Текст книги "Буря столетия"
![](/books_files/covers/thumbs_240/burya-stoletiya-32157.jpg)
Автор книги: Стивен Кинг
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Большинство прекращает, но ДОН БИЛС, этот маленький сопляк среди сверкающих алмазов, продолжает прыгать и почесываться.
МОЛЛИ. Дон, прекрати. Это мерзко.
РАЛЬФИ. Мама говорит, это мерзко.
Пытается схватить ДОНА, но тот легко вырывается.
ДОН БИЛС. Я – обезьянка!
ДОН с удвоенным пылом изображает обезьяну, чтобы досадить РАЛЬФИ, а заодно, разумеется, и его матери. Парадная дверь открывается, в прихожую входят МАЙК и ХЭТЧ. ХЭТЧ сразу видит, в чем проблема, и реагирует одновременно с испугом и облегчением.
ПИППА. Папуля!
Снова начинает рваться, пытаясь освободиться.
ХЭТЧ. Пиппа! Угомонись! Ты хочешь остаться без ушей?
РАЛЬФИ (бежит к МАЙКУ). Папа! У Пиппы застряла голова, а Дон не хочет перестать быть обезьяной!
РАЛЬФИ запрыгивает на руки к отцу. ХЭТЧ поднимается по ступеням к тому месту, где невероятная, пожирающая девочек лестница поймала его дочку, и опускается на колени. МОЛЛИ смотрит на мужа. В глазах у нее мольба: «Пожалуйста, сделай что-нибудь!»
Миловидная светловолосая девчушка с косичками дергает за карман белых мясницких брюк МАЙКА. Ее блузка вымазана клубничным вареньем.
САЛЛИ ГОДСО. Мистер Андерсон? Я перестала быть обезьянкой. Как только она сказала.
САЛЛИ указывает на МОЛЛИ. МАЙК осторожно освобождает свой карман от ее руки. САЛЛИ тоже четыре, и она сразу сует в рот большой палец.
МАЙК. Это хорошо, Салли. Ральфи, мне нужно опустить тебя на пол.
Опускает сына. ДОН БИЛС тут же толкает РАЛЬФИ.
РАЛЬФИ. Эй! Зачем ты это сделал?
ДОН БИЛС. Затем, что ты умничал.
Он говорит «у-умничал». МАЙК поднимает ДОНА БИЛСА, так, чтобы их глаза были на одном уровне. ДОН нисколько не боится, маленький говнюк.
ДОН БИЛС. Я тебя не боюсь! Мой отец – городской управляющий! Он платит тебе жалованье!
ДОН высовывает язык и пренебрежительно фыркает в лицо МАЙКУ. Но того не так-то легко вывести из равновесия.
МАЙК. Наглецам достается, Донни Билс. И тебе это лучше запомнить, потому что такова печальная правда жизни. Наглецам достается.
ДОН не понимает, но реагирует на тон. Конечно, он еще будет пакостить, однако на какое-то время его приструнили.
МАЙК опускает ДОНА и идет к лестнице. За его спиной мы видим приоткрытую дверь с надписью «СКАЗОЧНЫЙ НАРОДЕЦ». За ней – столики и стульчики. С потолка свисают яркие мобили. Это классная комната детского сада МОЛЛИ.
ХЭТЧ толкает макушку дочери. Толку от этого никакого, и паника ПИППЫ нарастает. Она боится, что так и останется с зажатой головой.
ХЭТЧ. Милая, почему ты это сделала?
ПИППА. Меня подговорила Хейди Сен-Пьер.
МАЙК накрывает руки ХЭТЧА своими и мягко их убирает. ХЭТЧ с надеждой смотрит на МАЙКА.
31. ИНТЕРЬЕР: ДЕТИ У ПОДНОЖИЯ ЛЕСТНИЦЫ.
ХЕЙДИ СЕН-ПЬЕР, пятилетняя дочь ЛИНДЫ СЕН-ПЬЕР, рыжая, в очках с толстыми стеклами.
ХЕЙДИ. Это не я!
ПИППА. Ты!
ХЕЙДИ. Врушка, врушка, в трусах ватрушка!
МОЛЛИ. Замолчали обе!
ПИППА (МАЙКУ). Она так легко пролезла, а теперь я не могу ее вынуть. Думаю, на этой стороне моя голова больше.
МАЙК. Так и есть… Но я собираюсь ее уменьшить. Знаешь как?
ПИППА (зачарованно). Нет… Как?
МАЙК. Я просто нажму одну кнопку-уменьшалку. И когда я это сделаю, твоя голова уменьшится на этой стороне и вернется на ту сторону. Вернется так же легко, как попала на эту. Ты понимаешь, Пиппа?
Он говорит мягко, успокаивающим тоном. То, что он делает, сродни гипнозу.
ХЭТЧ. Да что…
МОЛЛИ. Ш-ш-ш!
МАЙК. Ты готова? Могу я нажимать кнопочку?
ПИППА. Да.
МАЙК протягивает руку и подушечкой указательного пальца нажимает на нос ПИППЫ.
МАЙК. Бип! Ну вот! Уменьшилась! Быстро, Пиппа, пока она опять не выросла!
Голова ПИППЫ легко проходит между стоек. Дети хлопают, радостно кричат. ДОН БИЛС вновь изображает обезьяну. Один из мальчиков, ФРЭНК БРАЙТ, следует его примеру, но под негодующим взглядом РАЛЬФИ прекращает.
ХЭТЧ крепко обнимает дочь. ПИППА обнимает его в ответ, но при этом ест хлеб с вареньем. Испуг прошел, когда МАЙК начал с ней говорить. МОЛЛИ улыбается МАЙКУ и протягивает руку между стоек, где застряла голова ПИППЫ. МАЙК берет ее и целует каждый палец. Дети смеются. Один из них, БАСТЕР КАРВЕР (БАСТЕРУ, последнему из подопечных МОЛЛИ, около пяти лет) закрывает глаза руками.
БАСТЕР (стонет). Пальцепоцелуйчики! О нет!
МОЛЛИ смеется и отдергивает руку.
МОЛЛИ. Спасибо. От всего сердца.
ХЭТЧ. Да. Спасибо, босс.
МАЙК. Пустяки.
ПИППА. Папуля, моя голова еще маленькая? Я почувствовала, как она уменьшается, как и сказал мистер Андерсон. Она еще маленькая?
ХЭТЧ. Нет, милая, совершенно нормальная.
МАЙК подходит к подножию лестницы, где его ждет МОЛЛИ. И РАЛЬФИ. МАЙК поднимает сына на руки, целует красное родимое пятно на переносице. МОЛЛИ целует МАЙКА в щеку.
МОЛЛИ. Извини, что оторвала тебя в такое сложное время. Я увидела ее голову между стоек, а когда поняла, что сама не могу ее вытащить, просто… перепугалась.
МАЙК. Все нормально. Мне все равно требовался перерыв.
МОЛЛИ. В магазине кошмар?
ХЭТЧ. Не то слово. Ты же знаешь, как бывает, когда надвигается буря… а это необычная буря. (ПИППЕ.) Я должен вернуться на работу, милая. Будь умницей.
ДОН вновь фыркает.
МАЙК (тихо). Я просто в восторге от сынишки Робби.
МОЛЛИ молча закатывает глаза, соглашаясь с мужем.
МАЙК. Что скажешь, Хэтч?
ХЭТЧ. Поехали, пока есть такая возможность. Если синоптики правы, следующие три дня мы будем сидеть на месте. (Пауза.) Как Пиппа с головой между стойками.
Никто не смеется. В словах ХЭТЧА слишком много правды.
32. ЭКСТЕРЬЕР: ДОМ АНДЕРСОНОВ НА НИЖНЕЙ ГЛАВНОЙ УЛИЦЕ. ДЕНЬ.
Внедорожник островных служб припаркован у тротуара. На переднем плане, у дорожки, – вывеска с надписью «ДЕТСКИЙ САД “СКАЗОЧНЫЙ НАРОДЕЦ”». Она подвешена на цепях и раскачивается на ветру. Небо серее, чем прежде. Вдали виден океан, по нему бегут серые волны с пенистыми гребнями.
МАЙК и ХЭТЧ выходят из двери, поднимая воротники курток и придерживая головные уборы, которые пытается сорвать ветер. Подходя к автомобилю, МАЙК останавливается и смотрит на небо. Буря надвигается, это точно. Большая буря. По озабоченному лицу МАЙКА видно, что он это знает. Или думает, что знает. Потому что никому доподлинно не известно, что их ждет.
Он садится за руль, машет рукой МОЛЛИ, которая стоит на крыльце, накинув на плечи свитер. ХЭТЧ тоже машет. Она отвечает тем же. Внедорожник разворачивается и уезжает обратно к универмагу.
33. ИНТЕРЬЕР: ВНЕДОРОЖНИК ОСТРОВНЫХ СЛУЖБ, МАЙК И ХЭТЧ.
ХЭТЧ (с улыбкой). Кнопка-уменьшалка. Это ж надо.
МАЙК. Она есть у всех. Мелинде скажешь?
ХЭТЧ. Нет… Но Пиппа скажет. Ты обратил внимание, что она ни на секунду не упускала из виду свой кусок хлеба?
Мужчины с улыбкой переглядываются.
34. ЭКСТЕРЬЕР: АТЛАНТИЧЕСКАЯ УЛИЦА. ДЕНЬ.
Посреди улицы, не замечая надвигающейся бури и усиливающегося ветра, идет парнишка лет четырнадцати. ДЕЙВИ ХОУПВЕЛЛ. В толстой теплой куртке и в перчатках с отрезанными пальцами, чтобы было проще обращаться с баскетбольным мячом. ДЕЙВИ ведет мяч и разговаривает сам с собой. Это прямой репортаж с места событий.
ДЕЙВИ. Дейви Хоупвелл получает мяч, обыгрывает защитника… Стоктон пытается отнять мяч, но у него нет ни единого шанса…Это Дейви Хоупвелл, и ему нет равных… Время на исходе. Дейви Хоупвелл – единственная надежда «Кельтов»… Он петляет и отжигает, он…
ДЕЙВИ ХОУПВЕЛЛ останавливается. Сжимает в руках мяч и смотрит на…
35. ЭКСТЕРЬЕР: ДОМ МАРТЫ КЛАРЕНДОН, ГЛАЗАМИ ДЕЙВИ.
Дверь открыта, несмотря на холод, перевернутые ходунки лежат у ступеней крыльца, куда их отбросил ЛИГОНЕ.
36. ЭКСТЕРЬЕР: ВНОВЬ ДЕЙВИ. ДЕНЬ.
Держа мяч под мышкой, он медленно идет к калитке МАРТЫ. Какое-то время стоит, потом замечает что-то черное на белой краске. Дерево обуглилось в тех местах, где его коснулась трость ЛИГОНЕ. ДЕЙВИ дотрагивается до одного такого места пальцами (не забудьте, что у перчаток отрезаны пальцы) и тут же их отдергивает.
ДЕЙВИ. О-ой!
Еще горячие, эти отметины. Но он быстро теряет к ним интерес и смотрит на перевернутые ходунки и открытую дверь. Ей не следует быть открытой в такую погоду. ДЕЙВИ идет по дорожке, поднимается по лестнице. Наклоняется, отодвигает ходунки.
ВЕДУЩАЯ (закадровый голос). Какую лепту в эти бури вносит глобальное потепление? Дело в том, что мы просто этого не знаем…
ДЕЙВИ. Миссис Кларендон? Вы в порядке?
37. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ МАРТЫ, ЛИГОНЕ.
Включен тот же канал «Погода». Графические изображения циклонов придвинулись к точке их столкновения. ЛИГОНЕ сидит в кресле МАРТЫ, окровавленная трость лежит на коленях. Его глаза закрыты. Судя по выражению лица, он медитирует.
ВЕДУЩАЯ. Одно нам известно наверняка: струйное течение, которое показано на схеме, типично для этого времени года, однако верхняя часть потока сильнее обычного, и это в определенной степени объясняет мощь западного циклона.
ДЕЙВИ (закадровый голос). Миссис Кларендон? Это Дейви! Дейви Хоупвелл! С вами все в порядке?
ЛИГОНЕ открывает глаза. Они снова черные… но теперь сквозь черноту проглядывают красные спирали, словно от огня. ЛИГОНЕ усмехается, показывая свои ужасные зубы. Мы смотрим на них, потом…
ЗАТЕМНЕНИЕ.
КОНЕЦ ПЕРВОГО АКТА
Акт второй
38. ЭКСТЕРЬЕР: КРЫЛЬЦО ДОМА МАРТЫ. ДЕНЬ.
Через открытую дверь мы видим медленно приближающегося ДЕЙВИ ХОУПВЕЛЛА: ему все больше не по себе. Баскетбольный мяч у него по-прежнему под мышкой.
ДЕЙВИ. Миссис Кларендон? Миссис?..
ВЕДУЩАЯ (закадровый голос). Заклейте большие окна крест-накрест, чтобы повысить их прочность и сопротивляемость особо сильным порывам ветра…
Внезапно ДЕЙВИ останавливается, его глаза широко раскрываются. Он видит…
39. ИНТЕРЬЕР: ПРИХОЖАЯ ДОМА МАРТЫ, ГЛАЗАМИ ДЕЙВИ.
Из сумрака торчат туфли МАРТЫ и подол ее платья.
ВЕДУЩАЯ (закадровый голос). Порывы ветра этой бури могут достигать…
40. ЭКСТЕРЬЕР: КРЫЛЬЦО ДОМА МАРТЫ, ДЕЙВИ. ДЕНЬ.
Его страхи временно забыты. Он думает, что знает худшее. Она потеряла сознание, или у нее случился удар, или что-то подобное. ДЕЙВИ опускается на колено и наклоняется вперед, чтобы получше ее рассмотреть… Потом замирает. Баскетбольный мяч вываливается у него из-под мышки и катится по крыльцу. Глаза ДЕЙВИ наполняются ужасом. Нам не нужно видеть причину. Мы знаем.
ВЕДУЩАЯ (закадровый голос). …скоростей, которые мы обычно ассоциируем с ураганами. Проверьте заслонки в дымоходах печей и каминов. Это очень важно…
ДЕЙВИ набирает полную грудь воздуха, но выдохнуть не может. Мы видим, как он борется. Пытается закричать. Касается туфли МАРТЫ и едва слышно сипит.
ЛИГОНЕ (закадровый голос). Забудь про НБА, Дейви. Тебе не сыграть и в основном составе школьной команды. Ты слишком медлительный, ты даже по океану промахнешься.
ДЕЙВИ смотрит в темную прихожую, осознавая, что убийца МАРТЫ, вероятно, еще в доме. Ступор снимает как рукой. С губ срывается отчаянный крик, он вскакивает, поворачивается, слетает по ступеням. На последней оступается и падает на дорожку.
ЛИГОНЕ (закадровый голос). Кроме того, ты коротышка, Дейви. Ты карлик. Почему бы тебе не зайти в дом, Дейви? Я окажу тебе услугу. Уберегу от множества разочарований.
ДЕЙВИ поднимается и бежит, то и дело оборачиваясь, бросая на дом испуганные взгляды, добирается до калитки, пересекает тротуар и выскакивает на мостовую. Потом несется по Атлантической улице в сторону причала.
ДЕЙВИ (кричит). Помогите! Миссис Кларендон мертва! Кто-то ее убил! Кровь! Помогите! Господи, кто-нибудь, помогите!
41. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ МАРТЫ, ЛИГОНЕ.
Его глаза вновь стали нормальными… если можно счесть нормальными эти холодные, пугающие синие глаза. Он поднимает руку и словно манит кого-то указательным пальцем.
ВЕДУЩАЯ. Резюмируя вышесказанное, мы говорим вам: «Готовьтесь к самому худшему, потому что это будет жуткая буря».
42. ЭКСТЕРЬЕР: ПЕРЕДНЕЕ КРЫЛЬЦО МАРТЫ. ДЕНЬ.
Мы слышим доносящиеся издалека вопли ДЕЙВИ ХОУПВЕЛЛА. Его баскетбольный мяч, откатившийся к перилам крыльца, сначала медленно, потом все быстрее катится к входной двери. Перепрыгивает порог и исчезает в доме.
43. ИНТЕРЬЕР: ПРИХОЖАЯ МАРТЫ, КАМЕРА СО СТОРОНЫ КРЫЛЬЦА.
На заднем фоне – тело МАРТЫ, темный силуэт в сумраке. Баскетбольный мяч ДЕЙВИ прыгает мимо, оставляя кровавое пятно после каждого соприкосновения с полом.
ВЕДУЩАЯ. Хотите еще совет? Убедитесь, что в кладовой достаточно болонской колбасы «Смайл-бой». Когда погода отвратительная, ничто не поднимает настроение лучше…
44. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ МАРТЫ, ЛИГОНЕ.
Мяч катится по полу, огибая мебель. Добравшись до кресла МАРТЫ, в котором теперь сидит ЛИГОНЕ, дважды подпрыгивает, набирая высоту. На третьем прыжке приземляется на колени ЛИГОНЕ. Тот берет мяч в руки.
ВЕДУЩАЯ (в руках у нее сэндвич). …чем старый добрый сэндвич с болонской колбасой! Особенно если это болонская колбаса «Смайл-бой»!
ЛИГОНЕ. Он бросает… (С нечеловеческой силой бросает мяч в телевизор. Мяч попадает точно в центр экрана. ВЕДУЩАЯ, ее сэндвич и две зоны пониженного давления отправляются в электронное чистилище. Летят искры.) Он попадает!
45. ЭКСТЕРЬЕР: АТЛАНТИЧЕСКАЯ УЛИЦА, ДЕЙВИ.
Все еще бежит по улице и кричит что есть мочи.
ДЕЙВИ. Миссис Кларендон! Кто-то убил миссис Кларендон! Везде кровь! Глаз выбит! Он у нее на щеке! Господи! Глаз у нее на щеке!
Люди подходят к окнам и открывают двери, чтобы посмотреть, что за шум. Конечно, все они знают ДЕЙВИ, но прежде чем кто-то успевает остановить его и утихомирить, большой зеленый «Линкольн» тормозит перед ним, словно патрульный автомобиль перед нарушителем скоростного режима. На дверце написано: «ОСТРОВНОЕ АТЛАНТИЧЕСКОЕ РИЭЛТОРСКОЕ АГЕНТСТВО». Солидный господин в пальто, в костюме и при галстуке (скорее всего, это единственный на острове Литл-Толл человек, который одевается по деловой моде) вылезает из салона. Мы, возможно, не улавливаем сходства с абсурдным манекеном на крыльце универмага. Но это РОББИ БИЛС, местная большая шишка и еще более неприятный отец неприятного ДОНА БИЛСА. Он хватает ДЕЙВИ за плечи и как следует встряхивает.
РОББИ. Дейви! А ну прекрати! Прекрати немедленно! (ДЕЙВИ замолкает, медленно начинает приходить в себя.) Чего ты разбегался по Атлантической улице? Зачем устроил спектакль?
ДЕЙВИ. Кто-то убил миссис Кларендон.
РОББИ. Бред какой-то. Что ты такое говоришь?
ДЕЙВИ. Там везде кровь. И у нее выбит глаз. Он… у нее на щеке.
ДЕЙВИ начинает плакать. Собираются люди, глядят на подростка и мужчину. РОББИ отпускает ДЕЙВИ. Что-то случилось, возможно, что-то серьезное, и есть только один человек, который может это проверить. Мы видим, как осознание этого медленно расцветает на лице РОББИ. Он поворачивается к женщине средних лет с наброшенным на плечи свитером, которая держит в руке миску с жидким тестом для кекса.
РОББИ. Миссис Кингсбери. Приглядите за ним. Дайте ему горячего чая… (Передумывает.) Нет, дайте ему чуть-чуть виски, если у вас есть.
МИССИС КИНГСБЕРИ. Ты не собираешься звонить Майку Андерсону?
РОББИ мрачнеет. Он не любит МАЙКА, и это взаимно.
РОББИ. Сначала я должен взглянуть сам.
ДЕЙВИ. Будьте осторожны, мистер Билс. Она мертва… Но, думаю, в доме кто-то есть…
РОББИ нетерпеливо смотрит на него. У мальчишки определенно истерика. Вперед выступает старик с морщинистым новоанглийским лицом.
ДЖОРДЖ КИРБИ. Тебе нужна помощь, Робби Билс?
РОББИ. В этом нет необходимости, Джордж. Я справлюсь.
Он садится за руль. Машина слишком большая, чтобы развернуться на улице, поэтому он использует ближайшую подъездную дорожку.
ДЕЙВИ. Не надо бы ему идти туда одному.
Собравшаяся на улице небольшая толпа – и она растет – встревоженно наблюдает, как РОББИ едет к дому МИССИС КЛАРЕНДОН.
МИССИС КИНГСБЕРИ. Пойдем в дом, Дейви. Я не собираюсь давать виски ребенку, но чайник поставлю.
Обнимает ДЕЙВИ за плечи и ведет к своему дому.
46. ЭКСТЕРЬЕР: ДОМ МАРТЫ КЛАРЕНДОН. ДЕНЬ.
РОББИ останавливает «Линкольн» перед домом. Выходит. Оглядывает дорожку, валяющиеся на крыльце ходунки, открытую дверь. По лицу видно: он начинает понимать, что ситуация, возможно, серьезнее, чем он поначалу предположил. Но он все равно направляется к дому. Вызвать этого всезнайку МАЙКА АНДЕРСОНА? Как бы не так.
47. ЭКСТЕРЬЕР: ОСТРОВНОЙ ГОРОДОК ЛИТЛ-ТОЛЛ, МУНИЦИПАЛИТЕТ. ДЕНЬ.
Это белое деревянное здание в типичном для Новой Англии стиле – центр общественной жизни города. Перед зданием – маленький мемориал, купол с довольно крупным колоколом размером, скажем, с корзину для яблок. Внедорожник островных служб останавливается перед муниципалитетом, заняв место с надписью «ЗАРЕЗЕРВИРОВАНО ДЛЯ НУЖД ГОРОДА».
48. ИНТЕРЬЕР: ВНЕДОРОЖНИК ОСТРОВНЫХ СЛУЖБ, В САЛОНЕ – МАЙК И ХЭТЧ.
У ХЭТЧА в руках брошюра под названием «Готовность к атмосферным катаклизмам: инструкция штата Мэн». Он увлечен чтением.
МАЙК. Хочешь зайти?
ХЭТЧ (не поднимая головы). Нет. Мне и здесь хорошо. (Когда МАЙК открывает дверцу, поднимает голову и широко ему улыбается.) Спасибо, что помог моей малышке, босс.
МАЙК (улыбаясь в ответ). Пустяки.
49. ЭКСТЕРЬЕР: В КАДРЕ ВНЕДОРОЖНИК ОСТРОВНЫХ СЛУЖБ. ДЕНЬ.
МАЙК вылезает из внедорожника, придерживая шапку. Бросает короткий, оценивающий взгляд на небо.
50. ЭКСТЕРЬЕР: МАЙК ИДЕТ ПО ДОРОЖКЕ. ДЕНЬ.
МАЙК останавливается у мемориала. Теперь, когда мы ближе, есть возможность прочитать, что написано на памятной доске. Это список погибших в войнах: десять в Гражданской войне, один – в Испано-американской, по паре в Первой, Второй и Корейской, шесть во Вьетнамской, войне бедняков. Среди них много БИЛСОВ, ГОДСО, ХЭТЧЕРОВ и РОБИШО. Над списком – крупная надпись: «КОГДА МЫ ЗВОНИМ ДЛЯ ЖИВЫХ, МЫ ЧТИМ НАШИХ ПАВШИХ».
Не снимая перчатки, МАЙК указательным пальцем касается языка колокола, и тот чуть слышно звонит. Потом МАЙК заходит в муниципалитет.
51. ИНТЕРЬЕР: МУНИЦИПАЛИТЕТ ЛИТЛ-ТОЛЛА.
Обычная зона секретариата, в которой доминирует сделанная с самолета фотография острова. Всем этим заведует одна женщина – симпатичная пухленькая УРСУЛА ГОДСО (табличка с ее именем стоит на столе рядом с лотками для входящих и исходящих документов). За ее спиной, через стеклянные панели в стене центрального коридора, мы видим зал собраний. В нем – ряды деревянных скамей с прямыми спинками, как принято у пуритан, и простая деревянная кафедра с микрофоном. Больше похоже на церковь, чем на государственное учреждение. Сейчас в зале никого нет.
На стене кабинета УРСУЛЫ – плакат с той же надписью, что и на двери универмага: «БЛИЖАЙШИЕ 3 ДНЯ ВОЗМОЖНО ШТОРМОВОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! СИГНАЛ «ВСЕМ В УКРЫТИЕ» – 2 КОРОТКИХ ГУДКА, 1 ДЛИННЫЙ». МАЙК заходит, оглядывается, ждет, пока освободится УРСУЛА. Она что-то объясняет по телефону, терпеливо, но едва сдерживаясь.
УРСУЛА. Нет, Бетти. Я знаю столько же… Мы имеем дело с тем же прогнозом… Нет, не мемориальный колокол, с таким ветром его слышно не будет… Если до этого дойдет, мы включим сирену. Два коротких и один длинный, совершенно верно… Майк Андерсон, разумеется… Это решения, за которые мы ему платим, ведь так, дорогая? (УРСУЛА подмигивает МАЙКУ и поднимает руку с вытянутым указательным пальцем, мол, одну минуту. МАЙК тоже поднимает руку и несколько раз хлопает пальцами, изображая болтливый рот. УРСУЛА улыбается и кивает.) Да… Я тоже буду молиться… Разумеется, мы все будем. Спасибо за звонок, Бетти. (Кладет трубку и на мгновение закрывает глаза.)
МАЙК. Тяжелый день?
УРСУЛА. Бетти Соумс уверена, что у нас есть доступ к какому-то секретному прогнозу погоды.
МАЙК. От Джин Диксон? Экстрасенсорная погода?
УРСУЛА. Вроде того.
МАЙК (стучит пальцем по плакату со «ШТОРМОВЫМ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕМ»). Большинство горожан это видели?
УРСУЛА. Если они не слепые, то видели. Тебе нужно расслабиться, Майк Андерсон. Как себя чувствует маленькая Пиппа Хэтчер?
МАЙК. Ух ты! Новости распространяются быстро.
УРСУЛА. Ага. На этом острове секретов нет.
МАЙК. Она в порядке. Голова застряла между стоек на лестнице. Ее отец сейчас в машине за дверью. Готовит домашнее задание по «Сильному порыву восемьдесят девятого».
УРСУЛА (смеется). Как это похоже на дочь Олтона и Мелинды Хэтчер. Изумительно. (Становится серьезной.) Люди знают, что буря будет жуткая, и придут, если услышат сирену. Об этом ты можешь не волноваться. Ты пришел взглянуть на наше убежище, верно?
МАЙК. Подумал, что это неплохая идея.
УРСУЛА (встает). Триста человек смогут находиться у нас три дня, сто пятьдесят – неделю. И если я правильно поняла услышанное по радио, убежище нам, скорее всего, понадобится. Пошли.
Они выходят из секретариата, УРСУЛА – первой.
52. ИНТЕРЬЕР: ПРИХОЖАЯ МАРТЫ, РОББИ БИЛС, КРУПНЫМ ПЛАНОМ.
На его лице ужас, он не верит своим глазам.
РОББИ. Боже мой!
ВЕДУЩАЯ (закадровый голос). Достаточно про пургу и тоску! Давайте поговорим о солнышке!
Камера отходит, и мы видим, как РОББИ опускается на колено рядом с МАРТОЙ в прихожей, совершая бесполезный ритуал прощупывания пульса. Мы видим только запястье и окровавленную манжету платья, больше ничего. РОББИ оглядывается, не веря своим глазам. ВЕДУЩАЯ продолжает говорить. ЛИГОНЕ разбил телевизор, но она никуда не делась.
ВЕДУЩАЯ (закадровый голос). И где же сегодня лучшая в Соединенных Штатах погода? Двух мнений быть не может: Гавайи, Большой остров. Температура воздуха порядка восьмидесяти градусов, плюс несущий прохладу легкий ветер с моря. И во Флориде дела обстоят не так плохо. Похолодание минувшей недели в прошлом. В Майами средняя температура порядка семидесяти пяти градусов. А как насчет острова Санибел и прекрасной Каптивы? Если поедете туда, будете собирать раковины на солнышке. Температура воздуха там далеко за восемьдесят.88
Около 27 и 24 °C соответственно.
[Закрыть]
РОББИ. Есть здесь кто-нибудь? (Он поднимается. Смотрит на стены: некоторые милые фотографии МАРТЫ забрызганы кровью. Смотрит на пол: крови еще больше. Он видит тонкую кровавую линию, прочерченную наконечником трости ЛИГОНЕ, и большие пятна крови, оставленные мячом ДЕЙВИ.) Есть здесь кто-нибудь?
РОББИ в нерешительности замирает, потом идет к гостиной.
53. ИНТЕРЬЕР: ТЕМНОТА.
Вспыхивают потолочные флуоресцентные лампы, освещая просторный подвал под муниципалитетом. Это помещение обычно используется для танцев, бинго и других городских мероприятий. Плакаты на стенах напоминают об организованной пожарной командой сдаче крови, которая будет проходить прямо здесь. Но теперь подвал заставлен раскладушками, на каждой – маленькая подушка в изголовье и аккуратно сложенное одеяло в ногах. В дальнем конце – сумки-холодильники, упаковки с бутылками воды и большой радиоприемник с мигающим цифровым дисплеем. УРСУЛА и МАЙК оглядывают подвал.
УРСУЛА. Неплохо?
МАЙК. Ответ ты знаешь. (УРСУЛА улыбается.) Как насчет кладовой?
УРСУЛА. Забита под завязку, как ты и хотел. В основном концентраты, заливаешь водой и глотаешь, но с голоду никто не умрет.
МАЙК. Ты все сделала сама?
УРСУЛА. Я и сестра Пита, Тавия. Ты же сказал сделать все по-тихому. Чтобы не поднимать паники.
МАЙК. Ага, именно так и сказал. Сколько людей знает, что мы подготовились к третьей мировой?
УРСУЛА (совершенно спокойно). Все.
МАЙК (морщится, но не слишком удивлен). Секретов на острове нет.
УРСУЛА (чуть обиженно). Я никому не говорила, Майк Андерсон, и Тавия тоже. Хватило Робби Билса. Его это разозлило до чертиков. Заявил, будто ты пускаешь городские деньги на ветер.
МАЙК. Ну… это мы увидим. (Пауза.) Скажу тебе одно, из его сына получилась отличная обезьяна.
УРСУЛА. Что?
МАЙК. Не важно.
УРСУЛА. Хочешь заглянуть в кладовую?
МАЙК. Пожалуй, нет. Я тебе верю. Пойдем отсюда.
УРСУЛА тянется к выключателю, потом опускает руку. На ее лице тревога.
УРСУЛА. Насколько все серьезно, Майк?
МАЙК. Не знаю. Надеюсь, на городском собрании в следующем месяце Робби Билс сможет с чистым сердцем обозвать меня паникером. Пошли.
УРСУЛА выключает свет. Подвал погружается в темноту.
54. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ МАРТЫ КЛАРЕНДОН.
Мы смотрим в нее из прихожей. Звук телевизора громче. Рекламное объявление юридической конторы. Вы жертва несчастного случая? Не можете работать? Сходите с ума?
ДИКТОР (закадровый голос). Настроение безнадежное? Чувствуете, что весь мир против вас? Компания «Макинтош и Реддинг» встанет с вами плечом к плечу, и в суде вас будет ждать только победа. Не ухудшайте и без того плохую ситуацию! Если судьба протягивает вам сумку лимонов, мы поможем приготовить лимонад. Врежьте, пока не врезали вам! Если вы стали жертвой несчастного случая, возможно, вас ждут тысячи, даже десятки тысяч долларов. Так что не теряйте времени. Позвоните сейчас. Снимите трубку и наберите 1-800-1-ВРЕЖЬ-ИМ. 1-800…
РОББИ появляется на пороге. От самодовольства и властности не осталось и следа. Он словно уменьшился в размерах, его мутит, он напуган до смерти.
55. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ, ГЛАЗАМИ РОББИ.
Разбитый вдребезги телевизор дымится… но диктор все говорит.
ДИКТОР (закадровый голос). ВРЕЖЬТЕ ИМ. Получите то, что вам причитается. Разве вы не настрадались?
Мы видим голову ЛИГОНЕ над спинкой кресла. Слышим шумное прихлебывание: он пьет чай.
56. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ МАРТЫ, БОЛЕЕ ШИРОКИЙ УГОЛ.
Мы над плечом РОББИ, смотрим на разбитый, но говорящий телевизор и затылок ЛИГОНЕ.
РОББИ. Кто вы?
Телевизор замолкает. С улицы доносится вой ветра надвигающейся бури. Медленно, медленно над спинкой кресла поднимается оскаленная серебряная волчья голова. Волк смотрит на РОББИ, как злобная кукла-марионетка. Из глаз и пасти будто сочится кровь. Голова покачивается из стороны в сторону, словно маятник.
ЛИГОНЕ (голос). Душа убога, скатертью дорога. (РОББИ дергается, открывает рот, тут же закрывает. Что можно на это ответить? А ЛИГОНЕ не закончил.) Ты был с проституткой в Бостоне, когда твоя мать умерла в Мачайасе. Она жила в паршивом доме престарелых, который закрыли прошлой осенью, том самом, где в кладовой нашли крыс, верно? Она задохнулась, повторяя твое имя. Разве не прелесть? Если не считать хорошего куска желтого плавленого сыра, ничто на земле не сравнится с материнской любовью!
57. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ МАРТЫ, РОББИ.
Реакция мощная. А как бы отреагировал любой из нас, если бы незнакомец-убийца озвучил один из самых ужасных секретов нашей жизни?
ЛИГОНЕ (голос). Но это не беда, Робби.
Вновь такая же реакция. Незнакомец знает его имя!
58. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ, КРЕСЛО МАРТЫ.
ЛИГОНЕ оборачивается через левое плечо, почти жеманно. Глаза у него более-менее нормальные, но он весь в кровавых потеках, как и его серебряная дубинка.
ЛИГОНЕ. Она ждет тебя в аду. И она стала людоедкой. Когда ты попадешь туда, сожрет тебя живьем. И будет сжирать снова и снова. Потому что ад – это повторение. Думаю, в глубине души мы все это знаем. Лови!
Бросает РОББИ баскетбольный мяч ДЕЙВИ.
59. ИНТЕРЬЕР: ДВЕРНОЙ ПРОЕМ ГОСТИНОЙ, РОББИ.
Мяч ударяет ему в грудь, оставляя кровавое пятно. РОББИ не выдерживает. Поворачивается и с криком убегает.
60. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ МАРТЫ, В КАДРЕ КРЕСЛО И ТЕЛЕВИЗОР.
Вновь мы видим затылок ЛИГОНЕ. Потом появляется его рука, сжатая в кулак. Рука зависает в воздухе, потом один палец вытягивается, нацеливается в телевизор. И мгновенно слышится голос ВЕДУЩЕЙ.
ВЕДУЩАЯ (закадровый голос). Давайте поговорим о районах, которые могут наиболее сильно пострадать от грядущей бури.
ЛИГОНЕ тянется за еще одним печеньем.
61. ЭКСТЕРЬЕР: ПЕРЕД ДОМОМ МАРТЫ. ДЕНЬ.
РОББИ скатывается со ступенек, бежит к автомобилю с максимальной скоростью, на которую способны его короткие толстые ноги. Лицо РОББИ – маска ужаса и смятения.
62. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ МАРТЫ, ТЕЛЕВИЗОР.
Камера медленно наезжает на него, показывая разбитую трубку и дымящееся нутро, а ВЕДУЩАЯ продолжает говорить.
ВЕДУЩАЯ (закадровый голос). Прогноз обещает катастрофу этой ночью, смерть на завтрашний день и Армагеддон к выходным. Фактически привычная нам жизнь закончится.
63. ИНТЕРЬЕР: ГОСТИНАЯ МАРТЫ, ЛИГОНЕ.
ЛИГОНЕ. Маловероятно… Но всегда есть надежда.
Откусывает кусок печенья.
ЗАТЕМНЕНИЕ.
КОНЕЦ ВТОРОГО АКТА
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?