Текст книги "Пешки"
![](/books_files/covers/thumbs_240/peshki-7637.jpg)
Автор книги: Питер Барнес
Жанр: Зарубежная публицистика, Публицистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава I
НЕЗАКОННАЯ ВЛАСТЬ
Каждый человек в военной форме прежде всего гражданин и уже затем – военнослужащий.
Ричард М. Никсон, верховный главнокомандующий
1
Попробуйте проехать на машине через любой американский городок, и вы наверняка увидите на центральной площади или в тенистом парке памятник гражданам этого городка, погибшим на службе своей отчизне. Вокруг памятника очень спокойно. Люди читают местную газету, заполненную городскими новостями, и разговоры, которые вы услышите, чаще всего ведутся на сугубо местные темы. Однако названия мест сражений, выгравированные на постаменте, незнакомы. Они звучат по-иностранному: Шато-Тьерри, Гуадалканал, Инчон[4]4
Шато-Тьерри – местность во Франции, где американская армия вела тяжёлые бои с немцами в годы первой мировой войны; Гуадал канал – остров на Тихом океане (Соломоновы острова), на котором в ходе второй мировой войны был высажен один из первых десантов морской пехоты США; Инчон – район высадки американских войск во время интервенции США в Корее в 1950 г. – Прим. ред.
[Закрыть].
А вот взгляните, на окраине тихого городка Конкорд, в штате Массачусетс стоит памятник другого рода– это минитмен – американский партизан времён войны за независимость[5]5
Война североамериканских колоний Англии за независимость, в ходе которой в 1776 г. образовалось самостоятельное американское государство. – Прим. ред.
[Закрыть]. В одной руке он держит ружьё, а другой опирается на рукоятку плуга. На пьедестале стихи Ральфа Эмерсона[6]6
Ральф Уолдо Эмерсон (1803-1882)-американский философ, публицист и поэт. Был активным противником рабовладель-чества. – Прим. ред.
[Закрыть], напоминающие о «взявших оружие фермерах», которые с этого места в апреле 1775 года «сделали выстрел, прогремевший по всему миру».
Монумент у города Конкорд и другие более новые памятники погибшим последовательно отражают большие исторические перемены в той цели, которой служили американские солдаты. Грохот выстрелов минитменов, возможно, и разнёсся по всему миру, но сами минитмены не уходили далеко от своих фермерских усадеб в Массачусетсе. Они были прежде всего фермерами, а потом уже солдатами. Это – временные воины, взявшие оружие, когда их свободе угрожали приближавшиеся английские солдаты – «красные кафтаны». Вряд ли они могли себе представить, что через двести лет наше федеральное правительство будет одевать их потомков в мундиры солдат регулярной армии и вопреки их желанию посылать в бой против крестьян далёкой страны, называемой Вьетнамом.
Первые американские поселенцы не отказывались воевать, они признавали, что каждый мужчина должен нести воинскую повинность. Но они считали себя гражданами-солдатами, и прежде всего гражданами. Гражданин-солдат не отказывался от своих обязанностей и брал оружие, когда надо было защищать свои права. Более того, обязанности гражданина-солдата служить своему обществу носили чисто локальный и оборонительный характер. Правительство не имело права заставить его принимать участие в военных авантюрах вдали от родины. Подобная грязная работа считалась прерогативой профессиональных солдат вроде английских краснокафтанников, и американские поселенцы смотрели на неё с отвращением.
В последующие годы американцы участвовали во многих войнах. Но неизменно после каждой большой войны страна быстро проводила демобилизацию. Всё это было созвучно с традициями граждан-солдат. Американцы не отказывались периодически проходить военную подготовку и воевать, когда этого требовали обстоятельства, но они были непримиримы к тому, чтобы оставаться в военной форме длительлое время или отправляться воевать в отдалённые районы земного шара для достижения туманно сформулированных целей.
За последние двадцать с лишним лет все это изменилось самым драматическим образом. Америка превратилась в страну профессиональных солдат. Люди, которым дано оружие для защиты своей страны, лишены многих прав, гарантированных конституцией всем гражданам. В стране, которая когда-то была убежищем для людей, не желавших служить в регулярных армиях стран Европы, теперь создана наиболее массовая из когда-либо существовавших регулярных армий.
Армия как государственный институт, словно громадное бездушное чудовище, вызывает у американцев страх и опасения. Каждый год армия вбирает в себя сотни тысяч молодых мужчин и выбрасывает тех, кто прошёл переработку. Однако страх вызывают не только размеры вооружённых сил. Не в меньшей степени пугает и их роль внутри государства, та власть, которой располагает командование.
Современные социологи помимо других проблем занимаются исследованием так называемых «общих институтов» – учреждений типа больниц для умалишённых, тюрем, домов для престарелых и т. п. Один из социологов, Ирвинг Гоффман, следующим образом определяет характерные черты подобных учреждений: «Во-первых, жизнь человека, находящегося в подобном учреждении, проходит в одном и том же ограниченном месте и под низменным единым управлением. Во-вторых, каждая фаза его ежедневной деятельности происходит в постоянном и непосредственном окружении большой группы ему подобных, с которыми обращаются так же, как и с ним, и от всех требуют выполнения одинаковых действий. В-третьих, все фазы ежедневной деятельности тщательно спланированы так, что действия переходят одно в другое в заданное время, а вся последовательность действий определена официальными правилами, устанавливаемыми соответствующим руководящим органом. Наконец, разнообразные мероприятия связываются в единый рациональный план, специально разработанный для достижения официальных целей учреждения».
Совершенно ясно, что вооружённые силы являются крупнейшим «общим институтом» Америки. Солдаты должны в нём питаться и спать, работать и развлекаться. Если они погибают, то и похороны осуществляют вооружённые силы. Двадцать четыре часа в сутки наши солдаты под контролем своих командиров и начальников копошатся, как муравьи, всегда под надзором, никогда не предоставляемые самим себе. Их время распределяет командир, он же распоряжается их внешностью, правилами поведения и в некоторой степени – их мыслями.
Во всяком «общем институте» структура власти строится так, чтобы его обитатели вели себя в соответствии с планами стражников. В нашей армии власть распределена по тщательно разработанной пирамиде таким образом, что находящиеся на её вершине применяют свою власть к расположенным ниже путём издания директив, инструкций и приказов. Характер этих правил таков, что человек, находящийся внизу, не может их игнорировать. Очень редко в вооружённых силах солдаты обращаются за помощью к государству, почти никогда не бывает жалоб по команде, а нарушителям этих принципов редко удаётся избежать наказания.
Люди, находящиеся в основании военной пирамиды– рядовые и сержанты, – не имеют никакой власти даже над собственной жизнью. Отсутствие права распоряжаться собой касается не только наиболее жизненных вопросов, таких, как стремление избежать смерти, но и совершенно тривиальных деталей ежедневного существования. Солдатам говорят, когда вставать, что носить, как ходить, разговаривать, и, уже совершенно ультимативно, определяют, идти ли с винтовкой по рисовым полям Вьетнама, или сидеть в гарнизоне в Северной Каролине. По своей численности и социальным условиям эти люди – рядовые солдаты – составляют класс, который в настоящее время со многих точек зрения можно назвать наиболее угнетённым классом в Америке.
Конечно, такой чрезвычайный институт социальной машины, каким являются современные американские вооружённые силы, не возник из мглы истории специально для американцев. Он был создан и его терпели из-за того, что он выполнял, по крайней мере теоретически, конкретную задачу – защиту нации.
Наше несчастье заключается в том, что современные вооружённые силы США выполняют не только функцию защиты государства. Вся военная система используется прежде всего в интересах внешней политики государства, которая может быть и не связана с обороной. Именно в связи с этими функциями вооружённых сил и возникают наиболее серьёзные сомнения в законности той власти, которую захватили военные в США.
Офицер американских вооружённых сил, вероятно, отверг бы утверждение о существовании значительных различий между функциями защиты государства и функциями, направленными на проведение внешней политики страны. Задачей вооружённых сил, заявил бы он не задумываясь, является выполнение приказов верховного главнокомандующего. А так как верховный главнокомандующий – президент и избран народом, то всё, что бы он ни приказал, является законным.
Тем не менее некоторые проблемы остаются даже и после этого стандартного оправдания власти военных. Хотя президент и является верховным главнокомандующим, он не может единолично определять и проводить внешнюю политику США. И, что особенно важно, он не уполномочен согласно конституции объявлять войну. Ещё основатели государства определили, что только конгресс может решить, когда вооружённые силы могут быть использованы по своему основному назначению.
Более того, роль вооружённых сил в проведении внешней политики США была далека от современной. Для Америки было традицией создавать вооружённые силы для конкретной цели: завоевание независимости от Англии, аннексирование канадских, мексиканских и испанских территорий, отражение немецкой и японской агрессий. Каковы бы ни были эти цели, США вначале всегда определяли задачи своих вооружённых сил, а затем уже создавали эти силы, чтобы бороться за достижение поставленной цели.
В современных условиях телегу поставили перед лошадью. Американские вооружённые силы теперь не просто проводят заранее разработанную политику, но играют основную роль в её формировании. США содержат 10 000 солдат в Турции, 1600 – в Эфиопии, несколько тысяч в странах Латинской Америки, а всего – около миллиона человек в тридцати иностранных государствах[7]7
В данном случае, правильно называя общую цифру американских войск, находящихся на чужой территории, автор довольно своеобразно выбирает отдельные страны, где дислоцируется американская военщина. Уж если перечислять, то следовало бы прежде всего назвать ФРГ, Англию, Испанию, Италию, Бельгию, Голландию и другие европейские государства, где находится свыше 330 тыс. американских солдат и офицеров, Японию (50 тыс.), Южную Корею (40 тыс.), Таиланд (40 тыс.) и др. – Прим. ред.
[Закрыть], В Вашингтоне, так же как и за рубежом, вооружённые силы развернули бюрократическую организацию с собственными разведывательными учреждениями и. миллионными фондами для формирования общественного мнения, политической обработки населения и конгрессменов.
В целом вооружённые силы США – это крупнейшая в мире корпорация, жизненно заинтересованная в своём сохранении и расширении. Когда их представители появляются перед ошеломлёнными гражданскими руководителями, держа в руках свои информационные документы, изложенные обтекаемыми формулировками, и заранее разработанные планы войны с уверенным предсказанием победы, спорить с ними бывает трудно.
Влиянию военных на внешнюю политику страны в значительной мере способствует соперничество видов вооружённых сил. В начале 60-х годов все четыре вида вооружённых сил[8]8
Вооружённые силы США состоят из трех видов – сухопутные войска (армия), военно-морские силы и военно-воздушные силы. Несколько особый статут имеет морская пехота, которая, хотя формально и входит в состав ВМС, пользуется некоторой самостоятельностью. В частности, морская пехота является единственным формированием вооружённых сил США, которое президент может ввести в боевые действия, не спрашивая даже формального разрешения со стороны конгресса. Представитель морской пехоты (её командующий), не являясь членом комитета начальников штабов, имеет право голоса на его заседаниях, когда вопрос касается морской пехоты. Этим объясняется тот факт, что в американской печати, в том числе и в военной, подчас говорится не о трех, а о четырех видах вооружённых сил США. – Прим. ред.
[Закрыть]соревновались между собой в наращивании боевого состава во Вьетнаме. Военно-воздушные силы стремились доказать, что лишь бомбардировки являются эффективным средством для борьбы с партизанами и повстанцами. Военно-морские силы тщились показать, что обстрел с моря объектов на берегу сохранил свою большую эффективность со времён первой и второй мировых войн. Морская пехота ревниво отнеслась к растущей роли сухопутных сил в Юго-Восточной Азии. Многие офицеры морской пехоты беспокоились, что их вид вооружённых сил окажется в опасности, если не сможет доказать свою необходимость.
После того как в феврале 1965 года в Плейку[9]9
Американская база на центральном плоскогорье Южного Вьетнама, разгромленная народными вооружёнными силами освобождения Вьетнама в феврале 1965 г. – Прим. ред.
[Закрыть] был атакован лагерь американских войск специального назначения, между видами вооружённых сил началась отчаянная борьба за наиболее широкое участие в войне в Индокитае.
Короче говоря, сейчас уже невозможно говорить о вооружённых силах, послушно следующих за президентом, и о президенте, выполняющим волю народа. В самом прямом смысле слова в настоящее время военщина руководит президентом, а президент соответственно предопределяет деятельность страны.
Каким же образом мы должны определить допустимые размеры той огромной власти, которой располагает военное ведомство над миллионами американских граждан? Ответ очень простой. Военная власть должна быть ограничена законом до такой степени, при которой она станет созвучной с современными стандартами справедливости и человечности. Эта власть может быть допущена только тогда, когда внешняя политика, проводимая военными, непосредственно относится к защите нации или её ближайших демократических союзников, когда она осуществляется конституционным путём, т. е. выражает волю страны через решения избранных народом представителей[10]10
Подобная явно идеалистическая, далёкая от истины точка зрения характерна для многих представителей американской либеральной буржуазии, пропагандирующих совершенно утопичные для антинародного государства теории «восстановления конституционных прав конгресса», «ограничения роли и власти военных» и т. п. – Прим. ред.
[Закрыть].
Краткий обзор американской истории показывает, как по мере усиления власти военных уменьшается законность этой власти.
2
Было время, когда американские вооружённые силы опирались на демократический дух своего народа и считались с его нуждами. Ни одна из колоний[11]11
Имеются в виду территории, ставшие впоследствии первыми штатами США. – Прим. ред.
[Закрыть] не могла позволить себе содержать регулярные войска, да и не имела для этого ни малейшего желания. Однако необходимость защиты от нападения индейцев существовала, и все колонии, кроме населённой квакерами Пенсильвании, в качестве меры предосторожности создали народную милицию. Милиция основывалась на принципе всеобщей воинской повинности. Все мужчины в возрасте от 16 до 60 лет должны были приобрести оружие и принять участие в учебных сборах пять-шесть раз в году. В Новой Англии[12]12
Территория, охватывающая шесть штатов на северо-востоке страны: Коннектикут, Массачусетс, Род-Айленд, Вермонт, Нью-Гэмпшир и Мэн. – Прим. ред.
[Закрыть] командиры рот милиции выбирались; в колонии Массачусетс командование всей милицией возлагалось также на выборное лицо. В других колониях милицией командовал губернатор колонии, а законодательное собрание осуществляло контроль над расходами и наблюдало за действиями милиции.
На практике никогда не было необходимости призывать на военную службу одновременно всех годных по состоянию здоровья мужчин колонии. Поэтому, когда требовались войска для конкретной кампании, законодательные органы назначали местным милиционным районам квоты на комплектование войск. На местах объявлялся набор добровольцев в милицию; если квота не выполнялась, объявлялся принудительный призыв на время всей кампании. Тем не менее при отсутствии чрезвычайных обстоятельств милиционеров не могли направить против их воли в экспедицию за пределы колонии.
Такая форма военной организации вполне устраивала поселенцев. Будучи фермерами, ремесленниками и торговцами, колонисты имели своей основной целью добычу средств существования. У них не было необходимости создавать профессиональное войско как особый класс, отделённый от общества, им обеспечиваемый и, по существу, опасный для него. Милиционная система прекрасно действовала, когда дело касалось местных проблем, прежде всего кампаний против индейских племён.
Создание первой регулярной армии в Америке обусловила революция[13]13
Так автор называет войну американских колоний за независимость (1775-1783 гг.). – Прим. ред.
[Закрыть]. Но несмотря на важность причины, Континентальный конгресс был в этом вопросе осторожен. Меньше всего конгресс хотел приобрести вместе с армией собственного Кромвеля, выросшего в рядах общенациональных вооружённых сил, и, хотя Вашингтон не был к этому склонен, конгресс внимательно следил за его деятельностью.
Регулярные части континентальной армии состояли из полков милиции, представляемых в распоряжение правительства штатами, и от Дж. Вашингтона требовалось сформировать из них дисциплинированное войско. Эти полки, солдаты которых немедленно возвращались к своим фермам, как только заканчивался короткий срок их службы, не годились для ведения классической, по европейским нормам, войны, которая, по мнению Вашингтона, была необходима для разгрома английских краснокафтанников.
Временами в ходе восьмилетней борьбы казалось, что армия Вашингтона полностью распадётся. Добровольцев, продовольствия и боеприпасов часто было до смешного мало. Но Вашингтон сохранил армию и постепенно начал прививать ей дисциплину. Наказания за нарушение инструкций и порядка были строгими. Излюбленным средством воспитания у Вашингтона была порка. Он уговорил конгресс увеличить допустимое число ударов с тридцати девяти до ста. Он даже иногда утверждал запрещённое конгрессом наказание-прогонять солдат сквозь строй. Опираясь на опыт барона фон Штобена[14]14
Один из близких советников генерала Джорджа Вашингтона. – Прим.pед.
[Закрыть], помнившего ещё двор короля Фридриха Великого, он обучал солдат континентальной армии с чисто прусской строгостью.
Несмотря на все свои слабости и недостатки, милиционные формирования играли важную роль во всей революции, и маловероятно, что она была бы успешной без них.
Однако люди, которые собрались в Филадельфии четыре года спустя[15]15
Имеется в виду так называемый «Конституционный конвент» (съезд представителей колоний), начавший свою работу в мае 1787 г. и принявший 17 сентября этого года конституцию США. – Прим. ред.
[Закрыть], отнеслись немного внимательнее к вопросу о регулярной армии. Хотя многие из них считали, что «очень невероятно предположение, что какой-либо народ может долгое время оставаться независимым при наличии сильной военной организации в сердце государства, если эта организация не находится под контролем народа», составители конституции нашли компромиссное решение. Было признано целесообразным иметь две военные организации в Америке: народную милицию, занятую на военной службе только часть времени и подчинённую администрации штатов, и регулярную армию, постоянно находящуюся в боеготовности и управляемую правительством страны. При этом имелось в виду, что из двух частей большей будет милиция. Предполагалось также, что, несмотря на сохранение всеобщей воинской повинности в Америке, гражданин будет обязан служить только в своей местной милиции, общенациональная же армия должна комплектоваться исключительно добровольцами. Более того, было чётко разъяснено, что милиция может использоваться на федеральной службе только по следующим трём причинам: «для поддержания законов Союза, подавления мятежей и отражения нападения захватчиков». Иными словами, солдаты этих формирований могли привлекаться лишь для сохранения внутреннего порядка и защиты от нападения, но они не могли быть использованы для боевых действий, не связанных с обороной.
Право объявления мобилизации было предоставлено конгрессу со многими оговорками. Прежде всего считалось, что регулярная федеральная армия потребуется для борьбы с индейцами и для подавления народных восстаний (восстание Шейса[16]16
Даниел Ш е й с (1747-1825)-руководитель восстания фермерской бедноты в США в 1786-1787 гг. Активный участник революционной войны американских колоний Англии за независимость, был капитаном в армии Вашингтона. Восстание, которое возглавил Д. Шейс, было актом протеста беднейших слоёв крестьянского населения Америки, трудового народа против политики правящих кругов, поспешивших сразу же после победы над англичанами начать беспощадное наступление на интересы народных масс, резко усиливших налоговый гнёт, систему подавления. Из-за своего ограниченного характера и отсутствия контакта с другими слоями трудового населения Америки восстание Д. Шейса не принесло успеха. Оно было потоплено в крови, а с его руководителями власти беспощадно расправились. – Прим. ред.
[Закрыть], вспыхнувшее за год до этого, постоянно упоминалось законодателями, хотя оно было успешно подавлено массачусетской милицией). При предоставлении федеральному правительству права создать регулярную армию были введены многочисленные оговорки, преследовавшие цель обезопасить страну от возможности аккумулирования вооружёнными силами несанкционированной власти над гражданским руководством страны.
Во-первых, было установлено, или по крайней мере это подразумевалось, что ни один гражданин не может быть принуждён служить в регулярной армии или предоставлять постой для её солдат. Губернатор Виргинии Эдмунд Рэндольф несомненно выразил чувства основной массы делегатов конвента, когда заявил, что только «завербованными», а не «призывниками» должны комплектоваться национальные вооружённые силы[17]17
Эта и все последующие ссылки и цитаты из выступлений делегатов на конвенте, принявшем конституцию страны, взяты из книги Джеймса Мэдисона «Заметки о выступлениях на федеральном конвенте 1787 г.» (James Madison. Notes on Debates in the Federal Convention of 1787, Ohio University Press, 1966), -Прим.авт.
[Закрыть].
Во-вторых, почти все участники конвента предполагали, что регулярная национальная армия будет всегда небольшой. Элбридж Джерри от Массачусетса предложил записать в один из пунктов конституции гарантию, заключающуюся в том, «что в мирное время в армии не будет содержаться более чем… тысяч человек». Согласно Мэдисону, он имел в виду «заполнить этот пропуск цифрой „два“ или „три“. И несмотря на то что предложение Джерри не получило необходимого большинства голосов, из прений было ясно, что создатели конституции находили „регулярную армию в мирное время ненужной, если не считать нескольких гарнизонов“.
Для уверенности в том, что регулярная армия сохранится небольшой и не будет увеличена честолюбивыми руководителями, право утверждать смету военных расходов было предоставлено только конгрессу. Более того, даже конгресс при распределении средств на вооружённые силы удерживался от опрометчивых решений оговоркой о том, что «никакие ассигнования (на вооружённые силы)… не могут быть утверждены на срок продолжительностью более двух лет». Ни в какой другой области управления государством власть конгресса над денежными средствами не ограничивалась до такой степени.
В-третьих, наконец, конвент определил, что высшей властью над этими, даже незначительными, вооружёнными силами будет обладать законодательный, а не исполнительный орган. Президент, по новой конституции, оставался главнокомандующим вооружёнными силами во время их использования, но за конгрессом сохранялась власть решать, когда использовать вооружённые силы, устанавливать для них нормы поведения и, что наиболее важно, объявлять войну. Прения на заседаниях конвента совершенно чётко показывали намерения делегатов дать конгрессу власть «объявлять» войну именно в смысле начать войну, а не вообще заявлять формально о существовании враждебных отношений. Первоначально в формулировке пункта о праве конгресса объявлять войну стояло слово «вести» войну. Мэдисон тогда предложил заменить слово «вести» на «объявлять» с тем, чтобы президент имел возможность «отразить» внезапное нападение. Эта поправка была принята восемью голосами против одного (против проголосовал представитель штата НьюТэмпшир). Таким образом, президент мог защитить нацию в случае, если другая страна внезапно (курсив автора) первой нападёт на Соединённые Штаты, но не получал возможность начать войну ни в каком другом случае, Томас Джефферсон[18]18
Tомас Джефферсон (1743-1826)-талантливый просветитель-демократ, составивший при участии У. Франклина, Дж. Адамса и других американских политических деятелей так называемую Декларацию независимости, которая 4 июля 1776 г. на 2-м Континентальном конгрессе провозгласила независимость североамериканских колоний Англии. В 1801-1809 гг. Джефферсон был президентом США. – Прим. ред.
[Закрыть] не присутствовал на заседаниях конвента, но был полностью согласен с формулировкой, по которой президент не имел права начинать войну. «Нами уже представлен один образец эффективного контроля над псом войны, – писал он Мэдисону в 1789 году, – тем, что власть спустить его с цепи передана от исполнительного к законодательному органу, т. е. от тех, кто тратит, к тем, кто платит».
Конгрессы первых лет существования федерации стремились усилить конституционные гарантии от возможных посягательств со стороны мощной регулярной армии, состоящей из профессиональных военных.
Война 1812 года показала как слабые стороны, так и преимущества двойной военной системы. Действия милиции в обороне не всегда были достаточно удачными. Под Бладенсбургом, например, ей сильно не повезло, когда крупная рейдовая группа англичан совершила обход и окружила войска, защищавшие город Вашингтон. В качестве примера успешных действий милиции можно вспомнить разгром восьмитысячной группировки регулярных английских войск в окрестностях Нового Орлеана, который защищало пёстрое сборище милиционеров, моряков и свободных негров под командованием Эндрю Джексона.
Более интересными оказались действия милиции в наступательных операциях. Первой войной, которую спланировали и начали Соединённые Штаты, была агрессивная война против Канады. Президент Мэдисон обратился тогда к губернаторам штатов Новой Англии с предложением предоставить на федеральную военную службу столько милиционеров, сколько потребуется генералу Генри Дирборну. Губернаторы выступили против этой войны и призыва милиции, считая, что на Америку никто не нападёт и армия не потребуется. Дирборну все же удалось собрать кое-какие силы, состоящие из регулярных войск и милицейских формирований. Войска направились к Монреалю вдоль берега озера Шамплэйн, но, к великому разочарованию Дирборна, большинство милиционеров отказалось пересечь границу и вступить на территорию Канады. В ответ на все приказы они повторяли, что конституция требует от них только отражения нападения, а нападения не было. Так был сорван первый агрессивный замысел Соединённых Штатов Америки. Примечательно, что, когда в 1814 году англичане совершили нападение на побережье Новой Англии, тысячи добровольцев вступили в регулярную армию.
Нельзя не отметить ещё один аспект войны 1812 года, оставшийся в тени. Непокорность штатов Новой Англии и обескураживающе малое число добровольцев в других местах заставили Мэдисона предложить первый в Америке общенациональный проект закона об обязательной воинской повинности. Даниель Уэбстер[19]19
Даниель Уэбстер (1782-1852) – американский политический деятель, конгрессмен, известен как выдающийся оратор. – Прим. ред.
[Закрыть] назвал тогда это предложение скрытой попыткой обойти конституционные ограничения в использовании для федеральных целей граждан-солдат, разъясняя, что:
«Законопроект предусматривает фактически создание регулярной армии вразрез с существующим порядком, посредством призыва не для целей „отражения агрессии, подавления мятежей и исполнения требований закона“, а для военных целей вообще – для обороны страны или для захвата чужих территорий, в зависимости от того, что покажется более целесообразным; не из-за внезапно возникшей чрезвычайной обстановки и не временно, а на длительный период – на два года, если в конце концов пройдёт предложение сената, или на один год, если будет принята поправка палаты представителей».
Несмотря на красноречие Уэбстера, сенат утвердил законопроект о призыве на двухлетний срок. Однако в 1814 году, когда война подошла к концу, принятое решение было отменено конгрессом.
В годы, предшествовавшие гражданской войне[20]20
Война 1861 —1865 гг., в которой рабовладельческие штаты Юга, создавшие так называемую «конфедерацию», выступали против штатов промышленного Севера, призывавших к отмене рабства негров. Война закончилась поражением южан и формальной отменой рабства на всей территории США. – Прим. ред.
[Закрыть], регулярная армия все же была создана и значительно выросла по своему составу и военной выучке. В то время как солдаты и сержанты набирались из числа беднейших и наименее грамотных слоёв общества, военное училище в Вест-Пойнте начало выпускать хорошо подготовленных офицеров, среди которых не так уж мало было и политических честолюбцев. Численность армии выросла до 6000 человек к 1830 году и до 12 000 к 1840 году.
Война с Мексикой явилась важной исторической вехой для вооружённых сил во многих отношениях. Она не только дала возможность проверить американских солдат в большом заграничном походе, но стала также первым примером того, как главнокомандующий американскими вооружёнными силами превысил определённые конституцией границы власти президента в вопросах объявления войны.
Все предшествующие президенты тщательно соблюдали эти конституционные рамки. Джон Адамс и Томас Джефферсон отвечали на международные осложнения в американской торговле тем, что обращались к конгрессу за разрешением организовать защиту кораблей в море. Джеймс Мэдисон настоял в 1812 году на том, что решение объявлять или не объявлять войну Англии должно приниматься законодательными органами, как это предопределено конституцией.
В противоположность им президент Джеймс К. Полк безо всякого разрешения конгресса направил около четырех тысяч американских солдат под командованием Захари Тейлора на территорию, всегда считавшуюся частью Мексики.
Тейлор начал строить форт на этой земле с целью воспрепятствовать плаванию мексиканских судов по Рио-Гранде. Неудивительно, что мексиканцы атаковали силы Тейлора, и после этого конгресс разрешил дальнейшие боевые действия против Мексики. Однако спустя два года, при обсуждении в конгрессе резолюции, выносившей благодарность генералу Тейлору, палата представителей 85 голосами против 81 приняла поправку, по которой война объявлялась «ненужной и начатой президентом вопреки конституции Соединённых Штатов».
В середине XIX века по мере увеличения численности и с ростом влияния регулярной армии значение милиции ослабло. Штаты были определённо безразличны ко всеобщей военной обязанности мужского населения и не cтремились организовать эффективную подготовку милиции. Несмотря на то что некоторые отборные подразделения самостоятельно поддерживали свою боевую готовность, большинство сборов частей и подразделений милиции служило предлогом для попоек и веселья, а не для серьёзных занятий.
Федеральное правительство не было склонно исправлять эти недостатки. Президент Полк понимал, что милиционные войска не подходят для выполнения его замыслов. Он обошёл конституционные ограничения в использовании граждан-солдат для агрессивных войн и создал регулярную армию, состоящую из добровольцев и возглавляемую кадровым офицерским корпусом.
В 1861 году восстание, которое назревало десятилетиями, наконец разразилось. Почти треть офицеров регулярной армии вышла в отставку и перешла на сторону повстанцев-южан. Новый президент – Авраам Линкольн призвал милиционеров северных штатов на федеральную службу сроком на три месяца до созыва конгресса. Гражданская война развивалась самым серьёзным образом, и призванным пришлось драться, хотя и не очень успешно, на реке Бул-Ран[21]21
Небольшая река на северо-востоке штата Виргиния. —Прим. ред.
[Закрыть].
Когда в июле 1861 года собрался конгресс, Конфедерация[22]22
Конфедерация штатов Америки, созданная одиннадцатью южными штатами, отделившимися от северных в 1860-1861 гг. – Прим. ред.
[Закрыть] и Союз[23]23
Так называлась группировка штатов, сохранивших верность правительству Соединённых Штатов Америки. – Прим. ред.
[Закрыть] высказались за создание массовых регулярных армий, комплектуемых добровольцами, подписавшими контракт на длительный срок. Вскоре после сражения на реке Бул-Ран съезд Конфедерации проголосовал за увеличение армии до 400 000 человек со сроком службы до трех лет. Чтобы не отстать, съезд Союза принял решение о формировании миллионной армии, однако при этом была сделана оговорка, что армия должна быть сокращена до 25 000 человек, как только мир будет восстановлен.
С самого начала энтузиазм добровольцев у обеих сторон был настолько велик, что в армию не могли зачислить всех желающих. На Севере части добровольцев, официально не считавшиеся милиционными формированиями, на деле были именно таковыми: без единой формы одежды, со слабой дисциплиной. Офицеры в ротах, как и ранее в милиции, обычно избирались, хотя высшие командиры часто являлись ставленниками политических деятелей.
По мере того как тянулась война, которой не было видно конца, обе стороны поняли, что потребность в живой силе превосходит число добровольцев. Для поступающих в армию вводились все новые и новые льготы и привилегии, но это не давало результатов. Боевые потери и дезертирство росли. Вскоре Конфедерация, а за ней Союз пришли к мысли о необходимости призыва.
Закон конфедератов о всеобщем призыве 1862 года объявлял обязательной воинскую службу всего белого мужского населения в возрасте от 17 до 50 лет. Лица, занятые в важных отраслях военной промышленности, могли быть освобождены от службы по усмотрению исполнительных органов. Рабовладельцы и надсмотрщики также освобождались, если они владели или управляли не менее чем пятьюдесятью рабами, которые ранее были замешаны в волнениях классового характера. Этот закон о призыве на военную службу дал Конфедерации около 300 000 солдат, что составило почти треть общей численности её вооружённых сил.
На Севере Актом о регистрации 1863 года была введена федеральная воинская повинность всего мужского населения от 20 до 45 лет. Во исполнение этого закона офицеры военной полиции ходили по домам и регистрировали годных к военной службе мужчин. Однако закон имел много оговорок, благоприятных главным образом для состоятельных. Например, за 300 долларов призываемый гражданин мог купить отсрочку. Он даже мог и за меньшую сумму просто нанять кого-либо вместо себя.
Проведение в жизнь закона о призыве встретило повсеместное сопротивление. В некоторых штатах были приняты законы, разрешающие за плату получать освобождение от призыва. В результате выступлений против закона о призыве в Нью-Йорке было убито 1200 человек, демонстрации протеста прошли во многих других местах. Случаи уклонения от призыва стали весьма частыми. Регистрирующих «маршалов» обманывали, от них скрывались, их даже избивали. Вдоль границы с Канадой возникли целые поселения, где скрывались сбежавшие из различных районов страны призывники. Многие уходили в Калифорнию или в шахтёрские города Скалистых гор. Наконец на основании Акта о регистрации было зарегистрировано только 249 259 человек, из которых 86 724 избежали службы, выкупив отсрочку, а 116 188 послали вместо себя наёмников.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?