Читать книгу "Азимут между пламенем и порчей"

– Чужое брать нехорошо, – нахмурился я и уже с нескрываемой угрозой добавил: – И даже чревато…

Священник беспечно рассмеялся.

– Не забывай, кто избавил тебя от тюремной баланды, сын мой!

– Да уж не забуду, отчим!

15-4

Гостиницу мы покинули через чёрный ход. В заднем проезде нас дожидалась карета – погрузились в неё и покатили прочь. Ехали молча. Разговор не клеился, да и говорить мне с Шалым было особо не о чем. К тому же я был зол и зол просто безмерно. И на него, и на себя самого. Если раньше из-за долгов под чужую дудку плясал, то сейчас попросту через колено сломали. Ясно и понятно, что плетью обуха не перешибёшь, но даже обещанное вознаграждение настроения нисколько не улучшило.

Бесит! Как же меня всё это бесит!

А ещё – пугает. И не самую малость, а нормально так, до дрожи в поджилках. Шутка ли – полноценного асессора завалить подрядили! Ну или не совсем полноценного, но так у него аспирант с аколитом на подхвате и невесть сколько адептов, не говоря уже об охранниках-простецах. И пусть боевым опытом тайнознатцы похвастаться не могут, им одной разницы в рангах хватит, чтобы недоучек вроде нас в тонкий блин раскатать.

Захотелось пойти на попятную, но – нет, взял себя в руки, стиснул зубы, сцепил пальцы, размеренно задышал, прогоняя панику и дополнительно распаляя злость. В первом особо не преуспел, зато второе удалось на славу. Заносчивых дворян, которые чернь и за людей-то не считают, я ненавидел всем сердцем.

– А что за история с Диким полем? – спросил вдруг Шалый. – Ты ведь туда не за головами явился, как понимаю?

Какое-то наитие подсказало, что вопрос задан отнюдь неспроста, и дабы совсем уж не завраться, я решил придерживаться истории, поведанной на днях Плаксе. Пусть обо мне в протоколе её опроса и не упоминалось, но собеседник расспросить девчонку на сей счёт точно не преминул.

– Знакомому по приюту должок возвращал, – сказал я, глядя в окошко кареты, и усмехнулся: – Пообещал на свою голову…

Привезли меня в тихую округу на западной окраине. Непосредственно к нужному дому карету подгонять не стали – кучер придержал лошадей на ближайшем перекрёстке, а Шалый указал из приоткрытой дверцы на окружённый добротной оградой и яблонями в цвету двухэтажный особняк.

– Иди! Я позже подъеду.

Ничего не оставалось, кроме как спрыгнуть в дорожную грязь, закинуть на плечо вещмешок и зашагать в указанном направлении.

Настроение было ни к чёрту. Пусть резонов отправлять нас на верную смерть у Шалого и не имелось, но чего только люди не делают, когда припекать начинает. А ну как это именно тот случай и есть?

Я чертыхнулся в сердцах и постучал кованым кольцом о железную пластину калитки. С минуту ничего не происходило, затем скрипнул засов и ко мне высунулся Кочан.

– Боярин? – удивился он. – Ты чего тут?

– Говорил же: дела у меня с Шалым! – буркнул я, оттёр плечом парня и двинулся через двор, где стоял одуряющий запах цветущих яблонь. – Чего тут у вас?

– Ждём, – коротко ответил Кочан.

А вот его приятель оказался более словоохотливым:

– Парни отсыпаются, – пояснил Кабан, почесал пузо и полюбопытствовал: – Знаешь, что за работёнку нам Шалый сосватал?

– Знаю, – сказал я, подошёл к вкопанному под старой яблоней столу и кинул под лавку вещмешок, заодно прислонил к дереву трость и туда же поставил саквояж.

Кочан запер калитку и уточнил:

– Скажешь?

– Нет, – качнул я головой.

Парней такой ответ возмутил до глубины души.

– Ты чего это? – нахмурился Кабан. – Совсем, что ли? Зазнался, да?

– Если скажу, вы разбежитесь, и Шалый меня с потрохами сожрёт.

Здоровяк расхохотался.

– Хорошая шутка!

А вот Кочан прищурился и спросил:

– Совсем тухлое дельце?

– За деньги бы не взялся, – подтвердил я.

– Тьфу на тебя! – ругнулся Кабан. – Всё настроение испортил, дурак!

Увалень подошёл к столу и налил себе кваса, надолго приложился к оловянной кружке. Кочан тоже приставать с расспросами не стал, сел на лавку и взялся тасовать колоду засаленных карт.

– Сыграем? – предложил он мне.

Я покачал головой, огляделся и уточнил:

– На задах где-то можно поупражняться?

– На задах – нет. В подвал иди.

Первый этаж дома был каменным, подвал с высоченным сводчатым потолком оказался ему под стать, а то и вовсе остался от несказанно более основательного сооружения. Керосиновая лампа сгустившуюся внизу темень особо не разгоняла и разве что заставляла жаться по углам совсем уж непроглядный мрак, но сейчас помехой мне это стать не могло. Я вышел в центр помещения, расставил руки в стороны и усилием воли вытолкнул из ядра энергию, прогнал её сразу по двум меридианам, крутанул по оправе до соседних узлов и вытолкнул вовне, сотворив по шару сбалансированного пламени над обеими ладонями разом.

Получилось это едва ли не само собой, узлы не свело спазмом, потроха не опалило огнём. Я знал, что и как нужно делать, и всё прошло без сучка и без задоринки.

Справился! Утвердился на новой ступени возвышения!

«Может, и вправду талант?» – мысленно рассмеялся я, подкинул огненные шары и надавил на них своей волей, заставив не взорваться, но просто расплескаться вспышками пурпурного пламени, не рискнув проверять свод и стены на прочность.

На спине выступила испарина, я перевёл дух и взялся наполнять ядро. Постоял немного, а затем повторил трюк с четырьмя кровавыми искрами, шибанул ими по стене всеми разом – да так, что брызнула каменная крошка!

Накатил лёгкий приступ головокружения, я с шумом выдохнул и помассировал виски. Подумалось, что если бить арканами не одновременно, а проделать это с минимальной задержкой, то наверняка получится прошить почти любой магический щит. И ещё подумалось, что едва ли сумею достать подобным образом полноценного асессора.

Ругнулся вполголоса, зашагал от стены к стене, начал наполнять ядро. Вспомнил об оставленных в вещмешке набросках новых схем атакующих арканов, но подниматься за ними не стал, благо наиболее интересные придумки забыться ещё не успели.

Для начала решил сотворить взрывной шар не только с помощью одной лишь правой руки, но и полностью внутри себя. Очень уж в своё время впечатлили слова приютского наставника-огневика о чрезмерной опасности внешней обработки энергии при создании такого рода арканов. Ну в самом деле – толкнёт кто под руку и рванёт заготовка, разлетятся клочки по закоулочкам.

Требуемую очередность служебных приказов я давно вызубрил наизусть, сейчас же просто распределил их по отдельным потокам. Задействовав сущие крохи небесной силы, выплеснул энергию из ядра и закрутил по оправе, собирая к одному узлу, уподобился балаганному жонглёру, но соединил все потоки едва ли не с ювелирной точностью. И ровно незримым кулаком под дух шибанули!

Заклинание развалилось, энергия пришла в совершеннейший беспорядок – зачерпнул бы её из ядра побольше и непременно бы порвал исходящий меридиан, а так сумел сжать своей волей и вытолкнуть наружу огненным выбросом.

Прочь!

Струя пурпурного пламени дотянулась до противоположной стены, на миг разогнав подвальную темень, а дальше меня скрутило так, что не устоял на ногах. Повалился на колени, скорчился, заскрипел зубами от боли.

– Лучезар! – послышался с лестницы голос Дарьяна, когда я только-только начал приходить в себя. – Ты здесь?

– Тут! – отозвался я, поднимаясь с пола.

Прислушался к своим ощущениям и с облегчением понял, что обошлось без спазма силового узла – столкновение двух энергетических потоков обернулось лишь болью как от ушиба и нестерпимым жжением перетруженного исходящего меридиана в правой руке.

– Ты чего это? – удивился спустившийся ко мне книжник. – Что случилось?

Я плюхнулся на лавку и запираться не стал, рассказал о случившемся.

– Ну ты дал! – только и присвистнул Дарьян. – Внутреннее плетение силовых потоков – это двадцатая ступень возвышения! Так только аспиранты умеют!

– Думал, получится, – соврал я, поскольку ни о чём таком и знать не знал.

– Думал он! – возмутился книжник. – Индюк тоже думал, да в суп попал! Не могло у тебя ничего получиться! Повезло ещё, что узел не вырвало! А зачерпни ты силы чуть больше и вырвало бы!

Я вытер пот с лица и спросил:

– В чём сложность-то потоки совместить?

– В неоднородности энергии! Это у аспирантов полноценный аспект, у нас пока только лишь склонность. Отклонение туда, отклонение сюда – разделить без проблем, а обратно на ходу слепить далеко не так просто.

– Понял, – вздохнул я и осторожно-осторожно втянул в себя небесную силу, на миг задержал её в ядре и направил в правый исходящий меридиан. Руку начало чуток припекать, но обошлось без болезненных ощущений.

Но всё равно не вовремя. Сегодня надо быть в форме, не сказать – на высоте.

Дарьян закурил и прислонился к дверному косяку:

– Парни говорят, ты знаешь, что за работа для нас у Шалого…

Фраза повисла в воздухе невысказанным напрямую вопросом, но я изображать непонимание не стал и сказал:

– Да работа как работа. На тот свет кое-кого спровадить.

Дарьян аж дымом подавился, закашлялся, постучал себя ладонью по груди.

– Нельзя же так! – возмутился он.

– В этом конкретном случае можно и даже нужно, – заявил я, поднимаясь на ноги. – Проблема в том, что и нас самих на тот свет спровадить могут. Урона же чести и совести не предвидится. Честное боярское!

Книжник зло прищурился.

– Смеёшься, да?

– И мысли не было. Упокоить нужно будет аколита, аспиранта и асессора…

Дарьян не поверил и разобиделся.

– Да ну тебя, Лучезар! – отмахнулся он и поднялся из подвала.

Ну а я торопиться с этим не стал. Не все ещё домашние заготовки опробовал. А ну как получится козырного туза в рукав припрятать? Ну или хотя бы шестёрку…

Полностью наполнять ядро я не стал – как замедлился приток энергии, так и сотворил кровавую искру, присовокупив к стандартной схеме воспламенение, но для этого пришлось крутануть энергию по оправе на пол-оборота, и вместо тугого плевка с ладони сорвался огненный серп. Сорвался, распался в пурпурный диск и тотчас разлетелся безвредной вспышкой пламени.

Я в сердцах ругнулся и уже только после сообразил, что отчасти этот аркан схож с заклинаниями, коими едва не угробил меня Пламен. Присовокупил к схеме дополнительный приказ сжатия, но оборот в три четверти оправы придал аркану ещё даже более стремительное вращение – расплескался огнём серп ровно так же, как и предыдущий. А убрал воспламенение, и ничего особо не изменилось, разве что аркан развеялся пурпурной вспышкой, пролетев на аршин больше.

Досадно!

Добавил к схеме малую печать воздаяния, и получился кровавый гарпун, а сколько ни тасовал приказы, ни сгустка, ни серпа создать так и не удалось – не иначе по причине того, что этот мой аргумент был рассчитан исключительно на непосредственный контакт с целью. Как и магическая рука…

Или нет?

Я раскрутил по оправе небесную силу, включил в схему одним из приказов кровавую руку и… выстрелил тёмно-пурпурным кулаком! Миг спустя проявилась и натянулась струной магическая конечность – я и моргнуть не успел, как она лопнула, а меня крепенько приложило отдачей. Аркан развеялся, я взвыл и принялся тереть запястье в тщетной попытке совладать со скрутившим силовой узел спазмом. И пусть обошлось без осложнений, но было больно и даже очень. Стоило бы подняться и обсудить случившееся с Дарьяном, а вместо этого я двинулся к противоположной стене и шибанул по ней магическим кулаком уже саженей с двух. Грохнуло! Аркан расплескался тёмным пурпуром, из каменной кладки вышибло мелкое крошево, с потолка посыпалась пыль. И – отдача!

Не сказать, будто рукой по стене стукнул, но всё же ощущения оказались от приятных далеки. Поскрёб затылок, включил в схему приказ гашения отдачи и при следующем ударе ничего не почувствовал вовсе. Когда чуток не угадал с дистанцией, и магическая конечность порвалась – тоже.

Опытным путём я определил, что аркан гарантированно бьёт на две с половиной сажени, а руку вовсе не обязательно сжимать в кулак, но, увы и ах, чёрных демонических когтей на кровавых пальцах не было, и такой удар оказывался куда менее действенным. При работе по камню – так уж точно.

Вконец утомившись, я поднялся из подвала и присоединился к парням за столом под старой яблоней.

– Колись давай, Боярин! – сразу потребовал Огнич, в глазах которого наметилась чуть голубоватая искристость. – Что за дельце намечается?

– Ты, говорят, аколитом стал? – поинтересовался я, усаживаясь на лавку.

Фургонщик расплылся в счастливой улыбке.

– Ага! Я теперь такое могу…

– Умолкни! – оборвал его Кочан. – Мы тут о деле говорить собрались!

– А чего это ты меня затыкаешь? – взвился Огнич. – Командиром себя возомнил?!

– Утихни, Конокрад! – поддержал приятеля Кабан. – И не отсвечивай!

Ёрш и Вьюн в перебранку ввязываться не захотели, пусть и было видно, что происходящее босякам отнюдь не по душе. А вот Дарьян отмалчиваться не стал.

– Угомонитесь! – потребовал он, и как ни странно, его послушались. – Лучезар, что ты об асессоре говорил? Шутил ведь?

Я налил в пустую кружку кваса, обронил:

– Нет! – И начал пить.

На миг наступила тишина, потом кто-то зло ругнулся, а кто-то шибанул кулаком по столу.

– Да как так-то? – округлил глаза Огнич. – Асессор от нас и мокрого места не оставит!

– Он старенький и, как говорят, чуток ущербный, – пояснил я, допив квас.

Кабан с облегчением перевёл дух.

– Так бы сразу и сказал! Напугал, блин! Другое ж дело!

Босяки переглянулись, и Вьюн покачал головой.

– Так себе расклад.

Ёрш высказался и того хлеще:

– Задница!

– Прорвёмся! – отрезал Кочан, как мне показалось, исключительно в пику босякам.

– Старенький же! – кивнул Кабан. – На одну руку поставим, другой прихлопнем!

Вьюн выжидающе посмотрел на меня, и я пожал плечами, не став упоминать ни пикового аколита, ни его старшего братца – аспиранта.

– Больше ничего не знаю, – сказал я вместо этого. – Шалый приедет, сам в курс дела введёт. Но боевого опыта, как понял, там ни у кого быть не должно.

– И то хлеб, – вздохнул Дарьян и спросил: – Обедать будешь?

– Не отказался бы.

– Пошли тогда в дом.

Мы двинулись к входной двери, а парни заспорили – кто-то даже вновь саданул кулаком по столу. Печь на кухне была растоплена, на плите доходило в чугунке овощное рагу с говядиной.

– Сам готовил, – вроде как даже похвастался книжник и поинтересовался: – Что за люди?

– Там-то? – уточнил я. – Дворяне.

– Не оторвут нам за них головы?

– Главное, чтобы они нам головы не оторвали, – отшутился я.

Дарьян хмыкнул.

– Ну нет! Мы Шалому ещё нужны, не станет он нас в расход списывать. Уже и билеты в Черноводск куплены!

«Блажен, кто верует» – мысленно буркнул я, принял у товарища глубокую миску и краюху вчерашнего хлеба, уселся за кухонный стол и сказал:

– Меня тут воздушным серпом приложить пытались – дюже интересный аркан. А сам делаю огненный, и он разваливается. Крутится как надо, а всего-то аршин или два пролетает.

– Так у тебя аспект неподходящий! – хмыкнул книжник. – Огонь для этого недостаточно плотен.

– Ага-ага! – рассмеялся я. – А воздух сама плотность!

– Воздух – он и есть воздух! У такого аспекта полное единение с окружающей средой. У огня ничего подобного нет. И с водой тоже ничего не выйдет. Вот со льдом или камнем – запросто.

– Думаешь? – озадачился я, покачал головой и заработал ложкой.

Расправился с рагу и отодвинул от себя пустую миску, подошёл к распахнутому окну, выглянул на улицу. На одной из яблонь обнаружился засохший сук, вот в него-то я со страшной скоростью раскрученный аркан и швырнул. В качестве одного из приказов задействовал первое колено атрибута, и фиолетовый серп с чёрной режущей кромкой начисто снёс ветку – срез остался гладкий и ровный, куда там пиле!

Правда, сразу после этого заклинание утратило баланс, угодило в вишнёвый куст, отскочило и унеслось куда-то вверх. Сорванная листва во все стороны так и полетела.

– Неплохо! – одобрительно кивнул Дарьян. – А я, смотри, чего научился!

Он тряхнул рукой, из-под рукава выпросталась колючая кровавая плеть.

– Ого! – поразился я. – Это как так?

Книжник развеял заклинание и самодовольно улыбнулся.

– Да просто соединил аргументы. Костяные тернии и кровотечение отлично сочетаются, как оказалось!

Я в изумлении уставился на товарища.

– Соединил аргументы? А так можно разве?

– Почему нет? Их и в аркан запихнуть можно или между собой соединить. В этом случае один основным становится, а другой к нему присоединяется, – пояснил Дарьян и понимающе протянул: – А-а! У тебя они на разных коленах! Тогда никак, сначала надо приноровиться энергию из ядра сразу по нескольким меридианам пускать.

– Занятно, – пробормотал я и о том, что поднялся на очередную ступень возвышения, говорить не стал. И хвастаться не хотелось, и решил насчёт своих способностей лишний раз не распространяться.

Книжник же подошёл к окну, высунулся в него чуть ли не по пояс и во всю глотку гаркнул:

– Обедать идите! – А выпрямившись, пояснил: – Сегодня моя очередь кашеварить.

– Отлично получилось, – похвалил я стряпню товарища, а когда в дом заявились бывшие соученики, вышел во двор и уселся за стол.

Проверил брошенный под лавку вещмешок, затем сотворил магическую руку. Немного повертел перед собой тёмно-пурпурную конечность, и втолкнул в неё малую печать воздаяния. Думал, та проявится пылающим ореолом или потечёт по жилам жидким огнём, только ничего подобного – кровавая ладонь просто лопнула и ощерилась пастью с бессчётным множеством острейших зубов.

Да чтоб тебя! Так и заикой остаться недолго!

Я развеял магическую руку и с шумом перевёл дух.

Но неплохо, неплохо. Цапнуть бы кого-нибудь на пробу, да только и некого, и некогда. Неровен час отец Шалый заявится, а у меня в ядре небесной силы на донышке.

Непорядок.

15-5

Но нет, заявился Шалый лишь на закате – я к этому времени успел уже и ядро до предела наполнить, и с парнями всё на свете обсудить. Явился священник в мирском платье и один, переливать из пустого в порожнее не посчитал нужным и сразу вывалил на моих бывших соучеников новость о том, что сегодняшней ночью нам предстоит извести под корень не кого-нибудь, а дом Синей птицы.

У вчерашних босяков и деревенских увальней челюсти так и отвисли. Огнича, хоть фургонщики и отличались изрядным вольнодумством, проняло ничуть не меньше.

Впрочем, само по себе поручение расправиться с семейством дворян ни у кого отторжения не вызвало, всех обеспокоили исключительно наши шансы выйти из грядущей схватки победителями.

– Там же тайнознатцев должно быть до хрена и больше! – выдал Кочан.

– И убийц потом из-под земли сыщут! – вторил ему Вьюн.

Дарьян так и вовсе скорчил рожу – кислее не бывает.

– Нам бы приказ в письменном виде получить!

– Вот лучше не надо! – возразил книжнику Огнич. – Мы им разве что подтереться сможем, а мало ли где он потом всплывёт?

Отец Шалый наставил на фургонщика указательный палец.

– Именно! – Затем оглядел парней и со всей возможной уверенностью заявил: – Искать убийц никто не станет! Не говоря уже о том, что все вы завтра уплывёте в Черноводск!

– Конечно не станут искать, – пробурчал насупившийся Ёрш. – Асессор от нас и мокрого места не оставит! Даже хоронить нечего будет…

– Не каркай! – рыкнул на него Кабан. – Сидели там в своём порту, пороху не нюхали!

Шалый хлопнул в ладоши.

– Ну-ка цыц! – После заложил руки за спину и начал прохаживаться меж деревьев. – Асессор стар, он целиком и полностью полагается на семейные атрибут и аргументы, а они достаточно ограничены и крайне прожорливы. При том, что ядро у него в один талант, скорость его наполнения на уровне слабенького аспиранта, а водоворот – не освоен.

– Не бывает так! – немедленно возразил Дарьян. – Ускоренное поглощение небесной силы осваивается на финальной ступени аспиранта! Без водоворота и ядра в два таланта истинный облик не принять!

– Ну а он – принял! – отрезал священник. – За ритуал целое состояние отвалил, но в асессоры прорвался. Поэтому на двадцать пятой ступени возвышения и застрял.

– Ну… – протянул книжник. – Талант энергии – это тоже немало!

– Минимум половину он придержит для перехода в потустороннюю форму. Его аватар – ледяное отродье. Просто прикрывайтесь огненными щитами и не лезьте в ближний бой. Забьёте все скопом-то. Огонь для этого наилучшим образом годится.

Пусть ситуация к тому нисколько не располагала, но босяки гордо подбоченились.

– Это можно! – заулыбался Ёрш.

– Ага! – поддержал приятеля Вьюн.

Огнича же заявление священника ничуть не успокоило.

– Старик – ладно. С аколитом тоже справимся как-нибудь. А вот что нам с аспирантом делать?

Шалый покачал головой.

– Аколит поопасней аспиранта будет. Старший из братьев – запойный пьяница. Заливаться вином он начинает уже в обед, а когда и с самого утра пьёт. Но лучше бы расправиться со всеми поодиночке. Постарайтесь незаметно пробраться в дом и прикончить их во сне.

Тут вновь подал голос Дарьян:

– А зачем? – спросил он и тут же пояснил свой вопрос: – Нет, что сразу с тремя тайнознатцами нам не совладать – это ясно и понятно. Но натворили-то они что?

Сам того не зная, своим любопытством книжник сыграл на руку священнику: когда Шалый завёл речь о житье-бытье сирот в сельской общине, даже у меня от иных деталей волосы на затылке шевелиться начали, остальных так и вовсе проняло не на шутку. Домашнему мальчику Дарьяну чуть дурно не стало.

Не позволил заморочить себе голову лишь Огнич. Ну или он просто самым толстокожим из нас оказался.

– С этим разобрались, – хрустнул костяшками пальцев и набычился, но всё же продолжил: – А как насчёт оплаты? Нам денежное дельце обещали, а теперь что же – придётся забесплатно работать?

– Считайте это проверкой, – недобро улыбнулся Шалый. – Если вы и здесь дров наломать умудритесь, то денежное дельце и подавно завалите. – И он поднял руку, призывая к молчанию уже открывшего рот фургонщика. – Аколиты получат на руки по триста целковых. Адепты – рекомендательные письма от епископа Южноморья в школу Огненного репья. И уж поверьте на слово, эти письма позволят вам сэкономить на возвышении несравненно больше!

– А… – заикнулся было Кабан.

– А без прорыва в аколиты денежное дельце вы не потянете! – заявил отец Шалый и веско добавил: – И останетесь в моих должниках. Оно вам надо?

Все промолчали, и я уточнил:

– По триста монет обломится всем-всем аколитам?

– Ты ведь выбрал рекомендательное письмо? – уставился на меня священник. – Уже передумал?

– Нет, – решил я после недолгой заминки. – Не передумал.

Ёрш удивлённо присвистнул.

– Боярин, ты с нами в школу Огненного репья возвращаешься?

– Ему в другую школу, – заявил Шалый и похлопал в ладоши. – Шутки в сторону! Слушайте и запоминайте, от этого будет зависеть ваша жизнь!

Но для начала мы вернулись в дом, и уже там при свете керосиновой лампы священник разложил на обеденном столе план усадьбы дома Синей птицы, начал показывать, как незаметно пробраться внутрь.

– Непосредственно к усадьбе не подъезжайте, там кругом живут арендаторы – быть может, в драку они и не полезут, а вот шум поднимут непременно. И опасайтесь собак, не нашумите раньше времени!

Вьюн покривился.

– Легко сказать!

Шалый его возглас пропустил мимо ушей и указал сначала на квадратик, обозначавший сторожку на въезде, а затем прямоугольник, нарисованный чуть наособицу от основного здания.

– Не забудьте об охране. Территорию они не патрулируют, но непременно ударят в спину, как только начнётся заварушка.

Дарьяну такой вариант по душе не пришёлся.

– Непричастные же люди! – пробурчал он.

– Нет там непричастных! – отрезал священник. – Это не слуги, а наёмники, и симпатичных сироток они пользовали не меньше своих хозяев. – Он прищурился. – Хочешь, заранее грехи отпущу?

– Не хочу, – буркнул книжник.

А вот Кабан с довольным видом хохотнул.

– А я бы не отказался!

Кочан пихнул его в бок и спросил:

– Охраны сколько?

– Дюжина человек, – подсказал священник, но сразу поправился: – Нет, уже девять. Самое большее полный десяток, если кого-то нового нанять успели.

– Да без разницы! – самоуверенно отмахнулся Огнич. – Разберёмся!

– Не говори гоп! – буркнул я. – У них амулеты – от обычных огненных репьёв толку не будет. – И обратился к священнику: – Отчим, есть возможность карабины и ручные бомбы раздобыть?

– Обеспечу, – кивнул Шалый.

– И ещё лечебная алхимия понадобится, – сказал Огнич. – Целителей-то среди нас ни одного, полноценных чтобы!

Священник поморщился, но всё же кивнул.

– Раздобуду что-нибудь.

– А нам бы ещё атакующих амулетов помощнее! – азартно выдохнул Ёрш, но не тут-то было.

– А луну с неба не достать?! – разозлился отец Шалый. – Вы тайнознатцы или кто?

Босяк резкой отповеди нисколько не смутился и пожал плечами.

– Ну, попытаться стоило…

– А меня другое интересует, – задумчиво пробормотал Огнич. – Чего это сторожа по тёмному времени территорию не обходят? А ну как лиходеи заберутся? Или там магическая защита?

– Собаки, – коротко пояснил священник и уточнил: – Ещё вопросы?

Вьюн шмыгнул носом и как-то даже разочарованно спросил:

– Да что это за дом такой дворянский из трёх колдунов? Ещё и на подхвате всего-то десяток наёмников, среди которых ни одного тайнознатца? У нас иные шайки сильнее были!

– И в них прям асессоры верховодили? – презрительно скривился Кочан. – Рассказывай!

Шалый хлопнул ладонью по столу, призывая парней к молчанию, и заявил:

– Дом Синей птицы не слишком богат, но тайнознатцев в нём гораздо больше. Просто адепты в школе, а неофиты в приюте.

– А с ними что будет? – поёжился Дарьян.

– Тебе какое до них дело? – разозлился Кабан. – Добренький, да?

– Хватит! – шикнул священник. – Дом станет семьёй и утратит часть прав, но и только! Наказание постигнет лишь виновных!

Я подумал, что права и вольности дома Синей птицы наверняка давно стоят у южноморских торгашей поперёк глотки, но поднимать эту тему не стал. И разницы никакой, и Шалый уже разложил на столе очередной лист. На том оказался поэтажный план родового гнезда зловредного дворянского семейства. Два крыла, три этажа, просто тьма комнат. Но разобрались как-то, запомнили расположение нужных спален.

После я спросил:

– Известно, какая точно у них родословная? Что с атрибутом и аргументами?

Шалый кивнул.

– Как уже говорил, в основе всего лежит лёд. – Недовольное бурчание кого-то из парней, будто ничего такого он не говорил, священник проигнорировал и начал перечислять: – Шипы, копья, хлысты, диски, взрывные шары… Всё это вам знакомо, только здесь иной аспект. Огненные щиты прекрасно их держат, но особо мощные арканы могут вашу защиту и пробить, так что проявите разумную осторожность.

Я не удержался и фыркнул, Дарьян и Огнич обменялись кислыми взглядами, а вот наши товарищи-огневики определённо воспрянули духом.

– А сами они чем защищаются? – уточнил я.

– Ледяными щитами и замораживающей аурой, – без малейшей заминки поведал нам священник, – но могут наколдовать и туман.

Я вздохнул и задумался, сумеют ли совладать мои магические руки с атакующими арканами. Вот чего сейчас в них больше – пламени или порченой крови? Быть может, стоит сделать ставку на обжигающую ауру?

– И конечно же они непременно задействуют ледяных птиц, – продолжил инструктировать нас Шалый. – Это четвёртое колено атрибута у асессора, но его сыновья тоже худо-бедно освоили семейный аркан. Даже не пытайтесь отгородиться от них щитами – эти заклинания достаточно проворны и быстры, чтобы их обогнуть. Перехватывайте огненными ударами. Не будете зевать – всё у вас получится.

Он достал серебряную луковицу карманных часов, отщёлкнул крышку и сразу засобирался. Свернул в рулоны листы с планами, поднялся из-за стола.

– Дождитесь карету и выдвигайтесь, – распорядился он.

– А оружие? – напомнил Кочан, когда священник направился к входной двери.

– Всё будет! – пообещал Шалый. – Ждите!

Какое-то время мы просидели в тишине, затем Вьюн недовольно буркнул:

– Ждите! Ну здорово!

– Чем-то недоволен? – немедленно прицепился к нему Кочан.

– Всем! – отрезал босяк.

Они принялись играть в гляделки, а я спросил у книжника:

– Даря, ты раньше со льдом работал, а теперь как? Сможешь ледяной шип сотворить или взрывной шар?

Тот озадаченно пожал плечами.

– Думаю, что-нибудь не слишком мощное сумею изобразить.

– На кой? – удивился Огнич. – Лёд против льда не катит!

– Защиту отработать, – пояснил я и позвал книжника: – Пошли на улицу!

– В подвал! – поправил меня Кочан. – Идите в подвал!

Так мы и поступили. Там Дарьян немного постоял, затем метнул в стену ледяной шип, разлетевшийся при ударе о камень пригоршней острого крошева.

– Два узла на преломление задействовать пришлось, – пожаловался книжник.

– Давай теперь в меня, – попросил я, отходя подальше.

– Боярин, ты совсем обалдел?! – всполошился присоединившийся к нам Огнич. – Проткнёт же!

А вот Дарьяна дважды просить не пришлось. Без сомнений и колебаний он приложил меня атакующим арканом, и хоть перехватившая ледяной шип кровавая рука оказалась пробита насквозь, обжигающей аурой я мог бы и не окутываться: заклинание книжника и моя магическая конечность смёрзлись в единое целое, после чего взорвались ворохом ледяных обломков.

– Нормально так! – одобрительно кивнул фургонщик.

Нормально?!

Я едва не плюнул с досады. Ледяное копьё таким образом не остановить, да и не всякий взрывной шар потеряет стабильность и рванёт заранее. Неудобный аспект!

– Ещё кидай! – потребовал я, и на сей раз перехватывать атакующий аркан кровавой рукой не стал, вместо этого разогнал вокруг себя облако жгучей ауры. – Давай!

Ледяной шип попросту испарился, при этом небесной силы вытянуло из ядра не так уж и много. Думаю, и полноценное копьё не достанет, разве что взрывная волна докатится, если аркан совсем уж вблизи рванёт.

Дарьян повторил попытку достать меня, но ровно с тем же успехом, а дальше к нам спустились остальные, и книжник взялся проверять прочность их огненных щитов. Поначалу легко пробивал любые завесы, но парни быстро приноровились и начали уверенно его атаки отражать.

– Проще пареной репы! – рассмеялся Кабан.

– Да это он вполсилы кидает, дурень! – ругнулся Вьюн.

– Сам ты дурень! – оскалился здоровяк.

Но Кочан приятеля не поддержал.

– Вьюн дело говорит, – нехотя признал он. – Дворянчики куда сильнее бить станут. Не расслабляйся.

– Никто и не расслабляется! – обиженно протянул Кабан. – Не тупой, всё понимаю!

У меня имелись на сей счёт определённые сомнения, но промолчал. Немного поупражнялись ещё, а там и карету к воротам подогнали. В ящике на задках обнаружилось четыре рычажных карабина, боезапас к ним и патронташи, а ещё – полдюжины ручных бомб. Вот и начали судить да рядить, кто как вооружится.

– Чего тут думать-то? – в итоге прервал разгоревшийся спор Кочан. – Сторожку берут на себя босяки! Один хрен, они ни на что больше не годятся, вот и дадим им половину бомб и по карабину!