Текст книги "Зов из могилы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zov-iz-mogily-178888.jpg)
Автор книги: Саймон Бекетт
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Я окинул взглядом торфяник, поросший вереском и папоротником. Он простирался во все стороны на многие мили. Мой скептицизм был ей ясен без слов. Ее щеки зарделись.
– Вы тоже не верите, что я смогла бы это сделать?
– Нет, но… глядя на просторы…
– Вы знаете, что такое метод Уинтропа? – спросила она и пояснила – Это техника, которую разработали в армии Северной Ирландии для обнаружения тайных складов оружия. Любой человек, что-либо прячущий, в том числе и мертвое тело, неосознанно использует на местности различные ориентиры – отдельно растущие большие деревья, валуны и прочее. Метод Уинтропа позволяет найти на местности наиболее вероятные места, где может быть что-нибудь спрятано.
– И метод работает?
– Странно, но да, – резко ответила она. – Он не гарантирует стопроцентного успеха, но полезен для таких ситуаций, как эта. Допустим, Монк действительно хорошо знает данные места, но он убил сестер Беннетт год назад. И зарывал их скорее всего ночью, а за год место уже заросло травой. Я не верю, что он сумеет его легко вспомнить даже при сильном желании. Ему надо помочь.
Логика Софи мне нравилась, я с ней почти согласился, но тут наш разговор прервал шум автомобилей. В нашу сторону медленно двигались несколько машин.
В одной из них находился Монк.
5
После напряженной сцены с двойником прибытие настоящего преступника было скромным. Никаких вспыхивающих проблесковых маячков или ожидающего вертолета. Фургон без опознавательных знаков, сопровождаемый двумя полицейскими автомобилями. И все. Их встретили Терри с Роупером и группа полицейских. Кинолог с немецкой овчаркой присутствовал тоже. Кортеж остановился довольно далеко от площадки. Как только двигатели перестали работать, воцарилась тишина, которую нарушили щелчки открывающихся дверей. Охранников было несколько, кажется, четверо, и оружия я у них не заметил, кроме болтающихся на поясах дубинок. Впрочем, они все были крупные, сильные мужчины.
Наконец задняя дверца фургона открылась, и оттуда высунулась огромная голова. Совершенно лысая, а может, и бритая. Проход заслонило не менее огромное туловище. Джером Монк спрыгнул на землю, не замечая ступенек. И вот тогда я его увидел в первый раз, как говорится, воочию.
Нас разделяло ярдов двадцать, но даже с такого расстояния можно было оценить его внешность. Руки закованы в кандалы – приглядевшись, я увидел, что и ноги тоже, – но это его совершенно не беспокоило. Монк выглядел настолько мощным, что верилось – да, он может разорвать цепи без всякого усилия. Но просто пока не хочет. Торс у этого человека был огромный, а бритая голова казалась гипертрофированной.
– Потрясающий урод. Не человек, а животное, верно? Я оглянулся. Рядом стоял Уэйнрайт. В дорогом пальто, вокруг шеи стильно закручен и заброшен на плечо шарф. Он не понизил голоса, и его слова были отчетливо слышны в тишине.
Я замер. Огромная круглая голова Монка резко развернулась в нашу сторону. Фотографии, которые мне довелось видеть, не давали полного о нем представления. Особенно впечатляла вмятина на лбу. Словно там ударили кувалдой и Монк после этого каким-то чудом выжил. Под скулой виднелась ссадина, засохшая. Рот преступника кривился в усмешке, будто он постоянно насмехался над отвращением, которое вызывал у людей.
Но по-настоящему страшными были его глаза. Маленькие, немигающие, безжизненные и пустые, похожие на черные стекляшки. Когда они уставились на меня, я почувствовал легкий озноб. Но они тут же переметнулись на Софи, задержались на секунду на ней и остановились на Уэйнрайте.
– Не нравится, не смотри, придурок.
Выговор был у него местный, а голос хриплый. Реплику эту, конечно, следовало пропустить, но профессор не привык, чтобы с ним так разговаривали. Он насмешливо произнес:
– Надо же, эта тварь умеет говорить.
Монк резко шагнул в его сторону, цепь между кандалами на ногах туго натянулась. Однако далеко ему уйти не удалось. Его схватили за руки двое тюремных охранников. Крупные мужчины, но преступник был сильнее. Я видел, как они напряглись, чтобы его удержать.
Подошел старший группы, пожилой, с короткими седыми волосами. Он потрепал Монка по плечу.
– Успокойся, Джером. Все в порядке.
Убийца продолжал пристально смотреть на Уэйнрайта. Его плечи и предплечья были массивные, словно под курткой там подложили шары для боулинга. Темные глаза впились в Уэйнрайта.
– Назови свое имя.
Тут уж вмешался Терри, который до этого с тревогой следил за развитием событий:
– Это тебя не касается.
– Отчего же. Если он желает знать, с кем имеет дело, я охотно ему сообщу. – Уэйнрайт выпрямился в полный рост и смело посмотрел преступнику в лицо – Я профессор Леонард Уэйнрайт. Назначен эксгумировать тела молодых женщин, которых ты убил. Надеюсь, ты покажешь, куда их зарыл.
Рот Монка еще сильнее скривился в усмешке.
– Профессор… вот оно что. – Он помолчал, будто обдумывая полученную информацию, а затем неожиданно уставился на меня. – А ты кто?
– Дэвид Хантер.
– Хантер[1]1
От hunter (англ.) – охотник. – Здесь и далее примеч. пер.
[Закрыть]? – удивился Монк. – Какая у тебя подходящая фамилия.
– У тебя, Монк[2]2
От monk (англ.) – монах.
[Закрыть], не хуже, – ответил я.
Монк будто закашлялся, и только секунду спустя я сообразил, что он смеется.
– Остроумно, ничего не скажешь.
Подобного замечания от него не ожидал никто. А он сосредоточил внимание на Софи. Но Терри его остановил.
– Все, знакомства закончились. – Он сделал знак охранникам вести его вперед. – Пошли, мы зря теряем время.
– Ты слышал, что тебе сказали, смехач? – Кряжистый бородатый охранник попытался подтолкнуть Монка. С таким же успехом он мог бы попытаться толкнуть каменное изваяние.
Преступник повернул голову и уставился на него.
– Не смей меня толкать. Я сам пойду, когда захочу.
Атмосфера накалилась. Я видел, как грудь Монка вздымается и опускается, в углах рта образовались пузырьки слюны. Сквозь кордон полицейских к Терри протиснулся человек.
– Я Клайд Доббз, адвокат мистера Монка. Мой клиент согласился добровольно сотрудничать. Полагаю, насилия к нему применять не требуется.
У адвоката был тонкий гнусавый голос, скучный и вкрадчивый. Ему было за пятьдесят, редкие седоватые волосы, невыразительные черты лица. Он был в непромокаемой куртке и высоких резиновых сапогах. Дипломат в его руке выглядел совершенно неуместно. Я гадал, действительно ли в нем находятся какие-то нужные ему в данный момент бумаги или он носит его по привычке.
– Никто ни к кому не применяет насилия, – буркнул Терри, кивнул бородатому охраннику, и тот неохотно отпустил руку Монка.
– Спасибо, – сказал адвокат. – Пожалуйста, продолжайте.
Терри стиснул зубы и посмотрел на охранников. Те снова попытались подтолкнуть Монка вперед.
– Отвалите! – взревел Монк. Его глаза вдруг стали безумными.
Я ошеломленно наблюдал за происходящим, не в силах поверить, что все так быстро разладилось. Теперь многое зависело от Терри, какое он примет решение. Но тот стоял будто в ступоре. Ситуация становилась критической. И тут ее неожиданно разрешила Софи. Она смело вышла вперед:
– Привет, Джером. Я Софи Келлер. Хочу помочь тебе найти захоронения.
Монк пару секунд молчал, затем буркнул:
– Мне не нужно никакой помощи.
– Прекрасно. Тогда все будет проще. Но я останусь рядом, на всякий случай, хорошо? – Она улыбнулась, словно разговаривала с обычным человеком. – Думаю, тебе будет легче идти, если снимут кандалы с ног.
Не переставая улыбаться, она повернулась к Терри, как бы приглашая его принять участие в игре. Я заметил, как переглядываются полицейские. Щеки Терри порозовели. Он кивнул охранникам.
– Только ноги. Наручники оставьте.
Голос у него по-прежнему звучал властно, но все заметили, что Терри едва не потерял контроль над ситуацией. И если бы не вмешалась Софи, неизвестно, как бы все обернулось. Она не только разрядила напряжение, но и сумела установить контакт с Монком.
Освободившись от кандалов на ногах, преступник медленно двинулся по тропе, поглядывая на Софи.
– Похоже, мисс Келлер удалось немного приручить это чудовище, – произнес Уэйнрайт, когда мы последовали за ними по тропе.
– Она молодец, – отозвался я.
– Вы так считаете? – Уэйнрайт недовольно посмотрел им в спины. – Ну что же, давайте надеяться, что чудовище ее не укусит.
Поросший вереском заболоченный торфяник, казалось, делал все, чтобы затруднить нам передвижение. Похолодало, и пошел дождь. Но Джером Монк ничего этого не замечал. Он стоял у разрытого захоронения Тины Уильямс, вода стекала по его бритому черепу, капала с лица, которое вполне могло служить горгульей на фронтоне средневекового собора. Что касается остальных, то им погода не была безразлична.
– Ничего мы от него не добьемся! – раздраженно буркнул Уэйнрайт, стряхивая с лица капли дождя. В натянутом поверх пальто специальном комбинезоне он выглядел еще массивнее и крупнее.
Палатку убрали, но место захоронения по-прежнему огораживала полицейская лента. Там уже была сплошная грязь. И вокруг тоже. Уэйнрайт поскользнулся и чуть не упал. Я пытался ему помочь, протянул руку, но профессор недовольно буркнул: «Все в порядке», – и выпрямился. Даже Монк с трудом удерживал равновесие, правда, ему мешали наручники.
Адвокат, Уэйнрайт, Софи и я стояли поодаль от группы, окружающей преступника. К ним присоединился проводник с поисковой собакой, спаниелем, натасканным на отыскание трупов. Собака чуяла малейшее присутствие газов, образующихся при разложении, но вначале нужно было такое место найти. А Монк не торопился его указывать.
Он вглядывался в заполненную мутной водой неглубокую яму, где была зарыта Тина Уильямс, и кривил губы в привычной ухмылке. Теперь я уже достаточно к нему пригляделся и понял, что это не ухмылка, а просто так устроен у него рот. Тоже своего рода дефект.
– Напряги память, Монк, – произнес Терри.
Тот молчал. Он походил на истукана, высеченного из того же самого гранита, что и Черная Скала. И соответственно реагировал на замечания.
Бородатый охранник ткнул его в бок:
– Ты слышал, что тебе сказали, смехач?
– Убери свои грязные руки! – раздраженно бросил Монк не оборачиваясь.
Адвокат картинно вздохнул.
– Думаю, мне не нужно никому здесь напоминать, что мой клиент согласился прибыть сюда добровольно. Если к нему применят насилие, то вам придется данное мероприятие отменить.
– Никто никого тут не подвергает насилию, – возразил Терри. Чувствовалось, что он напряжен настолько, что из него вот-вот брызнут искры. – Если ваш клиент прибыл сюда, как вы выразились, добровольно, то почему я не могу задавать ему вопросы?
Адвокат не унимался:
– В условиях перемещения моего клиента из тюрьмы четко оговорено, что его задача – помочь обнаружить захоронения Зоуи и Линдси Беннетт, и ничего более. Если вы желаете спросить его о чем-либо другом, то мы можем вернуться в тюрьму и провести там официальный допрос в соответствующей обстановке.
– Да, да, конечно. – Терри кивнул, едва слушая адвоката. Он смотрел на преступника. – Время истекло, Монк. Ты уже достаточно осмотрел достопримечательности. Пора двигаться дальше. Туда, где закопаны другие. Если передумал, отправляйся обратно в свою камеру.
Монк вгляделся в торфяник, затем, звякнув наручниками, потер череп.
– Это вон там.
Все посмотрели туда, куда он показал. В сторону от дороги. Там виднелись камни и островки зарослей утесника. Больше ничего примечательного. Ровная местность, поросшая травой и вереском.
– Где именно? – спросил Терри.
– Я же сказал тебе. Вон там.
– Почему не рядом с Тиной Уильямс?
– А я никогда не говорил, что это рядом.
– Так какого черта ты привел нас сюда?
– Просто захотел посмотреть.
Терри едва сдерживался. Я никогда не видел его таким взвинченным. Но он не имел права потерять самообладание. Терри сделал над собой усилие.
– Это далеко отсюда? Пятьдесят ярдов? Сто? Полмили?
– Узнаю, когда подойду.
– Может, ты вспомнишь какие-нибудь ориентиры поблизости? – быстро спросила Софи. Терри раздраженно вздернул голову, но прерывать ее не стал. – Большой камень, куст?
Монк перевел взгляд на нее.
– Не могу вспомнить.
Уэйнрайт презрительно усмехнулся:
– Надо же, не помнит.
И снова бас профессора стал отчетливо слышен в наступившей тишине. А Монк развернулся к нему.
– Вспомни хоть что-нибудь, Джером, – попросила Софи. – Попытайся.
– Ладно, – процедил Терри, – закончим с этим. Пошли, покажешь.
Софи яростно посмотрела на него, но все уже двинулись вслед за Монком и окружающими его охранниками и полицейскими.
– Глупо, – проворчал Уэйнрайт, с трудом вытаскивая сапоги из вязкой жижи. – Ничего он нам не собирается показывать. Этот монстр нас просто дурачит.
– А может, хватит его дразнить? – зло проговорила Софи.
– А может, хватит перед ним заигрывать? – в тон ей произнес Уэйнрайт. – Этим вы только показываете ему свою слабость.
– Неужели? – Голос Софи задрожал. – Так я вам вот что скажу: не надо учить меня, как выполнять свою работу, а я не буду учить вас, как копать ямы.
Профессор бросил на нее свирепый взгляд.
– Что ж, я передам ваши слова старшему следователю Симмзу.
– Самодовольный дурак! – бросила ему в спину Софи. Она понизила голос, но не настолько, чтобы он не мог расслышать. Затем обратилась ко мне – Что?
– Ничего.
Она усмехнулась:
– Так уж и ничего?
Я пожал плечами:
– Если вы задумали перессориться со всей оперативной группой, то это не очень мудрое решение.
– Извините, но я ужасно расстроена. Какой мне толк находиться здесь, если я не могу выполнять свою работу? А что касается Терри Коннорса… – Она вздохнула и покачала головой. – Он поступает неправильно. Не следовало идти у Монка на поводу. Надо было заставить его хотя бы намекнуть, где он зарыл несчастных девушек. Как он собирается найти место, если не может вспомнить никаких ориентиров?
– Вы думаете, он лжет?
– Трудно сказать. То он выглядит рассеянным и ко всему безразличным, а в следующую минуту собран и сосредоточен. Видите, как он уверенно шагает вперед. Зачем ему было в такую даль нести трупы? – Она хмуро вгляделась в белесую голову Монка, возвышающуюся над полицейскими, и добавила – Я, пожалуй, похожу тут, а потом вас догоню.
Софи направилась обратно к дороге, ведущей к Черной Скале. Я понимал ее сомнения, но, к сожалению, помочь ничем не мог. Идти становилось все труднее. Ноги утопали в мокром торфе, за них цеплялись вереск и длинная болотная трава. Монк, кажется, тоже не чувствовал себя уютно. Несколько раз оступался и чуть не падал, рыча на охранников, когда они пытались ему помочь.
Я посмотрел на Роупера. Он чуть в стороне говорил по рации. Негромко, но когда я приблизился, то уловил обрывки фраз:
– …пока не уверен, сэр… да… да… конечно, сэр. Я буду держать вас в курсе.
Кому он докладывал обстановку, догадаться было нетрудно. При этом минуя Терри. Забавно. Закончив разговор, он догнал меня. Пошел рядом, пытаясь приноровиться к моему шагу.
– Наслаждаетесь прогулкой, доктор Хантер?
Этот человек меня раздражал. Видимо, своей доброжелательностью, которая, несомненно, была фальшивой. Но не ссориться же с ним из-за этого?
– Свежий воздух для меня полезен, – ответил я.
Он рассмеялся, словно услышал удачную шутку.
– На мой вкус, его здесь многовато, но если вам нравится, то… – Он замолчал, затем вдруг спросил – Как вам Монк? Не правда ли, красавец? Будто сошел с картины Пикассо.
– А откуда у него ссадины? Он что, дрался?
– Не совсем. – Роупер с улыбкой посмотрел в спину Монка. – Он взбрыкнул вчера вечером, пришлось усмирять. Сегодняшнее мероприятие оказалось под угрозой. Дело в том, что иногда, когда гасят свет, у него случаются приступы смеха. Он хохочет, не может остановиться. А вскоре начинает буйствовать. Вот почему охранники прозвали его смехачом. – Роупер вгляделся в даль. – А это еще что такое?
Впереди возникла какая-то суматоха. Когда охранники наконец расступились, стало видно, что Монк упал и пытался встать. Полицейские и охранники сгрудились вокруг него, но поднимать не решались.
Адвокат тем временем подскочил к Терри:
– Все это надо немедленно прекратить!
– Ничего с ним не случилось, – усмехнулся Терри. – Ваш клиент нисколько не пострадал.
– Надеюсь, что нет. Но если с ним что-нибудь произойдет, отвечать будете вы. – Голос адвоката звенел праведным гневом. – Нет никакой нужды оставлять на нем наручники. Риск побега минимален, а идти ему будет существенно легче.
– Он останется в наручниках.
– В таком случае прошу вас вернуть его в тюремный фургон.
– Почему?
– Я не допущу, чтобы мой клиент получил травму по вине полиции. Или наручники снимут, или он перестает сотрудничать.
А Монк продолжал лежать на спине, вздымая вверх руки, скованные наручниками.
– Вы сами наденьте такие и попробуйте идти. Посмотрим, как у вас получится.
Терри шагнул к нему, и я испугался, что он собирается пнуть его в лицо. Но Терри остановился и замер.
– Хотите, чтобы я позвонил старшему следователю? – спросил Роупер.
Если бы я не слышал, как он только что докладывал Симмзу обстановку, то поверил бы, что он пытается помочь. Это предложение подвигло Терри на принятие решения.
– Нет. – Плотно сжав губы, он кивнул полицейскому – Снимите с него наручники.
Полицейский выполнил приказ. Выражение лица Монка не изменилось. Он медленно поднялся и стал разминать кисти рук. Его одежда промокла насквозь.
Терри посмотрел на адвоката.
– Теперь порядок? – Затем, не ожидая ответа, приблизился к Монку. Они были одинакового роста, но преступник странным образом казался в два раза выше. – Тебе сейчас приятно, да? Так сделай же что-нибудь, чтобы и мне тоже стало приятно. Пожалуйста.
Монк молчал, скривив рот в улыбке-гримасе. Его черные глаза по-прежнему ничего не выражали.
– Может, не надо… – начал Доббз.
– Заткнитесь! – оборвал его Терри, не сводя взгляда с Монка. – Далеко еще идти?
Тот повернул свою большую голову и принялся осматривать торфяник. И в это время до нас донесся крик:
– Это здесь! Здесь!
Присутствующие обернулись. Невдалеке на небольшом холмике стояла Софи и махала рукой.
– Я кое-что нашла!
6
Там, где зарыто мертвое человеческое тело, всегда остается след. Вначале над этим местом виднеется небольшой холмик, но вскоре земля начинает медленно проседать, и со временем в месте захоронения образуется небольшая впадина. Растительность тоже может оказаться полезной в деле определения места захоронения. Здесь она непременно будет более пышной, чем та, что вокруг. Вообще-то отличие бывает едва заметным, однако достаточным для знатока.
Софи стояла у насыпи, расположенной в центре глубокой ложбины. Все это находилось в пятидесяти ярдах от дороги. Насыпь поросла болотной травой, спутанной и жесткой, как проволока. Я направился к ней вместе с Терри и Уэйнрайтом. Роупер остался с полицейскими, охраняющими Монка. Нам пришлось обойти заросли утесника и спуститься по склону ложбины. Софи стояла как вкопанная рядом с насыпью, словно боялась, что, если она повернется спиной, это все исчезнет.
– Я думаю, тут может оказаться захоронение, – взволнованно произнесла она, когда мы приблизились.
Софи была права. Здесь действительно могло находиться захоронение. Размеры насыпи – примерно пять футов в длину и два в ширину. Высота составляла дюймов восемнадцать в самом высоком месте. Если бы насыпь была где-нибудь в парке, на плоском участке, то, наверное, как-то там выделялась бы. Но среди поросшего вереском болотистого торфяника было много ложбинок и холмиков. К тому же трава на насыпи ничем не отличалась от растущей вокруг.
– Я сомневаюсь, – проговорил Терри и повернулся к Уэйнрайту – Что вы скажете?
Профессор внимательно оглядел насыпь. Потыкал ее мыском сапога. В таких делах он был не большим специалистом, чем я или Софи.
– Думаю, если мы вознамеримся раскапывать тут каждый холмик, то поиски затянутся надолго.
Щеки Софи порозовели.
– Вы что, считаете меня идиоткой? Стала бы я указывать на первый попавшийся холмик.
– Ну и извольте остаться при своем мнении, – усмехнулся Уэйнрайт. Разумеется, он не собирался прощать ей недавнюю грубость. – А я при своем. Но куда мне до вас. У меня ведь всего лишь тридцатилетний опыт работы археологом.
– У нас нет времени на эту болтовню, – буркнул Терри, собираясь уйти.
– Подожди! – крикнула Софи. – Я, конечно, не обладаю таким колоссальным опытом…
– Тут я с вами согласен, – вставил Уэйнрайт.
– Но хотя бы выслушайте меня. Всего пару минут.
Терри встал с мрачным видом, скрестив руки на груди.
– Хорошо, две минуты.
Софи глубоко вздохнула.
– Идти за Монком не имеет смысла. Захоронение Тины Уильямс оказалось в точности там, где я рассчитывала найти его.
– Теперь легко говорить, когда оно обнаружено, – фыркнул Уэйнрайт.
Она не сводила взгляда с Терри.
– То есть недалеко от тропы, куда относительно легко добраться. И характер местности таков, что если он сошел с тропы, то с высокой степенью вероятности окажется в данном месте.
– И что?
– А то, что Монк ведет нас сам не знает куда.
– Что ты предлагаешь? – хмуро спросил Терри.
– Я надеялась, что он в конце концов что-нибудь вспомнит. Но он, кажется, бредет наугад. Либо действительно все забыл, либо намеренно ведет нас в неверном направлении.
– А может, вы сами действуете наугад? – Уэйнрайт насмешливо улыбнулся. – Я знаком с методикой Уинтропа, на которую вы ссылаетесь, мисс Келлер. Использовал ее в нескольких случаях, но без ощутимых результатов. Ничего в этой методике полезного нет.
– Значит, вы ее неправильно применяли! – бросила Софи и посмотрела на Терри. – Последние несколько дней я хорошо изучила эту тропу и нашла несколько мест, где мог сойти преступник с трупом. Одно место особенно удобно для подобной цели. – Она указала в сторону тропы. – Там есть небольшой уклон, куда удобно свернуть, когда несешь что-либо тяжелое. Вы легко попадаете к участку, заросшему утесником, и дальше в лощину, откуда прямой путь сюда. И вот здесь, как видите, есть насыпь, похожая на захоронение.
Она замолчала, ожидая, что скажет Терри. Но его опередил Уэйнрайт, теперь уже не скрывающий враждебности к Софи:
– Абсурд. Вы выдаете желаемое за действительное.
– Нет, профессор, – резко возразила Софи, – это не абсурд, а всего лишь здравый смысл, которому вы противопоставляете глупое упрямство.
Уэйнрайт, видимо, собирался достойно ответить, но я опередил его:
– По-моему, чем стоять тут и спорить, не лучше ли позвать проводника с собакой ищейкой. Если она что-нибудь учует, можно это место раскопать. В любом случае мы потеряем всего несколько минут.
Софи благодарно улыбнулась мне, а я продолжил, обращаясь к Уэйнрайту:
– Решать вам. Если вы абсолютно уверены, что здесь ничего нет, тогда другое дело.
– Ну что ж, можно проверить, – произнес он таким тоном, словно проверку предложил не я, а он.
Терри внимательно оглядел насыпь, вздохнул и, поднявшись по склону лощины, крикнул Роуперу и остальным:
– Идите сюда! – После чего обратился к Софи – Отойдем на пару слов.
Они заговорили о чем-то, возбужденно жестикулируя. А Уэйнрайт тем временем начал беспокойно передвигаться взад и вперед вдоль насыпи, пробуя ее ногой.
– Вот тут почва определенно мягче, – пробормотал он, достал из кожаной сумки с инструментами раздвижной трубчатый металлический пробник длиной чуть больше ярда и принялся втыкать в насыпь.
– Что вы делаете? – спросил я.
– Сами видите, прощупываю почву, – хмуро ответил он, не отрываясь от своего занятия.
Да, действительно подобным способом можно обнаружить захоронение. Почва на нем податливее, чем вокруг.
– Но вы можете повредить останки, если они там есть.
– А разве не надо помочь поисковой собаке?
И опять он был прав. Сквозь эти дыры собака легче учует газы, образующиеся при разложении. Но дыры можно было бы проделать и не таким варварским способом.
– И все-таки я не думаю, что…
– Благодарю вас, доктор Хантер. Если мне понадобится совет, то я обязательно обращусь к вам.
Уэйнрайт с силой всадил пробник в насыпь. Стиснув зубы, я наблюдал за его работой. Археологи привыкли к пробникам, но криминалистам такая техника часто мешала. Затрудняла определение повреждений, нанесенных жертве до наступления смерти. К ним прибавлялись и те, которые нанес заостренный наконечник металлического пробника. Уэйнрайт знал это не хуже меня.
Но потом это станет моей заботой, а не его.
Подошел Роупер, и Софи с Терри замолчали. Терри направился прямо к Монку.
– Тебе это что-нибудь напоминает? – Он показал на насыпь.
Монк пожал плечами. Его рот по-прежнему кривился в насмешливой улыбке.
– Нет.
– Значит, ты не здесь их зарыл?
– Я же сказал, что это вон там.
– Почему ты вдруг стал таким уверенным? Совсем недавно заявлял, будто не можешь ничего вспомнить.
– Я сказал, что это вон там.
Бородатый охранник хлопнул Монка по плечу.
– Не повышай голос, смехач, тебя и так все хорошо слышат.
– Отвали.
– Хочешь, чтобы я снова надел тебе наручники?
Казалось, Монк вот-вот взорвется, но тут опять ситуацию спасла Софи:
– Не надо беспокоиться, Джером. В тебе никто не сомневается.
На сей раз Терри не стал ее прерывать, и я догадался, что об этом они только что договорились. Монк медленно повернул к ней свою огромную голову. Софи, улыбаясь, смотрела на него.
– Я только прошу тебя подумать кое о чем. Ты ведь зарывал их ночью?
Вопрос риторический. Мало кто из убийц рискнет хоронить свои жертвы средь бела дня. Но адвокат опять возмутился:
– Ты не обязан отвечать на этот вопрос, если не хочешь! Я уже внес ясность, что…
– Заткнись.
Монк даже не взглянул на него. Его мутные глаза-пуговицы зафиксировались на Софи. Через несколько секунд он кивнул:
– Ну да, это всегда происходило ночью.
Я не сообразил, что это означает. Судя по тому, что Софи не сразу ответила, она тоже не совсем понимала.
– Но в темноте все так неопределенно. Когда вспоминаешь об этом позднее, легко ошибиться. Может, ты зарыл одну из них здесь? Или даже обеих?
Монк оглядел насыпь и потер ладонью свой бритый череп.
– Может быть…
На мгновение он показался растерянным, но Терри оборвал его размышления:
– Довольно терять зря время. Ты зарыл их тут? Да или нет?
Монк встрепенулся и резко повернулся к Терри:
– Нет.
– Погоди, Джером… – начала Софи.
– Мы возвращаемся туда, – объявил Терри и стал подниматься по склону лощины.
– Но поисковая собака уже здесь! – воскликнула Софи. – Пусть попробует.
Терри остановился. Я думаю, он не стал бы ее слушать, если бы не Уэйнрайт. Все это время профессор продолжал орудовать пробником.
– Почти закончил, – объявил он, всаживая пробник в последний раз. – Почва ощутимо податлива, но поскольку это торф, то остаются сомнения…
Раздался треск, когда пробник ударил во что-то твердое. Уэйнрайт замер, затем изобразил на лице задумчивое выражение, избегая смотреть на меня.
– Там, кажется, что-то есть.
– Камень? – предположил Терри.
– Вряд ли. – Быстро утверждая контроль за ситуацией, Уэйнрайт поманил проводника с поисковой собакой. – Начните с дыры, которую я только что проделал.
Проводник, молодая рыжеволосая женщина с обветренным бледным лицом, потянула собаку к насыпи.
– Нет! – крикнул Монк, сжимая огромные кулаки. – Это в другом месте.
Терри посмотрел на адвоката.
– Скажите своему клиенту, что, если он снова начнет вмешиваться, я прикажу надеть на него наручники.
Адвокат недовольно кивнул. Но угроза сработала. Монк пару раз обернулся на торфяник и, пробормотав: «Не надо наручников», – разжал кулаки.
Возбужденный спаниель вынюхивал землю вокруг насыпи. В стране работали всего несколько ищеек, натасканных на такие поиски, и я слышал о них только восторженные отзывы. И все же у меня возникли сомнения. Торф затормаживает разложение, а иногда почти останавливает. И как бы ни был чувствителен нюх собаки, она не может почуять того, чего там нет.
Однако уши спаниеля немедленно встали торчком. Завывая от возбуждения, собака принялась рыться в дыре, оставленной пробником Уэйнрайта. Проводник быстро оттащила ее.
– Умница. – Погладив собаку, она посмотрела на Терри. – Двух мнений быть не может. Там что-то есть.
Все затихли. Терри сильно нервничал, я его не осуждал. На него ведь давил такой пресс. Да и карьера во многом зависела от результатов поисков.
– Что вы решили, шеф? – спросил Роупер. Он тоже заметно посерьезнел.
– Давайте посмотрим, – пробормотал Терри.
Уэйнрайт хлопнул в ладоши, похоже, забыв о своем недавнем скептицизме.
– Правильно, давайте посмотрим, что тут есть.
Один из криминалистов принес сумку с кирками, лопатками и другим шанцевым инструментом, с лязгом вывалив их на мокрую траву. Уэйнрайт расстегнул свою сумку и вытащил лопатку. Я вызвался помогать, но профессор холодно промолвил:
– О, не стоит беспокоиться. Если понадобится помощь, я дам вам знать.
Слово «помощь» прозвучало в пренебрежительно-оскорбительном смысле. Профессор неожиданно заявил права собственности на эту насыпь, когда сообразил, что там можно кое-что найти. Если это действительно окажется захоронением близнецов Беннетт, то все заслуги он припишет себе.
Остальные молча наблюдали за Уэйнрайтом. Как он, орудуя лопаткой, роет вокруг насыпи узкую, так называемую разведочную траншею. Ее всегда роют перед разрытием потенциального захоронения. Это позволяет понять, с чем мы имеем дело, увидеть, как расположены останки, на какой глубине…
Уэйнрайт методично втыкал в землю лезвие лопатки, приподнимая аккуратные пласты дерна.
– Торф, конечно, нарушил равновесие. Но тут явно что-то происходило.
Я покосился на Монка. Он молча наблюдал за происходящим. Наконец был поднят последний кусок дерна. Уэйнрайт принялся расширять траншею. Он углубился в мокром волокнистом торфе примерно на фут и остановился.
– Подайте мне совок.
Просьба, произнесенная повелительным тоном, не была обращена ни к кому конкретно, но я стоял ближе всех и передал ему совок. Профессор присел на корточки, соскребая торф с какой-то находки.
– Что это? – спросил Терри.
Уэйнрайт вгляделся.
– Не знаю. Возможно…
– Кость, – сказал я.
Предмет в руках профессора разглядеть было трудно, но у меня имелось достаточно опыта, чтобы отличить кость от камня или высохшего древесного корня.
– Человеческая? – уточнила Софи.
– Пока определить не могу. Плохо видно.
– Разумеется, это кость, – проговорил Уэйнрайт, недовольный тем, что я вмешался, и продолжил работать совком.
Терри напряженно стоял, глубоко засунув руки в карманы куртки. Сзади него Роупер пожевывал губу. А Монку вообще происходящее у насыпи было безразлично. Он смотрел в простиравшийся сзади торфяник.
– Я что-то нащупал, – произнес Уэйнрайт. – Кажется, ткань. Неужели одежда? Нет-нет, подождите, это… – Он наклонился, заслоняя собой находку. – Это мех.
– Мех? – Терри поспешил к нему.
Уэйнрайт сделал широкую выемку в торфе.
– Да, мех! Это какое-то животное.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?