Электронная библиотека » Средневековая литература » » онлайн чтение - страница 1


  • Текст добавлен: 21 декабря 2013, 05:02


Автор книги: Средневековая литература


Жанр: Европейская старинная литература, Классика


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Средневековые латинские новеллы XIII в

«Римские деяния»

1 (1)

О любви

У весьма богатого и могущественного короля Помпея[1] была единственная дочь-раскрасавица, которую он так любил, что приставил к ней пятерых рыцарей, дабы под страхом сурового наказания они охраняли ее ото всякой опасности. И вот днем и ночью вооруженные рыцари сторожили царевну и перед входом в ее опочивальню держали зажженный светильник, чтобы ночью, когда они заснут или почему-либо не будут знать, что творится кругом, никто не проник к ней в покой. Была у рыцарей и сторожевая собачка, чтобы пробуждала их своим лаем.

Царевна выросла затворницей и потому особенно жаждала поглядеть на то, что происходит в мире. Однажды, когда она сидела у окошка, подъехал некий герцог, который, едва бросив на нее дерзкий взгляд, сразу влюбился, так как царевна ведь была раскрасавица, очаровывала решительно всех и вдобавок, будучи единственной дочерью императора, после смерти отца становилась по закону наследницей царства. Герцог этот много чего сулил, чтобы добиться благосклонности царевны, а она, поверив его обещаниям, сдалась на уговоры, тут же убила маленькую собачку, задула светильник и ночью бежала с герцогом.

Наутро в замке стали доискиваться, куда она скрылась. Был тогда в императорском дворце отличный кулачный боец, который всегда ополчался против бесчинства. Когда он узнал, что дочь так обошлась со своим отцом, бегом пустился в погоню. Лишь только герцог увидел вооруженного преследователя, вступил с ним в бой. Но кулачный боец одержал победу, отсек герцогу голову и вернул царевну во дворец. Долгое время она не смела взглянуть в лицо отцу и только постоянно вздыхала и плакала.

Один мудрый приближенный Помпея – он всегда бывал посредником между ним и остальными людьми, – движимый состраданием, помирил царевну с отцом и просватал ее за знатного человека. После этого царевна получила от отца различные дары. Прежде всего длинную пеструю тунику, со всех сторон затканную узором и снабженную следующей надписью: «Я простил тебе, но вперед не греши!». От него же, как от властителя, золотой венец с такой надписью: «От меня твое достоинство». От своего защитника колечко с надписью: «Я полюбил тебя, учись любить». От мудрого посредника другое колечко с врезанными в золото словами: «Что я сделал? Сколько сделал? Почему сделал?». От сына короля еще одно колечко со словами надписи: «Ты благородного происхождения, не запятнай своего благородства». От родного брата тоже колечко, по которому шла надпись: «Приблизься ко мне! Не бойся, я тебе брат!». От жениха золотую печать, закреплявшую за ней право наследовать его имущество, со словами: «Ты замужем, более не делай ошибок!». Царевна, получив эти дары, всю свою жизнь хранила их и, любимая всеми, окончила дни в мире.

2 (5)

О необходимости хранить верность

Правил царь, в чьем царстве жил некий юноша, которого захватили пираты. Он написал отцу, чтобы тот прислал за него выкуп. Отец отказался, так что юноше пришлось долго томиться в плену. У того, по чьей милости юноша был брошен в темницу, была красивая и любезная очам людей дочь, которую растили в строгости до двадцати лет. Она часто приходила и утешала узника. Но он был в таком горе, что не мог слушать никаких утешений и только испускал глубокие вздохи и стоны. Однажды, когда девушка пришла к нему, юноша говорит: «О, добрая девушка, если бы ты согласилась помочь мне выбраться отсюда!». Она говорит: «Как же мне взяться за это? Ведь отец, который произвел тебя на свет, не хочет заплатить за тебя выкуп, почему же я, совсем тебе чужая, должна печься о твоем освобождении? Кроме того, если я тебе помогу бежать, навлеку на себя отцовский гнев, ибо причиню ему урон, поскольку отец мой не получит за тебя денег. Однако пообещай мне одну вещь, и я освобожу тебя». Он говорит: «О, добрая девушка, проси чего хочешь! Если будет в моих силах, я все сделаю». Она: «Я не прошу ничего за твое освобождение, кроме только того, чтобы ты взял меня в жены, как только это будет возможно». Он говорит: «Это я тебе неложно обещаю». Тотчас девушка тайно от отца снимает с пленника оковы и вместе с ним бежит на его родину.

Когда юноша приходит к отцу, тот ему говорит: «Сын, я рад твоему возвращению. Но скажи мне, кто эта девушка, которую ты привел с собой?». Сын отвечает: «Она – царская дочь, и я беру ее в жены». Отец говорит: «Я запрещаю жениться на ней под угрозой, что лишу тебя наследства». Сын: «О, отец, что такое ты говоришь? Этой девушке я обязан более, чем тебе. Когда я был в руках врага и, закованный в крепкие оковы, написал тебе, чтобы ты меня выкупил, ты отказался; она же не только освободила меня из темницы, но и от грозившей мне смерти, и потому я хочу взять в жены эту девушку». Отец говорит: «Сын мой, я докажу тебе, что ей не следует верить и поэтому ни в коем случае не следует на ней жениться. Она ведь обманула собственного отца, так как тайно от него освободила тебя из темницы. Из-за этого отец ее потерял большой выкуп, который мог бы получить. Потому ей нельзя доверять и потому нельзя на ней жениться. Есть и другое основание. Хотя эта девушка освободила тебя, она поступила так из любострастия, чтобы выйти за тебя замуж, и любострастие было причиной ее поступка, и потому она не должна, мне представляется, стать тебе женой».

Слыша эти рассуждения, девушка говорит: «Отвечу на твой первый довод, что я обманула своего отца. Это неправда. Обманут бывает тот, кого лишают доли богатства; отец же мой столь богат, что не нуждается ни в какой добавке к своим богатствам. Тщательно все взвесив, я освободила твоего сына из темницы: ведь получи мой отец за него выкуп, нисколько не обогатился бы от этого, а ты, если б выкупил сына, обеднел. Следовательно, я помогла тебе, так как ты не дал за сына выкупа, но не нанесла этим ущерба моему отцу. На второй довод, будто мною руководило любострастие, отвечу так: этого не может быть, ибо любострастие рождается как следствие красоты, богатства или храбрости. Твой же сын не обладал ни одним из названных качеств: красота его пропала в темнице, он не был богат, так как не имел средств для выкупа, не был и храбр, ибо храбрость его угасили темничные муки. Следственно, когда я освободила твоего сына, была движима только состраданием». Отец юноши, услышав такие речи, не мог долее спорить, и юноша с большой торжественностью женился на этой девушке и кончил дни свои в мире.

3 (9)

О том, что прирожденную злобность следует смирять кротостью

Мудрый император Александр[2] взял в жены дочь сирийского царя, и она родила ему пригожего сына. Мальчик подрос и, когда достиг совершеннолетия, постоянно стал строить отцу своему козни и всяческими способами искать его смерти. Император этому дивился и однажды пришел к своей супруге и говорит: «Любезнейшая, смело открой мне свою сокровенную тайну: познал ли тебя кто другой, помимо меня?». Она: «О, господин, почему ты спрашиваешь об этом?». Александр отвечает: «Сын твой неустанно ищет моей смерти, и я дивлюсь тому, ибо, будь он моим сыном, не стал бы так делать». Она: «Бог ведает, что, кроме тебя, никто не познал меня, и я готова любым путем это доказать. Истинно он твой сын, но почему преследует тебя, не пойму». Царь, услышав это, обратился к сыну со всей кротостью, говоря: «Милый мой сын, я тебе отец; благодаря мне ты вступил в эту жизнь и будешь моим наследником. Почему же ты ополчился против меня? Я воспитал тебя в роскоши, и все мое принадлежит тебе. Перестань, – продолжал он, – злобствовать и не тщись меня погубить».

Сын Александра не образумился после этих слов, напротив, день ото дня злоба его против отца росла, и он постоянно был готов его убить и подстерегал повсюду. Видя это, Александр взял меч, привел своего сына в уединенное место и сказал ему: «Вот меч – убей меня тут, ибо тебе будет меньше позора, если убьешь меня скрытно, а не на глазах у людей». Сын при этих словах тотчас бросил меч на землю и в слезах упал на колени перед отцом, моля простить его и говоря: «О, добрый отец, я раскаиваюсь в дурных своих поступках; я творил зло и не достоин зваться твоим сыном. Прошу, прости меня и люби, а я отныне стану твоим добрым сыном и во всем буду служить тебе по твоей воле». Слыша это, Александр бросился сыну на шею, поцеловал его и говорит: «О, дражайший сын мой, не греши впредь и будь преданным сыном, а я буду тебе добрым отцом». С этими словами он надел на сына дорогие одежды, повел его с собой во дворец и задал своим советникам большой пир.

После этого случая Александр прожил немного дней и кончил жизнь свою в мире, а сын его наследовал царство и мудро правил им. В конце своей жизни, когда смерть была уже близка, он приказал по всему своему царству пронести и всем показывать прапор с такою начертанной на нем надписью: «Все преходит, кроме любви к господу богу».

4 (11)

О яде греха, которым мы всякий день отравляемся

Правил весьма могущественный царь Александр. Он держал при себе своего учителя Аристотеля,[3] который наставлял его во всякой науке. Прослышав об этом, царица какой-то северной земли с самого рождения стала давать своей дочери яд. Когда царевна достигла совершеннолетия, она была так пригожа и так в глазах всех хороша, что многие, видя ее, давались диву. Царица послала ее Александру в наложницы. Увидев такую раскрасавицу, Александр тут же влюбился и пожелал творить с нею любовь. Об этом узнал Аристотель и сказал ему: «Воздержитесь. Если вы сделаете это, тут же помрете, потому что эта раскрасавица все время своей жизни принимала яд. Сейчас я докажу, что говорю правду. Здесь есть злодей, который приговорен к смерти. Пусть он переспит с ней, и тогда вы увидите, верно ли я говорю». Так и было сделано. Только злодей в присутствии всех поцеловал царевну, как тут же упал и умер. Видя это, Александр похвалил мудрость своего наставника, который спас его от смерти, а царевну отослал на ее родину.

5 (18)

О том, что всякий грех, как бы тяжек он ни был, должен быть отпущен, если совершен без злого умысла

Жил некогда рыцарь по имени Юлиан, который, не ведая того, убил своих отца и мать. Когда этот благородный Юлиан был еще юношей, он однажды охотился и преследовал выслеженного им оленя. Олень вдруг оборотился к юноше и сказал: «Ты меня преследуешь, а убьешь ведь своих отца с матерью». Услышав это, юноша убоялся, как бы не сбылось предсказание оленя, тайно ото всех ушел и добрался до весьма удаленной страны и там поступил на службу к одному государю. Он так хорошо служил ему и на войне, и во дворце, что государь этот посвятил Юлиана в рыцари, а кроме того, отдал за него вдову одного кастеляна,[4] чей замок достался ему в приданое.

Между тем отец и мать Юлиана, немало опечаленные его исчезновением, повсюду неустанно разыскивали своего сына. Однажды они попали в замок, где он жил. Жена Юлиана[5]спросила, кто они такие, и люди эти рассказали ей все, что случилось с их сыном. Женщина по их словам догадалась, что это родители ее супруга, так как Юлиан не раз рассказывал ей свою повесть. Она гостеприимно приняла пришедших и из любви к своему супругу уступила им свою спальню, а себе приготовила постель в другом месте. Наутро супруга Юлиана пошла к обедне, а он, ‹возвратившись›, прошел прямо в спальню, чтобы разбудить жену, и нашел своих родителей спящими рядом. Он подумал, что это жена его спит с возлюбленным, молча обнажил меч и убил сразу обоих. Выйдя же из замка, Юлиан видит свою супругу, идущую от службы, дивится и спрашивает ее, кто это спит в их спальне. А она говорит: «Ваши родители, которые долгое время вас разыскивали; я положила их в нашей спальне».

Услышав эти ее слова, рыцарь едва устоял на ногах, начал горько плакать и причитать: «Злосчастный я, что мне теперь делать, ведь я убил любезных своих родителей! Сбылось то, что мне предрек олень: стремясь избежать греха, я, злосчастный, его совершил. Теперь, сладчайшая сестра моя, прощай, ибо до тех пор я не буду иметь покоя, пока не узнаю, что бог принял мое раскаяние». На это она: «Не покидай меня, любезный брат, и не уходи без меня; как я делила с тобой радости, разделю и печаль».

Тогда они вдвоем покинули замок и остановились вблизи какой-то широкой реки, переправляясь через которую многие тонули. Они построили просторное убежище для путников, чтобы замолить свой грех, и желающих всегда перевозили на тот берег, а в убежище своем привечали нищих. Однажды, спустя много лет, в полночь, когда усталый Юлиан уже спал и за окном стояла сильнейшая стужа, он услышал жалобный голос человека, просившего переправить его на тот берег, тут же вскочил на ноги и, найдя еле живого от стужи человека, привел его в дом, разжег огонь и старался отогреть. Так как это не помогло, Юлиан, опасаясь, как бы путник не испустил дух, взял его к себе в постель и заботливо накрыл. Через малое время путник, который выглядел немощным и показался ему больным проказой, вознесся, осиянный светом, на небо и сказал Юлиану так: «Бог послал меня к тебе, дабы подать тебе весть, что он принял твое раскаяние и через малое время оба вы упокоитесь в господе». Затем путник исчез, а малое время спустя Юлиан вместе с супругой, исполненный добрых дел и милосердия, почил в боге.

6 (13)

О любви, которая преступает дозволенные границы

У одного царя была раскрасавица жена, которую он горячо любил. В первый год замужества она понесла и родила сына. Мать до того к нему привязалась, что спала с ним в одной постели. Когда мальчику минуло три года, царь умер. Смерть его вызвала у всех глубокую печаль, а царица много дней скорбела по супругу. После того как тело царя предали погребению, царица вместе с сыном перебралась в уединенный замок. Она продолжала так любить царевича, что совсем не могла обходиться без него, а в иные ночи даже спала вместе с сыном до его 18-го года.

Диавол же, видя такую любовь между матерью и сыном, подстрекнул их на нечестивый поступок, и сын познал свою мать. Царица сразу понесла, а царевич в печали покинул родную страну и достиг далеких краев. Его мать, когда ей пришло время, родила пригожего мальчика, но, едва он появился на свет, перерезала ему ножом горло. Кровь из раны хлынула на левую ладонь царицы, и на ней запечатлелись четыре кружка, вот так: о о о о. Она ничем не могла свести эти кружки и до того их стыдилась, что всегда на левой руке носила перчатку, чтобы незаметен был кровавый рисунок. Царица эта посвятила себя пресвятой деве Марии и потому особенно стыдилась, что от родного сына родила, а другого родного сына убила, и нипочем не хотела признаться в этом своем грехе, однако каждые две недели получала отпущение всех прочих своих прегрешений. Из любви к пресвятой деве Марии царица не скупилась на милостыню, и все ее любили, ибо ко всем она была ласкова.

Однажды случилось, что ее духовник, коленопреклоненный у своей постели, пятикратно прочел ночью «Ave Maria»,[6] и ему явилась пресвятая дева Мария и сказала: «Я дева Мария и хочу открыть тебе тайну». Духовник весьма обрадовался и говорит: «Возлюбленная владычица, скажи своему рабу, что тебе угодно». Она говорит: «Царица этой земли исповедуется у тебя, однако совершила один грех, который из стыда не решается тебе открыть. Завтра она пойдет к тебе на исповедь. Скажи ей от меня, что ее милостыня и молитвы ведомы и приняты моим сыном и я повелеваю ей покаяться в грехе, который она совершила в тайности своего покоя. Царица ведь убила родного своего сына. По моей мольбе отпустится ей этот грех, если она пожелает покаяться. Буде же царица не пожелает тебя слушать, попроси ее снять с левой руки перчатку и увидишь на ладони ее грех, который она таит, а не захочет показать, насильно сними». С этими словами пресвятая дева скрылась.

Наутро царица стала смиренно каяться во всех грехах, кроме того единственного. Когда она умолкла, духовник ее сказал: «Любезная государыня, люди всяко говорят о том, почему ты прикрываешь свою левую руку. Смело покажи мне ее, чтобы я мог посмотреть, нет ли там чего неугодного богу». А она: «Господин, на руке у меня пятна, и потому я не хочу показать ее вам». Слыша это, духовник взял царицу за локоть и против ее воли стянул с руки перчатку, говоря: «Госпожа, не бойся! Пресвятая богородица, которая тебя сердечно любит, велела мне это сделать». Когда духовник царицы взглянул на ее руку, увидел четыре багровых кружка. В первом были четыре буквы ПППП, во втором четыре ДДДД, в третьем четыре 3333, в четвертом четыре ИИИИ. Вокруг в виде печати шла красными буквами надпись, гласящая: «Постыдно Павшую, Плотью Побежденную, Добычу Дерзостно Дьяволу Даренную, Зримо Знаком Злым Запечатленную, Искупит Искупляющая Искусно Искушенную». Тут царица пала к ногам духовника и со слезами смиренно покаялась в своем грехе. Спустя немного дней после отпущения грехов и покаяния царица почила во господе. Во всем царстве единодушно оплакивали ее кончину.

7 (14)

О том, что следует почитать родителей

Царь Дорофей[7] установил закон, что дети обязаны кормить и поддерживать своих родителей. В царстве его в то время жил некий рыцарь, который женился на красивой и почтенной даме, и она родила ему сына. Рыцарь отправился странствовать, но где-то на дороге его захватили разбойники и крепко связали. Тотчас рыцарь написал жене своей и сыну, чтобы они его выкупили. Узнав о том, что он в плену, жена рыцаря весьма опечалилась и так безутешно плакала, что ослепла. Сын тогда говорит матери: «Я хочу пойти и освободить отца из темницы». Мать отвечает: «Ты не пойдешь, ибо единственный мой сын, моя радость и половина моей души, и с тобой может приключиться то же, что с отцом. Неужели вызволить из плена отсутствующего отца для тебя важнее заботы о матери, живущей с тобою бок о бок? Когда что-нибудь одинаково важно для двух, подобает отдавать предпочтение тому, кто у тебя на глазах. Ты – мой сын и сын твоего отца. Я живу с тобой, отца же нет на месте. Следовательно, я думаю, что ты ни в коем случае не должен покинуть меня и отправиться к отцу».

Сын ответил ей очень разумно: «Хотя я и ваш сын, отец все же главная причина моего появления на свет. Он – сторона действующая, ты – страдательная; отец ушел в чужие края, ты дома; он томится в плену и закован в крепкие оковы, а ты свободна; он в руках врагов, ты среди друзей; он в заточении, ты на воле; ты слепа, но и он не видит света, а только цепи, раны и злосчастия. Потому я хочу отправиться к нему и его выкупить». Так юноша и поступил, и все его хвалили за то, что он приложил столько стараний, чтобы вызволить своего отца.

8 (17)

О совершенной жизни

Некий царь установил закон, что всякий, кто пожелает предложить ему свои услуги, может быть взят на службу, если трижды постучит в дворцовые ворота и этим даст знать, зачем пришел. Жил тогда в городе Риме один бедняк по имени Гвидон. Прослышав об этом законе, он стал раздумывать так: «Я бедняк и человек низкого рода. Для меня куда лучше служить и наживать себе богатство, чем вечно прозябать в нищете». И вот он пришел ко дворцу и, как того требовал закон, трижды постучал в ворота; привратник тотчас открыл ему и ввел в покои. Гвидон, преклонив колени, приветствовал царя. Тот говорит Гвидону: «Скажи мне, любезнейший, что тебе угодно?». «Государь, места у тебя во дворце». Царь говорит: «А что ты умеешь делать?». Гвидон ему: «Государь, я умею управляться с шестью делами. Во-первых, могу день и ночь охранять могущественного моего государя, постилать ему постель, подносить кушанья, омывать ноги. Во-вторых, могу бодрствовать, когда остальные спят, и спать, когда остальные бодрствуют. В-третьих, умею, испробовав доброе вино, распознать его достоинство и наименование. В-четвертых, умею созывать гостей на пир, превознося его устроителя. В-пятых, могу разводить огонь без дыма и обогревать стоящих и сидящих вокруг. В-шестых, указывать, какого пути держаться, направляясь в святую землю, чтобы невредимым воротиться оттуда».

Царь говорит: «Все это прекрасные и полезные многим дела. Я тебя оставлю во дворце и вначале хочу испытать как телохранителя и слугу. В этом году ты будешь моим телохранителем и слугой». Тот в ответ: «Я готов, государь, повиноваться вашим приказаниям». Всякую ночь Гвидон тщательно стелил царю постель, стирал простыни и часто их менял. Вооруженный, он ложился перед дверьми царской спальни рядом со своей маленькой собачкой, отличавшейся звонким лаем, чтобы, если по какой случайности он заснет, а в это время появится кто-нибудь чужой, ее лай его разбудил. Каждую седмицу Гвидон омывал царю ноги и во всем остальном столь исправно и хорошо ему прислуживал, что не к чему было придраться, а потому царь неизменно хвалил Гвидона.

Когда первый год миновал, Гвидон был назначен сенешалем,[8] дабы показал другое свое умение: «Я умею бодрствовать». Гвидон этот, ставши сенешалем, все лето без отдыха и не смыкая глаз трудился и запас все необходимое на зиму. Когда же зима наступила и все только начали, не смыкая глаз, хлопотать, он спокойно спал, так что исполнил второе свое обещание: «Я могу бодрствовать, когда другие спят…» Царь, удостоверившись, что Гвидон с честью выполнил два своих обещания, весьма обрадовался, позвал своего кравчего и говорит ему: «Любезнейший, налейте в мой кубок сначала винного уксуса, потом отменного вина и после него сусла и дайте Гвидону попробовать – он покажет третье искусство, которым владеет, ибо он мастер определять доброту вина». Так кравчий и сделал. Едва Гвидон пригубил напиток, тотчас сказал: «Одно было добрым вином, другое таково сейчас, а третье лишь будет добрым», т. е. сказал: «сусло будет добрым вином, вино сейчас отменно, а винный уксус был некогда добрым вином».

Когда царь увидел, что Гвидон так хорошо понимает толк в вине, он сказал ему: «Любезнейший, обойди замки и земли и созови на пир всех моих друзей, ибо наступает рождество господне: ведь созывать на пир – четвертое искусство, которым ты владеешь». А Гвидон ему: «Государь, я готов». И вот он обошел замки и земли, но не пригласил никого из друзей императора, но зато всех его недругов. Так что в сочельник весь царский замок был полон недругами царя. Когда царь их увидел, он содрогнулся до глубины души, позвал Гвидона и говорит ему: «Любезнейший, разве ты не сказал, что умеешь созывать гостей на пир?». А тот: «Говорил, государь». Царь ему: «Я ведь велел тебе пригласить всех моих друзей, ты же пригласил моих недругов». Гвидон: «Владыка, дозволь мне ответить? В любое время и в любой час в году к тебе приходят твои друзья и ты с радостью их принимаешь. Но не так это обстоит, если приходят твои недруги. Оттого я привел сюда этих людей, чтобы твое приветливое лицо и добрый пир обратили их из твоих недругов в друзей». Так оно и вышло: еще до начала пира все недруги стали царю друзьями.

Тот весьма обрадовался и говорит: «Любезнейший, благословен господь! Недруги мои обратились в моих друзей. Ну, а теперь покажи свое пятое по счету искусство. Разведи мне и моим друзьям огонь без дыму!». Гвидон: «Государь, изволь». Что же сделал этот Гвидон? В самый летний жар он положил поленья на солнцепек, и они так хорошо высохли, что, едва загоревшись, давали жар и пламя без дыма, так что царь и все его друзья согрелись.

Затем царь говорит Гвидону: «Тебе остается показать еще одно свое умение. Если покажешь, получишь награду и почести». А тотему: «Государь, кому угодно отправиться в святую землю, пусть идет со мною к берегу моря». Рыцари, дамы и дети, слыша это, последовали за Гвидоном длинной чередой. Когда они пришли туда, Гвидон сказал: «Любезнейшие, видите ли вы здесь в море то же, что и я?». Они: «Мы не знаем». Гвидон: «Вот высится среди моря высокая скала. Поднимите глаза и увидите». А они сказали: «Господин, мы ее хорошо видим, но почему вы спрашиваете, не понимаем». Гвидон в ответ: «На этой скале живет птица, которая всегда пребывает в своем гнезде, а в гнезде том у нее всегда лежат семь яиц, чему она весьма рада. Природа птицы такова: пока она сидит на яйцах, море спокойно, но только случится этой птице оставить свое гнездо, море приходит в столь сильное волнение, что если кто в это время вышел в море, непременно потонет; пока же птица в гнезде, он безопасно совершит свой путь и воротится». Они говорят: «Откуда же нам знать, когда птица в своем гнезде, а когда улетает?». Гвидон говорит: «Птица оставляет гнездо только по одной причине. Есть другая птица, враждебная ей, которая денно и нощно тщится разрушить гнездо и разбить яйца. Та же, кому принадлежит гнездо, видя, что яйца разбиты или гнездо разрушено, в горе сейчас же покидает гнездо, и тут-то море приходит в волнение и поднимается бурный ветер. Нипочем вам не следует пускаться тогда в плавание». А они говорят: «Господин, а как можно помешать злобной птице приблизиться к гнезду, чтобы мы могли спокойно плыть?». Гвидон в ответ: «Нету на земле ничего, что бы та злобная птица так не терпела, как ягнячью кровь. Поэтому обмажьте гнездо изнутри и снаружи этой кровью, и, покуда там останется хотя бы одна капля ее, злобная птица не посмеет приблизиться к гнезду, и потому та, что сидит на яйцах, останется в гнезде, море будет спокойно и вы сможете плыть в святую землю и воротиться невредимыми». Услышав это, они достали ягнячьей крови и обмазали гнездо изнутри и снаружи и затем только отправились в святую землю и все здравыми и невредимыми воротились оттуда.

Царь за то, что Гвидон так хорошо исполнил свои обещания, сделал его рыцарем и пожаловал большими богатствами.


Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю


Рекомендации