Текст книги "Верлойн"
![](/books_files/covers/thumbs_240/verloyn-67526.jpg)
Автор книги: Роман Папсуев
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Из кустов выбрался Дрюль с луком. Широко улыбаясь, дримлин вышел на середину поляны и сказал:
– Вы не заметили третьего стражника. Очевидно, он не был чересчур пьян и хотел вам, барон, уронить на голову булыжник. Этот был последним. Больше стражников нет.
«ТУРУ-ТУРУ-ТУРУ-ТУТУ!» – вдруг завизжала боевая труба, и Верлойн понял, что Дрюль ошибся. Еще двое стражников сидели на дереве и заметили чужаков только тогда, когда Дрюль вышел на поляну. Дримлин, поняв свою ошибку, бросился к Верлойну и, наложив на тетиву стрелу, выпустил ее в дерево, откуда доносились завывания трубы. Труба не замолчала, но с глухим криком что-то тяжелое рухнуло в кусты.
– Это я в него попал или он просто перепил? – пробормотал Дрюль, быстро накладывая вторую стрелу.
Вторая стрела заставила наконец-то замолчать трубу, но было слишком поздно. Ворота в пещеру распахнулись, и из скалы повалили робблины.
Верлойн с Дрюлем оказались в самой гуще свалки. Меч барона, Криад, со свистом опускался на головы робблинов, выскакивавших на поляну. Дрюль отбросил лук и выхватил кинжал. Первые робблины мгновенно лишились жизни. Меч Верлойна описывал круги, разбивая щиты, ломая клинки и обрубая древки копий. Робблины были низкорослыми, хилыми и трусливыми. Они практически не оказывали никакого сопротивления, бестолково спотыкались и толкали друг друга.
На поляну вылетели Алдруд и Тиглон с обнаженными мечами и присоединились к барону и дримлину, рубя разбойников. Среди полусонных пьяных робблинов началась паника. Половина разбойников уже валялась на земле, а вторая половина неслась без оглядки в лес, побросав оружие и проклиная свалившихся как снег на голову грозных воинов. Правда, трое или четверо, особо воинственные – или слишком пьяные, – пытались сопротивляться, но не продержались и двух минут.
Вскоре на поляне у скалы остались лишь путники да мертвые робблины. Тиглон огляделся, вытер побуревший от крови меч о рваный плащ убитого разбойника и повернулся к Дрюлю, который вкладывал кинжал в ножны.
– Дрюль, я тебя по-хорошему прошу – никогда больше не допускай таких ошибок!
– Больше не буду. – Дрюль, поморщившись, потрогал покрасневшее предплечье.
– Никто не ранен? – спросил Верлойн.
– Никто, – сказал Алдруд и, взглянув на Дрюля, добавил: – Если, конечно, не считать царапины нашего отважного героя.
Дрюль обиженно надул губы. Барон огляделся.
– А где Малс?
Малс сидел все за тем же кустом и, закрыв глаза лапками, рыдал, оплакивая гибель своих защитников. Когда Дрюль хлопнул его по спине, Малс отпрыгнул в сторону и запищал:
– Не трогайте меня! Я вам ничего плохого не сделал!
– Успокойся, Малс, – улыбнулся Алдруд. – Это мы.
Манкр открыл глаза и смущенно покраснел.
– Э... это вы? А я подумал – робблины. Кстати, а где они?
– Отправились навестить далеких предков. – Дрюль похлопал себя по груди, не обращая внимания на ироничные взгляды Странников. – Ну ладно, пойдем, поищем твою сумку...
Внутри логова было тепло, сыро и стояла страшная вонь. Пещера внутри скалы была довольно большой и освещалась двумя отверстиями в потолке, сквозь которые пробивался солнечный свет. На влажном полу валялись какие-то тряпки, объедки, оружие и кости. Около стен выстроились в ряд чаны с вином. В трещины скалы были вставлены потухшие факелы, оставившие на стенах налет черной копоти. Путники вышли на середину пещеры, оглядывая логово разбойников.
Дрюль откинул ногой тряпку и, зажав нос, сказал:
– Какая же здесь вонь, о Небо!
– Ну, – сказал Верлойн, осматриваясь, – и где твоя сумка?
– Вон, вон она! – Малс бросился к огромному черному трону, который стоял у дальней стены. Трон был срублен из дуба и предназначался, видимо, для предводителя робблинов. На спинке трона висела простая сумка из мешковины – к ней и направился Малс.
Вдруг откуда-то из-за чана с вином выскочил маленький робблин с огромным мечом в руке. У робблина были красные глаза, широкий рот с выпирающими зубами, серая кожа и мохнатые брови на сильно выдающихся вперед надбровьях. Судя по довольно новым доспехам, в которых болтался (другого слова и не подберешь) робблин, а также по тусклому позолоченному шлему с рогами, он-то и был предводителем разбойников. Огромный меч в лапках робблина так не соответствовал его внешнему виду, что путники невольно улыбнулись.
– Ни с места! – заверещал робблин, размахивая мечом. – Бросайте оружие!
– Ты потише маши этой штуковиной, – серьезно сказал Дрюль робблину, – а то поцарапаешь кого ненароком.
Робблин удивленно уставился на дримлина. Манкр Малс испуганно прижал к груди сумку и спрятался за трон. Верлойн со Странниками опустили мечи и, усмехаясь, рассматривали коротышку. Опасности он явно не представлял, убивать его тоже не имело смысла. Верлойн решил, что нужно его просто оглушить, связать и оставить здесь.
– Ты, – угрожающе сказал робблин, указывая мечом на Дрюля. – За это гнусное оскорбление ты расплатишься жизнью! Выходи на поединок, если не трус!
– Я не трус, – все так же серьезно сказал Дрюль и вытащил из кучи тряпья на полу старенький меч.
Верлойн хотел было остановить Дрюля, но Алдруд его удержал, подмигнув. Страннику было интересно, чем закончится этот поединок. Верлойн пожал плечами, мысленно поставив на дримлина, потому как робблин с огромным мечом в тонких лапках казался барону просто нелепым. Дримлин взял в правую руку меч и учтиво спросил:
– Вы готовы?
– Я всегда готов, – оскалился робблин, взяв рукоять меча двумя руками.
Дрюль улыбнулся, подмигнул ему и, взмахнув мечом, сказал:
– Ну что ж, тогда начнем.
Он сделал легкий выпад в сторону робблина только для того, чтобы попугать. Но не успел Дрюль и глазом моргнуть, как коротышка ринулся вперед, одним быстрым взмахом меча выбил из его руки клинок и, подняв свой огромный меч над головой, заорал:
– Умри, дримлин вонючий!
Дрюль от неожиданности оступился и упал, а робблин, подбежав к нему, занес меч над головой. Верлойн вскрикнул, Тиглон и Алдруд подняли мечи и хотели было вмешаться в поединок, как вдруг что-то прожужжало в воздухе, раздался гулкий звон, будто ударили в колокол, и робблин свалился на землю как подкошенный.
Путники не могли ничего понять, как вдруг Верлойн заметил в позолоченном шлеме робблина глубокую вмятину. Из-за кресла-трона вышел Малс. Дримлин удивленно смотрел на манкра, открыв рот. Верлойн воскликнул:
– Ай да Малс! Спас Дрюля!
Малс скромно опустил глаза и пробормотал:
– У нас в горах много голубиных гнезд. Когда я был маленьким, мы с приятелями любили кидать в них камни.
Дрюль ошалело мотал головой.
– Ну и ну, – наконец сказал он. – Никогда бы не подумал, что мне спасет жизнь трусишка Малс.
– Я трусишка, – сознался Малс.
Дрюль встал и кинул на робблина презрительный взгляд.
– Конечно, я бы и сам справился, – сказал дримлин. – Если бы меч был получше...
– Плохому скакуну всегда ноги мешают, – пробормотал Тиглон.
– Чего-чего? – нахохлился дримлин.
– Ничего, – улыбнулся Тиглон.
– Воин из тебя хоть куда, – засмеялся Алдруд.
– Ладно, – буркнул Дрюль. – Малс, ты взял свою сумку?
Манкр прижал к груди свое сокровище и часто закивал.
– Вот и отлично, – сказал Дрюль, окинув путников высокомерным взглядом. – Пошли отсюда. Здесь воняет...
* * *
Когда на землю мягко опустились сумерки и древний лес стал медленно погружаться в темноту, путники приметили поляну, вполне подходящую для ночевки. Малс, ехавший на крупе кобылы Дрюля, неловко спрыгнул на землю и стал помогать снимать седельные сумки с провиантом. Дрюль косо поглядывал на манкра, умудрявшегося помогать путникам, все время прижимая к груди свою сумку. Наконец дримлин не выдержал и все-таки спросил:
– Малс, послушай, дружок... Не знаю даже, как это лучше спросить, но нам бы... хотелось бы узнать, ради каких таких сокровищ мы рисковали жизнью.
Малс покраснел и сказал:
– Я расскажу. И покажу, когда мы покушаем...
Костер весело потрескивал, пожирая сухие ветки, и пускал в темное ночное небо быстро угасающие искры. Огонь отбрасывал яркие блики на меч Тиглона, который тиг тщательно правил оселком. Путники сидели вокруг костра, ужинали и молчали.
Верлойн с наслаждением вдыхал теплый ночной воздух, пропитанный запахом горящего дерева. Дыма от огня практически не было – Тиглон умел разводить костер. Дрюль насадил мясо на длинную веточку и пытался разогреть кусок, держа его над костром, прямо над огнем. Естественно, мясо у него тут же обуглилось, дримлин оглядел черный от копоти кусок, поморщился и выкинул его в кусты.
Дрюль украдкой поглядывал на Малса, который с несчастным видом жевал мясо и глядел на огонь. Дримлин так и порывался напомнить манкру об обещании рассказать о сумке, но Верлойн бросал на него строгие взгляды, и дримлин, вздыхая, отворачивался.
Тиглон осмотрел лезвие меча, удовлетворенно хмыкнул и аккуратно вложил меч в ножны. Положив их рядом с собой, тиг подбросил в костер веток. К требовательным взглядам, которыми щедро одаривал манкра Дрюль, присоединился и Алдруд. Странник был любителем занятных историй, поэтому ему тоже, вероятно, было интересно послушать рассказ Малса. Манкр доел мясо, вздохнул и положил сумку на колени. Алдруд быстро дожевал свой кусок, толкнул локтем Дрюля. Дримлин поглядел на манкра и тут же усиленно стал изучать пламя костра. Верлойну стало смешно, и он скрыл улыбку фальшивой зевотой.
Малс еще раз вздохнул и сказал:
– Я обещал вам рассказать, почему я так расстроился, когда у меня украли сумку, и что за сокровища в ней лежат...
– Наконец-то, – пробормотал Дрюль.
– Я вам все расскажу и надеюсь, что вы поймете. Ох... С чего бы начать? Наверное – с начала. Случилось это два месяца назад. Моя деревня стояла в самом центре Черных скал, мы, молодые – нас называли бродяги, – любили обшаривать ущелья, древние разломы в скалах, да и просто бродить далеко от дома, лазая по окрестностям. Дело в том, что мы были практически изолированы от мира, ничего, кроме гор, не видели, поэтому пытались изучить хотя бы те места, в которых живем. Кроме того, была и более простая причина наших блужданий. До нас эту часть гор занимали гномы, и мы мечтали найти их пещеры. В легендах говорилось, что гномы, уходя из обжитых мест, оставили после себя несколько пещер, заваленных сокровищами. Золото, драгоценные камни, добытые у нас в горах. Да еще и всякие магические вещицы, которые гномы припрятали на черный день. Старейшины посмеивались, а мы тешили себя надеждой и продолжали свои поиски.
Малс кашлянул, бросил несмелый взгляд на путников и продолжил:
– Так вот, однажды я забрел очень далеко от дома, в ущелье Кабалан, – там текла маленькая речушка, по имени которой ущелье и назвали. Речушка не всегда была маленькой. По весне, когда таяли снега на вершинах гор, она превращалась в бурный поток, затопляя берега ущелья, – в такую пору по ущелью пройти было невозможно. Этой весной снега стали таять поздно, поэтому я пошел туда, чтобы побродить там, пока ручей Кабалан не раздулся от тающего снега. Я пошел один, сам не знаю почему. Обычно мы ходили группками, манкров по пять. Но в тот раз... Видно, это судьба была, не иначе. Не знаю. Вообще мы, манкры, любим приключения...
Малс запнулся и настороженно посмотрел на путников – не будут ли смеяться. Те не смеялись. Малс слабо улыбнулся и продолжил:
– Я не был исключением, поэтому и бродил один, может быть, чаще всех. Вот. В общем я ходил по ущелью, любовался речкой, камнями, ущельем. А когда притомился, сел на валун, достал кисет, набил трубку...
– Чего? – спросил Дрюль.
– Манкры славятся своим умением пускать дым изо рта с помощью деревянных трубок и какой-то травы, – бесстрастно сказал Тиглон, глядя в темную чащу. Потом посмотрел на Малса и усмехнулся. – Вообще-то трава называется табак, а трубки – курительными.
– Точно! – с неподдельным восторгом воскликнул Малс. – А откуда вы знаете?
– Много путешествовал, – коротко ответил тиг и вновь принялся смотреть на темные деревья, окружающие поляну.
Малс кивнул, будто получил исчерпывающий ответ, и продолжал:
– Так вот, набил я трубку, да и уронил кисет. Вот...
Малс почему-то замолчал.
– Ну? – нетерпеливо спросил Алдруд.
– Когда я его поднимал, я случайно поглядел на стену ущелья напротив меня и увидел щель. Я был абсолютно уверен, что ее там не было, когда я садился на валун. Когда же я встал с валуна, щель исчезла. Поверите?
– Нет, – честно ответил Дрюль.
– Врешь, – убежденно сказал Алдруд.
– Я тоже не поверил своим глазам. Потому что щель была – но она оказалась прорублена так, что увидеть ее можно было, только сидя на том самом валуне, на котором сидел я. И тогда я понял, как мне повезло. Сказочно. Я нашел пещеру гномов...
Алдруд и Дрюль, раскрыв рты, смотрели на маленького манкра. Верлойн, глядя на них, усмехался, а Малс самозабвенно рассказывал, забыв о том, где он, полностью погрузившись в воспоминания. С каждой минутой барон все больше проникался симпатией к этому малышу.
– Недолго думая, я протиснулся в щель и вскоре оказался в огромном зале. Мы хорошо видим в темноте, и я разглядел три хода, ведущих из зала. Мне даже в голову не пришло рассматривать зал, я просто стоял и думал, в какой ход идти. Наконец решил, что пойду в правый. Почему – не знаю. И вот иду я по темному-темному коридору и вдруг замечаю, что потолок плавно уходит вверх, а впереди, на полу, что-то белеет. Подхожу ближе – и обмираю. На полу лежит скелет, причем кости его искрошены так, словно кто-то долго-долго молотил беднягу огромным молотом. Ну, думаю, вот я и пропал. Стою, колени дрожат, думаю: не иначе сейчас из темноты выскочит тролль-великан и пройдется по мне своей дубиной. Потом подумал я и решил, что вряд ли здесь кто-то живет, наверное, это гномы, уходя, оставили какую-нибудь ловушку. Так я подумал. Взял камень и кинул его в сторону скелета. Камень в воздухе с чем-то столкнулся, что-то протяжно засвистело, и сверху рухнул огромный обтесанный валун. Обрушившись на скелет, он окончательно превратил старые кости в пыль и медленно, скрипя, поднялся обратно под потолок. Теперь я знал, что убило того беднягу, но легче мне от этого не стало. Мне нужно было как-то перехитрить устройство гномов, поэтому я сел и стал думать. Я манкр неглупый, поэтому вскоре придумал способ, правда не был уверен, сработает он или нет. Я взял второй камень и вновь кинул его в скелет. Как только раздался свист и валун рухнул на пол, я бросился вперед. Валун начал подниматься под потолок, я юркнул под ним и чуть не погиб – наверное, я все-таки задел невидимое устройство, приводящее ловушку в действие, и валун, не поднявшись вверх до конца, опять рухнул вниз, прищемив край моего плаща. Что-то жутко скрипнуло, и валун так и остался лежать. Мне пришлось снять плащ. Я понимал, что впереди могут быть еще ловушки, поэтому пошел вперед очень осторожно, периодически подбирая камни и кидая их перед собой. Но ничего не происходило. Так я и дошел до пещеры, внутреннего зала, полностью забитого сокровищами...
Малс поглядел на путников, и глаза его сверкали в отблесках костра.
– Там было золото, горы самородков, необработанные алмазы, изумруды, топазы и аквамарины. Какой-то светящийся мох покрывал стены, и тусклый свет отражался от всех этих сокровищ с троекратной силой. Я стоял и глядел. Не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, словно молния в меня ударила... А потом я увидел сундук. Простой деревянный сундук, обитый железом. Он так не вязался с окружающим великолепием, что я пошел именно к нему. Открыв крышку, я увидел сумку. Вот эту самую, – Малс погладил сумку, лежавшую у него на коленях. – Я заглянул в нее, но ничего не увидел. Вы спрашивали, что ценного может быть в обычной сумке из мешковины? Я подумал то же самое и уже хотел положить ее обратно в сундук, но почему-то решил, что сначала ее нужно отряхнуть от пыли. Как только я ее перевернул, на пол вывалилась целая куча вещей. Вы не поверите, но у моих ног лежало семь свернутых плащей и семь ремней!
– Врешь, – вновь недоверчиво сказал Алдруд, глядя на маленькую сумку Малса.
Малс вместо ответа вытряхнул из сумки вещи. Путники смотрели на кучу вещей, лежащую у костра, и не могли поверить своим глазам.
– Да для такой кучи барахла целый мешок понадобится! – наконец воскликнул Алдруд.
Дрюль поднял один из поясов и осмотрел.
– Обычный ремень, – сказал он.
– Обычный, да необычный, – хитро прищурился Малс. – Что-то мне тогда подсказало надеть этот ремень.
Дрюль, недолго думая, опоясался и застегнул пряжку. В ту же секунду он исчез. Путники принялись удивленно оглядываться.
– Смотрите шеи не сломайте, – раздался из пустоты спокойный голос Дрюля. – Эти ремни действительно волшебные. Это ремни-невидимки... Надо же, я сам себя не вижу!
Дрюль появился на том же месте, снимая пояс.
– Действительно, ценное приобретение, – сказал он, отдавая ремень Малсу. – Только чего ж ты его не использовал, когда увидел робблинов?
– Я их не увидел, – покраснел Малс. – Они накинулись на меня из кустов и сразу связали. Я плохо ориентируюсь в лесу, поэтому...
Дрюль понимающе кивнул:
– Я так же ориентируюсь в горах, как ты ориентируешься в лесу.
Малс посмотрел на Дрюля.
– Не понял.
– То есть я вообще не ориентируюсь в горах, – пояснил Дрюль.
– А... – Малс посмотрел на ремень, лежавший на коленях, и сказал: – Да, кстати, я думаю, эти ремни помогут вам в вашем путешествии. Я все хотел у вас спросить – куда вы направляетесь?
Наступила тишина, которую нарушил Верлойн, спокойно сказав:
– В замок Нуброгера, Баксард.
Малс удивленно поднял мохнатые брови и замахал руками:
– Это, наверное, шутка? Вы же шутите?
– Это не шутка, малыш, – сказал Тиглон, подбрасывая веток в огонь.
– Совсем не шутка, – криво усмехнулся Алдруд, и в его глазах Верлойн вновь заметил яростный огонек.
Малс задумался.
– Тот, кто идет в цитадель Тьмы по собственной воле, – самоубийца, – сказал он.
– Значит, самоубийц четверо, – сказал Дрюль, улыбнувшись, – но дело, которое мы задумали, очень важно для всех королевств.
Сказав это, он посмотрел на Верлойна, будто ища поддержки. Барон качнул головой и улыбнулся. Важно для всех королевств... Эх, Дрюль, Дрюль. Словно Гискар тебя научил...
Малс медленно кивнул.
– Возможно, самоубийц станет пятеро, – сказал он наконец, – если первые четверо не откажутся взять пятого с собой.
– Мы не принуждаем тебя идти с нами, малыш, – сказал Тиглон.
– Путь предстоит нелегкий – это совершенно ясно, – сказал Дрюль.
Верлойн с Алдрудом молчали.
– Я все понимаю, – сказал Малс и упрямо поджал губы, – но у меня есть личная причина для этого похода.
– Неужто Нуброгер? – удивился Дрюль.
– Он самый. – Малса передернуло. – Чтоб он сгнил в болоте, которое его породило! Его прислужники сожгли мою деревню в Черных скалах и многих убили. Поэтому я и оказался так далеко от дома – я хотел дойти до Южных гор, но, после того как встретил вас, решил, что уж лучше пойду в Гулэр. Я почему-то решил, что вы идете туда...
Наступила тишина.
– Ну и как же Гулэр? – спросил Дрюль. – Мы ведь не туда идем.
– Это неважно, – махнул лапкой Малс. – Я все равно не знаю, чем бы я там занимался, так что...
– Пожалуй, пятый спутник нам не помешает, – сказал Алдруд, вопросительно глядя на Верлойна. – Недаром говорится, что дорога веселей, когда много друзей.
– Несмотря на то что старина Алдруд впал в поэзию и стал говорить стихами, я его полностью поддерживаю, – напыщенно изрек Дрюль.
– И кроме того, наш новый друг может оказать нам в пути немало услуг – он доказал это, когда спас Дрюля, – добавил Тиглон.
Верлойн усмехнулся. Да, манкр может им пригодиться. Его волшебные вещи могли сослужить добрую службу, да и сам Малс был не так прост, как казался. Кто ожидал, что он спасет Дрюля? Рост храбрости не мерило... Правда, Верлойн понимал, что теперь придется смотреть за манкром в оба, охранять его. Но вряд ли он станет обузой.
Барон похлопал Малса по плечику и сказал:
– Ты отчаянный паренек, Малс. Я буду рад, если ты к нам присоединишься.
– Эй, эй, погодите! – сказал Дрюль, поднимая руку. – Малс еще не закончил свой рассказ! Что же было дальше? Что ты сделал с богатствами, что были в пещере?
Малс пожал плечами:
– Ничего. Мне сразу расхотелось брать золото и изумруды. Я взял, конечно, пару монет, сунул их в сумку и ушел.
– Просто взял и ушел? А как же устройство-ловушка?
– Оно не сработало. Возможно, во время второго падения валуна что-то сломалось, так что я просто ушел, перебравшись через неподвижный валун.
– А плащи? – спросил Дрюль. – Они тоже волшебные?
– Они греют. – Малс улыбнулся. – Они могут согреть даже в самый лютый мороз.
– Плащи-грелки, значит? Забавно. Да, интересная, очень интересная история, – сказал Алдруд. – И довольно поучительная к тому же. Во всяком случае, Малс показал себя с хорошей стороны. Вряд ли среди манкров найдется более сообразительный и хитрый малыш.
Малс покраснел.
– Ладно, пора спать. – Тиглон кинул в костер охапку веток и поднялся. – Уже перевалило за полночь. Утром надо рано вставать и ехать дальше. Впереди долгий путь.
– Ваша правда, господин тиг, – зевнул Дрюль.
Верлойн, взяв плащ, улегся на траве рядом с костром.
– Спокойной ночи, – сказал он и, закутавшись в плащ, быстро уснул.
* * *
Верлойн проснулся, когда солнце едва выглянуло из-за далеких гор. В лесу было еще сумеречно, у корней деревьев стелился молочно-белый утренний туман. Трава была мокрой от росы, и плащ барона весь промок. Первые лучи солнца пробивались сквозь темную зелень деревьев, прыгали оранжевыми пятнами по траве и отражались бликами всех цветов радуги в маленьких капельках росы на паутине.
Верлойн сел и, поежившись, огляделся. Тихо храпел Дрюль, вздрагивал во сне Малс. Тиглона и Алдруда не было: их места рядом с костром пустовали, лишь валялись мокрые от росы плащи. Но кони их были на месте, значит, Странники покинули полянку ненадолго.
Верлойн поднялся и подошел к Хинсалу. Конь положил голову ему на плечо, приветливо ткнувшись мягкими губами в кожаный панцирь. Верлойн потрепал Хинсала по холке и заглянул в его большие карие глаза.
– Скоро в путь, дружок. Ты отдохнул?
Хинсал тряхнул головой, загремев сбруей, и громко заржал. Дрюль и Малс вскочили, протирая глаза.
– Что?! Где? – завопил Малс, прижимая к груди свою драгоценную сумку.
Верлойн рассмеялся. Настроение после хорошего сна у него было превосходное.
– Пора вставать, лежебоки. Скоро отправляемся. Правда, Тиглона с Алдрудом что-то не видно.
– Мы здесь. – Тиглон вышел из леса со своим двуручным мечом на плече, рядом с ним шагал улыбающийся Алдруд.
– Где вы были? – поинтересовался Верлойн у них.
– Смотрели дорогу, – ответил Алдруд. – Дорога хороша, хоть и заросла чуток да отклоняется на восток. Не стоит ехать напрямик – там непроходимая чаща, нам и пешими там не пройти, а на конях и подавно. Так что придется ехать по тропе дальше.
– Ничего, наверстаем, – бодро сказал Дрюль и, накинув на плечи плащ, подошел к своей кобыле. – Пора в дорогу! Малс, забирайся на круп да держись за седло покрепче. Если свалишься, никто над тобой охать не будет – так что гляди в оба!
Малс подобрал свой плащ и пошел за Дрюлем. Путники оседлали коней, и Верлойн направил Хинсала по тропе. Кони, хорошо отдохнувшие за ночь, резво помчались в глубь леса.
* * *
Прошло несколько дней. Путники продолжали свой путь через Зурнобор, останавливаясь на ночь на полянах, которых было немало. Древний лес, казалось, выраставший на глазах, окружал их со всех сторон, нависая над головами путников и заставляя размышлять о вечном. Иногда он пытался их испугать страшными ночными звуками, однако путешественники уже пообвыкли и не обращали внимания ни на скрипы, ни на уханья старого леса. Верлойн смотрел на древесных великанов и думал о том, что пройдет еще не одна сотня лет, а лес все так же будет стоять здесь. Сколько путников, проезжающих по нему, он увидит? Сколько путников он уже видел? Вот и они тоже едут здесь, дышат наполненным лесными ароматами воздухом. Они проедут, пройдет время, а лес так и будет расти...
Верлойн тряхнул головой. Какие-то нелепые мысли. Глянул на своих спутников. Что он о них знает?
Дрюль. Веселый, улыбчивый дримлин. Теперь Верлойну казалось, что Дрюль никогда не унывает и даже в самой неприятной ситуации видит что-то интересное. Скардид был прав: Дрюль – хороший попутчик, верный. Хоть и с придурью, да у кого ее нет.
Тиглон... Тиг был для Верлойна загадкой. Невозмутимый, молчаливый, хладнокровный и суровый воин. Подобных ему барон не встречал ни разу. Тиг практически всегда был задумчив, говорил мало, смотрел добро, но в глубине его глаз чувствовалось что-то... Боль. Какая-то грусть снедала тига, Верлойн никак не мог понять, какая именно. Это не была грусть о павших Странниках, это было что-то другое... Что за тайну скрывал тиг, барон не знал, но был уверен, что в прошлом Тиглон пережил что-то страшное.
Алдруд. Этот Странник вызывал у Верлойна искреннее восхищение и уважение. Барон видел в нем опытного бойца, был уверен, что в поединке он бесподобен. Тот яростный огонек, который Верлойн так часто видел в глазах Алдруда, сейчас скрывался в глубине, Странник был весел и бесшабашен, словно дитя. Его простодушие и прямолинейность могли обмануть кого угодно, но Верлойн точно знал, что в битве Страннику равных не будет. И барон искренне радовался тому, что Алдруд – один из его спутников.
Верлойн посмотрел на Малса и улыбнулся. Да, Малс был намного проще... Хотя был ли он действительно таким трусишкой, каким его все считают? Верлойн очень в этом сомневался. В манкре было что-то, что заставляло думать, будто он не такой и боязливый на самом деле. Случай с Дрюлем, например. Или рассказ Малса о поисках сокровищ...
Верлойн еще раз посмотрел на своих спутников и улыбнулся про себя. Да, компания у него – что надо, с такими не пропадешь. Верлойн знал, что всегда сможет на них положиться, что они помогут в трудную минуту, и эта вера в своих спутников грела барона всю дорогу через Зурнобор.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?