Текст книги "Инквизиция Cредневековья"
![](/books_files/covers/thumbs_240/inkviziciya-crednevekovya-295904.jpg)
Автор книги: Рамон Наварете
Жанр: Исторические приключения, Приключения
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)
Также в 1215 году был создан особый церковный суд католической церкви под названием «инквизиция». Иннокентий III провозгласил новые меры против еретиков, гораздо более обширные и более строгие, чем это было раньше. Назначаемые инквизиторы были уполномочены действовать в согласии с епископами или даже без них.
![](i_005.jpg)
Святой Доминик. Гравюра. XIX век
Смерть забрала папу 16 июля 1216 года, не позволив ему дать инквизиции прочную и постоянную форму, какую она получила уже при последующих понтификах.
Однако незадолго до смерти этот папа создал новые религиозные ордена – орден францисканцев и орден доминиканцев. Последние собрались в Тулузе вокруг Святого Доминика, полное имя которого было Доминик де Гусман Гарсес, а потом орден быстро распространился во Франции (там доминиканцы поначалу назывались якобитами, потому что первая резиденция ордена в Париже находилась при церкви Святого Иакова), Испании и Италии.
Францисканцы собрались вокруг Святого Франциска Ассизского (он же Джованни Франческо ди Пьетро Бернардоне). В ранний период они были известны во Франции как «кордельеры» (из-за того, что они опоясывались веревкой), в Германии – как «босоногие» (из-за их сандалий, которые они носили на босу ногу), а в Италии – просто как «братья».
Члены ордена доминиканцев пользовались расположением папы за особую ревность в преследовании еретиков. Они организовали Воинство Христово, преемники которого сделались потом «друзьями инквизиции».
![](i_006.jpg)
Франсиско де Сурбаран. Святой Франциск. 1658
![](i_007.jpg)
Педро Берругете. Святой Доминик, председательствующий на аутодафе. 1475
Францисканцы были соперниками доминиканцев во многих догматических вопросах, но и они осуществляли функции инквизиции. В частности, францисканцам была поручена инквизиция в Провансе, Арле, Центральной Италии, Далмации и Богемии.
Иннокентий III поручил «новым монахам» функции розыска по делам веры, и они должны были находиться в полной зависимости от Римского двора и отстаивать его интересы. Соответственно, скудость в одежде, бедность монастырей, особенно нищенство и унижение монахов заставляли их смотреть на дело инквизиции как на что-то почетное, лестное и удовлетворяющее их честолюбие. Инквизиции нужны были люди без родни, без связей, без привязанности к кому бы то ни было. Отречение даже от своих фамильных имен рассматривалось как гарантия того, что члены ордена будут недоступны чувствам, питаемым узами природы и дружбы.
Леонар Галлуа в своей книге «Инквизиция» пишет: «Требовались люди суровые, непреклонные, без жадности, потому что учреждалось строжайшее из всех прежде бывших судилище. Суровые правила и строгость доминиканцев не могли уже внушить им соболезнования к ближнему – им, безжалостным к самим себе. Надобны были ревнители веры, и доминиканцы были точно ревностны, по крайней мере, столько, сколько возможно в орденах недавно устроенных. Требовались люди ограниченного смысла или не слишком образованные; эти монахи вообще знали только схоластику и новое каноническое право. Наконец, избранные должны были желать истребления ереси по каким-нибудь частным побуждениям: доминиканцы сильно желали гибели еретиков, которые выступали против них и без всякой пощады старались уронить их в глазах света»[36]36
Галлуа, Леонар. Инквизиция. Первый том. Санкт-Петербург, 1845. С. 24–25.
[Закрыть].
Кстати, папа Гонорий III (в миру – Ченчио Савелли), преемник Иннокентия, был так доволен поведением Доминика и его братии, что утвердил распространение этого ордена во всех христианских государствах, и доминиканцы мало-помалу распространились на территории нынешних Испании и Италии.
* * *
После 1215 года инквизиция существовала уже во всей нынешней Италии, исключая Венецианскую республику, Неаполь и Сицилию. Там в 1224 году появился закон, который в числе других строгих положений содержал следующие.
1. Люди, которых церковь объявила еретиками и которые преданы светскому суду, наказываются по мере вины.
2. Обратившийся к единству веры, по страху наказания, подвергается церковному покаянию с заключением в тюрьму навеки.
3. Еретика, найденного в какой бы то ни было части государства, инквизиторы или усердные правильно славящие Бога могут представить судьям, арестовать и держать под стражей до тех пор, пока нечестивец будет отлучен, судим и предан смерти.
4. Укрыватели, потворщики еретикам подлежат той же казни.
5. Отрекшийся от ереси при виде смерти и по выздоровлении опять впадший в заблуждение, равно обрекается на казнь.
6. Преступление в оскорблении Бога выше преступления в оскорблении земного величества, и Господь казнит детей за грехи отцов, потому и дети еретиков не могут до второго поколения вступать в государственную службу и достигать отличий, кроме детей, которые отрекутся от своих родителей.
Леонар Галлуа пишет:
«Папа Григорий IХ с такой ревностью заботился об интересах инквизиции, что успел, наконец, сделать ее и судилищем. Пламенный покровитель Доминика, искренний друг Франциска Ассизского, он утвердил доминиканских монахов в должности инквизиторов; даже присоединил к ним францисканцев, посылая их в провинции, не имевшие доминиканцев; равно придавали их в помощь последним для разделения трудов»[37]37
Галлуа, Леонар. Инквизиция. Первый том. Санкт-Петербург, 1845. С. 29.
[Закрыть].
Пока инквизиторы преследовали еретиков во Франции и Италии, папские легаты постепенно созывали соборы в Тулузе, Мелёне, Безье, на которых не просто возобновляли меры против еретиков, определенные прежде, но и постоянно прибавляли к ним другие, еще более строгие.
В 1220 году германский император Фридрих II, один из самых светлых умов своего времени, совершенно неожиданно проявил себя как сторонник нетерпимости и рядом законов определил тяжелые наказания еретикам.
Историк М.В. Барро в своем очерке о Торквемаде пишет:
«Политические волнения, непрерывно наполнявшие его царствование, и, как ирония судьбы, ссора с папой вплоть до проклятия[38]38
Папа Григорий IX в 1227 году отлучил Фридриха от церкви. В 1230 году, после того как тот принял участие в Шестом крестовом походе, его отношения с папской курией улучшились, и отлучение было снято. Всего же Фридрих трижды отлучался от церкви, но реальной силы эти решения не имели.
[Закрыть] не дали ему возможности настоять на исполнении этих законов. Но папы воспользовались постановлениями Фридриха. Они служили для них разрешением ввести инквизицию в Италии и даже попытаться утвердить ее в Германии»[39]39
Будда, Конфуций, Савонарола, Торквемада, Лойола. ЖЗЛ. Санкт-Петербург, 1998. С. 245.
[Закрыть].
Суть этих новых мер, направленных против еретиков, состояла в следующем.
1. Все мужчины старше четырнадцати лет и все женщины старше двенадцати лет обязаны преследовать еретиков; а если не согласятся, то подлежат подозрению в ереси.
2. Лица, появляющиеся в церкви реже трех раз в год, подозреваются в ереси.
3. Город, в котором откроют еретика, платит нашедшему серебряную марку за каждую еретическую голову.
4. Дом, служивший убежищем еретику, будет срыт.
5. Имущество еретиков и участников их конфискуется; у детей их отнимается всякое право отыскивать и малейшую его часть.
6. Еретик, произвольно обратившийся, не может жить на родине.
7. Еретики обязаны носить на платье два желтых креста – один на груди, другой на спине, дабы можно их отличить от правильно славящих Бога.
8. Наконец, никто из мирян не может читать Святое Писание на родном языке.
Для Григория IX недостаточно было обнародовать на соборах все эти строгие духовные постановления. В 1231 году он издал грозную буллу Excommunicamus («Отлучаем»), которой отлучал от церкви всех еретиков и повелевал предавать их светскому суду для получения наказаний соразмерно преступлениям.
Историк М.В. Барро пишет:
«Так поступил папа Григорий IX в 1231 году, с буллы которого, помеченной этим годом, начинается распространение инквизиционных трибуналов по всему Апеннинскому полуострову, исключая Неаполь и Венецию. С этого же времени ведатели и судьи ересей формально называются инквизиторами, установленными церковью <…> Роль этих инквизиторов уже с 1229 года предпочтительно занимают доминиканцы, потому что при самом своем образовании орден этих монахов имел целью проповедовать слово Божие, откуда другое название ордена – орден проповедников. Однако рядом с ними выступали и другие, францисканцы и бенедиктинцы»[40]40
Будда, Конфуций, Савонарола, Торквемада, Лойола. ЖЗЛ. Санкт-Петербург, 1998. С. 245.
[Закрыть].
Все эти распоряжения, выполненные под покровительством короля Франции Людовика IX Святого и императора Священной Римской империи Фридриха II, давали монахам-инквизиторам и самой инквизиции форму и характер, превосходившие все ожидания Церкви. Плюс они безмерно увеличивали светское владычество пап.
![](i_008.jpg)
Римский папа Григорий IX. Фреска XVI века
В эту эпоху Франция и Италия склонились под власть инквизиции, и Неаполитанский король принял ее в свое государство. Григорию IX оставалось только ввести инквизицию в Испании. Время для этого было самое благоприятное, им и воспользовался папа. По сути, невежество и фанатизм призвали инквизицию за Пиренеи, и она с готовностью шагнула туда, разместившись в прекраснейших провинциях, сделавшихся очень скоро главным театром ее кровавых распоряжений.
* * *
![](i_009.jpg)
Римский папа Сикст IV
Историк М.В. Барро отмечает, что началась «эпоха так называемой первой инквизиции. Ее отличие – участие епископов как судей и карателей ереси»[41]41
Будда, Конфуций, Савонарола, Торквемада, Лойола. ЖЗЛ. Санкт-Петербург, 1998. С. 245.
[Закрыть].
Церковный трибунал, которому было поручено «обнаружение, наказание и предотвращение ересей», учредил в Южной Франции папа Григорий IX (в миру – Уголино деи Конти ди Сеньи). Его деятельность достигла своего апогея в 1478 году, когда король Фердинанд и королева Изабелла с санкции папы Сикста IV (в миру – Франческо делла Ровере) учредили испанскую инквизицию, которую с 1483 года возглавил Томас де Торквемада.
Три инквизиции
Подведем итог вышесказанному. Первоначально инквизиция была временным учреждением, просто некоей комиссией, собираемой по конкретным поводам, – чаще всего для борьбы с выступлениями еретиков. Лишь в XIII веке инквизиция приняла форму постоянных трибуналов и значительно расширила свои полномочия.
Историк И.Р. Григулевич (Юозас Григулявичус) в своей книге «Инквизиция» пишет:
«Заслуживает внимания то обстоятельство, что в Кастилии до второй половины XV века инквизиции как постоянного института вообще не существовало. Это объясняется тем, что Кастилия, возглавлявшая на протяжении столетий борьбу за освобождение Испании от мавританского владычества, не могла позволить себе иметь „священный“ трибунал, кровопускательные операции которого не только не укрепили бы, но значительно ослабили бы ее позиции по отношению к противнику. Что касается Арагона, то первый инквизиционный трибунал был в нем учрежден епископом Бернардом в Лериде в 1233 году. В 1238 году папа римский официально учредил инквизицию в Арагоне, которая особенно энергично действовала в примыкавших к Франции епархиях»[42]42
Григулевич И.Р. История инквизиции. Москва, 1970. С. 228.
[Закрыть].
Современный французский журналист и историк Жан Севиллья предлагает нам вспомнить хронологию событий. В 1231 году папа Григорий IX разразился против еретиков грозной буллой, которая и стала актом основания инквизиции. Тогда, как пишет Жан Севиллья, «борьба с еретиками была официально делегирована тем, кто имел в этом опыт: нищенствующим орденам. Главным образом, доминиканцам и францисканцам. После 1240 года инквизиция распространилась по всей Европе, исключая Англию»[43]43
Sévillia, Jean. Historiquement correct. Pour en finir avec le passé unique. Paris, 2003. Р. 60–61.
[Закрыть].
Итак, инквизиция была основана в XIII веке.
По мнению Жана Севиллья, слово «инквизиция», на самом деле, «покрывает совершенно разные события, продолжительность которых растягивается на шесть веков. Нет одной инквизиции, но есть три инквизиции: средневековая инквизиция, испанская инквизиция и римская инквизиция. С исторической точки зрения их смешение лишено смысла»[44]44
Ibid. Р. 61.
[Закрыть].
Юридически независимая и действовавшая параллельно с гражданским правосудием, средневековая инквизиция была церковным институтом, и ее служители зависели исключительно от папы. При этом булла Excommunicamus («Отлучаем») не прописывала четкой процедуры ее деятельности. Правила формировались эмпирически, и они были разными на разных территориях.
Специально исследовавший этот вопрос Жан Севиллья пишет:
«Миссия инквизитора была точечной. Приехав в назначенную ему местность, он начинал с общей проповеди, излагая доктрину Церкви <…> После этого инквизитор публиковал два указа. Первый, указ веры, обязывал верующих доносить на еретиков и их сообщников <…> Второй, указ милости, давал еретикам срок от пятнадцати до тридцати дней для отречения, после которого их прощали. Когда этот срок истекал, упорствующего еретика передавали в трибунал инквизиции.
Вот тут-то историческая реальность переворачивается с ног на голову и наполняется всевозможными клише. Картина инквизиции так негативна, что создается впечатление, что это было царство произвола. На самом деле все было с точностью до наоборот: инквизиция была правосудием методичным, формалистичным и полным бумажной волокиты, часто значительно более умеренным, чем гражданское правосудие»[45]45
Sévillia, Jean. Historiquement correct. Pour en finir avec le passé unique. Paris, 2003. Р. 62.
[Закрыть].
Обвиняемый мог призывать свидетелей для своей защиты, имел право на отвод состава суда и даже самого инквизитора. Первый допрос обычно проводился в присутствии своего рода «конфликтной комиссии», состоявшей из уважаемых граждан, мнение которых всегда учитывалось. Имена доносчиков держали в тайне (своеобразная программа защиты свидетелей), но если имело место лжесвидетельство, лжеца ожидало суровое наказание, и все об этом прекрасно знали.
Сначала инквизиция даже не имела права выносить приговоры, но это было исправлено. Однако буква закона, запрещавшая назначать телесные наказания за духовные преступления, соблюдалась. Инквизиторы приговаривали к различным видам епитимьи (к временному или пожизненному заключению, к штрафам, к изгнанию, к отлучению от церкви и т. д.). Лишь много позже было разрешено применять пытку для допросов особо упрямых подследственных, но на пытки было наложено множество ограничений (по некоторым данным, только 2 % задержанных испанской инквизицией подвергалось пыткам, и те не длились более пятнадцати минут).
Ни к каким телесным наказаниям или тем более к смертной казни инквизиция приговорить не имела права. Это была уже функция светских властей. По словам испанского священника и историка инквизиции Хуана Антонио Льоренте, «преступления, не имеющие никакого отношения к верованию, не могли сделать совершителей их подозреваемыми в ереси, и расследование этих преступлений принадлежало по праву светским судьям»[46]46
Льоренте, Хуан Антонио. Критическая история испанской инквизиции. Том 1. Москва, 1936. С. 92.
[Закрыть].
![](i_010.jpg)
Пытка подозреваемого в ереси. Гравюра XIX век
![](i_011.jpg)
Пытка ведьмы. Гравюра XIX век
В каких же случаях преступника казнили? Только в тех, когда он не признавал за католической церковью права судить его, или же если он повторно впадал в ересь, уже будучи однажды осужден (кстати, инквизиторы судили только христиан, а на иноверцев их «компетенция» не распространялась).
Не следует думать, что на костры отправлялись только такие люди, как Джордано Бруно или Ян Гус. Святая инквизиция преследовала не только за сознательное отклонение от догматов веры, но и за колдовство и наведение порчи, причем большинством приговоренных за последнее были женщины.
Безусловно, легко, живя в XXI веке, называть это мракобесием. Когда люди не верят в колдовство и в порчу, «охота на ведьм» кажется им невероятной дикостью. Людям Средневековья было гораздо сложнее: лекарств практически не было, и эпидемии неведомых болезней уничтожали людей тысячами. При таких обстоятельствах поневоле станешь суеверным. К тому же молва быстро распространяла секреты, вышедшие за пределы колдовских кухонь. Разного рода ведьмы, похваляясь своими возможностями, сами убедили народ в своей реальности и в своем могуществе – и последовал ответ, последовала, как теперь принято говорить, реакция общественной самозащиты…
Сжигали, конечно же, не только в Испании. Например, когда в 1411 году в Пскове началась эпидемия чумы, сразу же по обвинению в напущении болезни были сожжены двенадцать женщин (в летописи сказано: «псковичи сожгоша 12 жонке вещих»[47]47
Фроянов И.Я. Древняя Русь. Опыт исследования истории социальной и политической борьбы. Санкт-Петербург, 1995. С. 135.
[Закрыть]).
![](i_012.jpg)
Сожжение ведьм. Миниатюраж. XVI век
Просто люди искренне боялись всякой нечисти и верили в реальность вреда от общения с ней. «Суд Линча» в таких случаях вспыхивал сам собой, и происходило это задолго до рождения пресловутого американского судьи Чарльза Линча. Инквизиторы же вырывали обвиняемого из рук озверевшей толпы и предлагали хоть какую-то формальную процедуру расследования, при которой, кстати сказать, можно было и оправдаться. И многие оправдывались…
Да, в эпоху Средневековья полыхали костры инквизиции, но, например, сторонников черной магии преследовали и гораздо позднее XV века.
Церковный собор в Валенсии, проходивший в 1248 году, отнес разного рода ведьм и колдунов к еретикам. В Средние века ересь была страшным уголовным преступлением. Богослов и философ А.В. Кураев по этому поводу пишет:
«На самом деле „нечистоплотно“ обвинять целую эпоху в истории человечества, никак не пытаясь понять мотивы действий тех людей <…> Да, сжигать людей – мерзко. „Еретика убивать не должно“, – говорит Святой Иоанн Златоуст <…> Но историк тем и отличается от моралиста, что он должен понимать логику событий и мотивы лиц, творивших нашу историю, а не просто выставлять им оценки за поведение. Если же моралист осуждает одних преступников (инквизиторов) ради того, чтобы безусловно обелить другую группу преступников (колдунов), то здесь возникает вопрос – а есть ли у этого моралиста вообще нравственное право на то, чтобы считаться моралистом. Так что вовсе не с наукой воевала инквизиция, а с магическим суеверием. Оттого и рождение науки пришлось на пору расцвета инквизиции»[48]48
Кураев, Андрей. Неамериканский миссионер. Саратов, 2005. С. 30–33.
[Закрыть]
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?