Читать книгу "Недотрога для короля академии"

Глава 11. Не изгой?

Все шепчутся о том самом щите, что я выпустила в момент отчаяния. А в их глазах не то страх, не то восхищение. Боги, я сплю? Мой кошмар закончился? Куда делось презрение?

Рано радоваться. Даже если адепты частично поменяли мнение на мой счет, то Арс со своей королевой вряд ли впечатлились моим успехом. Они еще сильнее захотят моей крови.

Нужно готовиться, но сначала заберу вещи, которые остались после занятий боевой магией. Направляюсь на тренировочную площадку, где после занятий галдят и потягиваются уставшие адепты из моей группы. Но стоит им меня увидеть, как затихают.

– Слушай, а где ты этому научилась? – Подпрыгивает со скамьи незнакомец с длинным носом. – Я про щит. В чем секрет?

– Нет никакого секрета, – отвечаю сухо, потому что не чувствую искренности.

А людей, которые улыбаются, только когда им что-то надо, опасаюсь.

– Ну как же так? Серебряные щиты месяцами, а то и годами учатся выпускать. Может, у тебя какой-то особенный артефакт был?

– Не было, – произношу, хочу его обойти, а он опять загораживает собой путь.

– Да постой ты! Жалко сказать, что ли?

– Отойди от нее, – раздается голос за спиной, но оборачиваться не приходится. Тина сама выходит вперед. – Не слышал? Я сказала, не лезь к ней.

Не знаю, кто из нас с незнакомцем удивлен больше: я или он. В любом случае адепт не смеет возражать и уходит, скрыв недовольство за очередной фальшивой улыбкой. А я хлопаю ресницами, ибо никак не ожидала, что королева вступится за меня.

– Поговорим? – предлагает Тина.

Я даже оборачиваюсь, так как не верится, что эта дамочка говорит со мной. Но смотрит она прямо на меня.

– Я не должна была тебя задирать и мучить, не разобравшись. Я была не права, – говорит она достаточно громко, зная, какой шок вызывает у окружающих своим поступком.

А вот ее свита, что стоит в пяти шагах от нас, вполне готова к такому повороту. Только рыженькая морщит нос, но вмешиваться не смеет.

– Тебе шар в голову попал? – спрашиваю я, потому что это все странно.

– Не веришь, что я без злого умысла? – считывает Тина по моему лицу.

– Не верю. Что тебе от меня нужно?

– Зарыть топор войны.

– И с чего вдруг такая необходимость?

– Не буду скрывать, я долго сопротивлялась, прежде чем пойти на этот шаг, – вздыхает королева. – Папа злится на меня. Думает, что и шары – моих рук дело.

– Разве не твоих?

– Я ответственна лишь за купальню. И только потому, что не знала тогда, в чем именно состоял ваш с Арсом конфликт.

– А теперь, выходит, знаешь?

– Папа сказал. Очень разозлился на меня. А я не переношу наших ссор. – говорит королева с таким видом, что сейчас в ее честности сомневаться сложно. – Если не улажу ситуацию, папа и дальше будет злиться.

– Но если уладишь, то разозлится Арс, не так ли? – уточняю я.

Нутром чую, что она говорит далеко не всю правду.

– Верно. Мне дорого расположение Арса. Но семья превыше всего. Поэтому. Извини, – говорит девушка, но вовсе не так, как обычно просят прощения люди.

Без пресмыкания и стыда в глазах, но сильно и достойно. Есть в ней что-то такое… Не зря ее считают местной королевой.

– И ты меня извини, но пары слов мало, чтобы забыть то, что ты сделала. – отвечаю ей.

– И что мне сделать? В прорубь нырнуть?

– А ты станешь?

Тина делает шаг ко мне, а затем немного склоняется, чтобы чужие уши нас не слышали.

– Просто мне подыграй. Притворись, что мы помирились, и я гарантирую, что никто из моих девчонок тебя больше не тронет, – сообщает очень интересную вещь.

Признаюсь, предложение заманчиво. Но где гарантии, что это не очередная ловушка?

– Я подумаю, – киваю ей и, не дожидаясь следующей реплики, ухожу к последней лавочке, где должна лежать моя сумка.

Но вещей нет.

– Что-то потеряла? – настигает меня Тина. На губах такая ухмылка, будто она этого ждала. А еще перемирие для вида предлагала.

– Здесь были мои вещи, – говорю не ей, а адептам, которые все это время тихо наблюдают за нами. – Кто видел, куда они делись?

Отворачиваются, будто ни при чем. Но ведь знают!

М-да, поспешила я радоваться, что мои мучения закончились. Боятся тронуть лично, начали действовать исподтишка, как и ожидалось.

– Кто взял?!

Оглядываю взглядом толпу и понимаю, что никто из них не признается.

Для них это шутка? Там ведь учебники, фолианты, а еще единственная вещь от мамы – брошь, которую я ношу с собой, как память.

От мысли, что я потеряла ее навсегда, меня кидает в холодный пот. Пальцы так и сжимаются в кулаки от гнева. Но не драться же с адептами, чтобы выведать правду. Хотя хочется. Давно накипело.

– Чего вы молчите?! – рявкает на адептов Тина. – Вас спросили, кто взял?! Хотите, чтобы я отцу о вас доложила?! Ладно! Если до конца дня эта сумка не появится у хозяйки, то будете иметь дело со мной. Ясно?!

Адепты испуганно шепчутся, а я начинаю подозревать, что это все красивый розыгрыш с целью пустить мне пыль в глаза.

Тина настолько сильно хочет получить прощение отца или у нее есть другая, пока еще непонятная мне цель? Допустим, сблизиться со мной, а потом предать, лишь бы угодить Арсу? Я совсем запуталась.

– Они все услышали. И если не идиоты, то до конца дня тебе все вернут, – говорит мне Тина, затем кивает рыженькой, зазывая ее на обед.

Королева уходит со свитой. Мне бы тоже не мешало подкрепиться, но не могу так просто уйти. Стадион стремительно пустеет, а я все еще брожу между лавок и заглядываю под каждый куст, надеясь, что вор припрятал сумку где-то рядом. Увы, ничего нет.

– Мира, ты чего? – окликает меня Лаура, когда я чуть ли не в слезах сажусь на лавку. – Ты что-то потеряла?

– Сумку с учебниками.

– Уверена, что оставила ее здесь?

– Кто-то забрал ее.

– Если так, то ты ее уже не найдешь, – говорит Лаура то, во что я сейчас совершенно не хочу верить.

– Я не могу сдаться.

– Не упрямься. Не загоняй себя. Это всего лишь учебники.

– Нет. Там кое-что ценное. Очень ценное для меня, – вздыхаю я, и подруга недоумевающе хмурится. – Единственная вещь, которая осталась от мамы.

– Мира, – тянет она тихо, осторожно. – Мне очень жаль, но здесь ничего нет. Ты же и сама это видишь.

– Вижу, – признаюсь я.

– Пойди поешь, пока обед не закончился. А потом, если хочешь, вместе поищем.

– Спасибо, но не стоит. Если кто-нибудь увидит, что ты мне помогаешь, может случиться беда, – шепчу Лауре, помня, что я все еще в числе врагов короля.

– Давай я хотя бы еды тебе принесу?

– Не нужно. Ты права, тут я ничего не найду, так что сама пойду в столовую, – с горечью говорю подруге и отряхиваю немного испачканную форму.

Мы доходим с Лаурой до угла главного корпуса, а затем расходимся разными дорогами. Мой путь лежит в столовую, где наверняка сейчас куча адептов.

Идти туда совсем не хочется, но с голоду помирать я не собираюсь. Сжимаю кулаки, распрямляю спину и велю себе быть смелой.

Едва вхожу в огромную залитую полуденным светом залу, как адепты один за другим поворачиваются в мою сторону и начинают шептаться. Ожидаемо. Они обмусоливают новые слухи. И про щит говорят, и про профессора, и про милостыню Тины.

– Вот она, вот! – шепчутся они достаточно громко, но я стараюсь не обращать внимания.

Ищу глазами Лаоса, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Увы, парня не видно. Возможно, он уже поел или попозже сюда придет,

Тихо вздыхаю и занимаю очередь у раздаточного стола.

– Чего желаешь, голубушка? – обращается ко мне повариха так, что невозможно не улыбнуться в ответ.

– Вареный картофель и салат из капусты.

– А как же мясо? Свежее, вкусное! И пирожок возьми. Чего ты скромничаешь? Это же бесплатно. Сладкое полезно для ума, – суетится добрая женщина, и мне становится теплее на душе.

– Спасибо, – улыбаюсь еще шире. – Вы очень добры.

– Дочку ты мне напоминаешь, – смеется она и добавляет сверху еще один пирожок.

Вот как я это съем?

Смеюсь и тут же чувствую, будто спину огнем опаляет. Обернувшись, натыкаюсь на пылающий гневом и злостью взгляд Арса, важно восседающего за столом в окружении своих приспешников. Он не ест и не пьет. Пристально наблюдает за мной, и от огня в его глазах становится жутко.

Отворачиваюсь, хочу отделаться от этого неприятного чувства, но не могу. Его взгляд будто намертво вцепился в меня. И я понимаю почему. Жертва, на которую он объявил охоту, вдруг перестала быть изгоем. Стала той, кто выпустил серебряный щит. Той, за кого заступился профессор. Той, перед кем извинилась королева.

Я даже подумать боюсь, как его все это бесит. Я ведь должна быть раздавлена. Должна сжиматься в комок и рыдать, а я пришла сюда, расправив плечи, и собралась обедать как ни в чем не бывало. Еще и стою, улыбаюсь.

Он в гневе, и мне становится страшно. Даже думаю о том, чтобы попросту отсюда уйти, пока не случился пожар, но я ведь обещала себе перестать убегать.

Забираю у женщины поднос, вежливо кивая в знак благодарности, и иду к столу, как чувствую, что воздух вокруг становится гуще. Зал стихает, а где-то справа раздаются шаги.

Шаги короля, идущего по мою душу. Неистово хочу сбежать, изменить траекторию, но не могу себе этого позволить. Мне осталось несколько шагов до свободного стола. Всего чуть-чуть, но… король преграждает мне путь.

Глава 12. Близко

– А ты никому не даешь заскучать, – подмечает он с усмешкой на губах, а в глазах режущий лед. – Слышал, ты снова прославилась. Героиня, уберегшая площадь от гадкого умысла злодея, теперь выпускает серебряные щиты на первом же занятии по боевой магии. А ты интересней, чем казалась.

– Отличный повод подумать, стоит ли продолжать меня доставать, не так ли? – говорю ему, а в ответ получаю еще одну злую усмешку.

– Меня не таким нужно впечатлять, – произносит парень, а в синих глазах вспыхивает опасное пламя.

Он делает шаг ко мне, а я – два шага назад. Снова и снова.

Боги, даже не хочу думать, как мы выглядим со стороны, однако отступать дальше мне некуда. Упираюсь пятой точкой в неподвижный стол и оказываюсь загнанной в ловушку.

Одна надежда на поднос, что разделяет нас, но Арс с легкостью выхватывает его из моих рук и небрежно ставит на белоснежную скатерть.

Вот теперь меня ничто не защитит.

– Назад! – шиплю я на Арса, когда он вновь неумолимо сокращает дистанцию.

– Ты головой ударилась на занятиях? С чего мне тебя слушать? – резонно спрашивает он.

– С того, что профессор…

– Мне плевать на профессора. Плевать на всех, – заявляет Арс.

Делает еще шаг и наклоняется так, что между нами практически не остается расстояния, а его горячее дыхание щекочет щеку и мочку уха.

– Ты ненормальный! Отойди! – рычу сквозь зубы, но кто бы слушал.

– Чем больше ты сопротивляешься, тем сильнее я хочу тебя наказать, – шепчет мне на ухо своим низким, пробирающимся прямо под кожу голосом.

На рефлексах хочу толкнуть, но Арс слишком ловкий – перехватывает руки за запястья. Попытка вырваться оборачивается еще большим поражением – я буквально вписываюсь в него телом и замираю не то от гнева, не то от растерянности.

– Пусти, мерзавец! – требую, сверля короля злым взглядом

– Вижу, ты все чаще забываешься, новенькая, – говорит он. Синие глаза вспыхивают гневом, но лицо остается непроницаемой ледяной маской. – Оглянись. Ты видишь, чтобы хоть кто-то спешил тебе на помощь или бежал за профессорами?

Нет. Никто и шелохнуться не думает. Адепты все до одного превратились в статуи и молча наблюдают, как этот гад бесстыдно нависает надо мной, лишая шанса на спасение.

– Будь аккуратнее со словами. Понимаешь ведь, если я захочу, чтобы ты встала передо мной на колени, ты встанешь. Захочу наказать – накажу, и никто меня не остановит. – Арс обжигает кожу горячим дыханием, а меня трясет от холода. Слезы просятся на глаза.

– Какой же ты… – не договариваю. Страшно.

– Так-то лучше. Но что за взгляд? Ненавидишь меня?

Ненавижу! Ненавижу, что есть силы, но этого тебе не скажу! Я ударю тебя больнее!

– Нет, Арс Дэрх. Мне искренне тебя жаль, – заявляю я, и темные брови дракона изгибаются в недоумении.

– Что? – переспрашивает он, а затем усмехается. – Ты ничего не перепутала, маленькая ведьмочка?

– Только сердце, отравленное болью, жаждет мучить других. Из нас двоих сирота я, но именно ты обречен! – бью словами снова и в этот раз четко попадаю в цель. – Хочешь, чтобы встала на колени? Тогда сломай мне ноги!

– Ведьма… – рычит он, а я что есть мочи дергаю свою руку.

Вот бы еще сил хватило, чтобы освободиться и, топнув каблуком, гордо отсюда уйти. Увы, против Арса я как комар против льва. И этот хищник сейчас дико зол.

Настолько зол, что мне впору обратиться в пепел от одного лишь его взгляда.

– Ты, видимо, бессмертной себя возомнила. Что ж, продолжай. Тем интересней будет наблюдать за падением, – заявляет король, потом небрежно выпускает меня из своей стальной хватки, награждает таким взглядом, что я уже чувствую себя мертвой.

На изящных губах Арса сверкает звериный оскал, но за зеркалами синих глаз уже нет той уверенности, что горела несколько секунд назад. Там зиждется что-то иное. Что-то похожее на страх, не присущий королю.

Но Арс уходит победителем под ошеломленные взгляды ничего не понимающей толпы. А меня трясет. Трясет от злости, от негодования, от обиды. А адепты вновь начинают шептаться.

Судя по лицам девиц, что сидят за столиком у колонны, они все понимают до ужаса превратно. Сейчас побегут к Тине и доложат, что король уделил внимание какой-то вшивой новенькой с улицы. И попробуй докажи обратное.

Кидаю взгляд на поднос, поставленный Арсом на пустой стол, но кусок в горло не лезет. Забираю с собой пирожки на всякий случай и, держа спину прямо, покидаю поле битвы.

Хотя новая битва мне еще предстоит. Без учебников не пускают на занятия, но, к счастью, профессор по основам магии пребывает в хорошем настроении. Он позволяет остаться и даже выделяет перо и бумагу, чтобы могла записывать тезисы. Стараюсь не думать о потоках, рождающихся в сердце и теплом расходящихся по жилам. О том, как важна сосредоточенность и чистый ум, но в моей голове полный бардак.

Мысли мечутся от мерзавца-короля до брошки, которую украли. И ведь я понятия не имею, где ее искать.

На зельеварении ситуация с учебниками становится ребром. Профессор, все еще точащий на меня зуб, чудом не гонит к ректору за отсутствие принадлежностей. Девчонки, которые в прошлый раз устроили фейерверк в моем котле, противно хихикают, а я стараюсь быть начеку.

Занятие отвлекает от гадких мыслей, сосущих душу. Профессор задает вопросы, на которые лишь пара адептов, включая меня, отвечают верно. И это очень злит моих, как выяснилось, не особо умных соседушек и, как ни странно, раздражает самого профессора. Но лишь первые полчаса. А затем он уже увлеченно ведет со мной беседу.

Когда занятия заканчиваются, я с горечью осознаю, что сейчас мне снова придется шнырять мимо толпы адептов. Кто знает, насколько расползлись слухи за это время и что там еще сочинили?

В одном я точно уверена: не хочу наткнуться на Тину. Хватит мне сегодня разборок.

– Сиротка, я слышала, ты сумку свою потеряла, – догоняет меня одна из дамочек, повинных в шоу с котелком.

Хлопает своими пушистыми темными ресницами и довольно улыбается.

– Ты позлорадствовать пришла?

– Вообще-то помочь. Девчонки говорят, что видели какой-то мусор у пруда. Не твой ли? – хихикает она, и от злости мне хочется ей ногу каблуком отдавить, но я замираю.

Мои вещи у пруда. Мамин подарок…

Меня будто молнией бьет от мысли, что если я не поспешу, то упущу шанс вернуть свое бесценное сокровище. Стрелой вылетаю из здания, игнорируя все вокруг.

Пруд находится во внешнем дворе, на некотором отдалении от излюбленных для прогулок мест, потому здесь всегда тихо. Но я не думаю о том, кто и как на меня сейчас будет смотреть. Я лишь хочу найти брошь.

Так сильно этого хочу, что чуть не сбиваю Арса с ног на белокаменной дорожке. Чудом уворачиваюсь в паре сантиметров от его плеча.

– Ведьма, ты чего? – раздается мне вслед.

Но плевать, что он там думает. Мне нужен пруд.

Пробегаю мимо последних красиво подстриженных кустов, и выбегаю на зеленую площадку, омываемую мутной стоячей водой пруда, и застываю. Вдоль берега разбросаны книги, листы, перья. Они лежат и в пожухлой траве, и на сырой земле, а красный фолиант едва держится на поверхности воды в нескольких метрах от берега и вот-вот утонет.

Бездумно подхватываю юбку, задирая ее выше колен, скидываю обувь и ступаю к пруду. Колючая трава впивается в ступни, а затем противно чавкает мокрая земля, а вода – холодная!

Едва намочив ноги, хочу отступить, но фолиант вот-вот утонет. Чудом выцепляю его с поверхности воды и прижимаю к груди. Мокро!

Держать и книгу, и юбку одной рукой жутко неудобно, но вторая рука мне нужна, чтобы собрать кисти. Здесь не все. Утонули? На что я куплю новые?

Какой же гад так подло поступил? У врагов нет смелости кидаться в лицо, только и умеют, что тихо гадить за спиной! Злость пылает огнем внутри, пока холодная вода пробирает до костей.

Спешу на берег, чтобы собрать все остальное. Нахожу блокнот, листы и книги, сама сумка пуста. А где же мамина брошь?!

Я сейчас зареву от отчаяния. Где она?! Где?!

– А говорила, что не встанешь на колени, – раздается леденящий душу голос, и мой взгляд упирается в пару начищенных до блеска сапог.

Проклятый Арс!

Поднимаю голову и тут же жалею об этом. Ни секунды не хочу тратить сейчас на этого самодовольного мерзавца!

– Катись к гоблинам! – рычу ему и продолжаю колоть пальцы о траву в поисках броши. Замечаю золотистый блеск.

Боги! Это она?! Она!

Скорее хочу поднять, но длинные изящные пальцы Арса уводят мою ценность прямо из-под носа.

– Вот, значит, что тебя так увлекло, что ты даже меня, не раздумывая, к гоблинам послала, – подмечает король, с интересом разглядывая мамину брошь.

А меня трясет от злости, что он смеет к ней прикасаться.

– Отдай! – Вскакиваю я и хочу отнять, но парень ловко задирает руку , внимательно глядя на меня и не понимая, с чего вдруг я кидаюсь.

Да, для него это лишь маленькая и вовсе не золотая, а позолоченная безделушка в форме цветка с красным камнем в сердцевине. Но для меня эта брошь – самая ценная на свете вещь!

– Любопытно, – прищуривается Арс. – Откуда у тебя вещица такой тонкой ювелирной работы?

– Не твое дело!

– Хочешь. чтобы я вернул – ответь.

– Она мне от мамы досталась. Доволен? А теперь верни! – нервничаю я.

Страх, что он может с ней что-то сделать, пожирает изнутри все сильнее с каждой секундой.

– Значит, она очень важна для тебя. Тогда и цена за ее возвращение будет высокой, – делится размышлениями Арс, а я даже думать не хочу о том, что вертится на уме у этого мерзавца! – Что бы мне попросить?

– Мозгов себе попроси! – не выдерживаю я, кидаюсь на него, но, поскользнувшись на мокрой траве, падаю прямо на короля.

А он, ловко повернувшись, ловит меня, будто в танце.

Весь мир замирает. Стихают все звуки, теряются очертания, и я вижу лишь ненавистные синие глаза в нескольких сантиметрах от меня.

Он близко. Слишком близко. Губы плавятся от его горячего дыхания, а кровь в жилах застывает. Я невольно сглатываю страх, а Арс переводит свой пронзающий взгляд на мои онемевшие губы.

Глава 13. Не лезь ко мне в душу

Эта дурацкая пауза действует на нервы, а дракон и не думает шевелиться. Смотрит на меня уже не как хищник на загнанную добычу, а как опасный безумец и от этого внутри все леденеет.

– Руки убери! – толкаю его в грудь, и это приводит короля в чувства.

– Такое милое личико и такой ужасный характер, – констатирует он.

Дает мне свободу, но в последний момент усиливает хватку.

– Кто бы говорил! Гад.

– Такое уже слышал. Что-нибудь новенькое скажешь? – провоцирует Арс, и в его хищно прищуренных, выразительных глазах сверкают опасные искры.

– Ненормальный! Невыносимый! Идиот!

– Еще чуть-чуть, и будет «ненавижу»? – довольно спрашивает он. – А как же «мне жаль тебя»? Ты еще что-то про больное сердце говорила, да?

– А я не отказываюсь от своих слов! Но это не оправдывает, знаешь ли! – качаю головой, глядя в синеву его глаз. – Даже у последних проходимцев есть что-то святое. Просто ты свое прячешь даже от самого себя, потому что боишься!

В синих глазах мелькают тени, однако не успеваю я ухватить надежду за хвост, как от Арса исходит такой порыв злости, что я инстинктивно сжимаюсь в ком.

– Думаешь, красивыми словами изменишь этот мир? – рычит он, а взгляд становится жестоким. – Нет во мне ничего святого. Не заблуждайся и не пытайся лезть ко мне в душу. Ее у меня нет.

– Разве? – прищуриваюсь, ибо сейчас сила на моей стороне.

Арс это чувствует, и ему это не нравится.

– Что ж, ведьмочка, придется развеять твои заблуждения на мой счет, – заявляет он.

Отстраняется от меня, но не успеваю обрадоваться, как этот чешуйчатый замахивается, и в водную гладь пруда с плеском падает маленький предмет.

Боги! Это была мамина брошь? Нет!!!

– Ты!!! – взрываюсь я.

Гнев ослепляет. Пылает все, даже кончики волос. Так хочу его прикончить! Растерзать на маленькие клочья.

– Какой же ты гад! Это был подарок от мамы!

– Так ты возишься впруду из-за безделушки женщины, которая тебя бросила?

– Да что ты знаешь? Мама не бросала меня! Она меня любила!

– Наивная. Люди любят только себя. Бросай верить в сказки, если хочешь выжить в этом мире.

– Сказки, говоришь? – вспыхиваю я и тут же осекаюсь.

Не могу совладать с пламенем, что выплескивается из меня от одного лишь взгляда на этого гада!

– Всем своим сердцем желаю, чтобы ты полюбил так сильно, что жизнь стала бы не мила! Чтобы испытал с лихвой всю ту боль, которую причинил другим! Чтобы страдал и спать не мог! Чтобы сгорел от своего одиночества! – кричу в сердцах, и зрачки Арса обращаются в линии…

Радужки его глаз вспыхивают и будто расходятся трещинами, но мне этого мало. Я готова его убить. Загрызть насмерть!

Со злости толкаю короля в грудь, а она как камень. Даже не отшатывается.

– Что ты сейчас сказала? – Хватает меня за руку и тянет к себе. – Ты меня прокляла?!

– Можешь считать и так! – отвечаю и яростно скидываю его руку, а затем возвращаюсь в ледяную воду.

Понятия не имею, как я буду искать мамину брошь, но не могу просто так лишиться надежды.

– Утопиться решила?! – рычит парень мне вслед. – Вылезай оттуда!

– Вот и радуйся! – кричу, не оборачиваясь. – От мертвой проще избавиться!

– Выходи, говорю! – Идет за мной прямо в воду.

Его начищенный сапог чавкает под водой в грязи, но дракон не останавливается, пока не хватает за локоть. Без спросу тащит на сушу, будто я его вещь.

– Отвали! Я ищу мамину брошь!

Вырываюсь изо всех сил и забредаю еще глубже.

– Идиотка, – устало рычит он, но я даже не оглядываюсь. – Ты там ничего не найдешь, зато заболеешь!

– Катись к гоблинам! – ругаюсь, не глядя на него.

Захожу все дальше в воду, и ноги сводит от холода. Но хуже всего, что этот гад прав. Я тут ничегошеньки не смогу найти.

Мама, мамочка, помоги. Я не могу потерять последнюю связь с тобой!

***

– Мира? – слышу чей-то удивленный голос.

Оборачиваюсь.

Арса уже и след простыл. На берегу стоит Лаос собственной персоной. Живой, с виду здоровый. А я-то волновалась, что ему достанется из-за меня.

– Ты что там делаешь? – пугается он и оглядывает жалкую меня с трясущимися от холода синими губами. – Выходи, иначе одним корешком не отделаешься.

Горько усмехаюсь, вспоминая то самое угощение от друга, и тут же грущу от мысли, что в самом деле опять могу заболеть. Небо уже темнеет. Сколько я тут брожу?

Пора признать, я ничего не найду.

– Искала кое-что ценное, – вздыхаю я, выходя на берег.

Мокрая ткань платья противно липнет к ногам. К счастью, юбка достаточно плотная, чтобы скрыть силуэт даже в таком состоянии.

– Замерзла? – спрашивает Лаос, а затем достает из сумки какой-то артефакт. – Держи. Он высушит одежду.

Невольно усмехаюсь: есть мучитель, есть и спаситель. Обычно последнего никогда не было в моей жизни. Только первый.

– Спасибо, – шепчу я, принимая красный камень в серебряной оправе.

Сжимаю его в кулаке, пытаясь нащупать импульсы магии, и тут же от мокрой ткани идет горячий влажный пар.

– Уже дважды я у тебя в долгу, – признаюсь я и ловлю себя на мысли, что ответить мне нечем.

– Трижды, – поправляет Лаос, вынимая из сумки еще один корешок. – Съешь, а то заболеешь.

И вновь это дурацкое чувство, когда хочется и плакать, и улыбаться.

Киваю, потому что сил на спасибо нет. Знаю, что голос предательски дрогнет, а на глаза хлынут слезы. Не хочу быть жалкой. Но Лаос понимает мою благодарность без слов.

– Твое? – Он указывает взглядом на стопку учебников, и я опять киваю. – Я помогу отнести в общежитие.

– Не надо! – выпаливаю раньше, чем успеваю сообразить.

Все еще боюсь, что ему достанется от короля за дружбу со мной. Тем более сейчас, когда Арс в лютой ярости.

– Как знаешь, – кивает Лаос, потом присаживается на сухой клочок берега и пускает взгляд на водную гладь.

Надо же, когда ты находишься в тепле на суше, а не в холодной воде, все выглядит совсем иначе. Какой-то маленький пруд и вдруг кажется милым и романтичным.

– Сильно тебя достают?

– Смотря с чем сравнивать, – смеюсь я, затем встаю.

У пруда, конечно, хорошо, но нужно и честь знать. Пора делать домашнее задание.

– Я слышал, профессор всех отчитал, да и твой щит поразил многих, – сообщает Лаос, поднимаясь на ноги следом за мной. – Не думаю, что теперь пойдут в лобовую атаку. Разве что будут гадить вот так.

Хочется верить его словам, но кое-кто немногим ранее доказал мне, что ему закон не писан.

По телу проходит дрожь от одной мысли об Арсе, и я тут же стараюсь выкинуть гада из головы. Слишком много чести вспоминать о нем!

И все же, как можно быть настолько злым, чтобы поступить вот так? Он ведь знал, что это подарок от мамы! Нет, я этого идиота никогда не пойму! Гад! Недоумок! Проклятый всесильный дракон!

– О чем ты задумалась? – возвращает меня в реальность Лаос.

Я тут же качаю головой: мол, пустяки.

– Ты ведь не собираешься забиться в угол и пропустить все веселье?

– Какое веселье?

– Бал в честь начала учебного года. Будет грустно, если ты все пропустишь из-за чьих-то козней.

Бал… Это можно считать приглашением или…?

– Приходи, там тебя никто не тронет, – заверяет он, а затем, улыбнувшись, уходит в темноту.

А я так и смотрю ему вслед, прижимая к груди учебники. Бал…

Боги! О чем я? Учебники мокрые! Их ведь тоже нужно просушить. Совсем голову потеряла.

Быстро иду в комнату по витиеватой белой лестнице, но даже не подозреваю, что там ждет меня…