Текст книги "Кики Каллира и нарисованное королевство"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kiki-kallira-i-narisovannoe-korolevstvo-273717.jpg)
Автор книги: Сангу Манданна
Жанр: Детская фантастика, Детские книги
Возрастные ограничения: +6
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Честно говоря, я не могла поверить, что провела ночь четверга, гоняясь в корзине фиолетового велосипеда за демоном, и вот-вот собиралась запрыгнуть в свой собственный альбом для рисования и быть съеденной монстром, – и все же каким-то образом мой мозг продолжал цепляться за идею о моей убитой горем матери, обнаруживающей мое местонахождение с помощью облачка.
Ну почему я такая?!
Я вынула большой палец изо рта и потянулась в карман пижамы за карандашом. Это немного помогло.
Ашвини положила руки мне на плечи, явно уверенная, что я вот-вот струшу.
– Кики, я бы не просила тебя, если бы твое участие не было так важно. Ты нам нужна. Никто другой не может этого сделать.
Она все еще не сказала, что именно мне нужно совершить.
Я сжала карандаш в кулаке и заставила себя сделать глубокий медленный вдох.
– Ладно, – выпалила я, прежде чем успела себя заставить передумать. – Хорошо, я пойду.
– Отлично, – просияла Ашвини.
Затем она толкнула меня в альбом.
Я даже не успела вскрикнуть. Только что я приготовилась уткнуться лицом в бумагу, а в следующее мгновение уже стояла на четвереньках под палящим солнцем.
Тут мой мозг окончательно сдался: палящее солнце?
Я только что была в Лондоне, в октябре, ночью. И уже практически забыла, что такое палящее солнце.
Я сделала медленный прерывистый вдох и крепко зажмурилась. Под руками я почувствовала камень, гладкий и горячий от солнца. Рядом журчала вода. Фонтан? Ручей?
Я неуверенно поднялась на ноги. Кто-то находился рядом со мной.
– Кики, – услышала я возбужденный голос Ашвини. – Открой глаза.
Я подняла веки. Свет. Нестерпимо яркий. Я заморгала, ослепленная им, и подождала, пока глаза не привыкнут к блеску. А потом я увидела его.
Мое золотое королевство.
В этот момент я потеряла сознание.
Глава пятая
– Кики? Кики?
– Это та девушка, которая должна всех нас спасти? Серьезно?
– Дай ей передохнуть. Она ведь ребенок, и у нее был шок.
– Я тоже ребенок. Как и ты.
– Она не такая, как мы.
– Не сомневаюсь. К тому же на ней нелепая одежда.
– Это пижама. Она носит ее, когда спит.
– Она вся в радужных единорогах.
– Уходи, если не собираешься помогать. Кики? Ты меня слышишь?
Я открыла глаза и тут же пожалела об этом. Все, что я смогла видеть, было ярко-голубое небо и ослепительное палящее солнце. Я закрыла лицо рукой, чтобы защитить глаза.
– Что случилось?
– Ты упала в обморок, – напомнила мне Ашвини.
Жар прилил к моим щекам.
– О.
– Не волнуйся, – ласково сказала она, помогая мне сесть, – никто тебя не винит.
– А я виню, – произнес другой голос.
Я покосилась на его хозяина. Мальчик лет двенадцати со смуглой золотистой кожей, карими глазами, коротко подстриженными черными волосами и раздраженным выражением лица.
– А что плохого в радужных единорогах? – спросила я его.
– Не обращай на него внимания, – сказала Ашвини. – Это Лей. Он со всеми такой грубый.
– Привет. Я Кики.
– Я знаю, – ответил Лей все еще раздраженно. Можно было не сомневаться, что источником его недовольства служила я. Он повернулся к Ашвини. – Теперь мы можем войти внутрь? Пока мы снаружи, мы беззащитны.
Когда я встала и впервые по-настоящему огляделась, то поняла, что он имел в виду, говоря снаружи.
Мы находились не во дворе. Мы стояли на большом балконе, вымощенном камнем, с маленьким звенящим мраморным фонтаном в самом центре. Рядом с ним я увидела мой пропавший письменный стол и занавески, обугленные и мокрые. Ашвини, должно быть, вытолкнула их из реального мира в этот, чтобы весь мой дом не загорелся, а Лей, наверное, облил их водой, пока она гонялась за асурой и мной.
Рассмотрев балкон, я повернулась узнать, что находится за его пределами. По краю шла низкая бронзовая балюстрада. А за ней, прямо под нами, простираясь до самых зеленых лесных вершин холмов Чамунди…
Там лежал Майсур. Мой Майсур. Я моргнула, потом еще раз, но он не исчез. Город лежал передо мной – сюрреалистическая смесь действительности и моей собственной фантазии. Дома и магазины были квадратными и аккуратными, как в настоящем Майсуре, но я выкрасила их в яркие цвета драгоценных камней: желтый, мятно-зеленый, темно-красный, сапфирово-синий. Радужное королевство, подобное моим радужным единорогам. Между пятнами цветов обозначались улицы и дворы, серебряными лентами извивались дороги, а вдалеке, на самой окраине с рисовыми полями и фермами, где выращивали сахарный тростник, текла река Кавери.
– Я… – начала было я, но из головы вылетели все слова. – Я…
– Серьезно? – заметил Лей Ашвини. – Она?
Я, почти не слыша его, шагнула ближе к низкой бронзовой балюстраде. Мои глаза отказывались моргать, жадно впитывая каждую деталь.
Бо́льшая часть города оказалась довольно низкой, не превышая высоту трех этажей, поэтому и дворцы горделиво возносились в небо. В центре города находился Майсурский дворец, самый большой и красивый. У него были кремовые башни, по две на каждом углу, увенчанные красными мраморными куполами, огромные каменные арки по всему фасаду, а в центре, возвышаясь над остальными, стояли три золотые башни с золотыми маковками. На вершине среднего купола покоилась статуя Гандаберунды, двуглавого орла.
В историях, которые рассказывала мне мама, Гандаберунда был защитником королевства Майсур. В моей версии Гандаберунда представлялся спящей каменной статуей, которая просыпалась только тогда, когда город нуждался в ней больше всего. Мне казалось, что сейчас самое подходящее время для ее пробуждения, учитывая обстоятельства, но, возможно, у Гандаберунды на этот счет имелись другие идеи.
На другом конце королевства находился еще один дворец – Лалита Махал. В настоящем Майсуре из него теперь устроили гостиницу, но в своем Майсуре я сделала его крепостью Махишасуры. Дворец был чистого белого цвета, с открытыми проходами и тремя куполами, как собор Святого Павла в Лондоне, а охраняли его сотни асуров.
За Лалита Махалом возвышались холмы Чамунди – горстка невысоких вершин, покрытых густыми изумрудными лесами. Я не нарисовала храм наверху, как в реальном мире, потому что еще не добралась до той части истории, где богиня Чамундешвари сражалась с Махишасурой и победила его. Интересно, где она? Я рисовала ее в своем альбоме. И ее льва тоже. Мысль о том, что они где-то внизу, в городе, сражаются среди домов из драгоценных камней и сверкающих дворцов, казалась невероятной.
Все вокруг было невероятным. Этот город до самой мельчайшей детали выглядел поразительнее всего, что я когда-либо видела.
За исключением, может быть, замка.
Я подняла взгляд высоко-высоко, к самому небу. К замку, парящему в облаках. И поморщилась. Этот дворец был совсем не такой, как те, что в городе. Это оказался даже не настоящий замок – с зубчатыми стенами и всем прочим. Это был замок из сахарной ваты. Пастельных цветов и с маленькими башенками. И он просто парил там, высоко над Майсуром, такой неуместный, что я бы рассмеялась, если бы не знала прекрасно, что сама поместила его туда.
Но, если подумать, чем этот замок был хуже всей остальной сюрреалистичной картины?
Все вокруг казалось нереальным.
И все же каким-то образом я это видела.
– Видишь статую Гандаберунды? – голос Ашвини вывел меня из задумчивого состояния. Я оторвала взгляд от города и посмотрела на нее. Она возбужденно раскачивалась взад-вперед на носочках. – Вот как ты можешь остановить Махишасуру.
– Ты хочешь, чтобы я разбудила статую? Это вообще возможно?
Девушка покачала головой:
– Нет, только Гандаберунда решает, когда ему проснуться. Никто не может его разбудить. Даже ты.
– Тогда что же мне делать? – пробормотала я в замешательстве.
– Мы можем поговорить об этом в другом месте? – спросил Лей, глядя в небо.
– Я хочу, чтобы Кики сначала увидела ее, – сказала Ашвини. Она полезла в рюкзак Лея и вытащила небольшую складную подзорную трубу, вытянула ее, сфокусировала и протянула мне. – Посмотри на статую.
Недоумевая, я вгляделась в окуляр.
– Мне известно, как она выглядит, – заметила я. – Это ведь я ее нарисовала.
– Ты видишь две головы орла? У каждой по два глаза?
– Да.
– А еще что-нибудь замечаешь?
Какое-то мгновение я не могла понять, о чем Ашвини говорит. Затем, продолжая щуриться в подзорную трубу, заметила, что три из четырех глаз Гандаберунды были изумрудно-зелеными, какими я их и нарисовала, а четвертый – ярко-золотым.
– Я рисовала Гандаберунде четыре зеленых глаза, – осенило меня.
Ашвини усмехнулась.
– Золотой глаз – вот и ответ, Кики. Все, что тебе нужно сделать, чтобы остановить Махишасуру, это разбить его.
– Все, что мне нужно сделать, это подняться к статуе и разбить ей золотой глаз? – с сомнением повторила я. – Так мы спасем этот мир от Махишасуры?
– Вот именно! – торжествующе воскликнула девушка.
– Но как? И зачем я вам нужна, если все, что нужно сделать, чтобы остановить его, – это разбить статуе глаз?
Лей нетерпеливо застонал, прежде чем Ашвини успела ответить.
– Мы должны идти, – сказал он ей, продолжая щуриться в небо.
– Еще одну минуту, – попросила она и повернулась ко мне. – Ты нам нужна, потому что ты единственная, кто может разбить глаз Гандаберунды, Кики. Помнишь, я говорила о том, что у тебя больше власти над этим миром, так как именно ты его создала?
– Думаю, в этом есть смысл, – кивнула я. – Но не понимаю: как разбитый глаз остановит Махишасуру?
– Брахма велел мне думать об этом как о запасном выходе, – объяснила Ашвини. – Он сказал, что если золотой глаз разбить, магия, которая оживила этот мир, будет уничтожена. Эта карманная вселенная, и все в ней снова станут просто чернилами и бумагой в твоем альбоме. Кроме тебя и Махишасуры, конечно, – добавила она. – Вы оба не из этого мира, поэтому когда он снова станет нереальным, вас обоих отправят туда, откуда вы пришли. Ты вернешься в настоящий мир, а Махишасура – в междумирье.
– Значит, мне нужно лишь разбить глаз, и все будет кончено? – спросила я. – Этот Майсур перестанет быть настоящим?
– Верно.
– И тебя не смущает, что ты тоже больше не будешь настоящей?
Лей издал странный горловой звук, но Ашвини пожала плечами.
– Мы вообще не должны были быть настоящими, – сказала она довольно весело. – Это правильно, что все должно вернуться на круги своя.
– Вот так просто, – произнесла я с сомнением.
Воительница усмехнулась:
– Вот так просто.
– Ладно, хватит, – отрезал Лей; его терпение явно подходило к концу. Он проигнорировал меня и обратился к Ашвини. – Теперь нам действительно пора. Мы стоим рядом с трещиной между мирами с человеком, которого Махишасура считает угрозой для себя, поэтому находимся в серьезной опасности. Честно говоря, я удивлен, что здесь не было асуров, охраняющих это место, когда мы сюда добрались, но сомневаюсь, что наша удача продлится долго. Меня не особо волнует, схватит ли ее Махишасура или кто-то из его приспешников, но ты, кажется, думаешь, что она наша единственная надежда.
По его тону я поняла, что сам он отнюдь не разделяет такую убежденность. Я не могла его за это винить, потому что и сама ее не разделяла.
– Он прав, – сказала мне Ашвини с комичной гримасой, как будто ей было неприятно это признавать. – Давайте уйдем отсюда.
Я последовала за ними с балкона в комнату. Едва я успела перевести дух, а глаза привыкли к обстановке, как меня тут же потащили прочь, через лабиринт осыпающихся коридоров, вниз по нескольким лестничным пролетам, вдоль которых стояли растения в терракотовых горшках. Наконец я оказалась на ярком уличном свету.
На мгновение я почувствовала, как мир накренился и расфокусировался. Прямо рядом со мной слова «ЧУДЕСНЫЙ РЫНОК НА УГЛУ» были вырезаны на симпатичном деревянном указателе в деревенском стиле, словно из компьютерной игры Animal Crossing[2]2
Animal Crossing (рус. «Перекресток животных») – серия видеоигр компании Nintendo в жанре симулятор жизни, когда игрок управляет жизнью одного или нескольких виртуальных героев.
[Закрыть]. И по какой-то причине именно вид этого указателя, который я рисовала миллион раз, прежде чем нашла подходящий стиль, внезапно заставил меня почувствовать, что этот невозможный мир вокруг полностью и абсолютно реален.
В отличие от рисунков в моем альбоме, этот мир был больше, чем просто картинкой. Я чувствовала его запахи, слышала его, прикасалась к нему.
Как и в той Индии, которую я знала в реальном мире, в том, что на первый взгляд казалось хаосом, было ощущение порядка и ритма. Я видела тележки, с которых продавались старые книги, спелые манго, кокосы и масленая кукуруза, очищенная от початков и завернутая в газетные конусы. Я слышала гул голосов покупателей, торгующихся с продавцами, чувствовала запахи масла, манго, пыли.
И я вспомнила, как создавала все это. Именно эту сцену. Вспомнила, как изобразила несколько лиц, тревожно глядящих в небо, точно так же, как сейчас это делали два маленьких мальчика чуть дальше по улице. Вспомнила, как рисовала женщину, готовящую горячие блинчики-досы на сковороде. Как набрасывала очертания и тень того старика с тележкой кокосов, мастерски проделывающего дырку в одном из них, чтобы воткнуть туда соломинку и сделать глоток. Как рисовала текстуру и детали дороги, плотно уложенные булыжники в окружении неожиданно современных уличных фонарей. (Поскольку я создавала этот мир для себя, а не для кого-то другого, то не следовала никаким правилам. Поэтому прекрасный водопровод и электричество были неотъемлемой частью моей версии древнего волшебного королевства. И учитывая, что рано или поздно мне придется воспользоваться здесь ванной, я определенно была благодарна себе за это.)
Было очень тихо. Совсем не как в настоящей Индии. Люди двигались быстро, но бесшумно. Я слышала голоса, но они звучали приглушенно и отрывисто. Как будто люди вокруг меня пытались жить своей жизнью, продавать товары и покупать еду, но при этом не хотели привлекать к себе внимания.
Словно они были напуганы.
Конечно же, они напуганы. Их город захвачен чудовищами.
И именно я создала этих чудовищ.
– Пойдем, – Ашвини мягко потянула меня за руку, – мы не можем останавливаться. Как только Махишасура узнает, что ты здесь, он придет за тобой.
– Слишком поздно, – мрачно уронил Лей.
Рука Ашвини больно сжала мое запястье. Я проследила за ее взглядом вверх, на крышу высокого белого дома, из которого мы только что вышли.
На краю крыши сгорбились две тени, солнце за их спинами светило так ярко, что невозможно было различить ничего, кроме силуэтов. Рога на голове у одной тени, шесть массивных рук – у другой.
Асуры.
Я как завороженная смотрела на эти фигуры, быстро и поверхностно дыша, но тут Ашвини резко дернула меня.
– Беги, – прошипела она. – Следуй за Леем.
Я повернулась, чтобы бежать, но мои босые ноги тут же взвыли от жесткой, бугристой мощеной дороги. Почему, ох, почему я не задержалась, чтобы надеть обувь?
Я услышала крик позади и, не удержавшись, оглянулась через плечо, как раз в тот момент, когда асуры спрыгнули с крыши и приземлились на улице, поднимая облака пыли. Люди в ужасе разбежались.
Прежде чем я успела сделать следующий шаг, рука Лея метнулась вперед и остановила меня. Я застыла, когда еще одно существо, огромное и страшное, приземлилось прямо перед нами. Мы оказались в ловушке.
Из макушки чудовища торчали изогнутые, острые как бритва рога. Еще до того, как он вышел на солнце, я похолодела всем телом. Я узнала эти рога.
Передо мной стоял Махишасура – король демонов.
Глава шестая
Я сделала шаг назад, от страха у меня перехватило горло.
Махишасура почти вдвое возвышался надо мной. У него была голова буйвола, по бокам которой торчали те самые зловещие рога, и широкая твердая грудь. Огромные человеческие руки и звериные ноги были покрыты густой щетинистой черной шерстью, как у бизона. Его копыта зловеще застучали по булыжнику, когда он подошел ближе. К спине Махишасуры был привязан меч. Янтарные глаза сверкали, ноздри раздувались, а острые зубы блестели.
У меня подкосились колени. Это был не дурной сон, не набросок в альбоме и даже не какой-нибудь асура. Это был король демонов.
Впервые в жизни в моей голове не было ни одной несущественной тревоги. Я не думала о том, что ноготь на указательном пальце моей левой руки немного длиннее, чем все остальные, или о грязи, собравшейся между пальцами ног, или о том, как меня раздражает единственный треснувший булыжник на безупречно вымощенной улице.
Я вообще ни о чем не думала. Для мыслей не осталось места; не было места ни для чего, кроме этой чудовищной морды и блеска длинных ужасных когтей.
– Посмотри, как мои люди бегут от меня, – сказал Махишасура низким глубоким голосом. Он усмехнулся. – Почему они убегают? Разве они не знают, что я добрый, великодушный король?
– Мы не твой народ, – прошипел Лей.
Махишасура не обратил на него внимания. Его жестокие янтарные глаза сосредоточились на мне.
– Такая маленькая девочка, – продолжил он. – Подумать только, что ты создала этот мир, держишь ключи от моего выхода из него, и все же ты не можешь даже посмотреть мне в глаза без дрожи.
Я попыталась заговорить, но во рту у меня пересохло, а ужас вытеснил все слова из головы. Я даже не была уверена, знаю ли вообще, что такое слова.
– Конечно же, я должен поблагодарить тебя, Кики Каллира, – продолжал он тем же ужасным глубоким голосом, который звучал так, словно вот-вот сорвется на рев. – Если бы не ты и твое отчаянное желание сбежать от собственного разума, меня бы здесь не было. Я не был бы так близок к тому, чтобы вернуть свое законное место в реальном мире.
Мое лицо горело. Всего несколькими словами он заставил меня почувствовать себя слабой, трусливой и маленькой. Потому что он был прав, разве нет? Мое творчество, моя потребность вырваться из собственного тупого мозга проложили ему путь назад.
– Я знаю, почему ты здесь, – продолжал Махишасура. Его взгляд скользнул мимо меня к Ашвини, чей меч был зажат в обеих руках, а взгляд метался между ним и двумя асурами позади нас. – Знаю, зачем она привела тебя из реального мира. Замечательная попытка победить меня, но все было напрасно. Ты же понимаешь, что я не позволю тебе разбить золотой глаз Гандаберунды и изгнать меня еще раз.
Он наклонился и легким усилием, словно зачерпнул пригоршню песка, вырвал огромный булыжник из мостовой. Я смотрела, как когтистый кулак сомкнулся на камне и раздавил его. Он разжал руку, и пыль высыпалась на дорогу.
Я громко сглотнула.
– Ты, – прогремел Махишасура, указывая на старика, торговавшего кокосами, который теперь пытался спрятаться под своим прилавком, – встань.
Старик быстро поднялся, лицо его побелело от ужаса.
– Возьми свой нож, – велел Махишасура.
Старик поднял нож.
– А теперь разбей все свои кокосы, – сказал демон.
У меня отвисла челюсть. Лицо старика побелело еще больше, рука задрожала, но он поднял нож. Он уронил его на первый кокос, который раскололся, разливая сладкую молочно-белую воду по всему прилавку.
Голос Ашвини стал высоким от ярости.
– Это его средство к существованию! – воскликнула она. – На что он будет жить, если ты заставишь его уничтожить сотню кокосов? Как он сможет прокормить себя или своих внуков?
– Тебе следовало подумать об этом, прежде чем приводить ее сюда, – проворчал Махишасура. Он снова перевел взгляд на старика. – Я сказал разбить все, разве нет?
Старик сокрушенно склонил голову и разбил второй кокос, потом третий. Мои глаза наполнились слезами. Это был такой ненужный и подлый поступок. Я хотела остановить его, но не знала как.
Сдерживая слезы, я увидела, что Махишасура наблюдает за мной, забавляясь.
– Ты должна видеть, что у тебя нет ни единого шанса против меня, – проговорил он, а его голос прерывался звуком раскалывающихся кокосовых орехов.
Я сглотнула и, несмотря на хрип, вырывающийся из горла, заставила себя заговорить.
– Что ты собираешься с нами сделать?
Его зубы сверкнули в ужасной улыбке.
– Моя армия асуров давно не ела маленьких девочек.
Прежде чем я успела отреагировать, позади меня раздался крик. Я оглянулась и увидела, как Ашвини подпрыгнула в воздух с изяществом балерины. Она парила прямо над нами с Леем, ее меч был направлен прямо в сердце Махишасуры. В мгновение ока он выхватил свой меч из-за спины и заблокировал ее удар. Сталь заскрежетала о сталь.
– Лей, хватай ее и беги! – крикнула Ашвини. – Уходите!
Секунду он колебался, а потом схватил меня за локоть и потянул. Я позволила ему, я была слишком потрясена, чтобы сделать что-то еще. Мы проскочили мимо Махишасуры, который издал яростный рев, и побежали вниз по улице, прочь от Чудесного рынка на углу.
Я оглянулась только раз. Яркий блеск меча Ашвини был последним, что я увидела, прежде чем она и асуры растворились в облаке пыли.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?