Текст книги "Мир Тараумара. Книга 2. Другой мир Тараумара"

Искорки понимания мягкими лапками начали массировать голову Дениса. Появились первые проблески присутствия его отдельного разума в общем. Пропало материальное ощущение руки Павла. Теперь он был не человеком, а сущностью, которую можно понять и с которой можно взаимодействовать. И все, кто находился на вахте, вдруг стали понятны Денису. Это было настоящее чувство Единения, аналогов ему не существовало в материальном мире.

Он почувствовал капитана, он показался ему камертоном, заставляющим звучать людей в одной тональности. Почувствовал, как он транслирует им маршрут, определенный лоцманом, и как только он ощутил себя одним из всех и всех частью себя, ему открылся путь. Он увидел его извилистой пунктирной линией, проложенной между препятствиями, которых было немало. В конце линии маячила цель, определенная для данной вахты. Денис подумал о ней и понял, что способен стать дополнительной движущей силой ковчега.

Глава 6

Вор, о котором все знают, что он способен украсть, не вызовет такого отвращения, совершив очередную кражу, как человек, о котором шла слава, как о порядочном. Начав праведную жизнь, человек не только не накапливает запас добрых дел, чтобы в один момент разменять их на какой-нибудь грешок, а совсем наоборот, он лишается возможности поддаться слабости, так как расплата за нее с каждым хорошим поступком будет все суровее.

Единение оказалось настолько приятным чувством, а возможность влиять на маршрут наполняла таким смыслом, что Денис начал думать, будто вахты – это групповой сеанс шаманского обряда, погружающего в потрясающее эмоциональное состояние контакта с миром духов. Чувство общности возвеличивало, чего он никогда не испытывал ранее. Ему всегда казалось, что нет ничего приятнее одиночной работы: нет глупых коллег, злых начальников и прочих атрибутов большого рабочего коллектива. Но тут было все наоборот. Совместный труд сыгранного коллектива вдохновлял. Денис чувствовал себя струной, дополняющей исполнение общего произведения. Он понимал, когда это звучит красиво, а когда фальшиво.

Однако в определенный момент что-то пошло не так. Экипаж как будто забыл смотреть в ноты и начал играть вразнобой. Капитан как мог настраивал оркестр, но люди все равно сбивались. Денису стало не по себе, и он вывалился из Единения. Внешне никто из матросов не выдавал непроизвольной мимикой, что вахта пошла как-то не так. Возможно, это было обыденной вещью, напугавшей только его. Денис отыскал глазами старпома.

Елена сидела в первом ряду вместе со всеми специалистами и тоже выглядела расслабленной.

– Ты чего? – услышал Денис голос со спины.

Гоша увидел, что товарищ открыл глаза, и решил поинтересоваться.

– Вначале все было нормально, а потом началась какофония. – Денис тряхнул головой, чувствуя в ней остатки состояния, похожего на сон.

– Вы там что, играли на инструментах?

– Очень похоже на то. Музыка была нормальной, капитан дирижировал, я радовался, что участвую в этом событии. Меня переполняли чувства, что мы солидарно трудимся и у нас все очень хорошо получается. Потом музыка начала сбиваться, капитан как будто не понимал, как надо управлять экипажем, мне стало страшно, и я проснулся. А тут ничего не происходит.

– Наверное, это штатная ситуация. Если бы все так хорошо было, то откуда бы взялся балласт? Значит, там бывают моменты, которые заставляют людей отказываться от работы, – предположил Гоша.

– Да, наверное. Но первая часть меня так расслабила, что совсем не хотелось ломать кайф какими-то неприятностями. Сколько времени я пробыл на вахте?

– Часа два.

– Сколько? – удивился Денис. – Я думал, не больше пятнадцати минут.

– А сейчас что ты будешь делать? Вернешься или уже все, отработал? – поинтересовался Гоша.

– Насчет этого мы с Еленой не договаривались. Попробую вернуться, а то пропуск поставят. А ты чего один слоняешься? Где наша собачница?

– У нее депрессия или ломка. Она просто капец какая неуравновешенная. С собакой своей разговаривает и никого видеть не хочет. А я как говно в проруби, не знаю, куда прибиться. Сидел бы сейчас с тобой в трансе и рулил большой глыбой. – Гоша вздохнул и пристроился рядом. – Есть какой-нибудь секрет, чтобы сдать экзамен Елене?

Денис засмеялся.

– Нет. Ты же понимаешь, что всякие обходные пути приведут тебя в итоге к отрицательному результату. Само собой все получится. Вот Павел сидит рядом, он сдал экзамен с четвертого раза. Так что у тебя все впереди. – Денис кивнул в сторону соседа, неподвижно исполняющего работу. – Иди потренируйся, а я попробую вернуться.

– Ладно, пойду погуляю. Заодно присмотрю за нашими баранами. Они опять что-то затевают. – Гоша говорил о четверке маргиналов.

– Не вступай с ними в драку. Они подлые, обязательно ударят исподтишка, – предупредил Денис.

– Хорошо, но на всякий случай… – Гоша показал ручку выкидного ножа. – Как тебе аргумент? На кухне нашел в вещах.

– Убери. Неизвестно, как тут поступают с убийцами. Если поднимут бучу, буди меня, – предложил Денис.

– Ладно. Давай. – Гоша поднялся и покинул мостик.

Денис взял за руку соседа и закрыл глаза. Долго не мог настроиться. До слуха доносились вопли Варвары, что-то не поделившей с товарищами. Бедная женщина считала себя перманентно обделенной во всем и не могла с этим смириться. Только когда она угомонилась, ему удалось медленно войти в состояние транса. Сразу как это чувство возникло, Единение с экипажем мгновенно захватило его. Проблема диссонанса коллектива никуда не делась, пока он отсутствовал. Ковчег несся мимо линии, проложенной лоцманом. Непонятно было, что стало причиной потери управления ковчегом. Он как будто выскочил на летней резине на гололед.

Денис не понимал, какую помощь оказать, чтобы вернуть ковчег на безопасную траекторию. Он попытался мысленно заставить камень сдвинуться в сторону, но его усилия против полусотни человек оставались незамеченными. Вероятнее всего, и они пытались сделать то же самое, но дело было в том, что у них это не получалось. Как новичку, Денису казалось, что экипаж все делает неправильно, надо иначе, но как иначе – не понимал.

Долгое время он пассивно наблюдал за работой, пытаясь понять ее глубинную суть, пока не пришла идея изучить каждого матроса. Он ведь мог в таком состоянии узнать их образ мыслей. Начал с Павла, и ему открылась истина, что сосед не просто управляет ковчегом, а борется за него. Он был настолько напряжен, что это ощущалось, как натянутая до звона веревка. Павлу было совсем не до передачи опыта. Казалось, что еще немного, и он лопнет.

Для Дениса этот факт стал открытием. Теперь он понимал, что вахта – это не прекрасно проведенное в нирване время, а настоящая работа, не хуже, чем на древних галерах. Следующие за Павлом матросы находились в таком же состоянии напряжения. Неприятное открытие заставило Дениса подумать о том, чтобы сойти с ковчега. Ему не хотелось подобных трудностей. Чего ради их терпеть? Сейчас он был бесполезен, не понимая, что именно от него требуется и как встроиться в общий ритм.

Началась тряска, и Денис снова пришел в себя из-за страха. Ковчег мотало из стороны в сторону на самом деле. С носа доносились вопли Варвары и матерные выкрики ее дружков. Испуганная Анжела забежала на мостик с собакой в охапку, села рядом и уткнулась головой в колени. Бедный Боня спрятался у нее где-то между грудей.

– Ты чего так испугалась? – спросил Денис. – Обойдется.

– Там… там такой же ковчег разлетелся на куски, – произнесла она, не отрывая лица от ног. – Все люди погибли.

– Да ладно? Сочиняешь? – Денис выскочил из беседки, чуть не упав на пол во время очередного клевка.

Гоша стоял с внешней стороны мостика, держался за доску и смотрел назад по маршруту ковчега.

– Анжела сказала, что видела, как разбился другой ковчег.

– И я видел. Они потеряли ход, их трясло, потом закрутило – и хрясь, глыба развалилась на куски. Атмосфера разбилась на части вокруг каждого куска, а людей стряхнуло за ее пределы. Зрелище, скажу тебе, не для слабонервных. Я видел, как паниковали люди, понимая, что им конец. И ничем нельзя помочь. Надеюсь, наш капитан справится, хотя что-то волнительно. – Гоша присел во время очередного рывка ковчега. – Ты что скажешь?

– Ничего. Я в экипаже как сбоку припека. Они тянут невидимую для меня лямку изо всех сил, а я только мешаюсь. А чей это был ковчег? – Денис кивнул в сторону осколков, почти исчезнувших из поля зрения.

– Вроде «Ной». Проглядели ребята. – Гоша криво ухмыльнулся. – Вот тебе и опытный экипаж, и прекрасные перспективы. Все разом.

Ковчег резко дернуло вправо. Внутри мостика послышался шум слетевших со скамеек матросов, а с носа снова раздался дикий вопль Варвары. Ее снесло с камня. Она отлетела влево на несколько метров и свалилась назад, но уже не на ровную поверхность, а ниже грани. Ее не было видно, но слышно очень хорошо.

– Надо бы помочь, – решил Гоша.

– Надо, – согласился Денис.

Они бегом добежали до компании, застрявшей на краю камня. Семен и Макар смотрели вниз и ничего не предпринимали. Денис подбежал и перегнулся через край. Варвара держалась за камни и кричала не останавливаясь. От удара она разбила лицо. По нему текла кровь, попадая в рот и капая с губ. Зрелище вместе со звуковым сопровождением выглядело пугающе.

Рукой до нее было не дотянуться. Денис осмотрелся в поисках чего-нибудь подходящего, чтобы протянуть девушке.

– Может, ту лестницу принести? – предложил он Гоше.

– Я думаю, не надо. – Он задумчиво смотрел на край. – Судя по тому, что притяжение создает вокруг нас правильный пузырь атмосферы, мы должны ходить по любой стороне камня. – Гоша перегнулся через грань и осторожно выпрямился.

Зрелище казалось противоестественным. Он стоял в метре от Дениса, но находился к нему под прямым углом. Гоша подошел к Варваре и взял ее за руку.

– Поднимайся, ты никуда не упадешь. – Он потянул ее на себя.

Девушка завопила еще громче, вырвалась и сильнее прижалась к камням.

– Да вставай ты, дура, – не сдержался Гоша. – Идите сюда, – позвал он ее подельников.

– Сама пусть поднимается. Задрала уже орать, – отказался Макар. – Шибанутая.

– Варя, возьмите себя в руки, – попросил Гоша с интонацией питерского интеллигента. – Вставайте, это совершенно безопасно.

Девушка никак не реагировала на его просьбы. Денис перебрался к ним.

– Вместе? – Он взялся за руку Варвары.

– Давай. – Гоша взялся за другую. – Только бы не тряхнуло.

Он как будто сглазил. Ковчег снова дернуло в сторону, но уже в левую, поэтому их не снесло, но Варвару они выронили. К счастью, она успела сгруппироваться и упала на руки.

– Я не пойду! Мне страшно! – завопила она.

– Всем страшно. Ты мешаешь ковчегу двигаться в правильном направлении. Если останешься, мы тоже скоро разлетимся на куски, – припугнул ее Денис.

– Ты откуда знаешь? – вытирая слезы вперемешку с кровью, спросила она.

– Так я уже принят в экипаж. Уже был на вахте и многое понимаю. Поднимайся, пока хуже не стало.

Макар и Семен, укатившиеся в сторону после клевка, вернулись на край.

– Давай, дура, вылазь, – попытался мотивировать ее Макар.

– Сам дурак. Это из-за тебя я улетела. – Варвара всхлипнула.

– Ты сама хотела как в «Титанике», – ответил ей Макар. – Получилось натурально.

– Держись и иди за нами. – Денис снова взял ее за руку.

Гоша взял ее за другую, и они пошли. Варвара осторожно ставила ноги. Видно, что закон всемирного тяготения она не знала, и на маленьком объекте он казался ей чем-то невообразимо противоестественным. Макар помог ей перебраться через грань.

– А вода тут есть для умывания? – спросил он.

– Не видел. – Денис на самом деле не видел здесь ничего похожего на умывальники или душ. – Надо дождаться конца смены. Питьевую воду трогать не стоит.

– Ты не видишь, у девушки кровь, – попытался возмутиться Макар.

– Я тебе сказал, питьевую воду не тронь, – жестко произнес Денис.

Макару свело скулы от злости, но он промолчал.

– Спасибо, – поблагодарила Варвара. – Я чуть не умерла.

– Пожалуйста, и будьте осторожнее. Не стойте у края и держитесь за что-нибудь. – Денис направился к мостику.

– Ого, а ты уже разговариваешь как начальник. Они даже не вякнули, – сделал комплимент Гоша. – Неужели два часа на вахте так меняют человека?

– Вахта ни при чем. Эти дебилы истратили бы всю воду, а мы потом умерли бы от жажды или получили нагоняй от капитана, – отозвался Денис. – Не о себе надо думать, а обо всех.

– Само собой. Не дождусь, когда этих придурков ссадят. – Гоша посмотрел назад. – Когда я читал Достоевского, вот такими и представлял жителей доходных домов. Варька, Макарка, Сенька, вечно пьяные, дерущиеся, шумные, приставучие. А ты читал Федора Михайловича?

– Только в школе, но совершенно не помню о чем. Мне всегда нравилась фантастика, но не та, что сейчас вокруг нас. – Денис окинул взглядом бесконечную синь. Ему показалось, что она не такая уж и синяя. Спектр впереди как будто сместился в сторону серого. – Глянь вперед, мне уже мерещится или там действительно небо посерело?

Гоша посмотрел прямо по курсу движения ковчега.

– Да, похоже, что так и есть. Мне это совсем не нравится. Нам вообще не дают опомниться. Как в старых добрых сказках про пиратов, думаю, у нас на борту появился проклятый матрос. И он точно находится в той компании обитателей Питера Достоевского. – Он указал в сторону маргинальной компании.

– Очень хочется узнать от кого-нибудь, что значит эта серость впереди. – Денис отправился на мостик. – Попробую снова подключиться к экипажу.

– Давай, но только не забудь, что я тоже хочу знать, бояться мне или нет, – заволновался Гоша.

– А ты сразу волнуйся, чтобы не зря, – пошутил Денис.

Он вошел под навес. Анжела уснула на скамейке в том же положении, в котором он ее оставил. Боня умоляюще выглядывал, придавленный ее грудью. Денис вынул его и опустил на пол. Пес благодарно лизнул ему ладонь. Денис присел к Павлу и взялся с ним за руки. Удивительно, но в третий раз он сразу же почувствовал поток вибраций, настраивающий на подключение к экипажу. Вошел в состояние Единения меньше чем за минуту, не в последнюю очередь благодаря тому, что получилось полностью расслабиться.

Денис увидел путь и оптимальную траекторию, почти совпадающую с настоящей траекторией движения ковчега. Все-таки экипажу удалось вытянуть его из неприятности, которой не смог избежать «Ной». Впереди, насколько удавалось разглядеть, ничего опасного не наблюдалось. Проверил состояние Павла и отметил, что он расслаблен, как и другие матросы. Это настроило Дениса на позитивный лад, и он решил немного поучаствовать в общем деле. Гармоничное чувство совместного участия в работе захлестнуло его. Так приятно было понимать, что он, как и любой человек в команде, действует из общих интересов, целиком совпадающих с интересами каждого. Никто не пытался изображать деятельность или, хуже того, саботировать. Цена глупой хитрости была очень высокой, но не страх руководил экипажем, а удовольствие от слаженности, сыгранности, наполняющей чувством эстетического удовольствия. Если бы у человека имелся желудок для духовной пищи, то матросы работали ради его наполнения.

Денису показалось, что он пребывал в состоянии Единения после подключения не больше пяти минут, но уснувший поблизости Гоша и отсутствие Анжелы с собакой убедили его, что это не так. Он здорово отсидел таз и был удивлен, как люди способны всю вахту оставаться неподвижными. Так и до пролежней можно досидеться.

– Всем спасибо, – громко произнес капитан. – Мы справились, хоть и были очень близки к беде.

– Кажется, «Ной» развалился на части! – выкрикнул Денис.

– Печально. Хорошая была команда, но перебивать капитана не стоит. – Он погрозил пальцем. – Все видите, что мы приближаемся к темной области. – Капитан указал рукой вперед. Вакуум, как и положено, стремился к своему естественному цвету. – Надо выбрать впередсмотрящего, который умеет нести вахту с открытыми глазами. Кто у нас был в прошлый раз? Кажется, матрос Галина?

Со скамейки поднялась высокая девушка с длинными светло-русыми волосами и небесно-голубыми глазами.

– Я готова, – произнесла она.

– Отлично. Значит, у нас перед трудным участком часовой отдых, потом короткая сбивка для проверки работоспособности и новая смена. Будем надеяться, что нам повезет и мы половим рыбку в мутной водице. Разойдись! – скомандовал капитан.

Гоша проснулся, когда мимо него стали проходить люди. Уставился на Дениса одним глазом, в котором светилась укоризна.

– Ты обещал недолго, – напомнил он.

– А сколько я пробыл?

– Не знаю. Я ждал больше часа, а потом уснул.

– В Единении время идет иначе. Мне показалось, что не прошло и пяти минут.

– Узнал чего про серый фронт? Он стал больше, значит, приближаемся, – заметил Гоша.

– Только то, что сказал капитан. Он просил хорошо отдохнуть и приготовиться к сложной вахте. Я даже не представляю, как это должно выглядеть, если предыдущая была невыносимой. Надо бы поинтересоваться у Елены, – предложил Денис.

– Точно, я что-то уже успел соскучиться по ней. – Гоша завертел головой. – Идем.

Он поднялся и полез против потока выходящих с мостика людей. Старпом разговаривала с капитаном, периодически указывая в сторону Дениса. Гоша присел через три ряда от нее и стал ждать, когда она освободится. Денис подошел и сел рядом. Капитан заметил его.

– Ну, стажер, как тебе первые впечатления? – спросил он.

Денис немного растерялся.

– А, хм, вначале было захватывающе, а потом начался сбой в общей работе и меня выбросило. Потом я снова подключился и не смог разобраться, что делать. Все были напряжены, как будто работали на износ.

– Так и есть, вахта – это тебе не посиделки в баре, это труд, иногда на пределе эмоциональных сил. Будь все легко, не появлялись бы сломавшиеся люди. Но для первого раза ты был неплох. Со старпомом разберете ошибки, и снова на смену. – Капитан интенсивно почесал макушку. – Надо сделать зарядку, чтобы кровь разогнать. Все, расходимся, не теряем драгоценное время, насидитесь еще.

Он поджал руки и, высоко поднимая колени, сбежал с мостика. За его пределами он помог себе руками, выбрасывая их то вверх, то в стороны.

– Елена, очень было скучно без вас. – Гоша решил сделать комплимент.

– Это нам без тебя было скучно, – ответила девушка, присаживаясь напротив парней.

– Обещаю быть прилежнее, если ты разрешишь на вахте держать тебя за руку. – Гоша выразительно поиграл бровями.

Старпом прыснула.

– Романтика – это, конечно, хорошо и даже приятно, но тут вообще нет времени и возможности для этого. А за руку ты будешь держать того, кто сидит с краю, чтобы не нарушать установившейся гармонии между матросами.

– И матросками, – добавил Гоша.

– Хорошо, подберем тебе матроску. – Елена посмотрела на Дениса. – Так, стажер, все было нормально, за исключением того, что ты легко сдался.

– Я не сдался, просто не понял, что надо делать, – попытался защититься Денис.

– Так и есть, когда человек видит трудность, ему ничего не стоит убедить себя, что он не понимает, как ее преодолеть. Сейчас мы подходим к темной области. Она славится тем, что лоцман не видит маршрут. Для этого ему требуется член экипажа, умеющий погружаться в Единение с открытыми глазами. Этот человек будет смотреть, а лоцман – через него прокладывать маршрут.

– А облететь такую область никак? – спросил Денис.

– Тут такие масштабы, что никак. – Старпом улыбнулась. – Зато в темной области полно всяких ништяков припрятано. Тут можно чаще встретить что угодно: капли киселя, кураре, случайные пузыри воздуха без пожирателей, пристани без людей, но с озерами или даже небольшими участками земных городов, аномальные пространства, аналогичные Вратам, но с более серьезным эффектом ускорения. На самом деле темная область – это удача, хоть и придется постараться больше обычного. Опасностей здесь тоже натыкано гуще, чем в обычном вакууме.

– Блин, я бы искупался в озере, – размечтался Гоша. – Почему у вас нет душа?

– Я думаю, чтобы мы не отвлекались. Хочешь помыться – учись искусству управления ковчегом и правь к пристани с озером или домами, в которых есть душ.

– В домах работающий душ? – удивился Денис.

– Да, совершенно непостижимым образом. Открываешь кран, а там холодная и горячая вода.

– Ты сама видела или рассказывали? – поинтересовался Денис.

– Конечно видела. Темные области не такое уж и редкое явление, и не все пристани вне таких мест похожи на ту, с которой вас подобрали. Есть городские локации с домами, есть природные места с чистыми речками, есть пустыни с дюнами, есть ледяные поля.

– А лед не ядовитый, если его поесть? – спросил Гоша.

– Не знаю, не пробовала и не стала бы этого делать. – Елена потянулась, поднялась и повертела корпусом. – Так, Гоша, он же Жора, он же Гога, у нас с тобой остался академический час на романтические отношения. Не будем терять времени.

– Я готов, – обрадовался он.

– Зови Анжелу, будем пересдавать, – распорядилась старпом.

– У-у-у, обломщица, это никакая не романтика, – обиделся Гоша.

– Запомни, кавалер, спуститься на пристань с бассейном и вернуться назад на ковчег имеет право только член экипажа или претендент, которому капитан даст временное добро. Для остальных возвращение – это смерть, кровавый пот и окончание всех испытаний. Здесь с этим строго, хочешь привилегий – учись и работай на совесть. А романтику оставим на потом.

– Я понял, – интригующим тоном произнес Гоша. – Ты умеешь намеренно вызвать симпатию, благодаря обретенному умению, которым стимулируешь кандидатов.

– Дениса никто не стимулировал, однако он уже не кандидат, – напомнила Елена. – Но ты подсказал мне хорошую идею. Теперь я буду так делать.

– Потренируйся на мне, – предложил Гоша. – Вдруг не сработает.

– Так, эти разговоры отвлекают меня от нужных дел. Денис, иди отдыхай, перекуси, попей, сходи в туалет. На второй вахте не должно быть такого, чтобы пришел, когда захотел, потом ушел по своим делам. Твоего присутствия может не хватить в критический момент, – строго распорядилась старпом. – А мы пойдем искать Анжелу.

Елена забрала Гошу и ушла. Денис проводил их взглядом. Видно, что девушке не хватало мужского внимания, но дисциплина и прилежание иногда брали верх над чувствами. Он поднялся и покинул мостик. Народ отдыхал как умел. Многие занимались зарядкой, гнулись, растягивались, прыгали, отжимались. Многие просто разговаривали, другие ели, но никто не сидел просто так. Оно и понятно, сидение отнимало большую часть жизни и прочно ассоциировалось с состоянием работы.

Денис прошел на кухню, съел пару кубиков манны и понял, что больше не полезет. Сделал глоток воды, и на этом его обед закончился. Прислонился плечом к стене мостика и лениво наблюдал за людьми. Происходящее отдаленно напоминало свободное время в летнем лагере, когда детям разрешалось заняться чем угодно. Не хватало только мяча, чтобы сыграть в футбол. Люди беззаботно веселились, словно не хотели думать о приближающемся темном фронте, внушающем безотчетное волнение.

Не веселило происходящее только маргинальный квартет, который переместился с носа ковчега ближе к корме. Вера, до сего момента пребывающая в ступоре, как будто пришла в себя. У нее появился осмысленный взгляд, которым она наблюдала за происходящим на ковчеге. Денис по ее одежде и манерам предположил, что она работала продавцом в каком-нибудь магазине у дома. Она заметила пристальный взгляд и посмотрела в его сторону. Денис махнул ей рукой. Она коротко улыбнулась, кивнула и отвернулась, как будто считала, что он неискренен в демонстрации дружелюбия. Или привыкла к другому отношению.

Время шло медленно. Денис устал слоняться без дела и решил узнать, как идет прогресс у товарищей. Он нашел их на мостике у капитанского штурвала. Лицо старпома не выражало ничего хорошего. Анжела хмурилась, а Гоша выглядел растерянным. Только пес, увидев Дениса, побежал к нему навстречу.

– Предатель, – крикнула ему вдогонку Анжела. – Я на тебя столько денег потратила, машину купить было бы можно.

– Ну и купила бы. Глядишь, не попала сюда. – Денис поймал Боню и вернул хозяйке. – Как успехи?

– Это слово к нашим занятиям никак не подходит, – поделилась Елена. – У Гоши проблемы с зажиганием. Начинает схватывать, сейчас-сейчас заведется, нет, заглохнет. Про Анжелу вообще молчу. Ток к свечам вообще не поступает.

– А сколько у нас времени? – спросил Гоша, на лице которого не осталось ни капли желания флиртовать с Еленой.

– Как капитан решит. Думаю, чуть больше, чем у тех. – Она кивнула в сторону Семена, Макара и Варвары. – На пару вахт.

– А потом за борт? – уточнила Анжела.

– Не буду врать, да, судьба всех бесполезных – стать частью ничего. Вы неправильно подходите к проблеме, ребята. Вам кажется, что вас принимают на работу и надо показать себя с лучшей стороны, но нет. Я же вас специально подключаю к Единению, чтобы вы почувствовали общий дух, пропитались им и ощутили желание быть полезными. Но оно должно быть искренним, а не выдавливаемым насильно. Вот ты, Гоша, делаешь вид, что я тебе симпатична, но на самом деле это не так, – заявила старпом.

– С чего ты взяла?

– А потому что ты не хочешь стать частью того, чем являюсь я. Разделить это со мной, чтобы стать ближе, понимать лучше и просто сделать мне приятное. Ты держишь дистанцию, дальше которой не пустишь меня и сам не переступишь. Это твоя эгоистичная сущность, твой тормоз, мешающий стать одним из нас. – Старпом раскраснелась от переполняющих эмоций. – Блин, разнервничалась. Не к добру. – Она посмотрела на Дениса. – А ты чего хотел?

– Я? Просто устал маяться бездельем. А, вспомнил, хотел узнать, если капитан заранее определяет, какая именно цель нам нужна, то он наверняка уже выбрал, что мы будем искать в темной области?

– Вот, ребята, смотрите, как проявляется интерес к общему делу. – Старпом указала на Дениса. – Не показной, а настоящий. Да, могу рассказать, но опытный матрос в этом не нуждается. Он все сразу понимает, как только заступает на вахту.

– Ну, я точно неопытный, – усмехнулся Денис.

– Это будет любая пристань.

– А зачем? – не понял Денис. – Продукты и вода еще в достатке.

– Вряд ли на тех пристанях, что нам встретятся, будут продукты. Задачи две: большая мойка и избавление от балласта.

Анжела вздрогнула и уставилась на Елену.

– Ты же сказала…

– Я не о вас. Мы предложим остаться на ней тем, кто в принципе не собирается стать экипажем. Вы поняли, о ком я.

– А что с ними будет? – спросил Гоша, предполагая, что подобная ситуация возникнет и с ним.

– Точно я не знаю. Никто не проверял, но есть версия, что в этом мире по пятам за нами идет волна, обнуляющая все, что есть в ней попавшего извне. Свидетельств ее существования мы не наблюдали, но лучше верить тому, что рассказывают. Поэтому варианты остановиться на шикарном островке, на котором есть еда, питье и даже природа, мы не рассматриваем. – Елена посмотрела в сторону штурвала.

Только сейчас Денис разглядел, что столбик пустотелый и внутри него стоят песочные часы, песок из которых почти пересыпался вниз.

– Пошла я за капитаном. Вы, Анжела и Гоша, он же Жора, занимаетесь тем, что искренне пытаетесь найти причину любить дружный коллектив «Полуночной маршрутки» и желание принести ему пользу.

Старпом поднялась, чтобы идти, но тут случилось неожиданное. Гоша взял ее лицо в свои руки и поцеловал. Елена не успела ничего предпринять против вероломного приема.

– Я все равно не смогу тебе ничем помочь, – произнесла она, дождавшись, когда Гоша закончит.

– Я не потому поцеловал, – засмущался он. – Хотел создать дополнительный стимул для себя.

– Тогда целуй каждого матроса.

– Нет. – Гоша скривился.

Елена укоризненно покачала головой и ушла.

– Как неудобно получилось, – пробормотал разрумянившийся Гоша. – Хотел как лучше.

– Ты все равно мужик, – поддержал его Денис. – Я бы не осмелился.

– А может, мне сразу капитану предложить интим? Глядишь, возьмут без экзаменов. – Анжела поправила уже давно сбившуюся прическу.

– Тебе же сказали, тут так не работает, – напомнил Денис.

– Тогда научи нас, как надо. – Анжела уставилась на него. – Что ты понял, чего нам никак не дается?

– Я не могу дать четкое определение. Это чувствовать надо, словами точно не выразить. В слове «Единение» почти все заложено. Настроиться надо на общую волну, но перед этим избавиться от ожиданий, стереотипов и собственных представлений о том, как надо.

– Легко сказать, – усмехнулась Анжела. – Я вначале представляю, как надо, а потом действую по представленному плану.

– Когда станешь богом в собственной вселенной, тогда и будешь представлять и планировать, а тут надо покориться чужой задумке, иначе будут ломать.

– Как это ужасно звучит – покориться.

– Ну ты же покорялась за бабки? – нескромно предположил Гоша. – А тут стимул еще сильнее.

– Какие же вы душнилы. – Анжела брезгливо скривила губы. – Как я вообще оказалась с вами в одной компании?

– Да мы тоже не мечтали о твоей, – хмыкнул Гоша.

– Нет, погоди, так нельзя думать. Все мы не святые и оказались за дело на этой глыбе. – Денис почувствовал, что разлад в их отношениях окончательно разрушит настрой стать членами экипажа ковчега. – Покориться не в смысле продаться за что-то, как все думают там, у нас, а покориться как принять правила дорожного движения. Никто же не считает, за исключением редких идиотов, что правила – это принуждение. Правила – это удобно и безопасно.

Анжела благодарно посмотрела на Дениса.

– Ладно, ты не душнила, а просто ботан.

– Согласен. – Денис улыбнулся.

Песок почти весь просыпался в нижнюю часть часов. Экипаж начал возвращаться на мостик.

– Что ж, пойдем, необучаемый, посидим снаружи, – позвала Анжела за собой Гошу. – Или ты хотел попрощаться с Еленой?

– Ничего я не хотел. Идем. Удачи, ботан. – Гоша пожал руку Денису. – Следи за дорогой.

– А вы следите за оленями, чтобы не натворили дел.

– Ты меня знаешь, против моего кунг-фу они ничего не смогут. – Гоша изобразил резкий выпад и чуть не упал.

Анжела закатила глаза, показав свое отношение к нему. Они ушли. Капитан и старпом вернулись позже всех. На их лицах отражалась задумчивость.

– Они чем-то расстроены? – поинтересовался Денис у Павла, занявшего свое место.

– Вряд ли, скорее всего, придумали какой-нибудь план и теперь думают, как реализовать.

– Они поделятся им?

– Зачем? Мы и сами все поймем, когда начнется вахта. Мне нравится гонять по темной области, скорость ниже, а всяких полезных вещей навалом. В прошлый раз половине экипажа достался кисель. А у нас тут новичков как раз половина была. Так что мы резко нарастили свой потенциал.

– Но вы же прибыли на пристань, откуда нас забрали, самыми последними, – напомнил ему Денис.