Текст книги "Парадокс Дорианны"
![](/books_files/covers/thumbs_240/paradoks-dorianny-98618.jpg)
Автор книги: Роза Сергазиева
Жанр: Научная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 5
Долгий и сложный путь, судя по всему, подходил к концу. Свадебная процессия преодолела очередной горный перевал, и все увидели внизу извилистую излучину Рейна. На той стороне виднелись башни знатного города Страсбурга – уже территория Франции. Четыре десятка карет долго и нудно выстраивались на свободной площадке. Разодетые дамы из свиты австрийской принцессы, приподнимая полы платьев, выбирались на твердую землю. Кавалеры спешивались. Лакеи подхватывали под уздцы лошадей. Двор собирался вокруг юной невесты. Она, правда, выглядела чересчур бледноватой – наверное, перестарались парикмахеры, но и другие дамы смотрелись не лучшим образом, сильно уставшими. Многодневный переезд из Вены, недавнее приключение с грозой всех изрядно выбили из колеи. К невесте особо и не приглядывались: каждому хотелось, чтобы предстоящая церемония быстрее закончилась, и можно отправиться в обратный путь, домой.
Аня осторожно ступала по мелкой речной гальке. Праздничная толпа вслед за девочкой зашла в деревянный мини-дворец. Внутри царил полумрак. Две фрейлины встали рядом с принцессой. С одной стороны, они играли роль ширмы, за их широкими юбками ничего разглядеть невозможно, а с другой, помогали девочке переодеваться. Когда Аня полностью разоблачилась, ей стали по очереди передавать нижнюю юбку, шелковые чулки, корсет, верхнюю юбку, банты, кружева. Австрийскую эрцгерцогиню одевали во все французское. Поправив платье, Аня обнаружила на боку маленький кармашек и тут же переложила туда спрятанный за щекой заветный стеклянный шарик.
Церемония переодевания завершилась, фрейлины расступились.
Австрийский шафер протянул принцессе руку и повел в зал. За ее спиной выстроилась австрийская свита. В центре зала, словно граница, стоял стол: по противоположную его сторону вытянулась французская свита. Австрийский шафер передает нежную ручку принцессы французскому коллеге, тот обводит девочку вокруг стола и представляет ей французскую фрейлину – графиню де Ноай. Теперь все повторяется в обратном порядке. Такая же праздничная толпа, с той лишь разницей, что она гудит исключительно по-французски, обступает невесту французского дофина и сопровождает до кареты с большими стеклянными окнами. Пушки на берегу дают залп. Звонят колокола собора. Невеста въезжает в Страсбург.
Аня сидела в атласных подушках и не видела всего действа, разворачивающегося вокруг, она могла лишь улыбаться многочисленным горожанам, которые приветствовали ее криками. А впереди кареты между тем шли сотни одетых в белые одежды детей, которые усыпали дорогу цветами. Карета проехала рядом со специально построенной к этому дню триумфальной арки. И, наконец, остановилась у ступеней величественного кафедрального собора. Право открыть перед принцессой двери предоставляется священнику, и в то же время племяннику французского короля Эдуарду Рогану.
Когда официальная часть подходит к концу, принцессу приглашают отдохнуть в дом именитого горожанина.
Еще пара часов суеты и шума, и вот Аня остается в комнате одна. Она устала, но спать не хочется: слишком много впечатлений. Какой длинный-предлинный день рождения случился у нее, растянувшийся аж на… два с половиной столетия. Девочка подходит к окну. Город продолжает праздновать: не часто сюда заезжают особы голубой королевской крови. Рассыпаются искрами фейерверки, играет музыка, люди танцуют, вдали по Рейну двигаются разноцветные огоньки – это плывут лодки с горящими на корме и носу факелами. «А Дуська сейчас, наверное, караулит у дырки за шкафом свою любимую мышь, – подумала Аня. – Тетя Маргарита пьет перед сном традиционный стакан теплого молока с медом. Папа разрисовывает формулами тетрадки. А Андрей…», – Аня всхлипнула и стала размазывать слезы по щеке. Но они, непослушные, все капали и капали…
Следующие дни были похожи один на другой. За окном кареты мелькали города, толпы людей, цветы, звонили колокола, громыхал артиллерийский салют. Напротив все время сидела графиня де Ноай, которая развлекала принцессу рассказами о ее новых родственниках, о Версале – дворце, где ей предстояло жить, о причудах французского двора. И главное – готовила к дальнейшей церемонии. Встреча невесты с дедом и внуком Людовиками должна состояться на подъезде к Парижу, в Компьенском лесу.
Под тихую болтовню фрейлины Аня пыталась вспомнить, как на прошлые летние каникулы они всем классом ездили в Париж. Сам город тогда Ане не понравился: большой, шумный, заполненный автомобилями. Зато в Версале оказалось интересно. Гигантская, на пару часов, очередь туристов стояла в кассу у главного входа. Но Аня воспользовалась советом тети Маргариты, которая во французскую столицу ездила часто, и повела всю группу в левое крыло дворца, где расположены покои короля. И, купив билет в них, можно заодно обзавестись билетами и в другие части королевской резиденции. Девчонки ахали у каждого зеркала или балдахина, а мальчишки примеривались к шпагам и разглядывали картины с батальными сценами. Завершением экскурсии по Версалю стала поездка на смешном электропоезде по невероятно красивому и невероятно большому парку…
Как и обещала графиня де Ноай, все многочисленные королевские родственники ждали принцессу на подъезде к городу Компьен, прямо в лесу. И сам Людовик ХV, завидев огромную карету, вышел навстречу маленькой невесте. Аня склонилась в глубоком реверансе: хорошо, что видела достаточно фильмов про эту эпоху и могла повторить действия актрис. Король – еще тот ловелас – расцеловал девочку в обе щеки и представил жениха. Аня подняла глаза и еле сдержалась, чтобы не скорчить недовольную физиономию. Будущий Людовик ХVI хоть и высок ростом – почти 180 сантиметров, но напоминал манную кашу: двигался неуклюже, все время стеснительно опускал близорукие глаза. Нос картошкой, парик с хвостиком и буклями по бокам, пухлые губки бантиком, пухлые щечки, стекающие к толстой шее, и маленький подбородок. «Словом, совсем не Андрей», – подумала Аня и переключила свое внимание на деда. Чернобровый толстяк в смешном напудренном парике оказался не в пример внуку общительным человеком и тут же стал рассказывать о приключении на последней охоте, о том, как неудачно свалился с лошади. Он пригласил девочку в свою карету. Молчун внук забился там же в угол и всю дорогу не поднимал в страхе на невесту глаза. Так они доехали сначала до Компьена, а потом и до конечной точки маршрута – Версаля.
Распахнулись знаменитые чугунные ворота в королевских вензелях, и Аня вновь ступила на знакомую брусчатку, по которой топала всего год назад. Только это было на 240 лет вперед?…
Бракосочетание состоялась сразу, на следующий день. Аня боялась, что на торжество соберется еще больше народу, чем ее окружало до сих пор. Все-таки событие государственной важности. Она вспомнила телевизионный сюжет про свадьбу английской принцессы Дианы: белое платье с длинным шлейфом вытянулось тогда вдоль всей красной ковровой дорожки, на лондонские улицы высыпали толпы горожан с плакатами и букетами. Но оказалось, что еще раньше подобные церемонии считались делом сугубо семейным и на публику не выносились. Все прошло тихо и чинно, в окружении немногочисленных представителей нескольких аристократических семей. Людовик-младший безучастно надел на безымянный палец девочки кольцо.
Пришло время поставить подпись на брачном договоре. Первым украшает своим вензелем бумажный свиток король, затем члены королевской семьи, наконец, доходит очередь до Ани. Она уже успела выучить, как звучит полностью новое имя, его произнесла еще австрийская фрейлина. Ей протягивают перо, заранее обмакнутое в чернила. Девочка, прикусив нижнюю губу, начинает старательно (ведь исторический документ останется потом в архивах) выводить: «Мария Антуанетта Иозефа» и последним свое настоящее имя – «Анна». И тут происходит непредвиденное. Опыта писать чернилами у Ани никогда не было. Привычная для нее шариковая ручка легко скользила бы по бумаге, а гусиное перо все время царапает бумагу, спотыкается. Вот оно в очередной раз зацепилось за невидимую глазу шероховатость, и гигантская клякса шлепнулась на свиток. Король испугано охнул, но решил промолчать. Главное – дело сделано, союз двух государств скреплен подписями и печатью. А клякса – она ведь в любом случае высохнет. Ну, будет брачный договор с таким украшением, от чего его достоверность никак не пострадает. А историки – пусть потом ломают голову, почему произошел такой конфуз. И король, лукаво подмигнув теперь уже полноправной своей родственнице, пригласил ее на свадебный ужин. В специально построенный зал.
Кстати, народ тоже пустили на свадьбу. И люди заполнили Версальский парк. Только Аня никого из парижан не увидела. Днем разбушевалась гроза – так она и сопровождает девочку в ее странном путешествии – пролился дикий ливень, который прогнал всех пеших гостей обратно в город. Но те, кто занимал на общественной лестнице верхние ступеньки, были допущены до ближней «линии» и с нетерпением ждали торжественного ужина. По данным историков, гостевые билеты тогда получили 6 тысяч представителей высшего света. Приглашенные разместились на галерее. Оттуда сверху они имели возможность наблюдать, как два десятка членов королевской семьи вкушали изысканные блюда под музыку оркестра. А затем, когда ужин закончился, создали живой коридор, который в глубоком общем поклоне приветствовал уходящих особ голубой крови.
Этого момента Аня боялась больше всего. Она знала, что должно произойти после свадебной церемонии. И, если честно, до последнего момента надеялась на папу: он должен, он обязан вытащить ее обратно, до наступления ЭТОЙ ночи. Но чуда не произошло. Людовик-старший подвел девочку к двери спальни.
На Анну надели длинную – до пят – белоснежную рубашку, украшенную тончайшими прозрачными кружевами. Спустя несколько минут в комнату вошел пятнадцатилетний увалень, оголенный до пояса. Не поднимая глаз на свою молодую жену, он проследовал к кровати и неуклюже присел на правый край. Повисла неопределенная тишина.
– Мадам, – наконец произнес новоиспеченный титулованный муж. – Сегодня очень тяжелый день. Вы, наверняка, устали и хотите спать?
Аня молча кивнула головой.
– Как удачно все складывается, – улыбнулся сам себе Людовик-младший. – Я тоже. Тогда… спокойной ночи. – Парень задул свечу у изголовья, лег, подтянул к себе одеяло и, подложив ладонь под голову, закрыл глаза.
Аня в недоумении постояла какое-то время, а потом осторожно легла с другого края. Тоже на бок, чтобы быть к мужу спиной. И стала прислушиваться. Но ничего не происходило. Мало того, вскоре послышалось сопение: наследник французского престола сладко спал. Аня облегченно вздохнула – юноша не представляет для нее опасности. Она тоже задула свою свечу и быстро заснула.
Привыкать жить в другом времени она начнет завтра.
Глава 6
– Дорогая, тебе придется привыкать жить в другом времени, – тетя Маргарита гладила по голове рыдающую Антуанетту. Даже кошка Дуська, как могла, утешала девочку, подставляя под горячие ладони девочки серую шерстку.
Тетя Маргарита, используя весь свой опыт работы с иностранными студентами, пыталась объяснить принцессе, что она теперь на неопределенное время застряла в будущем.
– Но я не умею, – всхлипнула гостья. – Я даже боюсь выйти на улицу. Вы дико одеваетесь и непонятно говорите.
– Это дело времени. Я тебе помогу выучить русский язык. Вписаться в современное общество тоже. Да, люди сейчас ведут себя немного иначе, чем в твою эпоху. Но привыкнуть можно ко всему.
– Нет, мне страшно! Я хочу к ма-а-ме, – слезы вновь полились в три ручья.
– Странно, – строго сказала тетя Маргарита. – Я считала, что представители королевского рода всегда отличались от всех остальных смертных силой характера и выдержкой.
– Но никто из них еще не попадал на 230 лет вперед, – возразила девочка.
– А представляешь, с каким восхищением они станут на тебя смотреть, когда ты вернешься. Так что, вытирай-ка слезы и начнем составлять правила поведения в ХХI веке.
– Не поверите, – вдруг оживилась Антуанетта, – но мама перед отъездом тоже составила для меня нечто подобное. Она боялась, что я обязательно где-нибудь споткнусь или что-нибудь не то ляпну за столом, когда окажусь в Версале.
– Мария Терезия – мудрая женщина, известный исторический факт. Но, к сожалению, здесь ее советы тебе не пригодятся. Придется сочинять новые. С чего начнем?
– Кто ваш придворный портной?
– Портного нет. Все покупаем в магазинах. Это такие дома, большие или маленькие. Платья туда привозят уже готовые. Но если тебе что-нибудь потребуется подшить или переделать, у нас есть швейная машинка. Однако не думаю, что она пригодится. Девочки твоего возраста любят ходить в джинсах…
– ???
– Э… Это штаны, плотные, и сейчас их зачем-то опускают на бедра, чтобы показать пупок.
– На животе?! Девушки так оголяются?! И вы думаете, что я к подобному привыкну?
– Но ты можешь ходить и в обычных штанах. Сверху натягивают футболки. Это… что-то типа эластичных рубашек с коротким рукавом. Футболок у Ани много, выберешь, какие понравятся.
– А кто станет меня одевать, раздевать, умывать и причесывать?
– Сама.
– Что значит сама?! У вас нет камеристок, лакеев, парикмахеров? – синие глаза удивленно расширились. – Вот вас, к примеру, кто причесывает, кто пудрит вам волосы?
– Никто. Сама беру щетку и причесываюсь. А волосы пудрить, как и мозги, – хмыкнула тетя Маргарита, – вредно.
– Разве у вас не модно пудрить волосы?
– Сейчас их модно носить чистыми, – придумала ответ хозяйка дачи. – И потом, в нашем веке не любят многолюдность. Жилплощадь не позволяет держать большой обслуживающий персонал. Поэтому все делаем сами. Оттого и одеваемся просто и быстро. Никаких корсетов, нижних юбок, нижних рубашек.
– А зачем надо одеваться быстро?
– Чтобы успеть на работу или в школу.
– Что такое работа и школа и зачем надо туда успевать?
– Чтобы не… опаздывать, – единственно, что могла сказать женщина.
Понимая, что вот-вот появятся вопросы, на которые она не сможет ответить вразумительно, тетя Маргарита решила перевести беседу в практическое русло. Чтобы максимально облегчить девочке процесс вхождения в незнакомую для нее жизнь, сестра профессора придумала разложить окружающее пространство на несколько уровней. И им предстоит двигаться, словно по ступенькам лестницы, медленно вверх, от более простого к более сложному. Уровень первый – дом. Вернее дача, где Антуанетте придется ближайшее время жить и общаться с соседями. (Тетя Маргарита уже решила для себя, что полностью перебирается сюда, а когда начнется новый учебный год, на лекции в МГУ будет ездить на электричке). Если процесс возвращения-обмена затянется, гостью из прошлого она выведет на следующий уровень – научит выживать в Москве.
Итак, уровень первый – профессорская дача представляла собой деревянный дом, покрашенный снаружи зеленой краской. На первом этаже располагалось всего два полезных помещения – кухня и кабинет. Тетя Маргарита открывала перед Антуанеттой по очереди шкафы и рассказывала, где на полках стоит заварка для чая, где гречка, где макароны. Наконец, дошла очередь до плиты.
– Я что, не только кашу себе обязана готовить, но и печку разжигать? – на титулованном лице читался неподдельный ужас.
– На первых порах кашу буду готовить я, постепенно и ты столь нехитрому делу научишься, – уверенно сказала женщина. – А вот разжигать ничего не нужно. Плита электрическая.
– ???
– Ладно, пока ты лучше ее не трогай, потом объясню. Теперь идем на второй этаж.
Наверху находились две спальни и библиотека. В принципе там должна располагаться третья спальня, для Сергея Петровича. Но профессор предпочитал отдыхать, не отходя далеко от рабочего стола, вдруг какая мысль неожиданно в голову придет. Не будешь же бегать с этажа на этаж, и на ночь стелил себе постель на диване в кабинете. Поэтому еще одну комнату тетя Маргарита называла библиотекой. Здесь лежали ее книжки, стояло удобное кресло-качалка, в котором она любила, накрывшись старым пуховым платком, читать детективы. Здесь же стоял стол с компьютером. В углу примостился телевизор. Включали его редко. Аня летом целый день носилась на улице, Сергей Петрович курсировал исключительно между кухней и кабинетом и наверху не появлялся. Тетя Маргарита всякие шоу и дискуссии не любила, считала такое занятие пустой тратой времени. А новые фильмы предпочитала смотреть на DVD-дисках. Чтобы не мешала следить за сюжетом назойливая реклама. Так что телевизором пользовалась исключительно для просмотра новостей, каждый вечер в 10 часов, чтобы «быть в курсе». Но сейчас это изобретение человечества могло стать помощником в деле просвещения гостьи. И тетя Маргарита уверенно нажала кнопку на пульте.
– …на 20-м километре Ленинградского шоссе. Водитель иномарки не справился с управлением, выскочил на полосу встречного движения и врезался в «Газель». Несколько пассажиров маршрутки с ранениями разной тяжести доставлены в больницу. Водитель иномарки погиб…, – тетя Маргарита быстро переключила на другой канал.
Из одного конца экрана в другой бежали какие-то люди, за ними гнались другие и стреляли. Вдруг один из убегающих упал и громко выматерился. «Хорошо, – подумала тетя Маргарита, – что Антуанетта пока не освоила нелитературные особенности великого и могучего». И стала переключать каналы дальше. На одном кружочком сидели молодые парни и девушки и дружно обсуждали, сколько раз кто с кем… переспал. На следующем две девочки в коротеньких шортиках, больше похожих на длинные трусики, пели про любовь друг к другу. На третьем два мужика скакали по сцене в женских юбках и платках. Нет, в сфере образования телевизор явно не тянул на роль помощника. Так представительницу прошлого можно и до самоубийства довести. И тетя Маргарита выключила «ящик».
– Давай-ка достанем с полки книжки и начнем учить русский язык.
– Учить? – услышала Антуанетта противное слово. Она дома-то все время сбегала с ненавистных уроков, неужели и здесь, в будущем, ее опять заставят водить пером по бумаге? – Мы же еще не закончили экскурсию. Например, для чего эта коробка? – И девочка ткнула пальчиком в монитор.
– Да, а ведь компьютер лучше телевизора, – обрадовалась тетя Маргарита. – Главное освоить Интернет, поисковые системы. Тогда и мои объяснения тебе не понадобятся. Сама во всем разберешься. Смотри, здесь на клавишах написаны латинские буквы. Ты же умеешь писать?
– По-немецки. Правда,… с ошибками. Но… буквы у вас какие-то странные.
– Ах да, не готический шрифт. Я напишу на бумажке два столбика: как выглядели буквы раньше и как сейчас. Только займемся ими позже. Сейчас надо решить, где тебе спать.
– А умываться?
– Тогда идем сначала в ванную.
Ванная произвела на маленькую принцессу самое большое впечатление. Дома она любила бултыхаться в ароматной воде. Но делать так удавалось редко. Слишком сложной была процедура купания. Огромный чан с водой подогревали на огне, подкладывая снизу дрова. Чан сливали только единожды, поэтому в одной воде мылись всей семьей: сначала мама, потом сестры, потом братья. И до Антуанетты, как до самой младшей, очередь доходила, когда вода становилась чуть теплой. А в ХХI веке в чугунном «чане» можно плескаться одной и сколько хочешь. Но в совершенно неописуемый восторг гостью привел душ: оказывается не нужно вылезать в мыле и стирать его с себя полотенцем, можно смыть маслянистую жидкость брызгами воды. Антуанетта перебрала разные баночки и тюбики под зеркалом, открутила каждую крышку и понюхала. Вместе с тетей Маргаритой они выбрали подходящую настроению пену и тут же стали наполнять ванну горячей водой.
– И последнее на сегодня, что я хотела тебе сказать, – женщина протянула девочке огромное пушистое желтое полотенце и махровый халат. – Будь готова к тому, что никто не станет к тебе обращаться «ваше высочество». Во-первых, потому что кроме меня, профессора и Андрея никто не знает, что ты настоящая принцесса. И постарайся об этом посторонним не рассказывать. Люди все равно не поверят, того хуже, начнут к тебе относиться с подозрением. Во-вторых, в России королевских особ не осталось ни одной, поэтому подобное обращение здесь вообще не используется.
– Мяу, – вдруг громко вмешалась в разговор кошка Дуська. Понятное дело: всю экскурсию по даче она крутилась рядом с дамами.
– Ах да, извините, – тетя Маргарита погладила дымчатую красавицу. – Одна такая есть. Разрешите представить: британская голубая. С геном вислоухости. Говорят, их вывели в Англии, где раньше обитали только длинношерстные виды, от короткошерстной кошки, которую кто-то привез из Франции. Наша в паспорте значится как Дорианна. Но такое имя лишь для выставок. Мы зовем ее по-домашнему – Дуська.
– Мяу, – согласилась кошка.
– Dori Anna? – по-своему поняла имя принцесса. – Und ich bin Maria Ann… tuanetta, – перешла на свой родной язык гостья. И объяснила по-французски – Мама называет меня ласково Туанетта. И у нас с ее кошачьим высочеством похожие имена.
– М-р-р, – промурлыкало в восторге серое существо и гордо прошествовало в соседнюю комнату.
– Молодец, Дуська, – похвалила кошку тетя Маргарита. – Мы поместим гостью в Аниной спальне.
Туанетта попрыгала на одеялах, проверяя мягкость перины, взбила подушки. Перебрала на подоконнике плюшевых мишек и собачек, которых коллекционировала Аня, и вернулась поскорее в ванную.
Тетя Маргарита устроилась в своем любимом кресле, открыла детектив на том месте, до которого дочитала вчера, но… опустила книгу на колени: «Бедная-бедная Анечка! Пусть и ей кто-нибудь поможет освоиться в другом времени. Какие испытания выпали на долю моей девочки? Как долго я ее не увижу? – И вздохнула – Дождусь ли?»
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?