Читать книгу "Сердца, горящие в сумерках. Полное издание"

Глава 7

Ночь опустилась на Финтраэль мягко, почти ласково. Ветер стих, луна повисла над башнями замка, и казалось, будто сам воздух стал прозрачнее. Я долго ворочалась в постели – мысли о завтрашнем дне, о странной игре, об Айгеле и его предупреждении, и конечно об Эдарисе. Всё путалось в голове, мешая уснуть.

Когда глаза всё же сомкнулись, реальность незаметно перетекла в сон.

Я стояла у берега знакомого городского пруда.

Туман стелился над водой, а серебряные лилии уже распустились, словно звёзды, упавшие с неба. От них исходило мягкое свечение, сегодня оно было серебряным, как луна.

Тишина была такой глубокой, что я слышала собственное сердце. И вдруг откуда-то за мной раздался голос. Нежный, тихий, будто весенний ветер.

– Элисия…

Я обернулась, но никого не увидела. Только лёгкое движение воды.

– Не бойся. Ты ищешь то, что спрятано.

– Кто ты? – спросила я, делая шаг к озеру. Волна коснулась босых ног, холодная, как дыхание зимы.

– Я память. И я знаю, что ты ищешь.

– Ты знаешь, где это?

– Да. То, что украли, спрятано среди тех, кто не видит свет. Найди лилии, и они укажут дорогу.

Свет вокруг стал ярче, вода вспыхнула серебром, и поверхность озера вдруг покрылась узором – как сеть древних рун, складывающихся в слова. Я не успела их рассмотреть: всё расплылось, как будто кто-то сорвал покров с зеркала.

Внезапно вспыхнул яркий свет, который ослепил меня – и я проснулась.

Сердце бешено колотилось. Комната была залита бледными лучами рассвета. Я подняла руку, чтобы оттереть пот со лба – и замерла.

На ладони лежал серебристый лепесток лилии. Тонкий, хрупкий, прохладный, словно только что срезанный.

Я долго не могла отвести от него взгляд.

Получается, что это был не просто сон.

Вскочив с кровати, я отправилась во двор на утреннюю пробежку, где меня как обычно ждала Ностра, но не Дерии, ни Айгела сегодня не было, что меня изрядно удивило и даже расстроило.

После я вернулась к себе и начала собираться на занятия, нужно было срочно все рассказать подруге.

Я нашла Дерию в коридоре академии. Она сидела на подоконнике в коридоре, задумчиво что-то записывая в тетрадь. Утренний свет ложился на её волосы золотыми бликами. Увидев меня, она нахмурилась и ловко спрыгнула на пол.

– Что с тобой, Лис? Ты бледная как смерть.

– Мне нужно тебе кое-что рассказать, – прошептала я, осторожно оглядываясь. – Только не здесь.

Мы свернули в сторону от основного коридора в закоулок, где было пусто, и я рассказала всё: про озеро, про голос, про лилии и про то, как проснулась с лепестком в руке.

Дерия слушала, не перебивая. В какой-то момент её глаза блеснули, как будто внутри них вспыхнула искра.

– Лилии, говоришь?.. – тихо произнесла она и резко схватила меня за руку. – Пойдём!

– Куда?

– В старый сад.

Он находился позади академии, за высокой каменной аркой, заросшей плющом. Когда-то здесь проводили балы и летние праздники, но теперь место забросили. Сюда приходили только влюблённые – спрятаться от взглядов, посидеть на старых каменных лавочках, обвитых дикими розами.

Воздух пах влажной травой и пылью, а над кронами деревьев дрожал солнечный свет, пронизывающий ветви.

В центре сада был маленький пруд, а в нем серебряные лилии. Такие же, как и на набережной и как в моём сне.

Мы подошли ближе.

Я присела на корточки, осторожно коснулась одного из лепестков – и почувствовала, как по коже пробежала дрожь.

– Чувствуешь? – спросила я. – Они… как будто живые.

– Магические, – кивнула Дерия. – Но ничего необычного я не вижу.

Мы обошли весь пруд, проверили каждую клумбу. Я искала хоть что-то: блеск камня, запах магии, след руны, но всё оставалось прежним. Только ветер колыхал лепестки, и вода тихо звенела, когда на неё падали капли росы.

– Может, мы неправильно поняли? – устало сказала я. – Где-то еще тут есть лилии?

– Нет, – ответила Дерия, сжав губы. – Только в этом старом саду, и на набережной, но она не подходит, так как искать нужно в пределах академии.

Мы ещё немного постояли, потом медленно направились обратно.

По дороге мне всё чудилось, что за нами кто-то наблюдает. Сад словно жил своей тайной, и в тишине за нашими спинами едва слышно шуршали листья.

– Не волнуйся, Лис, – сказала Дерия, будто почувствовав мои мысли. – Мы что-нибудь придумаем. Уверена, что лилии приснились тебе не просто так.

Я кивнула, но внутри осталась странная тяжесть.

Когда мы вошли в главный двор, мне показалось, что на ладони всё ещё лежит серебряный лепесток – даже если его уже не было.

Глава 8

Следующий день встретил нас проливным дождем, но Ностра несмотря на это не отменила тренировку, и разрешила одеть плащи. Айгел лишь коротко кивнул и как обычно убежал вперед. А мы с Дерией бежали вместе, но из-за шума дождя и темпа, заданного Нострой поговорить нам не удалось.

Ближе к началу занятий небо окончательно затянуло плотными облаками, и тонкие струйки воды стекали по витражам длинных коридоров, но дождь теперь был лишь слегка моросящим.

Мы просидели с Дерией весь день лишь в пол уха слушая профессоров, обдумывая мой вчерашний сон и направление, в котором стоит искать.

Решив, что в саду искать бесполезно в конце дня мы отправились с ней в библиотеку, которая в такие дни становилась самым тёплым и уютным местом во всей академии.

– Думаю, что стоит начать искать в книгах про историю академии, – говорила Дерия, пока мы поднимались по винтовой лестнице, – возможно мы найдем там что-то про лилии.

– Мне нравиться твоя идея, – кивнула я. – А что насчет заклятия поиска, что ты искала в книгах отца, ведь это может помочь.

Дерия нахмурилась.

– Я нашла одно заклинание, и даже вчера попробовала его, но оно не сработало.

– Покажешь?

Дерия кивнула мы как раз добрались до библиотеки, которая благодаря магии была гораздо больше внутри, чем казалась снаружи. Это были десятки этажей уходящих высоко в небо и спускавшихся глубоко под землю, где по слухам находилось старое подземелье.

Библиотека встретила нас запахом старых пергаментов, воска и дерева.

Магические шары освещали ряды книг, разгораясь сильнее, когда к ним кто-то приближался.

Библиотекарь – пожилой человек с серебряными очками – даже не поднял головы, когда мы вошли.

Всё вокруг дышало тишиной. Только шелест страниц и далёкие шаги.

Мы устроились за длинным дубовым столом у окна, разложили записи и направились в сторону рядов с историей, пытаясь найти хоть что-то.

К нашему удивлению, Дерия быстро наткнулась на полку исторических хроник академии, старые свитки, несколько потрёпанных фолиантов, которые едва не рассыпались в руках. Мы аккуратно взяли все что смогли унести за раз и распределив книги между собой начали искать.

– Тут ни слова про серебряные лилии, – проворчала я, переворачивая страницу. – Одни хроники, когда была построена, когда открыта, ничего интересного.

– У меня тоже ничего – громко выдохнула Дерия.

Тишину рядом с нами прервали тяжелые и уверенные шаги, мы обе одновременно подняли глаза – и увидели Айгела.

Он шёл между полок, неся под мышкой несколько книг, и, как обычно, выглядел так, будто весь этот мир для него невероятно банальным и скучным.

Белые волосы падали на лоб, пальцы – длинные, сильные – скользили по корешкам фолиантов, будто он искал нечто конкретное.

– Смотри, кого принесло, – пробормотала Дерия, закатив глаза.

Я тихо толкнула её ногой под столом.

Айгел заметил нас и на секунду остановился. Его взгляд – холодный, пронзающий – задержался на мне чуть дольше, чем нужно, а потом он медленно подошёл.

– Вы обе и в библиотеке, – произнёс он, без тени улыбки. – Необычное зрелище. Решили вспомнить, как выглядят книги?

– Решили узнать, чем ты тут обычно занимаешься, – парировала Дерия, не поднимая головы.

Айгел склонил голову, губы чуть изогнулись, но в его улыбке не было тепла.

– Осторожнее, сестрёнка. Любопытство иногда стоит дороже, чем ты думаешь.

– Высокомерие тоже, – ответила она.

Я почувствовала, как между ними искрит воздух, и торопливо вмешалась:

– Мы решили изучить историю академии, а что тебя привело сюда сегодня?

Айгел посмотрел на меня пристально. В его взгляде мелькнуло что-то – не гнев, не насмешка, скорее тень. Но он быстро опустил глаза и равнодушно пожал плечами.

– Ох уж эта история… – повторил он тихо, будто пробуя слово на вкус.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я, но он уже отвёл взгляд.

– Ничего. – Айгел взял одну из своих книг и пошёл к дальнему ряду. – Не тратьте время на хроники, они бесполезны.

Он исчез между полок, оставив после себя лёгкий аромат муската и апельсина.

– Вот придурок, – выдохнула Дерия, когда шаги стихли. – Говорит загадками, весь из себя такой таинственный…

– Но может он прав в том, что хроники бесполезны, – сказала я, глядя на стопку книг. – Ты же сама видела, там ничего нет.

Я потянулась за томом «О древних символах Финтраэля», но заметила среди наших фолиантов ещё одну книгу, которой не было минуту назад. Обложка тёмно-зелёная, почти чёрная, переплёт украшен тиснёной лилией.

– Это не я принесла, – сказала я тихо.

Дерия насторожилась.

На обложке серебряными буквами было выбито: «Легенды и мифы о драконах».

Мы переглянулись.

Я открыла первую страницу. Внутри были старинные записи, почти стёршиеся, но на полях – рисунки. Лилии. Кто-то нарисовал их от руки и местами они были соединены с древними рунами.

Я листала книгу, рассматривая рисунки и наткнулась на одну из легенд, в ней говорилось:

«Лилия – цветок мудрости, растущий там, где хранятся первые слова богов. На книгах она печать знания. На воде – отражение истины.»

– «На книгах…» – повторила Дерия шёпотом. – Ты понимаешь, Лис?

– Лилии символ знания, возможно именно поэтому я видела их во сне, он вел меня в библиотеку.

Мы обе посмотрели на ряды, уходящие в полумрак. Их было сотни, может, тысячи, а в каждом – десятки томов.

Дерия вздохнула, опускаясь на стул.

– Нам не хватит месяца, чтобы проверить каждый закоулок здесь.

Я провела пальцами по тиснёной лилии на обложке и ощутила под кожей лёгкое, почти неуловимое тепло.

– Ну теперь наша зацепка кажется более реальной. Покажи свое заклинание поиска.

Дерия кивнула и, порывшись в своей сумке, достала небольшой блокнот из черной кожи, внутри листы были заполнены записями из рун и магических формул.

На последних страницах её аккуратный почерк постепенно превращался в нервные линии, будто она писала впопыхах.

– Вот, – сказала она, разворачивая блокнот ко мне. – Я нашла его среди старых заметок отца. Он использовал его для поиска утраченных артефактов. Но заклинание не сработало, хотя я следовала всем шагам.

Я взглянула на строки. Слова были написаны на старом языке, которым пользовались в основном ученые. Но я хорошо знала его так как изучала, когда еще жила в Маскодонии, мне он всегда казался более изящным и красивым.

Я наклонилась ниже, пытаясь разобрать почерк подруги.

– Прочти, не могу разобрать – попросила я.

Дерия тихо заговорила, её голос эхом отразился от стен библиотеки. Воздух вокруг нас чуть дрогнул, несколько магических сфер замерцали, будто реагируя. Но больше ничего не произошло.

– Видишь? – вздохнула она, захлопывая блокнот. – Ничего не происходит.

– Подожди, – я протянула руку и осторожно коснулась страниц.

Я нахмурилась и снова прочитала первую строчку заклинания про себя.

“Lumeren illae, revele via memoriam.”

Всё казалось просто: «Светом покажи путь воспоминаний».

Но чем дольше я вслушивалась, тем отчётливее понимала – слова не совсем о поиске.

– Оно не о вещах, – прошептала я, не сводя взгляда с текста.

– Что? – удивилась Дерия.

– Это не заклинание поиска предметов. Это зов. Оно должно… пробудить память того, что нужно найти.

– Память? – переспросила она, и в её голосе прозвучало волнение. – Но мы ведь ищем предмет, у него нет памяти.

– Смотри. – Я провела пальцем по строчкам, и серебряные буквы вспыхнули ярче. – Здесь повторяется слово “Illis” – оно означает не просто “свет”, а “свет, отражённый через другого”. Это как… эхо.

Дерия замерла.

– Эхо лилий, – прошептала она.

Мы переглянулись.

Между нами повисло напряжение, будто само пространство в библиотеке прислушивалось. Где-то вдалеке упала книга – тихо, но этот звук прозвучал как гром среди ясного неба.

Я закрыла блокнот и сжала его в ладонях.

– Похоже, это заклинание сложнее чем кажется на первый взгляд. И да, ты права у предметов нет памяти, как таковой, но память есть у тех, кто его касался. Нужно понять, как это правильно использовать.

– Тогда, может быть, пойдем к тебе и попробуем еще? – тихо спросила Дерия.

Я не ответила, ощутив, что в библиотеке стало заметно холоднее, воздух загустел.

Один из магических светильников вспыхнул и погас, а из глубины залов донёсся тихий шелест – будто кто-то переворачивал страницу, хотя кроме нас там никого не было.

– Пора уходить, думаю на сегодня достаточно поисков, продолжим завтра – шепнула я.

Подруга кивнула, мы быстро собрали книги и направились к входной двери.

Глава 9

Утро следующего дня было на удивление тихим. После затяжного дождя сквозь горы вновь прорвался тёплый воздух, а солнце залило долину ослепительным светом. Природа будто расцвела заново: всё вокруг горело оттенками осени – золотым, рубиновым, янтарным.

Вот только настроение у нас с Дерией это совсем не улучшало. Все наши мысли были заняты разгадыванием тайны заклинания и поиском статуи, спрятанной пятикурсниками.

После занятий мы устроились в одном из пустых классов. На партах лежали свитки, раскрытые книги, блокнот Дерии и мои заметки, исписанные с обеих сторон. На стекле отражались закатные лучи солнца, но между нами царило гнетущее молчание.

– Ну? – спросила я, разглядывая строки, выведенные чернилами. – Есть догадки о смысле всего этого?

– Похоже на то, что это заклинание очень старое, – отозвалась Дерия, закусывая кончик пера. – Смотри, если сложить слова – вот так, то оно как будто само ищет того, кто сможет его применить.

– Это звучит слишком странно, тебе не кажется?

– Если у тебя есть лучшее объяснение, – буркнула она, – я готова послушать.

Мы молча вглядывались в текст. Слова будто скользили, не желая поддаваться пониманию. Иногда казалось, что строки движутся – будто кто-то меняет их местами, но через мгновенье все возвращалось назад.

– Посмотри, – сказала я, нахмурившись. – Видишь? Здесь снова повторяется это слово – Illis. И оно каждый раз стоит перед разными понятиями: “воспоминание”, “свет”, “источник”.

– Да, и каждый раз значение немного меняется. – Дерия нахмурилась и откинулась на спинку стула.

Мы обе замолчали, ощутив окутавшую нас тишину.

Где-то в коридоре прозвенел колокольчик, напоминающий, что двери академии закроются через час. Но уходить не хотелось – что-то в этих строчках не отпускало меня, как будто я была очень близко, но все равно ничего не могла понять.

– Лис, – тихо сказала Дерия, – если это не просто заклинание, а… ключ? Что если кто-то специально изменил его структуру, чтобы без нужной силы оно не открылось?

Я задумалась, ведь в словах подруги было зерно, за которое можно было ухватиться.

– Тогда вопрос. Что это за сила? – Я устало потерла глаза. – Мы можем пытаться неделями, но у нас нет такого количества времени.

Дерия слабо улыбнулась.

– Можешь спросить у Сатти? Не думаю, что помощь с заклинанием будет расценено как жульничество.

Я кивнула.

– Она должна быть еще у себя, я могу пойти спросить.

– Хорошо, все равно нет смысла сидеть дальше сегодня.

Собрав все записи в сумку и попрощавшись с подругой, я направилась к кабинету директора.

На мою удачу, Сатти действительно была там.

Но сегодня она казалась другой. Её обычно мягкое лицо было омрачено тенью – не простой грустью, а какой-то глубокой тревогой, будто её мысли блуждали где-то далеко.

– Элисия, дорогая, – сказала она, когда я вошла. – Ты выглядишь усталой. Что-то случилось?

Я развернула тетрадь и положила её на стол.

– Это заклинание. Мы нашли его в записях отца Дерии, – объяснила я. – Думаем, оно как-то связано с академией или с тем, что пропало из твоего кабинета. Но мы не можем понять его смысл.

Сатти наклонилась над страницами. Её взгляд стал внимательным и серьёзным. Несколько мгновений она молчала, водя пальцем по символам.

Потом медленно закрыла книгу и посмотрела на меня.

– Это было в записях Кастиэля?

– Да, – ответила я. – Дерия думает, что оно может помочь нам с поисками.

Она чуть приподняла уголок губ в еле заметной улыбке, но она показалась мне слишком натянутой.

– Некоторые заклинания сами выбирают, кто сможет их прочесть и уже тем более, кто достоин их использовать.

– Но ты ведь понимаешь, что это значит? – Я подалась вперёд. – Это ведь не просто поисковое заклинание, верно?

Сатти не ответила сразу.

Она поднялась, подошла к окну, откуда был виден верхний двор академии, залитый последними лучами заходящего солнца.

– Мир полон знаний, к которым не все готовы прикоснуться, – произнесла она мягко. – Иногда понимание приходит только тогда, когда сердце готово принять ответ, а иногда магия ждет, когда мы сможем ее понять и использовать.

– Ты знаешь… но не скажешь, потому что я не готова? – спросила я с горечью, чувствуя, как опускаются мои плечи.

Сатти обернулась.

Её глаза сверкнули золотым – как жидкое солнце.

– Ты готова дорогая, как и твоя магия, позволь ей вести тебя и дать ответ.

Я кивнула, чувствуя, что разговор окончен. Сжала тетрадь и вышла из кабинета, погрузившись в собственные мысли.

Голова гудела от мыслей, заклинание крутилось в памяти, словно шепталось прямо в ухо, но ничего не происходило.

Вернувшись в свою комнату в замке, я снова достала все записи, пытаясь снова и снова разобраться во всем.

Слова оставались загадкой.

Когда я уже собиралась убрать блокнот, в сумке на ощупь попалось что-то мягкое. Я нахмурилась и достала сложенный пополам лист пергамента.

Я была уверена, что раньше его там не было.

Аккуратно развернув, я увидела ровные строчки, написанные лёгким и аккуратным почерком:

«Если ты не слишком устала от книг, я хотел бы показать тебе кое-что. Встретимся у северной арки, завтра на закате. Эдарис»

Я почувствовала, как губы непроизвольно тронула улыбка, похоже это приглашение на свидание.

Глава 10

Мы с Дерией снова и снова пытались разгадать тайну заклинания, ради чего даже снова отправились в библиотеку – листали свитки, перелистывали десятки фолиантов, спорили, переводили и записывали предположения, но всё было тщетно.

Но слова оставались туманными.

– У меня уже болит голова, – вздохнула Дерия, закрывая очередной том.

– Мы вообще не продвинулись дальше того, что уже знаем, – устало ответила я, глядя на ряды книг, уходящие в темноту.

– Думаю, стоит хотя бы на день оставить это, – сказала она, слабо улыбнувшись. – Может, если мы немного отдохнем, то сможем придумать что-то новое.

– Ты права.

Мы вернули книги библиотекарю и пошли в сторону замка, стараясь говорить о чем угодно кроме заклинания и попыток поиска украденного.

Когда мы выходили во двор академии, то встретили Вирису и еще несколько однокурсников, которые, наоборот, шли внутрь.

– академия скоро закроется – напомнила им Дерия, когда мы поравнялись.

– Знаю – мрачно ответила Вириса – Но у нас есть идея, где искать, то, что спрятали пятикурсники, можете пойти с нами если хотите.

В ее голосе прозвучала скорее необходимая вежливость, чем реальное предложение присоединиться. Мы обе мотнули головами, давая понять, что не станем идти с ними.

– У нас уже есть другие планы – ответила я – Но желаем вам удачи.

– Спасибо! – Кивнула Вириса и в ее глазах я заметила легкий оттенок золота. Она, как и Дерия, была драконом, но что-то в этом оттенке показалось мне странным. Хотя что я могу знать.

Я отогнала от себя эту мысль и пошли дальше в сторону замка, а Вириса и ее компания скрылись за дверью академии.

Вернувшись в замок Дерия, сказала, что сегодня у них будет вечер с семьей и позвала присоединиться.

Такие вечера они проводили довольно часто, играя в карты и просто обсуждая последние новости. Иногда они приглашали меня, и я всегда с радостью принимала их приглашение, но сегодня не могла. Ведь меня уже ждал Эдарис, и на удивление мне очень хотелось с ним встретиться.

Вернувшись к себе, я сняла школьную форму, переодевшись в более удобную и теплую одежду, а затем вернулась в город.

Эдарис уже ждал меня у северной арки, как и говорилось в его приглашении.

Едва заметив меня, он улыбнулся отчего мое сердце сделало тяжелый удар, сильно удивив этим даже меня.

– Я уж подумал, что ты не увидела мою записку, – сказал он, когда я подошла.

– А что бы ты делал, если бы я не пришла? – спросила я, и сама удивилась, от своего вопроса.

– Очень расстроился бы, – усмехнулся он. – И стоял здесь, пока не поверил бы, что ты не придёшь. Но, к счастью, ты здесь.

Его улыбка была простой, искренней – от неё становилось теплее, чем от вечернего солнца.

Мы пошли по одной из дорожек, ведущих вдоль старых стен академии. Воздух был прозрачным и пах осенними листьями, а вдали гудели магические фонари.

Эдарис говорил о мелочах – о том, как рано в этом году опадает листва, о новом кондитерском рецепте, который он пытался улучшить, о родном городе, где зима приходит внезапно, и о доме, где всегда пахнет корицей.

Мне нравилось слушать его. Его голос был ровным и тёплым, будто мог согреть сам воздух.

– Подожди, я хочу кое-что показать, – вдруг сказал он и жестом позвал меня за собой.

Мы свернули с главной аллеи и вышли на узкую дорожку, петляющую между старых деревьев. Вскоре впереди открылся широкий просвет – терраса из белого камня, опоясанная балюстрадой.

С неё открывался вид на горы, залитые огнём заката. Но самое захватывающее было то, что с площадки было видно гору, которую использовали для взлетов драконов, отсюда можно было безопасно смотреть как они вздымаются в небо и не быть при этом прибитым потоком ветра или чьим-нибудь крылом.

– Когда я был младше, то часто приходил сюда и смотрел за драконами, втайне немного завидуя их силе и могуществу.

Я подошла к краю и затаила дыхание.

Небо переливалось от золотого к розовому, облака сверкали, словно расплавленный янтарь.

– Это место просто невероятно, – прошептала я.

– Знаешь, – сказал Эдарис, глядя вдаль, – иногда я даже думал, что тоже смогу стать драконом, главное найти нужное заклинание.

– Может быть ты его еще найдешь? – ответила я, чувствуя, как его слова откликаются где-то глубоко внутри. – Иногда мне бы тоже хотелось иметь крылья, как у них.

– И куда бы ты направилась Элисия?

– Сначала к семье, я не видела их уже очень давно, а потом не знаю… может на Юг…

– Возьми меня с собой, если улетишь от сюда.

– Я подумаю…

Мы стояли, и я ощущала тепло его плеча – не близко, но достаточно, чтобы сердце забилось чуть быстрее.

Когда солнце скрылось за вершинами, холод начал пробираться под одежду. Эдарис, заметив, что я дрожу, улыбнулся.

– Настало время для горячего чая, согласна?

– С радостью, – ответила я, и мы направились обратно в сторону набережной.

Пекарня встретила нас мягким светом и запахом свежей выпечки. За окном уже сгущались сумерки, а внутри горели свечи и магические фонари над столиками, отражаясь в стекле витрины.

Эдарис сам заварил чай – густой, пряный, с корицей и мёдом, и принёс тарелку с тёплым печеньем.

– Какое вкусное печенье, – улыбнулась я, попробовав одно.

– Это мой секретный рецепт, только для самых близких друзей, – рассмеялся он.

Мы сидели у окна, разговаривая обо всём: об академии, о жизни в этом городе, о том, что он мечтает занять место родителей после окончания учебы, а те смогут отдохнуть и даже попутешествовать.

Я ловила себя на мысли, что не хочу, чтобы вечер заканчивался. С ним всё казалось простым, понятным, настоящим.

Когда чай закончился и за окнами зажглись фонари, он предложил проводить меня.

Мы шли по дорожке, ведущей к воротам замка, и воздух становился всё холоднее.

Ветер шевелил мои волосы, и я почувствовала, как он чуть приблизился.

– Спасибо, что пришла, – сказал он тихо.

– Спасибо тебе. Это был… хороший вечер.

Он на секунду замялся, потом наклонился и легко, почти невесомо, поцеловал меня в щёку.

От неожиданности я не успела ничего сказать.

Тепло от его губ осталось на коже, будто отпечаток заката, а сердце вдруг сделало лишний удар.

– Спокойной ночи, Элисия, – произнёс он и чуть отступил.

Я кивнула, не в силах скрыть улыбку.

– И тебе, Эдарис.

Он дождался, пока я войду за ворота, и лишь потом ушёл.

А я ещё долго стояла, глядя, как его силуэт растворяется в свете фонарей, думая о том, что мне нравиться то ощущение теплоты что исходит от него.