Текст книги "Полет над бездной"
![](/books_files/covers/thumbs_240/polet-nad-bezdnoy-12771.jpg)
Автор книги: Роджер Аллен
Жанр: Зарубежная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Вернее, не на земле, а под землей, в отрезанной от внешнего мира камере, выбраться откуда нет никакой надежды.
Защитные экраны. Защитные экраны могут хоть как-то обезопасить их. Надо всех собрать на борту корабля. Причем как можно быстрее. Он кинулся к судовому трапу.
Близнецы успели выбраться из-под «Сокола». Поднявшись на ноги, они старались удержать равновесие: земля у них под ногами качалась и сотрясалась. Чубакка крикнул им, чтобы они поднимались на борт космоплана, но грохот был настолько силен, что даже зычного рыка вуки слышно не было. Тогда Чубакка принялся размахивать руками, чтобы привлечь внимание детей. Джесин заметил жест Чубакки и энергично закивал головой. Схватив сестру за руку, он потащил ее в сторону трапа. Но стоило им сдвинуться с места, как оба упали. Но они и ползком продолжали двигаться к кораблю.
Им показалось, что земля содрогалась не так сильно, да и гром немного поутих. Но Чубакка не обольщался иллюзиями: он знал, что так будет продолжаться недолго. Не дождавшись, когда близнецы поднимутся, он сбежал вниз по трапу, чтобы найти остальных. С трудом держась на ногах, точно на палубе корабля, попавшего в бурю, он стал пробираться к дальнему концу космоплана. Ховер валялся на боку. В тот момент, когда он подошел к нему, открылся боковой люк, и оттуда стал выбираться Эбрихим, который не то нес, не то тащил свою тетушку Марчу. Чубакке показалось, что на левом виске у нее глубокая рана. Да и выглядела герцогиня так, будто вот-вот лишится чувств.
Сам не зная как, Чубакка добрался до ховера. Взял под мышку Марчу, другой рукой извлек из аппарата Эбрихима и поставил его на землю.
Крикнув Эбрихиму, чтобы он поднялся на борт «Сокола», Чубакка показал в сторону корабля. Возможно, Эбрихим не понял слов Чуви, но жест его был достаточно красноречив. Кивнув головой, дролл двинулся в сторону космоплана. Землетрясение почти прекратилось, и Эбрихим шел, не опасаясь, что его собьет с ног.
Взглянув в сторону корабля, Чубакка увидел Кьюнайна, повисшего неподвижной грудой на зарядном стенде. Не выпуская из рук Марчу, он подошел поближе, чтобы выяснить, что произошло. Дройд не подавал никаких признаков жизни. Чубакка подергал за кабель, соединенный с зарядным устройством, но его, видно, где-то зажало. Вуки потянул сильнее, и кабель разорвался. Взяв Кьюнайна в свободную руку, Чубакка направился к «Соколу».
В это мгновение с вершины центрального конуса снова ударила молния, угодившая в шесть конусов поменьше. Чубакка невольно вскинул голову вверх, но, поняв свою ошибку, успел отвернуться, прежде чем его ослепила огненная вспышка.
От света он сумел отвернуться, но с громом ничего нельзя было поделать: этот звук не выключишь, как в радиоприемнике.
Чуви заторопился к космоплану под аккомпанемент ударов грома, сопровождавших молнии, взметнувшиеся в поднебесье в ответ на удары сверху. Грохот стал вдвое сильнее, земля мощно качнулась, опрокинув Чубакку навзничь. «Сокол» только покачивался на своих амортизаторах.
Добравшись до дальней части космоплана, Чуви остановился возле трапа. Надо было подождать, когда наступит пауза между толчками. Улучив момент, он взвился вверх, а затем бросился в кают-компанию. Там он осторожно усадил на палубу Марчу и Кьюнайна. Эбрихим, уже успевший где-то раздобыть пакет первой помощи, тотчас опустился на колени перед престарелой герцогиней.
Два дролла, оба близнеца… Чубакка неожиданно сообразил, что Анакина среди них нет. А он-то думал, что мальчуган находится в обществе брата и сестры. Вуки тотчас бросился к выходу.
– Анакин жив и здоров! – закричал Джесин, перекрыв нестерпимый грохот и гул. Он догадался, о чем подумал Чубакка. – Он в каком-нибудь надежно защищенном боковом туннеле. Я чувствую его с помощью Силы. Он не ранен, а только перепуган: боится, что ему всыплют по первое число. По-моему, это из-за него и разгорелся сыр-бор.
Чубакка остановился, уставившись на Джесина и не зная, что ему делать. Он поклялся отцу этих детей защитить их. Если с Анакином действительно все в порядке, тогда можно закупориться в космоплане и переждать всю эту заваруху. Но если… Если мальчуган в опасности, что тогда? Рыскать по этим бесконечным коридорам, пока продолжается это светопреставление? Но в таком случае подвергнутся опасности и корабль, и все, кто находится на его борту. Придется то поднимать, то опускать защитные экраны, чтобы иметь возможность входить и выходить из космоплана. Но кто знает корабль.лучше его самого? Кто еще сумеет манипулировать экранами?
Чтобы остальные были в безопасности, ему придется остаться здесь. Вот и договорились. Возможно, решение не идеальное, но в данный момент самое правильное. Если же оно будет ошибочным и в результате жизнь Анакина окажется под угрозой, то он, Чубакка, поставит на карту собственную жизнь. И поделом.
Все эти мысли пронеслись в голове Чубакки в считанные доли секунды. Но мысль без действия – все равно, что еда без соли. Он бросился в командный отсек и включил на полную мощность защитные экраны. Гул землетрясения стал не так слышен. Чубакка попытался запустить судовые репульсоры, чтобы приподнять корабль над ходившей ходуном поверхностью основания. Но сделать это ему не удалось. Чубакка проверил показания приборов, регистрирующих тягу. Все тяговые системы были обесточены. Почему – Чуви не мог понять. Но сейчас некогда ломать над этим голову. Невольно пришел на ум каламбур: снявши голову, по волосам не плачут. Надо поднять аппарат над полом камеры, пока он не развалился на части от тряски. Этого можно добиться и без репульсоров. Манипулируя рычагами, управлявшими защитными экранами, вуки переключил питание с верхних экранов на нижние, выдвинув их до предела. В результате получилась как бы пружинящая мембрана, а не жесткие ребра. Получится ли только фокус? «Сокол» сначала не хотел повиноваться, но затем оторвался от пола и завис как бы на подушке. Обитатели корабля по-прежнему ощущали колебания и сотрясение почвы, но, благодаря экранам, резких ударов не чувствовалось. Чубакка включил автоматические компенсаторы – с тем чтобы экраны регулировались с их помощью.
Можно хотя бы надеяться на то, что экраны защитят их от ударов и тряски. На большее рассчитывать нельзя до тех пор, пока не выяснится, что же происходит. Единственное, что можно понять – это то, что причина всех этих событий находится где-то наверху. Чубакка взглянул ввысь, и в этот момент снова сверкнула молния, затем еще и еще. Трудно себе даже представить, какое огромное количество энергии высвобождалось при этом. Остается одно – уповать на надежность защитных экранов.
Обмен зарядами между конусами стал все более частым и мощным. В конце концов вершины конусов превратились как бы в источники света, соединенные между собой огненными дугами.
Создалось такое впечатление, что вершины впитывают в себя весь свет, всю энергию, возникавшую поблизости от них. В то время, как грохот становился слабее, свечение конусов усиливалось, они переливались всеми цветами радуги, сверкавшими и отражавшимися от их поверхностей.
И в тот самый момент, когда Чубакка решил, что представление достигло апофеоза, он вдруг понял, что сверкающие блики света сползают по поверхности конусов к основанию конусов, а затем и к «Соколу». Чубакка стал лихорадочно манипулировать нужными приборами управления, пытаясь запустить хоть одну из тяговых систем, но ни одна из них не включалась – ну, хоть ты лопни.
Неожиданно весь корабль оказался залитым светом. Целая буря искр и вспышек бушевала вокруг защитных экранов и всех деталей корабля. Одновременно заработали все пакетники, все выключатели, и Чубакке не составило никакого труда установить их в нужное положение. У него не было никакого желания иметь системы включенными в то самое время, когда вся атмосфера вокруг корабля до такой степени насыщена огромным количеством энергии.
Так же неожиданно, как она обрушилась на корабль, волна отхлынула от него прочь. Вывернув шею вбок, Чубакка наблюдал за тем, как энергия движется в сторону от «Сокола». Он успел заметить, как она превратила в пепел ховер, взорвала зарядный стенд Кьюнайна и зажгла все, что находилось снаружи «Сокола».
Пламя устремилось вверх, по стенам камеры, прямо к вершине конуса, становясь все ярче, все мощнее, все более насыщеннее энергией.
Огненное кольцо слилось в одной точке – вершине конуса – и в виде взрывной волны вырвалось наружу, расходясь во все стороны слепящими лучами. Стены конуса содрогнулись, как бы расходясь во все стороны, после того как ударная волна поразила их.
От вершины главного конуса и от вершин конусов поменьше в них хлынула новая волна светящейся энергии, обволакивая «Сокол» огненной пеленой, сопровождающейся новыми ударами молний. Волна энергии снова прошла мимо корабля, затем стала подниматься вверх по стенам конуса, выделяя сгустки своей мощи и сотрясая ею эти стены. Так повторилось еще раз. И еще. И еще.
В конце концов потоки энергии не соединились в одной точке, но вырвались наружу в виде кольца света. Вверху появилось голубое небо.
Чубакка, все еще ошеломленный, но успевший прийти в себя, начал понимать, что происходит. Коническая камера планетарного репульсора стала преображаться, изменять свои очертания, а ее вершина превратилась как бы в жерло вулкана, над которым разверзлись небеса.
Еще одна волна энергии пронеслась над кораблем. Затем еще одна. Так повторилось несколько раз. С каждым ударом, направленным вверх, отверстие становилось все шире и шире. Чубакка посмотрел на дисплеи, сигнализирующие о состоянии защитных экранов. К его удивлению, экраны работали. Несомненно, это свидетельствовало не об их прочности, а об особенности характеристики энергии, окутавшей корабль. Заряды энергии проносились мимо него, не пытаясь проникнуть внутрь корпуса космоплана.
Но Чубакку проблема эта уже не заботила. Уцелеют они все или же сгорят, мгновенно превратившись в пепел, – от него не зависит. Впрочем, и ни от кого не зависит. Эта титаническая машина сделает все, что приказал ей Анакин, и ничто не сможет ей помешать.
Чубакка представил себе бессчетное количество мегатонн породы, камней и земли, которые пришлось убрать со своего пути этой камере, о том, что мощные ударные волны слышны всей округе. Вокруг тайного входа в эту подземную камеру было множество туннелей, которые вели к ней. Наверняка все они рухнули, как рухнуло в бездну и строение дроллистов, расположенное снаружи. Дроллисты искали планетарный репульсор. Теперь же получилось наоборот. Репульсор сам нашел и уничтожил тех, кто пытался уничтожить правительство Новой Республики. В этом есть какая-то высшая справедливость – жестокая, но справедливость. При мысли об этом Чубакка улыбнулся.
В командный отсек вошел Джесин. Забравшись в кресло первого пилота – кресло его отца, – он попытался увидеть, что происходит вокруг. В кресле мальчик казался совсем маленьким и испуганным. Однако он держал себя в руках, как. взрослый, серьезный мужчина. Ужасаться было некогда. Эта можно будет сделать и потом – перепугаться всегда успеешь. На это есть ночные кошмары.
Посмотрев наверх, Джесин увидел работу гигантской машины.
– Камера открывается, – проговорил он изумленно. – И становится выше.
Последовав примеру мальчика, Чубакка убедился, что действительно стены конуса поднимаются и раздвигаются в стороны. Видно, для того, чтобы камни и порода, которую репульсор вытесняет из камеры, не рухнули вниз. Возможно, причина совсем в другом. Откуда им знать, что задумали создатели этой чудовищной машины?
Повернувшись к Джесину, Чубакка показал в сторону выходного люка. Затем вытянул руку ладонью вниз на уровне головы ребенка и издал рык, означающий тревогу.
– С Анакином все благополучно, – отозвался Джесин. – Я это чувствую. Он там. – Мальчик показал в сторону определенного места в боковой стене камеры. – Он перепугался. Пожалуй, больше нас. Я имею в виду нас с Джайной. Но он жив-здоров.
Хотя и Чубакка испытывал страх, он не удержался от смеха. Умница этот Джесин. Знает, что вуки не любят признаваться в том, что они чего-то боятся, и потому нашел отговорку, чтобы не обидеть его, Чуви, который перепуган до смерти. Да любое разумное существо умрет от страху при виде такого зрелища. Показав на тыльную часть «Сокола», Чубакка издал звук, обозначавший вопрос.
– Они тоже в полном порядке, – ответил Джесин. – Тетушка Марча пришла в себя, думаю, с ней ничего страшного не случилось. С Кьюнайном дела обстоят хуже. Он словно мертвый – не то выключен, не то где-то в, цепи коротыш, может, что-то еще. Во всяком случае, не шевелится.
Чуви кивнул головой. Им повезло: все целы и невредимы. Если Кьюнайна можно починить, он займется этим потом. Если нет – то потеря одного дройда не такая уж высокая цена за то, что им удалось выбраться из такой переделки.
Через «Сокол» перекатился еще один мощный вал энергии. На этот раз он дал знать о себе. Корабль покачнулся раз или два, а потом повернулся на несколько градусов направо. Чубакка задумался.
Видно, им хотят напомнить поговорку: «Не кричи „гоп“, пока не перепрыгнешь!»
Глава пятая
С ПРИЕЗДОМ!
Тракен Сал-Соло, самопровозглашенный Диктатор Кореллианского Сектора, руководитель Лиги в защиту прав человека, внимательно разглядывал бутылку, стоявшую перед ним. Надо было решить извечный вопрос: «пить или не пить?» Может, действительно надраться в стельку? Все равно делать нечего – разве только ждать.
Тракен никогда не умел ждать. Как ни странно, но почти всю свою взрослую жизнь он только и знал, что ждать. Ждать, когда его непосредственный начальник уйдет в отставку, на пенсию или попадет за решетку. Ждать, когда наступит пора затеять заговор; ждать подходящего момента. Ждать предложения занять желанный пост от Дюпаса Томри, Диктатора Кореллианы. Ждать того дня, когда Томри отбросит коньки, а на его место усядется этот придурок Галламби. Ждать того дня, когда Империя проснется от спячки и поймет, какую опасность для нее представляют собой эти гнусные повстанцы. Ждать, когда Император ответит ударом на удар, нанесенный по Империи мятежниками. Ждать, когда увенчается успехом контрнаступление Трауна.
Ждать, ждать – и все напрасно. Ждать чего-то такого, что никогда не случится, ждать радости побед, которые превратились в унизительные поражения.
Тракен схватил бутылку за горлышко, словно перед ним враг, которого он хочет задушить. Он встал из-за стола, вышел из своего кабинета в коридор управления раскопок. Управление это было не таким просторным или комфортабельным, как прежняя его контора, зато безопасным. Сам он предпочел бы остаться в подземном бункере на окраине города, однако Лиге пришлось оставить свою якобы тайную штаб-квартиру. Эти уроды селонианки украли у него из-под носа свою землячку Дракмус, а заодно и этого предателя-кузена – Хэна Соло.
Не нужно большого ума сообразить, что организации, сумевшей увести из подземного бункера сразу двух узников, ничего не стоит подложить туда бомбу. Вот почему Тракену пришлось перебраться в другое место и лишиться одной штаб-квартиры. Пусть это будет еще один должок, который рано или поздно придется уплатить Хэну Соло. Куда он денется.
Выйдя из здания, Тракен свернул на улицу, освещенную вечерними сумерками. Посмотрел, как идут на работу люди, которым предстоит вторая смена. Заметив его, несколько человек приветствовали Сал-Соло своими возгласами. Тракен приклеил к лицу деланную улыбку, приложил ладонь ко лбу и поприветствовал парней этаким свойским жестом. Бутылку он даже не стал прятать. Бутылка в кармане – это хороший тон. Зачем ему делать вид, будто ему чужды человеческие слабости и время от времени он не закладывает за воротник. И не только время от времени.
Только бы эти парни знали свое дело и сумели, найти то, что ему нужно. А найти ему нужно кореллианский планетарный репульсор. Ни более и ни менее. Он должен находиться где-то под землей. Его надо отыскать во что бы то ни стало. Не то ему, Тракену, несдобровать.
Правда, ему и так несдобровать. Соло удрал. Лея Органа Соло как сквозь землю провалилась. Бакуране – чтоб им пусто было – каким-то образом преодолели гравитационное поле. Гуляют на свободе и, возможно, даже овладели Центральной. Все идет совсем не так, как было предусмотрено планом. Правда, кое-кому от него, Тракена, досталось. Если повезет, то историки запишут в свои лживые анналы, что генерал-губернатор Микамберлекто скончался от ран, полученных им во время первой бомбардировки его резиденции. Но даже если станет известна подлинная причина смерти этого фрозийца, он, Тракен, ничего не имеет против. Террор – вещь весьма полезная. Правда, убийство генерал-губернатора было непреднамеренным. Слишком высоки были ставки, чтобы пойти на мокрое дело. Тракен знал, сколь опасную игру он ведет. Как все произошло на самом деле, он знал лучше, чем кто-либо другой из обитателей звездной системы. Уж кто-кто, а он-то знал, что все это был блеф. Он понимал, сколько опасностей поджидают его со всех сторон. Он заявлял перед всем миром, будто возглавляет заговор разрушителей планет. На какое-то время это было на руку подлинным организаторам заговора. Таким образом, у них было прикрытие, своего рода алиби. Это вовсе не значит, что они ничего не смогут поделать с ним, Тракеном. Вероятнее всего, эти типы уверены, что Тракен Сал-Соло выполнит свою роль, а когда наступит подходящий для них момент, он даст ход назад, заявив, что не имеет никакого отношения к взрыву звезды.
Пусть они думают, что хотят. Он, Тракен, не собирается оправдывать ожидания этих господ. Господ, которые уверены в том, что Тракен передаст им планетарный репульсор, как только он его найдет, а они за это предоставят ему полную свободу действий на Кореллиане. Как бы не так. У него, Тракена, совсем другие планы. Разрушители звезд внушили лидерам мятежников, будто бы репульсоры представляют собой превосходное оборонительное оружие и не более того. Тракен не такой кретин. Он понимает, что разрушителей звезд устраивает такое положение дел, когда все остается на своих местах, людишки сидят сложа руки, а хозяева положения сидят на коне и никому не позволяют к себе приближаться. Но он-то понимает, что репульсоры – это орудие шантажа, угрозы, самая большая польза от которого тогда, когда его наводят на врага, но никогда не пускают в ход.
Пусть другие вожди повстанцев, к примеру руководители Верховного Логовища – копающиеся в грязи селониане или эти заносчивые полудурки дроллисты, – думают все, что им заблагорассудится. Пусть стукнутые пыльным мешком из-за угла мятежные лидеры Талуса и Тралуса верят в лапшу, которую им вешают на уши насчет репульсоров. У него, Тракена, на этот счет собственное мнение. Он-то знает, что хозяева положения перехитрили их всех. Знает он еще и старую истину: «На всякого хитреца довольно простоты». Для доходчивости можно что-нибудь еще попроще: «На всякую хитрую жопу найдется свой болт».
Но ему с хитрованами не справиться до тех пор, пока его парни не отыщут репульсор и задействуют его. Уж если эти дерьмокопы-селониане сумели отыскать этот аппарат у себя, то почему бы людям не добиться такого же результата?
– Диктатор Сал-Соло! Диктатор!
Обернувшись, Тракен увидел генерала Бримона Ярара, руководителя раскопок, мелкой рысцой бежавшего к нему.
– В чем дело, генерал?
– Важные известия, сударь. Возможно, очень важные. Только что ожил планетарный репульсор на Дролле.
– Да не может быть!
– Совсем недавно, сударь. Помехи все еще продолжаются, поэтому дополнительной информации получить мы не можем. Однако наши следящие системы только что зарегистрировали мощный поток энергии, источник которой находится на Дролле. Энергии ненаправленной, неуправляемой, но поток налицо. Дроллистам удалось запустить репульсор.
– Не верю, – убежденно произнес Тракен. – Этого не может быть. Селониане – другое дело. Эти кроты под землей как дома. У Верховного Логовища есть толковые специалисты. Но дроллисты… Да это же неумехи, пустое место. – Наедине с собой Тракен сознавал, что его сторонники, члены Лиги в защиту прав человека – отнюдь не сливки общества. Скорее подонки. Бандюги, в большинстве своем. Даже опираясь на поддержку хозяев устройства для разрушения звезд, он не смог подобрать себе достаточное количество приличных людей, Тракену пришлось смириться с этим обстоятельством. Надо работать с тем человеческим материалом, каким он располагает, если нет другого. Так учил когда-то Кудрявый – один из древних теоретиков бунтарства и разрушения.
И все же даже эти бандиты по сравнению с дроллистами – истинные джентльмены и первоклассные ученые. Тем более что Тракену удалось с помощью подкупа переманить на свою сторону ряд диссидентов-специалистов, военных и чиновников бывшего Императорского правительства. Куда дроллистам тягаться с ними – с кувшинным рылом да в калашный ряд. Правда, одного у этих дроллов не отнимешь: эти надутые низкорослые придурки безупречно честны и осмотрительны. На Кореллиане, возможно, на Селонии, а также Талусе и Тралусе было недовольство, которое удалось превратить в мятеж. Что же касается Дролла, то там мятеж пришлось инспирировать – причин для него на этой планете не существовало. Даже члены Лиги в защиту прав человека не приняли бы в свои ряды дроллистов – самых отпетых негодяев из числа населения Дролла. Что же касается инженерных способностей этой шпаны, то они были ничуть не выше ее морального уровня.
И вот этот-то сброд смог отыскать и запустить планетарный репульсор? Не смешите ее – она и так смешная…
Минутку, Минутку… Возможно, дроллистам и не удалось ничего добиться. Возможно, фокус удался, только совсем у других людей. И вдруг Тракена осенило. Он понял, кем могут быть эти люди. Если окажется, что он прав, можно будет извлечь из этого обстоятельства выгоду. И немалую.
Кто бы ни запустил этот репульсор, долго в их руках он не удержится. Повернувшись к Ярару, Тракен произнес:
– Соберите лучших специалистов по репульсорам и подготовьте десантный отряд.
Запрокинув голову назад, Сал-Соло сделал большой глоток. Огненный напиток приятно согревал его внутренности.
– Мы намерены нанести визит нашим друзьям-дроллистам.
– Кто же этот радушный хозяин, который зовет нас к себе в гости? – думал Люк, наблюдая за тем, как мигает огонь над огромным воздушным шлюзом. Вернее, он думал не столько о том, кто хозяин, а о том, целесообразно ли откликнуться на это приглашение. Минут пять у них с Ландо шли споры по этому поводу. Люк решил взять быка за рога.
– Иу, хорошо, – проговорил он. – Допустим, что мы не войдем в эту шлюзовую камеру. Чего мы добьемся?
– Не знаю, – признался Ландо. – Если бы мы приземлились на другой
…тороне сферы или же приблизились к Станции с противоположного конца, мы смогли бы в…ечение нескольких недель изучать Станцию, прежде чем кто-нибудь обнаружил нас. По-моему, это был бы толковый выход из положения.
– Почему же? – удивился Люк Скайвокер.
– Ты же меня знаешь, старик. Я мыслю по-крупному.
– Да, уж этого у тебя не отнимешь, – признался Люк. Ландо действительно прославился своим умением разрабатывать гигантские проекты. Не его вина, что из этих проектов, как правило, получался один пшик. Правда, в данном случае это не имеет никакого значения. – Станция эта и правда построена широкомасштабно, с размахом. Ну, и что ты об этом думаешь?
– Я думаю, что-то тут не так. Как только я увидел в первый раз эту Станцию, я именно так и подумал. И чем…лиже мы к ней подлетаем, тем больше я в этом убеждаюсь. Я не только мыслю по-крупному, но я еще
…ыслю функционально. Крупные масштабы имеют смысл, когда необходимо выполнить определенную, масштабную работу. Но тут масштабы уж чересчур велики. Размер этой Станции в сотни, если не в тысячи раз больше, чем это необходимо для любой работы, которую, как мне представляется, она должна выполнять. Да и проект какой-то бестолковый. Здешние обитатели этого не замечают,…отому что Станция существует с…езапамятных времен. Она примелькалась им. Ее воспринимают как нечто естественное. Но ты уж мне поверь. Какое-то странное впечатление она производит.
Странное впечатление производит. Этот Ландо совершенно лишен ощущения Силы. Уж это конечно. Конечно, это не значит, что интуиция всегда его обманывает. Закрыв глаза, он обратился к Силе, чтобы обследовать Станцию, людей, населяющих ее. Почувствовал он реакцию лишь одного разумного существа – человека. Неужели на Станции всего лишь один человек? Наверное, есть и другие, но их сознания каким-то образом экранированы от воздействия на них Силы. Он осторожно коснулся сознания того человека, который откликнулся на его призыв. Ни злобы, ни недобрых намерений в нем он не нашел. Зато обнаружил сильное чувство страха и неуверенности.
Люк снова послал импульс Силы в сторону мигающего огонька. Дверь воздушного шлюза по-прежнему продолжала то открываться, то закрываться. Откликнулось ему сознание одного человека. Молодой женщины. Люк понял, что она встревожена и чего-то боится. Но настроена она дружелюбно.
– Я отвечу, что мы принимаем предложение заглянуть на огонек, – заявил Люк. – Ты прав, Ландо. Можно неделями обследовать Станцию и ничего не узнать. Но мы не можем терять столько времени. К тому же мне кажется, что обитатели ее настроены дружелюбно к нам. Во всяком случае, один из них.
В переговорном устройстве воцарилась тишина. Люк уже решил, что лазерная система окончательно вышла из строя. Но он ошибался. После долгой паузы послышался голос Ландо:
– Ты прав, старичок, тут уж ничего не попишешь. Надо попытать счастья.
– Ну, вот и ладушки, – отозвался Скайвокер. Немного увеличив скорость, он направил свой крестокрыл в сторону воздушного шлюза. Следом за ним полетела и «Госпожа Удача».
После того как два аппарата приблизились к шлюзу, огонь перестал мигать, и дверь, широко распахнувшись, была зафиксирована в этом положении. Люку пришлось применить все свое мастерство, для того чтобы выровнять аппарат со шлюзом и отрегулировать его горизонтальную скорость со скоростью вращения цилиндра. То, что ему пришлось совершать эти маневры вверх ногами, лишь немного усложнило дело. Люк умел летать в любом положении относительно цели, и, поскольку Станция вращалась, чтобы создать искусственную гравитацию, посадочные площадки крестокрыла были обращены к небу.
Чем ближе становился вход в шлюз, тем больше казались Люку его размеры. Издали он был средних размеров, но на самом деле в такой шлюз без трзда могли бы войти «Незваный гость», «Защитник» и «Часовой», летящие строем фронта. Крестокрыл Люка Скайвокера влетел в шлюз так же легко, как влетела бы муха в рот Гулливера. Следом за ним в шлюз проник и Ландо на борту «Госпожи Удачи».
Когда средства обнаружения флагманского корабля зарегистрировали мощный, превосходящий все масштабы выброс энергии на Дролле, адмирал Хортел Оссилеге особого восторга не испытал. При осуществлении военных операций сюрпризы – вещь нежелательная. Когда же находишься в глубоком тылу у неприятеля и имеешь дело с оружием такой силы, правило это справедливо вдвойне. Ландо-калриссит предупреждал его, что тактика дерзости и натиска может завести его в тупик. Ну, что ж. Обратного пути нет. Осторожность тоже до добра не доведет. Нужно прежде всего изучить вопрос с этим выбросом. Почти наверняка это еще один планетарный репульсор. Но выброс энергии был произведен бесцельно, в белый свет как в копеечку. Похоже на то, что он играет роль сигнальной ракеты, которую пускают в воздух лишь для того, чтобы привлечь чье-то внимание.
Разглядывая экран дисплея, Оссилеге насупился. Как знать, как знать, может быть, дело обстоит именно так. Все обычные каналы связи аннулированы, каким же еще способом объявить о захвате репульсора? Конечно же, с помощью выброса энергии, играющей роль осветительного снаряда или ракеты. Однако противник, оппозиция, местонахождение своего репульсора на Селонии сохраняет в тайне. Отсюда можно сделать вывод, что люди, в руках которых находится этот репульсор, из противоположного лагеря. Вполне вероятно, что этим взрывом они дают понять неприятелю, что не только у него в руках столь мощное оружие, что и они не лыком шиты.
Но для того чтобы убедиться в том, что он прав, необходима разведывательная операция. Да уж очень она некстати. Корабли под командой его, адмирала Оссилеге, только что успели занять позицию вокруг Центральной Станции. Гэриэл и ее спутники находятся на самой Станции и лишены возможности поддерживать связь с флотилией.
Ни оставлять позицию вблизи Центральной, ни бросать своих людей на произвол судьбы он не может. Придется разделить свои силы: другого выхода нет. Был момент, когда адмирал решил отрядить на Дролл всего лишь эскадрилью истребителей или даже десантное судно с войсками. Но затем передумал. Вероятно, оппозиционеры тоже пошлют на Дролл своих людей, чтобы захватить репульсор. Нужно отправить такие силы, чтобы с их помощью можно было не только изучить обстановку на месте, но и вести вооруженную борьбу.
Тонкие губы адмирала растянулись, превратившись в линию. Калриссит предупреждал его, чтобы он не действовал очертя голову. Но разве он, адмирал, не был достаточно осторожен, когда продвигался по направлению к Центральной Станции? Даже чересчур осторожен? Повернувшись к младшему лейтенанту, стоявшему рядом с ним, он проговорил:
– Свяжитесь с капитаном Семмаком и передайте ему мой приказ взять курс на Дролл. Пожелайте ему удачи от моего имени. «Незваный гость» должен выяснить, что произошло с репульсором. «Часовой» и «Защитник» останутся поблизости от Центральной. – Оссилеге оглянулся на экран. – Кто-то приглашает нас к себе в гости. Элементарная вежливость требует от нас, чтобы мы приняли это приглашение.
Установив защитные экраны в боевое положение и сохраняя строй, при котором они смогут прикрыть друг друга в случае нужды, «крестокрыл» и «Госпожа Удача» медленно вошли в воздушный шлюз на высоте пятнадцати метров от его палубы. Какой смысл принимать такие меры предосторожности, оказавшись на Станции размером с небольшую планету? Никто об этом даже не удосужился подумать.
Люк завис над центральной частью шлюза, затем развернул свой аппарат, чтобы защитить «Госпожу Удачу», появившуюся в воротах шлюза. «Госпожа» осторожно двинулась вглубь. В гигантском шлюзе царил мрак. Ландо включил посадочные огни, вращая при этом прожектора, но Люк ничего не мог разглядеть. Огромные ворота шлюза с грохотом закрылись. Оба корабля оказались изолированными от внешнего мира. Возможно, в ловушке, если предположить самое плохое.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?