Текст книги "Краш-синдром"
![](/books_files/covers/thumbs_240/krash-sindrom-257442.jpg)
Автор книги: Сергей Недоруб
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Мотоциклисты подъехали ко мне совсем близко. Похоже, они собрались что-то у меня спрашивать, прежде чем давить колесами или забивать монтировками. Передний грузовик из военной колонны с другой стороны просвистел тормозами, останавливаясь рядом. Думаю, у тамошних игроков амуниция пострашнее моей и байкерской вместе взятых.
Мне не хватало смекалки для понимания ситуации, так что я, повинуясь импульсу, выбрал выход в Фойе.
И облегченно увидел, как мир Версианы рассыпается на крупные квадраты, дробится на части, высвобождая место белому ангару с черным куполом посередине.
Я находился в заброшенной админке Версианы, которая оставалась, насколько я понимал, сугубо моей личной территорией. По стенам забегали картинки с отображением ключевых пунктов моей истории в текущем игровом сеансе. Вот я рисую следы пивной кружкой на столешнице. Вот Лизка протягивает мне посылку. Вот сталкер Тимур сидит на скамье и о чем-то говорит, затем его стирает подобно тряпке густая, бурая медвежья шерсть. А вот мне распечатывают сапогом по роже. Компания «Сиана» все еще желает мне приятной игры.
Я вытер лицо рукавом, на всякий случай вызвал экран снова. Снова две кнопки – одна на возвращение в Версиану, вторая на выход из игры. Выбраться из Фойе в прошлый раз проблемы не составило. И сейчас все будет хорошо.
Напоследок я с сомнением посмотрел на черный купол. Мой Батискаф. Интересно, кто же там был заперт? Или он все еще там? Точнее, она – крик о помощи был женский. Это вообще человек? Или очередное версианское порождение, которому нет имени? Зато сейчас, наверное, открыть эту дверь будет безопасно…
– Нет, – прошелестел сзади знакомый голос. – Не трогай.
Я подскочил, выхватывая Опус.
У стенки, между белых агрегатов, имеющих отдаленное сходство с суперкомпьютерами, сидела грустная молодая женщина, обняв руками колени, затянутые в блестящую кожу белого костюма.
– Камилла, – не поверил я. – Ты что здесь делаешь?
– Прячусь, – ответила та, которой было суждено по долгу службы ассистировать игрокам в Версиане. – Ты прогонишь меня?
– Подожди, ни черта не понимаю, – схватился я за голову. – Как ты сюда попала?
– Я и не уходила, – ответила Камилла. – Когда ты ушел, я осталась здесь.
– В смысле – «когда ушел»? – нахмурился я и вспомнил. Ну да. Когда я сбежал из Версианы через разлом, то попал в Фойе, и Камилла ждала меня здесь. Затем я выбрался из игры, а она благополучно осталась в этой админке, которая, по ее же словам, в игровой мир Версианы не входит.
– Значит, ты помнишь меня, – догадался я. – Ты пережила обнуление.
– Я помню вас, всех шестерых, – сказала она. – Но я не могу вернуться. Кто-то меня не пускает.
– Тимур, – вымолвил я. – Он занял твое место. Получил доступ ко всей информации Версианы. Тимур – новый сталкер, который учится. Камилла, он там, снаружи, раздает квесты. Объявил на меня охоту, не знаю почему. Каким-то образом он стирает разницу в силе между игроками нулевого и тридцатого уровней, и я не знаю за что…
Я умолк, а затем положил пистолет на белую столешницу.
– Жди здесь, – сказал я. – Скоро вернусь. Есть одна идея.
И, вызвав экран снова, решительно ткнул в кнопку выхода, смотря, как Фойе выпускает меня в реальный мир.
Самое время изучить, что за перчатку дал мне Джек.
Глава 5
Прямые линии
Я потянул за три нужные петли сиано-костюма, позволяющие снять шлем. Полежал немного, глядя в потолок. Надо же, он мне казался белым неделю назад. По сравнению с Фойе интерьер маленькой квартиры, как оказалось, вовсе не блистал великолепием. Ремонт сделать, что ли?
Медленно поднялся с дивана, проверяя, как сидит на мне костюм. Сидел он, как и полагалось, отменно. Сколько времени я в нем провел на этот раз? Час? Два часа?
Неважно. Я чувствовал себя отлично, был готов к труду и обороне. Осталось только разобраться, нужно ли мне это все.
Не отсоединяя шлангов, я подошел к зеркалу. На этот раз оно меня не пугало. Посмотрел на немного опухшее лицо. Конечно, никаких следов недавних избиений. Даже ничего не болит. Будем считать, что костюм пошутил, а я поверил.
Прямо сейчас в Москве лежат несколько десятков человек в таких же костюмах. Их сознание находится в игре. Они меня не знают в жизни, но хотят в игре меня убить. И, лежа внутри костюмов, они гадают, куда это я пропал. Возможно, ждут моего появления. Конечно же ждут – квесты на дороге не валяются.
У меня был самый простой способ переиграть их – не заходить в игру. Пусть торчат там, придурки. Найдут другие способы прокачаться, а заодно и испытать разочарование. Я-то знаю, что даже наивысший уровень прокачки в Версиане не делает тебя лучше ни как героя, ни как человека.
Стащить с себя костюм, убрать обратно в коробку, задвинуть на лоджию. Начать жить своей жизнью. В конце концов, я фрилансер, а мои сбережения того и гляди скоро начнут стремительно таять.
Вот только в голове красным сигналом горела лампочка, выводящая сегодняшний конфликт на новый уровень. Даже в сравнении с бета-тестом Джека. На этот раз мне противостоял никакой не искусственный интеллект, а живые люди. Целых несколько человек, пусть и случайных. Пусть даже в игре. Они решили вытереть об меня ноги, потому что так им велел несуществующий дядька в телевизоре. А я не могу позволить так с собой обращаться. Не то чтобы я не мог жить с таким отношением – мог, конечно. Но не хотел.
Я вернулся от зеркала к дивану, открыл ящик тумбочки, вытащил невзрачную флешку. Емкость по нашим временам смехотворная. Значит, это и есть пресловутый мастер-ключ, с которым Джек собирался покорить Версиану?
Что ж, попробуем. Заодно посмотрим, что тут решает – меч или тот, кто его держит.
Отодвинув на рукаве сиано-костюма камуфлированную застежку, я нашел слот для флешки, сунул ее в разъем. Замигал зеленый огонек. Снова задвинул застежку, надел шлем, лег на диван. Нажал кнопку запуска на другом рукаве.
Вход.
Я вернулся в Фойе, как будто не выходил. Камилла уже не сидела в углу. Вместо этого она стояла возле одного из белых суперкомпьютеров и изучала строчки текста, бегущие по экрану.
– Все хорошо? – спросил я.
– Смотрела записи твоих контактов с Тимуром, – ответила стюардесса. – Не видела ничего подобного.
– Ты говоришь совсем как человек, – заметил я.
– Я училась только на тебе и твоих друзьях, – сказала Камилла. – Не считая базовых основ. После вашего побега из Версианы анализировала изученное.
– Но ты сама все еще часть Версианы?
– Конечно, – ответила Камилла.
Теперь она улыбалась гораздо реже. Видимо, просиживание взаперти чинит что-то важное не только у человека, но и у искусственного интеллекта, заточенного на постоянное самообучение.
– У тебя есть доступ к возможностям моего сиано-костюма? – спросил я. – Отсюда, из Фойе?
– У меня будет любой доступ, который ты мне позволишь получить.
– Устного соглашения достаточно?
– Да.
Я подошел поближе, положил руку ей на плечо. Оказывается, в этом месте Камилла была вполне материальной, пусть даже холодной и чужой.
– Камилла, я даю тебе полный доступ к моему Фойе, – сказал я. – Ты можешь просматривать любую историю моих приключений, проводить анализ, делать все, что тебе нужно, чтобы вернуть свое место в Версиане. Взамен я буду обращаться к тебе за помощью по разным вопросам в пределах твоей компетенции. Если будем работать как одна команда, то сможем низвергнуть Тимура и вернуть тебе законное место лодочницы по этому долбаному Стиксу.
– Я согласна, – ответила Камилла. – Наверное, я должна тебя поблагодарить.
Никакой анимации или торжественного посвящения я не увидел. Здесь в этом не было необходимости. Два субъекта заключили договор.
– К моему сиано-костюму подключено внешнее устройство, – сказал я. – Помоги мне его активировать.
– Да, вижу. – Камилла вытянула тонкую руку ладонью вверх, показывая мне материализовавшуюся перчатку.
Я взял вещь, осмотрел, как мог, попытался согнуть. Поддается, хоть и не сразу. Хорошая перчатка. Новая, чистая и свежая. И явно под мою левую руку.
– Ты знаешь, что это? – спросил я.
– Никогда прежде не видела такого устройства.
– Но у тебя есть идеи, как им пользоваться? Что оно делает?
– Использование – через мысленный приказ. Назначение этой вещи, похоже, состоит в коррекции физических моделей в Версиане.
– Большего пока и не требуется, – сказал я и надел перчатку на руку.
От меня во все стороны пронеслась вспышка, и на миг ангар приобрел очертания крупной сетки, которая быстро начала заполняться полигонами. Я с сомнением посмотрел на Батискаф в центре зала, направил ладонь на него, но решил не проводить экспериментов. Джек с помощью перчатки сумел задержаться внутри черной комнаты на несколько минут дольше, чем допускалось, но даже он не смог найти способ, как с помощью этого устройства из Батискафа выбраться. А ведь он создатель этой штуковины. Так что мне пока рано ставить на себе опыты.
– Ты можешь вывести на экран место в Версиане, в котором я находился при выходе? – спросил я.
Камилла повела рукой, и стены ангара превратились в сплошное панорамное изображение Садового кольца на перекрестке с Новокузнецкой. Как я и думал, военные грузовики и мотоциклы все еще находились там.
– Камилла, если бы я сейчас вернулся в игру, в какой ее точке я бы заспаунился?
– В точке последнего пребывания на момент выхода.
– То есть там, куда мы сейчас смотрим, – понял я. – А можно выбрать другую точку?
– При заходе из Фойе – любую по твоему выбору. – Камилла убрала часть панорамы, поместив поверх нее карту Москвы. Я нацелился на карту перчаткой и тактильно ощутил прикосновение в кончиках пальцев, как будто бы коснулся стены ангара рукой. Интересно. Произвел ряд масштабирований, выбирая противоположную сторону дороги, рядом с рекламным щитом, на котором находилась мое изображение.
– Отменить им квест на мое устранение ты, конечно же, не можешь? – предположил я.
– Это может только Тимур.
– Хорошо. – Я взял Опус со стола. – Отправь меня в эту точку.
– Произвожу вход в Версиану.
Фойе ожидаемо преобразовалось в уже знакомые виды Садового кольца.
Байкеры к этому времени слезли с мотоциклов и о чем-то оживленно говорили с командой военной колонны. Конечно, те не были никакими вояками. Обычные мужики в гражданской одежде, нацепившие бронежилеты песчаной расцветки. В руках – «калашниковы». Один таскал на башке каску. Больше никакой защиты ни у кого не было. Даже самые захудалые наколенники надели от силы человека три. Всего же передо мной стояло где-то рыл двадцать.
Один из микроавтобусов куда-то пропал, как и машины полиции. Видать, надоело ждать моего появления. Умнички, пошли искать новые источники драгоценной экспы.
Я поднял руку в перчатке, глядя, как сквозь нее переливаются прямые линии геометрических сочленений. Направил ее на ближайший грузовик, который начал проецировать через себя собственную физическую сетку. Выглядела она еще грубее, чем силуэты Архивов в сианофоне. В принципе, ничего особенного. Все сложное распадается на простое.
Я мысленно разделил параметры грузовика на длину, ширину и высоту – и тут же получил все данные в цифрах. Полезная и информативная штуковина эта перчатка. Мысленно увеличил длину машины раза в полтора – и из перчатки выскочил оранжевый луч, от которого грузовик начал вытягиваться вперед.
Колеса, не зная, что им делать, превратились в овалы. Шины лопнули с громким треском, не выдерживая нестандартной нагрузки. Передняя часть кузова оторвалась от крепления, высвобождая платформу под собой. Грузовик разорвало на части, от чего мои противники выронили сигареты и уставились на странное поведение машины.
– Всем привет! – громко сказал я, вскидывая Опус.
Первыми же выстрелами я поразил сразу троих. Один из них побрел в сторону, шокированный болью от эмуляции внутренних повреждений, которых, похоже, он никогда не испытывал. Остальные двое упали замертво.
Оставшиеся противники рассредоточились, спрятавшись за обломками грузовиков. Двое самых отчаянных остались стоять, где были, лишь щелкнули затворами автоматов и открыли по мне огонь.
Я уже был готов – закрылся перчаткой, воображая подобие полицейского щита. Этого было недостаточно – пришлось на миг посмотреть на перчатку, поймать взглядом шевелящиеся ровные линии, дать им команду расшириться и вырасти до полутора метров. Раздвинул получившуюся конструкцию в стороны – и оказался укрыт импровизированным энергетическим щитом, словно нарисованным белым карандашом прямо в воздухе.
Пока что интерфейс управления не сильно отличался от стандартного экранного меню. Надо будет позже проверить, настраивается ли перчатка на голосовые команды или, скажем, на кнопки любого носимого устройства.
Еще четыре выстрела из Опуса, прямо через щит изнутри, – и мои враги пополнили ряды лежащих тел. Похоже, мое собственное поле моим же выстрелам не мешало.
По мне открыли огонь из четырех или пяти мест сразу. Я присел на землю, расширил щит до сплошной полусферы. После ангара произвести нужную аналогию было легче легкого. Хоть гранаты в меня швыряй – не поцарапает.
Мотор второго грузовика уже чихал при нервных попытках его завести. Я прикинул траекторию движения и сделал прыжок от земли – прямо ему на крышу. В Версиане не имело значения, отправить ли меня вперед на полметра или на пятьдесят. Ну а на тридцатом уровне я как-нибудь переживу не самый привычный рывок.
Ощущение было таким, словно гравитация вытолкнула меня снизу вверх, чтобы поймать уже в другой точке на крыше грузовика. Наверняка психическая атака выдалась на славу. Сферу я, тем не менее, не отпускал, продолжая держать ее, в то время как с правой руки расстреливал поджидавших меня в засаде нулевых.
Похоже, мне не мешало сразу начать с прыжка. Он деморализовал противников сильнее, чем мои пули. Теперь они вовсе не считали меня за человека.
Я перехватил Опус в левую руку, чтобы не менять положение перчатки, правой достал запасной магазин, произвел быструю замену. Продолжим изучение.
Водитель грузовика не собирался становиться подопытной крысой – не выдержал, открыл дверь, выкатился с автоматом наперевес. Я спрыгнул на него сверху, ударил рукояткой револьвера по незащищенной голове. Обхватил его левой рукой за горло, визуализируя захват чуть ли не в форме гигантской подковы. Я и сам – ходячая физика, перчатка наверняка может поднять мои силовые показатели, хотя бы на время.
Игрок захрипел, хватая меня за перчатку, которая словно обжигала его до боли. Заслонившись им как дополнительным щитом, я повернулся к противникам, которые находились в поле зрения. Сразу же возобновил методичный отстрел.
Водитель попытался выхватить у меня пистолет. Храброе решение. Я даже ощутил легкий укол уважения к нему. Выпил бы с ним пива – если бы он не примкнул к ораве, повалившей толпой на одного.
И все равно нет нужды унижать парня дальше. Пора отправить его на благотворный респаун.
– Добро пожаловать в Версиану, – милостиво сказал я водителю на ухо и свернул ему шею. Хватило двух пальцев, чтобы это сделать. Отпустил тело, наклонился, схватил автомат водителя. Расстрелял мотоциклы, на которых уже пытались сбежать байкеры. Нет, ребята, рано вам управлять транспортом в Версиане. Это право вам нужно еще заработать. А пока – спокойной ночи, малыши.
Один бензобак взорвался, отправляя обладателя двухколесного коня в холод каменных джунглей. От взрывной волны второй вильнул в сторону и врезался в стену, возле которой упал и уже не поднялся.
Несколько пуль ударились в невидимое препятствие за моей спиной – сфера продолжала работать. Я не стал разворачиваться с огнестрелом, лишь повернул голову влево, следя, кто это там выкаблучивается. Сформировал импульс кинетической энергии, чем бы он ни был, и не без удовлетворения заметил, как перчатка выстреливает зеленым лучом во врага, отбрасывая его метров на двадцать. Хорошо, что под подобный удар попал именно тот единственный, кто нацепил каску. Конечно, от перерождения его это не спасло, зато фантомные боли хотя бы мучить не будут.
Вроде чем-то подобным Джек атаковал Малену позавчера. Только сейчас передо мной не сталкер стоял, а самый обычный человек. Вернее, уже не стоял, а лежал.
Настала тишина, прерываемая лишь шумами соседних районов. Должно быть, скоро возобновится движение трафика Версианы.
Однако, здравствуйте. Я подавил желание протереть глаза – не заснул ли я часом прямо в Версиане? Стоило только увидеть, что все вокруг запросто рассыпается на математику, как весь психологический мандраж перед битвами исчез, словно и не было его.
Я не спеша прошел к центру дороги, глядя, как потрескивают модели искореженного транспорта. Тела уже почти пропали, не востребованные никем из игроков. Мир вычищал конфликты, не оставляя памятников.
– Тимур, – позвал я. – Появись на минуточку.
– Я не… – Сталкер возник передо мной по моему зову и велению, хотя по его растерянному виду было ясно, что он вовсе этого не желал. Ну, положим, это исключительно его половые трудности. Камилла всегда появлялась, когда ее звали, никто ее желания не спрашивал. Такова работа проводника в этом поезде без машиниста. Если Тимка решил занять место Камиллы, то пусть хавает все, что к этому прилагается.
– Все еще не хочешь отменить квест? – спросил я.
– Думаю, именно так мне и стоит поступить, – сказал Тимур. – Ты победил. Но ты не сможешь заставить меня покинуть свой пост.
– Он не твой. Ты его узурпировал. Я намерен вернуть его настоящей обладательнице.
– Но зачем? – спросил Тимур. – Ведь я никому не причинил зла. Я лишь хочу изучить этот мир…
– Ты мне скажешь, наконец, кто ты такой? – прервал я. – Кто тебя создал? Зачем ты здесь?
– Если бы я знал, – произнес Тимур. – Если бы только понимал, на что я способен! Но я не понимаю!
Я посмотрел на него с подозрением.
– Знаешь что? – произнес я. – У меня есть идея насчет того, кто ты такой. Мне нужно будет обсудить пару вещей с друзьями. Может, сделать пару звонков. И лучше бы ты до этого времени не мешался под ногами.
Он смотрел на меня, словно при всем охвате баз данных Версианы не мог подобрать слов. Я надеялся, что именно это он продемонстрирует – замешательство робота. Ну же, придурок! Давай, подтверди мою теорию!
– Ты странный игрок, – констатировал Тимур. – Я бы хотел узнать тебя получше. Пообщаться чуть дольше.
– Думаю, нам выпадет такая возможность, – не стал я спорить. – На моих условиях. А пока что…
Тимур не поддавался мысленному распаду на прямые линии, но мне этого и не было нужно – я быстро вскинул левую руку, поймал его перчаткой и зажал в мысленные клещи, не без удовольствия наблюдая, как вокруг сталкера образуется черно-белый стягивающий кокон. Тимур испуганно попытался вырваться. Я поднял его рукой еще чуть повыше, придвинул к себе, глядя, как он семенит по трассе вытянутыми кончиками ботинок. Нацелил Опус ему в лоб.
– До встречи, – сказал я и потянул спуск.
Девятимиллиметровая пуля из столь любимого Чертановичем оружия проделала короткий путь, разбивая фигуру сталкера на крупные пиксели.
– Камилла, возврат! – громко скомандовал я, и мастер-ключ меня услышал, передавая сигнал в Фойе.
Зацепский Вал сменился на белые стены. Я вернул пистолет в кобуру, глядя на перчатку с уважением. Ай да Джек! Запрограммировал такую полезную штуковину.
Камилла смотрела на меня выжидающе.
– Ты все видела? – спросил я.
– Я решила записывать все твои похождения в игре, – сказала она. – Они мне кажутся достаточно неординарными и заслуживающими глубокого анализа.
– Анализируй смело, – разрешил я, чувствуя, как поднимается настроение. – Мы вернем тебя на место.
Больше никаких Батискафов, если только я сам того не решу. Никаких сюрпризов от Версианы. Хватит. Я последний Лимитчик в этой игре. Считаю, что после бета-теста имею право на некоторую компенсацию.
– Вот мое решение. – Я сжал перчатку в кулак, гляди Камилле в глаза. – Я наведу порядок в Версиане. Ты мне поможешь?
– Конечно, – улыбнулась она. – Я вся твоя.
– И хорошо, – кивнул я. – В таком случае обставим это место. Для начала – превратим Фойе в нашу крепость. Думаю, что паре админов-изгоев пригодится полноценный и комфортабельный штаб!
Глава 6
Теория
Я сидел в кресле, потягивая бесцветный напиток, по вкусу напоминавший мохито с имбирем вместо мяты. Думаю, ничего удивительного, раз именно такой аромат я и выбрал. Не наслаждался вкусом – скорее изумлялся ему, как и всему происходящему вокруг, не без интереса глядя, как Камилла переворачивала интерьер Фойе – а с ним и мои представления об этом месте.
Со своей идеей обустроить белую комнату под штаб я попал в десятку. Заброшенная админка имела гигантский список внутренних настроек, часть из которых касались внешнего вида. Так что с интерьером, по сути, и заморачиваться не пришлось.
Камилла вызвала на стены ангара каталог Фойе с предустановками. Готовых и цельных наборов не было, поэтому пришлось укомплектовывать пространство всем, что есть.
Способностями к дизайну я, в общем-то, сильно похвастаться не мог, так что методом проб и ошибок остановился на том же, о чем уже долгое время мечтал дома: мягкие диваны со множеством подушек, круглые столики, даже декоративные горшки с цветами. Впрочем, на искусственные эти цветы никак не походили – издавали запах, присущий живым растениям. Хотя, конечно, некоторых деталей не хватало и у них. Ну, мне тут не тычинки-пестики рассматривать. Получилась обманка, но чертовски красивая.
Мне почти не пришлось ничего делать, разве что тыкать на заинтересовавшие меня объекты и смотреть, как их плоские изображения отлипают от ангара, приобретают трехмерную форму и плавно опускаются вниз. Не забыл я и о коврах, конечно. Не имею ничего против белых стен, но вот ходить по белому полу – банально неуютно.
Особенно порадовал имеющийся в каталоге ассортимент мини-баров, холодильников и даже грилей. Не понимаю, зачем нужно было в Фойе предусматривать все эти штуки. Возможно, «Сиана» держала целый штат администраторов, которые должны были внутри костюмов находиться в игре почти все возможное время. Откуда им наблюдать за происходящим? Разумеется, из Фойе. Может, работать пришлось бы месяцами или годами – так долго, как может выдержать человек.
И, безусловно, перед ними остро встал вопрос о сохранении психического здоровья. Человеку для работы, помимо орудий труда, будь то клавиатура или лопата, время от времени требуются разгрузочные элементы вроде сигарет, бутылочки пивка иль партейки в бильярд прямо на рабочем месте. Смотря к чему душа лежит. Не вылезать же каждый раз из костюма ради таких вещей?
Поэтому я благополучно разместил внутри Фойе вендинговый автомат с бесплатным режимом, холодильник с бургерами, микроволновку и кофемашину. Рядом стоял шкафчик с пищевыми ингредиентами. Разгружаться так разгружаться. Некоторым людям важно иметь возможность самостоятельно насыпать сахарку в пластиковый стаканчик, добавить сливок, долго размешивать вкусную, дурманящую темную жидкость. Равно как и разогревать бургеры самому. Я относился к их числу.
Правда, в своем стремлении копировать бытовуху я не заходил настолько далеко, чтобы эти самые бургеры изготавливать. Сгодятся и изначально замороженные, но уже существующие в цифровом смысле. Иначе такими темпами мы дойдем до ручной мельницы на рабочем месте. Все хорошо в меру.
В общих чертах, итоговый вид Фойе представлял собой что-то похожее на офис молодых стартаперов, выбивших неплохие инвестиции, но еще не родивших идею насчет того, как их, собственно, возвращать. Я даже прикрепил на противоположную стенку баскетбольное кольцо и высокий ящик с мячиками. Сойдет за стартовый полигон для тренировки мастер-ключа.
Камилла все манипуляции осуществляла плавными движениями рук, пусть никто и не просил ее об этом. По какому принципу проводился интерфейс ее взаимодействия с Фойе – я не имел понятия. Возможно, она должна была ассистировать администраторам и здесь, хотя я не представлял ее с подносом в стройных руках. Женщины ее внешности скорее сами затребуют кофе, австралийский карри и мускулистого массажиста. Никто в здравом уме не станет ожидать от Камиллы повадок хихикающей секретарши, так что ее движения меня немного озадачили.
С другой стороны, с тем же успехом можно задаться вопросом, зачем люди жестикулируют при общении. Это не является строго обязательным, но все мы это делаем. Потому что нам так проще: коснуться собеседника, развести руками, пожать плечами, посмотреть исподлобья, нарочито прислушаться. Может, и Камилле было так проще. Интересно, умеет ли она танцевать?
– Пока достаточно, – сказал я. – Можешь оставить как есть. Вернемся к повестке дня, иначе отвлечемся от главного. Ты говоришь, Тимур имеет все возможности, которые есть у тебя?
– Все возможности, которые у меня были, – поправила Камилла. – Но в целом – да.
– Сейчас я не буду запрашивать полный спектр твоих полномочий, – пообещал я. – Уверен, это выше моего понимания. Просто скажи, какой ущерб может Тимур причинить другим игрокам. Под ущербом я понимаю состояния, при которых они выходят из игры хуже, чем были, когда туда заходили. Или не могут выйти вовсе.
Камилла аккуратно села в кресло напротив моего дивана. Черная поверхность Батискафа за ее спиной разительно контрастировала с внешним благополучием Фойе. Какому-либо визуальному обустройству Батискаф не поддавался, даже накрыть полотном его было невозможно. Придется мне с этим жить. Надеюсь, к нему удастся привыкнуть.
– Существуют три основные опасности для игроков, – начала Камилла. – Первая – это убийство игрока сиано-костюмом. В Версиане текущего билда это исключено.
– Предположим, я поверил, – скривился я. – Хотя думаю, что ты права. Эта часть игры игрокам больше не угрожает. Дальше что?
– Опасность вторая, – продолжала Камилла. – Атака на центры раздражения в мозгу путем подачи депрессивных сигналов. Например, яркие вспышки, которые могут повлечь эпилептический припадок; громкие звуки, нарушающие работу барабанных перепонок…
– Тоже мимо, – покачал я головой. – В смысле, ты все сказала правильно, только подобные заморочки касаются вообще всего, не только Версианы. Такие предупреждения пишут на коробках с дисками или перебивают ими рекламу в кинотеатрах перед фильмом.
– Я не понимаю, – промолвила Камилла.
– Чего не понимаешь? – Я смотрел на внимательное лицо стюардессы. – Точно, совсем забыл. Ты ведь часть Версианы и ничего не знаешь о другом мире там, снаружи. Не понимаешь, куда это я выхожу, когда не в игре.
– Ты часто упоминал внешний мир, но я не понимаю, о чем идет речь, – продолжала Камилла так, словно ожидала, что я начну рассказывать ей про живую Москву.
Я даже усомнился немного – может, в самом деле рассказать? Редко когда в жизни удается найти собеседника, действительно готового слушать, который попробует вникнуть в твои слова на всех смысловых слоях.
Но я не стал заводить эту тему. Возможно, позже. Не буду же я всерьез рассказывать искусственному интеллекту, что он искусственный. Тем более если интеллект настолько умный, что и сам это знает. Люди ничем не лучше. Многие ли из нас всерьез готовы слушать про бога, например, от почти случайного собеседника, который вечно куда-то пропадает?
– Извини, но нет, – сказал я осторожно. – Поверь, информация о мире снаружи ничем не поможет тебе выполнять свои обязанности. Главное, что ты должна понять следующее: Версиана – это еще не весь мир. Продолжай игроков считать игроками, ты все делаешь правильно. Даже если само понятие «игрок» для тебя лишь абстракция. Даже если ты не осознаёшь, чем игроки отличаются от тебя. Пойми, что бы ни случилось – в приоритете для игроков должен быть беспрепятственный выход из Версианы, причем в состоянии не хуже того, в котором они в нее заходили.
– Хорошо, – кивнула Камилла. – Но ты не можешь запретить мне анализировать этот аспект.
– Конечно не могу, – покачал я головой. – Мне и самому не мешало бы чаще задумываться о таких вещах. Потому что само существование Версианы есть признак того, что мир там, снаружи, куда-то не туда свернул. – Я потянулся за колой и добавил: – Мы отошли от темы. Ты упоминала три пункта, которые могут повредить игрокам. Два ты озвучила. Третий какой?
– Третья и главная опасность для игроков – краш-синдром, – откликнулась Камилла.
– Краш-синдром, – повторил я, пытаясь вспомнить, слышал ли это определение раньше. – Что это такое?
– Слишком долгое пребывание в сиано-костюме может нанести вред физическому здоровью.
– Но это как бы очевидно, – вымолвил я. – Даже странно, что ты внесла этот пункт в топовую тройку опасностей.
– На этот счет существует устойчивая статистика, выведенная во время раннего доступа, – продолжала стюардесса. – В частности, имеются сведения, что игроки, которые не могут в Версиане решить конкретную задачу, чувствуют себя от этого тягостно и возвращаются к задаче снова и снова – независимо от того, насколько она для них тяжела или даже невыполнима. Установлено, что это базовое отличие Версианы от других игр. Но в других играх не приходится лежать в сиано-костюме, подавляющем сигналы голода и усталости.
Я обдумывал услышанное, попутно любуясь пузырьками в бутылке. Камилла, сама того не зная, только что описала состояние, в котором я находился час назад, когда не понимал, что делать с атакующими меня игроками. Действительно, я был раздражен невозможностью выполнить задачу и занимался ею, пока не довел дело до конца. А в обычной игре уже бросил бы и оформил возврат.
И все же – разве мои нулевые противники не находились в аналогичном состоянии?
– Ты хочешь сказать, что Тимур способен препятствовать геймерам играть продуктивно, – протянул я задумчиво. – Он осознанно толкает их на невыполнимые задачи, чтобы они бегали по кругу, как белки в колесе… – Не договорив, я обвел глазами стены ангара, на которых все еще красовалась интерактивная карта города. – Сталкер заставил игроков атаковать меня, зная, что они не справятся, – думал я вслух. – Если навязать бой одному игроку с другим, пока кто-то не проиграет или пока не отменят сам квест… Камилла! Возможно, что мы все немного не так поняли. Думаю, Тимур не лгал, говоря, что хочет изучить меня. Но это не мешало ему преследовать побочную цель – мешать играть всем остальным. Может даже, эта цель для него главная.
– Стюарды в Версиане не лгут, – уточнила Камилла.
– Да, наверное. Вот только вряд ли у Тимура есть свобода воли. Он использует возможности Версианы, потому что ничего другого у него нет. И мотивацию тоже берет оттуда. Камилла, что бы сделала ты, если бы перед тобой встала задача: мешать другим играть?
– Невозможно помешать другим игрокам, если они хотят играть, – озвучила Камилла очевидную вещь. – Но можно мешать им набирать опыт так, что они не узнают.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?