Текст книги "Покорение гигантов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pokorenie-gigantov-3538.jpg)
Автор книги: Павел Рототаев
Жанр: Книги о Путешествиях, Приключения
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
ГЛУБОКАЯ РАЗВЕДКА
Тингри оказался удобной базой для развертывания широких разведывательных работ.
Первая группа, вышедшая на разведку утром следующего дня, сразу же направилась к леднику Ронгбук.
Здесь она увидела ледник, широкой дорогой ведший прямо к вершине, которая открылась альпинистам. Даже здесь внизу, у языка ледника, все поражает своей грандиозностью – гигантские морены с очень крупными скальными обломками, суровые и строгие линии отрогов, крупные масштабы оледенения и вся величественная картина вздыбленного рельефа.
С этого места, где впоследствии был разбит основной лагерь экспедиции, Джомолунгма в своей верхней части была хорошо видна. Прежде всего бросалось в глаза, что ее очертания слагаются из очень простых и крупных линий. Эта вершина не представляет собой снежной громады с плавными склонами, типа потухших вулканов. Это не была сглаженная поверхность горной вершины с белой снежной шапкой и ровными снежно-ледовыми склонами, как это предсказывали некоторые «знатоки». Джомолунгма представляла мощное скальное поднятие хребта, опирающееся на три массивных ребра: северо-восточное, идущее в направлении перевала Рапью-ла; северо-западное (даже скорее западо-северо-западное), идущее в направлении вершины Пумори, и южное, идущее к вершине Лхо-тзе. Гигантский скальный массив, одетый сверху тонким слоем белого снежного порошка, выпавшего на склоны вершины или наметенного ветром с других склонов, представлял собой грандиозную картину.
Место наблюдения находилось на высоте 4800 м, и поэтому высота Джомолунгмы и близлежащих вершин несколько скрадывалась. Не создавалось того впечатления недосягаемости, которое испытывает каждый, наблюдая Кангченджунгу из Дарджилинга.
На всем пространстве от места наблюдения были лишь голые скалы, ледники да покрытые снегом склоны гигантских вершин, сверкающих на ярком южном солнце.
Здесь не было мягких горных ветров, которые так прекрасно освежают путешественника в горах Европы. Глубоко на самом дне долин Тибета даже среди лета часто свирепствуют жестокие бури, с ветрами, пронизывающими человека насквозь.
Наблюдая с этого места, еще трудно было решить вопрос о выборе пути на вершину. Два видимых с севера гребня не давали возможности сказать что-то определенное. Северо-западное ребро подходило с незначительным наклоном к грани самой пирамиды Джомолунгмы на высоте несколько более 7000 м, а отсюда шло крутое скальное, но значительно заснеженное ребро до самой вершины.
Судя по верхней части вершины, наиболее легким путем был маршрут по северо-восточному ребру. Но пока было неизвестно, как можно на него выйти.
Альпинисты прошли по леднику до северо-западного ребра, но, подойдя к его крутым скальным стенам, увидели, что ледник поворачивает налево и круто подходит к мощной снежной перемычке (седловине), от которой сравнительно некрутой гребень идет к северо-западному ребру. Выход на эту перемычку с ледника был, по мнению участников экспедиции, невозможен – почти отвесная трехсотметровая ледовая стена преграждала путь.
Но так или иначе стало ясным, что путь к северо-восточному ребру начинается от этой перемычки и только необходимо найти удобный выход на нее. Перемычка, как это выяснилось позднее, уже была известна топографам и даже некоторым местным жителям. Называлась она Чанг-ла и имела высоту 7007 м.
Следовательно, с ледника Ронгбук не было ни одного сколько-нибудь подходящего пути на вершину.
Почти вертикальные скальные стены совершенно не походили на пологие снежные склоны, которые были запечатлены на фотоснимках, сделанных с большого расстояния. Если прежние представления о подъеме сводились к тому, что путь на вершину будет проходить по некрутым снежным и ледовым склонам, а от штурмового лагеря до вершины придется преодолевать крутые склоны из твердого, слежавшегося снега или даже льда, то теперь стало абсолютно ясно, что даже верхняя часть маршрута будет проходить по скалам и к тому же не слишком крутым.
Чтобы проверить возможность восхождения, а скорее – для очистки совести, альпинисты поднялись выше по леднику Ронгбук. Сразу же за западным отрогом они увидели часть ледникового цирка значительных размеров. Он располагался между массивом Джомолунгмы и вершиной Нуп-тзе (высотой 7833 м), а верхней частью упирался в перемычку между Джомолунгмой и Лхо-тзе. Эта перемычка крута и труднопроходима. Однако этот маршрут интересен тем, что при успешном его преодолении есть вероятность в благоприятных условиях совершить восхождение на два восьмитысячника за один поход.
Но путь с этого ледника не прельстил английских альпинистов. Он казался им слишком сложным и труднопроходимым.
С перевальной седловины верховьев ледника Ронгбук удалось заглянуть и на южные, непальские склоны этого участка Гималаев. Отсюда открывался на редкость красивый вид на южные склоны и предгорья, но удобных подходов к массиву Джомолунгмы не оказалось и на тех участках, которые могли быть просмотрены с самой седловины. От места наблюдения на юг обрывался пятисотметровый крутой снежно-ледовый склон, который спускался к большому леднику. Верхняя часть ледника крутая и сильно изрезана сетью бесчисленных трещин. С седловины видны были очень красивые вершины Непала.
Но какой прекрасный вид открылся бы тому, кто поднимется на одну из этих южных вершин и обратит свои взоры на север.
Оттуда вершина производит более грандиозное впечатление, чем с севера. С одной из вершин хребта Махабарат, расположенной севернее Дарджилинга, открывается прекрасный вид на Джомолунгму. На переднем плане роскошные леса и луга долины Катманду, а за ними глубоко врезавшиеся в мощные склоны Гималаев темнеющие ущелья горных рек и далее как бы встающий из бездны гигантский массив Джомолунгмы со своими мощными спутниками – вершинами Лхо-тзе и Макалу. А далеко к востоку и западу длинный ряд величественных Гималайских вершин, сверкающих в солнечном сиянии своей девственной белизной, одетых пурпурно-синей дымкой, которая так свойственна южной влажной стороне Гималаев. Красота и величественность этой картины не поддается описанию. Трудно оторваться от созерцания подобной красоты и величия природы.
Решив начать штурм с перемычки северного гребня, альпинисты поставили задачу найти подход к этой перемычке (перевал Чанг-ла) с востока. Для решения этой задачи нужно было исследовать ущелья притоков рек Арун, Карта и Кама.
Альпинисты перебазировались в ущелье Карта, чтобы обследовать его верховья. Но до выхода на ледник Карта они перешли в параллельное ущелье Камы, идущее вдоль хребта Гималаев. Здесь альпинисты взошли на одну из вершин и увидели всю восточную часть Джомолунгмы.
Ущелье Камы раскинулось перед ними во всем своем величии. Восточный склон массива представлял собой гигантскую ледовую стену средней крутизной около 60°, вздымавшуюся на высоту до трех километров. Стена ослепительно блестела в лучах яркого солнца.
Огромной мощности висячий ледник располагался над нижними скальными склонами. Большие глыбы льда, обрываясь в различных частях его языка, имеющего ширину до 7 км, со страшным грохотом летели к нижним скалам. Ударившись о них, они разбивались в мелкую ледовую пыль, которая стояла белым облаком над местом обвала.
Величие картины подчеркивалось масштабами хребта, окаймлявшего цирк ледника Кама. Над крутыми ледовыми склонами высились те же гигантские вершины – Джомолунгма, Лхо-тзе и Макалу, но отсюда вид их был иной. Их крутые склоны, покрытые льдом и фирном, блестели холодным блеском, как бы подчеркивая свою недосягаемость. Вершина Джомолунгма стояла точно против ущелья, подавляя своей громадой. Большой ледник Кангчунг в сравнении с окружающими его гигантами казался незначительным.
Сплошная заснеженность верховьев этого ущелья объясняется тем, что влажные муссоны, проникая по ущелью реки Арун, попадают и в ущелье Камы.
Значительное количество осадков превращает крутые восточные склоны вершины в непреодолимые висячие ледники, а склоны участка Главного Гималайского хребта между вершинами Лхо-тзе и Макалу – в вечно грохочущие лавинами крутые снежно-фирновые склоны.
Подняться на вершину из этого ущелья было невозможно, и альпинисты вернулись с таким неутешительным выводом в ущелье Карта.
Район разведки сужался. Уменьшались надежды найти достаточно удобный путь на вершину. Но оставались еще необследованными верховья ледника Карта. Последняя возможность обнаружить подход к перемычке (перевал Чанг-ла) еще не была потеряна.
Итак, наступал решительный момент. Какой ответ получат альпинисты, поднявшись на перевал Глапка-ла, расположенный в верховьях ледника Карта?
Не теряя надежды, выступили они в поход на этот перевал. Первая часть пути проходилась ночью по некрутому леднику Карта, покрытому плотным слоем снега. Но в отдельных местах снег был сухой и сыпучий. Это замедляло движение. Удлиняли путь и попадающиеся на пути широкие трещины. Но, не замечая трудностей пути, отряд достаточно быстро двигался к перевалу и, наконец, остановился на его верхней точке.
Прямо перед ними был перевал Чанг-ла – исходный пункт для штурма Джомолунгмы. Его седловина четко вырисовывалась.
Альпинисты обратили взоры на эту точку, к которой они так давно стремились. Их не отвлекала прекрасная картина рассвета. Каждая деталь гребня Джомолунгмы резко выделялась на сапфировом небе. По мере наступления дня контур величественной вершины вырисовывался все более и более четко. Вот первый луч солнца упал на верхушку, окрасив ее сначала в розовый цвет, который затем постепенно перешел в оранжевый. По мере подъема солнца его лучи освещали все большую и большую часть массива, и он сверкал в этих утренних лучах, как алмаз. Казалось, что и скалы, сверкают изумительным блеском.
Путь к Северному перевалу был нелегким. К его верхней части можно было подойти, преодолев крутой ледовый склон около 200 м по высоте. Насколько проходим этот склон, решить было ещё очень трудно, и оценка могла быть только предположительной.
Да, склон трудный, но проходимый, – сделали они вывод.
Итак, путь к вершине был найден. Он проходил по восточному Ронгбукскому леднику и приводил к подъему на перевал Чанг-ла[37]37
Чанг-ла в переводе с языка хинди означает Северный перевал. Окружающие Джомолунгму вершины – Чанг-тзе, Нуп-тзе и Лхо-тзе означают в переводе соответственно Северный, Западный и Южный пики. Под такими названиями в дальнейшем они и даются в тексте.
[Закрыть], с которого в дальнейшем производились все довоенные попытки восхождения на вершину.
Разведывательный отряд решил и вторую задачу. Группа в составе Меллори, Буллока и Уиллера с тремя носильщиками поднялась на Северный перевал, и тем самым было доказано, что найденный путь вполне проходим.
ТЕПЕРЬ – К ВЕРШИНЕ!
Участники экспедиции 1921 г. нашли путь к вершине и поднялись на Северный перевал – исходный пункт всех последующих попыток восхождений на Джомолунгму с севера. Но большего сделать они не смогли. Строгая пирамида вершины была очень близка, манила их к себе, и альпинисты уже видели себя мысленно на этом гиганте.
Теперь, считали альпинисты, когда все предварительные данные собраны, все возможные пути с севера, северо-востока и северо-запада исследованы, направление подъема на вершину избрано, нужно готовиться к решительному штурму. И деятельная подготовка началась сразу же по возвращении участников экспедиции в Англию. Прежде всего нужно было подобрать людей для экспедиции 1922 г., экспедиции, которая должна добиться победы над Эверестом.
Вскоре было подобрано 10 человек, которые, по мнению членов Комитета Эвереста и Клуба альпинистов, могли бы справиться с поставленной задачей.
В состав экспедиции 1922 г. было привлечено несколько новых участников. Из предыдущего состава оставался только Д. Меллори. Были приглашены: Д. Финч – молодой химик и способный альпинист, майор Е. Нортон – служивший в английских войсках в Индии и бывавший не раз в Гималаях, Г. Сомервелл – хирург по профессии, альпинист, искусный художник и музыкант, Д. Брус – родственник генерала Бруса, С. Крауфорд – служивший в гуркском полку (гурки – жители Непала), полковник Е. Струтт, доктор Уокфильд и капитан Я. Ноэль – опытный фотограф и альпинист. В качестве врача был включен опытный гималайский альпинист доктор Т. Лонгстафф[38]38
Т. Лонгстафф участвовал в ряде восхождений на Кавказе. В Гималаях он в 1907 г. совершил восхождение на Трисул (7134 м).
[Закрыть].
Начальником экспедиции был назначен генерал К. Г. Брус. Он долгое время служил в гуркском полку в Непале и почти все это время находился в Гималаях. Брус участвовал во многих гималайских военных экспедициях, и руководители Комитета Эвереста считали, что никто лучше его не знал Гималаи и их население.
Из всех перечисленных лиц подготовленными к участию в штурме Эвереста считались: Меллори, Финч, Нортон и Сомервелл. Брус и Крауфорд не имели достаточного альпинистского опыта и подготовки и поэтому могли входить лишь во вспомогательный состав.
В Индии к этому составу присоединились уже известный по предыдущей экспедиции майор Морсхед и капитан Моррис, как, впрочем, и группа солдат гуркского полка.
Было подобрано 150 носильщиков; среди них преобладали местные жители – шерпы (Непал) и бхотии (Бутан). Это были горцы, отличающиеся исключительной выносливостью, смелостью и решительностью. Они как нельзя лучше отвечали задачам экспедиции.
Шерпы с самого начала восхождений в Гималаях и до сих пор – основные помощники альпинистов.
Шерпы небольшой по численности народ, проживающий в районе Соло-Кхумбу, расположенном в междуречье двух притоков реки Дудх-Коси – Бете-Коси и Имья Кхола. Этот район окружен высокими горами – частью Главного Гималайского хребта и его высокими обрывистыми отрогами. В участке Главного хребта у родины шерпов расположен только один перевал Нангпа-ла, высотой 5806 м. По этому перевалу проходит торговый путь, и издавна шерпы ходили через этот перевал в Тибет и обратно. Искусные горные охотники и скотоводы, любящие свою страну, расположенную на высоте от 2000 до 4000 м, они оказались отличными горовосходителями.
Их страна мала по размерам, и обрабатываемой земли там очень мало. Здесь произрастает пшеница (в нижних частях долины Кхумбу), выше культивируются овес, картофель. Но земля находится в собственности богатых. Большинство населения живет очень бедно, многие из них вынуждены уходить на заработки, нанимаясь в качестве носильщиков для перевозки грузов в Тибет и обратно.
Шерпы жизнерадостные и веселые люди. Они не унывают и в трудных положениях[39]39
В пути можно нередко наблюдать, как один из них положит в мешок другого внизу перед выходом на перевал большой камень, и тот поднимает ношу. А когда обнаружит на перевале такую добавку к своему и без того нелегкому грузу, то от души смеется, заражая этим смехом других.
[Закрыть].
Живут шерпы в деревянных двухэтажных домах, в первом этаже которых расположена конюшня, а наверху – жилое помещение. В жилой комнате дома шерпов расположены: очаг, приподнятая над полом возвышенная часть комнаты, на которой разложены одеяла, подушки, а у кого есть, и ковры. На противоположной стене располагаются полки с посудой. Дальний конец комнаты используется в качестве кладовой для зерна и других продуктов. Здесь же и сельскохозяйственные орудия – деревянные плуги, мотыги и прочая утварь…
Вот эти-то простые люди и обеспечили победу зарубежным альпинистам над высочайшими вершинами мира.
Таким образом, альпинистский состав этой экспедиции нельзя было назвать сильным (в штурме практически могли участвовать только четыре человека), хотя Комитет Эвереста и констатировал, что все участники были лучшими альпинистами Англии.
Развернулась деятельная подготовка к предстоящему штурму. С ноября 1921 г. до марта 1922 г., т. е. до самого выезда участников экспедиции в Индию, все альпинисты, а также много других людей, специально привлеченных к делу подготовки ее, энергично и тщательно разрабатывали все необходимые вопросы по обеспечению экспедиции, заказывали и закупали снаряжение, подбирали необходимые дополнительные материалы и сведения по Гималаям, разрабатывали рационы питания, заказывали продукты по этим рационам, с обеспечением специальной их упаковки.
Снаряжение особенно беспокоило руководство экспедиции и Комитета Эвереста. Было многое сделано, чтобы подобрать новые, более легкие и вместе с тем прочные материалы и создать наиболее удобные модели.
В результате экспедиция получила ряд новых образцов снаряжения.
Успешно был решен вопрос и в отношении подготовки продуктов питания для штурмовых групп экспедиции.
Высококалорийные, концентрированные продукты подготавливались в виде небольших порций в специальной упаковке, предохраняющей эти продукты от порчи. Проверены эти продукты на усвоение их организмом в условиях пониженного давления. Все виды продуктов проверены на неизменяемость их качества после нахождения в условиях низких температур в продолжение длительного времени.
Значительное внимание было уделено использованию кислорода в период штурма.
Естественно, что самой серьезной трудностью при горовосхождениях на таких высотах является недостаток кислорода для обеспечения всех необходимых функций человеческого организма. Что же можно сделать для того, чтобы решить этот вопрос? На первый взгляд казалось, что достаточно снабдить альпинистов необходимым запасом кислорода, и они легко достигнут вершины.
Но опыта применения кислорода в подобных условиях не было. Нужно ли иметь кислород на все время пребывания людей на высотах выше 7500 или 8000м, или хотя бы частично обеспечить их кислородом на это время? Никто не мог дать ответа на этот вопрос.
Транспортировать большое количество кислорода было очень трудно. Получить кислород где-то близко к району восхождения было вообще невозможно. Вследствие этого пришлось отказаться от мысли обеспечить участников штурма кислородом на все время высотной части штурмового маршрута. Но все же решили кислород взять, хотя и в ограниченных количествах. Считали, что он может быть использован той группой, которая пойдет на штурм одной из первых. Если даже кислород не поможет взойти на вершину, то обеспечит достижение этой группой значительно большей высоты, чем все предыдущие, что в свою очередь поможет следующей группе подняться на большую высоту, а может быть и до самой вершины. Но все эти заботы относились к альпинистам. О носильщиках не было и речи. Комитет Эвереста считал, очевидно, что носильщикам не требуется ни специального снаряжения, ни специального питания. Между тем и Комитет и сами участники экспедиции были твердо уверены, что если носильщики не поднимутся до высоты 8250 м, то экспедиция не будет иметь надежды на выполнение своих задач.
Много усилий было приложено и к разработке тактического плана восхождения. В основу его положена «двойка». Это значит, что с исходного лагеря на Северном перевале (Чанг-ла) штурмовые группы выходят численностью в два человека. Подобная группа с необходимым количеством носильщиков идет до такой высоты, до которой максимально могут быть подняты грузы носильщиками. Здесь разбивается лагерь (ночевка), носильщики отпускаются вниз, штурмовая же группа, переночевав здесь, наутро отправляется на штурм вершины с расчетом в тот же день добиться победы и спуститься в штурмовой лагерь.
Таким образом, план штурма Джомолунгмы (Эвереста) слагался из двух частей. Первая – общее движение к Северному перевалу с предварительной заброской промежуточных лагерей на леднике Восточный Ронгбук, по которому будет проходить маршрут экспедиции. Вторая – движение от перевала до вершины. Здесь также предусмотрено создание промежуточных лагерей. Но эти лагери должны были состоять лишь из одной-двух маленьких палаток, с небольшим запасом продуктов только для альпинистов.
Большое внимание было уделено транспортировке грузов на всех участках маршрута. От этого сложного вопроса в значительной степени зависел успех экспедиции.
По плану предусмотрено было привлечь 30—40 носильщиков из жителей Непала, привыкших к деятельности на больших высотах. Их предполагалось использовать для заброски всех грузов от Северного перевала и выше. Чтобы разбить нижние лагери и доставить туда многочисленные грузы, должны были быть наняты не менее 100 тибетских носильщиков.
Кроме того, было предусмотрено нанять большое количество вьючных животных для доставки из Дарджилинга всех грузов экспедиции в основной лагерь на леднике Ронгбук.
Для научной работы привлекались специалисты: медики, натуралисты, фотографы, художники и несколько офицеров колониальных войск, на которых возлагались маршрутная и картографическая съемки местности.
Наконец сборы были закончены, и 26 марта 1922 г. вторая экспедиция английских альпинистов на Джомолунгму выступила из Дарджилинга. Ее участникам предстояло повторить маршрут первой экспедиции через Гималаи, для того чтобы подойти к объекту восхождения с севера.
Не вдаваясь в подробности описания пути из Индии в Тибет, так как это был тот же маршрут, который проделала экспедиция 1921 года, все же нужно отметить, в чем были значительные отличия условий путешествия новой экспедиции.
Вторая экспедиция выступила из Дарджилинга на два месяца раньше первой. В долине Тисты в нижней Чумби была в разгаре весна. Зелень лесов, протянувшихся на пути, была более однообразна, чем при прохождении первой экспедиции. Цветов было мало, а рододендроны, составляющие в этих местах особую прелесть, еще не цвели.
Но чем выше, чем ближе к Гималаям и Тибету, тем суровее становилось вокруг. Когда отряд экспедиции прибыл в Фари, здесь была еще зима. И без того мрачная и пустынная местность, была безрадостной и унылой. Снег, подтаивающий под уже горячими весенними лучами солнца, потемнел. На дорогах он перемешался с грязью. И людям и животным приходилось тратить большие усилия при движении по таким дорогам. Движение проходило значительно медленнее.
Перевал Танг-ла экспедиционный отряд проходил по глубокому снегу. Дул сильный ветер.
После Танг-ла, вместо направления на Кампа-Дзонг, двинулись по более короткому пути, отклонившись от прошлогоднего маршрута. На этом пути участникам экспедиции и ее многочисленному транспорту пришлось в метель преодолеть перевал высотой около 5000 м[40]40
При этом нужно помнить, что высота перевала по отношению к Тибетскому нагорью лишь немного превышала 500 м.
[Закрыть] через один из северных отрогов Гималаев. Леденящий ветер с северных склонов Гималаев бил в лицо. Он мгновенно засыпал снегом следы. Животные выбивались из сил. Они ложились и не хотели двигаться дальше.
Но пройден и этот путь. 24 апреля участники экспедиции прибыли в Шекар, расположенный почти точно на север от Джомолунгмы.
Еще на пути к этому населенному пункту путешественники иногда видели в стороне от дороги каких-то животных. Носильщики пояснили, что это дикие овцы.
Некоторые участники экспедиции собрались уже воспользоваться суточным отдыхом в Шекаре для охоты, но их мечтам не суждено было сбыться. Ламы (местные монахи), которых здесь достаточно много, объяснили, что в их стране нельзя отнимать жизнь ни у одного живого существа. Здесь нельзя убивать диких животных. Местные жители даже кормят их.
Действительно, дикие овцы, так пугающиеся приближения человека на Индийских склонах Гималаев, здесь оказались почти ручными. Они часто подходили очень близко к лагерю экспедиции и не особенно пугались людей, даже в тех случаях, когда некоторые из участников экспедиции подходили к ним буквально шагов на десять, Но как только эти люди пытались еще более приблизиться, животные поворачивались и, пугливо озираясь, начинали уходить, а затем поспешно убегали от любопытных.
Наконец, пройдя мимо маленьких, отдельно стоящих лачуг лам-отшельников, отряд экспедиции 1 мая, т. е. в точно назначенный срок, остановился у языка Ронгбукского ледника.
Месячный переход через Тибет, несмотря на сильное утомление, особенно на отдельных участках пути вследствие плохой дороги и постоянных пронизывающих ветров, хорошо сказался на путешественниках. Они закалились и акклиматизировались. Пройдя по пути значительное количество подъемов и спусков, они чувствовали себя теперь достаточно тренированными для овладения вершиной в этот короткий промежуток времени (около трех-четырех недель) между суровыми зимними морозами здесь, в Гималаях, и началом муссонов.
Однако опыт советских альпинистов, особенно определенно выявившийся во время восхождений 1937 г. (на пик Ленина, пик Сталина и пик Корженевской), показал, что это далеко не так. Даже длительная активная деятельность на высотах порядка 5000 м для альпинистов, готовящихся подниматься на высоту чуть ли не 9000 м, дает очень мало. Если к тому же учесть, что альпинисты за все время пути шли без нагрузки, а иногда и ехали верхом, то их «акклиматизация» окажется еще меньшей.
Строго говоря, участники экспедиции за время этого продолжительного похода приобрели известную физическую закалку и акклиматизацию для высот порядка 6500—7000 м. Получить же акклиматизацию для высот в 8000—9000 м они не могли. Эту акклиматизацию они должны были получить уже на пути к вершине. План заключался в следующем: разбить промежуточные лагери на Восточном Ронгбукском леднике, до подъема на Северный перевал. Сюда, под самый перевал, забросить все необходимые грузы – продовольствие и снаряжение. Затем подняться на Северный перевал, где организовать основной штурмовой лагерь.
Потом разбить промежуточный лагерь на высоте 7600 м для того, чтобы в дальнейшем организовать последний лагерь на высоте 8250 м. Отсюда альпинисты должны подняться на вершину и в тот же день спуститься в этот лагерь. Предполагалось, что сюда поднимется группа из четырех человек и, разместившись в двух палатках, проведет ночь, а наутро рано выйдет на штурм.
Участники экспедиции сознавали, что исключительный расчет на носильщиков составляет самое слабое звено этого плана: если носильщики не дойдут до лагеря 8250 м, то успех восхождения будет явно под угрозой срыва. Поэтому руководство экспедиции решило привлечь для этой цели лучших носильщиков.
Естественно, что для этого были отобраны имеющиеся 40 непальских носильщиков. А для сохранения их сил нужно было нанять в необходимом количестве других носильщиков, которые будут выполнять все работы на пути до Северного перевала.
Но не так то просто было набрать в это время в Тибете требуемое количество носильщиков. Здесь стояла уже в полном разгаре весна, и почти поголовно все население вышло на свои скудные и по размерам и по урожайности поля. Отсутствие сотни взрослых мужчин (а именно столько необходимо было для экспедиции) заметно сказалось бы на размерах посевов. Особенно, если учесть то, что в данном месте Тибета население очень редкое, а обработка земли ведется почти вручную.
Власти не могли заставить местных жителей бросить свою землю, а обещания щедрой оплаты, казалось, не трогали тибетцев.
Генерал Брус чувствовал, что здесь нельзя действовать открыто. Тибетцы суеверны и религиозны, и он решил это использовать для своей выгоды.
Он отправился к главному ламе Ронгбукского монастыря и рассказал ему, что они идут на поклонение этой горе, которую они, так же как и тибетцы, считают священной. Тогда лама дал указание жителям помогать экспедиции, хотя для этого им пришлось бы бросить свою работу. И носильщики были присланы.
Верно, они работали только два дня, но работали честно и безропотно, выполняя свои тяжелые обязанности по переноске многочисленных грузов экспедиции по гигантским моренам ледника Ронгбук и Восточный Ронгбук, по крутым ледовым склонам, зияющим трещинами огромной глубины, по глубоким снегам верхней части ледника.
А если учесть, что все это они проделывали в своей бедной, совершенно неподготовленной для работы в таких условиях одежде и обуви, то их труд нужно считать героическим.
Английские альпинисты видели в этом экзотику и только удивлялись исключительной выносливости тибетцев.
Как это могли они в таких суровых условиях спать под открытым небом у скал на высоте 4800—5000 м. Да не только мужчины и женщины, но и дети находились в таких же условиях, питаясь своей более чем скромной пищей[41]41
«Пришли мужчины и женщины, некоторые женщины с детьми на руках… И снова выносливость тибетцев вызвала удивление: даже женщины и дети спали под открытым небом у скал на высоте 4800—5000м» (Ф. Ионгхезбенд. Борьба за Эверест, стр. 96).
[Закрыть].
Они пришли, бросив все свои домашние работы, только потому, что ламы обязали их на это именем неведомого им, но страшного бога, который может послать смерть им или неурожай на поля, обеспечивавшие их нищенское существование. Да и сами англичане, не стесняясь, заставляли простых людей бросать хозяйство и работать на экспедицию[42]42
«Обычно в этих деревнях брали мужчин и понуждали их нести груз» (Ф. Ионгхезбенд. Борьба за Эверест, стр. 25).
[Закрыть].
Ведь все эти мужчины и женщины выполняют эту сложную работу в тяжелых условиях и не считают ее ни героической, ни почетной, а обычной подневольной работой бедных людей.
Носильщики обеспечили своим трудом организацию 1-го и 2-го лагерей экспедиции на леднике Восточный Ронгбук и перенесли туда все грузы экспедиции.
Основной лагерь экспедиции был разбит у языка ледника Ронгбук. Здесь были сосредоточены все люди и грузы.
Такого сосредоточения людей и животных еще никогда не было в здешних местах. 13 англичан, более ста носильщиков и около 300 яков расположились на каменистой площадке под древним валом гигантской морены.
Вышедшей из основного лагеря группой альпинистов было выбрано великолепное место для лагеря 1. Оно находилось в нескольких сотнях метров от того места, где раньше ледник Восточный Ронгбук вливался в ледник Ронгбук. В настоящее время ледник отступил. Его язык располагался примерно в полутора километрах от ледника Ронгбук и соединялся с ним лишь бурным мутным потоком. Солнце освещало это место почти весь день, а ветер сюда не попадал, так как ледовая стена преграждала ему путь. Эта стена высотой в 80—100 м сверкала под лучами солнца, и лагерь выглядел каким-то сказочным поселком карликов, среди гигантских форм рельефа.
Лагерь 3 разбили на морене одного из боковых ледников на высоте 6300 м. Он находился под защитой Северного пика (Чанг-тзе) и по утрам освещался солнцем. Но уже к трем часам дня мрачные тени окружающих хребтов ложились на лагерь. Становилось холодно и очень мрачно. Почти постоянно дующие здесь ветры не позволяли альпинистам располагаться здесь на длительное время.
Прокладка пути до подступов к Северному перевалу была окончена. Организованные три лагеря являлись стоянками участников экспедиции и основного состава носильщиков в этом хаосе снега, льда и скал, обитаемыми островками среди сурового и издали кажущегося безжизненным рельефа.
Путь между лагерями был труден и утомителен. Он шел то по хаотическим нагромождениям морен, то выходил на относительно ровные участки ледника, то проходил между довольно высокими ледяными башнями, образовавшимися на леднике от передвижки льдов и неравномерного таяния.
Эти башни, как сооружения искусного мастера, поражали фантастичностью и разнообразием своих форм. Они ослепительно блестели на солнце, а иногда просвечивали голубым и зеленоватым цветом в тонких своих частях и темным при большей толщине ледяных масс этих башен.
На отдельных участках путь снова подходил ближе к склонам, сжимающим ледник, а затем вновь отдалялся от них к его середине. Наконец, ближе к лагерю 3, путь со льда переходит на снег, толстым слоем лежащий на поверхности ледника.
Окаймляющие Восточный Ронгбукский ледник отроги закрывали панораму Гималаев. За мощным отрогом, подходящим к языку ледника Ронгбук с востока, не было видно и Тибета. Людей, находящихся на леднике, окружали лишь скальные и снежные хребты с отдельными вершинами Чанг-тзе (пик Северный, 7533 м), Карта-фу (7221 м), Карта Чанг-ри (7032 м) и многие другие безыменные вершины, да седловины некоторых перевалов (Рапью-ла, Глапка-ла и др.). А впереди, закрывая горизонт, высилась гигантская масса Джомолунгмы (Эвереста). Пройден недостаточно обследованный в предыдущий год Восточный Ронгбукский ледник и все подготовлено для атаки Северного перевала, этого ключа Джомолунгмы.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?