Текст книги "Ночной охотник. Сборник новелл и рассказов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nochnoy-ohotnik-sbornik-novell-irasskazov-259236.jpg)
Автор книги: Рашит Сайфутдинов
Жанр: Ужасы и Мистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц) [доступный отрывок для чтения: 1 страниц]
2. Уничтожение
Раздавленный, лишенный воли и рассудка, беспомощный, полностью подчиненный Кристофер стал идеальным инструментом. Не марионеткой, а именно инструментом, орудием. Оба кода для разблокирования он ввел без проблем. И все. Свобода! Дверь камеры отворилась, и уже стоявший у порога Коурд вышел наружу. Мельком взглянул на Криса. Так и есть, в глазах стоит мутная пустота. Готов парень. Не останавливаясь, Тим прошел к выходу из отсека, и одновременно дал приказ Расселу. Тот рысцой обогнал его, приоткрыл входную дверь и выскользнул наружу с прежней ловкостью профессионала. Тим дал ему две секунды. Услышал вопрос, обращенный к Крису:
– Что ты там замешкался, умник?
Спрашивал негр-атлет. Кажется, Тарзан. Да, Тарзан. Тим напрягся и прочел в мозгу Криса подтверждение. Образно представил, как Крис беспечно, с ленцой, делает один шаг, еще один. При этом слегка наклоненная вперед голова выглядела естественно, как обычно. Бессмысленные глаза уставились вниз, не привлекая внимания. А ведь спецназ – народ внимательный, Коурд это учел. И еще учел то, что фокус с естественной маскировкой долго не продержится. Действовать нужно быстро.
Ровно две секунды.
Тим появился молнией. И так же молниеносно сменилось поведение Криса.
Макс Тарзан и Рик с ответной реакцией не оплошали: среагировали как могли быстро, то есть практически сразу. В первые мгновения оба сосредоточились на Коурде. Все могло бы решиться, едва начавшись. Макс выхватил боевой игломет не хуже, чем легендарные ковбои из еще более легендарных вестернов, может, даже лучше. Полсекунды назад оружие было в кобуре на поясе – теперь оно смотрит стволом прямо в цель, а выстрел уже произведен.
Ампула-игла – парализующая, скорее всего, – пролетела мимо Коурда, не задела его, не оцарапала. Тим неуловимым, нереальным движением нырнул в сторону и вперед, очутился перед Максом. И тут же – мыслеприказ Крису: убить! Он знал, что зазомбированный уже занял крайне прифигевшего Рика… которого вполне можно понять. Такого подлого хода, нападения, он никак не ожидал от Криса. Не помышлял о таком даже в бреду.
Нет, все-таки реакция у Тарзана отменная. Тренированная. Он сделал попытку использовать игломет в ближнем бою, прежде чем Тим выбил его хлестким ударом руки по внутренней части предплечья, ближе к ладони. Больно. Но чернокожий боли не поддался, хотя рука скоро еще и онемела. Он продолжил бой, стараясь наверстать упущенное и силой, и быстротой, бил серьезно и без жалости, использовал ноги. Неглупый малый, сообразил, что дело серьезное. Но, наверно, никак не хотел признать, что для него все кончено. Это игра со смертью.
Их учили подавлять эмоции, в том числе удивление. Их учили управлять шоковыми состояниями. Их учили контролировать сознание. И не удивляться, а действовать. Что бы не творилось. Даже если перед глазами чистой воды безумие…
И Макс усвоил науку четко. На совесть. Поэтому, когда появился Крис, а вслед за ним, как ни в чем не бывало – заключенный Коурд, в мозгу билось вполне естественное: невозможно! А тело автоматом среагировало на угрозу. Произошло то, ради чего они здесь. Действовать надо на опережение.
И он действовал. Легкий игломет в руке – выстрел – но Коурд уже рядом, на расстоянии удара – игломет летит в сторону – рука, его державшая, почти отнимается. Быстрый дьявол… Даром что особо опасен.
Но и мы не лыком шиты.
Макс мигом вошел в боевой транс. Рука, которая должна бездействовать, на взрывном приливе потаенной мощи транса, восстановилась и работает. Будет работать на пределе возможностей ровно столько, сколько нужно. А сейчас… бить падлу смертным боем, как учили. Чтобы в пух и прах. Так, как было не раз. Вот прет на тебя годзилла непробиваемая, ломающая кирпичи башкой, неостановимая, как танк, такого ударишь – кисть сломаешь. Что делать? Использовать особые техники. Быстрые, костоломные, хитрые и беспощадные.
А почему Крис, гад такой, напал на Рика, разберемся после. После того, как Коурд упадет, харкая кровью, вот на этот самый пол…
Два ловких, мощных и обманчиво неточных удара были смертоносны. И техничны. Да, техника достойна уважения. Тим отбил их играючи. А вот на третий, неожиданный, ответил ловушкой. Запястье Макса оказалось в цепком захвате – глухой хруст сломанной кости. Все равно, что стальную трубу переломить. Даже интересно как-то. А перелом, как и хотел Тим, получился открытый, неаккуратный. Острый обломок вспорол вены, слой крепких мышц, кожу. Фонтан теплой крови.
Удивиться такому повороту событий Макс не успел. Берсерк, идущий напролом, чтобы сеять смерть, не замечает ран. Да и слишком все быстро произошло. Тим уже оторвался от пола. Правая нога, проделав дугу, врезалась тяжело в висок, левая, довершая расправу, с размаха переломила шейный позвонок. Немного поакробатив, Коурд оттолкнулся ступнями, и легко приземлился на руки, перекат – и он на ногах, как ни в чем не бывало.
Макс упал. Могучая шея размякла. Голова завалилась набок. А глаза так и остались открытыми…
Рик и Кристофер дрались всерьез. Но зомби-Крис был настойчивее и злее. В отличие от своего противника, он не знал, что такое жалость. Такого понятия не существовало. Крис был расчетлив и хладнокровен. И несмотря на то, что Рик, отличный и опытный боец, держался, здесь тоже дошло до крови. Крис умудрился расквасить ему лицо. Рана могла быть серьезной. Однако получилась, пусть и достаточно глубокая, но царапина.
И все же Рику что-то мешало. В душе он никак не мог согласиться с тем, что Крис уже потерян. Все-таки друг, товарищ, часть команды, свой человек. И вдруг – на тебе! Его уже нет. Кристофер мертв. Осталось только тело, оболочка. Как это случилось, Рик понять не мог. Но ему было достаточно одного взгляда в эти пустые глаза. Крис мертв. Или свихнулся?
Рик выбрал момент, выхватил нож. Все. Надо с этим кончать. Ситуация хуже некуда, все летит в пекло, да еще этот Коурд мочит Макса… Черт, что с Максом?
Первый выпад с оружием слился в серию предыдущих ударов, блоков, уклонов. Никаких задержек, никаких передышек. Любой удар – либо нокаут, либо смерть. Лучше, конечно, нокаут, но тут как получится.
Как и в предыдущий раз, Тим был внезапен. Он не мешкал. Выхватил первое из снаряжения Макса, что попалось под руку. Стреляющий электрошок. Выстрелил. Попал в колено. Рика свело, он дернулся и упал. Сознание померкло.
Ненадолго.
Тим подошел к лежащему. Тот застыл. Поверженный, ему осталось совсем недолго. Разряд оказался достаточно мощным, чтобы не убить с первого раза, а вывести из строя. Одна рука, та, что безвольно лежит у головы, слегка подрагивает. Он пытается что-то сделать. Ага, ясно. Дотянуться до прибора связи в ухе. Коснуться, чтобы тот заработал. В этих моделях наверняка есть и другой способ выйти на связь – сжать челюсть и прикусить внутреннюю кнопку во рту. Это проще. Ладно, пусть попробует. Ничего страшного. Быстрее придет подмога, быстрее ее встретим.
Тим мысленно остановил Криса.
Из последних сил, превозмогая тошнотворную, мелко-незаметную судорогу, дрожь, темноту и слабость, Рик сосредоточился. И прямо так и сказал, нет, прошептал:
– Быстрее…
После этого Тим его вырубил. Избавил от дальнейших мучений.
Они действовали без промедлений, не теряя даром времени – ситуация не та. Каждая секунда может стоить непоправимо дорого. Это плохо.
Поэтому оба, и Стив, и Джейн очутились у места происшествия почти сразу.
Мыслить оперативно они умели, и вывод сложился в голове быстро. Очень быстро. Случилось невозможное. Случилось то, чего не могло и не должно было быть, чего не происходило ни разу и ни при каких, даже самых критических и экстраординарных, условиях. До сегодняшнего распроклятого дня. Может, и в самом деле, сегодня день особенный?
Вариант, наиболее подходящий сейчас для объяснения, таков: заключенный покинул камеру. И не просто покинул. Нужно рассуждать реалистично. Раз Коурда не обезвредили, значит, он сам обезвредил кое-кого из ребят. А так как Коурда гуманистом не назовешь, от него гуманизмом и не пахнет, в его темной душе нет даже слабого намека на человеколюбие, – садюга, словом, – то жертвы есть. Тим всегда бьет насмерть. Рика, во всяком случае, уже нет в живых.
«А ведь действительно, смахивает на мистику, – мельком подумал Стив. И тут же прокомментировал свои глупые мысли: – К черту все. Прибить козла, и будь что будет.»
Мысль затерялась.
Пора.
Он повернулся к Джени и чуть заметно кивнул.
А вот и долгожданная парочка. Прибыли. Молодцы, вовремя. Не оставляют друзей в беде, всегда идут на зов о помощи. Вот он, пример одной из самых распространенных человеческих слабостей – стремление помочь. Как благородно. Но спецназовцами движет не только благородство. Их зовет долг, который заключается в ликвидации опасности. Опасность, в данном случае – это Коурд. Хотя, вполне возможно, к долгу еще приплелась и месть. Наверняка они уже сообразили, что к чему. И будут мстить.
Кстати, это реальный спецназ, рассуждал Тим. Мысли неслись сверхъестественным вихрем, над которым не властно время, и ничуть не мешали. Спецназ. Не просто охрана. Этим бы ребятам в горячую точку, туда, где навык убивать быстро и профессионально, как голыми руками, подручными средствами, так и специальным оружием, – спасает сотни и тысячи жизней. Туда, где специально обученные, особые и крепкие, избранники и потомки Ареса, сами почти что боги войны, проявляют себя по полной. Но нет… судьба забросила их сюда. Что ж. Не повезло ребятам. Их приставили охранять его. Сделать так, чтобы убийца, которого ссыт полстраны, а в особенности зажравшееся трусливое правительство, не сбежал. Был доставлен в особую тюрягу. А там уже, возможно, и ликвидирован. Смешно…
И как же это все-таки наивно. Долг, честь, благородство. Сейчас иные времена. Сейчас смысл этих понятий изменился, стал совершеннее. Тим это понимал. И избрал для себя новый смысл, потому что понимал и еще одно: он выше их, выше жалких людишек. Выше и могущественнее всех, кого он знал и встречал. И увы, равных себе он еще не нашел. Знал, где искать, но пока не нашел. Успеется. В скором будущем, когда он прибудет туда, куда нужно, он проведет небольшой эксперимент, возможно, достигнет и этой цели. Найдет человека своего уровня. Не так уж тяжело осознавать, что ты единственный в своем роде, пока есть надежда.
А если надежда не оправдает себя и исчезнет… Может, будет даже лучше, если он никого не найдет. В конце концов, одиночество сверхчеловека – штука вполне терпимая.
А людишки пытаются его остановить всеми силами. Хоть какое-то, но развлечение. Именно развлечение. Люди на самолете обречены, а когда обреченные этого не понимают и сопротивляются, то становится забавно. Мелочная, дурацкая забава, но что поделаешь. Тим еще сильнее почувствовал себя сверхсуществом, этаким воплощением судьбы и рока, вершителем судеб для низших тварей, могучим духом, одиноким и единственным в этом убогом мирке. Величественное одиночество среди трупов, живых и мертвых.
Усмехнулся. Нет, это уже мания.
И снова две секунды. Все рассуждения улетучились за краткий промежуток времени.
Тут-то и появились Джейн со Стивом. Тим их встретил. Первым прикончил Стива. Тот был готов выстрелить, ему оставалось лишь сделать слабое, рефлекторно-незначимое движение – и все. Но Тим прикрылся потерявшим сознание Риком, как щитом. Это и задержало Стивена. Он соображал, оценивал, принимал решение долю мига. Вполне достаточно для того, чтобы выстрелил Тим.
Он стрелял незаметно, из-за спины «щита». Первый выстрел продырявил голову Стива, второй – плечо Джейн. Третий усыпил навсегда несчастного Рика. Все.
Джейн выронила оружие – правая рука бездействовала. Ясно. Паршивец Коурд выстрелил метко, и попал как раз так, чтобы полностью обездвижить конечность.
Он оказался рядом быстрее, чем хотелось бы. Решил поиздеваться: резким и беспощадным ударом, не дав увернуться, проломил кость бедра. Это было невозможно… Как и невозможно сильной оказалась сама боль. Кость переломилась хрупкой веткой. Как будто кувалдой по ней ударили – с чудовищным размахом, со всей дури. Казалось, ногу разрубили раскаленной секирой, и жгучий металл так и остался там, на месте, заживо обугливая плоть… Она закричала. Повалилась на пол. До крови искусала губу, но заставила себя замолчать.
Тим смотрел на нее молча. Спокойно и равнодушно. Он никогда не любил пытать. Он не наслаждался чужими страданиями. Просто делал свое дело. Правда, теперь, в этом случае, он отошел от первоначальной молниеносной тактики. Решил помедлить.
Он уже знал ее имя. Джейн Картер. Надо отдать должное, внешностью она не обделена. Хорошенькая. Женщины такого типа, сильные, красивые особой красотой амазонки, ему нравились всегда. Улыбочек Джоконды от них, правда, не добьешься, зато всегда присутствует шарм.
Он смотрел – и видел боль в ее глазах. Видел, как судорожно исказилось лицо. Боль, страх, жалость. И какая-то едва уловимая, трепещущая дрожь, как перед слезами.
Плавно, постепенно вошел в ее мозг. Он знал, что она не сможет проконтролировать вторжение. Ничего не сделает. Не получится. Скоро он узнал все. И стало понятно, откуда эта двойственная, физическая и эмоциональная, боль, почему жалость и страх смешались воедино с ней, превратившись в одно предсмертное страдание. Она вспоминала. Вспоминала то, что было совсем недавно и уже безвозвратно кануло в вечность. Непроизвольно, отрывисто. Вспыхнуло и погасло лицо ее любимого, которого он убил. Да, любовь! Приятно, наверно, умереть, осознавая, что в твоей жизни была настоящая любовь. Но прощание с этой любовью навсегда – ужасно.
Что ж. Пора прекратить разлуку. Это будет милосердно и быстро.
Джейн поняла, что пощады не будет. И не надо.
Коурд нажал курок, и наступила тьма.
3. Финал
Сначала в рубку вошел Крис.
– Ну как там? – поинтересовался Дэн, полуобернувшись. – Все в порядке?
Крис не ответил. Приказа разговаривать ему не дали. Нужно молчать. Он стоял и ждал команды.
Повисла тишина. Джим продолжал созерцать бескрайне-завораживающую бездну с медитативным спокойствием. Бездна темнела.
Все кончилось быстро и без суеты.
Тим воспользовался затишьем. Пришлось потерпеть, сосредоточиться, собрать часть исполинской воли в единый сгусток – так надо. Чтобы достичь результата, нужно прилагать усилия. Как и для полного сканирования мозга сразу двух человек, причем ускоренного. Подопытные не должны успеть начать сопротивляться.
Они и не успели. Первые пять секунд, пока несокрушимая и чужая власть воцарилась в их сознании, мгновенно сковав замораживающе-ледяными оковами, раскрыла блоки памяти и начала считывание, окончила его, – были ужасны. И безысходны. Последняя, шестая секунда – смертельной. Тим не стал использовать зомби в качестве убийцы, пусть Крис и находился ближе к жертвам. Поступил проще. Никто из этих троих ему уже не нужен, и он пристрелил их по очереди. Три выстрела соединились в один.
Вот и хорошо. С живыми препятствиями покончено. Неплохой выстрел. Можно было бы и получше, но ведь он не на соревнованиях.
Труп первого пилота столкнул с кресла и сел. Не побрезговал. Да и какая тут может быть брезгливость. Наплевать, все это мелочи и предрассудки. Тим не любил трупы, но дело сейчас прежде всего.
Цель близка. Половина того, что нужно было сделать, сделано. Остается совсем немного.
Однажды Тим уже побывал в России. Погулял по столице, кое-что изучил детально, запомнил, сопоставил с ранее известным. В конце концов, в жизни случайностей как таковых не бывает. Все на свете имеет свои предпосылки, причины и следствия. Тиму в Москве понравилось. Естественно, пребывать там в открытую он не мог, предпринял кое-какие меры маскировки сверх элементарных. Но в целом впечатление осталось хорошее. Грех было не вернуться туда еще раз.
Однако, эта мысль оформилась в намерение не так уж и давно. Случай вернуться Тим предвидел, и решил им воспользоваться. А ситуация складывалась идеальная. Получилось так, что Коурд сразу убивает двух зайцев: устраивая крушение самолета, без изъянов инсценирует свою смерть и незаметно для посторонних прибывает в Россию. Где и развернется как следует.
Такая вот перспектива. Заманчивая.
Но прежде, чем самолет рухнет, не оставив ни следов, ни улик, нужно кое-что сделать… Чем Тим сейчас и займется.
Через полтора часа все было готово.
Он сделал то, что не в силах сотворить человек, что возможно только особо умной и современной вычислительной машине. Он разгадал коды «чёрного ящика». Коды доступов к секторам управления памятью и самый сложный и труднодоступный – код самоуничтожения. Теперь они известны. Уничтожать «ящик» Тим не собирался. Нет, не нужно. Это только осложнит ситуацию. «Ящик» крайне прочен и снабжен несколькими системами защиты, и его гибель при аварии вызовет подозрения. Он создан для того, чтобы оставаться целым после любого пекла. Излишних хлопот приобретать не хотелось. Тим разгадал «суицидный» код чисто в экспериментальных целях. Пришлось постараться, пустить в ход и разум, и возможности сверхсознания, в общем, использовать все доступные средства, а не просто терминал доступа. И данные, полученные при сканировании мозга пилотов.
Разумеется, кроме расходов ресурсов и титанических усилий, здесь имелась и польза. Коурд установил для себя новые принципы дешифровки и приобрел дополнительный опыт по взлому сверхсложных систем самоликвидации. Хорошая прокачка.
Закончив с кодами, приступил к другим операциям. Тут было проще. Вскрывал секторы, извлекал информацию, помещал ее в другой, нужный сейчас сектор – получалось нечто вроде монтажа, только иного уровня. Тим все продумал заранее. Дело шло без задержек. Перепрограммированный «черный ящик» из потенциального препятствия превратился в помощника, данные которого не опровергнешь.
Да, и особо важное действие. Запрограммировать на самоуничтожение сам самолет. Для этого надо взломать систему защиты главного бортового мозга. Будет взрыв. Что ж… Вперед и с песней.
Напоследок Тим уничтожил следы вторжения в «ящик» и в бортовой мозг. После взрыва главный не уцелеет. Но все равно – дополнительная страховка не повредит. Следы надо заметать всегда и везде.
Теперь нужно покинуть рубку. Больше Тиму здесь делать нечего.
Напоследок он еще раз взглянул на карту-монитор. Убедился: долетит. Горючего в спасательном модуле на такое расстояние хватит, до суши он доберется.
Модуль покинул самолет ровно через минуту. Тим отключил автоматическое управление и повел его вручную. Все-таки это более чем отлично, что транспортировали его пусть не на большом, но хорошо оснащенном современном самолете. С усовершенствованной системой эвакуации, предусматривающей не только парашюты, но и летательные спасательные модули. Компактные. Запись об исчезновении одного из них, разумеется, ни в главном мозге, ни в черном ящике, не зарегистрируется. Тим об этом позаботился.
А ручное управление – оно гораздо привычнее и удобнее. К тому же, автопилот не знает маршрут. Задавать его нет времени. Нужно отлететь как можно дальше от самолета, пока тот не взорвался. Сыграет на руку и то, что сам основной транспорт летит под углом к траектории модуля и удаляется от него.
Сквозь окно виднелась тьма. Это тоже к лучшему. Модуль будет труднее засечь визуально.
Самолет разорвало посередине, разнесло в осколки гигантским огненно-раскаленным шаром. Взрыв вспыхнул на фоне поздневечернего, еще беззвездного неба неостановимой стихией, вулканическим фейерверком, будто в воздухе, прорвав все заслоны неведомых и невидимых измерений, полыхнула огненная капля самой преисподней.
***
«Экстренное сообщение.
Только что получена информация об аварии авиатранса специального назначения «Страут-4». Самолет взорвался в полете в районе залива Согне-Фьорд. Основная часть обломков упала в безлюдной местности и над морем. Однако, взрыв был настолько силен, что некоторые обломки достигли близлежащего населенного пункта. Среди местного населения есть жертвы.
По предварительным данным никто из находившихся на борту не выжил. В ближайшее время начнется расследование»
Поединок
Я безжалостно прогнал подкравшуюся было панику. Поймал взгляд Лиды и решительно проговорил:
– Если не хочешь, чтобы тебя сожрали… беги.
И указал на выход из этого проклятого помещения.
– Ага, щас, – немедленно последовал ответ. – Эта тварь подавится, если попытается мной поужинать. Насмерть.
– Именно это мне и нужно.
Лида вскинула бровь.
– То есть… – Я замялся, поняв, что сморозил редчайшую тупость. Потом махнул рукой. – Да неважно, вали уже отсюда!
Времени на споры нет.
Помещение, куда мы попали, достаточно обширное. Метров двенадцать в поперечнике, вдвое больше в длину. Неизвестно откуда исходит свечение, не слишком яркое, не слишком тусклое, глаза к нему приспосабливаются быстро. Даже после кромешной тьмы, откуда мы выбрались не так давно. Да ладно, хрен с ним с освещением.
Откуда вообще взялась эта исследовательская станция? Затерялась в бездне космоса, неизвестно, сколько лет пустует… А вот поди ж ты. Нарисовалась на нашем пути. А мы, дурни любопытные, взяли и заглянули сюда.
Кому принадлежал весь этот гигантский комплекс? Что за мудаки-ученые тут работали? Они проводили просто дикие опыты. Шутки с генетикой плюс современное оборудование. В результате на свет появились мутанты. Существа, которым не место на белом свете.
Терпеть не могу экспериментаторов, у которых крышняк снесло от вседозволенности. Особенно тех, что работают нелегально. Скрываются в тайных лабораториях. И порождают всяких гадов, ощущая при этом себя чуть ли не богами.
Кто они, эти ученые, кто их финансировал, кто за всем этим стоит… Еще предстоит разобраться. Вот и пусть себе разбираются те, кому следует.
Но не мы.
Точно не мы.
Нас осталось только двое. Астронавты-любители. Поперлись искать приключений на пятую точку. Поперлись на яхте типа «Искра». Небольшой, но достаточно мощной для длительных перелетов и путешествий. Ну, вот и приехали, собственно.
Хотя…
Вот откуда мы могли знать, что на этом заброшенном объекте сейчас бродит в поисках пищи последний, изголодавшийся монстр? Как эта тварь вообще выживала до сих пор?
Эх, надо было послушаться Виктора. И не соваться сюда. Витя, Витя… Если бы мы не были такими идиотами, и сделали так, как ты и говорил – тогда бы, возможно, не произошло ужасной, бесчеловечной трагедии. Тогда все были бы живы. И ты тоже.
Мы, недоумки, почему-то решили, что разделившись на группы по трое, добьемся больших результатов и найдем что-нибудь сногсшибающее. Понадеялись на свои силы. А когда поняли, что к чему, было уже поздно. Курсы по выживанию, успешно освоенные каждым из экипажа, не помогли…
Печально, но факт. Виктор оказался прав.
И из девяти человек экипажа остались в живых только мы с Лидой.
И то – если она будет тормозить, это ненадолго.
Хотя бы один из нас должен выжить.
– Сереж, ты что, ебанулся? – Лида не выдержала. Эмоции через край. – Хватит из себя героя строить! Надо уходить вместе.
– Я задержу монстра. А ты беги.
– Вот дебил…
– Да. Ты права. И если я не задержу его, ты просто не успеешь добраться до яхты. Понимаешь? К тому же… я вооружен.
– Ага, конечно. Уровень заряда видел?
Я знал, что ручной бластер не сильно мне поможет, потому что заряд действительно почти на исходе. Особо не постреляешь.
– Ты реально дебил, – покачала головой Лида.
– Возможно, – с этим пунктом я согласился, но в остальном остался непоколебим. – Но ты вообще безоружна и ничем мне не поможешь.
– Но…
– Никаких но! – твердо заявил я. Потом подошел вплотную, обнял, заглянул в глаза. Добавил чуть мягче:
– Просто улетай.
– Нет! – попыталась вырваться она. В глазах блеснули слезы. – Глупости. Нет. Я вернусь и заберу тебя…
– Послушай. Как только пристрелю гада, я подам сигнал бедствия. Вот через эту штуку. – Я показал тревожный маяк, пристегнутый к запястью. – В течении двух часов. Ты увидишь этот сигнал. И спасатели тоже засекут, хоть они и далеко. Они прилетят на помощь. Все будет в порядке. Хорошо?
Она нерешительно кивнула.
– Уходи. И не забудь закрыть дверь, когда выйдешь.
Молчание. Упрямое. Не сулящее ничего хорошего.
– Ну, быстро!
– Нет! – Словно ударила. – Я не брошу тебя тут! Идем вместе. Нехуй тормозить, надо бежать…
– Хорошо, – перебиваю я резко. – Ты хочешь, чтобы мы вместе спаслись?
– Да! Да, черт побери!
Сколько у нас времени? Мало. Рассусоливать некогда. Надо решаться. И использовать последнее, самое поганое средство, чтобы убедить ее оставить меня здесь.
– Слушай. Нет времени все говорить. Я… я тебе тогда изменял с Анжелой.
– Бляха, Рудин, ты… ты чо несешь?!
Пока она менялась в лице, осознавая, что мир рушится, я продолжил:
– Ты втюрилась в меня. А я просто притворялся. Ты…
– Да заткнись уже, придурок! Нет твоей Анжелы, чертова гадина ее сожрала!
– … мне не нужна…
Она побледнела. Потом я думал – даже ждал – что влепит по роже. От души так, профессионально. Как на тренировках в полный контакт. Не дождался. Выдавил:
– Уходи. Будет лучше, если ты уйдешь. Прямо сейчас.
Она не шелохнулась.
– Вали. Прямо сейчас. Вали отсюда! Давай, давай, пошла!
Воспользовавшись ступором, я вытолкнул ее, а она не произнесла ни слова. Даже перед тем, как тяжелая дверь закрылась, и я услышал шум громоздкой задвижки по ту сторону. И понял, что первая цель достигнута. Лида получила драгоценное время и шанс на спасение.
С каким-то садистским сарказмом подумал, что еще никогда так удачно не врал во благо. Пусть любимая девушка считает меня сволочью. Главное, что спасется.
А я стану последней жратвой мутанта. А хули строить сопливые надежды? Я что, терминатор? Или бессмертный? Надо смотреть правде в глаза. Допустить, чтобы Лида погибла тут со мной, я не могу. Расправиться с монстром и выжить – о, если звезды сойдутся, пошлют мне суперсилу, да еще с небес пара молний чудищу в задницу ударит… Тогда да. Я победю. Я герой.
Шансы выжить нулевые. Как у меня. Так и у монстра.
Заберу его с собой.
Раз уж решился на безумие, то надо идти до конца. Встретить мутанта, как подобает. Сгинуть, но убить тварину, которая с потрохами сожрала моих друзей. Сволочь… Это достаточно сильный противник. В астронавты кого попало не пускают, и наш экипаж был подготовлен к опасностям. Боевые сильные ребята, не боящиеся рисковать.
Однако, это им не помогло.
Виктор тоже не боялся. До сегодняшнего дня.
Глазам вдруг представилась веселая, мать ее, картинка. Исчадие ада, воплощенное в жуткую плоть, врывается в помещение. Ловко избегает и уворачивается от смертоносных метких выстрелов из бластера. Набрасывается на стрелка-неудачника, посмевшего встать на пути. Все заливает кровь…
На миг паника взяла верх. И, как ни старался, я не смог сдержать противную дрожь.
Закрыл глаза.
«Ебучий ты трус, а не астронавт» – отвесил я сам себе комплимент. Если так боишься, то включай съебаторы и беги за Лидой, спасайтесь оба. Минует опасность – извинишься, поговоришь, расскажешь правду. Будете жить долго и счастливо. Не строй из себя недоделанного героя. И вообще, если поджилки трясутся – сидел бы себе на Земле-матушке, а не высовывался в космос. Космосу наплевать на тебя. Здесь нет безопасности и комфорта. Миллиарды землян сидят себе на тихой-мирной планетке, кайфуют, гуляют, бухают, долбят наркоту, прожигают никчемные жизнишки, ссорятся, мирятся… Да, есть и светлые умы, реально достойные и просто хорошие люди. Рай на Земле почти построен. Живи и наслаждайся. Ну, или деградируй и наслаждайся. Выбор за тобой!
Оставался бы там, где можно делать все, что хочешь. С твоими-то возможностями! Бабла дохрена, мозги на месте, связи есть. И чего ради ты угробил десять лучших лет на подготовку к космосу? Зачем порушил планы родителей, которые пророчили тебе иное будущее – большое, славное, полное роскоши? Чтобы показать, что ты из другого теста? Чтобы доказать, что ты крут? Но кому? Себе? Или заботливым родителям?
Да никому.
И не для крутости.
А, видимо, чтобы сдохнуть вот тут, посреди бездушной космической пустоты, ненавидимый всеми, даже единственным по-настоящему дорогим человеком, той, ради которой и в огонь, и в воду, и в ад кромешный готов пойти…
Быть разорванным на части взбесившимся уродом, мутантом-душегубом, который не щадит никого.
Если этот мутант выберется отсюда, с этой лаборатории… Или кто-нибудь еще забредет сюда… Что тогда будет?
Идиота кусок. Ты сейчас должен не трястись и жалеть себя. Ты должен вспомнить все, чему тебя учили. Разбудить ярость, что не давала тебе покоя все эти годы и заставила выбрать иной путь, не тот, который выбирает большинство. Ты должен остановить гада. Любой ценой. Как угодно. Но – здесь и сейчас.
Насчет спасателей я тоже нагло соврал Лиде. Сигнал бедствия они не засекут, слабоват он – а любая помощь слишком далеко. Главное, чтобы Лида убралась отсюда. И никого сюда не привела.
Что ж, повод бросить меня тут у нее теперь есть.
И теперь отсюда точно не выберется. Никто.
Я огляделся. Чудовище сможет продолжать погоню за ускользающей добычей, – за нами, то есть, – лишь пройдя через это помещение. Я это знаю наверняка. Потому что помню план всего объекта, который составил наш универсальный сканер-картограф. Перед тем, как высадиться сюда, Дубровский сам лично подкорректировал то, что не доснял сканер, запустив дополнительные зонды. И продемонстрировал нам результат. Достаточно подробная структура, показывающая, что из себя представляет объект изнутри. Так как я в свое время очень сильно хотел быть лучшим из лучших, то в Академии спецподготовки натренировал умение запоминать все, что вижу и что мне нужно.
Поэтому точно уверен – тварь обязательно явится сюда. Деваться ей больше некуда. Да, монстр временно потерял наш след. Это произошло случайно, вследствие утечки какого-то неизвестного газа в одном из отсеков. Сильный посторонний запах чуть не вырубил нас, но и, видимо, обманул чуткое обоняние мутанта. Скорее всего, ненадолго. Тварь появится с минуты на минуту. Что ж. Я жду.
Подстрелить его будет непросто, в чем я уже успел убедиться. Придется применить кое-что из подручных средств, чтобы облегчить задачу.
Продолговатая выпуклость в боковой стене, по виду – вмонтированный блок, предназначенный для экстренного случая. Крепкий. Там явно припасено что-нибудь полезное. Интересно, что? Надо проверить. Прямо сейчас. Пока есть время. Я переключил бластер на малый режим.
Подошел к блоку. Надеюсь, что он окажется не таким прочным, как показалось на первый взгляд…
***
Омега сегодня славно поохотился.
После отвратительного, но вынужденного не раз повторяться акта каннибализма, эта охота стала отдушиной. Спасением. Она окрылила. Наконец-то нормальная пища! Наконец-то можно пополнить запасы, обеспечив себя еще на какое-то время.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?