри ничего не значит для таких шишек, как Фрэнк. Он уничтожит любую идею при первой же возможности.
– Думаю, ему понравится моя идея, – сказала Дороти, чувствуя себя так, будто защищается, – а Джерри хорошо ее представит.
– Я предпринял бы кое-что еще, прежде чем передавать это ему, – проговорил Дейв покровительственным тоном, который, как слышала Дороти, он «включал» иногда в разговорах с сослуживцами.
– Надо полагать, Фрэнку не понравилась ни одна из твоих идей, – съязвила Дороти. – По стандартам Garrideb ты работаешь здесь уже долго. Какие у тебя успехи?
– Вот это да! А ты можешь быть дерзкой, – сказал Дейв, пытаясь снять возникшее напряжение.
– Извини, просто я работаю над этим целый месяц и не хочу думать, что на моем пути встанут офисные интриги.
– Это крупная компания, Дороти. Здесь не обойдется без интриг. А ты, – произнес он, не давая ей ответить, – не очень-то комфортно себя чувствуешь, когда начинаются интриги, не так ли?
– Не всем же быть такими важными, как ты, Дейв. Я справлюсь с этим сама.
– Я просто имею в виду, что порой разумно работать с другими людьми. Ну, знаешь, рука руку моет.
– О, прошу тебя, – Дороти закатила глаза. – Я знаю, ты сделаешь мне предложение, от которого я не смогу отказаться, верно? – произнесла она и снова повернулась к компьютеру.
– Что ж, возможно…
Вопросы для размышления
• Какие грани личности Дороти (внутреннее «я», персону, репутацию) вы можете различить?
• Какие техники манипулирования использует Дейв в разговоре с Дороти?
• Какие сигналы Дейв ей посылает?
Глава 5. На сцену выходит психопат
Лоуренс снес чаши для пожертвований вниз по ступеням, в подвал церкви, и высыпал их содержимое на стоявший там кухонный стол, после чего члены комитета по сбору пожертвований начали разделять банкноты и монеты на стопки, чтобы пересчитать их и убрать в сейф. Обычно разговорчивые, занимаясь подсчетом денег, они всегда хранили молчание. Закончив, они поменялись местами, передвинувшись на два места влево, и еще раз для точности пересчитали разложенные по стопкам банкноты и монеты. Общие суммы были записаны на небольших листах бумаги, которые собрали и передали новому церковному казначею, чтобы тот все записал в бухгалтерской книге.
Пока группа заворачивала стопки монет в бумагу, казначей подвел итог:
– Хорошая неделя: мы собрали достаточно, чтобы внести деньги за ипотеку и оплатить коммунальные услуги, и немного останется для реставрационного фонда.
– Аминь, – вздохнули с облегчением остальные.
Для церковного прихода это был очень трудный месяц. Многих прихожан шокировало произошедшее, но все они пришли к мучительному осознанию того, что их обвел вокруг пальца один из своих. На собрании детективы объяснили прихожанам, что они стали жертвами преступления, которое специалисты называют «мошенничеством, совершенным путем злоупотребления доверием в общинах и группах». В рамках этой схемы обманщик использует видимость общих убеждений и ценностей, чтобы вовлечь членов группы в мошеннические инвестиционные сделки. Сэм оказался именно таким человеком. За девять месяцев до событий он присоединился к общине и стал активным прихожанином. Сэм был яркой личностью, всем нравился, а главное, пользовался всеобщим доверием, которое оказалось настолько сильным, что несколько членов общины по его совету вложили собственные деньги в сделки, сулившие безопасные и прибыльные перспективы. Первые же дивиденды были довольно внушительными, если судить по качественной одежде, дорогому автомобилю и принадлежавшему Сэму большому дому на другом конце города.
По словам детективов, Сэм всегда придерживался одинакового сценария. Перебираясь в город, он присоединялся к церкви с большим приходом и несколькими благотворительными программами для местного населения, а затем активно начинал заниматься волонтерством. Новички всегда привлекают внимание и вызывают любопытство, поэтому неудивительно, что благодаря неисчерпаемой энергии, искренности и позитивной позиции Сэма многие прихожане стремились завязать с ним дружеские отношения. Разумеется, заходила речь и о том, как Сэм зарабатывает на жизнь, и тогда он делился своей историей.
Сэм в деталях рассказывал, как был когда-то успешным инвестиционным банкиром, и лишь гибель жены и маленькой дочки в ужасной автокатастрофе заставила его осознать бессодержательность выбранной профессии. После трагедии он погрузился в депрессию, увлекся алкоголем и наркотиками, но в конце концов пришел к пониманию того, что Создатель приготовил для него нечто большее. Сэм выехал из шикарного пентхауса и бросил работу, чтобы осуществить свою новообретенную миссию. Поскольку сделанные ранее инвестиции продолжали обеспечивать неплохой доход и избавляли от нужды, он мог посвятить свою жизнь помощи другим и вернуть долг обществу во имя погибшей семьи.
Со временем прихожане начали обращаться к Сэму за советом по поводу личных финансов. Кое-кто даже вкладывал деньги в инвестиционные планы под его руководством, а после первых дивидендов количество инвесторов увеличилось. Очевидное умение управлять финансами сделало Сэма лучшим кандидатом на пост церковного казначея. Вскоре члены приходского совета проголосовали за вложение средств из строительного фонда и программы внеклассного обучения в инвестиционные планы Сэма. Они устали от того, что беспроцентные сберегательные счета, а также займы под высокие проценты съедают все недельные поступления от прихожан. Великодушие Сэма и его готовность помогать другим казались противоположностью негативных сторон банковской отрасли. С финансовой точки зрения все складывалось как нельзя лучше.
Но в один прекрасный день Сэм исчез: он не приходил на церковные службы, и целую неделю никто о нем не слышал. А когда из ипотечной компании сообщили, что последний чек не принят к оплате, люди забеспокоились и, обнаружив опустошенный банковский счет и депозитную ячейку, позвонили в полицию. Никто из прихожан даже не подозревал, что их община стала уже четвертой мишенью Сэма за прошедшие три года.
Сэм, живущий теперь в другом штате, щелкнул мышью по последнему заголовку о «мерзавце Сэмми», обокравшем невинных прихожан. По статьям в интернете он следил за успехами (или неудачами) полиции, занимающейся его поисками. «Мы хотим поблагодарить щедрых соседей, особенно членов нашей общины с другими религиозными убеждениями, за духовную поддержку и финансовую помощь в тяжелое для нас время. Благодаря им мы смогли продолжить программу обучения детей и обеспечения пожилых людей продуктами, увеличили фонд восстановления казны», – сообщал новый казначей.
Сэм улыбнулся, затем надел галстук, подхватил пиджак и отправился на пятничную службу.
Группы единомышленников
Люди, объединенные общими интересами в религиозные, политические или социальные группы, все члены которых разделяют единые ценности или убеждения, для психопатов особенно привлекательны, поскольку склонны доверять друг другу. Совершая мошенничество и другие преступления путем злоупотребления доверием в общинах или группах, психопаты используют их же систему убеждений. Общие интересы позволяют разным во многих отношениях людям найти основу для социального взаимодействия. Если психопат способен правдоподобно демонстрировать свою приверженность таким убеждениям в присутствии членов группы, вероятность раскрытия его истинных мотивов снижается.
Открывая двери для новых членов, религиозные группы исходят из того, что присоединившиеся к ним люди, несмотря на различие жизненных обстоятельств, разделяют их убеждения и ценности, сосредоточиваясь именно на них и забывая о прошлых грехах. К сожалению, благородство делает подобные группы легкой мишенью для мошенника. Если большинство людей становятся членами группы, чтобы общаться с теми, кто разделяет их ценности, убеждения и интересы, то психопат рассчитывает использовать их, скрывая свои цели и ожидания. (См. раздел «За кулисами: в воскресенье он молился, стоя на коленях…» в конце этой главы.)
Этот тип мошенничества вызывает особое беспокойство из-за той легкости, с какой социальный хищник проникает в группы, объединенные общими интересами, обманывает и манипулирует ими. Поразительно, как много людей склонны поддаваться влиянию формы, а не содержания! Между тем не все члены групп единомышленников настолько легковерны. Наблюдения за некоторыми такими сообществами позволяют сделать вывод, что к ним применимо правило одной трети. Например, когда мошенник пытается проникнуть в ничего не подозревающую религиозную общину, около трети ее членов считают его убедительным и харизматичным, треть относится к нему с подозрением («У меня от него мурашки по коже»), а еще треть сдержанна в суждениях. Интересно, что в случае разоблачения афер, обмана и воровства первоначальное мнение многих членов группы не меняется. Те, на кого обманщик с самого начала произвел хорошее впечатление, убеждены, что они правы и произошедшее просто недоразумение. Те, у кого были подозрения, получают подтверждение своей правоты («Я знал, что от него будут одни неприятности»), а оставшаяся треть все еще выжидает («Что произошло?»).
Большинство организаций, в основе которых лежит не единая система убеждений, а другие принципы, усложняют психопату задачу ввиду многообразия состава и сложной цепочки взаимодействий. При попытке одновременно манипулировать несколькими людьми повышается риск того, что хоть один из них заподозрит неладное, выскажет подозрения и поставит под угрозу план психопата. Поскольку играть несколько ролей сразу – задача не из легких, психопаты предпочитают «обрабатывать» одного человека или пытаются одурачить сообщество, объединенное общими ценностями (между участниками которого не так много различий). Однако особо азартные мошенники получают удовольствие от массового обмана людей, но при этом тщательно следят за тем, чтобы между жертвами не образовался канал обмена информацией, а еще лучше – чтобы они вообще никогда не встречались.
ПЕНИТЕНЦИАРНЫЕ РЕАЛИИ
Администрации и персоналу тюрем и психиатрических клиник хорошо известно, как психопаты ведут себя в группах. В этих четко регламентированных учреждениях психопатам ничего не стоит определить динамику взаимоотношений в структуре иерархии власти: заключенные и охранники, пациенты и врачи или персонал. Собрав эту информацию, они эффективно используют ролевые ожидания разных игроков. Так, некоторые психопаты путем манипуляций добиваются перевода из тюрьмы в психиатрическое заведение, где, по их мнению (часто ошибочному), они насладятся большей свободой. Более изобретательные подделывают результаты психологических тестов (некоторые психопаты разбираются в психологическом тестировании не хуже специалистов), чтобы убедить администрацию в том, что они сумасшедшие и им не место в обычной тюрьме. Оказавшись в клинике, психопаты пытаются контролировать сотрудников и пациентов и во многих случаях доставляют столько хлопот, что руководство и персонал делают все возможное для их возвращения в тюрьму, хотя это очень нелегко[86]86
Когда им это выгодно, психопаты мастерски притворяются психически больными. Во многих случаях клиницистам очень непросто оценить, псих их пациент или злодей, что порой приводит к печальным последствиям. Несколько десятков лет назад персонал Американского судебно-психиатрического госпиталя позволил одному из пациентов свободно перемещаться по отделению. В результате он убил сотрудника. Расследование установило, что у него были очень высокие показатели по шкале PCL-R. После этого в госпитале установили более строгий порядок получения привилегий для пациентов с высокими показателями PCL-R и насилием в истории болезни.
[Закрыть].
Психопаты в бизнесе
Бизнес-организации представляют для психопата задачу более высокого порядка. Они отличаются от групп единомышленников, специализированных больниц и тюрем целями, сложностью и структурой. С одной стороны, эти особенности ограничивают возможности тех, кто стремится использовать сослуживцев, руководителей и саму компанию в корыстных целях, с другой – предлагают им заманчивые перспективы.
Прежде всего следует отметить, что цель существования бизнес-организаций иная, чем у остальных групп. Они призваны объединить труд людей для создания продукта на продажу ради получения прибыли. Так, булочная нанимает пекарей для выпечки пирогов, тортов и хлеба; офис-менеджер, который занимается закупками, привлекает дополнительную рабочую силу и ведет бухгалтерию; продавцы, предлагающие покупателям различные виды кондитерских изделий и хлеба, раздают образцы, упаковывают товар и принимают оплату. Разумеется, нельзя исключать, что психопаты трудятся и в маленьких пекарнях, но большинство из них все же предпочитают работать там, где можно использовать окружающих, нажиться и успешно скрыться. Местная булочная, которой обычно управляют члены одной семьи, не даст злоумышленнику развернуться, по крайней мере пока остается небольшим и строго контролируемым бизнесом. Конечно, пекарня может стать крупным национальным игроком кондитерской и хлебобулочной отрасли. Сначала владельцы решат открыть еще один цех на другом конце города, а для этого нанять персонал и обучить новых помощников. Например, они пригласят инженера для технического обслуживания и ремонта большего количества печей и другого кухонного оборудования; оператора телефонной связи для принятия и обработки заказов; ИТ-специалиста для управления компьютерной системой заказов и доставки продуктов; кондитеров для изготовления особенных лакомств, которые будут отличать их выпечку от продукции конкурента. Со временем владельцы могут купить или арендовать грузовики для доставки больших партий корпоративным клиентам; нанять бухгалтера на условиях полной занятости для ведения учета; привлечь технический персонал, специалистов по маркетингу и так далее. Успех булочной, как и любого другого бизнеса, зависит от таких факторов, как качество продукта, отношения с клиентами и организация деятельности. Управление ростом бизнеса – задача не из легких. Персонал, функции, оборудование – все подчинено общей цели, и только в этом случае организация сможет работать бесперебойно и удовлетворять все более сложные требования бизнеса. В идеальном мире так и происходит, а вот в реальном не всегда. Без сильного лидерства и организационного развития наш гипотетический семейный бизнес будет развиваться бесконтрольно и вскоре рухнет.
Как организации управляют развитием? Постоянное расширение масштаба и возрастающая сложность бизнеса неминуемо влекут за собой бюрократию. Как правило, внутри нее действует множество регламентов и нормативов в виде различных процессов и процедур. Так, рецепт хлеба из теста на закваске, который прежде хранился в голове пекаря, теперь представлен в виде технологической карты, а изначальное требование владельца использовать только высококачественные ингредиенты называется «применением передовых методов производства». Однако стандартизация, столь необходимая для успешной работы, создает и сильное напряжение, причем как для менеджмента, так и для сотрудников.
Большинству психопатов тут не прижиться
Психопаты не способны добиваться значительных успехов в традиционной бюрократической системе со сложной структурой по нескольким важным причинам. Во-первых, они типичные нарушители правил: предписания и нормативы значат для них очень мало. Огромное количество регламентов, определяющих работу компаний (обязанность руководителей среднего и низшего звена обеспечивать их выполнение), делает коммерческие организации неподходящим местом для людей, склонных к психопатическому поведению. Подобный субъект не продержится долго в традиционной бюрократической системе и вряд ли даже станет рассматривать возможность в ней работать – разве что он лично знает владельца и может получать зарплату, ничего не делая.
Во-вторых, нам известно, что психопаты не командные игроки: они слишком эгоистичны и не способны трудиться вместе с другими над достижением общей цели. Вспомните, как они манипулируют людьми, надевая маску специально для того или иного случая. Успех психопата зависит от трех важных условий: 1) ему нужно общаться с человеком один на один; 2) формируемые отношения должны быть личными; 3) он должен быть уверен, что отклонения в поведении не привлекут внимания руководства. Между тем в бюрократических организациях, где большая часть работы выполняется в команде, трудно добиться ограниченного доступа к нужным людям и сделать так, чтобы тайные манипуляции и контрпродуктивные действия оставались незамеченными. Все сотрудники организации обязаны выполнять свою работу, сосредоточиваться на достижении поставленных целей и не допускать плохого обращения с коллегами. А учитывая, что длительное время демонстрировать просоциальное поведение психопатам крайне сложно, разве они могут преуспевать в такой среде?
В-третьих, психопаты практически не проявляют заинтересованности в краткосрочных и долгосрочных целях и задачах бизнес-организации. Любая установка на то, что их усилия должны быть направлены на благо компании, им чужда. Психопатов значительно сильнее мотивируют и направляют насущные потребности и блага (быстрый результат), а не перспектива достижения призрачных целей и получения награды в будущем, особенно если это требует самоотверженности, упорного труда и личных жертв.
В-четвертых, в бюрократических организациях нет простых способов утаить свои действия. Контрпродуктивное поведение на рабочем месте видят окружающие, все доводится до сведения руководства и во многих случаях устраняется посредством стратегий в области управления персоналом. Штатные аудиторы обычно проверяют любые предположения о мошенничестве или краже. Если подозрения подтверждаются, организация может выдвинуть судебный иск против сотрудника. Как правило, за этим следует освобождение от занимаемой должности с негативной характеристикой с места работы.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?