Текст книги "Ночь без звезд"
![](/books_files/covers/thumbs_240/noch-bez-zvezd-6665.jpg)
Автор книги: Роберт Сальваторе
Жанр: Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 4
Огонь в ее глазах
Кэтти-бри обернула вокруг себя серый плащ, чтобы скрыть кинжал и маску, которые дал ей Регис. Пока она приближалась к покоям Бруенора, ее обуревали смешанные чувства; она хотела, чтобы дварф был здесь, и в то же время надеялась что его не окажется на месте.
Как она может уйти не повидавшись в последний раз с Бруенором, своим отцом? Но нынешний дварф казался Кэтти-бри лишь своей оболочкой, старой развалиной, ожидающей смерти. Ей не хотелось видеть его таким, не хотелось запоминать такой его облик, отправляясь в Подземье.
Она подняла руку, чтобы постучатся в дверь его комнаты, но вместо этого просто мягко приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Она заметила стоявшего, в стороне от горящего камина, дварфа, но это был не Бруенор. Тиббледорф Пвент, дварф-берсерк, прыгал кругами, явно пытаясь поймать надоедливое насекомое. Как обычно, он носил свои доспехи, утыканные торчавшими отовсюду (в том числе на перчатках, наколенниках и локтях) в разных направлениях шипами. Броня скрипела при прыжках, этот звук чрезвычайно раздражал Кэтти-бри. Открытый шлем Пвента лежал на кресле позади него, шип на макушке шлема был почти с пол дварфа. Как могла видеть Кэтти-бри, берсерк был почти лыс, оставшиеся тонкие пряди черных волос покрывали его голову с боков, переходя в огромную, кудрявую черную бороду.
Кэтти-бри открыла дверь чуть шире, и увидела сидящего напротив слабого огня Бруенора, который отсутствующе пытался сдвинуть хворост, чтобы угасающие искры вновь ожили. Его осторожное прикосновение к сияющей палке заставило Кэтти-бри моргнуть. Не так давно, она помнила, король просто потянулся бы в горящий очаг и раздробил мешающую палку голой рукой.
Посмотрев на Пвента (он что-то усиленно жевал, и Кэтти-бри искренне понадеялась что это было не насекомое), девушка вошла в комнату, на ходу проверяя, надежно ли укрывает ее вещи плащ.
«Приветик!» выдавил Пвент между жеванием. Заглушая брезгливость при мысли о том, что он поедает насекомое, в Кэтти-бри проснулось удивление – как же он умудряется так долго его жевать!?
«Тебе бы не помешала борода!», крикнул берсерк свое обычное приветствие. Еще с первой их встречи вечно грязный дварф утверждал, что Кэтти-бри стала бы очаровательнейшей женщиной, если бы только отрастила бороду.
«Я стараюсь», ответила Кэтти-бри. «Ты же заставил меня пообещать, чтобы я не брила лицо еще когда мы познакомились.» Она потрепала берсерка по голове, и пожалела об этом, почувствовав оставшийся на ладони жирный след.
«Хорошая девочка!», ответил Пвент. Обнаружив еще что-то летящее он бросился в погоню.
«Куда ты собралась?» потребовал Бруенор даже не дав Кэтти-бри поздороваться.
Кэтти-бри вздохнула при виде угрюмого лица ее отца. Как же она мечтала вновь увидеть его улыбку! Кэтти-бри заметила рану на его лбу, царапина только покрывавшаяся коркой. Насколько она знала, несколько ночей назад он заговорившись врезался в тяжелую деревянную дверь, в то время как два молодых дварфа отчаянно старались удержать его. Вместе с жутким шрамом, проходившим через лоб к челюсти через глазницу, это придавало старому дварфу весьма потрепанный вид.
«Так куда ты идешь?», сердито повторил Бруенор.
«Сеттлстоун», солгала девушка, имея в виду город варваров, народа Вулфгара, у подножия гор от восточных ворот Митрилового Зала. «Племя строит курган в честь Вулфгара.» Кэтти-бри сама удивилась, как легко пришла к ней ложь; она всегда могла убедить Бруенора, частенько использовала при этом полу-истину и игры со смыслом чтобы обойти правду, но никогда она так прямо не обманывала его.
Напомнив себе о важности своей цели она глядела рыжебородому дварфу в глаза, продолжая: «Я хочу быть там прежде чем они начнут. Если уж они хотят это сделать, пусть тогда сделают хорошо. Меньшего Вулфгар не заслуживает.»
Единственный глаз Бруенора затуманился, став еще более тусклым, и израненный дварф отвернулся от Кэтти-бри, вернувшись к своему бесполезному ковырянию в огне, выдавив из себя вялый кивок согласия. Не секрет, что Бруенор не любил разговоры о Вулфгаре – он даже ударил одного из жрецов, настаивававшего, что согласно традициям Эйджис-фанг не имел права на самое почетное место в Зале Думатона, ведь им владел человек, а не дварф.
Кэтти-бри заметила, что доспехи Пвента прекратили скрип, и оглянулась на берсеркера. Он стоял у открытой двери, печально оглядывая Кэтти-бри и спину Бруенора. Кивнув девушке он тихо, как только мог (для закованого в ржавую броню дварфа-берсеркера) вышел из комнаты.
Кэтти-бри была явно не единственной, кому не нравилась развалина, в которую превратился Бруенор Баттлхаммер.
«Они сочувствуют тебе», заметила она Бруенору, который казалось не слушал. «Все в Митриловом Зале тепло говорят о своем раненом короле.»
«Закрой свой рот», проворчал Бруенор сквось сжатые губы. Он все также сидел глядя в огонь.
Кэтти-бри знала, что этот намек на угрозу был пустым, еще одно напоминание о падении Бруенора. В прошлом, когда Бруенор Баттлхаммер предлагал кому-то заткнуться, его слушались, или Бруенор затыкал адресата сам. Теперь же, после схваток со жрецом и с дверью огонь в Бруеноре угасал, подобно огню в его очаге.
«Ты будешь ковырятся там до конца дней?» спросила Кэтти-бри пытаясь разозлить его, раздуть угли гордости Бруенора.
«Раз мне это нравится», – слишком тихо ответил дварф.
Кэтти-бри опять вздохнула, и намеренно дернула плащ на бедрах, открывая волшубную маску и украшенный кинжал Энтрери. Хотя девушка намеревалась идти одна, и не хотела объявлять обо всем Бруенору, она молилась чтобы в Бруеноре осталось достаточно жизни, чтобы он смог заметить.
В тишине проходили долгие минуты, только изредка потрескивали угли и шипело сырое дерево.
«Вернусь когда вернусь!» разочарованно заявила женщина и направилась к двери. Бруенор отсутствующе махнул ей через плечо, даже не обернувшись.
Кэтти-бри помедлила у двери, открыла и тихо закрыла ее, но не покинула комнату. Выждала несколько мгновений, не поверив что Бруенор все так же будет сидеть у огня. Затем проскользнула по комнате и через дверной проем, в спальню дварфа.
Кэтти-бри подошла к большому дубовому шкафу – дар от народа Вулфгара, полированное дерево блестело, по бокам его были вырезаны изображения Эйджис-фанга, могучего молота созданного Бруенором. Кэтти-бри остановилась, несмотря на то, что надо было выбираться отсюда пока Бруенор не обратил на нее внимания, и посмотрела на рисунки, вспоминая Вулфгара. Ей никогда не смирится с этой потерей. Она знала это, но также знала и то, что время траура для нее заканчивается, ей нужно снова приниматься за дела живущих. Особенно теперь, напомнила себе Кэтти-бри, когда еще один ее друг идет навстречу опасности.
В каменной шкатулке на шкафу Кэтти-бри нашла то, что искала: маленький медальон на серебрянной цепочке, дар Бруенору от Алустриэль, Леди Сильверимуна. Во время первого путешествия друзей в Митриловый Зал они потеряли Бруенора, решили что он погиб. Однако он смог выбраться, избежав враждебных серых дварфов, объявивших Митриловый Зал своей собственностью, и с помощью Алустриэль нашел Кэтти-бри в Лонгсэддле, деревне на юго-западе. Дриззт и Вулфгар давно ушли на юг, разыскивая Региса плененного Энтрери.
Тогда Алустриэль и подарила Бруенору заколдованный медальон. Внутри его был маленький портрет Дриззта, и с ним дварф смог следовать за дроу. Направление на Дриззта и расстояние до него можно было определить по теплу, шедшему от медальона.
Сейчас металл был холоден, холоднее воздуха в комнате, и для Кэтти-бри это означало что Дриззт уже очень далеко от нее.
Кэтти-бри открыла медальон, и вгляделась в точное изображение дорогого друга – дроу. Она раздумывала, стоит ли брать его. Вообще-то, отвести ее к Дриззту скорее всего могла и Гвенвивар, стоит только найти его след, и она обдумывала еще и то, что, быть может, когда Бруенор все узнает от Региса огонь вновь вернется в его глаза, и он кинется в погоню.
Кэтти-бри нравилась мысль о возрожденном Бруеноре, она хотела бы чтобы отец кинулся ей на помощь, спасать Дриззта, но это была надежда ребенка, понимала она, нереальная, а то и опасная.
Кэтти-бри захлопнула медальон и взяла его в руки. Выскользнула из спальни и прокралась через комнату (рыжебородый дварф все так же сидел у огня, а мысли его витали далеко-далеко), затем бросилась через залы верхних уровней, боясь что если она сейчас же не отправится в путь, то окончательно потеряет решимость.
Уже снаружи она вновь оглядела медальон, понимая что забрав его разрушила все шансы на то, что Бруенор последует за ней. Она могла полагаться только на себя.
Так и должно быть, решила Кэтти-бри, надела цепочку через голову и направилась с гор, надеясь попасть в Сильверимун не слишком отстав от Дриззта.
* * *
Так тихо и незаметно как только мог, он крался по темным улицам Мензоберранзана, видящие тепло глаза отсвечивали рубиново-красным. Все чего он сейчас хотел, это добраться до базы Джарлаксла, назад к дроу, которые могли оценить его по достоинству.
«Вэла риввил!» раздался пронзительный крик сбоку.
Он остановился, осторожно оперевшись на кучу камней около незанятого сталагмитового холма. Он слышал эти слова раньше, всегда именно эти слова, произнесенные именно с такой насмешкой.
«Вэла риввил!», сказала дроу, приближаясь к нему, держа в своей руке жезл, оканчивающийся тремя восьмифутовыми шупальцами, будто осмысленно желавшими со всей жестокостью впиться в него. По крайней мере, у нее не было кнута с когтями, подумал он, имея в виду употребляемое многими жрицами дроу высшего ранга оружие заканчивающееся живыми змеиными головами.
Она подошла и остановилась прямо напротив него, все так же стоявшего без движения, почтительно опустив глаза как и учил его Джарлаксл. Он подозревал, что она тоже старалась оставаться незамеченной – зачем еще женщине-дроу, обладавшей достаточной властью чтобы владеть одним из этих жутких жезлов, красться через эту беднейшую часть Мензоберранзана?
Мелодичным голосом она разразилась потоком слов на языке дроу, слишком быстро для понимания новичка. Он успел разобрать слова куарт, означавшее приказ, и харл'ил'кик – падай, поскольку все равно ожидал их – ему всегда приказывали склоняться.
И он упал, немедленно и послушно, хотя удар о прочный камень болью отозвался в его коленях.
Дроу медленно прогуливалась перед ним, позволяя ему рассмотреть ее изящные ноги, даже потянула его лицо вверх, чтобы он мог видеть ее – безусловно, прекрасное – лицо, пока она прошептала свое имя, «Джерлис.»
Она будто собиралась поцеловать его, но вместо этого ударила его по щеке. Его руки потянулись к мечу и кинжалу, но он отдернул их, представив возможные последствия.
Дроу все так же ходила рядышком, разговаривая одновременно и с ним и сама с собой. Много раз она повторяла «Иблит», слово обозначавшее у дроу экскременты. В конце концов он не выдержал и произнес единственное слово «аббан», как рассказал ему Джарлаксл, это означало «союзник».
«Аббан дель дартзиир!», крикнула она в ответ, вновь ударив его, на сей раз по затылку, чуть было не заставив его ткнуться лицом в пол.
Он не понимал все, но, как ему казалось, «дартизиир» имело какое-то отношение к эльфам поверхности. Он начал понимать, что, похоже, попал в серьезную передрягу, и на сей раз легко вырваться ему не удастся.
«Аббан дель дартзиир!», снова крикнула Джерлис, и на сей раз уже жезл а не ее рука обрушился на него сзади, все три щупальца болезненно впились в правое плечо. Он схватился за рану и упал на камень, его правая рука была теперь бесполезна, волны боли катились по телу.
Джерлис ударила снова, по спине, но быстрый рывок спас его от удара всех трех щупалец.
Он лихорадочно размышлял. Нужно было действовать быстро. Женщина издевалась над ним, била жезлом по стенам туннеля и, нередко, по его окровавленной спине. Теперь он был уверен, что женщина наткнулась на него случайно, выполняя какое-то задание столь же секретное, как и его, и что скорее всего ему не удастся уйти с места их встречи.
Одно из щупалец шлепнуло сзади по его голове, ошеломив его. Правая рука все так же оставалась парализованной, результат магии от удара тремя щупальцами сразу.
Но он должен действовать. Левая рука двинулась к правому бедру, к кинжалу, затем переменив решение сместилась к другому боку.
«Аббан дель дартзиир!» вновь выкрикнула Джерлис, ее рука рванулась вперед.
Он мгновенно развернулся и встретил ее, его клинок, не изготовленный дроу, сердито сверкнул встретившись с щупальцами. Зеленая вспышка, одно из щупалец отвалилась, но два других прошли блок и ударили его по лицу.
«Дживвин!», воскликнула восхищенная дроу, слово означало игру, и грациозно изогнулась, благодаря его за глупое сопротивление, за то что он доставлял ей такое удовольствие.
«Поиграй-ка с этим!» бросил он в ответ, бросаясь вперед, вытянув руку с мечом.
Шар магической темноты упал на него.
«Дживвин!» снова засмеялась Джерлис, и вновь попыталась нанести удар. Но противостоял ей не новичок в боях с темными эльфами, и, к удивлению женщины, она не обнаружила его в вызванном ей шаре.
Он выскочил из тьмы, одна рука бессильно свисала, зато другая двигалась мгновенно, демонстрируя отменное мастерство владения мечом. Но женщина дроу была отлично тренирована в воинских искусствах, и вооружена магическим жезлом. Она отбила удар и ответила сама, вновь попала и продолжала смеяться.
Она еще не поняла, с кем имеет дело.
Он вновь сделал прямой выпад, дернулся влево, будто собираясь нанести широкий удар с разворота, и тут же перехватил захват на оружии, сместился назад направо, и метнул меч как копье.
Острие с готовностью вошло в грудь удивленной женщины, пройдя сквозь прочную броню дроу.
Он последовал за своим выпадом, в прыжке выставив ноги так, что они ударили по рукояти меча, заставляя его еще глубже погрузится в тело.
Дроу упала на скалу, покатилась по ней, пока не наткнулась на неровную стенку сталагмита, удержавшую ее в полустоячем положении, красные глаза застыли в удивлении.
«Как жаль, Джерлис», прошептал он ей на ухо, мягко поцеловав в щеку, схватился за рукоять меча и наступил на дергавшиеся щупальца, давя их. «Мы бы могли доставить друг другу столько удовольствия.»
Он освободил меч, и с гримасой обдумал последствия гибели этой женщины дроу. Однако чувствовал он и удовлетворение, возвращая себе хоть какой-то контроль над своей жизнью. Он не для того прошел множество битв, чтобы закончить жизнь рабом!
Через некоторое время он покинул аллею, оставив Джерлис и ее жезл погребенными под камнями, а в его походку вновь венрнулась упругость.
Глава 5
Сквозь годы
Дриззт чувствовал, что за ним наблюдают. Он знал, что это были глаза эльфа, и, наверняка, еще и стрелы. Рейнджер осторожно продолжал свой путь через Мунвуд, оружие он убрал, а капюшон зеленого плаща был откинут, демонстрируя длинную гриву белых волос и темную кожу его эльфийских черт.
Солнце лениво пробивалось сквозь зеленеющие деревья, пестря лес ярко-желтыми точками. Дриззт не пытался обходить их, как и для того, чтобы показать эльфам, что он не обычный дроу, так и из-за своей искренней любви к солнечному теплу. Дорога была гладкой и широкой, что было несколько неожиданно для леса, известного своими дремучими зарослями. Минуты переходили в часы, и Дриззт, уже углубившись в лес, начал надеятся что сможет спокойно пройти через Мунвуд. Он совершенно не напрашивался на приключения, ему надо было достичь своей цели.
Немного позже он выбрался на маленькую полянку. Несколько поленьев были выложены квадратом вокруг каменного ложа для костра. Это был не обычный лагерь, а специальное место встреч для всех тех, кто уважал красоту леса и созданий, находящих в нем приют.
Дриззт вошел в лагерь и осмотрел деревья. Оглядев мох на основании огромного дуба, дроу заметил несколько меток. Время не пощадило их, но можно было различить и поднявшегося на лапы медведя, и дикую свинью. Это были знаки рейнджеров, и дроу, удовлетворенно кивнув, наконец нашел хорошо замаскированное древесное дупло. Осторожно пошарив в нем, он вытащил из него связку сушеной еды, топорик и мех с хорошим вином. Дриззт отпил немного вина, сожалея, что не может ничего добавить к запасам, поскольку вся провизия, которую он нес наверняка понадобится ему на долгом пути по опасному Подземью.
Он вернул вещи назад, после того как нарубил себе топором немного мертвой древесины, затем вырезал на мшистом покрове собственный знак, единорога, и вернулся к ближайшему полену, чтобы зажечь костер и поесть.
«Ты не обычный дроу», послышался звонкий голос сзади, еще до того как он успел приготовить еду. Сказано было по эльфийски, мелодичный тон голоса тоже не принадлежал человеку.
Дриззт медленно повернулся, понимая, что с разных сторон на него наверняка нацелено несколько луков. Перед ним стояла эльфийка. Еще совсем молодая девушка, моложе даже Дриззта, который прожил только десятую часть своей жизни. На ней был лесной плащ зеленого цвета, похожий на плащ Дриззта, коричневая туника и штаны, на плече она легко держала длинный лук, а на бедре у нее висел легкий меч. Волосы ее были иссиня-черными, а кожа такой бледной, что, казалось, отражала эту синеву. И глаза ее, яркие, сияющие, были голубыми, с золотым отливом. Дриззт понял, что это был серебряный – а точнее, лунный эльф.
За годы прожитые на поверхности, Дриззт До'Урден встречал немного эльфов, да и то все они были золотыми эльфами. Лунных эльфов он видел только однажды, в первом своем путешествии на поверхность, будучи членом отряда дроу, уничтожившего маленький эльфийский клан. Жуткие воспоминания вновь ожили для Дриззта, когда он увидел это прекрасное и изящное создание. Только одна из лунных эльфов пережила тогда это избиение, маленький ребенок, которую Дриззт смог скрыть под телом мертвой матери. Это действие, предательство по меркам дроу, принесло тяжкие наказания, потерю семьей Дриззта расположения Лолт, а в результате и смерть Закнафейна, отца Дриззта.
Теперь Дриззт еще раз встретил лунного эльфа, девушку, возможно около тридцати лет, с искрящимися глазами. Рейнджер почувствовал как кровь отливает от его лица. Не те ли это места, куда пришли налетчики-дроу и он вместе с ними?
«Ты не обычный дроу», повторила эльфийка, снова говоря на своем языке; тон ее был угрюм, глаза угрожающе сверкнули.
Дриззт стоял недвижимо. Он понимал, что должен сказать что-нибудь, но просто не мог подобрать слов – или не мог выдавить их через ком, ставший в горле.
Глаза девушки сузились, нижняя челюсть задрожала и рука инстинктивно потянулась к рукояти меча.
«Я не враг», смог сказать Дриззт, понимавший, что он должен говорить или придется драться.
Прежде чем он мог моргнуть девущка была уже рядом, взмахнула мечом.
Дриззт не пытался достать оружие, просто стоял опустив руки и сохраняя спокойствие.
Эльфийка подскочила ближе, меч ее был занесен. Неожиданно выражение ее лица изменилось, будто она заметила что-то в глазах Дриззта.
Дико закричав она нанесла удар, но Дриззт был куда быстрее; он скользнул вперед, схватил ее руку с мечом одной рукой, другой обхватил ее и притянул к себе, крепко обняв ее чтобы лишить ее возможности продолжить бой. Он ожидал, что она попытается царапаться, или даже кусаться, но, к его удивлению, она обмякла в его руках, спрятала лицо у него на груди, плечи ее задрожали от рыданий.
Прежде чем он мог успокоить ее, Дриззт почувствовал острие меча прикоснувшегося сзади к его шее. Он немедленно отпустил девушку, снова спокойно опустил руки. Еще один эльф, старше и более суровый, но со столь же прекрасными чертами, вышел из прикрытия деревьев, помочь юной девушке.
«Я не враг», повторил Дриззт.
«Зачем ты идешь через Мунвуд?» спросил на общем языке неведомый эльф позади него.
«Твои слова верны», отстраненно ответил Дриззт, все еще раздумывавший о странной девушке. «Мне нужно только пересечь Мунвуд с запада на восток, я не несу зла ни вам, ни лесу.»
«Единорог», услышал Дриззт голос еще одного эльфа от гигантского дуба. Он понял, что эльф нашел рейнджерскую метку во мху. К его облегчению, меч от его шеи убрали.
Дриззт подождал, решив что теперь очередь эльфов говорить. Когда же он наконец решился повернуться, он обнаружил что лунные эльфы ушли, исчезли в зарослях.
Он подумал, что может выследить их, воспоминания о молодой эльфийке все еще тревожили его, но понял, что не имеет права беспокоить их здесь, в их лесном доме.
Быстро закончив свой обед он убедился что место убрано, и находится в таком же состоянии, как и когда он пришел сюда, затем собрал вещи и направился дальше.
Меньше чем через милю он снова наткнулся на нечто любопытное. Полностью оседланная лошадь с украшеной колокольчиками уздечкой стояла тихо и спокойно. Животное стукнуло копытом, увидев подходящего дроу.
Дриззт тихо и мягко заговорил, успокаивая лошадь, и приблизился к ней. Лошадь стояла смирно, даже обнюхала дроу, когда он подошел. Это был отличный конь, сильный и ухоженный, хоть и не отличавшийся размерами. Грива была черно-белой и даже на морде один глаз был окружен белым, а другой, казалось, находился в черной маске.
Поискав вокруг, Дриззт не обнаружил других следов. Он подозревал, что лошадь одолжили ему эльфы Мунвуда, но не мог быть уверен в этом, и не собирался красть чье-то животное.
Он потрепал лошадь по шее и продолжил путь, но только он прошел несколько шагов как конь фыркнул и, развернувшись, галопом догнал его, встав перед ним на дороге.
Из любопытства Дриззт продолжил движение, и лошадь повторила свой маневр.
«Они сказали тебе так делать?» спросил Дриззт, гладя животное по морде.
«Вы направили его ко мне?» крикнул Дриззт в полный голос, обращаясь к окружающему его лесу. «Я спрашиваю эльфов Мунвуда, этот конь оставлен для меня?»
Единственным ответом были протестующие голоса потревоженных криком птиц.
Пожав плечами, дроу решил что доберется на лошади до опушки леса, тем более что она недалеко. Оседлав коня он поскакал дальше, по широкой и ровной дороге.
До восточной опушки леса он добрался к концу дня, тени от высоких деревьев уже начали скрывать. Решив что эльфы одолжили ему средство передвижения только, чтобы он побыстрее убрался с их территории, он остановил лошадь еще в тени, собираясь спешится и отправить животное назад в лес.
Глаз рейнджера-дроу привлекло движение на широком поле за границей леса. Он увидел эльфа, сидящего на высоком черном жеребце, рядом с границей кустарников, и глядящего в его сторону. Эльф приложил ладони к губам, и издал пронзительный визг. Лошадь Дриззта выскочила из теней и побежала по траве.
Эльф немедленно изчез в зарослях. Дриззт понял, что эльфы решили помочь ему, и, приняв их дар, поскакал дальше.
Перед тем как он остановился и разбил лагерь на ночь, Дриззт заметил всадника, двигавшегося параллельно ему, на некоторой дистанции к югу. У их доверия были свои пределы.
* * *
У Кэтти-бри было мало опыта общения с городами. Она была в Лускане, проносилась в волшебной колеснице над роскошным и великим Уотердипом и путешествовала через великий южный город Калимпорт. Ничто из этого не подготовило ее к тому, что встретило ее на широких улицах Сильверимуна. Она была и здесь как-то раз, но в то время она была пленницей Артемиса Энтрери, и не обращала внимания на изящные шпили и строения прекрасного города.
Сильверимун был местом философов и артистов, городом, известным своей терпимостью. Здесь архитектор мог позволить своему воображению воплотится в шпиль высотой сотни футов. Здесь поэт мог, стоя на углу улицы, декламировать свои творения, и неплохо жить при этом на пожертвования проходящих мимо.
Несмотря на всю серьезность ее дела, и знание того, что скоро она отправится во тьму, на лице Кэтти-бри расцвела широкая улыбка. Она поняла, почему Дриззт так часто уходил из Митрилового Зала чтобы навестить это место; она никогда раньше не думала, что мир вокруг может быть так разнообразен и прекрасен.
Повинуясь мгновенному импульсу, молодая женщина подошла к стене одного из зданий, и сделала несколько шагов по темной, но чистой аллее. Она достала статуэтку пантеры и поставила ее на камни мостовой.
«Приди, Гвенвивар», мягко позвала Кэтти-бри. Она не знала, приводил ли раньше Дриззт пантеру в этот город, не знала, не нарушает ли она этим какие-нибудь законы, но она знала, что Гвенвивар должна увидеть это место, и почему-то ей казалось, что в Сильверимуне она свободна следовать велениям своего сердца.
Серая дымка сгустилась над статуэткой, клубясь и медленно принимая знакомые очертания. Огромная пантера, шестьсот фунтов черной мускулистой кошки, достигала Кэтти-бри едва не до груди. Она повертела головой из стороны в сторону, пытаясь определить, где она находится.
«Мы в Сильверимун, Гвен», прошептала Кэтти-бри.
Пантера помотала головой, будто только что проснувшись, и издала низкое спокойное рычание.
«Держись поближе», указала Кэтти-бри, «прямо рядышком. Не знаю, должна ты здесь быть или нет, но я хотела чтобы ты по крайней мере увидела это место.»
Они вышли из аллеи вместе. «Ты здесь была раньше, Гвен?» спросила Кэтти-бри. «Я ищу Леди Алустриель, может ты знаешь, где она?»
Пантера подошла ближе к ноге Кэтти-бри, и направилась дальше, явно зная что делает; Кэтти-бри последовала за ней. Немало голов поворачивались в след любопытной паре, к женщине в дорожной пыли и ее необычному спутнику, но взгляды были вполне спокойными, никто не закричал и не побежал в ужасе.
Пройдя по чистой улице, Гвенвивар почти лоб в лоб столкнулась с парой беседовавших эльфов. Они инстинктивно отпрянули и перевели взгляд с пантеры на девушку.
«Какая красота!» воскликнул один певучим голосом.
«Невероятно», согласился другой. Он осторожно наклонился к пантере, проверяя ее рекцию. «Можно?» спросил он Кэтти-бри.
Она не видела в том вреда и кивнула.
Лицо эльфа просияло когда он пробежался гибкими пальцами по мускулистой шее Гвенвивар. Улыбаясь до ушей, он посмотрел на своего более осторожного спутника.
«Давай купим кошку!» восторженно согласился тот.
Кэтти-бри моргнула. Уши Гвенвивар дернулись, ее рев эхом отразился от окрестных зданий.
Кэтти-бри знала, что эльфы народ быстроногий, но эти двое исчезли из виду еще до того как она попыталась объяснить им их ошибку. «Гвенвивар!» сурово прошептала она в ухо пантере.
Пантера повернулась и поднялась на задние лапы, облокотившись на плечи Кэтти-бри. Та с трудом удерживая равновесие, долго пыталась объяснить пантере, что извинения приняты.
Теперь когда они шли, взгляды сопровождались указывавшими пальцами, и каждый из встречных на дороге пересекал улицу чтобы оказаться на другой стороне, и освободить путь женщине и кошке. Кэтти-бри знала, что они привлекают к себе слишком много внимания; она уже начинала жалеть, что вообще вызвала Гвенвивар. Подумав, не отправить ли ее обратно на Астральный План, она решила, что не сможет зделать это не обратив на себя еще больше внимания.
Она не слишком удивилась, когда ее на почтительном расстоянии окружил отряд солдат, носивших серебряно-голубую униформу городской стражи.
«Пантера с тобой», уточнил один из них.
«Гвенвивар», ответила Кэтти-бри. «Я Кэтти-бри, дочь Бруенора Баттлхаммер, Восьмого короля Митрилового Зала.»
Человек кивнул и улыбнулся, Кэтти-бри позволила себе расслабиться.
«Это и впрямь кошка дроу!» выпалил один из стражников. Покраснев, он посмотрел на своего начальника и пристыженно опустил взгляд.
«Да, Гвен друг Дриззта До'Урден», ответила Кэтти-бри. «Он в городе?» – она не смогла удержаться от вопроса, хотя, вообще говоря, лучше было бы спросить об этом Алустриэль, которая наверняка могла дать более полный ответ.
«Если и так, я об этом не слышал», ответил командир стражников. «Вы оказали честь Сильверимун своим визитом, принцесса Митрилового Зала.» Он отвесил глубокий поклон, и Кэтти-бри, не привыкшая к подобному обращению, смутилась.
Ей пришлось потрудиться, чтобы скрыть неудовольствие от новостей, напомнив себе, что найти Дриззта наверняка будет нелегко. Даже если он сюда и пришел, то наверняка скрытно.
«Я пришла поговорить с Леди Алустриэль», объяснила Кэтти-бри.
«Вас должен был сопровождать эскорт от ворот», проворчал стражник, явно рассерженный несоблюдением протокола.
Кэтти-бри поняла это, и сообразила, что ненароком подставила ни о чем не подозревающих солдат с Лунного Моста, невидимо пересекавшего великую реку Равин. «Они не знали кто я», быстро сказала она, «и зачем я пришла. Я решила, что лучше мне самой оглядется вокруг.»
"И они не обратили внимание на такое – ", он мудро оборвал себя прежде чем произнес «животное». «Пантеру?» нашелся он.
«Гвен со мной не было», ответила Кэтти-бри не подумав, ее лицо скривилось когда она сообразила, что дала почву для множества других вопросов.
К счастью, стражники не стали развивать эту тему дальше. Они слышали достаточно описаний энергичной молодой девушки, и вполне поверили что перед ними в самом деле дочь Бруенора Баттлхаммер. Они сопроводили Кэтти-бри и Гвенвивар (соблюдая дистанцию) через город, к западной стене, к изящному очаровательному дворцу Леди Алустриэль.
Оставшись одна в покоях для ожидания, Кэтти-бри решила оставить Гвенвивар с собой. Присутствие пантеры придаст ее рассказу убедительность, и если Дриззт был или все еще находится поблизости, Гвенвивар почувствует его.
Минуты текли неторопливо, и нетерпеливая Кэтти-бри уже начала скучать. Она прошла к боковой двери и, осторожно открыв ее, обнаружила комнату с умывальником и маленьким старинной отделки столиком, со вделанным в него большим зеркалом. На нем был набор гребней и щеток, несколько маленьких флаконов и открытый ящичек с пакетиками разноцветных красок.
Любопытство взяло верх, молодая женщина оглянулась через плечо чтобы убедится что все тихо, затем подошла и уселась. Решив что ей стоит выглядеть как можно лучше на встрече с Леди Сильверимун, она взяла гребень и пробежалась им по спутанной гриве золотистых волос. Поморщившись при виде грязи на щеках она быстро опустила ладонь в бассейн с водой, протерла грязное место и улыбнулась.
Она снова выглянула в прихожую, чтобы убедиться что никого нет. Гвенвивар, комфортно разлегшаяся на полу, посмотрела на нее и рыкнула.
«Ой, помолчи», сказала Кэтти-бри, зашла назад и стала обследовать флаконы. С трудом открыв один из них она принюхалась, и ее голубые глаза расширились от удивления, аромат был очень сильным. За дверью Гвенвивар снова зарычала и чихнула, Кэтти-бри рассмеялась. «Я знаю, что ты имеешь в виду», сказала она кошке.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?