Книга: 961 час в Бейруте (и 321 блюдо, которое их сопровождало) - Рёко Секигути

«Когда говорят о каком-то блюде, непременно описывают его вкус. Если ингредиенты – это слова, то вкус продукта – то же самое, что смысл слова. Но в Бейруте я каждый день пробую не «букет вкусов», а «букет ароматов». Может быть, аромат продукта – то же самое, что звучание слова? Сравнение кажется слишком буквальным, но так же, как звучание выходит на первый план в поэзии, так и в ливанской кухне аромат обретает решающее значение. Можно назвать ее «певучей».

«Японцы часто говорят, что в их кухне «последние приправы у тебя во рту». Человек волен смешивать рис и само кушанье, захватывая их палочками в нужной пропорции и достигая желаемой степени солености. В сущности, каждый из компонентов обладает простым и узнаваемым вкусом, но во рту можно сочетать их по своему усмотрению. В ливанской кухне, напротив, «последний штрих добавляется» в тарелку. Каждый, как и на палитре, может смешивать цвета и вкусы создавая перед собой собственной блюдо»

«Когда начиналась бомбардировка, отец готовил коктейли Маргарита и торжественно сообщал, что настал час аперитива. Мы все спускались в укрытие. Там он угощал Маргаритой соседей, а мы, дети, грызли фисташки и другие закуски. Взрослые пили и пьянели. Конечно, теперь я понимаю: так они защищались от суровой реальности, но, думаю, что поведение моих родителей, которые, не выдавая своей тревоги, стремились привнести в жизнь хоть немного праздника, - здорово помогло мне пережить этот период… Разумеется, для Маргариты необходим лед. Мы запускали генератор, чтобы включить морозилку! Можно подумать, что во время войны тратить электричество, чтобы сделать лед – безумие. Но для отца это было жизненно необходимо, да и для нас тоже, честно говоря»

«Видишь ливанский флаг – он бело-зелено-красный? А знаешь, почему? Это цвета табуле: лук-петрушка-томат!»

Когда я похвалила необычайно вкусный рис с молоком, хозяйка воскликнула: "Как хорошо, что он вам понравился! Подождите..." И вот она уже возвращается с большим контейнером Tupperware, полным риса с молоком и, улыбаясь, протягивает его мне: "Это вам на завтрак!" Я почувствовала себя ее дочерью, хотя это была наша первая встреча.

Из плюсов - автор очень эрудирована. Текст наполнен отсылками к работам художников и кинорежиссеров, историческими фактами и диалогами с местными жителями, но чего-то не хватило. Не хватило чего-то, что заставило бы меня истекать слюной и паковать чемоданы)

На первый взгляд цель этой книги проста: создать портрет Бейрута через национальную кухню, через «движения рук поваров, кулинарные байки, рассказанные местными жителями». Для этого Рёко Секигути провела в Бейруте почти полтора месяца, с 6 апреля по 15 мая 2018 года, всего 961 час. Сначала она написала небольшой путеводитель, а затем эту кулинарную книгу, главная задача которой — примирить «вкусы эпохи» с «личной или семейной памятью».

Даты пребывания Рёко Секигути в Бейруте также имеют значение. Это было до восстания ливанского народа против коррумпированных властей, до COVID-19 и ужасного взрыва в порту 4 августа 2020 года. Однако другие трагедии, пережитые маленькой страной, были ещё ощутимы. Среди них — шрамы Гражданской войны (1975–1990), присутствующие как в памяти ливанцев, так и в облике города, когда в глаза бросается «яркий контраст между разрушенными зданиями, послевоенными руинами и новенькими домами».

Многие бейрутцы выступают против реконструкции, которая иногда разрушает город больше, чем сама война. Они хотят сохранить «следы «прежнего» города, воспоминания о Бейруте, в котором жили их предки, память о его древнем арабском прошлом», принесённого в жертву на алтаре чрезмерной модернизации.

А что насчёт кухни во всём этом? Она повсюду. В «красках, запахах, голосах, вкусах и движениях рук людей, готовящих еду». В возрождения ливанского виноделия или разнообразия и свежести гастрономии, которая одновременно традиционна и международна, открыта для Запада, где интерес к так называемой восточной кухне не ослабевает. Одно из богатств книги «961 час в Бейруте» — это тонкое размышление об идентичности, традициях и обмене, передаче и разрыве.

Без влияния других культур не может выжить ни одна кухня, ни один язык. Просто есть вероятность, что некоторые кулинарные культуры уже выстроились вокруг этих метаморфоз и не могут обходиться без изменений, тогда как другим в какой-то момент своего развития необходимо замкнуться в себе, чтобы защититься. Подобно телу, которому нужна безопасность, чтобы выздороветь. Быть может, сейчас ливанской кухне или ливанцам требуется прийти в себя, прежде чем открыться другим кулинарным культурам.

Рёко Секигути хотела запечатлеть образ Бейрута до всех потрясений последних лет. Сохранить его не разрушенными и в очередной раз растерзанным, а живым, возрождающимся, с оптимизмом глядящим в будущее. И сейчас её книга для самой писательницы, для ливанцев и для всех, кто застал город до череды катастроф, — это возможность снова встретится с прежним Бейрутом. Через кулинарию, которая рождает воспоминания и ностальгию.

Бейрут - город не для пешеходов. Максимально не развита культура ходить (без машины никуда, и ты без нее никто).

При том, что в стране довольно много мигрантов (в основном это обслуживающий персонал) - там нет ресторанов национальных кухонь. Автор предполагает что эта замкнутость обусловлена войной: идёт период восстановления (сохранение уникальности)

Подчеркивается важность еды для ливанцев. Они любят поесть, и делают это с удовольствием.

Последние главы - возвращение в Бейрут (спустя год), когда там идёт революция. Люди сплотились чтобы обеспечить себе лучшее будущее