Читать книгу "Когда рассеется туман. Книга 2"

Стоит задуматься о поездке в Тибет к монахам. Может, они научат меня смирению, и я перестану разрушать вокруг себя десяток чужих жизней, пересекающихся с моей? Не люблю тонуть в одиночку, поэтому в голове снова крутятся мысли о невинной жертве, которую нужно возложить на алтарь моих желаний. Кто она, эта невинная и наивная девушка, не ведающая того, что её ждёт? В этот раз мои игры будут более жёсткими и изощрёнными, поэтому пусть пока себе спокойно живёт, наслаждается последними крохами своей беспроблемной жизни.

Докуриваю горькую, как моя жизнь, сигарету и тушу её в цветочном горшке. Урны здесь нет, а дохлому цветку уже всё равно, что с ним делают. Где-то на улице мяукает кот и я вглядываюсь в темноту. Бьюсь об заклад, что вижу чёрную тень, скользнувшую между посадками высоких туй. Чёрт! Теперь он будет мне постоянно мерещиться, когда я напьюсь?

– Иди на хрен! – кричу в темноту, сложив ладони рупором. – Ты не белка, а всего лишь чёрный кот!

Эта пушистая тварь отвечает мне протяжным мяуканьем, больше похожим на плач младенца. Я инстинктивно крещусь и закрываю окно на лоджии. Вот что значит играть с демонами. Назвал бы кота Угольком, а не Бегемотом, и не пришлось бы открещиваться. Возникает ощущение, что он меня преследует, даже находясь сейчас под домашним арестом. Уходя из дома, я не забыл его покормить и налить в миску чистую воду, но он всё равно мяукал, будто в него вселились все демоны ада. Этому есть рациональное объяснение: ему нужна женщина-кошка. Но пока я сам нахожусь в поисках подходящей. Видимо, придётся искать и ему.

Спускаясь вниз по лестнице, чувствую, что уже изрядно пьян. Выкуренная сигарета даёт о себе знать. Дожить бы до конца вечеринки, не упав в грязь лицом или в салат. Хотя салатов я здесь не наблюдал: сплошные закуски и шампанское. Светская, мать её, вечеринка, от которой тошнит даже без виски. Такую могла придумать только женщина из высшего общества. Стены этого коттеджа видали гораздо более глубокие идеи развлекательных мероприятий.

Снова оказавшись на нижнем этаже, я окидываю взглядом зал и нахожу женскую фигуру. Направляюсь к Лесе, которая мило воркует в кругу других женщин, не подозревая, что её ждёт. Когда они сегодня поздравляли меня с Пашей, я еле сдерживался, чтобы не сказать что-нибудь колкое. Думаю, сейчас самое время.

– Где твоя подруга, Леся? – прерываю их душевный разговор. – Неужели никто не пригласил её на мою вечеринку?

Леся ошарашенно смотрит на меня, будто увидела призрак. Не мудрено, я наверняка, застал её врасплох своим неожиданным вопросом.

– Могу задать встречный вопрос, потому что понятия не имею где она.

Леся смешно хмурит брови, отчего на её лбу появляются складки. Женщины вокруг прекращают щебетать, уставившись на нас с большим любопытством.

– Как же так? Вы же, мать его, лучшие подруги! А лучшие подруги делятся всем. Или я ни хрена не понимаю в женской дружбе?

Я подхватываю бокал шампанского со стола и отпиваю. На вкус, как дерьмовая газировка, но свою бутылку виски я оставил стоять на лоджии одинокой и опустевшей.

– Остановись, Ярик, пока не наговорил того, о чём потом придётся жалеть, – встревает в наш разговор Кристина. У неё есть такая привычка: совать свой нос в чужие дела и разговоры. А ещё я имел её прямо в день их со Стасом свадьбы, когда он напился до поросячьего визга и не смог выполнить свой супружеский долг. Но это наш с ней маленький секрет, о котором никто не знает.

– Это ты мне? – приподнимая бровь, обращаюсь я к Кристине. – Когда я жалел о чём-то? Ты меня с кем-то путаешь!

Я одариваю её двусмысленной ухмылкой, и она отворачивается, не выдержав моего взгляда. Так-то лучше. Иногда маленькие секреты очень даже помогают наладить контакт.

– Ну давай, Лесь, – снова поворачиваюсь к ней. – Расскажи мне, как Катерина водила меня за нос. Я понимаю, что заслужил. Но это всё равно подло с её стороны, даже для такого, как я. Можешь передать ей, что я страдаю, я очень несчастен. И очень… Очень зол…

– Я не понимаю, о чём ты говоришь, – надменно отвечает она. Если бы не её группа поддержки рядом, она давно бы уже путалась в показаниях, трясясь, как осиновый лист.

– Ты, правда, не в курсе? – смеюсь я, подыгрывая ей. – Это очень занятная история. Твоя подруга вместе со своим бывшим муженьком решила сбежать с деньгами моего отца. Но дело даже не в этом. Пусть они живут долго и счастливо и подавятся этими деньгами. Хотя, оставшись со мной, она потеряла гораздо больше. Дело в том, что они сегодня поздравили меня с днём рождения, отправив письмо курьером прямо в офис. Угадай, что лежало в письме. У тебя есть только одна попытка.

– Я не играю в твои игры, Ярик. Либо договаривай, что хотел, либо замолчи, потому что, повторюсь, не понимаю, о чём ты.

– Они выслали мне прощальное совместное фото, – прищурившись, отвечаю я.

– Что за фото? Показать можешь? Откуда мне знать, что ты не врёшь?

– К сожалению, я оставил его в офисе, – развожу я руками. – Так что придётся поверить мне на слово. Но обещаю, что непременно покажу тебе его в другой раз, если будет интересно. И если тебя не смущает факт того, что они там трахаются.

– Что-о-о??? – протяжно шипит она, не веря своим ушам. У всех, кто стоит рядом, дружно отвисает челюсть.

– Что слышала, Лесь. Твоя подруга снова трахается с мужем. Надеюсь, это то, о чём она мечтала всю свою жизнь! – Я чокаюсь своим бокалом с её и ухожу, снова оставляя женщин без мужского внимания.

– Подожди! – кричит она вслед, и я слышу стук её каблуков о кафель. – Но Вадик же никуда не уехал!

– Понятия не имею, Лесь. Ты уж как-нибудь разберись сама со своими друзьями: кто уехал, а кто остался. Теперь это для меня не имеет никакого значения.

Я двигаюсь дальше, оставляя её далеко позади. С меня хватит. Я уже и так слишком долго задержался на этом празднике. Меня ждёт мягкая двуспальная кровать и кот, который всегда спит рядом, свернувшись калачиком на моей подушке. И не важно, что моя голова покоится тут же, рядом; его это никак не смущает.

Глава 8

Ева

Расплатившись с таксистом, я выпрыгиваю из машины и уверенно начинаю шагать в сторону ближайшего дома. Остановившись у ворот, демонстративно достаю из рюкзака ключи и сотовый телефон. Делаю вид, что увлечённо разговариваю, будто кто-то отвлёк меня важным звонком у самой калитки. Искоса бросаю мимолётные взгляды в сторону автомобиля. Водитель не спешит уезжать. Чего он ждёт? Что-то заподозрил? Хочет убедиться, что я вошла внутрь и со спокойной душой отправиться на новую заявку?

Пока мы ехали, мне пришлось на ходу придумывать историю своего ночного рандеву. Водитель оказался на редкость разговорчивым и любопытным. Или просто таким образом пытался не уснуть за рулём. В любом случае, он задавал кучу вопросов, на которые мне вовсе не хотелось отвечать. Но, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания и не наводить подозрения, пришлось выкручиваться. К слову, я ещё с юности научилась врать, не краснея. Мои родители часто задавали мне каверзные вопросы, пытаясь уличить в лжи, когда я поздно приходила домой. С каждым разом врать у меня получалось всё лучше. Ложь вылетала из моих уст, как скорлупа от семечек. Они до сих пор многого обо мне не знают… Это к лучшему… Пусть думают, что их дочь – примерная паинька. Никому хуже от этого не станет.

Наконец, автомобиль трогается с места, и, проезжая мимо меня, водитель открывает окно.

– Всё в порядке? – спрашивает он, не обращая внимания на то, что отвлекает меня от телефонного разговора. – Может, вас подождать?

– Зачем? – удивлённо спрашиваю, предварительно попросив своего воображаемого телефонного собеседника повисеть несколько секунд на связи. – Я уже приехала.

Трясу перед его глазами связкой ключей, улыбаясь самой обворожительной улыбкой, на которую только способна. Водитель кивает и закрывает окно. Я жду, когда он скроется за поворотом, и убираю телефон с ключами обратно в рюкзак. Вот ведь зануда! Хорошо, что ему не хватило ума стоять тут до тех пор, пока я не соизволила открыть калитку. Тогда пришлось бы переобуваться на лету, например, сделать вид, что по ошибке взяла не те ключи, и лезть через забор. Вот была бы умора!

Но сегодня у меня совершенно не входило в планы перелазить через забор именно этого дома. Мне нужен совершенно другой. Тот, который находится через пару улиц от этого. Начинаю двигаться в нужную мне сторону, накинув на голову капюшон и одёрнув рукава, чтобы закрыть руки. Перчатки я оставила дома, и сейчас очень жалею об этом. Руки настолько окоченели, что пальцы перестали слушаться.

Во всех домах уже давно погас свет. Редкие фонари тускло освещают пустынную улицу. Вокруг – ни души. Только хозяйские собаки изредка перелаиваются между собой, оповещая друг друга обо мне: незваной гостье, решившей, что ей дозволено шастать по ночам и тревожить покой здешних жителей. У меня совершенно нет плана. Всё, что я делаю, – результат спонтанности моей натуры. Моё настроение может меняться в мгновение ока: от истерических рыданий до безудержного смеха, который разрывает мои лёгкие изнутри; от бесконечного сидения на месте, уставившись в одну точку, до быстрого бега, заставляющего моё сердце работать на износ… Такова моя жизнь с тех пор, как мама исчезла.

Дойдя до нужного дома, я останавливаюсь. В нём, как и в любом другом на этой и других соседних улицах, нет жизни. Ни одного фонаря. Ни одной тускло мерцающей в кромешной темноте лампочки. Только огромные чёрные глазницы панорамных окон, наглухо зашторенных изнутри. Интересно, открывает ли он их когда-нибудь, чтобы впустить хоть каплю света в это тёмное царство загадок и теней? Или живёт, как Граф Дракула, ведя ночной образ жизни и питаясь кровью невинных женщин? Я уже не в первый раз прихожу сюда. Пятый? Шестой? Десятый? Я сбилась со счёта. Хочу получить ответы на свои вопросы, но, получая ответ на один, натыкаюсь на десяток новых.

Сначала мне просто было интересно, где он живёт. Я рассчитывала увидеть как минимум особняк с двухметровым забором и кучей охраны. Но была несколько удивлена, как скромно может жить человек с его доходами и статусом сына миллионера. Эти факты абсолютно не стыковались в моей голове. Впрочем, с этим человеком вообще ничего не стыкуется, если уж на то пошло. Это совершенно выбивает из колеи и заставляет мой мозг работать на пределе возможностей. Возможностей, ресурсы которых непрерывно катятся к чертям с каждым новым днём. Я чувствую, что мне нужна передышка. Я устрою её себе, непременно. Но это будет завтра. А сейчас я должна пробраться в это логово и найти хоть что-то полезное для моего расследования.

Подойдя к тому месту, где я обычно без труда перемахиваю через забор, моё тело начинает потряхивать. С чем это связано? Не могу сказать. Обычно это получалось легко и непринуждённо. Я просто мысленно возвращалась в детство, когда мы с друзьями воровали яблоки с соседских участков и стремительно перескакивала через препятствие. Страха не было. До сегодняшнего дня. Я точно знаю, что его сейчас нет дома. Он уехал. Чего же я боюсь? Руки предательски дрожат, окоченевшие пальцы цепляются за шершавую поверхность кирпича, который царапает нежную кожу ладоней. Кроссовки скользят по заиндевелой стене, норовя оставить меня в шаге от намеченной цели. Но я не сдаюсь и из последних сил подтягиваюсь всем корпусом к краю, а затем просто переваливаюсь и с глухим звуком приземляюсь на землю пятой точкой. Чёрт! Это больно!