Текст книги "Семь чудес и временной разлом"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sem-chudes-i-vremennoy-razlom-115343.jpg)
Автор книги: Питер Леранжис
Жанр: Зарубежные детские книги, Детские книги
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Питер Леранжис
Семь чудес и временной разлом
Seven Wonders: Book 5. The Legend of the Rift
Copyright 2016 by Peter Lerangis
Published by arrangement with HarperCollins Children's Books, a division of HarperCollins Publishers
© Демина А. В., перевод на русский язык, 2016
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2016
* * *
Эта книга посвящается читателям серии «Семь чудес» во всем мире.
Для меня вы все Избранные.
Глава 1
Первый день конца света
Ты понимаешь, что достиг самого дна, когда стоишь на пляже, смотришь на горизонт и не замечаешь, что утопаешь по щиколотки в мертвой рыбе.
Окажись я здесь минут на десять раньше – и вода доходила бы мне до плеч. Сейчас же я стоял на влажной пологой равнине, усыпанной камнями, обрывками веревок, бутылками, крабами, рыбами, одной огромной, но неподвижной акулой и сгнившими останками затонувшего когда-то давно старого корабля.
Наш тропический остров взметнулся вверх, точно на скоростном лифте. Десять минут назад король Атлантиды Ула’ар открыл временной разлом, что, согласно легенде, должно было привести к подъему континента со дна морского. Но прямо сейчас мне не было особого дела до легенд. Потому что, когда он прыгнул в тот разлом, он забрал с собой Эли Блек. В одну минуту они были здесь, в следующую – та-дам! – прыжок, и все. Вернулись в прошлое. Назад в Атлантиду.
Лишившись Эли, я точно лишился части себя самого.
Так что в первый день конца света я, Джек Маккинли, чувствовал себя так, будто кто-то сунул руку мне в горло и вырвал из моей груди сердце.
– Джек! Марко! Касс! Элоиза!
Мама.
Я развернулся на ее голос. Она стояла на песчаной части пляжа и поглядывала себе за спину. Позади нас из джунглей выбежала группа перепуганных солдат Масса. Марко Рамсей, Касс Уильямс и его сестра Элоиза стояли по бокам от меня. И лишь тогда я впервые заметил рыб. Когда одна, особенно страшная, хлестнула меня по левой щиколотке плавником.
– Выглядят мерзко, – сказала Элоиза.
– А они очень высоко о тебе отзывались, – заметил Касс.
Элоиза воззрилась на него в крайнем недоумении:
– Кто, Масса?
– Нет, рыбы, – ответил Касс. – Разве ты говорила не о…
– Я говорила о них! – Элоиза указала на мечущихся солдат. – Слышали, что сказала сестра Нэнси? Она предупреждала нас держаться от них подальше.
Откуда-то из-за деревьев донесся пронзительный крик плюющегося ядом виззита, за ним последовал гортанный вопль какого-то солдата. Штаб Масса находился по ту сторону джунглей, и солдаты и ученые бежали сюда узнать, что случилось.
Они ощутили землетрясение, но понятия не имели о разломе. И обо всех чудовищах, что успели через него пройти.
– Ох, блин, ну и засада, – сказал Марко. – Видали этих зубастиков? Они сейчас прямо вау – греческий обед, бесплатная доставка!
Кто-то из Масса устраивал раненых товарищей на песке. Другие в растерянности и панике бежали по мокрому, засыпанному рыбой пляжу к нам. Третьих, чьи желудки не выдержали жуткой тряски земли под ногами, выворачивало наизнанку в тростниках. Мама пыталась всех их успокоить, объясняла, что произошло в кальдере. На ней была коричневая, напоминающая монашескую рясу форма Масса – как из каталога одежды 1643 года. Солдаты относились к ней с уважением, но они не знали, что она была а) моей мамой и б) шпионом повстанцев. А Торквин, наш любимый семифутовый телохранитель, стоял прямо позади нас и ковырял в носу, как он всегда делал, когда нервничал.
– Мы видели, как исчезла Эли, Джек, – сказал Касс. – Что будем делать?
Думать было тяжело. Была еще одна огромная проблема, о которой никто из нас не хотел говорить, – Ула’ар забрал с собой локулус силы. А если мы не найдем все семь магических атлантийских локули, наш ген 7ЧС совершенно точно убьет нас перед нашим четырнадцатым днем рождения. То есть если хотя бы один локулус окажется утрачен – нам крышка.
Рыбы здорово меня отвлекали, поэтому я повел нашу группу на твердую землю. Стоило нам сдвинуться с места, как ребята из Масса стали что-то орать друг другу, преимущественно на греческом. Они толкались и пихались, не отрывая возбужденных взглядов от останков корабля, который, словно скелет динозавра, торчал, наклонившись вбок, из грязного склона ярдах в пятидесяти от пляжа. Его мачта сломалась и покосилась, с рей, точно давно забытое постиранное белье, свисали водоросли, а деревянный корпус облепили раковины. Удивительно, но даже после более чем столетнего пребывания под водой название корабля все еще можно было различить.
«Энигма».
– Чуваки, считайте меня чокнутым, – сказал Марко, отпихнув пару оказавшихся у нас на пути солдат, – но вам не кажется, что ответ может быть там, на корабле?
– Ты чокнутый, – отозвался Касс.
Лапищи Марко, размера этак сорок седьмого, с чавкающим звуком двинулись в сторону корабля.
– Ладно, послушайте меня немного… Этот корабль того парня с портрета, так? Ну того, что открыл этот остров в восемнадцатом веке. Марвин или Берман.
– Герман Вендерс, – подсказал Касс.
– Точно, – не смутился Марко. – Вот я и думаю, что нам стоит пойти и исследовать останки. Вендерс же вроде как был гением, так? Что, если он оставил нечто важное, не знаю – карты, записи, тайны? Я хочу сказать, это же он открыл разлом, так? Может, он знает и как справиться со всем этим без неприятных последствий?
– Побудем пиратами! – Элоиза, театрально прихрамывая, заковыляла к кораблю. – Аррргх! Йо-хо-хо, тысяча чертей! Отдраить палубу! А то задницу порву на щупальца осьминога!
Судя по выражению лица Касса, он хотел, чтобы его давно пропавшая сестра так и оставалась потерянной.
Зато мрачное настроение Торквина улучшилось, и он шумно фыркнул своим свежевычищенным носом-картошкой. И при обычных обстоятельствах это было то еще зрелище, но сейчас это выглядело особенно жутко. В последние дни Торквин напоминал окунувшегося в ванну с кислотой Халка. Его лицо все еще было черным и в ожогах после взрыва автомобиля в Греции, а от его когда-то рыжей гривы осталось лишь несколько обгоревших клочков.
– Ха. Она сказала «задница». Смешная девчонка.
– Может, вернемся к разлому и предложим королю обмен? – пробормотал Касс. – Мы забираем Эли, а он – Элоизу.
Услышав это, Элоиза подобрала мертвого угря и швырнула его в брата. Тот, хихикнув, увернулся. Они вели себя как любые другие братья и сестры, ссорившиеся сколько себя помнили. Что было странно, так как до недавнего времени Касс и знать не знал, что у него есть сестра. Их родители были в тюрьме, а они всю жизнь переезжали из одной приемной семьи в другую, так что, наверное, сейчас им обоим хотелось восполнить недостававшее.
– Вообще-то я пытаюсь быть серьезным, – раздраженно заметил Марко, – и вот что получаю.
– Они спускают пар, – пояснил я. – Пытаются вести себя нормально.
Сложно было их винить. Если бы старик Герман Вендерс не прибыл на этот богом забытый остров, может, последователи Караи никогда бы не построили здесь свой институт. И тогда никто бы не открыл атлантийский ген 7ЧС, который во много раз усиливает твой талант, но убивает тебя по достижении четырнадцати лет. И я был бы самым обычным тринадцатилетним мальчиком из Индианы, беспокоящимся о контрольной по математике и периодически терпящим нападки Барри Риза. Да, вскоре я бы умер, но по крайней мере я бы пребывал в счастливом неведении касаемо своей участи. И я бы не потратил последние несколько недель на поиски семи локули, которые должны нас исцелить – и, как стало ясно теперь, – которые нам не суждено было найти. И Эли все еще была бы здесь.
Но он прибыл, и они построили, и я не был самым обычным мальчиком, и мы искали локули, и ее здесь не было. И через четыре месяца я стану экс-Джеком, мальчиком с геном 7ЧС и Без Таланта.
Интересно, подумалось мне, выпадет мне шанс хотя бы попрощаться с папой? Где он сейчас – все еще в греческом аэропорту, где мы его оставили? Сумею ли я когда-нибудь поговорить с ним еще раз?
– Земля вызывает Джека! – повысил голос Касс.
Я оглянулся на царящую вокруг нас неразбериху.
– Ладно, если мы ничего не будем делать, мы трупы, – заговорил я. – Из-за землетрясения и корабля Масса растеряны, но это не навсегда. Их внимание вновь переключится на нас. Марко, пойти на корабль – это классная идея. Но я считаю, сейчас мы должны попытаться вернуть Эли.
– И где наша армия, чтобы провернуть это? – спросил Касс, обернувшись в сторону джунглей.
Марко выпятил грудь:
– Кому нужна армия, когда у вас есть Марко Великолепный?
– Ты видел ту… штуку, что застряла в разломе? – спросил Касс. – Она была огромной. И… И… зеленой. И куда великолепнее тебя!
– Ты про ту штуку, которую я заколол? Не стоит благодарности, – сказал Марко.
– Да, но что насчет всех остальных жутких тварей, успевших сбежать? Прислушайтесь. Просто послушайте! – Касс повернулся к джунглям, которые гудели от топота и криков перепуганных животных. – Видите, что стало с Масса? Там виззиты, и грифоны, и вромаски… их сотни!
Марко задумчиво кивнул:
– Ну да, пределы возможностей есть даже у совершенного человеческого создания.
– Еще никогда я не слышал от тебя более скромного заявления, – съязвил Касс.
– Значит, мы воспользуемся локулусом невидимости и локулусом полета. Просто пролетим над ними. Они даже не поймут, что мы… – Марко вдруг осекся на середине фразы. – Э-э, кто-нибудь из вас же взял с собой рюкзак, да?
Касс помотал головой. Я помотал головой. Сердце ухнуло в груди, как перегруженный лифт.
– Не-а, – отозвался Торквин.
– А осколки локулуса исцеления? – спросил Марко.
– Все произошло так быстро… – протянул я.
Марко закрыл лицо ладонью:
– Ну вы даете! Я думал, это я у нас тупой! Но, похоже, теперь в углу идиотов мне составят компанию еще трое.
– Пятеро, – уточнил Торквин, считая на толстых, как сосиски, пальцах. – В смысле четверо.
Страшный грохот оборвал наш разговор. На секунду мне почудилось, будто я вижу двух Кассов. Земля затряслась, точно под нами промчался беззвучный поезд метро. Я инстинктивно согнул колени. Раздалось отдаленное – кррррррак! – корпус «Энигмы» треснул из-за смещения земли.
Касс схватился за Марко. Я за Торквина. Меня дернуло влево, вправо, вверх, вниз, словно планета соскочила с орбиты. Все остальные звуки – вопли чаек, далекий шум прибоя – исчезли.
Затем, так же неожиданно, как она началась, тряска прекратилась.
В наступившей тишине я услышал крик брата Димитриоса:
– Землетрясение!
– Пха, – выдохнул Торквин.
Касс застонал:
– О-ох, меня укачало. Близится конец света, и я умру в луже собственной рвоты.
– Проглоти три сырых яйца, – посоветовал Торквин. – Отличная вещь против тошноты.
– Все только начинается, – не слушал Касс. – Все как Эли говорила. Если разлом откроется, Атлантида поднимется с морского дна и континентальные плиты сместятся. Затем – бабах! Гигантские приливные волны, землетрясения. Нью-Йорк и Лос-Анджелес уйдут под воду. Пожары накроют землю… пылевые облака скроют солнце.
– Касс, нельзя паниковать, – сказал я.
– Не отрицай очевидное, Джек! – воскликнул Касс. – Именно это произошло во времена динозавров, и ты знаешь, что с ними стало.
Марко вытер пот со лба:
– Не думаю, что у нас есть выбор. Джек прав. Все на тех зубастиков! Вперед, к разлому!
Если Марко решает действовать, он делает это молниеносно. В микросекунду он схватил протестующего Касса и поволок его за собой по пляжу в сторону джунглей. Я поспешил за ними.
У границы деревьев нас встретил крик. Громкий и человеческий, он раздавался где-то ярдах в двадцати в глубь джунглей. Вопль становился все громче, все отчаяннее, пока вдруг не оборвался. Сощурившись, я вглядывался между стволами, страшась того, что мог увидеть. Но даже под полуденным солнцем из-за густых крон в джунглях царила практически непроглядная тьма.
– К-к-как вы думаете, кто это? – спросил Касс.
– Скорее «кто это был», если судить по воплю, – заметил Марко.
– В-видите, о чем я? – Касс попятился. – Там только что кто-то умер. Мы можем быть следующими. Я остаюсь здесь, на свету. Предпочитаю убийц в рясах зверям-людоедам.
Из джунглей пахнуло едкой вонью разлагающейся плоти, и Касс рыгнул.
– Ого. Что, Торквин, ел бобы на обед? – Марко замахал у себя перед лицом обеими руками.
– Нет. «Твинки», – ответил Торквин.
Я всматривался в черную тень в джунглях за спиной Касса.
– Ребята… – пискнул я. – Смотрите.
Глаза Марко остановились на темном силуэте. Все его тело напряглось.
– Касс, – тихо произнес он. – Не. Шевелись.
Касс резко развернулся. Со звуком, напоминавшим одновременно звериный рев и скрежет металла, из тени деревьев выпрыгнул длинномордый вромаски. Похожее на кабана чудовище бросилось на Касса, выставив перед собой растопыренные когти и завернув назад хобот, явив три ряда острых, как бритва, зубов.
Глава 2
Ужин для Твити
Мне всегда казалось ужасно глупым, когда герои фильмов и книг при нападении дикого животного начинали орать «Не-е-ет!». Будто бы оно понимало человеческую речь. Будто бы оно остановилось посередине прыжка и сказало: «Простите, вы предпочтете не быть разорванным на кусочки? Ну что ж, в таком случае я вас оставлю, извините».
Так что я крикнул, когда вромаски был готов всадить свои клыки в Касса:
– Не-е-ет!
Но вот что удивительно. Чудовище точно на наносекунду застыло в воздухе. Его глаза стрельнули в меня, но страха я не почувствовал. Все словно застыло, и у меня возникло невероятно странное ощущение, будто я мог дотянуться до его разума и заставить его сменить курс.
Затем я моргнул, и Марко отшвырнул меня на землю с пути чудовища.
Я откатился влево и вскочил. То загадочное секундное замешательство успело выветриться у меня из головы, и я стал лихорадочно озираться. Где Касс? Я боялся того, что мог увидеть. Но я никак не ожидал увидеть Марко, сжимающего в правой руке левый бивень вромаски. Чудовище плевалось и визжало, дергая в воздухе лапами.
Левый кулак Марко врезался ему в морду, заставив его замолчать.
– Фью, тебе бы принять ванну, Бруно, – сказал он.
Упершись ногами в землю, Марко отшвырнул вромаски прочь от Касса. Чудовище в брызгах собственной слюны взлетело над кронами и исчезло во мраке. Я ожидал услышать звук удара о землю, но его не последовало. Вместо этого рычание сменил отчаянный визг, доносящийся откуда-то сверху. Чудовище застряло в ветках.
– Это было отурк… – пискнул Касс. – Спасибо.
Торквин кивнул:
– Как он сказал.
Брезгливо морщась, Марко вытер ладонь о ствол ближайшего дерева:
– Ни у кого не найдется салфетки? Давайте убираться отсюда, пока Пятачок не спустился, чтобы отомстить.
Касс с трудом поднялся на ноги:
– Нет… погодите. Мы что, просто пойдем дальше, делая вид, что ничего этого не было? Вот так возьмем и отправимся прямиком в джунгли, как четыре закусочные на ножках?
– Слушай, я же один раз тебя уже защитил, так? – Марко приобнял Касса одной рукой.
Стоило признать, я восхищался смелостью Марко. Но искренне сомневался насчет его вменяемости.
– Держитесь меня, вы двое, – добавил он. – Подумайте об Эли.
Я и так о ней думал. До сих пор в моей голове звучали ее крики, а перед глазами стоял миг, когда я видел ее в последний раз. Она была решительной, бесстрашной и умной. Но против Ула’ара у нее не было ни единого шанса. Особенно когда у него был локулус силы.
Мы не могли просто взять и бросить Эли. Если она все еще была жива, пусть даже где-то в прошлом, мы должны ее спасти.
Я посмотрел на Касса. Рядом с Марко он выглядел особенно маленьким и уязвимым.
– Как же моя сестра? – спросил он.
Элоиза. Краем глаза я видел, что она все еще шла к кораблю.
– Возвращаться слишком рискованно, – сказал я. – И они, похоже, пока ее не заметили.
– Ей девять, – подхватил Марко. – Она лучшая из всех учеников, и Масса ее уважают. Они позаботятся о ней. Слушай, если нам удастся спасти Эли, вытащить Элоизу будет раз плюнуть, когда мы вернемся.
Касс кивнул. Он был слишком умен, чтобы возражать. Ему было известно, что на кону.
Как и мне.
Я сделал глубокий вдох:
– Поскакали, ребята.
Но стоило мне сделать шаг вперед, как на фоне облачного неба мелькнуло что-то красное и крылатое. В ответ на душераздирающее карканье атлантийского грифона нам оставалось только одно – пригнуться и искать укрытие. На нас, растопырив мускулистые лапы и хлеща по воздуху мощными крыльями, спикировал наполовину орел, наполовину лев.
Казалось бы, мы должны были быть к этому привычны. Мы уже сражались с одним таким в Греции. Летали на спине другого в мире мертвых. Но даже тысяча встреч не сделала бы этого монстра менее пугающим. Жирное мохнатое тело и длиннющие, точно сабли, когти. Устремив на нас взгляд желтых воспаленных глаз, грифон открыл клюв, показав жесткий раздвоенный язык, который мог с легкостью проткнуть меня, как шампур кусок мяса.
– А-А-А-А-А!!! – заорал Касс. А может, это был я.
Обхватив руками голову, я досчитал до пяти и лишь тогда сообразил, что раз я в состоянии считать, грифон, должно быть, насадил на свой язык кого-то другого.
Я осторожно приподнял голову и успел заметить, как хвост грифона исчез в ветвях деревьев высоко над нами. Птичий силуэт слился с вромаски. Два чудовища заревели и забились, осыпая нас дождем из сломанных сучков и сорванных толстых листьев.
– Бежим! – закричал Марко. – Дерево падает!
Мы со всех ног рванули к пляжу, но дерево так и не упало. Вместо этого грозное рычание вромаски сменилось поскуливанием, а затем стало тихо.
Я услышал странный звук, который, вполне возможно, был отрыжкой грифона.
Марко издал триумфальный вопль:
– Ужин для Твити! Дикий вромаски на свежих листьях, прямо из джунглей.
Торквин поднялся и с облегчением вытер пот.
– Надеюсь, он оставит чаевые.
– Стойте… ребят, вы что, шутите? Думаете, это смешно? – Касс недоверчиво уставился на них. – Нас едва не убили! Хотя могли запросто! А мы даже шагу в джунгли не ступили! Эти чудовища настоящие психи, голодные и… еынначаку.
– Я дуб в наизнанском, – признал Марко.
– Укачанные? – догадался я.
– Точно, – кивнул Касс. – Как укачивает в машине или в море – когда ты перемещаешься сразу в трех направлениях. Представьте, каково это – перемещаться сквозь время.
Марко почесал затылок:
– Погоди. При перемещении во времени правда может укачать?
– Я не знаю! – огрызнулся Касс. – Суть в том, что нам нельзя бросаться туда с бухты-барахты. Мы должны поступить кардинально иначе, чем поступаем всегда.
– В смысле… – начал Марко.
– Подумать! – отрезал Касс. – Выражаясь обычным языком. Не куда-то бежать-бежать-бежать, а потом драться-драться-драться. Может, это работает для тебя, Марко, но включи голову. Весь остров сошел с ума. Мы умрем, если останемся здесь, и умрем, если куда-нибудь двинемся.
– Что ты предлагаешь? – спросил я.
– Этого я тоже не знаю! – Касс в панике взлохматил свои тугие кудри. – Я пытаюсь делать так, как советовал Профессор Бегад. Он всегда советовал нам разбираться в сути проблемы, а не дергаться из-за каждой мелочи. Так давайте пару минут постоим спокойно. Все взвесим…
Его прервали далекие пронзительные вопли, раздавшиеся со стороны пляжа. Я попытался рассмотреть, что там, но не смог разглядеть ничего, кроме разрастающейся толпы Масса на краю покрытой рыбой суши.
– Это, случайно, была не Элоиза? – спросил я.
Касс передернулся:
– Она наверняка нас заметила и теперь думает, как это нечестно с нашей стороны. Через пару секунд она бросится к нам с головорезами Масса на хвосте. Как раз то, что нам нужно.
Я сощурился. Кто-то определенно бежал в нашу сторону, но это была не Элоиза. Это был кто-то из Масса – гибкий, худой и физически развитый, с прикрытым капюшоном лицом.
Я уже хотел сорваться с места, когда капюшон упал. Во-первых, это был не «он». Во-вторых, это был один из сотрудников Института Караи, которого мы очень хорошо знали.
– Нирвана?! – поразился я.
Девушка-повстанец поспешила набросить капюшон на голову. Ее глаза, которые больше не были густо очерчены черной подводкой, как во времена работы в ИК, смотрели мягче. Но решительно. Она схватила меня и Касса за руки:
– Слушайте внимательно. Я собираю оружие Масса, пока они отвлеклись. Повстанцы в джунглях, и мы вам поможем. Мы знаем о твоей маме, Джек. Нам отлично известно, кто она, и она будет помогать нам столько, сколько сможет. У нее рюкзак с локули полета и невидимости и еще тот мешок с осколками локулуса исцеления. Фриц засек ее, когда она шла через джунгли.
– Масса пока ничего не поняли? – спросил я, слыша, как грохочет в груди сердце.
– Нет, и не поймут, пока я жива, – улыбнулась Нирвана. – Все локули надежно спрятаны. Мы придумаем, как вам их отдать. А пока идите – спасите Эли. Вытащите ее из разлома. Верните локулус силы. Мы присмотрим за Элоизой и остальными ребятами, которых тренировала Масса. У нас свои способы. Если мы вам понадобимся, мы тотчас придем на помощь. Только дайте знак.
Сунув в рот два пальца, она громко просвистела первые несколько нот «С днем рождения тебя».
– О, оньлетачемаз, – буркнул Касс. – Как раз эту мелодию никто из нас слышать не желает.
Нирвана с досадой дернула плечами:
– Ну извини.
После чего, кивнув на прощанье, побежала к деревьям. Но застыла на месте, когда с ветвей упало наполовину съеденное туловище вромаски.
Оно ударилось о землю с глухим стуком, брызнув мне на лодыжку холодной зеленой кровью. Чудовище лишилось глаз, его тело было изорвано, и кусочек плоти прилип к моей коже. В ужасе я отпрыгнул в сторону, и одновременно с этим со стороны пляжа донесся оглушительный «кррррак!», похожий на пушечный залп.
Я резко развернулся. Сгнившая мачта «Энигмы» треснула посередине. Даже одной ее части хватило бы, чтобы с легкостью раздавить человека. И как раз один такой человек стоял в непосредственной близости от случившегося.
Элоиза.
– Что она делает?! – заорал Касс, рванув к пляжу. – БЕГИ ОТТУДА!!!
Но по какой-то причине Элоиза не двигалась. И хотя вокруг толпилось немало людей из Масса, никто не пытался увести ее от опасности.
Я бросился следом за Кассом и по пути заметил краем глаза маму. Она приложила ко рту ладонь и прокричала:
– Зыбучие пески!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?