Читать книгу "Скуф. Маг на отдыхе 5"

Повар выпучил глаза и схватился за живот.

– Ой-ой-ой…

И тут:

– А-ААА!!! – Алёшин заорал от боли и упал на пол.

Кожа горела огнём. Заныли ногти, заболели зубы, виски сжало тисками, а пальцы ног как будто угодили в мясорубку. И ещё! Внезапно, один очаг боли расположился чуть выше задницы – не иначе Алёшину долбили копчик перфоратором.

– АААА-ААА-АА!!!

Превращение началось!

Катаясь по пещере, Алёшин стремительно краснел, будто брошенный в кастрюлю рак. Поварские тапки слетели, носки разорвались в клочья, и на месте человечьих ног появились копыта. Треснули штаны, и наружу вырвался длинный хвост с ороговевшим стреловидным наконечником.

Радужка глаз пожелтела, а сам зрачок вертикально вытянулся. Увеличились в размерах клыки. Выросли звериные когти.

Итого метаморфоза длилась не дольше минуты, но для Алёшина время растянулось в бесконечность. Во-первых, больно. Во-вторых, самое значимое событие в жизни как-никак.

– У-у-у-ух, – адский повар кое-как поднялся на ноги.

Поднялся и первым делом отбил копытами о камень пещеры незамысловатую чечётку.

– Ах-ха-ха-ха-ха! – рассмеялся он. – Ну что?! Всё?! Я теперь демон?!

– Скорее уж чёрт, – скрестила Чамара руки на груди.

– Э-э-э! – протянул Алёшин. – В кругах, к которым я близок, слово «чёрт» – очень обидное, – а затем осмотрел свой хвост. – Ну демон же!

– Младший, – ответила суккуба. – Очень-очень-очень младший. Внештатный заместитель стажёра или что-то около того. От бездумной рычащей твари тебя отделяет всего лишь одна ступенька развития, и то… я не совсем понимаю почему.

– А и хрен с ним! – махнул рукой Алёшин и пустился в пляс. – Главное, что я теперь свободен! Ах-ха-ха-ха-ха!

Сан Борисович схватил суккубу за руку, сдёрнул с трона и закружил в танце. Теперь, когда все основные потребности повара – а именно «не быть поваром» – были удовлетворены, можно было задуматься и о прекрасной половине демоничества.

– Ах-ха-ха-ха-ха! – Алёшин залихватски схватил суккубу за зад, за что тут же получил удар под дых и отлетел к дальней стене пещеры.

Собрал спиной несколько сталагмитов и затормозил затылком об камень. Проморгался, поднялся, отряхнулся и… снова заржал.

– Ты видела, а?! Видела?! Да я, блин, неубиваемый!

– Видела-видела, – вздохнула Чамара. – Теперь ты приготовишь для меня ужин?

– Легко! – ответил Алёшин, наощупь изучая свои новые клыки. – Где это твоё свидание будет проходить и когда?

– Да вот прямо здесь, – ответила суккуба. – И как можно скорее…

Глава 3

– …я маленькая была, – продолжила рассказывать Шестакова. – Много чего не помню, много чего не понимаю. Да и не разговаривали со мной обо всяком таком… ну… сами понимаете. Сколько мне лет-то было?

– Понимаю, – кивнул я.

За спиной продолжалось безудержное веселье, а мы с сестрой и шаманкой сидели за отдельным столиком, болтали и передавали по кругу кальянную трубку. Аймурат поклялся, что специально для нас забил какой-то волшебный безникотиновый табак. Дым от него был густой и вкусный; не берусь утверждать, но похоже на микс мяты, винограда и ещё чего-то фруктового. Хотя, возможно, это был привкус от чаши, свёрстанной из грейпфрута.

А говорили мы – опять, блин! – про Сколопендр.

Радовало лишь то, что в прошедшем времени и вскользь. Ксюха наконец-то расслабилась и теперь честно вываливала на нас с сестрой всю правду.

И если очень коротко, то правда была такова: отец шаманки изобрёл уникальную глушилку, а Сколопендры ради этого изобретения вырезали весь род Шестаковых и выкрали тетрадку с чертежами. Затем Ксюша повзрослела и выкрала её обратно. Затем сингапурцы снова её выкрали! И вот, наконец-то, изрядно помотылявшись по миру, злосчастная тетрадь снова оказалась в руках Шестаковой.

И да!

Репутация Иры Скуфидонской, как артефакторши, была спасена. Ни исправлять, ни перед кем-то оправдываться было не нужно.

– …помню, как отец говорил, что эту штуку нельзя использовать для благих целей.

– Ну-у-у-у, – затянула Ирка.

– Тише, – перебил её на упреждение. – Пусть договорит.

Насколько я понял, перед отцом Шестаковой встала классическая дилемма создателя атомной бомбы. Придумал хератовину себе на голову, мучился-мучился, а в конце ещё и поплатился за то, что долго мучился.

– Так что я искала эту тетрадь, чтобы уничтожить, – тут на глаза Ксюхи навернулись слёзы. – Но не смогла…

Впрочем, Шама довольно быстро усмирила эмоции и продолжила:

– Рука не поднялась. Это же, получается, всё, что осталось от моей семьи. Наследство моё, – а затем хмыкнула. – Приданное…

Тут позади начался какой-то кипиш. Крики, свист, хлопки, улюлюканья. Я обернулся посмотреть и понял, что это файершоу началось. Вот только не понял – танцовщицы сменились или просто сгоняли за всеми этими горящими штуковинами?

Не суть…

Главное, что огонь был обычным; не магическим. В противном случае, Дольче могла бы не удержаться и пойти хвастать своим скиллом. А прилюдные демонстрации демонической силы нам явно ни к чему.

– Ну слушай, – слово взяла Ира. – Ты зря говоришь, что эту штуку нельзя для благих целей использовать. Ведь если у нас есть глушилка, то мы на её основе можем сделать такую охранную систему, которую она заглушить не сможет. Верно я рассуждаю?

– Ну… наверное?

– Да мы с тобой индустрию продвинем! – у Ирки аж глаза загорелись.

– Мы? – уточнила шаманка.

– Мы! А почему бы и нет? Я – артефактор, ты – техномаг! Таких дел наворотим, что…

Тут Ирка осекалась, потому что к нашему столику подошла целая делегация. Тамерлан с братьями и тот самый господин в белых лакированных туфлях, что мне изначально не понравился. Как оказалось, не зря:

– Она?! – спросил пузан, указывая на Иру.

– Дядя Булат…

– Она, я спрашиваю?!

– Кхм-кхм, – прокашлялся я. – А в чём, собственно говоря, дело? И почему вы тычете пальцем в мою сестру?

***

Ситуация явно накалилась. С одной стороны, если бы не родня Тамерлана, то неизвестно, чем мог закончиться эпизод со Сколопендрами. Скорее всего, я был бы сейчас международным преступником, прорвавшимся в Орду с боем.

И с транспортом клан Батхуяг нам помог, и в бою плечом к плечу встал, и приветил радушно. Накормили, напоили, разместили. Не одного, как говорится, барана в нашу честь зарезали и из кожи вон лезли, чтобы угодить.

С другой стороны, меня такое поведение «дяди Булата» не устраивает совершенно. Пусть эта истеричка только попробует что-то ляпнуть в адрес Иры – не стерплю. Мы хоть и гости, а вытирать об себя ноги не позволим.

– Тамерлан, как так?! – орал пузатый. – Ты что, позабыл о своих обязательствах?!

– Дядя, я был ребёнком, и за меня всё решили, так что…

– Решили, потому что так надо! Ты что, Тамерлан, старшим перечить собираешься?! Ты что, от корней отрываешься?!

О-хо-хо-хо-хо…

Ирка сейчас готова была сквозь землю провалиться; аж покраснела вся. Неловко ей – не то слово. И по-хорошему, мне бы сейчас врезать дяде Булату, чтобы тот закрыл свой рот. Но! Для такого поступка нужен веский повод.

Повод, которого мне пока что не дали. Вроде как разговор вокруг Иры вертится, однако про неё ни слова. Исключительно насчёт Тамерлана.

– Так, – я встал из-за стола и тут же.

– Погоди, Василий Иванович, – улыбаясь, меня за плечо обнял Аймурат; что характерно, без тени угрозы. – Погоди, пожалуйста, – а Тамерлан и его дядя тем временем продолжили выяснять отношения на повышенных тонах.

Итак…

Вся ситуация прекрасно читалась между строк. То, что Тамерлан живёт с моей сестрой – это я уже понял и даже частично принял. Было время поразмышлять. Не знаю, на какой именно стадии принятия неизбежного я сейчас нахожусь, но…

Блин.

Ира выросла. Факт. И рано или поздно обязательно задумается о семье. Отношусь я к ней всё-таки по-отечески, и бьюсь об заклад – в мире нет ни одного отца, который не муссировал бы те мысли, которые успел помуссировать я. Какие именно? Да понятно, блин, какие! Но сейчас не об этом.

Сейчас о новых вводных.

Насколько я понял, этот пузатый говнюк давным-давно договорился породниться через Тамерлана с другой влиятельной семьёй. Не берусь называть традицию варварской, потому что у нас тоже такое сплошь и рядом. Немного не в той форме, но всё же.

С Тамерланом я уже малость свыкся. Опять же, показал он себя хорошо. Хоть и хакер, а человек решительный, боевой. И Ирку любит, не зря же на след Сколопендр сразу напал и врагов не побоялся. Вроде как свой уже.

Драма между тем набирала обороты.

– Как ты мог позабыть о Диле?!

– Дядя, я видел её всего лишь раз в жизни и…

– И нечего тебе на неё смотреть до свадьбы!

Снова дядя Булат прошёл по краю. Первый же комментарий в адрес Иры или какое-нибудь сравнение, и ему бы не поздоровилось. Однако тут:

– Хватит! – заорал Тамерлан. – Замолчи!

– Да как ты смеешь?!

– Смею!

То, что у мальчонки есть яйца, я понял уже давно – поступки говорили сами за себя – однако всё равно остался под впечатлением.

– Это моя невеста! – заорал Тамерлан, указывая на Иру. – Хотите вы того или нет! Если не примете её, то я отрекусь от семьи! Уеду, но на сей раз навсегда! Совсем! И имя возьму другое! И фамилию! Стану Тимур Батхуягов!

– С таким именем в стенд-ап хорошо пойти, – ни к месту вставила шаманка, явно заворожённая действом, и добавила ещё: – Хы-хы.

Наступила тишина.

Стол позади нас тоже смолк. Музыканты взяли паузу, да и барышни с огненными жезлами неловко молчали, ожидая, чем разрешится ситуация. Дядя Булат смотрел на Тамерлана. Тамерлан смотрел на дядю Булата.

– Любишь её, да? – наконец, разродился последний.

– Люблю!

И тут… всю мрачность пузатого как ветром сдуло. Широко улыбнувшись, он начал медленно хлопать в ладоши.

– Ай молодец, Тамерланчик! – присоединился Аймурат.

Ещё секунда, и грянули овации. Громкие, радостные, со свистом и имитированием волчьего воя.

– Ах-ха-ха-ха! – дядя Булат крепко обнял Тамерлана. – Диля уже три года как замужем! Проверяли мы тебя, племяш… ну а теперь, – пузатый отлип от хакера и взглянул на меня. – Теперь свататься будем!

Во как.

А я уж думал, что наше согласие не требуется.

– Ну что, Скуф-Батыр?! Родниться будем?! Благословишь моего племянника?!

Я в ответ лишь улыбнулся и протянул Тамерлану руку. Не смог удержаться, чтобы не сжать её побольнее – вместо тысячи слов о том, что думаю на весь этот счёт.

– Уай-я-я-я-я! – чуть ли не на ухо заорал мне Аймурат, вытащил из кармана пульт и тыкнул на большую красную кнопку.

Грянул салют.

– Ир, – шепнул я сестре на ухо спустя пару минут, когда, наконец, сумел протолкаться к ней сквозь родню Тамерлана. – Ты же не будешь брать его фамилию?

– Конечно же нет, – шепнула в ответ сестра.

Всё хорошо, что хорошо заканчивается, – подумал я…

***

Светило солнце. На юг улетал клин журавлей. Где-то вдалеке на разные голоса орали карликовые козлы, а Кузьмич рубил лопатой головы кротам.

Удалёнка.

Ну наконец-то, чёрт возьми! Наконец-то я дома!

Даже не знаю, сколько прошло времени с событий в Атырау – совсем потерялся в днях – но не меньше недели точно. Пускай обратно мы добирались самолётом – шпицы в багажном отделении охренели от соседства с Мишаней – я всё равно принял решение отдыхать.

Любое движение группы «Альта» обязательно приводит к остросюжетным последствиям, а потому пускай не двигаются хоть какое-то время совсем.

И хотя отдых немного затянулся, я всё равно ни о чём не жалею.

Передышка была нужна.

Да и потом! Передышка не есть бездействие. Мир не тормознул по моей прихоти, и события в нём продолжили происходить, да притом вскачь.

Господа министры – вот, например, почти закончили полигон. На днях должны сдать в эксплуатацию; вот тогда-то мы тренировки и возобновим. Не терпится уже раскрыть потенциал Смертиной или Стекловой.

Последняя, впрочем, и без меня справляется. С утра до ночи пропадает с Михеевым… у них там дел невпроворот, и всё нужно успеть до зимы. И звёздный кактус, и арбузы, и виноград, и мало ли что ещё.

М-м-м… Дальше:

Ира с Тамерланом выкупили тот злополучный дом, посредством которого на нас нападали вот уже два раза, так что теперь – ну я, блин, очень на это надеюсь! – оттуда угрозы ждать не стоит. Сестра так загорелась идеей совместных разработок с Шестаковой, что решила переехать в Удалёнку. Лабораторию свою перетащила, наработки все, компьютеры.

Пришлось, правда, с председателем договариваться о проведении дополнительной линии электроснабжения. Всё-таки для нормальной работы ребятам нужен бесперебойный источник энергии – а в идеале вообще автономный.

Яковлевич сперва артачился, но за деньги, как говорится, да.

Плюс несколько дизельных генераторов на всякий случай закупили, чтобы уж наверняка. Во-о-от…, а тестировать новейшую охранную систему было решено на моём доме. Ну… Раз уж старая перегорела без права на реабилитацию, то почему бы и нет?

Так что Шестакова у меня теперь тоже при деле.

Как и Чертанова: покуда в закрытии трещин образовался перерыв, она договорилась со своей демоницей на ежедневные уроки. Уходила в лес рано по утру, а возвращалась к ужину. Довольная, усталая и неизменно провонявшая дымом.

Невольно задумаешься о том, что правильная работа высокого начальства заключается в том, чтобы загрузить работой других. И пока что я прекрасно справляюсь!

Так…

Что ещё?

Уладили вопрос с Женькой Даниловым. Раз уж сингапурские инвесторы оказались пшиком, то есть ведь на этот случай и русские. Я вот, например.

Да-да-да, заводу быть, а я отныне владелец половины всех активов новоиспечённого бренда «Jack Daniels». Бабки, вырученные после авантюры с Несвицкими, пошли на благое дело. Женька счастлив, да и я тоже рад.

Работать решили в строгом пополаме, без контрольного пакета акций.

А чтобы спустя много-много поколений семьи Скуфидонских и Даниловых вдруг не решили всё это дело переиграть и не наломали дров по дороге, был составлен договор. Не абы кем, а Иммануилом Абрамовичем Куцевичем – тот прописал всё так, что передел имущества практически невозможен.

Ну и наконец…

– Звали, Василий Иванович?

– Звал-звал, – улыбнулся я. – Проходи, Ксюш, садись.

Шаманка подозрительно сощурилась, открыла калитку и двинулась к беседке в мою сторону. Оглядывалась по дороге, как какой-то мелкий грызун, и явно ожидала подвоха. Ну оно и понятно, на самом деле. До сих пор мы встречались с Шестаковой тет-а-тет только для того, чтобы я выписал альтушке щедрых звиздюлей.

Но не сегодня!

Сегодня повод самый что ни на есть радостный.

– Садись, – я указал шаманке на скамейку напротив, а сам взялся за телефон. – Алло, Степан Викторович, здорова! Включаю громкую связь, Шестакова рядом.

– Э-э-э, да, – сперва замялся Стёпка. – Ксения Константиновна, здравствуйте!

– Здравствуйте, – Шама выпучила на меня глаза.

Выпучила и беззвучно спросила, мол, что за дела? Я так же беззвучно попросил её слушать внимательно.

– Ксения Константиновна! Во-первых, хочу выразить восхищение тем, как стойко вы перенесли все невзгоды плена и…

– Стёп, давай к основному, – попросил я.

– Хорошо. Ксения Константиновна, от лица Его Величества я хочу поблагодарить вас за содействие в поимке опасной преступной группировки, а также неоценимый вклад в технологическое развитие Империи…

– Чиво? – шёпотом уточнила у меня Шама.

– Чертежи, – объяснил я. – Наверху в курсе про вашу с Ирой работу.

– …я чрезвычайно рад, что именно мне выпала честь сообщить вам эту новость! Ксения Константиновна, указом Его Величества вам возвращается титул, утраченный вашим отцом ввиду трагических обстоятельств.

– Чиво-о-о-о-о?!

– Отныне вы – баронесса Шестакова! Поздравляю вас, Ваше Благородие!

– Ваше… Благо… чиво-о-о-о-о?

Татуированное Благородие с розовыми волосами пучила на меня глаза и хватала ртом воздух.

– Это ещё не всё, – подмигнул я.

– Так же уполномочен сообщить, что отныне ваш титул является наследным, – продолжил Стёпка. – Так что через неделю мы ждём вас в Кремле с тем, чтобы торжественно вписать ваше имя в Родословный Сборник Фамилий Российской Империи.

– У-у-у-у…

– Ваше Благородие?

– Всё нормально, Стёп, – хохотнул я. – Это она так радуется.

Кажется, у Шестаковой голова закружилась. Ну да. Не каждый день узнаёшь, что будущий муж не будь дураком возьмёт твою фамилию… ещё бы Тамерлан так же поступил – было бы вообще прекрасно.

– Ксюш, ты как? – спросил я.

– Н-н-нормально.

– Тогда скажи дяде Стёпе «спасибо».

– Спасибо, дядя Стёпа.

– Вам спасибо, Ваше Благородие! – крикнул Державин. – Служу Империи! – и отключился.

А шаманка поднялась со скамейки и на ватных ногах молча побрела куда-то вдаль. Тут она вспомнила о моём присутствии, оглянулась ошалелым взглядом, сказала:

– А это кто был?

– Ректор твой, Степан Викторович Державин.

– Ааа… понятно…. Я туда, – и махнула в неопределённую сторону.

– Иди-иди, – ухмыльнулся я. – Благородие…

***

Не уверен, что слово «инаугурация» подходит ко вполне себе обычному жалованию баронского титула, однако Шестакова повторила его сегодня раз сто.

Не меньше.

А что надеть на инаугурацию? А что с собой взять на инаугурацию? А кто будет на инаугурации? А кого можно взять с собой на инаугурацию?

В конечном итоге пригласила с собой меня, Лёху и всю группу «Альта». На инаугурацию, ага. О том, что Шестакова вскорости станет баронессой, я знал уже несколько дней – собственно, я эту идею и продавил – а потому успел подготовиться. Так что сегодня вечером планировался предварительный праздник.

Маленький, но отнюдь не скромный.

Кузьмич уже подсуетился насчёт стола и пиротехники. Темнеет пока ещё поздно, так что бахать в ночи над Удалёнкой полноценный салют – как мне кажется – перебор. А потому мы взяли всего одну коробку фейерверка на пару минут, зато о-о-о-очень много бенгальских огней и китайских фонтанчиков.

Девки, для которых титул Шестаковой стал новостью, уже вовсю суетились. Хотя… я бы даже сказал «преимущественно суетились». Праздник должен был состояться у меня дома, а потому всё основное подготовил Кузьмич. Альтушки же в основном бегали туда-сюда с выпученными глазами, красили эти самые выпученные глаза и искали подходящий случаю наряд.

Одна только Долчье пока что запропастилась в лесу. Но это нормально; это планово. У них сегодня занятие с демоницей. А та, – стоит отдать ей должное, – Чертанову не щадит и всякий раз уматывает в чепуху.

А вот, собственное говоря, и она.

– Василий Иванович! – крикнула взлохмаченная Катя, едва вывернув из-за угла.

Я как раз вышел за участок и забирал у курьера подарок для Шестаковой – два вольфрамовых кастета, стилизованных под заячьи лапки. И на каждом инициалы «К.Ш.» с вензельками. Штука дорогая, но пока что бесполезная.

Но это не беда.

На то, чтобы сделать из кастетов полноценные артефакты, она уж как-нибудь сама с Иринкой договорится.

– Спасибо, – расписался я на бланке и отпустил курьера.

– Василий Иванович! – тем временем Чертанова перешла на бег. – Василий Иванович, хорошо, что я вас встретила!

Так…

Опыт общения с альтушками у меня уже имеется. А потому я хорошо знаю, что с подобных заявлений неизменно начинается какой-то кипиш. С одной стороны. А с другой, очередь Чертановой косячить и втягивать меня в сомнительные ситуации уже прошла. Хватит; пора бы и другим уступить.

О-хо-хо…

То ли юморю, а то ли пророчествую.

– Василий Иванович, Чамара очень хотела вас видеть.

– Демоница, что ли?

Не то чтобы я не помнил её имя, но на всякий случай решил уточнить. Ну… Чтобы подчеркнуть абсурдность обстоятельств. То есть меня хочет видеть не кто-нибудь, а вот именно прям демоница. Что уже само по себе ненормально, поскольку точек соприкосновения с Адом, кроме Чертановой, у меня нет и быть не может.

– Да, – кивнула Дольче, а сама лыбится так хитро и волосята свои чернявые на палец наматывает.

– Зачем?

– Сказала, что это очень срочно.

– Подробности, – попросил я. – Хочу знать контекст.

– Да я сама не знаю, – довольно искренне сказала Катя, и, как мне показалось, в её голосе сквознула обида на демоницу. – Что-то связанное с моим обучением. А что именно она не сказала.

– Накосячила чего-то где-то?

– Нет! – тут обида стала ещё сильнее. – Ничего я не косячила!

Ну…

Ладно.

Сказать, что мне совсем неинтересно общение с разумным иномирным существом – значит соврать самому себе. Пускай говорит, что хочет, а потом и я её немножечко расспрошу. Всё-таки мои амбиции лежат в области скуфонавтики, и кто как не наша штатная суккуба может поделиться полезными сведениями относительно других реальностей?

А потому я быстро взглянул на часы и решил, что полчаса-час у меня точно есть.

– На, – вручил я Чертановой посылку. – Передай Кузьмичу, он знает, что делать.

– Ага, – мотнула альтушка головой. – А чего это?

– Подарок Шестаковой.

– А чой-то?! У неё днюха, что ли?

– Нет.

– А…

– Потом сама расскажет, – я подтолкнул Дольче к калитке, а потом вдруг вспомнил: – И ещё! Тебе задание. Ответственное, как сама ответственность. Пока я отлучусь, проследи за тем, чтобы вся группа «Альта» была рядом с домом. И чтобы ни почтальоны, ни соседи, ни приставы, ни газовые службы, ни свидетели моржовы к участку даже на пушечный выстрел не подходили. Это понятно?

– Да, Василий Иванович!

– Я сейчас абсолютно серьёзно, – уточнил я. – Если что, не стесняйтесь. Один предупредительный в воздух, а потом сразу же на уничтожение. Поняла?

– Поняла, Василий Иванович!

– Ну тогда шуруй.

Как оказалось, мир кишмя кишит людьми, которые желают зла либо мне, либо кому-нибудь из моих воспитанниц. И не хватало ещё, чтобы какая-нибудь погань пробралась ко мне в дом в тот самый момент, когда охранная система вышла из строя…