Текст книги "Военный прогресс: социально-философский анализ"
![](/books_files/covers/thumbs_240/voennyy-progress-socialno-filosofskiy-analiz-233494.jpg)
Автор книги: Сергей Максимов
Жанр: Прочая образовательная литература, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Согласно марксистской точке зрения, способ производства не является единственным фактором, обусловливающим прогресс. Развитие, изменение способа производства есть база, определяющая прогресс общества. Но неверно сводить все только к технике: главной движущей силой исторического развития марксистской теории, выделив шесть ее основных постулатов: 1) единство исторического процесса и неизбежность прогресса; 2) объективность процесса, его независимость от воли и сознания людей; 3) стадиальность этого процесса, прохождение человечеством в целом ряда «научно» установленных стадий (формаций); 4) экономоцентризм, представление о производительных силах и производственных отношениях как о движущих силах прогресса и факторах, определяющих все остальные проявления нашей жизни; 5) классовый подход к анализу всех послепервобытных обществ, преимущественное внимание к проблемам эксплуатации и любым формам протеста; 6) насилие как основной метод решения социальных проблем и основной механизм прогрессивного развития. Все эти элементы влияют и на протекание военного прогресса.
Анализ указанных работ и статей дает основание сделать следующие выводы:
1. Если проблемы, связанные с понятием «прогресс» в значительной степени поставлены и предложены пути их решения в современных условиях, то сущность военного прогресса в свете глобальных изменений последних десятилетий изучена недостаточно.
2. Неоднозначность протекания глобализационных процессов, с одной стороны, и возрастание проблемности понятий «прогресс» и «регресс» в свете решения проблем гуманизации и гуманитаризации общества, с другой, предполагает более пристальное внимание именно к проблемам, связанным с социальным прогрессом вообще и военным, в частности.
3. Требуется конкретизация и классификация проблем, связанных с военным прогрессом для более четкого определения дальнейших путей развития мирового сообщества в условиях усиливающихся универсалист-ских тенденций, в первую очередь глобализации, что приводит к игнорированию социокультурной самодостаточности субъектов мирового сообщества и росту военной угрозы.
4. Имеет место определенная недостаточность комплексных исследований, посвященных философскому рассмотрению глубинного взаимовлияния социального, научно-технического и военного прогресса, так как в исследованиях нередко проявляется отсутствие системного подхода, а также заметно одностороннее освещение идеологического фундамента конкретного типа общества.
Можно сделать вывод, что социально-философские аспекты военного прогресса пока не освещены в достаточной мере.
Концепции социальных изменений имеют различные формы, но в общем они также стремятся доказать, что исторические преобразования не имеют общей поступательной характеристики.
Обобщая основные подходы к определению военного прогресса, можно сделать вывод, что военный прогресс является важной и актуальной социально-философской проблемой, решение которой обеспечивает должный уровень защищенности от внутренних и внешних угроз личности, общества и государства. Кроме того, военный прогресс обладает важным праксиологическим качеством и имеет тесную связь с общечеловеческим прогрессом и общественной практикой.
Таким образом, можно заключить, что военный прогресс – это такой способ обеспечения устойчивого развития общества в условиях внешних угроз, когда они нейтрализуются военными средствами.
Существует зависимость между нарастанием военных угроз и характером военного прогресса: определенность военных угроз должна быть адекватна определенности военного прогресса, способная в необходимой мере предупредить наступление военного конфликта.
1.2. Основные типы военного прогресса
В процессе раскрытия содержания понятия «военный прогресс», выявляется специфика западной и отечественной традиции, в соответствии с концепцией о двух типах обществ: потребления и созидания. В каждом отдельном случае параметры военного прогресса задаются содержательно, посредством господствующих форм опыта и знания, получаемого на основе этого опыта, и адекватных стандартов естественности, социальности. Поэтому специфика общества определяется посредством различения стандартов естественности, духовного опыта и традиций познания.
Сущностные характеристики науки в их глубоком, категориальном выражении до сих пор не были актуализированы под специальные и масштабные исследования современных проблем философии науки.
Исследование военного прогресса имеет, на наш взгляд, две слабые стороны:
1) во-первых, они (представления) длительное время были подчинены концептуально-идеологическому противостоянию материализма идеализму и потому значительно упрощали (уводили в сторону от строгой теории) исследовательскую ситуацию в области философии науки. И этот груз теоретического прошлого сказывается на современном мышлении;
2) во-вторых, в силу стремительно усложняющихся социокультурных параметров современной науки на первый план в качестве «инновационных» предметных областей исследования вышли науковедение и методология науки. И несмотря на то, что в действительности науковедение и методология науки соответствуют всего лишь уровню бытия и уровню существования науки, они все же подменили собой подлинно философский уровень исследования науки, хотя в определенной мере и были связаны с ним»2525
Князев Н.А. Философские основы проектного анализа науки // Теория и история. 2004. № 3. С. 141
[Закрыть].
Теоретические философские ошибки этих концепций кроются в идеализме и метафизике. Они не рассматривает материальных основ общества, не исходят из объективных исторических законов, не анализирую существо социальных отношений. Те допущения прогресса, которые касаются каких-то периодов цивилизаций или отдельных общественных явлений сводятся ими, как правило, к развитию духовных явлений. А. Тойнби, например, в основу развития цивилизации кладет религию. Движущей силой общества не признается производственная и революционная практика народных масс. Гносеологические ошибки в такой трактовке человеческой истории заключены в непонимании диалектической связи особенного и общего в историческом развитии, в абсолютизировании специфического, свойственного отдельным народам2626
Николаева Л.В. Типы социального прогресса. М.: Издательство Московского университета, 1967. С. 19–20.
[Закрыть]. Естественно, что военный прогресс требует особого методологического подхода.
Для понимания сущности военной стратегии можно выделить по крайней мере два типа общества, различая традиционный и техногенный типы общества. Такое понимание оснований типов общества предполагает целый ряд следствий:
1) в той мере, в какой биологические программы не отделимы от надбиологических, тип общества невозможно произвольно изменить;
2) чем более существенную роль в жизнедеятельности общества играют биологические программы, тем более консервативным оказывается общество и тип этого общества нельзя изменить, не спровоцировав переход его от состояния нормы в вырожденное состояние;
3) чем более существенную роль в жизнедеятельности общества играют надбиологические программы, тем более чуждо оно консервативности. И попытки реализовать в нем программы консерватизма в политической и других сферах жизнедеятельности не могут спровоцировать в нем переход от состояния нормы к вырожденному состоянию общества;
4) единство биологических и надбиологических программ не может не повлечь за собой социализации биологических программ, в свою очередь надбиологические программы не могут избежать влияния со стороны реализации биологических программ;
5) в случае, когда в совокупности программ жизнедеятельности общества доминируют надбиологические программы, влияние биологических программ на надбиологические минимизируется. В жизнедеятельности общества становится все более заметной тенденция обособления двух типов программ друг от друга;
6) когда в совокупности программ жизнедеятельности общества доминируют биологические, социализированные программы, становится заметной тенденция укрепления связи и биологических, и надбиологических программ;
7) две противоположные друг другу тенденции предполагают свои стандарты естественности: соответственно в плане первой тенденции – естественное право и естественное состояние в гоббсовском смысле – состояние вражды, война всех против всех, а в плане второй тенденции – любовь к ближнему своему, добродетельное состояние общества.
Тем не менее через идеи западников в общество созидания были привнесены основания ценностной духовности либерального и консервативного содержания. Славянофильская же аргументация об особенностях русского прогресса вообще и военного, в частности, далеко не всегда достигала цели.
Оптимальный уровень военного прогресса связан с необходимостью выработки системы правовых норм, которая предохраняла мировое сообщество от глобальных войн. Тем не менее, даже неукоснительное соблюдение всех норм международного права не способно снять проблему насилия в эпоху глобализации. Данной эпохе присущ новый тип войны – т. н. «тотальная война», которая не укладывается в правовые рамки ограничений на применение насилия по причине неадекватности международного военного права в силу отставания юридической науки от военной практики современной ситуации, когда стало возможным использовать в качестве оружия все компоненты и возможности техносферы, имеющие мирное исходное назначение2727
Юрьев А.И. Хотят ли русские войны // Власть. 2003. № 10. С. 25–26.
[Закрыть].
Проблема безопасности оказывается первичной и наиболее фундаментальной для смены типа дальнейшего развития страны и цивилизации в целом, что также чрезвычайно актуализирует вопросы, связанные с военным прогрессом. Необходимость вести войны либо с целью включения других наций в свои цели накопления ресурсов, либо с целью защититься от такого включения, провоцирует совершенствование вооружений, совершенствование своих возможностей в деле уничтожения противника.
Существующие на сегодняшний день подходы к определению прогресса не учитывают многообразие человеческого опыта в условиях глобализации, что предполагает формирование более основательного методологического базиса, который и будет проанализирован далее.
В данной связи важно различать прогрессивно-поступательное развитие общества, развитие не прямое, противоречивое, включающее в себя и элементы отступления, и тупиковые линии истории отдельных народов, и саму идею вершинности в истории. Если признать прогрессивно-поступательное развитие в истории, то вершин в ней не было и не будет, что в значительной степени связано со спецификой военного прогресса.
Важно не смешивать ни одну из двух указанных версий метафизики с диалектикой, посчитав достаточным определить, например, одну из версий диалектическим идеализмом Гегеля, а другую диалектическим материализмом Маркса, в котором диалектика Гегеля оказывается перевернутой с головы на ноги.
В органистической модели общество предстает как целое, определенная система, структурированная особым образом на части, к которым оно полностью не сгодится. При этом понимании человек реализует себя в зависимости от места, занимаемого им в обществе и участия в общем процессе. Отношения людей определяются не договором или контрактом, а согласием членов общества, в котором учитываются объективные закономерности исторического развития. Например, К. Марксом была разработана концепция материалистического понимания истории, суть которой составляет положение о способе производства, который складывается объективно, т.е. независимо от воли и сознания людей. С точки зрения марксизма, производительность труда – это важнейшее, самое главное для победы нового общественного порядка. Но этот критерий – экономический, он отображает уровень развития продуктивных сил, а не общественных отношений, тем более – не общественного порядка. Для марксистов данный критерий является единственно правильным, так как марксизм строится на принципах экономического детерминизма. Однако данный подход к исследованию военного прогресса не может быть применим в полной мере, поскольку экономический критерий, как показывает история мировых войн, при всей своей важности, все же не может быть определяющим.
Раскрытие, развитие и всемерная организация коллективистских форм жизни, выступающих в качестве объективной диалектики жизни общества России. Коллективизм, в основе которого лежит диалектическое противоречие единого и многого, характеризуется в рамках понятийного аппарата, связанного с фундаментальной категорией «совершенства» (совершенство общественных отношений, усовершенствование общественной жизни и т.д.). В данной связи естественное состояние коллективистского общества России раскрывается в таких космических оформлениях социального совершенства, как организация, стройность, упорядоченность, диалектическое противоречие (единого и много – общества и личности; культуры и цивилизации; смуты и порядка и т.д.). Система управленческих решений, направленных на совершенствование форм коллективистской организованности общества России предстает как основной антиэнтропийный вклад в его социальные нестроения.
Принципиальное значение для анализа военного прогресса имеет концепция Н.М. Чуринова, в которой разрабатывается двухпроектный подход к анализу социальных процессов, а также анализируются виды социального прогресса2828
Чуринов Н.М. Совершенство и свобода: Философские очерки. 2-е изд. доп. Красноярск: СИБУП, 2003; Чуринов Н.М. Историческая идеология и историческое сознание // Теория и история. 2004. № 2 и др.
[Закрыть]. Согласно концепции Н.М. Чуринова, «…имеют место две основные идеологические культуры (метафизическая и диалектическая); если идеологии-репрезентации – это идеологии игры (И. Хейзинга, Х. Ортега-и-Гассет, Г. Гессе), символической вселенной (К. Леви-Строс, Э. Кассирер), полового инстинкта (З. Фрейд), потребности (К. Маркс, Ф. Энгельс) и т. д., то идеологии-образы общественной жизни – это идеологии, центром внимания которых являются законы общественного развития, законы диалектики: это особая идеологическая культура, несовместимая с плюрализмом»2929
Чуринов Н. М. Об идеологической культуре // Теория и история. 2002. № 1. С. 9.
[Закрыть]. Соответственно, в системе каждого единства теории и истории формируются собственные, аутентичные проектам науки типы социальных проектов, идеалы истинности (образ или репрезентация-фикция). Одно единство отображает естественноисторический процесс, другое – репрезентирует его.
Существует три основных научно-концептуальных подхода в рамках теоретической разработки понятия «военный прогресс».
1) Основан на принципах неономиналистской версии в метафизической методологической традиции и раскрывается в либеральной концепции управления обществом;
2) разработан на основе неореалистской версии в метафизической методологической традиции и раскрывается в консервативной концепции управления обществом;
3) основан на принципах диалектической (отечественной) концепции управления обществом3030
Григоренко Д.Е. Научное управление обществом в системе основных проектов науки // Теория и история. 2011. № 2. С. 62.
[Закрыть].
В контексте различных методологических традиций различают два типа общества: индивидуалистическое и коллективистское, что приводит к осуществлению двух различных моделей мира: Универсум и Лад. «Лад предстает как нечто органично и естественным образом оформляющее общественную жизнь русского народа»3131
Чуринов Н.М. Русская модель мира Лад // Теория и история. 2008. № 1. С. 22.
[Закрыть].
Каждый из типов реализуется в многообразных конкретных видах общества, что и определяет как особенности общественного прогресса, так и специфику военного прогресса. Н.М. Чуринов предлагает концепцию не противопоставления коллективистского и индивидуалистического типов общества, а их различения, раскрывает необходимость изучения каждого типа общества в системе адекватного ему проекта науки. Применительно к наукам об обществе различение метафизического и диалектического подходов является актуальным, поскольку в каждом из них находит отражение характер общественной практики, традиционный для той или иной страны3232
Князев Н. А. Философские основы проектного анализа науки // Теория и история. 2004. № 3. С. 144.
[Закрыть].
Военный прогресс должна соответствовать тому типу общества, в котором она разрабатывается. Поэтому в этом контексте метафизического проекта науки военный прогресс имеет частный характер, являясь презентацией – никак не соотносимой с объективной реальностью логической конструкцией, представляющую действительность в соответствии с частными – индивидуальными, групповыми, классовыми и другими интересами.
Одним из имманентных моментов развития науки в революционный период является альтернативность ее содержания. Альтернативность как обязательная сторона противоречивого процесса познания присуща и понятию философская модель мира. Указанное противоречие предполагает противопоставление двух ее разновидностей.
1. Мир как Космос, подчиняющийся диалектическому принципу всеобщей связи явлений и выступающий в научном знании в качестве образа действительного мира, который наделен атрибутами порядка, системности и организованности.
2. Мир как Универсум, создаваемый свободной волей субъекта. Интеллектуальная репрезентация, символическое выражение мира имеют здесь самостоятельное существование по отношению к действительному миру, причисляемому к трансцендентальной реальности (по И. Канту). Трансцендентальная реальность метафизически отделена от субъекта научной деятельности.
Можно утверждать, что модель мира – это философская концепция, формирующаяся на основе представлений о субстанциональных характеристиках мира, выражающих те его качества, которые являются актуальными для определенной исторически альтернативной традиции в научном познании. Характерной особенностью модели мира является то, что она указывает на приоритетное положение одного из двух философских методов –диалектического или метафизического. При этом в рамках диалектики научное знание представляет как образ мира, а в рамках метафизики – как его репрезентация.
Модель мира является выражением наличных определений жизни общества того или иного тира – социальности, специфики культуры и цивилизации. Поскольку управление обществом – это функция социальных институтов, поскольку любя методология управления обществом выражает в себе специфику управленческой институциональности, характерную для данного типа социальности, культуры и цивилизации. Именно социальные институты осуществляют управление обществом и применяют адекватную своей сущности методологию управления. Сами принципы универсалист-ской модели мира (антропоцентризм, дуализм и репрезентация действительности) являются ничем иным, как теоретическим выражением управленческой институциональности индивидуалистического типа. Последний предполагает состояние взаимной конкуренции и преобладания социальных институтов. В данной связи методология управления индивидуалистическим обществом может быть востребована ровно в той мере, в которой она выражает принципы управленческой институциональности индивидуалистического типа и адекватной ему модели мира – принципы антропоцентризма, дуализма, репрезентации.
Исходя из сказанного, дадим следующую обобщенную характеристику модели мира в рамках философии науки:
1. Модель мира отражает субстанциональные характеристики мира. Эти характеристики выступают в роли таких качеств мира, которые являются актуальными для научного познания в той или иной его традиции, том или ином проекте науки.
2. В модели мира отражается либо диалектический, либо метафизический метод познания.
3. Модель мира предполагает противоречивую природу науки в форме альтернативных проектов науки. Эта противоречивость выражается через соотношение «аристотелевский – софистский» (по происхождению того или иного проекта науки), «космический – универсалистский» (по отношению к моделям мира), «диалектический – метафизический» (по методу философского познания), «образ-репрезентация» (по способу постижения мира)3333
Князев Н.А. Философские основы проектного анализа науки // Теория и история. 2004. № 3. С. 140
[Закрыть].
Развитие общества есть естественноисторический процесс. При этом в индивидуалистическом обществе это процесс удовлетворения потребностей индивидов, их деятельность в совокупности является определенным способом блокирования отклонений от нормы, специфической номой реализации его естественноисторического процесса. Вместе с тем коллективистическое общество сущностью своей деятельности нацелено на то, чтобы превалировали жизнеутверждающие общественные отношения, позволяющие блокировать отклонения от нормы естественноисторического процесса. И таким образом выясняется, что коллективистское общество предполагает принципиально иную форму реализации естественноисторического процесса3434
Там же. С. 55
[Закрыть].
Каждому проекту соотношения научной теории и научной истории свойственны собственные стандарты научности. Отсюда вытекает необходимость учитывать и различать стандарты проектов науки. Отметим, что коллективистический проект соотношения научной теории и научной истории соответствует диалектическому проекту науки, индивидуалистический проект – метафизическому проекту науки. В первом случае научное познание сосредотачивается на реализации объективных законов в содержании естсвенноисторического процесса, и главное внимание уделяется объективной и субъективной диалектике этого процесса. Во втором случае центральное место отводится деятельности правителей, полководцев, функционированию государств в делах по претворению в жизнь общественных договоров, политических программ, законодательных актов и т.д., а также внедрению социальных технологий, позволяющих реализовать данные, акты, программы, договоры и т.д. Оба рассмотренных случая показывают, в каких качествах естественно-исторический процесс предстает для научной теории и научной истории как нечто существенное, раскрывающее для каждого проекта содержание этого процесса как нормы и соответствующие отклонения от норм.
Важно учитывать, что каждое общество в военной сфере общественной жизни отличимо от других по основаниям стандартов естественности общества, а именно: а) в обществе потребления естественное состояние – состояние вражды, соперничества: естественное право на все, вплоть до убийства, это право детерминирует общественную жизнь (необходимость государства для целей правового регулирования общества потребления); б) в обществе созидания естественность проявляется в виде усовершенствования общественных отношений.
Особенности проявления военного прогресса в метафизическом проекте
Свобода в либеральном понимании – это неравенство. Об этом открыто пишут классики: «Мы должны прямо признать, что сохранение индивидуальной свободы несовместимо с полным удовлетворением нагих стремлений к распределительной справедливости»3535
Восканян М. Монополизация свободы // Однако. 2011. 2 мая. С. 51.
[Закрыть]. Способ существования индивидуалистического общества (общества потребления) постоянно провоцирует войну и предполагают определенный уровень военного прогресса. Индивидуалистическое общество предполагает единство человеческого мира в качестве реализации свободы воли, индивидуальной свободы; при этом личность формируется в условиях соответствующего аспекта единства человеческого мира. Следовательно, военный прогресс выступает как способ существования соответствующих определенному аспекту единства человеческого мира наличных общественных отношений.
Согласно специфике индивидуалистического общества естественно-исторический процесс может быть адекватно изучен, если в нем принимается во внимание прежде всего реализация определенных общественных договоров, так сказать, заключенных между правителями и обществом, а, следовательно, востребуется система теоретизирования, предполагающая возможность конструирования этих договоров. В свою очередь, специфика коллективистического общества заключается в том, что оно жизнеспособно при условии непрерывного совершенствования общественных отношений и, следовательно, естественнонаучный процесс существенен для научного познания как процесс их развития от менее совершенных к более совершенным, процесс объективной диалектики общественной жизни, действия законов общественного развития. Так в контексте реализации специфики двух типов общества раскрываются адекватные жизни двух типов общества единство научной истории и научной теории3636
Калашников В.Д. Научная теория и научная история // Теория и история. 2002. № 1. С. 48.
[Закрыть].
Принцип свободы определяет характер воздействия личности или общества потребления в целом на социальные условия, других людей или обществ. Общество потребления (свободная личность) как отвлеченная единичность находится во враждебном отношении к себе подобным, которые так же стремятся расширить степень своего влияния и собственную свободу воли. Согласно такому подходу, политические деятели рассматривают государственную жизнь как механическую, где внешние поступки оказываются оторванными от внутреннего мира и от духовных корней человека.
В западной традиции государстве обязанности граждан определяются соглашениями, поэтому граждане должны подчиняться законам. Т. Гоббс в книгах «Философское начало учения о гражданине», «Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского» один из первых начал размышлять о природе тех сил, которые связывают людей в социальное целое. Считал, что люди созданы равными и имеющими «право на все». Однако люди – существа эгоистические, жадные, завистливые. Отсюда фатальная неизбежность в обществе «войны всех против всех», это «естественное состояние рода человеческого». В человеке в то же время есть силы – страх смерти и инстинкт самосохранения, позволяющие ему преодолеть это состояние и выжить. Эти силы предписывают человеку естественные законы. Первый закон – необходимо стремиться к миру; второй – каждому отказываться от своих прав в той мере, в какой это требует сохранение мира, передавать эти права другим; третий – люди обязаны выполнять заключенные соглашения, тут начало справедливости. Есть и другие естественные законы. Чтобы естественные законы действовали, нужно не только право – свобода что-то делать или не делать, но и закон – сила, предписывающая действие или его запрещающая. Таким образом, по Т. Гоббсу, общность людей внутренне противоречива, она – необходимый продукт преодоления внутреннего раздора (опасности распада) силами единения, свойственными людям. Справедливость – это подчинение законам, а мужество, благоразумие и умеренность могут рассматриваться как добродетели, только если они полезны государству. Здесь таится опасность потенциальной войны в индивидуалистическом обществе, которая заложена в самой системе его существования.
В соответствии с принципом антропоцентризма военный прогресс предстает в качестве технологии создания наиболее благоприятных условий для осуществления свободы индивидов, направленной на реализацию определенных материальных ценностей. Достижение материальных ценностей в рамках нормотворческой деятельности свободных субъектов возможно только при наличии у них определенных степеней свободы.
В соответствии с принципом антропоцентризма предполагается, что мысленная «вселенная деонтологической этики» должна послужить орудием произвол, теоретическим средством достижения определенных материальных ценностей, в соответствии с чем необходимо сочинить законы мысленного Универсума и затем отождествить с ним реальный мир. В результате управление обществом реализуется на основе сконструированных принципов. Таким путем формируется понятие о «врагах Америки» (например, исламский мир и т.п.), от которого – один шаг к реальной региональной войне. Дело в том, что степень адекватности либеральной методологии управления жизни западных обществ зависит от случайного совпадения или же несовпадения его принципов с ее реалиями.
Как справедливо подчеркивает Т. Мельникова: «Принципы антропоцентризма и дуализма характеризуют метафизический метод, который предполагает изучение явлений изолированно друг от друга, а источником развития является столкновение внешних противоположных сил»3737
Мельникова Т.В. Древнегреческая философия как протофилософия права // Теория и история. 2011. № 2. С. 125.
[Закрыть].
Запад подталкивает мир к войне, поскольку в индивидуалистическом обществе принижается значение всех социальных норм, кроме норм права. Все остальные нормы считаются делом каждого, поэтому, по мнению Локка, можно произвольно менять и Божьи законы, и природу порока и добродетели3838
Черноусова Л.Н. Свободная добродетель свободной личности // Теория и история. 2007. № 2. С. 31–32.
[Закрыть]. Кроме того, апологеты конкуренции невольно берут на вооружение лозунг своего врага: слова Маркса о том, что счастье – это борьба. Что такое конкуренция как не «цивилизованное» воплощение принципа «войны всех против всех», высказанного Т. Гоббсом: «Если два человека желают одной и той же вещи, которой, однако, они не могут обладать вдвоем, они становятся врагами».
И. Кант, продолжая развивать идеи Гоббса о войне всех против всех, полагает, что: «… как состояние беззаконной внешней свободы и независимости от принудительных законов есть состояние несправедливости и войны всех против всех, из которого человек должен выйти, чтобы вступить в политически-гражданское состояние, так и этически естественное состояние есть публичная взаимная вражда принципов добродетели и состояние внутренней безнравственности, из которого естественный человек должен стараться выйти как можно скорее»3939
Кант И. Сочинения. В 8 т. Т. 6. М.: Чоро, 1994. С. 102.
[Закрыть].
В данном отношении важно исследовать военный прогресс с позиций определенной системы ценностей. Аксиологический (ценностный) тип военного прогресса, свойственный обществу потребления: ценностно-консервативный и ценностно-либеральный типы военного прогресса, и созидательный тип военного прогресса, свойственный обществу созидания.
Аксиологический тип военного прогресса развёртывается на основе универсалистской модели мира и включает в себя различные степени свободы: свобода слова, свобода совести, свобода выбора морали, свобода печати, и т.д. При этом ценностно-консервативный тип военного прогресса предполагает, что эти степени свободы являются степенями свободы диктата. А ценностно-либеральный тип военного прогресса предполагает свободу интерпретаций в понимании степеней свободы как реализации военного прогресса, предания им произвольных значений, наполнение их произвольным содержанием.
В данном контексте важно отметить, что для адекватного исследования военного прогресса важно определить его взаимозависимость с понятием «общечеловеческие ценности», которые выступают как желание выдать западное за общечеловеческое. В этом отношении глобализация, понимаемая как слияние экономик, распространение массовой культуры, вестернистского образа жизни и т. д., не способствует формированию духовности, поскольку стандарты естественности западного потребительского мира не могут дополнять, а лишь замещают существующие стандарты естественности различных типов обществ, внося тем самым положительный вклад в социальную энтропию.
Военный прогресс обусловлен также тем фактом, что защитники атомизированного индивидуалистического, индивидуализированного общества в течение многих столетий так предметно и так убедительно отстаивают преимущества правового государства, и тем же самым определяются исторические неудачи российских правителей, навязывающих стране скопированные с западных хорошо разработанных теорий, посвященных жизнедеятельности правового государства, стандарты, чуждые коллективистскому обществу, чуждые объективным условиям жизни России. Установка демократов не могла не привести к правовому беспределу, так как обе сферы общественного сознания – правовая и нравственная – находится в отношении дополнительности друг к другу. Следуя этому пониманию, люди строят государственную жизнь так, как если бы она сводилась к известным, механически осуществляемым, внешним поступкам, оторванным от внутреннего мира и от духовных корней человека, наличность или отсутствие этих внешних поступков должны быть, по их мнению, обеспечены какими угодно средствами и какою угодно ценой, – насилием или страхом, корыстью или наказанием; и к этому, будто бы, сводится все: только бы люди повиновались, только бы вносили налоги, только не совершали бы преступлений и не творили беспорядков, – а остальное неважно.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?