Текст книги "Путеводная звезда"
![](/books_files/covers/thumbs_240/putevodnaya-zvezda-259813.jpg)
Автор книги: Сборник
Жанр: Научная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Воронин на всякий случай достал ружье, зарядил его и зашагал в направлении запаха, мимоходом приметив пару ориентиров.
Идти пришлось недолго. Вскоре к запаху гари добавился треск огня, а в просветах между стволами сосен и елей уже виднелись оранжевые отблески. Виктор взял ружье на изготовку и, тихо ступая, приблизился к прогалине. Сразу выходить не стал, а осторожно выглянул в щель между двух деревьев и…
– Твою мать! ― потрясенно вырвалось у него.
* * * *
Прогалина, собственно, не была прогалиной. Было бы слово «проломина», ее следовало бы назвать именно так. Что-то большое, железное и уродливое рухнуло сверху, сломало несколько деревьев, а теперь пылающей грудой обломков лежало среди поваленных стволов и веток. У Аши при виде этого зрелища шерсть встала дыбом. Первым ее желанием было ― сбежать. Ни от двуногих, ни от их железных штуковин, ни от огня ничего хорошего ждать не приходилось. Не будь Аша столь голодна, она бы, пожалуй, так и сделала, но сейчас… Страх отступал, а запах паленого мяса, явственно исходящий от горящей груды железа, делал стареющую хищницу смелой почти до безумия. Ей еще ни разу не доводилось пробовать плоти двуногих ― хватало здравого смысла держаться от них подальше. Но тут они были мертвы и ничем не могли помешать Аше. И охотиться не надо: даже один взрослый двуногий ― это довольно много мяса.
Оскалившись и осторожно ступая мягкими лапами, рысь медленно приблизилась к обломкам. Где-то там были тела. Несколько, она чуяла. Если удастся выдернуть хотя бы одно…
И тут впереди грохнуло, пламя взметнулось высоко вверх, и Аша, утробно мяукнув от ужаса, метнулась прочь. Отбежала, впрочем, недалеко ― голод удержал. Тела оставались там, среди железа, но ярящееся пламя не позволяло к ним подобраться. Однако Аша чуяла и кое-что еще. Запах двуногого, смешанный с запахом крови. След, ведущий прочь от «проломины». Двуногий. Живой, но раненый, а значит, слабый. Добыча. Какое-то время Аша колебалась ― помнила гремящие железки двуногих. Но если Аша в ближайшее время не поест, ее тоже ждет смерть, только медленная.
Рысь тихо зарычала, оскалив желтеющие клыки, и пошла по следу.
* * * *
Это был жуткий путь. К дикой боли в ноге, ушибленным ребрам и плечу добавилась рана на руке, которую Лариса поначалу не заметила. Теперь эта рана здорово саднила и неостановимо кровоточила. Лариса попыталась было перевязать ее, оторвав часть рукава своей блузки, но даже на это ей не хватило сил, плюс раненая рука была правая, а левой Голубева работала не очень ловко. С кровью уходили силы, которых и так-то было не шибко много. К тому же Ларису все больше охватывал страх ― она понимала, что оставляет кровавый след, и достаточно внимательный преследователь сможет ее по нему отыскать.
Несколько раз из глаз Голубевой начинали течь слезы боли, отчаяния и бессилия, хотелось просто лечь и вырубиться, а там будь что будет. Но Ларису останавливало воспоминание о летчике Мересьеве, книжку о котором она прочитала в школе и очень долго ходила под впечатлением. Нетипично для современности, но школьный кумир шел с Голубевой через всю жизнь. И сейчас она тоже вспомнила о нем. Мересьеву было намного хуже, чем ей, но он не сдался и победил. Значит, и она сможет. Лариса считала себя довольно-таки спортивной девушкой, но сейчас силы у нее заканчивались пугающе быстро и приходилось часто отдыхать. С каждым разом снова пускаться в путь стоило ей все больших усилий, как физических, так и волевых. Найти бы убежище, где худо-бедно можно схорониться, но пока ничего подходящего на глаза не попадалось. В довершение всех бед начал всерьез заедать таежный гнус, а никакого средства против насекомых-кровососов у Ларисы, разумеется, не было. «Я в аду!» ― порой думала Голубева, но старалась поскорее отгонять эти мысли, которые отнимали последние силы.
На торчащую из земли глыбу гранита Голубева практически наткнулась, поскольку ползла, глядя в землю прямо перед собой. Теперь же, подняв голову и оглядев глыбу, Лариса слегка приободрилась: глыба, скорее, напоминала небольшую скалу и торчала из земли под острым углом. А под наклонной ее стороной образовалось что-то вроде маленькой пещеры, в которой можно было укрыться.
«Ну же, давай, давай! ― уговаривала себя Голубева. ― Совсем чуть-чуть осталось и сможешь передохнуть». Правда, ей сейчас каждый метр давался отчаянными усилиями, но близость глыбы немного поднимала дух. Конечно, она не была ни спасением, ни даже полноценным убежищем. Просто вехой, до которой Лариса заставила себя двигаться. А что дальше… она просто не знала. Об этом можно подумать потом. Так, еще… еще, преодолеть кочку, сжать зубы, чтобы не вскрикнуть от боли в сломанной ноге… и коснуться, наконец, глыбы. Теперь надо снова собираться с духом, чтобы совершить еще один рывок и обогнуть глыбу… Она только немного отдохнет, посидит, прислонившись спиной к камню, ладно? Совсем немного…
А в следующее мгновение Лариса замерла, ощутив на себе чей-то взгляд. Осторожно повернула голову и едва сдержала крик ужаса: с расстояния нескольких метров на нее, пылая янтарным, смотрели глаза крупной рыси. Голубева читала, что обычно эти кошки на людей не нападают, но если и так, то эта, похоже, была не в курсе: хищница медленно приближалась, вся напружиненная и готовая к прыжку.
Несколько мгновений панического ужаса, а потом рука Ларисы непослушными от усталости и страха пальцами расстегнула молнию на барсетке и вытащила оттуда миниатюрный электрошокер. Рысь между тем приблизилась еще на пару шагов. Еще чуть-чуть ― и она выйдет на расстояние прыжка. Голубева понимала, что шансов у нее немного: вымотанная, со сломанной ногой против двадцатикилограммовой хищницы, а единственное оружие ― шокер ― так себе аргумент. И все же Лариса нажала на кнопку. Треск разрядов шокера заставил рысь вздрогнуть и остановиться. Хищница оскалилась, обнажив устрашающие клыки, и глухо зарычала: очевидно, этот звук ей не нравился. Голубева продолжала давить на кнопку, не останавливаясь, а рысь, немного поколебавшись, начала обходить ее по кругу: похоже, отказываться от добычи она не собиралась. С отчаянием Лариса подумала, что это конец ― вопрос времени, когда рысь преодолеет свой страх и бросится на нее.
Она сначала не поняла, что случилось: что-то затрещало в густом ельнике неподалеку, рысь вздрогнула и посмотрела в направлении шума. А следом за ней повернула голову и Лариса. И вскрикнула: из зарослей на поляну шагнул мужчина. Вооруженный.
* * * *
В том, что выживших там остаться не могло, сомнений не оставалось: обломки вертолета напоминали адскую жаровню. Языки пламени вздымались на несколько метров. Нет, кто бы ни летел в упавшей машине, мир его праху. И приближаться к огню Виктор не собирался: ну его нафиг, вдруг дополнительные баки взорвутся. Подумал и сам же мрачно усмехнулся: «Ты зачем сюда приперся, дружок? Жизнь опротивела? Так в чем же дело?» Умирать да, но не так же! Нелепо как-то. «А в смерти в принципе немного смысла, ― тут же возразил он сам себе. ― Вот в жизни его еще можно поискать…» Однако Воронин тут же шикнул на обоих спорщиков в своей голове: за последние месяцы он уже понял, что эта дискуссия может быть бесконечной. И, вместо того чтобы продолжать спор, он огляделся. Уже, скорее, для очистки совести, чтобы убедить себя в том, что сделать ничего нельзя, и спокойно уйти отсюда.
Но тут его взгляд наткнулся на пятна крови на сломанной ветке совсем недалеко от его ног… А вон еще на траве. И еще… И след из примятой травы и борозды в земле, словно кто-то полз по-пластунски. Ого! А ведь, похоже, есть выживший! По всей видимости, кого-то выбросило из падающего вертолета и этот кто-то остался жив. Ранен, но жив. Несколько мгновений колебаний ― и Виктор решительно зашагал по следу.
Он, конечно, сильно сомневался, что выживший при катастрофе сможет уйти далеко ползком, но невольно ускорял и ускорял шаг. Что-то внутри подсказывало Виктору, что тут можно и опоздать. А вскоре он услышал треск разрядов электрошокера и вовсе перешел на бег, стараясь, впрочем, особо не шуметь. Выживший действительно ушел недалеко ― звуки доносились с ближайшей же прогалины. Виктор так спешил, что все соображения насчет подкрасться и осторожно выглянуть вышибло из его головы страхом опоздать. Поэтому на прогалину он буквально вылетел на полном ходу, застав там жутковатую сцену: к здоровенной глыбе гранита тяжело привалилась спиной, сидя на земле, рыжеволосая молодая женщина, одежда которой для хождения по тайге категорически не годилась. Левая нога ее находилась в несколько неестественном положении, что наводило на неприятные мысли о переломе, а правая рука была вся в крови. В левой же она держала электрошокер и непрерывно жала на кнопку. Треск разрядов, видимо, и держал пока на дистанции подбирающуюся к женщине крупную рысь, которая, впрочем, все равно была настроена нападать.
Виктор поднял ружье, но рысь повернулась и взглянула на него. Палец Воронина замер на спусковом крючке в необъяснимом промедлении. Несколько секунд человек и зверь смотрели друг на друга, а потом рысь метнулась прочь и скрылась в зарослях.
Виктор подбежал к женщине, которая продолжала держать шокер перед собой, а в глазах ее по-прежнему плескался нешуточный страх.
– Не бойтесь, я хочу вам помочь, ― максимально доброжелательным тоном произнес Воронин. ― Я не причиню вам зла.
Рука незнакомки с шокером задрожала.
– Кто вы?..
– Охотник. Наткнулся на место катастрофы вертолета, увидел ваш след, подумал, что, наверное, нужна помощь, и поспешил сюда. Хорошо, что успел.
– Слава богу! ― едва слышно прошептала незнакомка и потеряла сознание.
* * * *
Когда Лариса пришла в себя, то обнаружила, что на сломанную ногу довольно аккуратно наложена импровизированная шина из толстой прямой ветки, рана на руке забинтована, и даже боль несколько отпустила.
Незнакомец поднес к ее губам пластиковую кружку с горячим чаем.
– Выпейте, вам это сейчас нужно.
Лариса с благодарностью приняла кружку, в три больших глотка выпила чай и, только ощутив, как по телу разливается блаженное тепло, поняла насколько замерзла: сентябрь в Красноярском крае выдался нежарким.
– Спасибо! Вы меня прямо дважды спасли! Даже нога меньше болит.
Он покачал головой:
– Не обольщайтесь: там все серьезно, перелом. Я вам просто обезболивающее вколол. И противостолбнячное.
– Круто! ― восхитилась Лариса. ― Вы что, врач?
– Нет, говорю же, охотник, ― с легкой улыбкой ответил он. ― Просто в свое время прошел курсы первой помощи и закупил кое-что: на охоте в тайге всякое бывает. Кстати, я Виктор.
– Лариса, ― представилась Голубева, украдкой разглядывая своего спасителя. ― Как мне повезло, что нашли меня именно вы!
– А что, были варианты?
– Были. ― Она помрачнела. ― Скажите, Виктор, у вас есть какой-нибудь транспорт?
– Нет. Я приехал на автобусе. Попросил водителя высадить на повороте трассы.
– А как же вы собираетесь возвращаться? ― удивилась Голубева.
– Хм… ― он отвел глаза, ― ну… я тут надолго.
Ларисе его колебания и уклончивость показались странными, но она предпочла не заострять на этом внимание. Пока.
– Вы зря ушли от вертолета, ― заметил Виктор. ― Авиакатастрофа ― не мелочь. Выживших наверняка будут искать спасатели.
Теперь заколебалась уже Лариса: сколько можно сказать новому знакомому? Даже если ее страхи ― не паранойя и чистильщики существуют, вряд ли Виктор из их числа: у него была куча возможностей убить ее или даже просто ― не спасать, в этом случае всю грязную работу сделала бы оголодавшая рысь, и комар носа не подточит. Но все равно он какой-то странный. Может, маньяк, который живет где-нибудь поблизости в уединенной сторожке? Ага, маньяк, который спасает упавших с неба девиц, чтобы зверски замучить в своем мрачном логове?
– Просто поверьте мне: туда лучше не возвращаться.
Виктор посмотрел на нее с удивлением, но комментировать не стал.
– Тогда так, ― подумав, произнес он, ― я тут из ветки с рогулькой соорудил вам что-то вроде костыля. Попробуем выйти к трассе. Я помогу, будете опираться на меня. Тут далековато, но что делать. Будем попутку ловить ― вам в больницу надо.
– А вы позвонить не можете? Тем же спасателям.
– Увы. ― Он с немного виноватой улыбкой развел руками. ― Я когда в лес иду, телефон с собой не беру. Толку-то от него тут ― все равно нет связи, на многие километры вокруг ни одной вышки.
Лариса ошеломленно замолчала, проглотив просящееся на язык возражение. По большому счету, ее спаситель был прав. Хотя все равно странно. Веселая у них парочка, право слово: одна, опасаясь, возможно, несуществующих чистильщиков, отказывается ждать спасателей у места катастрофы, другой поперся в тайгу без средств связи и транспорта для возвращения, типа крутой выживальщик! Экстремалы, блин!
Тут она поняла, что Виктор уже некоторое время смотрит на нее.
– Лариса, давайте попробуем встать. Надо идти.
* * * *
Двуногие. Двое. Один с гремящей железкой. Если бы он не промедлил, лежать бы Аше сейчас мертвой. В былые, более сытые времена ей хватило бы и меньшего, чтобы сбежать отсюда подальше и поискать более легкой добычи. Но голод… Голод! Сейчас он казался ей страшнее, чем все двуногие на свете. И потом, двуногий с гремящей железкой убил Маха. Не этот двуногий и давно уже, но… Аша представила, как раздирает его когтями, как впивается зубами в его плоть… Да, это будет хорошо: еда и месть! И рысь снова двинулась по следу двуногих.
* * * *
Поначалу получалось неловко, но постепенно они приноровились. Виктор медленно шагал, приобнимая Ларису за талию, а ее правая рука лежала на его плече. Но женщина не висела на нем полностью: импровизированный костыль давал какую-никакую опору, и они медленно, но стабильно перемещались. Вот ведь, не зря приметы и направление запоминал! Пригодилось. К своему замыслу Виктор сможет вернуться и позже, а сейчас у него есть важное дело ― помочь Ларисе добраться до цивилизации. Интересно, кстати, почему она не хочет возвращаться к месту крушения вертолета? Боится чего-то? Чего? Может, вертолет не просто так упал? Кто в нем летел? И кто такая его временная спутница?
Воронин с удивлением почувствовал, что заинтригован. Когда последний раз что-то вызывало в нем живой интерес? Виктор уже и не помнил. Лейтмотивом его жизни стала унылая и беспросветная рутина. А тут вдруг ― на тебе, приключение на флажке. Это «на флажке» вызвало на его лице мрачную усмешку, и Лариса ее заметила.
– Что с вами случилось, Виктор?
– В смысле?
– Ну, у меня ощущение, что на вас что-то давит со страшной силой и почти уже раздавило. Поделитесь со мной, может, легче станет.
Воронин еще раз усмехнулся.
– Хотите поговорить об этом? Вы кто, Лариса, психолог?
Пришла ее очередь усмехаться.
– Почти. Журналист. «Красноярский регион».
– Это же общеполитическое издание, нет? ― удивился Виктор. ― И какую политику вы искали посреди тайги? Только не говорите, что вы тут не по работе, не поверю.
– А вы ловко тему сменили! ― Лариса улыбнулась. ― Ладно, баш на баш: я вам свою историю, вы мне ― свою.
– Договорились. Только вы прогадали на этом обмене ― моя история сто пудов скучнее. Так что начнем с вас.
* * * *
― Ого! ― воскликнул Воронин, когда его спутница закончила рассказ. ― Неслабо! Думаете, за вами и впрямь охотятся?
– Честно, не знаю. Но губернаторские вертолеты просто так не падают. Особенно если губернатор такой, как наш… был. Я бы ничему не удивилась.
– М-да, весело, ― задумчиво произнес Виктор. ― Пожалуй, вы правы: к месту катастрофы лучше не соваться. В этом случае лучше перебдеть.
Какое-то время они шагали молча.
– Ну, чего затихли? Ваша очередь.
– Хм… ― Воронин смутился. ― Вы правда хотите это услышать? Это очень унылая повесть.
– Да ладно, не отмазывайтесь! Мы договорились, помните?
Виктор вздохнул:
– Ну ладно. Я…
Он вдруг осекся и замер, глядя куда-то за спину Ларисе.
– Что там? ― испугалась она.
– Повернитесь, только медленно и не дергайтесь.
Она послушалась и, повернувшись, зажала рот ладонью, чтобы не вскрикнуть.
– Это…
– Рысь, да. Она идет за нами.
– Но они же обычно…
– Так не делают, верно. Но эта старовата, охотиться ей стало тяжело. И зверски голодна. Такие могут позариться на человечину. С отчаяния. В чем-то я ее понимаю…
– В смысле?
– Давайте так. Я вам все расскажу, правда. Но потом. Потому что сейчас нам нельзя терять бдительности: рысь может напасть в любой момент. Лады?
Лариса кивнула.
– Только скажите: почему вы не пристрелили ее там, у камня? Ведь у вас была такая возможность.
– Чтоб я знал…
* * * *
Виктор почувствовал, что начинает уставать. Подпорка подпоркой, но в основном вес Ларисы ложился на него. Да и идти было непросто: под ногами проминающийся мох, кочки, бурелом, на прогалинах ― еще и высокая трава. Плюс густой подлесок, который в основном они старались обходить, но где-то приходилось и продираться. Ружье приходилось держать в правой руке, причем так, чтобы в случае чего быстро им воспользоваться, хотя Виктор вовсе не был уверен, что сумеет попасть в атакующую хищницу с одной руки. И не упускать из виду рысь. Она, впрочем, шла за ними, не особо и скрываясь. В зарослях, конечно, и, для того чтобы прицельно в нее выстрелить, Воронину пришлось бы перестать поддерживать Ларису. Но рысь, если что, успеет скрыться, к гадалке не ходи. Виктор даже сейчас не мог себе объяснить, почему не пристрелил тогда рысь. В этой одинокой стареющей охотнице-неудачнице было что-то сродни ему. Но это он сейчас так думал, по прошествии времени, а там, у камня? Что остановило его палец на спусковом крючке? Ответа не было.
Было прохладно, но Виктор обливался по́том. Если пот затечет в глаза, будет совсем плохо. Воронин неловко вытер лоб запястьем вооруженной руки. Шагали они уже довольно долго, и им обоим не помешал бы привал. Конечно, не обязательно, что за Ларисой и впрямь кто-то охотится, но если так, любая задержка могла им выйти боком. Он скосил глаза на спутницу. Ей, похоже, было больно, но она прикусила губу и терпела, не жаловалась. Стало быть, ему-то и подавно нельзя проявлять слабость. Вот она, перемена в жизни, которой он ждал! Именно потеря смысла и цели подкосила его, выбила почву из-под ног. В каждодневной рутине нет того, за что можно цепляться, стимула продолжать барахтаться. А вот сейчас, несмотря на усталость и реальную опасность, ему есть за что бороться. Лариса. Он отвечает за нее. Лариса рассказала ему про Мересьева, о котором думала, оказавшись на грани жизни и смерти, и не сдалась, так неужели же сдастся он? Это просто стыдно, в конце концов! Виктор почувствовал себя слабаком и на несколько секунд ощутил волну презрения к себе. Презрения, а не жалости. Разнылся тут! Да, жизнь у него не сахар, но сдаваться, ставить на себе крест… Нет, только не теперь, после встречи с ней. Что бы там ни было в его прошлой жизни, «уйти в тайгу и умереть» с повестки дня снимается. Даже потом, когда Виктор доведет Ларису до шоссе и сдаст с рук на руки медикам, он больше никогда белого флага капитуляции не выбросит. И ей не скажет, что сделать собирался, ― просто язык не повернется.
Очередные капли пота добежали до бровей, и Виктор почти успел стереть их, но до левого глаза капля таки добралась. Жжение в глазу заставило его зажмуриться, и тут Воронин почувствовал, как напряглась рука Ларисы, обнимающая его за плечи, а в следующий миг девушка приглушенно охнула. Виктор открыл правый глаз… и ошеломленно замер: из зарослей навстречу выступил мужчина лет сорока в камуфляже и берцах. Надежда, что это какой-нибудь случайный встречный или спасатель, прожила ровно до того мгновения, как взгляд зацепился за пистолет с глушителем в его руке. Вот и чистильщик…
– Руку… ― едва слышно шепнул Воронин, и Лариса поняла ― убрала руку с его плеч.
Мгновение ― и он шагнул вперед, закрывая девушку собой и поднимая ружье. Но незнакомец был быстрее: негромкий хлопок ― и жгучая боль пронзила правое плечо Воронина. Ружье выпало из враз ослабевших пальцев.
«Всё», ― успел в отчаянии подумать Виктор, когда на прогалину метнулась серая тень.
* * * *
Третий двуногий… И то, что у него в руках, подозрительно напоминало гремящую железку. Необычную, но все же… Аша замерла. «Бежать! Бежать немедленно!» ― требовал инстинкт, но хищница его уже не слушала. Слишком долго она шла за этими двуногими, чтобы сдаться сейчас и начинать искать какую-то другую добычу ― у нее просто сил не хватит. Нет, она не уйдет. Сомнение было лишь одно ― на кого броситься? Новый двуногий снял этот вопрос, выстрелив в того, что был с самкой. Значит, первые двое не опасны, а вот третий…
Последняя мысль оборвалась, когда Аша прыгнула на спину стрелявшему. Думать больше некогда ― рвать, рвать!
* * * *
Второй раз выстрелить незнакомец не успел ― его свалила с ног рысь. Прыгнула грамотно ― со спины. Атакуй она спереди, киллер мог бы в борьбе выстрелить в упор. Но рысь знала, что делала. Двадцатикилограммовая масса атакующей кошки вкупе с энергией прыжка сбила его с ног, и он рухнул ничком в мох. А в следующее мгновение клыки рыси впились в его шею, челюсти сжались в мертвой хватке. Вот теперь всё.
Виктор осторожно присел и, не обращая внимания на боль в раненом плече, подобрал ружье левой рукой. Коротко оглянулся на Ларису. Та, бледная как смерть, тяжело опиралась на ближайшую сосну. Повернувшись к хищнице и не сводя с нее глаз, Виктор попятился к Ларисе. Рысь подняла окровавленную морду и посмотрела на него. Воронин поднял ружье стволом вверх, демонстрируя мирные намерения и надеясь, что рысь это как-то поймет.
– Мы уходим, ― зачем-то сказал он, чувствуя себя довольно глупо. ― Это твоя добыча.
Но рысь, казалось, поняла и вернулась к трапезе.
* * * *
К счастью, приметы и направление Виктор запомнил хорошо. Да и компас выручил. И все же, когда они доковыляли до шоссе, перед глазами Воронина уже плыли цветные круги. Усталость была дикая. Лариса кое-как перевязала его рану, но крови он все равно успел потерять изрядно, да и плечо горело огнем. Воронин держался на морально-волевых и на том, что смотрел на свою спутницу. Бледная, вся в испарине и с лицом, представляющим собой маску боли, она, казалось, готова была упасть. Значит, он должен держаться. Ради нее.
– Лариса… ― тихо позвал Виктор и встретил ее туманящийся измученный взгляд. Постарался улыбнуться. ― Все будет хорошо. Обещаю.
Последние его слова заглушил приближающийся шум мотора. Судя по звуку, ехал автобус.
* * * *
― Шеф, я все объясню! ― пролепетала Энджи, вся сжавшись. Ощущение своей высшей правоты, по идее, должно было помогать ей, но на деле… Как-никак нарушила она не один строгий параграф правил. Да, ради благой цели, но все же, все же… ― Купа только не наказывайте, это я на него надавила…
Шеф смотрел на нее задумчиво, но по лицу его невозможно было ничего прочесть.
– Шеф…
Он поднял руку, останавливая Энджи:
– Не надо ничего объяснять. Только скажи, ты правда думала, что я ничего не узнаю? ― Смущенно опущенный взор Энджи был исчерпывающим ответом. Шеф хмыкнул и продолжал официальным тоном: ― Ладно, давай по порядку. Во-первых, сотрудники департамента хранителей не имеют права лезть в дела департамента сплетения судеб и тем более ― давать прямые указания его сотрудникам, таким как упомянутый херувим второго ранга Купидон. Во-вторых, воздействия такого типа, связывающие воедино судьбы двух разных людей, производятся строго с санкции руководства департамента сплетения судеб. В-третьих, указанное воздействие привело к тому, что твой объект-подопечный, отправившись спасать незнакомую ему женщину, едва не погиб. В-четвертых, твое прямое вмешательство-воздействие на хищное животное привело к негативному эффекту высшего уровня ― убийству человека.
Каждая фраза шефа, казалось, вешала на плечи Энджи по пудовой гире. Под конец речи она выглядела совершенно несчастной и все же попыталась возразить:
– Шеф, убитый рысью человек… ― Но ее вновь остановила поднятая рука.
– Я еще не закончил. Обстоятельства были чрезвычайные, что следует принять во внимание. Хранитель Гард, курировавший эту женщину, выбыл из строя на неопределенный срок в результате вмешательства противоположной стороны, что дало нам право на симметричный ответ. На следующей встрече сторон я именно так и представлю смерть киллера. Далее. Аналитические выкладки департамента предсказаний однозначно указывают на то, что твой объект-подопечный шел в тайгу умирать. В результате же твоего… гм… столь авантюрного вмешательства такие мысли его покинули, а это однозначный плюс. Посовещавшись с главой департамента сплетения судеб, я выяснил, что встреча этих двух объектов не противоречит Высшему Промыслу, а стало быть, ваше с Купидоном вмешательство признано оправданным и благим. Ну а кроме того, вся история закончилась благополучно. Я проанализировал твои действия и пришел к выводу, что ты продемонстрировала стрессоустойчивость, способности к импровизации в экстремальных обстоятельствах, организаторские способности и талант кризисного менеджера. В общем, поздравляю с повышением: ты назначаешься куратором российского сектора департамента хранителей.
Энджи застыла. Новость была воистину ошеломляющая.
– Благодарю вас, шеф, ― наконец подобрала слова Энджи. ― Это большая честь для меня… А можно оставить в моем ведении Виктора Воронина?
Шеф покачал головой.
– Боюсь, с твоими новыми обязанностями у тебя на это не будет времени. Но не беспокойся: к нам тут молодое пополнение прибыло, найдется, кем тебя заменить. И потом, есть мнение, что с твоим подопечным теперь все будет хорошо. ― И шеф залихватски подмигнул Энджи.
* * * *
― Алло?
– Привет, Виктор, это Лариса. Хотела сказать, что меня сегодня выписывают из больницы.
– О, это отличная новость! Очень рад за вас, Лариса!
– Предлагаю это отметить. Надеюсь, вы вечером свободны?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?