Читать книгу "Тайны теней"

Глава 5

Джейн

– Отпусти меня! Мне больно, Кариос! Пожалуйста!..

Я зажимаю уши, стараясь не слышать крики мамы, но звуки все равно пробиваются сквозь пальцы, грубые и резкие, словно удары хлыста.

– Чертова сука! Ты поплатишься!

Удар. Крик. Еще удар. Снова крик.

– Мама! – шепчу, закрывая рот рукой, чтобы отец не услышал.

Горячее дыхание бьется о ладонь, и я чувствую, как слезы пропитывают кожу.

Он не должен меня найти. Я сделала, как просила мама: спряталась в шкафу. И теперь не имею права выйти. Ни при каких обстоятельствах.

– Мое лицо… – мамин крик пронзает тишину, и я сильнее прижимаю ладони к ушам. Шкаф тесный, душный, пахнет нафталином и пылью, но я не двигаюсь. – Они поймут, что ты избиваешь меня! Только не лицо!.. – голос срывается на отчаянный звериный визг.

Раздается глухой звук, и что-то тяжелое падает на пол. Потом наступает тишина. Настолько глубокая, что я слышу собственное сердце.

Я замираю. Считаю до десяти. Потом еще. Кажется, он ушел.

Осторожно приоткрываю дверцу шкафа – она скрипит, и я снова замираю. Воздух пахнет кровью и страхом.

– Мама… – шепчу, вываливаясь из укрытия. Колени скользят по полу. – Нет, нет! – Слезы застилают глаза, и я ползу к ее телу, оставляя мокрые следы. – Пожалуйста… – повторяю, не узнавая собственного голоса.

Трясущимися руками убираю волосы с ее лица, размазывая кровь по щеке.

Нет. Она не может умереть. Не сейчас. Не оставить меня одну.

– Мам… – Склоняюсь к ее лицу, целую лоб, щеку, губы, молюсь, чтобы она очнулась. – Ты не можешь меня оставить…

И вдруг слабое движение. Ее губы дрожат.

– Красавица моя… – хрипло выдыхает мама. – Я в порядке. – Она гладит мои волосы, прижимает меня к себе. – Пообещай, Джейн… Пообещай, что убежишь из этого мира, как только появится возможность.

– Я не оставлю тебя! Не смогу! – давлюсь словами, превращающимися во всхлипы.

– Не дай ему убить и тебя, – шепчет она, и глаза ее полны боли и любви одновременно. – Не дай…

– Мам, пожалуйста, не засыпай… – шепчу, касаясь ее щеки, но она больше не отвечает.

Резко вскакиваю. Сердце колотится, словно пытается вырваться из груди. Нервное дыхание заполняет комнату, горячие соленые слезы медленно скатываются по щекам, оставляя за собой следы отчаяния. Внутри меня настоящий эмоциональный шторм из страха, паники и безысходности, они смешались в один ком, застрявший в горле и не дающий глубоко вздохнуть. Я пытаюсь сосредоточиться на дыхании, но воздух словно ускользает от меня, как если бы был живым существом.

Вокруг меня все размыто, и слышу я только собственное сердцебиение, гремящее в ушах. Стараясь успокоиться, закрываю глаза. Делаю еще одну попытку вдохнуть, и на этот раз воздух заполняет легкие.

Поднимаюсь с кровати, нужно унять остатки тревоги. Каждое движение становится маленькой победой. Подхожу к окну, открываю его. Свежий воздух врывается в комнату, принеся с собой живительную силу природы. С глубоким вздохом осознаю, что, несмотря на все испытания, продолжаю двигаться вперед.

Мамы не стало, когда мне было семь. Она скончалась в ту ночь, когда я пряталась в шкафу. Я осталась одна с отцом-тираном и приняла на себя всю тяжесть его гнева. Стала новой мишенью для нападок. Мне приходилось делать все, как он велел, но я все равно получала побои. Угодить отцу было нелегко – он был вечно недоволен. Как только мне исполнилось четырнадцать, ситуация только ухудшилась. Мне подобрали мужа, но я продолжала подчиняться отцу. И став старше, выполняла его требования, даже когда меня заставляли делать ужасные вещи. Я не оправдываю себя, но это давало шанс выжить. Не имея возможности обратиться за помощью к кому-либо, я оказалась совершенно одна в этой паутине насилия. Когда отца убили за нарушение мафиозного кодекса, я испытала краткое облегчение, которое, к сожалению, продлилось недолго.

Сейчас каждый новый день – шанс заново почувствовать радость и надежду. Я учусь быть благодарной за моменты тишины между бурями и за возможность расти, даже когда кажется, что все вокруг рушится.

Поднимаю глаза к небу, глядя в голубую даль.

– Пожалуйста, помоги мне справиться с этим, мам, – шепчу и, закусив губу, продолжаю смотреть на небо, пока слезы не заполоняют глаза. – Помоги сбежать из этого мира. Пожалуйста, дай мне возможность.

Звук входящего сообщения режет тишину, заставляя вздрогнуть. Телефон вибрирует на прикроватной тумбочке, разбивая вязкое утро на острые куски.

Я морщусь и нехотя плетусь к тумбочке.

Проведя пальцем по экрану, открываю сообщение.

Шерон: Ты возвращаешься! Не обращай внимания на нашего засранца босса. Он тот еще трехлетний ребенок с бушующим настроением.

На губах появляется улыбка. Ну хоть что-то хорошее за последние несколько дней.

Гарри

Лишив сна, ночь тянулась бесконечно долго. Темнота за окном была тусклым фоном для гораздо более мрачной картины, разворачивающейся в голове. На кону жизни людей, воскресивших мою давно погребенную душу. Угроза кружит над нами, и ее масштаб до конца непонятен.

Кто посмел пойти против безрассудного человека, изрядно потрепанного жизнью? Человека, чьи шрамы глубоки, а история увита темными тайнами? Этот острый, как осколок стекла, вопрос терзал меня всю ночь. Эхо его отскакивало от стен, разлеталось по комнатам, превращаясь в невыносимый гул.

На кухне что-то звякнуло, выдернув меня из размышлений о надвигающейся трагедии. Звон посуды сменился тихими шагами.

Джейн.

Бросаю взгляд на часы: шесть утра. Зачем она поднялась в такую рань?

Тишина, окутывающая дом, почти осязаема. Никаких громких звуков, только слабый шепот воды из крана, шорох салфеток и легкий стук тарелок. Поднимаюсь из кресла и, потирая глаза, направляюсь в кухню, хотя понимаю, что не следует идти к ней и завязывать разговор. Джейн – падение для моей души. Чистое полотно, которое не хотелось бы испортить нездоровыми наклонностями вандала.

Девушка стояла у плиты на фоне золотистого света, пробивавшегося через окно. Склонясь над сковородкой, где тихо шипел омлет, она словно в трансе помешивала содержимое, не замечая меня. Затаив дыхание, я смотрел на нее. Волосы небрежными прядями спадали на плечи. Глядя на открытые участки загорелой кожи, ощущал ее нежность кончиками пальцев – не касался ее, но хотел этого.

Чертовски плохое желание, Гарри.

Под ногами скрипнула половица, и Джейн обернулась. Наши глаза встретились, и искры пронзили пространство между нами, а воздух покинул легкие, будто кто-то дал мне под дых. Ее губ коснулась улыбка, немного грустная, словно Джейн что-то скрывала и не хотела, чтобы я знал.

– Доброе утро, – произнесла она, возвращаясь к помешиванию омлета.

Я открыл рот, но слова застряли в горле. В голове крутилось множество вариантов нашего диалога, но ни один не подходил к планам держаться подальше. Стоило бы развернуться и уйти, но вместо этого я подошел ближе и предложил помощь, как бы смягчая напряжение.

– Может, я сделаю кофе? – спросил, пытаясь отвлечься от ангельского лица без грамма макияжа и желаний в отношении будущей жены.

Но, черт возьми, я не умел варить кофе! За меня это делала кофемашина. А на кухне Джейн была только турка и кофе в зернах.

Варка кофе не сложнее убийства, правда же?

– Ты и кофе? – прыснула Джейн, бросая на меня смешливый взгляд. – Пепелище, которое останется после этого, дорого тебе обойдется.

– Я могу купить этот город, не говоря о квартире, красавица.

– Иметь во владении Париж? Кажется мечтой любой девушки. – Она хихикнула, ничуть не смущенная признанием ее красоты.

– А причем тут ты? – Облокотившись на стол, скрестил руки на груди.

Джейн, не отрывая взгляда, медленно сглотнула. Я загнал ее в угол.

– Ну… – она выключила газ и посмотрела мне в глаза, – если я стану твоей женой, то все, что будет твоим, автоматически попадет в мои цепкие, гламурные ручки. Так ведь?

– Да, так. И мне нужна чашка кофе перед наполеоновскими планами по захвату мира.

Оттолкнувшись от стола, подхватил ингредиенты. Нужно попробовать сварить кофе. Насыпав молотые зерна в турку, принялся наливать жидкость, чтобы черная субстанция превратилась во что-то похожее на кофе.

Джейн наблюдала за моими действиями.

– Слишком много воды, Гарри. – Она высунула голову из-за моего плеча. Легкий аромат ее духов, смешанный с запахом свежего белья, был самым приятным, что я слышал ранее. Она находилась чертовски близко. – До уровня сужения турки будет достаточно.

– И что дальше? – Повернулся к ней.

Наши глаза встретились, и мне стало не по себе.

– Теперь нужно поставить на огонь, – Джейн показала пальцем на конфорку, – и варить около пяти минут. Справишься? – Я не знал, что ответить. Мои умения обращаться с плитой сводились к тому, что мне было известно около десяти способов пыток с этой штукой.

– Поняла тебя. Позволь мне не испортить этот импортный сорт кофе.

Пришлось отступить. Она явно знала, что делать с этой штукой из древности, в которой варят кофе. Словно опытный алхимик, Джейн с невероятной грацией и точностью управлялась с загадочным устройством. Я не мог оторвать глаз. Сосредоточенность, предельная аккуратность и скрытая уверенность, с которой девушка действовала, были невероятно притягательны. Аромат кофе, насыщающий воздух, лишь усиливал ощущения.

Когда она, наконец, подала мне чашку, я почувствовал, как тепло окутывает мои ладони, и сделал глоток. Ее глаза не отпускали мои, ожидая вердикта.

– Тебе удалось его не испортить. – Сам того не желая, расплылся в улыбке, что мне вовсе не свойственно.

Это сигнал, Гарри. Нужно срочно уходить.

– Хочешь позавтракать? – Джейн принялась доставать фарфор из верхнего шкафчика.

Это уже перебор. Мы не должны завтракать вместе. Варить кофе. Мило беседовать. И вообще существовать в одной галактике.

– У меня дела. Спасибо за кофе, Джейн.

Я развернулся и быстрым шагом вернулся в свою комнату.

***

План возмездия работал отлично. Шерон пригласила на собеседование ублюдка, посмевшего положить свои руки, глаза и мысли на мою будущую жену. Знал бы он, на какой тонкой грани сейчас балансирует. Оставаясь в тени, я слушал их собеседование. Даже несмотря на то, что он нужен мне в качестве мяса для битья, осторожность превыше всего. Требуется лишь один просчет с его стороны, чтобы осуществить свой план. Любой нелепый намек, прикосновение, взгляд – и все, он сыграет в ящик кормить червей.

Джейн появилась спустя тридцать минут. Впорхнув в здание как первый луч солнца, осветила все вокруг. Легкое платье с цветочным принтом и широкой юбкой с воланами вальсировало в такт походке. Загорелые ноги слишком привлекали мое внимание, а стук высоких казаков отдавался в ушах, напоминая, что она находится со мной в одном пространстве.

На ее лице отразилось удивление, когда, войдя в кабинет, девушка увидела своего профессора. Но Джейн выше того, чтобы показывать панику: она тут же скрыла удивление за манящей и притягательной улыбкой. Я продолжал наблюдать за ними через камеры. Все шло в деловых рамках. Поприветствовав друг друга, они завязали профессиональный разговор. В нем не было ничего интересного, за что бы я мог зацепиться. Моя теория подтвердилась: чтобы он мог оступиться, я должен дать ему что-то большее, чем просто встречу с ней. Мероприятие, которое пройдет уже завтра, все расставит на свои места.

Оставив Шерон напоминание в общем чате, я покинул здание. Мне срочно нужно было проветриться и встретиться с Нико. Муж моей сестры приехал в Париж рано утром и уже успел поведать мне о десятке способов, как он хочет меня прикончить. Нико раздражало в Париже абсолютно все: от надоедливых бабушек, дающих ненужные, но действенные советы, до огромных стай голубей, портящих его дорогие костюмы. Мы договорились встретиться в небольшом ресторанчике на пересечении улиц Реколе и Люсьен Сампе. Я подъехал точно в оговоренное время, но Нико уже ждал меня у входа. Он был собран и осматривал улицу как ястреб, выискивающий подходящую добычу.

– Что с твоим лицом? – Я остановился рядом с раздраженным Нико.

– А каким оно должно быть, если ты притащил меня в этот богом забытый город?

– Ты преувеличиваешь. Он не так уж плох.

– Ужасен от и до. Так зачем ты меня позвал?

Я понимал недовольство Нико, но он был единственным, к кому мне можно было обратиться.

– Твои возмущения неуместны. Я щедро заплачу тебе за присутствие здесь. Давай зайдем, и я введу тебя в курс дела.

В ресторане мы выбрали самый дальний столик, чтобы никто не подслушал. Место было уютным: приглушенный свет и тихая музыка создавали ощущение уединения. Устроившись поудобнее, я решил сразу перейти к сути.

– Нужно проследить за этим человеком. – Достав фотографии из кармана, протянул их Нико. – Гай Бессон. Тридцать семь лет. Не женат. Ранее нигде не замечался.

Взгляд друга скользнул по снимкам, и его брови слегка приподнялись от удивления. На фотографиях был запечатлен человек, чье существование вызывало у меня настороженность. Я знал, что мужчина может быть опасен, поэтому и обратился к Нико, профессионалу в этом деле, умевшему оставаться незаметным.

– И что он натворил? Не помню, чтобы он засветился в наших кругах.

– Он имеет виды на мою жену.

– Невесту, – поправил друг. – Ладно, я этим займусь.

– Просто проследи за ним и выясни, с кем он общается, куда ходит. Это поможет понять, что он замышляет.

Друг вздохнул, но в его глазах уже читалось решение. Он аккуратно сложил фотографии и сунул в карман.

– Сделаю как следует.

Никто и никогда не посмеет тронуть то, что принадлежит мне. Даже если это человек, который доводит меня до чертиков.

Глава 6

Джейн

В воздухе витает напряжение, гул предвкушения и легкий аромат дорогих духов. За спиной раздается резкий, но привычный для этой атмосферы голос Шерон:

– Джейн, принеси тот пояс, изумрудный, помнишь?

Роскошно обставленная комната напоминает кишащий улей. Через несколько часов – грандиозное открытие мероприятия. Модель Элис, одетая в винтажный корсет, нервно поправляет его, вызывая очередное замечание.

– Элис, перестань! Твои прелести никуда не убегут, сосредоточься! Мы не можем позволить себе ни единой складки.

Шерон, опытный организатор мероприятий класса люкс, с железной хваткой контролирует каждую деталь. Девушки-модели, чьи лица украшали обложки престижных журналов, беспокойно снуют по комнате. Их задача – не просто присутствие, а создание атмосферы исключительной элегантности и непринужденной роскоши. Они должны свободно общаться с гостями, поддерживать беседу, ненавязчиво демонстрируя свою красоту и очарование, – своего рода живые экспонаты, незаменимые детали общего антуража, дополняющие блеск драгоценностей.

Но их роль не ограничивается только демонстрацией внешней привлекательности. Участие в таких мероприятиях – отличная возможность заработать значительную сумму, превосходящую обычный гонорар модели. Еще важнее шанс завязать полезные знакомства, найти новых спонсоров, дизайнеров или фотографов. Многие из этих девушек строят свою карьеру, используя подобные мероприятия, как трамплин, и впоследствии получают предложения о сотрудничестве с известными брендами или съемках в рекламных кампаниях.

В общем, все это не просто красивая картинка, а сложный механизм, где каждая деталь, включая изумрудный пояс и импульсивность Шерон, играет ключевую роль в общем успехе вечера. Я прекрасно понимаю этот механизм, так как большая часть моей жизни прошла в модельном бизнесе.

– Тебе срочно нужен кофе, – подхожу к Шерон, которая пытается затянуть корсет до такой степени, чтобы модель задохнулась и упала замертво.

– Начальство убьет меня, если что-то пойдет не так, – шипит она, не отрываясь от удушения девушки.

– Не раньше, чем ты доведешь себя до сердечного приступа, – хватаю ее за руку. – Шерон, давай, – настаиваю я. Ее глаза полны отчаяния, когда она наконец отпускает ленты корсета. – Ты ведь не хочешь создать повод для очередной редакционной заметки о трагической смерти модели?

– Ты правда думаешь, что это возможно? – Шерон тихо смеется, но в ее голосе слышится нервозность.

– По-моему, вполне вероятно, если ты не сделаешь хотя бы глоток кофе.

Я спешно направляюсь к кофемашине. Металлический корпус гудит, и в воздухе мигом расползается обволакивающий горький аромат свежесваренного кофе. Он обещает разогнать усталость и хотя бы на минуту сделать этот день терпимым. Достаю из ящика пару спрятанных пакетиков сахара и высыпаю в стаканчик. Размешиваю, наблюдая, как крохотные крупинки тают в бурлящей жидкости, и подаю чашку Шерон.

– Спасибо, – шепчет она и закрывает глаза, делая глубокий вдох. – Теперь я снова готова стать ужасной.

– О, ты самый ужасный человек, которого я встречала, – хихикаю, присаживаясь на край стола.

Она улыбается краешком губ, и на миг в ее взгляде появляется что-то почти человеческое – усталость, замаскированная под сарказм.

Оставшееся время до начала мероприятия проходит в суматохе. Комнату можно считать полем боя модельеров. Вещи разбросаны; шорты, топы и штаны, которые решили не брать в концепт мероприятия, свалены в кучу. Ленты и кольца валяются на полу, поблескивая на свету. В воздухе витает запах тканей, косметики и легкий аромат парфюма, смешавшихся в вихре творческой энергии.

– Мы готовы! – Шерон радостно хлопает в ладоши. – Образы – наивысший пилотаж, Джейн!

– Получилось и правда неплохо. – Оглядываю девочек с замиранием сердца.

Все это создала я. Каждую выкройку. Каждую деталь. Каждый стежок был сделан моими руками.

– Здесь слишком много красоты. – В дверях появляется профессор Бессон. Он проходит вглубь комнаты, оглядывая моделей с явным интересом к деталям. – Но самая яркая звезда – это ты, Джейн. – На его губах появляется ослепительная улыбка.

– Благодарю, но без вашей помощи я бы не справилась.

– Ты очень способная девушка, никогда в этом не сомневался. – Он подмигивает мне, а потом обращает внимание на Шерон, которая оценивающе смотрит на нас.

– Пять минут до готовности! Шевелите своими задницами! – кричит она.

Гарри

С самого утра торчу в клубе, и все из-за своей паранойи и желания поскорее узнать, что в голове у этого гламурного ублюдка. Во время подготовки девушек к мероприятию Бессон держался на расстоянии от Джейн, но я чувствовал, что это лишь видимость. Интуиция, отточенная годами правления чикагской мафией и аналитическими исследованиями поведения высокопоставленных персон, шептала о скрытой игре.

И мне это чертовски не нравилось.

Официальное открытие клубного вечера ознаменовалось появлением элегантной публики. Мужчины и женщины в изысканных масках, скрывающих лица, медленно заполняли зал, наблюдая друг за другом с любопытством и скрытой настороженностью. Атмосфера была насыщена напряжением, словно перед бурей. Я не поскупился на организацию: лучшие кейтеринговые компании, ослепительный свет, музыка, подобранная модными диджеями, и безупречный сервис – все было продумано до мельчайших деталей. Такие мероприятия опустошают мой банковский счет на немаленькие суммы, но цена информации, которую я надеюсь получить, несоизмеримо выше. Это не просто развлечение для богачей, это поле боя, где ставки – судьбы и миллионы.

Организация вечера включала дополнительные меры безопасности: скрытые камеры, личную охрану, прошедшую специальную подготовку, и скрытых агентов, следивших за обстановкой. Я фиксировал каждое движение, стараясь распознать знаки, которые могли бы пролить свет на замысел Бессона. Заказав стакан виски, наслаждался горьковатым вкусом напитка и продолжал наблюдение. Цель моей миссии – узнать, какие планы вынашивает Бессон. Мне нужны конкретные факты, подтверждения, и лишь тогда я смогу отправить его на тот свет.

А вот и этот момент.

Маска, за которой я наблюдаю с экрана телефона, появилась в зале. Он прошелся ленивой походкой, зацепил у официанта бокал виски и направился к ней. Маска Джейн закрывала половину лица мельчайшими стразами, поблескивающими в свете прожекторов.

На экране высвечивается входящий звонок от Нико, не раздумывая, отвечаю, отпивая жгучую жидкость из стакана.

– Скажи, что у тебя есть хорошая новость для меня.

– Если ее можно таковой считать, – хмыкает Нико. – Гай Бессон – скрытная шишка, мужик. У него обычная жизнь, но есть то, что он прячет от всех: в его квартире живет девушка с маленьким ребенком. Насколько я понял, ребенок от него, но Гай тщательно это скрывает. И да, это его бывшая студентка.

– Вот как, – мой взгляд сразу находит его рядом с Джейн в зале. – Что-то еще?

– Да, ты будешь в восторге от этой новости. Этот жалкий ублюдок избивает сожительницу. Я был готов пустить пулю ему в лоб, когда он поднял на нее руку.

– Это моя добыча, Нико, – сердито проговариваю.

– Именно поэтому Бессон до сих пор может дышать. Что делать с девушкой? – настороженно спрашивает друг.

– Узнай о ее родственниках, если они есть, отправь к ним. Если нет, пускай выберет любое место на карте и уезжает туда. Она свободна.

Это могла быть Джейн. От моего преследователя есть хоть какой-то толк. Если бы не отправленные мне фотографии, бог знает когда я бы решил узнать, как живет моя будущая жена.

Отключив звонок, продолжаю наблюдать за ними. Руки этого ублюдка так и тянутся потрогать женщину, которая принадлежит мне.

Полностью. С головы и до самых кончиков ногтей на ногах.

Одно его прикосновение, один шаг – и жизнь будет пробегать у него перед глазами со скоростью гребаного света. Мне не приходится долго ждать: его пальцы соприкасаются с нежной кожей Джейн. Он обхватывает ее локоть и что-то шепчет на ухо. И в этот момент здравый смысл перестает существовать. Все мое существо жаждет крови, пыток и криков. Благодаря мастерству, которое оттачивал годами, я могу за считанные секунды сломать любую часть человеческого тела.

Многие собирают пули, чтобы запомнить своих жертв и вести подсчет, но я иду по другому пути. Я убиваю голыми руками. Это позволяет увидеть всю боль, сожаление и некую надежду. Глаза – самый правильный ресурс, они никогда не смогут соврать. Я ловлю каждый момент, каждое мгновение, когда жизнь покидает тело, и в этом есть своя красота и ужас.

Секунды, которые можно назвать вечностью, когда страх сменяется осознанием неминуемости.

Подношу телефон к уху и жду, когда ответит Нико.

– Привези его на один из складов. Координаты тебе скину. И сделай это быстро.

Глотком допиваю оставшийся виски и чувствую, как тепло пробирается по телу.

– Инструменты для пыток прихватить? – любопытствует Нико.

– Нет. Разберусь с ним своим методом.

– Изощренно, но чертовски интересно. Дам знать, когда мы будем на месте.

Джейн

Меня бросает в дрожь.

Все тело словно каменеет, когда месье Бессон касается моей руки. Мне хочется бежать от него сломя голову, но я не могу это сделать. Я нахожусь на работе, и вызвать лишнее внимание в самый разгар мероприятия не входит в мои планы, но… Черт! Его прикосновение оставляет пылающий след, а мрачные мысли витают в голове, как тени на стенах этого роскошного зала.

– Чем ты сегодня занята вечером, милашка Джейн? – слащаво спрашивает Бессон, пытаясь поймать мои глаза. – Как насчет того, чтобы перед завтрашним выпускным в последний раз посмотреть твою работу в более спокойной обстановке?

Тепло его руки проникает в спину. Замираю, сердце стучит быстрее, дыхание становится прерывистым. Внутри что-то сжимается – смесь страха, недоверия и непонятного странного притяжения. Я чувствую напряжение в мышцах, будто тело само готовится к решению: оттолкнуть и убежать.

Черт!

Я будто рыба, попавшая на сушу, открываю рот для ответа, но слова из меня не выходят. От осознания того, что никто не сможет мне помочь, страх пробегает по всему телу. Я осталась совершенно одна, а рядом со мной извращенец, который пытается затащить меня в постель. Мне даже не суждено воспользоваться своей привилегией будущей жены главы мафии. Если Гарри узнает, в лучшем случае я буду кормить червей, а в худшем – колесить по всему миру в мешке для трупов.

– Ты молчалива, Джейн. Я могу принять это за согласие? – Рука Бессона медленно скользит по спине, вырисовывая дорожку к моей заднице.

Мне приходилось терпеть насилие, которому отец подвергал так же часто, как задаривал брендовыми вещами и дорогими подарками. И я прекрасно знаю, что сопротивляться – не самый правильный ход. Против насилия мало чего можно сделать, но у меня черный пояс по облегчению телесной и душевной боли.

– Мне нужно припудрить носик, – губы расплываются в улыбке, – дашь мне пять минут на сборы? – Всматриваюсь в его глаза, и тошнота подступает к горлу, но я держусь как гранитная статуя, не показывая своего волнения.

Которое, между прочим, разрывает на части.

– Буду ждать тебя около машины через десять минут, милашка Джейн. – Рука покидает мое тело, и меня накрывает облегчение.

Как ненормальная несусь через зал, заполненный гостями, невзначай задевая кого-то по пути. Глазами испуганно ищу Шерон, она должна мне помочь уехать отсюда. Это моя последняя надежда, и я рассчитываю на то, что она не разлетится в щепки на моих глазах. Замечаю ее маску в окружении гостей и облегченно выдыхаю. Пробираюсь к ней, но каждый шаг словно выбивает из колеи, и по дороге я теряю всю уверенность, что мне удалось собрать. Наконец оказываюсь рядом. Шерон чуть наклоняется ко мне, и ее шепот среди грохота смеха и разговоров звучит сигналом спасения:

– Я могу тебе чем-то помочь?

Слова вылетают изо рта быстрее, чем я успеваю подумать, что и кому говорю.

– Ты должна отвезти меня домой. – Нервно переступаю с ноги на ногу, чувствуя себя полнейшей идиоткой.

– Что, прости? – Шерон таращит на меня глаза. – Мы не можем уйти в разгар мероприятия. – Она обводит взглядом оживленный зал, полный блеска и яркого света.

– Мне нужно, чтобы ты срочно отвезла меня домой, Шерон! – Нервы с каждой секундой шалят все больше.

Шерон явно удивлена моим поведением и готова уже сказать что-то нелицеприятное, как на ее телефон приходит сообщение. Не обращая внимания на меня и остальных гостей, она просматривает его, хмуря брови.

– Окей, – поднимает на меня глаза, – я отвезу тебя. – Поставив бокал на поднос проходящего официанта, Шерон прощается с людьми в причудливых масках и бросает взгляд на меня. – Поехали.

Волна успокоения проносится по телу словно цунами, принося облегчение. Мне хочется захлопать в ладоши от радости, но я молча следую за женщиной, ставшей моим спасением.

Гарри

Прохожу за железные двери, и в нос бросается вонь. Смешанные запахи плесени и сырости и разносящиеся крики заставляют меня улыбнуться. Спускаюсь по узкой лестнице, с каждым шагом будто ощущая дрожь неизведанного. Свет лампочек мерцает, бросая тени на стены, изрезанные временем и болью. В глубине комнаты появляется силуэт, обрисованный тусклым светом. Он передвигается медленно, осторожно, будто крадется; его жесты полны грации, несмотря на окружающую обстановку и переплетающиеся страх и ожидание.

Нико.

Под ботинками скрипит потрескавшийся бетон, мелкие камни впиваются в подошву. Звук шагов отдаленным эхом слышен по всему складу. Мое присутствие привлекает Нико, и он с улыбкой машет мне рукой. Звук звенящих цепей разносится гулом, разжигая во мне еще большую тягу к развлечению. Я пересекаю пространство между нами, с каждым шагом дыхание становится все более напряженным.

Чертов профессор дергается, и я ощущаю, как цепи впиваются в его руки, останавливая поступление крови в запястья. Бессон кричит проклятия на весь склад, и мне ни капли не жалко его связки. Он может надрываться, но его крики будут куда громче и отчаяннее, когда я доберусь до его костей.

– Заказ готов, Гарри. – Нико обводит взглядом темные углы помещения.

– Зачем ты его подвесил? – Делаю шаг к Бессону.

– Сделал тебе подарок. Его кровообращение нарушено, поэтому раны не будут заживать, что даст тебе больше возможностей для развлечений, – гордо произносит Нико, бросая на стол пульт от механизма поднятия цепей. – Ты не представляешь, какое это удовольствие, – добавляет он, пряча руки в карманы.

– Ты ужасен. – Улыбаясь, перевожу взгляд с друга на Бессона, извивающегося как рыба на крючке.

– Мы – идеальная семья. Аспен сделала правильный выбор, – при упоминании имени моей сестры на губах Нико появляется ухмылка.

– Я до сих пор не понимаю, почему она решила выбрать тебя. – Снимаю пиджак и вешаю его на спинку стоящего рядом стула.

– Аспен – ценитель прекрасного, а мой член…

Но я обрываю, не позволяя Нико продолжить:

– Еще одно предложение, в котором будут упоминаться моя сестра и твой член, и ты окажешься рядом с этим бедолагой.

– Полегче! – поднимая руки вверх. – Развлекайся! – Его губы изгибаются в безжалостной улыбке. – А мне нужно позвонить жене. Скоро вернусь и помогу тебе убрать его останки.

После этих слов Бессон начинает извиваться и кричать.

Я в несколько шагов оказываюсь рядом с моим «развлечением» на этот вечер.

– Крики только разжигают мое желание убивать. Сломать каждую конечность твоего тела и превратить его в субстанцию из кожи, крови, органов и костей. – Обхватываю его челюсть, заставляя смотреть мне в глаза.

Испуг. Паника. Ужас.

Каждая эмоция подпитывает мое нутро. Медленно обхожу мужчину, почти бесшумно, слыша каждый удар собственного сердца. Мой взгляд скользит по нему как нож; я фиксирую все – мимику, осанку, едва заметное подергивание мышц. Телосложение Бессона, подтянутые мышцы, четкие движения не оставляют сомнений в регулярных тренировках, спортзал явно сыграл свою роль. Останавливаюсь позади него, ощущая на запястье холод металла от ремешка часов, звук собственного дыхания кажется оглушительным в тишине склада.

– Зачем тебе понадобилась Джейн Гвидичи? – Ледяная фраза, каждое слово режет воздух.

Он оборачивается, глаза вспыхивают злостью. Слюна брызгами летит на мою рубашку, когда он хмыкает:

– Я здесь из-за этой маленькой сучки?

– Неправильный ответ, кусок дерьма, – мои слова пронзают пространство, а напряжение в груди сжимает каждую мышцу.

Он вздрагивает, а я делаю шаг ближе, ощущая его запах, смешанный с потом и страхом. Все вокруг будто замерло, только его дыхание и слабый скрип цепей нарушают тишину. Сжимаю пальцы в кулак, каждое движение выверено и предельно точно, и почти слышу, как ускоряется его сердце.

– Попробуешь еще раз? – произношу тихо, но с обещанием боли.

Он сглатывает, глаза расширяются… Я уже знаю: каждое неверное движение будет дорого ему стоить.

Хруст резонирует в помещении, наполняет воздух напряжением и страхом, смешиваясь с диким звериным криком, разорвавшим тишину. Слюна Бессона, как горячая капля, попадая мне на лицо, оставляет неприятное ощущение. Его глаза, полные боли и ужаса, словно вырываются из глазниц, придавая лицу еще более искаженный вид. Я понимаю, что он чувствует, ведь перелом малоберцовой кости – это не просто травма, а настоящий ад. Боль пронизывает его тело, и ублюдок пытается взглянуть на свою ногу, но перелом закрытый, что делает ситуацию еще более мучительной.