Текст книги "Мир Тараумара. Книга 2. Другой мир Тараумара"

Глава 2

Благое дело, каким оно казалось изначально, привело к серьезной панике и к подозрению, что Денис и Гоша причастны к отравлению толстяка и намерению отравить остальных.

– Благими намерениями, благими намерениями. – Гоша горестно выдохнул. – Сколько я ни пытался помочь людям, всякий раз попадал впросак. – Он посмотрел на свежий труп. – Странная смерть, согласись?

– Он вспотел кровью. – Денис даже смотреть боялся на покойника, каждый раз ощущая приступ вины и сильного отвращения.

– Причем мгновенно. Ни на какое отравление это не похоже. Его убили извне за то, что он выпил воду. Если мы оказались в саду познания, то нас хотя бы должны были предупредить о том, что брать ничего нельзя. – Гоша заозирался, чтобы найти подтверждение своим предположениям. – С другой стороны, мы все должны знать, что чужое брать нельзя. Жизнь нас учила этому, а это итог, экзамен по тому, как мы все уяснили.

– Мистикой отдает, – не согласился Денис. – Мне хочется верить, что мы – участники социального эксперимента.

– Бесчеловечного?

– Учитывая, что у мирового правительства был план заморить нас эпидемиями, почему бы и нет. Сколько нас тут человек оказалось? Около тысячи. Отличная выборка для изучения социальных процессов в ограниченном пространстве в условиях полной неопределенности, – выпалил Денис.

– Если это так, то даже смешно вспоминать, как меня возмущали растущие проценты по ипотеке. Только мы с тобой теперь на стороне зла. Если поделимся с людьми твоей версией происходящего, то нас точно посчитают исполнителями мрачных замыслов. – Гоша посмотрел вверх. – А звезды-то приближаются.

Денис совсем забыл о них в суматохе. Тускло светящиеся объекты разошлись в стороны друг от друга и больше не походили на звезды. В каждом из них совершенно отчетливо просматривался темный центр и светящийся ореол вокруг него. Объекты не сохраняли строй, каждый двигался по своей траектории, но все они приближались.

– Что это может быть? – взволнованно поинтересовался Денис.

– Что угодно. Гадания бессмысленны, потому что мы вообще не знаем, где находимся, – ответил Гоша, прикрыв глаза ладонью. – Хотелось бы получить ответы, но это противоречило бы условиям эксперимента. Да и с какой стати делиться с подопытными крысами информацией.

– Мне все равно кажется, что мы получаем посмертный опыт. Не думал, что он такой, ничем не отличающийся от восприятия в физическом теле, но невозможный окружающий мир как бы намекает, что мы не там. И туннель был, и свет в конце него, чем не переход?

– А это тогда кто, божий суд? – Гоша засмеялся. – Один не дожил. – Он кивнул в сторону покойника, покрывшегося запекшейся кровью. – Выходит, толстяк умер дважды? Зачем?

– Затем, что его без суда и следствия отправили в ад за чревоугодие. Его следующая форма существования уже варится в котле.

– Блин, не надо было вестись на уговоры бухгалтера по-тихому поделить премии. Теперь припомнят. – Гоша закусил губу. – Сейчас понимаю, что пакость совершил, а тогда весело было, куражно. Не верилось в неотвратимость наказания. А ты сожалеешь о чем-нибудь?

– Сожалею, но пусть это останется между мной и ими. – Денис посмотрел в сторону приближающихся объектов.

– Может, пойдем к остальным? Наказание в толпе не так страшно принимать, – предложил Гоша. – Напугаем их божьим судом, чтобы они не линчевали нас.

– Они и так не линчуют. Люди напуганы и ждут, чтобы их успокоили. А если они про нас думают, будто мы в деле с организаторами, то станут прислушиваться.

– Ну тогда пошли, а то мне не по себе от визитеров.

Толпа, состоящая из самых теплолюбивых представителей, рассеялась вокруг поезда в радиусе пятидесяти метров. Люди намеренно не касались растений, опасаясь, что они ядовитые. Остальная часть пассажиров вернулась в вагоны. Они завешивали окна одеждой, чтобы создать внутри тень и прохладу. Вряд ли бы у них это получилось, потому что здешняя природа не баловала ветром. От скопления людей в вагонах все равно скоро сделалось бы душно.

На приближающегося Дениса и Гошу народ смотрел с подозрением. Видно было, что опасения не напрасны и сплетни сработали в том направлении, в котором они и предполагали.

– Что, новую жертву выбираете? – иронично поинтересовался мужчина лет пятидесяти с аккуратной бородкой.

– Нет. Мы к вам как вестники апокалипсиса с предупреждением о приближении суда божьего, – ответил ему Гоша, с трудом скрывая улыбку. – Посмотрите наверх, они приближаются.

– Кто – они? – спросила женщина, услышав предупреждение. – А кто это?

– Апостолы.

Слух о приближении божьего суда распространился с невероятной скоростью. До этого момента люди как будто не видели объекты, но узнав о них, как один уставились в небо в тревожном волнении. Наверняка у каждого имелся повод для переживаний. О Денисе с Гошей сразу позабыли.

– Вот примерно так и работает отвлечение внимания. Фокусировка на сверхъестественном позволила нам рассосать негатив толпы, – произнес Гоша, с интересом разглядывая людей. – Какие они управляемые.

– Сплюнь. – Денис так не считал и боялся, что если они ошиблись, то негатив вернется и они могут стать объектом для вымещения страха.

– А вот суеверия негативно влияют на внушение.

Объекты становились все крупнее, и можно было разглядеть их детали. Напоминали они относительно ровные куски камня, окруженного слабо светящимся пузырем неизвестно чего. Их было шесть. Четыре близко и два еще в виде точек.

– Мне кажется, что это парящие в воздухе глыбы, как и та, на которой мы находимся, – решил Денис.

– Они не парят, а движутся, намеренно сближаясь с нами, – не согласился с ним Гоша.

– Зачем?

– Ты что, как один из этих, задаешь дурацкие вопросы? Имей терпение.

Денис вынул из кармана телефон и посмотрел на него совсем другими глазами.

– Я так радовался ему, и как будто за то, что моя радость была направлена на безделушку, попал в эту переделку.

– Если это твой самый серьезный грех, то не советую сильно расстраиваться. – Гоша усмехнулся и хлопнул Дениса по плечу. – Я нарушил заповеди «не укради» и «не прелюбодействуй». Правда, последнее случилось на корпоративе по пьяни, и мы с объектом прелюбодеяния не особо помнили подробности.

Денис вернул телефон в карман, хотя перед этим собирался выбросить его. Отчасти из-за того, что приближающаяся глыба совсем не походила на схождение с небес ангелов.

Толпа замолкла в ожидании момента истины. Первый объект приблизился на такое расстояние, что стали видны детали его поверхности. Это точно был камень, текстурой похожий на тот, что находился у Дениса под ногами. Глыба имела удлиненную форму, похожую на небольшой каменный авианосец. Верхняя часть, насколько позволял видеть угол зрения, казалась плоской. Ее можно было назвать палубой, а нижняя, скругленная и вся в естественных неровностях, как будто вырванная из тела горы.

В какой-то миг бледный ореол вокруг камня исчез, и глыба стала видна во всех деталях. Денис разглядел людей, стоящих на краю и смотрящих вниз. Он насчитал пять человек, совсем не похожих на ангелов, апостолов или кого угодно из религиозных трактатов. Летающий камень медленно сближался, целясь как будто туда, где находились продукты. Он медленно опускался и, прежде чем замереть, почти исчез из поля зрения.

– Удовлетворим любопытство или ну его на фиг? – поинтересовался Гоша.

– На фиг. Еще подумают, что мы у них еду воруем, и постреляют. – Денис посчитал, что визитеры сами придут, если их появление было за этим.

Справа от него на колени бухнулась женщина, принялась неистово креститься и читать молитвы. Глядя на нее, еще несколько человек последовали ее примеру, а кто и начал совершать мусульманские обряды, хотя тут вообще нельзя было понять, в какой стороне восток. На крышу электрички запрыгнул молодой парень и посмотрел в сторону спустившейся глыбы.

– Сюда идут! – крикнул он. – Трое.

– С оружием? – спросили из толпы.

– Вроде нет. Остальные таскают продукты на камень.

– Значит, оставаться не собираются, – догадался Гоша. – Становится все интереснее.

Над близким горизонтом показались три фигуры, двое мужчин, темноволосый смуглый бородач неопределенного возраста, невысокий полный рыжий мужчина за сорок и девушка с темной косой на плече, выглядывающей из-под шляпы. Вид у них был очень непривычный, напоминающий пиратов.

Толпа попятилась ближе к поезду.

– Да никакие это не апостолы. На алкашню из нашего подъезда похожи, – оценила визитеров пожилая женщина.

Действительно, в их внешности было что-то от людей, которые не утруждали себя поддержанием вида и дисциплиной труда. Смуглый остановился за десять шагов от Дениса, оказавшегося на переднем крае толпы, и внимательно осмотрел людей.

– Удивлены? – спросил он громко и немного с ехидцей. – Напуганы? У меня для вас две новости, плохая и хорошая. Начну с плохой: домой вы не вернетесь. Все, его нет, того мира для вас больше не существует. Хорошая: вы не умерли, кроме того несчастного, не знающего правил здешнего мира и поплатившегося за это. И у вас есть шанс остаться в живых, если внимательно прислушаетесь к советам тех, кто здесь уже давно. Мне нужны двадцать пять добровольцев на борт «Сметливого».

– А что там делать? – спросил Гоша, выйдя на шаг вперед остальных.

– Приспосабливаться. Становиться частью этого необычного мира. – Смуглый обвел руками пространство. – Иначе здесь не выжить.

– А в чем состоит приспособление? – не унимался Гоша.

– Долгая история, а у меня нет времени. Просто предупрежу всех: кто не поторопится свалить с этой каменюки – умрет. Продукты сюда больше никто не привезет, но если и привезет, то вы их все равно не сможете съесть. С вами произойдет то же самое, что и с тем мужчиной. Как я уже сказал, здесь есть правила, нарушение которых карается смертью. – Мужчина посмотрел в небо, где еще несколько глыб собирались произвести посадку. – Советую не откладывать мое предложение и капитанов других ковчегов в долгий ящик. Ну, кто желает взойти на борт «Сметливого»?

В воздухе повисла пауза, в течение которой никто не вызвался. С чего бы людям верить странному человеку, производящему отталкивающее впечатление? Пока каждый индивидуум был окружен толпой таких же, как он, казалось, что им ничего не грозит, а все призывы сделать что-то из ряда вон выходящее похожи на провокацию. Денис посмотрел за спину. Лица людей были направлены на троицу гостей, но выражали ленивый интерес и даже усталость от навязывания идеи, вызывающей отторжение.

– Мы взлетаем через десять минут, – предупредил смуглый. – Каждый, кто решится принять мое предложение, получит еду и питье, не вызывающие отравления. Всего хорошего.

Девушка из троицы визитеров как-то невесело улыбнулась и бросила на Дениса заинтересованный взгляд. Он зацепился за него. Она коротко кивнула, чтобы не все могли понять ее жест, приглашая Дениса за собой. Он не ответил, посчитал, что девушка пытается пустить в ход женскую магию.

Троица ушла, после чего толпа забурлила.

– Вы поняли, для чего мы им нужны? – спросил мужчина со сверкающей лысиной.

– Для чего?

– Для пропитания. Они людоеды. Рожи у них зверские, аж сердце замирает. Я не знаю, что это за ад такой, но пусть они поищут себе других дураков. Я не хочу, чтобы меня съели. Лучше сдохну тут на камнях, но хотя бы останусь высохшей мумией, а не горкой обглоданных костей.

– Они затариваются продуктами, зачем им человечина? – привел кто-то свои аргументы.

– Ты сравнил тоже, какие-то полуфабрикаты из пакетиков и нормальное мясо, – удивился сторонник людоедства.

– Может, мы тут как раз для того, чтобы выдержать все искушения и вернуться домой сильными личностями.

– А ты как думаешь? – тихо поинтересовался Гоша. – Врут они?

– Не знаю. Все здесь настолько дикое, что я не берусь понимать, где тут правда, а где вымысел.

– А никого не удивляет, что тут летают камни? – спросил парень с крыши поезда.

– Удивляет, – ответил ему Гоша.

– Я думаю, мы в игровой симуляции.

– Тьфу, дебил. – Гоша сплюнул.

Визитеры раззадорили людей. На ровном месте начались споры. Спорщики кричали друг другу в лица, думая, что чем громче крик, тем проще переубедить оппонента. Многие, в основном женщины, плакали и вели себя отсутствующе, не вникая в происходящее. Им как будто уже было все равно, чем закончится этот эксперимент.

Сразу две глыбы одновременно опустились на поверхность и от каждой пришли по три человека агитировать лететь с ними. Они называли свои камни ковчегами, и у каждого имелось свое имя: «Громовержец» и «Три поросенка».

– Поймите, люди, вы – балласт и останетесь им, если не сделаете первый шаг. Труднее всего переломить себя, принять новую реальность, но в том и соль отбора: выживают самые гибкие, самые умные, самые любопытные, не поддающиеся давлению толпы, – громко произнесла женщина, спустившаяся с борта «Трех поросят». – Что делают с балластом, когда шар начинает падать? Выбрасывают за борт. Девяносто процентов из вас вскоре так и закончат свою жизнь, но я обращаюсь к тем, кто умнее балласта. У кого в голове мозги, а не набивка из ваты.

– А как нам проверить, что вы не врете? – спросил мужчина с блестящей лысиной.

– Подняться на борт ковчега, – посоветовала женщина. – Вы увидите, как мы живем, и все вопросы отпадут.

– Я пойду к вам, – вызвалась девушка лет двадцати пяти, одетая в белую майку и джинсы.

– Молодец, – произнесла представительница «Трех поросят». – Одна на тысячу. Таким покоряется многое.

Больше желающих отправиться неизвестно куда не появилось. Денис внутренне метался между желанием принять предложение и страхом попасть в неприятности. То же самое испытывал и Гоша, что красноречиво отражалось на его лице.

– А что нас тут ждет? – спросил он. – Жара неимоверная. Уже через несколько часов нас начнет мучить нестерпимая жажда, и мы умрем тяжелой смертью от обезвоживания.

– А если они нас действительно заготавливают как еду? – парировал Денис.

– Тогда они очень плохо агитируют.

– А вдруг это правило, которое нельзя нарушить, что только добровольно поднявшийся на борт будет съедобным?

– Знаешь, Денчик, гипотез может оказаться бесконечное множество. Ты ведь генерируешь их, потому что не можешь сделать выбор. Боишься рискнуть.

– Да, боюсь. Я несколько раз отказывался от сомнительных предложений, и как потом выяснилось, не зря. Жизненный опыт научил меня не вестись на подобные вещи. – Денис немного юлил.

В его жизни счет положительных и отрицательных исходов рискованных предложений был примерно одинаковым. Естественно, что радость больше приносили те, которые могли доставить неприятности, а о тех, где он посчитал себя проигравшим, Денис не любил вспоминать.

Глыба «Сметливого» поднялась в воздух. Достигла определенной высоты и окуталась ореолом света. Денис проводил его взглядом и невольно вспомнил девушку с косой. Она выделила его из всех, и это было приятно. Если бы она вернулась и попросила его вновь, он бы не отказал во второй раз. Спустя четверть часа он уже готов был верить ей.

– А мне интересно, чем живут люди на этих ковчегах, – признался Гоша. – Я не останусь здесь, улечу следующим рейсом.

– Уверен?

– Да.

Еще две глыбы спустились на поверхность, в то время как «Громовержец» и «Три поросенка» поднялись. Через несколько минут явились две компании «покупателей». Они представились как члены экипажей «Бобика» и «Уральской принцессы». Первой компанией руководила женщина со светлыми волнистыми волосами, вторым мужчина с выбритыми висками и завитой в косичку бородой. Ни дать ни взять пропахший соленым морским воздухом покоритель водных стихий. Он шлепнул курчавую блондинку по заду, словно был с ней хорошо знаком. Женщина показала ему кулак, но совершенно беззлобно.

Началась та же песня о том, что все, кто останутся, умрут, а кто примет предложение – выживут. Еще трое вызвались лететь, но Гоша, хоть и обещал, слово не сдержал.

– Сдрейфил? – усмехнулся Денис.

– Они мне не понравились.

– А может, ты просто себя отговорил? Испугался? – поддел его Денис.

– Нет, у меня чутье на руководителей. Эти мне не нравятся. – Гоша скривил лицо.

– Вот поэтому я работаю на фрилансе, чтобы не заглядывать начальникам в рот.

– Ладно, у нас еще три варианта осталось. – Гоша указал на одну глыбу, опустившуюся достаточно низко, чтобы исчез ореол, и еще две на подходе.

– Это же явные аутсайдеры. Им останется только то, что не взяли остальные.

– Ты думаешь, тут соревнования, кто первый придет к финишу? – спросил Гоша. – Зачем?

– Выживают самые быстрые.

– А мне вот интересно, – произнес мужчина, подслушивающий разговор Дениса и Гоши. – Если они агитируют к себе людей, куда делись те, кто у них уже был?

Денис задумался.

– А если их не хватало изначально? Вы же видите, как плохо ведутся люди на их предложение.

– Этот вопрос надо будет задать следующей компании, – посоветовал мужчина.

Агитационная компания с шестого ковчега отличалась от остальных одеждой из ярких тканей, несуразными прическами и шутовскими манерами. Они как будто представляли балаган, а не как предыдущие ораторы, ковчег для спасения жизни.

– Наверное, после всех, кто уже побывал у вас в гостях, нам добавить нечего, – заявил мужчина с наполовину бритой головой.

Левая сторона головы блестела свежей лысиной, а с правой свисало полноценное каре. Мужчина специально поворачивался к зрителям то одним боком, то другим, чтобы они обратили внимание, как кардинально менялся его облик.

– Добро пожаловать на ковчег «Вертеп». Это самый веселый борт во всей невеселой вселенной, – представил мужчина свою глыбу.

– А куда делись люди, которых вы наняли прежде? – громко спросили из толпы.

– Как куда? Кончились. – Мужчина рассмеялся, услышав расползающийся по толпе ропот. – Вы думаете, я так выгляжу, потому что у нас что ни день, то праздник? – Он снова рассмеялся. Его поддержали пришедшие с ним товарищи. – Скажу честно, мальчики и девочки, оставшись тут, вы умрете в ближайшие двадцать четыре часа со стопроцентной вероятностью. Поднявшись на борт, вы умрете с вероятностью пятьдесят процентов в ближайшую неделю, и процентов десять после недельного срока.

– Почему люди погибают?

– Потому что делают ошибки.

– А вырваться отсюда можно?

– Точного ответа вам никто не даст, потому что те, кто долетел до финиша, не сказали оттуда, чем все закончилось. Считайте это место чем хотите, подойдут любые версии, потому что это ваше дело, как относиться к происходящему. Для экипажа нашего ковчега это постановка театра абсурда, и мы играем по-настоящему. Смерть на сцене – это смерть в реале. Я приглашаю всех, кто любит нескучное времяпрепровождение. – Мужчина махнул рукой, выбросив в воздух облако сверкающих блесток.

Денис посмотрел на Гошу, но тот завертел головой.

– Только не с этими шутами, – решительно отказался он.

– Каждое следующее предложение может оказаться хуже предыдущего, – предупредил Денис. – Ты же из Питера, должен знать.

– Я рискну. У меня уже рябит в глазах от их одежды, а представь – они вокруг тебя, да еще и сценки ставят с нулевым смыслом. Я умру со стопроцентной вероятностью в первую неделю.

– Если бы сейчас приземлился «Сметливый», я бы точно на него взошел. – Денис вздохнул, сожалея об упущенном шансе.

– Брюнетка приглянулась? – догадался Гоша. – Она на тебя смотрела. Должен признаться, я бы тоже полетел на нем, если бы такой шанс представился. Там были самые адекватные люди из всех.

– Потому они и были первыми. – Денис посмотрел, как две последние глыбы потеряли сияние, приблизившись к поверхности тела, на котором они находились.

Пятеро решились принять предложение «Вертепа». И каждый из них выглядел нестандартно: много татуировок, пирсинга, ярко крашеные волосы, странная одежда, обувь, и в целом ощущение, будто эти люди пытались как-то выделить себя из общей массы. Но, на взгляд Дениса, подобные попытки индивидуализироваться больше напоминали самостоятельное признание себя изгоями.

– Интересно, что мои родные подумают, когда я не вернусь домой? – Гоша посмурнел.

– Не думай об этом, а то впадешь в депрессию, – посоветовал Денис.

Ему было проще. Дома его никто не ждал, а родители звонили не чаще раза в месяц. А если забывали, то сам он вообще мог не вспомнить о звонке. «Вертеп» поднялся в воздух, освободив посадочное место последним экипажам. Вскоре к людям вышли две троицы. Первыми пришли представители ковчега со звучным названием «Ной». Возникло ощущение, что это представители армянской диаспоры. Они стали звать всех, но сделали реверанс в сторону своих.

– Как потомки Ноя, мы готовы снова доверить своему народу начать все с нуля, – громко произнес курчавый брюнет.

Его слова подействовали на ту аудиторию, которую они хотели. Два смуглых юноши и одна девушка ушли на ковчег.

– Только не с ними. – Гоша снова не смог пересилить себя. – Это сто процентов, что работать придется мне, а они будут петь песни и жарить шашлык.

Последний ковчег назывался «Полуночная маршрутка». От них пришло только два человека, мужчина лет сорока в потрепанном костюме и женщина лет тридцати, одетая в спортивные брюки и майку.

– Наш ковчег один из самых молодых. Мы недавно потеряли руководство и были вынуждены сами браться за руль. Печально, но никуда не денешься. Много слов говорить не будем, кто желает спастись, добро пожаловать на борт. Кто не желает, приятно оставаться, – лаконично высказался мужчина. – Время – жизнь, жалко тратить ее на разговоры. Вот Лена, мой помощник, скажет еще пару слов.

Девушка откашлялась. Она не привыкла общаться с большой аудиторией и волновалась, а может быть, предмет ее разговора был настолько важен, что это не позволяло ей расслабиться.

– Я сама недавно оказалась в вашей ситуации. Вышла вечером из дома встретить племянника со второй смены, а оказалась здесь. Точно так же сидела и смотрела на сумасшедших, рассказывающих о ковчегах, о выживании и прочем, что мне казалось полным бредом. Я была уверена, что сплю и вижу плохой сон и скоро все закончится, но он продолжался. Мне даже казалось, что, умерев здесь, я проснусь дома, и все вернется на круги своя. Но когда прилетел последний ковчег, еще с предыдущим капитаном, я его услышала. Мой внутренний голос ожил и настойчиво предложил принять предложение. И вот я на борту «Полуночной маршрутки» и понимаю, что я не просто Лена, а часть коллектива, без которой он не будет существовать. Мы срастаемся на ковчегах, становимся одним организмом, и это на самом деле здорово. Этому надо учиться, искать в себе предназначение и, поняв его, развиваться. Чтобы вы не подумали, будто я наговорила всякой ерунды, предлагаю устроить минуту тишины. Давайте прекратим все разговоры и погрузимся в глубь себя. Мы заберем только тех, чей внутренний голос пожелает этого. Прошу тишины. – Девушка подняла руку, призывая послушать ее.

Из тысячи человек нашлась пара десятков, которые никак не могли успокоиться. Одни спорили друг с другом, не слушая ее, другие исходили злорадством, громко поддевая визитеров. Денису стало неудобно за них перед девушкой, показавшейся искренней в своей просьбе.

– Заткнитесь, пожалуйста, – попросил он двух говорливых соседей.

– На хрен пошел, – нагрубили ему в ответ.

Денис проглотил нахлынувшую волну гнева и никак не отреагировал на оскорбление. Закрыл глаза и попытался услышать внутренний голос.

– Это же тот, который хотел нас отравить.

Вместо внутреннего голоса он услышал реальный, за спиной.

– По ходу тут конвейер убийств, а эти твари разыгрывают перед нами театр. – Грубый басовитый голос нес угрозу.

Денис обернулся и встретился взглядом с бритым наголо мужчиной крупного телосложения. Он смотрел с нескрываемой ненавистью. Подобные типажи очень быстро находили виновников своих несчастий. Денис решил не ждать, когда внутренний голос даст о себе знать, понял, что тут оставаться не стоит.

– Я полечу с вами. – Он поднял руку и направился к парочке покупателей.

– Денчик, ты услышал голос? – спросил удивленный Гоша.

– Услышал.

К ним присоединились еще четыре человека, двое мужчин и две женщины. Лысый здоровяк уже собрал вокруг себя «шестерок» и надменно смотрел на Дениса. Он провел большим пальцем по горлу, намекая, что здесь ему точно не стоит оставаться, лишний раз подтвердив правильность выбора Дениса.

Парочка визитеров выждала еще три минуты. Неожиданно изъявила желание стать частью «Полночной маршрутки» та самая дама собачкой.

– Я с вами! – выкрикнула она и полезла через толпу.

– Куда ты, дура? – бросили ей вслед. – На смерть идешь.

– Откуда вам знать? Бонечка уже есть и пить хочет. Ему нельзя долго терпеть, у него могут припадки случиться.

– Реально дура.

– Счастливо оставаться. – Мужчина в потрепанном костюме развернулся спиной к толпе и зашагал в сторону своего ковчега.

– Как вас зовут? – Помощница Елена решила перезнакомиться со всеми новенькими по дороге.

– Денис.

– Гоша, он же Георгий.

– Вера.

– Семен.

– Варвара.

– Макар.

– Анжела и Боня, – представилась за себя и собаку девушка.

– А ты кто из них? – поддел ее Гоша.

Девушка поджала свои большие искусственные губы и закатила глаза.

– Меня лучше звать старпомом, чем по имени. Я на ковчеге отвечаю за моральный климат. А это наш капитан. Он просил не называть его имени, потому что здесь оно не имеет значения.

Мужчина в пиджаке коротко кивнул.

– Я управляю ковчегом, – произнес он.

– А в чем суть работы на ковчеге? – поинтересовался Денис у Елены.

– Суть в том, чтобы выжить, для чего нам всем надо научиться действовать как единый организм. Без этого ковчег летит не туда, куда надо, а экипаж, не научившийся прилежанию, гибнет.

Анжела замерла на месте.

– Ой, а я, наверное, поторопилась с решением. А эти, кто остался, они точно погибнут? – спросила она с явным намерением остаться.

– Через двадцать часов пристань перезагрузится, но перед этим у нее исчезнет воздух, и люди умрут, покрывшись выступившей кровью.

– А мы такое уже видели.

– Вы о том человеке у склада?

– Ага. Он выпил воды из бутылки и сразу умер.

– Нельзя брать продукты, пока их не выберет кондей. Только у него есть особый дар делать их безопасными.

– Пристанью называется это место? – догадался Денис.

– Ага. Места для пополнения провизии и воздуха, – пояснила старпом Лена.

– Воздуха? – удивился Гоша. – В смысле?

– Вон видите вокруг тех ковчегов, которые поднялись раньше, светящийся ореол? – спросила девушка.

– Конечно, мы сразу его заметили.

– Это воздушный пузырь. Кислород в нем не бесконечный, а люди дышат, иногда очень активно. Если не залетать в места для его пополнения, то можно задохнуться.

– А я думал, что вся эта небесная синь – обыкновенная атмосфера из нормального воздуха. – Гоша не столько удивился, сколько испугался.

– Увы, это вакуум. У пристани тоже свой пузырь, только гораздо больший. С поверхности его не видно, но выйдя за пределы, вы заметите точно такой же ореол, как и вокруг ковчегов.

Анжела повертелась на месте и побежала вслед за новой компанией.

– Чего не осталась? – спросил Денис.

– Боня дала знак, что надо идти за вами, – ответила она.

– Ты всегда консультируешься с собакой по важным вопросам? – поддел ее Гоша.

– Она дитя природы, у нее предчувствие лучше развито, – пояснила девушка свою позицию.

– Это она подсказала тебе ехать сегодня в метро?

– Отстань, – фыркнула Анжела. – Без твоих шуток тошно.

– Отстань, – вежливо попросил Гошу Денис.

Компания подошла к стеллажам, у которых ожидали несколько человек. Продукты на витринах еще остались.

– Много взяли? – спросил капитан у мужчины в рыбацкой жилетке, надетой поверх тельняшки.

– Максимум на семь суток, больше не дали, – угрюмо признался мужчина. – Придется снова делить пайку. – Он посмотрел на новеньких. – Как матросы?

– Так же, как и продукты, много не дали, и те не по внутреннему убеждению.

– Сбежали?

– Да. – Капитан вздохнул. – Все на борт. – Он кивнул в сторону веревочной лестницы, ведущей от земли к ковчегу. – Девчат страхуйте, у них руки слабые, до середины не доберутся.

– У меня не слабые, я на фитнесс хожу, – заявила Анжела.

– А собака ходит? – не удержался Гоша. – Она тоже станет членом команды «Полуночной маршрутки»?

– Хватит болтать, забирайтесь, – приказным тоном произнес капитан.

Подъем оказался намного более сложным занятием, чем представлял себе Денис. Первым полез один из старых членов команды ковчега. Он страховал Веру, потом Варвару. Анжела отказалась от его помощи, но добравшись до середины, поняла, что Боня ей очень мешает. Денис догнал ее и забрал собаку. Бедный напуганный пес пучил мокрые глазки и тихо скулил, глядя то вниз, то на попу забирающейся выше хозяйки.

На краю каменной глыбы Анжелу приняли сильные руки мужчин. Они же помогли забраться на борт Денису. Последним поднялся капитан. Ему никто не помогал. Он по-молодецки запрыгнул на ровную площадку и сразу направился к деревянной беседке, стоящей по центру верхней части каменной глыбы.

– По местам! – выкрикнул он. – Отчаливаем через одну минуту!

– А нам куда? – спросил Гоша.

– Пока никуда. Привыкайте, – ответил капитан.

Команда «Полуночной маршрутки» насчитывала больше полусотни человек. Люди расселись по скамейкам, стоящим рядами, как в каком-нибудь театре под открытым небом, и соприкоснулись руками. Капитан встал впереди всех, ухватившись за ручки, торчавшие из столбика на уровне живота.

Глыба мягко качнулась и начала подъем.

– Мамочки. – Анжела села на камень и крепко ухватила собаку.

Денис не испугался, остался на краю, наблюдая, как тысяча людей, собравшихся у поезда, смотрит им вслед. Он ощутил, как с подъемом ковчега натянулась и порвалась ментальная пуповина, связывающая его с ними, и от этого стало легче.